Кузнечик

3 декабря 2013 - Юджин Гебер
article172913.jpg

       Не понимаю, как эта история не попала в прессу, или на телевидение, для меня это просто удивительно! Я, может быть, и сам не узнал бы ее, но теща, живущая в своем доме в Подмосковье, настоятельно просила подлатать ей крышу.  Не ее «крышу», конечно, она еще вполне крепкая женщина, но вот крыша ее дома основательно прохудилась.  А тут, как назло, зарядили дожди, превращающие лето в осень, и теща просто взвыла.  Ее вой, конечно же, был услышан моей женой, и мне пришлось брать неделю за свой счет, чтобы срочно сделать ремонт.

   Теща встретила меня радостно, и сразу усадила за стол. Я устроился поудобнее, и  огляделся. Нечасто приходится теперь бывать в этом маленьком поселке, не хватает времени. Но, все было по-прежнему, кроме одной детали. На полу стояли ведра и тазы, которые звонко откликались на капающую с потолка воду. Пахло плесенью и мокрыми тряпками.

   Уставленный  закусками стол примирил меня с унылой действительностью, и я с аппетитом принял внутрь соточку, и занюхал солеными грибочками. Но только я принялся за жареную картошку, как за окном послышался громкий приближающийся звук: - Туп, туп, туп, туп, - который вскоре удалился.

- Что это? – спросил я тещу. И в ответ услышал такую историю.

 

      Живет в поселке, на его окраине, скромный паренек, Витя Загорский. К моменту случившегося с ним, ему исполнилось двадцать три года, и жил он со своей матерью в небольшом домике с палисадником. Жили они бедно, так как Витя никак не мог найти работу, по причине того, что никакой специальности у него не было. Даже в грузчики его не брали, имея в виду его субтильную внешность. Радуясь случайным заработкам, Витя, чем мог, помогал матери – пенсионерке. Так и жили они, перебиваясь с хлеба на квас, как говорится, пока не случилось несчастье.

 

    Однажды, весной, поехал Витя со своим знакомым на его «четверке» в райцентр, на оптовку. Ну, там, помочь, покараулить.  А то, мало ли что! И вот, на крутом повороте, в гололед, заносит их жигуленок, и бросает прямо на отбойник. И вылетает Витя в кювет, выбивая лобовое стекло головой. Водитель погиб, а Витя, к счастью, или к несчастью, остался жив, потому как, непристегнутым был. Получил сильное сотрясение мозга, с которым и провалялся в районной больнице две недели.

   Выписался Витя, и уехал домой. И тут начались странности. Вдруг стала расти у него правая нога. Да не вширь, а в длину. Сначала незаметно, а потом все больше и больше. Или длиньше надо говорить, не знаю? В общем, когда Витя догадался приехать в больницу на консультацию, нога увеличилась на двадцать четыре сантиметра.

  Посмотрели врачи ногу, помяли ее, постукали, да и покачали головами.

- Неизвестное науке заболевание, - говорят, - надо исследования проводить. Взяли у Вити анализы, да и спровадили его домой.

   А нога все растет.  Все длиньше и длиньше. И, главное, и бедро растет, и голень. Пришлось Вите приспосабливаться.  Вытянет длинную ногу вперед, согнет в колене, да так и ходит. Спервоначалу неудобно было, да потом постепенно привык. И сам привык, да и соседи к его необычному виду привыкли. Ну, мало ли какие уроды у нас обитаются! Устанешь удивляться!

    А нога к тому времени удлинилась до полутора метров. И все бы хорошо, но чувствовал Витя неудобство, и какую-то неопределенность. А соседка, баба Маша, ему и говорит:

- Слышь, Витек, ты бы похлопотал, инвалидность себе выбил. Все в дом копеечку, какую-никакую.

  Послушался Витя. Поехал в райцентр, инвалидность себе выбивать. Промурыжили его долго, да все бестолку. На комиссии, после долгого ожидания, суровый дядя в белом халате сказал ему:

- Вам, батенька, инвалидность не положена. Нога у вас работает? Работает! Не болит? Не болит! А что по поводу длины, так это не к нам. К хирургу.

   Уехал Витя домой, да призадумался. Может, и вправду, к хирургу поехать, пусть ногу укоротит?

       Думал, думал, да ничего не надумал. Нога же, к тому времени вымахала до двух метров длины и в росте остановилась. Идет Витя, впереди нога ботинком шлепает, а за ним и он сам. Брючину, конечно, пришлось надшивать. А куда деваться?

    И тут, вдруг, пригодилась Витина нога. Все началось с пустяка. Залез соседский котенок на березу, орет, а спуститься не может. Боится! Хозяйка бегает вокруг дерева, вверх смотрит, да заразу эту и уговаривает:

- Мурзик, слезай, я тебе сосиску дам! Иди ко мне, Мурзичек! – ну и разные такие слова. А Витя мимо своей ногой шлепал. И говорит соседке, словно в шутку:

- А мне сосиску дашь, если достану?

  А соседка-то и говорит:

- Кило сосисок дам, Витя, если котика моего достанешь.

   Подошел парень к березе, да и выпрямился на своей длинной ноге. Аккурат  с котенком и сравнялся! Взял бережно котика, да и снова ногу согнул. Подает безобразника хозяйке, да улыбается:

- Вот она, нога-то, для чего предназначена!

 

  Так и начался Витин триумф.

 

    Стали его использовать вместо лестницы. Вытянутой рукой Витя на четырехметровую высоту доставал, а уж на три с половиной и ремонт делал. Стали и денежки в кармане водиться, и продуктами брать он не брезговал. Мамаша его заулыбалась, стала даже в палисаднике ничегонеделать.  А зачем, если и так сыты?

   Только Витя новый финт освоил. Стал он прыгать на этой длинной ноге. Да так у него ловко это получалось, благо машин-то в поселке немного. Скачет по дороге, ссутулившись, чтобы за провода не задевать, на мопеде не догонишь. Туп, туп, туп, туп, туп. Как кузнечик. Тут мужики, которым по вечерам делать нечего, его и оценили.

- Витя, - говорят, -  сгоняй в магазин, возьми пивка, да водочки не забудь.

  А он и рад! Нужный человек! Ну и нальют ему стопочку. А что? Уважают! Пристрастился понемногу. Но, счастлив! Везде-то он нужен, всюду его угощают! Правда, не загордился. Со всей душой ко всем. Прискачет вечером домой, матери деньги, днем заработанные, отдаст, да и отдыхать. Сам на кровать, а ногу на специально купленный пуфик, чтобы тоже отдыхала. Кормилица!

 

  Подумал я, да и попросил тещу, чтобы пригласила Витю мне помочь. А что? Выгода большая! Лестницу не надо, да и с шифером корячиться не придется. Все равно, что подъемный кран.

  На следующий день прискакал Витя. Симпатичный парень, если смотреть сверху, кареглазый, коротко стриженный. Носик курносый. Познакомились мы с ним, да и за работу принялись. Работаем, да разговариваем. Понравился он мне. Хороший парень, не злой совершенно. И оптимист! Все-то ему хорошо! Даже когда его пару раз на деньги кинули, он и то не разозлился.

- Да ладно, - говорит, - мы с моей ногой еще заработаем.

 

  К вечеру закончили мы ремонт, да за стол. Я Вите из своих заплатил, чтобы тещу не нервировать, да выпили еще. Считай – в расчете.

    Через два дня я уехал, поправив в доме все, что я мог самостоятельно поправить. Теща была довольна. Загрузила меня соленьями – вареньями, и я отбыл домой.

 

   А вскорости теща снова позвонила, и, между прочим, грустным голосом сообщила, что Витя попал под поезд.  Нет, сам-то он жив остался, а вот нога.. . Да, та самая.  Отрезало ему ногу, короче. После дождя было скользко, а он поскакал, зачем-то, на станцию. Поехала нога по мокрой глине, и прямиком под колеса проходящего поезда.

   Не поверите, как у меня на душе стало тяжело! Уж больно парень-то хороший! Накупил я в выходной на рынке всяких фруктов, усадил в машину жену и детей, и рванули мы к теще в гости. Пока жена с тещей миловалась, смотался я в райцентровскую больницу.

  Витя лежал в коридоре на топчане. Был он бледный, и донельзя грустный. Видок у него был еще тот. Ну, я же понимаю, не у тещи на блинах. Но, все же, почему, говорю, в коридоре?

- А мест в палатах нету. – говорит он мне.- Да ты не беспокойся! Мне и тут хорошо. Люди разные ходят, врачи там, да медсестры. Не так скучно, как в палате. Да и не в этом дело.

- А в чем? – говорю.

- Ноги моей больше нету! Понимаешь? Что я без нее? Кто я без нее? Опять в нищете сидеть? Копейки считать? Я с ней человеком был! Она мне глаза открыла! Э-эх, была житуха, да вся кончилась!

- Ну что ты, Витя, - говорю, - и с одной ногой можно жить, что ты, что ты! Выздоровеешь, да все и образуется. И инвалидность тебе теперь точно дадут.

- Да на фига мне эта инвалидность? Разве в ней дело? Просто я опять никому не нужен буду. Вот, что самое главное!

 

    Ничего я не смог толком возразить Вите. Промямлил что-то, посидел еще немного, да ушел.

 

  Уехали мы домой, а через неделю опять теща звонит. Умер, говорит, Витя. Украл у медсестры какие-то таблетки, да и выпил все. Мучился долго, но спасти не удалось. Очень уж сильные таблетки были. 

 

   Пошел я в магазин, купил бутылку водки, да и помянул бедного Витю, счастье которого было таким недолгим.

© Copyright: Юджин Гебер, 2013

Регистрационный номер №0172913

от 3 декабря 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0172913 выдан для произведения:

       Не понимаю, как эта история не попала в прессу, или на телевидение, для меня это просто удивительно! Я, может быть, и сам не узнал бы ее, но теща, живущая в своем доме в Подмосковье, настоятельно просила подлатать ей крышу.  Не ее «крышу», конечно, она еще вполне крепкая женщина, но вот крыша ее дома основательно прохудилась.  А тут, как назло, зарядили дожди, превращающие лето в осень, и теща просто взвыла.  Ее вой, конечно же, был услышан моей женой, и мне пришлось брать неделю за свой счет, чтобы срочно сделать ремонт.

   Теща встретила меня радостно, и сразу усадила за стол. Я устроился поудобнее, и  огляделся. Нечасто приходится теперь бывать в этом маленьком поселке, не хватает времени. Но, все было по-прежнему, кроме одной детали. На полу стояли ведра и тазы, которые звонко откликались на капающую с потолка воду. Пахло плесенью и мокрыми тряпками.

   Уставленный  закусками стол примирил меня с унылой действительностью, и я с аппетитом принял внутрь соточку, и занюхал солеными грибочками. Но только я принялся за жареную картошку, как за окном послышался громкий приближающийся звук: - Туп, туп, туп, туп, - который вскоре удалился.

- Что это? – спросил я тещу. И в ответ услышал такую историю.

 

      Живет в поселке, на его окраине, скромный паренек, Витя Загорский. К моменту случившегося с ним, ему исполнилось двадцать три года, и жил он со своей матерью в небольшом домике с палисадником. Жили они бедно, так как Витя никак не мог найти работу, по причине того, что никакой специальности у него не было. Даже в грузчики его не брали, имея в виду его субтильную внешность. Радуясь случайным заработкам, Витя, чем мог, помогал матери – пенсионерке. Так и жили они, перебиваясь с хлеба на квас, как говорится, пока не случилось несчастье.

 

    Однажды, весной, поехал Витя со своим знакомым на его «четверке» в райцентр, на оптовку. Ну, там, помочь, покараулить.  А то, мало ли что! И вот, на крутом повороте, в гололед, заносит их жигуленок, и бросает прямо на отбойник. И вылетает Витя в кювет, выбивая лобовое стекло головой. Водитель погиб, а Витя, к счастью, или к несчастью, остался жив, потому как, непристегнутым был. Получил сильное сотрясение мозга, с которым и провалялся в районной больнице две недели.

   Выписался Витя, и уехал домой. И тут начались странности. Вдруг стала расти у него правая нога. Да не вширь, а в длину. Сначала незаметно, а потом все больше и больше. Или длиньше надо говорить, не знаю? В общем, когда Витя догадался приехать в больницу на консультацию, нога увеличилась на двадцать четыре сантиметра.

  Посмотрели врачи ногу, помяли ее, постукали, да и покачали головами.

- Неизвестное науке заболевание, - говорят, - надо исследования проводить. Взяли у Вити анализы, да и спровадили его домой.

   А нога все растет.  Все длиньше и длиньше. И, главное, и бедро растет, и голень. Пришлось Вите приспосабливаться.  Вытянет длинную ногу вперед, согнет в колене, да так и ходит. Спервоначалу неудобно было, да потом постепенно привык. И сам привык, да и соседи к его необычному виду привыкли. Ну, мало ли какие уроды у нас обитаются! Устанешь удивляться!

    А нога к тому времени удлинилась до полутора метров. И все бы хорошо, но чувствовал Витя неудобство, и какую-то неопределенность. А соседка, баба Маша, ему и говорит:

- Слышь, Витек, ты бы похлопотал, инвалидность себе выбил. Все в дом копеечку, какую-никакую.

  Послушался Витя. Поехал в райцентр, инвалидность себе выбивать. Промурыжили его долго, да все бестолку. На комиссии, после долгого ожидания, суровый дядя в белом халате сказал ему:

- Вам, батенька, инвалидность не положена. Нога у вас работает? Работает! Не болит? Не болит! А что по поводу длины, так это не к нам. К хирургу.

   Уехал Витя домой, да призадумался. Может, и вправду, к хирургу поехать, пусть ногу укоротит?

       Думал, думал, да ничего не надумал. Нога же, к тому времени вымахала до двух метров длины и в росте остановилась. Идет Витя, впереди нога ботинком шлепает, а за ним и он сам. Брючину, конечно, пришлось надшивать. А куда деваться?

    И тут, вдруг, пригодилась Витина нога. Все началось с пустяка. Залез соседский котенок на березу, орет, а спуститься не может. Боится! Хозяйка бегает вокруг дерева, вверх смотрит, да заразу эту и уговаривает:

- Мурзик, слезай, я тебе сосиску дам! Иди ко мне, Мурзичек! – ну и разные такие слова. А Витя мимо своей ногой шлепал. И говорит соседке, словно в шутку:

- А мне сосиску дашь, если достану?

  А соседка-то и говорит:

- Кило сосисок дам, Витя, если котика моего достанешь.

   Подошел парень к березе, да и выпрямился на своей длинной ноге. Аккурат  с котенком и сравнялся! Взял бережно котика, да и снова ногу согнул. Подает безобразника хозяйке, да улыбается:

- Вот она, нога-то, для чего предназначена!

 

  Так и начался Витин триумф.

 

    Стали его использовать вместо лестницы. Вытянутой рукой Витя на четырехметровую высоту доставал, а уж на три с половиной и ремонт делал. Стали и денежки в кармане водиться, и продуктами брать он не брезговал. Мамаша его заулыбалась, стала даже в палисаднике ничегонеделать.  А зачем, если и так сыты?

   Только Витя новый финт освоил. Стал он прыгать на этой длинной ноге. Да так у него ловко это получалось, благо машин-то в поселке немного. Скачет по дороге, ссутулившись, чтобы за провода не задевать, на мопеде не догонишь. Туп, туп, туп, туп, туп. Как кузнечик. Тут мужики, которым по вечерам делать нечего, его и оценили.

- Витя, - говорят, -  сгоняй в магазин, возьми пивка, да водочки не забудь.

  А он и рад! Нужный человек! Ну и нальют ему стопочку. А что? Уважают! Пристрастился понемногу. Но, счастлив! Везде-то он нужен, всюду его угощают! Правда, не загордился. Со всей душой ко всем. Прискачет вечером домой, матери деньги, днем заработанные, отдаст, да и отдыхать. Сам на кровать, а ногу на специально купленный пуфик, чтобы тоже отдыхала. Кормилица!

 

  Подумал я, да и попросил тещу, чтобы пригласила Витю мне помочь. А что? Выгода большая! Лестницу не надо, да и с шифером корячиться не придется. Все равно, что подъемный кран.

  На следующий день прискакал Витя. Симпатичный парень, если смотреть сверху, кареглазый, коротко стриженный. Носик курносый. Познакомились мы с ним, да и за работу принялись. Работаем, да разговариваем. Понравился он мне. Хороший парень, не злой совершенно. И оптимист! Все-то ему хорошо! Даже когда его пару раз на деньги кинули, он и то не разозлился.

- Да ладно, - говорит, - мы с моей ногой еще заработаем.

 

  К вечеру закончили мы ремонт, да за стол. Я Вите из своих заплатил, чтобы тещу не нервировать, да выпили еще. Считай – в расчете.

    Через два дня я уехал, поправив в доме все, что я мог самостоятельно поправить. Теща была довольна. Загрузила меня соленьями – вареньями, и я отбыл домой.

 

   А вскорости теща снова позвонила, и, между прочим, грустным голосом сообщила, что Витя попал под поезд.  Нет, сам-то он жив остался, а вот нога.. . Да, та самая.  Отрезало ему ногу, короче. После дождя было скользко, а он поскакал, зачем-то, на станцию. Поехала нога по мокрой глине, и прямиком под колеса проходящего поезда.

   Не поверите, как у меня на душе стало тяжело! Уж больно парень-то хороший! Накупил я в выходной на рынке всяких фруктов, усадил в машину жену и детей, и рванули мы к теще в гости. Пока жена с тещей миловалась, смотался я в райцентровскую больницу.

  Витя лежал в коридоре на топчане. Был он бледный, и донельзя грустный. Видок у него был еще тот. Ну, я же понимаю, не у тещи на блинах. Но, все же, почему, говорю, в коридоре?

- А мест в палатах нету. – говорит он мне.- Да ты не беспокойся! Мне и тут хорошо. Люди разные ходят, врачи там, да медсестры. Не так скучно, как в палате. Да и не в этом дело.

- А в чем? – говорю.

- Ноги моей больше нету! Понимаешь? Что я без нее? Кто я без нее? Опять в нищете сидеть? Копейки считать? Я с ней человеком был! Она мне глаза открыла! Э-эх, была житуха, да вся кончилась!

- Ну что ты, Витя, - говорю, - и с одной ногой можно жить, что ты, что ты! Выздоровеешь, да все и образуется. И инвалидность тебе теперь точно дадут.

- Да на фига мне эта инвалидность? Разве в ней дело? Просто я опять никому не нужен буду. Вот, что самое главное!

 

    Ничего я не смог толком возразить Вите. Промямлил что-то, посидел еще немного, да ушел.

 

  Уехали мы домой, а через неделю опять теща звонит. Умер, говорит, Витя. Украл у медсестры какие-то таблетки, да и выпил все. Мучился долго, но спасти не удалось. Очень уж сильные таблетки были. 

 

   Пошел я в магазин, купил бутылку водки, да и помянул бедного Витю, счастье которого было таким недолгим.

Рейтинг: +1 256 просмотров
Комментарии (2)
Нина Колганова # 17 июня 2016 в 21:05 0
Грустно. Я увидела сходство с прозой Шукшина.Успехов.
Юджин Гебер # 17 июня 2016 в 21:31 0
Согласен! не думал об этом, когда писал, Но сейчас вижу параллели. Но, уж тема такая.
Популярная проза за месяц
109
105
101
88
85
84
84
80
80
79
78
76
75
73
73
68
66
66
65
Кукла колдуна 9 июля 2017 (Demen Keaper)
61
59
58
58
57
57
57
55
53
52
43