ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ

 

КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ

В окно приемной завода строительных материалов заглянула последняя звезда январской ночи: зевнула и отвернулась – скучно, толпятся сонные люди.
Куда интереснее на реке!
Там, у лунки, одинокий рыбак.
Кутаясь в полушубок он все чаще обреченно смотрит на восток, где вот-вот должно показаться солнце: «Эх, еще бы часок, всего часочек!»
С другого берега, рыжая лисица настороженно наблюдает за ним, приостановив на секунду свой бег.
Канун рассвета.
Морозец бросил горстями иней по деревьям, кустам и, много – на провода: мохнатыми гусеницами висят они теперь вдоль дороги.
Редкие автомобили не спеша выбираются из гаражей-берлог, рассекают фарами слабые уже – утренние сумерки. День близится неотвратимо.
А тут, - в приемной, что?
Мужчины пожимают друг-другу руки, вежливо улыбаются дамам. Настроение у сонных людей пасмурное - начало дня, понедельник.

По-домашнему тепло горит свет.
Под люстрой – молодая и блестящая девушка - секретарь.
Она работает.
Толчея в комнате, конечно, нервирует.
Но девушка прилежно делает занятой вид, пристально вглядываясь в монитор.
На самом деле одна мысль занозой не дает ей покоя: ноготок левого мизинца нужно подкрасить. А лак остался дома!

Ну, как можно было проглядеть?! - Девица оторвала изумленный взгляд от монитора и одарила присутствующих вниманием.
«Вроде бы все?» – Неуверенно моргнула красавица.
В дверях случилась секундная возня, и начальники цехов: верной троицей протиснулись в помещение. Они робко приостановились у входа.
«Так, «Змей Горыныч» пожаловали. – Высокомерно улыбнулась секретарь. – Теперь точно все.
Можно докладывать…»
Рука потянулась к аппарату.

Неожиданно дверь кабинета распахнулась и директор сам, бодро вышел в приемную.
На мгновение замер, цепким взглядом охватив присутствующих.
Большой нос шефа болезненно сморщился.

- Вот! – Гаркнул, неожиданным басом, худенький руководитель.- Пожалте! Русский народ - неконкурентоспособен! – Поднял скомканную в кулаке газетку он.
Это было столь неожиданно, что случилась немая сцена.
Замерли начальники цехов.
Вскочил с кресла молоденький зам по связям.
Вытаращил удивленно глаза убеленный сединами первый заместитель. А главный бухгалтер – Марина Александровна – глупо открыла рот, удивленно разглядывая шефа.

Взгляд секретаря загорелся.
Такого в её практике еще не было.
Разносы подчиненных – были; беседы задушевные – случались; пьянки в кабинете - опять же.

Но, чтобы вот так – при всех, орать непонятные вещи?!
Это что-то новенькое.
- Андрей Михайлович… - попыталась принять огонь на себя смелая девушка.


- Еще выдумали одну штуковину! – Отмахнулся от нее директор. - Конкурентоспособность называется!
- Видите ли, тот лишь продукт, что пользуется большим спросом, имеет право на существование! – На слове «право» Андрей Михайлович существенно повысил голос. - Да, что я вам объясняю, это вы итак знать обязаны. – Махнул он рукой.
- А значит, народ наш, который уже является предметом торга - права на существование может лишиться, если не поспешит стать «конкурентоспособным»!
Как вам?!...

Сейчас он походил на безумного профессора, образ которого так часто мелькает в фантастических фильмах: горящий взгляд, растрепанная шевелюра и непонятные слова.
Впечатление - завораживающее.

 

«Неужто - пьяный? – Сладко забилось в предвкушении скандала сухонькое бухгалтерское сердце Марины Александровны.
Она даже зажмурилась на секунду в предчувствии ярких эмоций. – Но – запаха-то нет!» - Огорчилась женщина в следующую секунду, и разочарованно заморгала.

Удивление сотрудников не смутило руководителя, он кипел, возмущение сквозило в каждом жесте. А взгляд и вовсе - пронзал время, стремясь к вечности.
Андрей Михайлович сел прямо на стол.
Секретарь вытаращила глаза на зад начальника, придавивший бумаги.
Шеф, тем временем, продолжил с издевкой:
- А чтобы конкурентоспособными стать – тьфу, господи, слово-то какое нехорошее! – В сердцах сплюнул он. - Должны мы забыть культуру и нравственность как тяжкий пережиток прошлого, ибо только безнравственные – сегодня конкурентоспособны! Закон рынка! – Громко хлопнула газетка по столу.

Затем во взгляде директора мелькнула секундная задумчивость, и он поднялся.
Секретарь поспешно зацепила коготками и потянула к себе бумаги.

- А я говорю, что это будет полный абзац! – Встал посреди комнаты мужчина. - Безнравственность и бескультурье - лучшие качества товара?! – Возмущенно спросил он.
Так зазывать покупателя?! – Голос повысился почти до крика.

- Какова наглость?! – Страшная тьма раскрылась на долю секунды во взгляде директора. Потом пропасть захлопнулась и он огляделся.
Люди со всех сторон вопросительно смотрели на руководителя и он стушевался.
Нос его поник, взгляд потух и вулканическая энергия оставила только легкий румянец на щеках.
-Здравствуйте! – Сказал директор первое, что пришло на ум. - Заходите. – Указал он рукой на дверь, и спрятал глаза.

Теперь все стало понятно, и прибывшие на совещание, гуськом направились в кабинет, смущенно здороваясь с патроном.
Через пару секунд, спрятав смущение, директор весело подмигнул секретарше и отправился следом.
Он уверенно занял место во главе длинного стола и, выждав, когда управленцы усядутся, заговорил:
- Прошу прощения за столь эмоциональное начало… – Руководитель секунду помолчал, настраиваясь на работу.
Однако взгляд его вновь уперся в злополучную газету, до сих пор зажатую в кулаке, и, тлеющее в душе раздражение, вспыхнуло с новой силой.
– Но, что здесь пишут?! – Смятый лист полетел на стол, и начал осторожно, как битая кошка, расправляться.
– Сегодня мы неконкурентоспособны! Тьфу, ты! – сокрушенно дернул головой руководитель.
- И не потому, что чугуна меньше выплавляем, или паровозов производим! А потому, что воспитаны дурно!

Свободы, видите ли, не хватает в поведении!

Не все еще бабы (пардон) нагишом снялись и не все мужики объявились голубыми! – Возмущенно застучал пальцами дробь, директор.
А продается только это! – Вытаращил глаза он.
- И нельзя нам считаться равными с цивилизованными сверхчеловеками! Рылом не вышли! – Мужчина цинично и зло ухмыльнулся.
- Мы, дорогие коллеги, должны всерьез думать, как торговать собой будем! – Придал он серьезное выражение лицу.
- Иначе, как здесь говорится, - указательный палец ткнулся в газету. – Купят за бесценок, а это худо…
Директор замолчал.
Из всех присутствующих только Марина Александровна заискивающе улыбнулась:
- Вы шутите?
Остальные так и не разобрались, как вести себя в этой крайне необычной ситуации?
Все-таки странный он - их начальник.
Смотрит, будто съест тебя сейчас. Иной раз лучше помолчать от греха.

Андрей Михайлович смешно склонил голову набок и вопросительно глянул на собрание.

- Вы, господа производители строительных материалов, не хуже меня знаете! Рынок вообще чертово место! – Он встал и отошел к окну.

За стеклом занималась заря.
Медленно погибала последняя утренняя звезда.

Директор обернулся.
Уперев руки в спинку кресла, он отчеканил:

- Дьявольское место - ваш рынок!
- Судите сами!
- Ну, - вот например… - он задумался.
- Например… э-э-э… - нужные доказательства никак не шли в голову.
- Да, хоть бы в литературе! – Нашел простой, как ему показалось, пример.
- Вот! Книги Астафьева - выходит хуже, чем Кинга!

- Почему? - вы спросите.
- Ну, это же очевидно – сегодня Кинг пользуется, куда большим спросом!
А неконкурентоспособный Астафьев – к тому же мещанством грешит! Не скрывает симпатий к родной культуре!
Стало быть, предать его анафеме как врага цивилизации, да и дело с концом! Так что ли?! – Андрей Михайлович сел в кресло.

Начальник третьего цеха успел что-то шепнуть в паузе.
Его товарищи, еле сдерживая смех, начали прятать лица. Они краснели и потели, скрывая свое неуместное веселье.
«Ну как школьники! - Подумала Марина Александровна, - хоть из класса выгоняй».- Она осуждающе осмотрела нарушителей, фыркнула негромко и обратила преданный взор к начальнику, который продолжил укоризненно:

- Современный человек! Ты должен быть в курсе!
Вы понимаете – это главное – быть в курсе новых направлений и веяний.
И не важно, была ли та внутренняя работа, для которой пишутся книги. Главное - в курсе ли ты модных течений?!
- Простите, но я не хочу быть конкурентоспособным в таком понимании! – Продолжил он. - Я хочу читать Гоголя, много раз, и каждое его слово даст мне больше, чем все новомодные течения!
И, не вникнув в роман Булгакова – я потеряю, возможно, половину жизни!.. . – Гнев несколько утих, и директор понизил тон.
- Конкурентоспособность - дело, конечно, важное. – Нотки усталости послышались в голосе.
- Но так ли нам стоит поступать, как авторы пасквиля этого советуют? – Рука вновь жестко хлопнула по несчастной газетке. - А что если наоборот? – Он почти зашептал, взгляд стал умоляющим.
- Что если… – самый нравственный и чистый народ в мире?! Кто скажет, что это будет не конкурентоспособно?! – Зазвучал громко и утвердительно голос.
- Да все остальные побегут сюда – словно к источнику святой воды! – Победно откинулся на спинку кресла Андрей Михайлович, и обвел взглядом комнату.

- Вот и выходит, что путь, нам предлагают легкий! А нам не туда нужно! В другую сторону нам.
А там трудно! Поэтому – лень… – С негодованием сморщил лицо он.


- Ну да ладно, хватит лирики. – Неожиданно прервал монолог руководитель. - Докладывайте Михаил Михайлович – обратился он к первому заместителю….

***

Спустя час сотрудники покидали кабинет директора, вяло перебрасываясь фразами.
Главный бухгалтер, задержалась у секретаря.
- Погодите, Василий! – Крикнула она молодому заместителю по связям. – У меня к вам разговор.
- Да. - Юноша остановился в дверях.
Марина Александровна догнала коллегу и взяла его под руку.
- Каково было начало? А? – Она хитро подмигнула спутнику.
- Да уж! – Весело согласился тот.
- Послушайте, а кто такие вообще эти Астафьев и Кинг?…

© Copyright: Александр Александров, 2014

Регистрационный номер №0201606

от 17 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0201606 выдан для произведения:

В окно приемной завода строительных материалов заглянула последняя звезда январской ночи: зевнула и отвернулась – скучно, толпятся сонные люди.
Куда интереснее на реке!
Там, у лунки, одинокий рыбак.
Кутаясь в полушубок он все чаще обреченно смотрит на восток, где вот-вот должно показаться солнце: «Эх, еще бы часок, всего часочек!»
С другого берега, рыжая лисица настороженно наблюдает за ним, приостановив на секунду свой бег.
Канун рассвета.
Морозец бросил горстями иней по деревьям, кустам и, много – на провода: мохнатыми гусеницами висят они теперь вдоль дороги.
Редкие автомобили не спеша выбираются из гаражей-берлог, рассекают фарами слабые уже – утренние сумерки. День близится неотвратимо.
А тут, - в приемной, что?
Мужчины пожимают друг-другу руки, вежливо улыбаются дамам. Настроение у сонных людей пасмурное - начало дня, понедельник.

По-домашнему тепло горит свет.
Под люстрой – молодая и блестящая девушка - секретарь.
Она работает.
Толчея в комнате, конечно, нервирует.
Но девушка прилежно делает занятой вид, пристально вглядываясь в монитор.
На самом деле одна мысль занозой не дает ей покоя: ноготок левого мизинца нужно подкрасить. А лак остался дома!

Ну, как можно было проглядеть?! - Девица оторвала изумленный взгляд от монитора и одарила присутствующих вниманием.
«Вроде бы все?» – Неуверенно моргнула красавица.
В дверях случилась секундная возня, и начальники цехов: верной троицей протиснулись в помещение. Они робко приостановились у входа.
«Так, «Змей Горыныч» пожаловали. – Высокомерно улыбнулась секретарь. – Теперь точно все.
Можно докладывать…»
Рука потянулась к аппарату.

Неожиданно дверь кабинета распахнулась и директор сам, бодро вышел в приемную.
На мгновение замер, цепким взглядом охватив присутствующих.
Большой нос шефа болезненно сморщился.

- Вот! – Гаркнул, неожиданным басом, худенький руководитель.- Пожалте! Русский народ - неконкурентоспособен! – Поднял скомканную в кулаке газетку он.
Это было столь неожиданно, что случилась немая сцена.
Замерли начальники цехов.
Вскочил с кресла молоденький зам по связям.
Вытаращил удивленно глаза убеленный сединами первый заместитель. А главный бухгалтер – Марина Александровна – глупо открыла рот, удивленно разглядывая шефа.

Взгляд секретаря загорелся.
Такого в её практике еще не было.
Разносы подчиненных – были; беседы задушевные – случались; пьянки в кабинете - опять же.

Но, чтобы вот так – при всех, орать непонятные вещи?!
Это что-то новенькое.
- Андрей Михайлович… - попыталась принять огонь на себя смелая девушка.


- Еще выдумали одну штуковину! – Отмахнулся от нее директор. - Конкурентоспособность называется!
- Видите ли, тот лишь продукт, что пользуется большим спросом, имеет право на существование! – На слове «право» Андрей Михайлович существенно повысил голос. - Да, что я вам объясняю, это вы итак знать обязаны. – Махнул он рукой.
- А значит, народ наш, который уже является предметом торга - права на существование может лишиться, если не поспешит стать «конкурентоспособным»!
Как вам?!...

Сейчас он походил на безумного профессора, образ которого так часто мелькает в фантастических фильмах: горящий взгляд, растрепанная шевелюра и непонятные слова.
Впечатление - завораживающее.

 

«Неужто - пьяный? – Сладко забилось в предвкушении скандала сухонькое бухгалтерское сердце Марины Александровны.
Она даже зажмурилась на секунду в предчувствии ярких эмоций. – Но – запаха-то нет!» - Огорчилась женщина в следующую секунду, и разочарованно заморгала.

Удивление сотрудников не смутило руководителя, он кипел, возмущение сквозило в каждом жесте. А взгляд и вовсе - пронзал время, стремясь к вечности.
Андрей Михайлович сел прямо на стол.
Секретарь вытаращила глаза на зад начальника, придавивший бумаги.
Шеф, тем временем, продолжил с издевкой:
- А чтобы конкурентоспособными стать – тьфу, господи, слово-то какое нехорошее! – В сердцах сплюнул он. - Должны мы забыть культуру и нравственность как тяжкий пережиток прошлого, ибо только безнравственные – сегодня конкурентоспособны! Закон рынка! – Громко хлопнула газетка по столу.

Затем во взгляде директора мелькнула секундная задумчивость, и он поднялся.
Секретарь поспешно зацепила коготками и потянула к себе бумаги.

- А я говорю, что это будет полный абзац! – Встал посреди комнаты мужчина. - Безнравственность и бескультурье - лучшие качества товара?! – Возмущенно спросил он.
Так зазывать покупателя?! – Голос повысился почти до крика.

- Какова наглость?! – Страшная тьма раскрылась на долю секунды во взгляде директора. Потом пропасть захлопнулась и он огляделся.
Люди со всех сторон вопросительно смотрели на руководителя и он стушевался.
Нос его поник, взгляд потух и вулканическая энергия оставила только легкий румянец на щеках.
-Здравствуйте! – Сказал директор первое, что пришло на ум. - Заходите. – Указал он рукой на дверь, и спрятал глаза.

Теперь все стало понятно, и прибывшие на совещание, гуськом направились в кабинет, смущенно здороваясь с патроном.
Через пару секунд, спрятав смущение, директор весело подмигнул секретарше и отправился следом.
Он уверенно занял место во главе длинного стола и, выждав, когда управленцы усядутся, заговорил:
- Прошу прощения за столь эмоциональное начало… – Руководитель секунду помолчал, настраиваясь на работу.
Однако взгляд его вновь уперся в злополучную газету, до сих пор зажатую в кулаке, и, тлеющее в душе раздражение, вспыхнуло с новой силой.
– Но, что здесь пишут?! – Смятый лист полетел на стол, и начал осторожно, как битая кошка, расправляться.
– Сегодня мы неконкурентоспособны! Тьфу, ты! – сокрушенно дернул головой руководитель.
- И не потому, что чугуна меньше выплавляем, или паровозов производим! А потому, что воспитаны дурно!

Свободы, видите ли, не хватает в поведении!

Не все еще бабы (пардон) нагишом снялись и не все мужики объявились голубыми! – Возмущенно застучал пальцами дробь, директор.
А продается только это! – Вытаращил глаза он.
- И нельзя нам считаться равными с цивилизованными сверхчеловеками! Рылом не вышли! – Мужчина цинично и зло ухмыльнулся.
- Мы, дорогие коллеги, должны всерьез думать, как торговать собой будем! – Придал он серьезное выражение лицу.
- Иначе, как здесь говорится, - указательный палец ткнулся в газету. – Купят за бесценок, а это худо…
Директор замолчал.
Из всех присутствующих только Марина Александровна заискивающе улыбнулась:
- Вы шутите?
Остальные так и не разобрались, как вести себя в этой крайне необычной ситуации?
Все-таки странный он - их начальник.
Смотрит, будто съест тебя сейчас. Иной раз лучше помолчать от греха.

Андрей Михайлович смешно склонил голову набок и вопросительно глянул на собрание.

- Вы, господа производители строительных материалов, не хуже меня знаете! Рынок вообще чертово место! – Он встал и отошел к окну.

За стеклом занималась заря.
Медленно погибала последняя утренняя звезда.

Директор обернулся.
Уперев руки в спинку кресла, он отчеканил:

- Дьявольское место - ваш рынок!
- Судите сами!
- Ну, - вот например… - он задумался.
- Например… э-э-э… - нужные доказательства никак не шли в голову.
- Да, хоть бы в литературе! – Нашел простой, как ему показалось, пример.
- Вот! Книги Астафьева - выходит хуже, чем Кинга!

- Почему? - вы спросите.
- Ну, это же очевидно – сегодня Кинг пользуется, куда большим спросом!
А неконкурентоспособный Астафьев – к тому же мещанством грешит! Не скрывает симпатий к родной культуре!
Стало быть, предать его анафеме как врага цивилизации, да и дело с концом! Так что ли?! – Андрей Михайлович сел в кресло.

Начальник третьего цеха успел что-то шепнуть в паузе.
Его товарищи, еле сдерживая смех, начали прятать лица. Они краснели и потели, скрывая свое неуместное веселье.
«Ну как школьники! - Подумала Марина Александровна, - хоть из класса выгоняй».- Она осуждающе осмотрела нарушителей, фыркнула негромко и обратила преданный взор к начальнику, который продолжил укоризненно:

- Современный человек! Ты должен быть в курсе!
Вы понимаете – это главное – быть в курсе новых направлений и веяний.
И не важно, была ли та внутренняя работа, для которой пишутся книги. Главное - в курсе ли ты модных течений?!
- Простите, но я не хочу быть конкурентоспособным в таком понимании! – Продолжил он. - Я хочу читать Гоголя, много раз, и каждое его слово даст мне больше, чем все новомодные течения!
И, не вникнув в роман Булгакова – я потеряю, возможно, половину жизни!.. . – Гнев несколько утих, и директор понизил тон.
- Конкурентоспособность - дело, конечно, важное. – Нотки усталости послышались в голосе.
- Но так ли нам стоит поступать, как авторы пасквиля этого советуют? – Рука вновь жестко хлопнула по несчастной газетке. - А что если наоборот? – Он почти зашептал, взгляд стал умоляющим.
- Что если… – самый нравственный и чистый народ в мире?! Кто скажет, что это будет не конкурентоспособно?! – Зазвучал громко и утвердительно голос.
- Да все остальные побегут сюда – словно к источнику святой воды! – Победно откинулся на спинку кресла Андрей Михайлович, и обвел взглядом комнату.

- Вот и выходит, что путь, нам предлагают легкий! А нам не туда нужно! В другую сторону нам.
А там трудно! Поэтому – лень… – С негодованием сморщил лицо он.


- Ну да ладно, хватит лирики. – Неожиданно прервал монолог руководитель. - Докладывайте Михаил Михайлович – обратился он к первому заместителю….

***

Спустя час сотрудники покидали кабинет директора, вяло перебрасываясь фразами.
Главный бухгалтер, задержалась у секретаря.
- Погодите, Василий! – Крикнула она молодому заместителю по связям. – У меня к вам разговор.
- Да. - Юноша остановился в дверях.
Марина Александровна догнала коллегу и взяла его под руку.
- Каково было начало? А? – Она хитро подмигнула спутнику.
- Да уж! – Весело согласился тот.
- Послушайте, а кто такие вообще эти Астафьев и Кинг?…

Рейтинг: 0 127 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!