ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → КРУГОСВЕТНОЕ ПЛАВАНИЕ Главы 7,8,9 - рассказ

 

КРУГОСВЕТНОЕ ПЛАВАНИЕ Главы 7,8,9 - рассказ

11 августа 2014 - юрий елистратов
article231955.jpg

7.  БЛОКАДУ С «СЕКРЕТА» СНИМАЮТ

 

Мы с удивлением и радостью узнали, что:

- мы штурмана отправляемся в поход вокруг Европы, а затем на Север в порт Мурманск;

- поход является штурманской практикой;

- в походе мы будем не одни, а курсанты-штурмана других училищ;

- ориентировочно, поход планируется на май, по спокойному после зимних штормов морю.

Информация была нам «слита» минерами, а потом уже подключились артиллеристы. Все сопровождалось ехидством и насмешками, чтобы скрыть собственную неудовлетворенность и зависть, но это мы поняли потом.

Зависть, являясь плохим чувством, плавно перетекает в заискивание. Нечто подобное стало постепенно проявляться в наших отношениях с арт-мино-торпедистами. Им вдруг прибредилось, что мы будем заходить в порты разных стран. Начали сыпаться заказы, как у грузинских автомехаников из города Телави, которые просили лётчика Бубу Кикобидзе привезти им из-за границы кто презервативы, кто гайки 10 на 5 и другое.

От этих просьб, наши носы и подбородки начали медленно, и незаметно для их владельцев, задираться вверх. Между всеми факультетами училища начали зарождаться новые, но странные межличностные отношения.

С удивлением я обнаружил возле себя прежних дружбанов, которые как-то незаметно, стали опять кучковаться вокруг меня. Если раньше меня неизменно окликали «эй, длинный!» или «эй, складной!», то постепенно, и все  чаще, я стал слышать свое имя. А один особенно хитрый - Витя Кочкин, вспомнил даже моё отчество, и обращался «слушай Митрич!». Неизменно дружески обнимал за плечи и уводил куда-нибудь в угол. Там предлагал вместе «завалиться» в очередное увольнение к своей девушке, у которой есть красивая подружка. При этом он хитро подмигивал и говорил какие-то сальности.

Вокруг Чаговца, Дубинина и Бондаренко «захороводили» украинцы. Они вместе пели грустные украинские песни, закусывая тоскливые слезы салом – украинским наркотиком.

Остальных штурманов, расхватали другие республиканские землячества и образовалась дружеская идиллия. Все опять дружили с нами.

Училищное начальство поняв, что все училище уже давно рассекретило письмо из Главного управления учебными заведениями Военно-морского флота, решило взять в руки инициативу.

Состоялось построение нашей штурманской роты. Перед строем вышел капитан первого ранга Иванов. Через слово, повторяя «енть», которое он перенял у нашего начальника училища адмирала Рамишвили , также в точности повторяя режущий жест ребром руки по ладони другой, кратко изложил суть предстоящего:

- Товарищи курсанты третьего курса штурманского факультета, енть! Родина, в лице Главного управления учебных заведений ВМФ, енть, доверяет вам, совершить переход из Севастополя  в Мурманск под военно морским флагом нашей страны, енть! - после этого он распилил себе руку другой ладошкой, строго посмотрел на строй и продолжил - Во время перехода состоится штурманская практика, енть! Будете вести штурманскую прокладку, енть! Индивидуальную прокладку, енть, будет сверять с прокладкой штурмана корабля, енть. По результатам, енть, будете получать оценки. Годовые экзамены, енть, будут засчитываться, енть, по этим оценкам, енть. Вопросы есть, енть?

С трудом пробравшись через эти «енть», мы поняли, что вопросов масса и самый главный из них – «Когда?». На этот вопрос, мы получили четкий и понятный ответ – «Когда надо будет, скажем! Рота смирно! Вольно! Разойдись!».

Капраз удалился, оставив нас наедине с ясной мыслью о том, что нам предстоит что-то интересное. Что за этим кроется, было ни хрена не понятно.

В курилке гальюна нашего кубрика было выкурено бесчисленное множество «козьих ног». Все озадаченно смотрели друг на друга. Уточняли кто как понял. На бесчисленные вопросы о деталях был только один ответ – «Куда – то идем!», а что, как, когда, не понятно.

Детали стали проявляться на лекциях по навигации.

 

8.КАК ИЗ НАС ДЕЛАЛИ ШТУРМАНОВ

 

Надо отдать должное руководству флота, штурманов из нас готовили классно. Денег на это не жалели. Лекционный зал представлял собой штурманский мостик корабля. Даже стены были раскрашены морскими волнами. Над ними летели чайки и альбатросы. Это вечные спутники корабля в море, кормящиеся объедками с камбуза, а потому любимцы коков.

У каждого из нас было рабочее место, до тонкостей повторяющее штурманское место на корабле. На него были выведены приборы: лаг - отсчитывал скорость, гудел гирокомпас, нежно покачивалась картушка магнитного компаса, отсчитывались обороты дизелей. На столах лежали карты и штурманский инструмент для прокладки курса.

Преподаватель с пульта управления вводил команды в показания приборов, что создавало полную иллюзию, что мы плывём на корабле.

Для того чтобы сразу после училища, новоиспеченный штурман мог грамотно включиться в ответственное дело – безопасность плавания корабля и его экипажа - денег не жалели и все было сделано по высшему классу.

Лекции по навигации вел капдва Новокрещёнов. Он трижды ставил мне двойки на экзаменах, а на четвертом, когда я без запинки справился со сложнейшими вопросами навигации, сказал:

- Так курсант! Теперь я могу сказать, что из вас получится хороший штурман! Ставлю пять!

Преподаватель он был классный. С курсантами держался просто, даже по-товарищески. Лекции читал с множеством шуток и прибауток. За это и стал нашим любимцем

Именно Новокрещёнов и стал нас погружать в детали предстоящего учебного похода.

Чтобы понять эти детали, надо рассказать про нашу кафедру навигации, астрономии и гидрометеорологии.

Начну так. Корабельный штурман, чтобы привести корабль из пункта  «А» в пункт «Б», должен знать массу совершенно необычных для земного путешественника обстоятельств.

Если корабль идет вдоль берега, надо внимательно следить за поведением птиц – «Если чайка села в воду, жди хорошую погоду, чайка ходит по песку, моряку несет тоску».

Надо отслеживать закат солнца – «Если солнце село в воду, жди хорошую погоду, если солнце село в тучу, жди моряк назавтра бучу. Если красно поутру моряку не по нутру!». Это так называемые местные признаки.

Между прочим, к морю моряки обращаются на «вы» и выработали массу правил, чтобы ненароком его не обидеть.

В море за борт нельзя плевать! Чтобы не притянуть бурю, на корабле категорически запрещено свистеть. За сотни лет плавания моряки подметили много всяких природных явлений и примет, запомнили их, и передавали из поколения в поколение.

Далее. На берегу стоят маяки. Если видно сразу два, жизнь штурмана прекрасна и удивительна. Достаточно посмотреть сначала на один, а потом на второй через пеленгатор на компасе. Если замерить угол, который при этом получается и потом нанести на карту, точка пересечения линий и есть место корабля в данный момент. 

Если корабль идет в открытом море, то днем, как известно, светит солнце, а ночью сияет луна и видны звезды. Если так, то штурман вальяжно выходит на мостик корабля и меряет секстантом угол над горизонтом солнца, луны или звезд. Откорректировав местное время своего часового пояса, со временем на меридиане Гринвича в Англии и полистав слюнявым пальчиком таблицы ежегодного астрономического сборника, штурман наносит на карту место корабля.

Хуже, когда над головой ничего не видно. Тогда надо садиться к специальному – радиопеленгатору и выключив концерт джазовой музыки, прослушать попискивание радиомаяков. Повернув пеленгатор туда-сюда, можно нарисовать линии углов на карте и смело утверждать, что на их пересечении корабль сейчас и плывет на земном шаре.

Если штурман плохой и лекции по астрономии слушал в пол-уха, то место пересечения линий на карте может оказаться прямо в центре Лондона, или Парижа. Выглянув в иллюминатор, такой бедолага, увидит бушующее море, а не блондинок с брюнетками. В Лондон, Париж к девушкам корабль под водительством такого штурмана не приплывёт, а вот на мель или на скалы, сесть очень даже может.

Садились, садятся и будут садиться!

Про все детали таких катастроф, на флотах всего мира известно и мы дотошно их изучали. Совместно с нашими учителями, разбирали ошибки горемык штурманов, допустивших такое разгильдяйство. Главным в таком разборе было - что должен был сделать штурман, и что он не сделал.

Сейчас конечно штурманам легче, так как вокруг земли летают навигационные космические спутники. Включил прибор, и на шкале компьютера высвечиваются координаты корабля. Можно к нему подключить автопрокладчик и карандаш сам будет рисовать на карте курс, а штурман может в это время спокойно ковырять в носу.

Скукотища, по моему! В училище, мы про наступление таких времён уже в те годы знали и заранее жалели штурманов – «А что если отключат электричество? А если спутник сковырнётся с орбиты? А штурман от секстанта и пеленгатора уже отвык! А командир кричит – штурман место?!».

Памятуя о коротких замыканиях электричества, наши мудрые учителя, ещё тогда выбивали из наших голов всякую мечтательную дурь про автопрокладчики. Они утверждали секстант, магнитный компас и пеленгатор будут преследовать штурманов всех времён и народов до скончания веков!

Благодаря нашим учителям, из нас делали настоящих морских штурманов.

Они же учили, что морской офицер должен быть всегда наглажен, гладко выбрит, крепко надушен и слегка пьян.

Шутники были наши каперанги и, видимо, лихие ребята не только в море, но и на берегу!

 

9. ШТУРМАНСКИЕ ШУТОЧКИ

 

Учиться у них было легко и весело. С их помощью, например, мы очень легко запомнили приметы фаз луны:

- Если вашей правой руке удобно гладить грудь молоденькой девушки, значит это серп молодой фазы луны, а если не удобно – значит луна старая. Понятно? Что? Ещё не держали в руке грудь девушки? Не приходилось или не давали? Ничего, ещё подержите, все у вас впереди. А пока гладьте лунный серп, за не имением подходящего. Тренируйтесь, тренируйтесь, тренируйтесь, чтобы не оплошать, когда почувствуете под ладонью настоящий женский бюстгальтер. Не знаете, что такое бюстгальтер? Объясняю первый и последний раз – это женская узда, для поддержания «их» в перпендикулярном положении.

Учителя особенно обращали наше внимание на ведение штурманского журнала.

- Штурманский журнал курсанты, это важный документ для военной прокуратуры. Именно его записи будут определять, сколько лет тюряги судьи дадут лично вам или не вам. Есть три важных закона. Первый – писать только карандашом, чтобы морская вода не съела запись. Закон два – «Вижу то, что наблюдаю, а чего не наблюдаю, того не вижу!» и никаких фантазий. Закон три – «Пишу то, что наблюдаю, а чего не наблюдаю, того не пишу!».

Заставляли хором повторять эти нехитрые законы выживания.

Простенькие вроде запоминаловки, а как они облегчают жизнь моряка! В этом я сам убедился по жизни и не только на  флоте. Про фазы, луны, особенно!

Все эти премудрости повседневной штурманской жизни, нам и предстояло закрепить во время учебного похода вокруг Европы, а далее - на Север.

Как объяснял капдва Новокрещёнов, он нам завидует, так как каждый штурманец может только мечтать о таком учебном походе. Поход будет длиться примерно месяц. За это время мы пересечем несколько часовых поясов, в том числе и нулевой, проходящий через обсерваторию в Гринвиче.

Каждый день будем стоять две вахты – дневную и ночную. При этом во время ночной вахты должно быть обсервовано по звездам, как минимум три местоположения корабля. По окончании каждой вахты, должны быть сданы: карта с прокладкой курса, штурманский журнал и таблицы астрономических расчетов. На следующее утро каждый получит оценку в зачёт экзамена.

Суммарная оценка и станет экзаменационной по результатам года. Это немедленно вызвало наш радостный вопль, так как поход отменял годовые экзамены.

 Создано
Юрий Елистратов
Москва
11 августа 2014 г.

© Copyright: юрий елистратов, 2014

Регистрационный номер №0231955

от 11 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0231955 выдан для произведения:

7.  БЛОКАДУ С «СЕКРЕТА» СНИМАЮТ

 

Мы с удивлением и радостью узнали, что:

- мы штурмана отправляемся в поход вокруг Европы, а затем на Север в порт Мурманск;

- поход является штурманской практикой;

- в походе мы будем не одни, а курсанты-штурмана других училищ;

- ориентировочно, поход планируется на май, по спокойному после зимних штормов морю.

Информация была нам «слита» минерами, а потом уже подключились артиллеристы. Все сопровождалось ехидством и насмешками, чтобы скрыть собственную неудовлетворенность и зависть, но это мы поняли потом.

Зависть, являясь плохим чувством, плавно перетекает в заискивание. Нечто подобное стало постепенно проявляться в наших отношениях с арт-мино-торпедистами. Им вдруг прибредилось, что мы будем заходить в порты разных стран. Начали сыпаться заказы, как у грузинских автомехаников из города Телави, которые просили лётчика Бубу Кикобидзе привезти им из-за границы кто презервативы, кто гайки 10 на 5 и другое.

От этих просьб, наши носы и подбородки начали медленно, и незаметно для их владельцев, задираться вверх. Между всеми факультетами училища начали зарождаться новые, но странные межличностные отношения.

С удивлением я обнаружил возле себя прежних дружбанов, которые как-то незаметно, стали опять кучковаться вокруг меня. Если раньше меня неизменно окликали «эй, длинный!» или «эй, складной!», то постепенно, и все  чаще, я стал слышать свое имя. А один особенно хитрый - Витя Кочкин, вспомнил даже моё отчество, и обращался «слушай Митрич!». Неизменно дружески обнимал за плечи и уводил куда-нибудь в угол. Там предлагал вместе «завалиться» в очередное увольнение к своей девушке, у которой есть красивая подружка. При этом он хитро подмигивал и говорил какие-то сальности.

Вокруг Чаговца, Дубинина и Бондаренко «захороводили» украинцы. Они вместе пели грустные украинские песни, закусывая тоскливые слезы салом – украинским наркотиком.

Остальных штурманов, расхватали другие республиканские землячества и образовалась дружеская идиллия. Все опять дружили с нами.

Училищное начальство поняв, что все училище уже давно рассекретило письмо из Главного управления учебными заведениями Военно-морского флота, решило взять в руки инициативу.

Состоялось построение нашей штурманской роты. Перед строем вышел капитан первого ранга Иванов. Через слово, повторяя «енть», которое он перенял у нашего начальника училища адмирала Рамишвили , также в точности повторяя режущий жест ребром руки по ладони другой, кратко изложил суть предстоящего:

- Товарищи курсанты третьего курса штурманского факультета, енть! Родина, в лице Главного управления учебных заведений ВМФ, енть, доверяет вам, совершить переход из Севастополя  в Мурманск под военно морским флагом нашей страны, енть! - после этого он распилил себе руку другой ладошкой, строго посмотрел на строй и продолжил - Во время перехода состоится штурманская практика, енть! Будете вести штурманскую прокладку, енть! Индивидуальную прокладку, енть, будет сверять с прокладкой штурмана корабля, енть. По результатам, енть, будете получать оценки. Годовые экзамены, енть, будут засчитываться, енть, по этим оценкам, енть. Вопросы есть, енть?

С трудом пробравшись через эти «енть», мы поняли, что вопросов масса и самый главный из них – «Когда?». На этот вопрос, мы получили четкий и понятный ответ – «Когда надо будет, скажем! Рота смирно! Вольно! Разойдись!».

Капраз удалился, оставив нас наедине с ясной мыслью о том, что нам предстоит что-то интересное. Что за этим кроется, было ни хрена не понятно.

В курилке гальюна нашего кубрика было выкурено бесчисленное множество «козьих ног». Все озадаченно смотрели друг на друга. Уточняли кто как понял. На бесчисленные вопросы о деталях был только один ответ – «Куда – то идем!», а что, как, когда, не понятно.

Детали стали проявляться на лекциях по навигации.

 

8.КАК ИЗ НАС ДЕЛАЛИ ШТУРМАНОВ

 

Надо отдать должное руководству флота, штурманов из нас готовили классно. Денег на это не жалели. Лекционный зал представлял собой штурманский мостик корабля. Даже стены были раскрашены морскими волнами. Над ними летели чайки и альбатросы. Это вечные спутники корабля в море, кормящиеся объедками с камбуза, а потому любимцы коков.

У каждого из нас было рабочее место, до тонкостей повторяющее штурманское место на корабле. На него были выведены приборы: лаг - отсчитывал скорость, гудел гирокомпас, нежно покачивалась картушка магнитного компаса, отсчитывались обороты дизелей. На столах лежали карты и штурманский инструмент для прокладки курса.

Преподаватель с пульта управления вводил команды в показания приборов, что создавало полную иллюзию, что мы плывём на корабле.

Для того чтобы сразу после училища, новоиспеченный штурман мог грамотно включиться в ответственное дело – безопасность плавания корабля и его экипажа - денег не жалели и все было сделано по высшему классу.

Лекции по навигации вел капдва Новокрещёнов. Он трижды ставил мне двойки на экзаменах, а на четвертом, когда я без запинки справился со сложнейшими вопросами навигации, сказал:

- Так курсант! Теперь я могу сказать, что из вас получится хороший штурман! Ставлю пять!

Преподаватель он был классный. С курсантами держался просто, даже по-товарищески. Лекции читал с множеством шуток и прибауток. За это и стал нашим любимцем

Именно Новокрещёнов и стал нас погружать в детали предстоящего учебного похода.

Чтобы понять эти детали, надо рассказать про нашу кафедру навигации, астрономии и гидрометеорологии.

Начну так. Корабельный штурман, чтобы привести корабль из пункта  «А» в пункт «Б», должен знать массу совершенно необычных для земного путешественника обстоятельств.

Если корабль идет вдоль берега, надо внимательно следить за поведением птиц – «Если чайка села в воду, жди хорошую погоду, чайка ходит по песку, моряку несет тоску».

Надо отслеживать закат солнца – «Если солнце село в воду, жди хорошую погоду, если солнце село в тучу, жди моряк назавтра бучу. Если красно поутру моряку не по нутру!». Это так называемые местные признаки.

Между прочим, к морю моряки обращаются на «вы» и выработали массу правил, чтобы ненароком его не обидеть.

В море за борт нельзя плевать! Чтобы не притянуть бурю, на корабле категорически запрещено свистеть. За сотни лет плавания моряки подметили много всяких природных явлений и примет, запомнили их, и передавали из поколения в поколение.

Далее. На берегу стоят маяки. Если видно сразу два, жизнь штурмана прекрасна и удивительна. Достаточно посмотреть сначала на один, а потом на второй через пеленгатор на компасе. Если замерить угол, который при этом получается и потом нанести на карту, точка пересечения линий и есть место корабля в данный момент. 

Если корабль идет в открытом море, то днем, как известно, светит солнце, а ночью сияет луна и видны звезды. Если так, то штурман вальяжно выходит на мостик корабля и меряет секстантом угол над горизонтом солнца, луны или звезд. Откорректировав местное время своего часового пояса, со временем на меридиане Гринвича в Англии и полистав слюнявым пальчиком таблицы ежегодного астрономического сборника, штурман наносит на карту место корабля.

Хуже, когда над головой ничего не видно. Тогда надо садиться к специальному – радиопеленгатору и выключив концерт джазовой музыки, прослушать попискивание радиомаяков. Повернув пеленгатор туда-сюда, можно нарисовать линии углов на карте и смело утверждать, что на их пересечении корабль сейчас и плывет на земном шаре.

Если штурман плохой и лекции по астрономии слушал в пол-уха, то место пересечения линий на карте может оказаться прямо в центре Лондона, или Парижа. Выглянув в иллюминатор, такой бедолага, увидит бушующее море, а не блондинок с брюнетками. В Лондон, Париж к девушкам корабль под водительством такого штурмана не приплывёт, а вот на мель или на скалы, сесть очень даже может.

Садились, садятся и будут садиться!

Про все детали таких катастроф, на флотах всего мира известно и мы дотошно их изучали. Совместно с нашими учителями, разбирали ошибки горемык штурманов, допустивших такое разгильдяйство. Главным в таком разборе было - что должен был сделать штурман, и что он не сделал.

Сейчас конечно штурманам легче, так как вокруг земли летают навигационные космические спутники. Включил прибор, и на шкале компьютера высвечиваются координаты корабля. Можно к нему подключить автопрокладчик и карандаш сам будет рисовать на карте курс, а штурман может в это время спокойно ковырять в носу.

Скукотища, по моему! В училище, мы про наступление таких времён уже в те годы знали и заранее жалели штурманов – «А что если отключат электричество? А если спутник сковырнётся с орбиты? А штурман от секстанта и пеленгатора уже отвык! А командир кричит – штурман место?!».

Памятуя о коротких замыканиях электричества, наши мудрые учителя, ещё тогда выбивали из наших голов всякую мечтательную дурь про автопрокладчики. Они утверждали секстант, магнитный компас и пеленгатор будут преследовать штурманов всех времён и народов до скончания веков!

Благодаря нашим учителям, из нас делали настоящих морских штурманов.

Они же учили, что морской офицер должен быть всегда наглажен, гладко выбрит, крепко надушен и слегка пьян.

Шутники были наши каперанги и, видимо, лихие ребята не только в море, но и на берегу!

 

9. ШТУРМАНСКИЕ ШУТОЧКИ

 

Учиться у них было легко и весело. С их помощью, например, мы очень легко запомнили приметы фаз луны:

- Если вашей правой руке удобно гладить грудь молоденькой девушки, значит это серп молодой фазы луны, а если не удобно – значит луна старая. Понятно? Что? Ещё не держали в руке грудь девушки? Не приходилось или не давали? Ничего, ещё подержите, все у вас впереди. А пока гладьте лунный серп, за не имением подходящего. Тренируйтесь, тренируйтесь, тренируйтесь, чтобы не оплошать, когда почувствуете под ладонью настоящий женский бюстгальтер. Не знаете, что такое бюстгальтер? Объясняю первый и последний раз – это женская узда, для поддержания «их» в перпендикулярном положении.

Учителя особенно обращали наше внимание на ведение штурманского журнала.

- Штурманский журнал курсанты, это важный документ для военной прокуратуры. Именно его записи будут определять, сколько лет тюряги судьи дадут лично вам или не вам. Есть три важных закона. Первый – писать только карандашом, чтобы морская вода не съела запись. Закон два – «Вижу то, что наблюдаю, а чего не наблюдаю, того не вижу!» и никаких фантазий. Закон три – «Пишу то, что наблюдаю, а чего не наблюдаю, того не пишу!».

Заставляли хором повторять эти нехитрые законы выживания.

Простенькие вроде запоминаловки, а как они облегчают жизнь моряка! В этом я сам убедился по жизни и не только на  флоте. Про фазы, луны, особенно!

Все эти премудрости повседневной штурманской жизни, нам и предстояло закрепить во время учебного похода вокруг Европы, а далее - на Север.

Как объяснял капдва Новокрещёнов, он нам завидует, так как каждый штурманец может только мечтать о таком учебном походе. Поход будет длиться примерно месяц. За это время мы пересечем несколько часовых поясов, в том числе и нулевой, проходящий через обсерваторию в Гринвиче.

Каждый день будем стоять две вахты – дневную и ночную. При этом во время ночной вахты должно быть обсервовано по звездам, как минимум три местоположения корабля. По окончании каждой вахты, должны быть сданы: карта с прокладкой курса, штурманский журнал и таблицы астрономических расчетов. На следующее утро каждый получит оценку в зачёт экзамена.

Суммарная оценка и станет экзаменационной по результатам года. Это немедленно вызвало наш радостный вопль, так как поход отменял годовые экзамены.

 Создано
Юрий Елистратов
Москва
11 августа 2014 г.
Рейтинг: +2 120 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!