ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Коля в гостях у дяди

Коля в гостях у дяди

27 января 2012 - Александр Шипицын


Бывая в Ленинграде, Коля останавливался у дяди с тетей. Дядя недавно ремонт сделал, новую мебель купил, ванную и туалет обновил, а на унитаз, пластиковый, жемчужного цвета хомут приделал.

           Утром дядя с тетей на работу ушли, Коле указали, где что лежит. Он сытно позавтракал яичницей с беконом, пивом запил – мода в Питере такая была, все как у американцев. Закурил папиросу. Пару раз затянулся и в туалет пошел.

 По казарменной привычке залез он обеими ногами на пластиковый хомут, тот и хрястнул, в том месте, где пятая точка контакт с сидением имеет. Коля, глядя на трещину, затылок почесал, бросил окурок в унитаз, и ушел в город, культурно просвещаться.

Вечером дядя в туалет пошел, пятую точку трещиной защемил и сильно ругался. Он понять не мог; как можно хомут задницей сломать? Давно, в армии  служил, позабыл все. А Николай только теперь сообразил, как сидеть надо было, а признаться неловко, и дядю успокоил:

-         Чего там. Я везде накачанный, повернулся, а оно, гляди, и лопнуло.

Дядя недоверчиво головой покрутил, на Колину задницу покосился, свою потер, но ничего больше не сказал.

            В тот же вечер Коля, открывал дверь в зал. За ручку - пимпочку чешскую с золотым ободком, потянул, а дверь за пол цепляла. Чтобы дверь открыть, Коля и сил-то приложил совсем ничего, а ручку, оторвал. Дядя тут же появился:

               -  Ты, - говорит, - обалдуй, сила есть – ума не надо! Мог и сообразить башкой своей. Слегка дверь за ручку от пола приподними и тяни на себя. Тянешь со всей дури! Хорошо, что ручку в запас купили. Как знал, приедет такой олух и что-нибудь сломает.

Коля стоял рядом да в смущении бок чесал, где-то подмышкой:

            - Черт ее, дядь Петь, знает. Легонько только потянул…, импортная вещь.… Гляди,   вот ведь хрупкая какая! И как это я?

            - «Хрупкая», «легонько», -   ворчал дядя, - а силища? Вон лапищи-то, какие, а сала то в голове и нет! У, турок!

Дядя все в доме сам чинил. Он уже не сердился и новую пимпочку привинтил.

           - Снизу, конь в пальто, поднажми, - поучал он Колю. - Потом, лапищей своей, деревянной, тяни. Пол ли, нет ли!?

             - Да чего тут не понять, - проявлял Коля сообразительность, - приподнял, и тяни.

             - Точно, - подтвердил дядя, - пошли чай пить.

       После чая, черт понес Колю туда же. Он обхватил снизу нехилой ладошкой своей нежное произведение чешских умельцев, напряг крепкий бицепс и  приподнял дверь.  Ручка, оторванная давлением снизу, чуть  не влетела в лоб, наблюдавшему за плодами своих поучений дяде. Но даже если бы она ему и шишку набила, то и тогда его негодование не было бы большим. Его злила, собственная непредусмотрительность.

               - Как я мог, - причитал дядя, - зная, что мой племянник такая деревенщина, купить только одну запасную ручку! Надо было их на всю получку купить! - надрывался он, норовя дать Коле подзатыльник, - Надо было чугунные ручки поставить! Надо было, сортир во дворе выкопать, - не удержался он от мелкой мести, -  а тебя, медведя, на ночь к стенке цепью приковать, что бы ты здание не обрушил!

           Коля виновато чесал другой бок на том же уровне. Не зная от смущения, чем занять себя, он взял в руки тетины швейцарские часики, лежащие на столе в хрустальной пепельнице. Эти часики дядя привез с войны, и они составляли главную гордость семейства. Дядя зарычал и кинулся к невезучему родственнику, но было поздно. Часики звонко щелкнули и к его ужасу заводная головка и корпус часов уже не составляли единого целого.

         - Свернул, - стонал дядя, - головку свернул! Иди с глаз моих, видеть тебя не могу!

Бурмыла чертова!

         На шум скандала в залу с кухни, заглянула  тетя:

               - Ну, чего ты на ребенка орешь? –  спросила она мужа, разобравшись в сути конфликта, - какие-то старые часы, ручки, хомут. Помрем мы без них, что ли?

Тете было жаль часиков, но она любила Колю и всегда защищала его от всех, даже от Колиной мамы, но когда на следующий день накрывала на стол, то Коле, вместо фарфоровой чашки, поставила простую алюминиевую кружку.

 А когда Коля попытался заточить карандаш немецкой, из золлингеновской стали, бритвой, (вторая семейная реликвия), и выломал всего небольшой кусочек лезвия, что лишило бритву функциональности, дядя подумал – хорошо, что у курсантов отпуск всего тридцать суток.

 

© Copyright: Александр Шипицын, 2012

Регистрационный номер №0019860

от 27 января 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0019860 выдан для произведения:


Бывая в Ленинграде, Коля останавливался у дяди с тетей. Дядя недавно ремонт сделал, новую мебель купил, ванную и туалет обновил, а на унитаз, пластиковый, жемчужного цвета хомут приделал.

           Утром дядя с тетей на работу ушли, Коле указали, где что лежит. Он сытно позавтракал яичницей с беконом, пивом запил – мода в Питере такая была, все как у американцев. Закурил папиросу. Пару раз затянулся и в туалет пошел.

 По казарменной привычке залез он обеими ногами на пластиковый хомут, тот и хрястнул, в том месте, где пятая точка контакт с сидением имеет. Коля, глядя на трещину, затылок почесал, бросил окурок в унитаз, и ушел в город, культурно просвещаться.

Вечером дядя в туалет пошел, пятую точку трещиной защемил и сильно ругался. Он понять не мог; как можно хомут задницей сломать? Давно, в армии  служил, позабыл все. А Николай только теперь сообразил, как сидеть надо было, а признаться неловко, и дядю успокоил:

-         Чего там. Я везде накачанный, повернулся, а оно, гляди, и лопнуло.

Дядя недоверчиво головой покрутил, на Колину задницу покосился, свою потер, но ничего больше не сказал.

            В тот же вечер Коля, открывал дверь в зал. За ручку - пимпочку чешскую с золотым ободком, потянул, а дверь за пол цепляла. Чтобы дверь открыть, Коля и сил-то приложил совсем ничего, а ручку, оторвал. Дядя тут же появился:

               -  Ты, - говорит, - обалдуй, сила есть – ума не надо! Мог и сообразить башкой своей. Слегка дверь за ручку от пола приподними и тяни на себя. Тянешь со всей дури! Хорошо, что ручку в запас купили. Как знал, приедет такой олух и что-нибудь сломает.

Коля стоял рядом да в смущении бок чесал, где-то подмышкой:

            - Черт ее, дядь Петь, знает. Легонько только потянул…, импортная вещь.… Гляди,   вот ведь хрупкая какая! И как это я?

            - «Хрупкая», «легонько», -   ворчал дядя, - а силища? Вон лапищи-то, какие, а сала то в голове и нет! У, турок!

Дядя все в доме сам чинил. Он уже не сердился и новую пимпочку привинтил.

           - Снизу, конь в пальто, поднажми, - поучал он Колю. - Потом, лапищей своей, деревянной, тяни. Пол ли, нет ли!?

             - Да чего тут не понять, - проявлял Коля сообразительность, - приподнял, и тяни.

             - Точно, - подтвердил дядя, - пошли чай пить.

       После чая, черт понес Колю туда же. Он обхватил снизу нехилой ладошкой своей нежное произведение чешских умельцев, напряг крепкий бицепс и  приподнял дверь.  Ручка, оторванная давлением снизу, чуть  не влетела в лоб, наблюдавшему за плодами своих поучений дяде. Но даже если бы она ему и шишку набила, то и тогда его негодование не было бы большим. Его злила, собственная непредусмотрительность.

               - Как я мог, - причитал дядя, - зная, что мой племянник такая деревенщина, купить только одну запасную ручку! Надо было их на всю получку купить! - надрывался он, норовя дать Коле подзатыльник, - Надо было чугунные ручки поставить! Надо было, сортир во дворе выкопать, - не удержался он от мелкой мести, -  а тебя, медведя, на ночь к стенке цепью приковать, что бы ты здание не обрушил!

           Коля виновато чесал другой бок на том же уровне. Не зная от смущения, чем занять себя, он взял в руки тетины швейцарские часики, лежащие на столе в хрустальной пепельнице. Эти часики дядя привез с войны, и они составляли главную гордость семейства. Дядя зарычал и кинулся к невезучему родственнику, но было поздно. Часики звонко щелкнули и к его ужасу заводная головка и корпус часов уже не составляли единого целого.

         - Свернул, - стонал дядя, - головку свернул! Иди с глаз моих, видеть тебя не могу!

Бурмыла чертова!

         На шум скандала в залу с кухни, заглянула  тетя:

               - Ну, чего ты на ребенка орешь? –  спросила она мужа, разобравшись в сути конфликта, - какие-то старые часы, ручки, хомут. Помрем мы без них, что ли?

Тете было жаль часиков, но она любила Колю и всегда защищала его от всех, даже от Колиной мамы, но когда на следующий день накрывала на стол, то Коле, вместо фарфоровой чашки, поставила простую алюминиевую кружку.

 А когда Коля попытался заточить карандаш немецкой, из золлингеновской стали, бритвой, (вторая семейная реликвия), и выломал всего небольшой кусочек лезвия, что лишило бритву функциональности, дядя подумал – хорошо, что у курсантов отпуск всего тридцать суток.

 

Рейтинг: +2 434 просмотра
Комментарии (1)
чудо Света # 11 марта 2012 в 10:14 +2
Хороший парень! Настоящий русский богатырь!!! zyy

 

Популярная проза за месяц
103
81
79
75
70
68
67
62
61
58
56
55
54
54
54
53
51
51
49
49
49
48
48
47
45
44
44
43
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
39
35