ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Каждому своё

Каждому своё

25 мая 2020 - Влад Устимов
article474352.jpg
         Грядущее нахмурилось и изобразило хищный оскал, не предвещавший ничего хорошего. Планы рушатся, как карточный домик. Что делать? Не знаю.  Впереди всё призрачно и мрачно. И некому руку подать.
         Со строительством коттеджа та ещё лажа получается. Бригада  как в воду канула.  Дёрнула куда-то в неизвестном направлении.  До половины стены не вывели, кладку бросили. О крыше даже и речи нет. А тут, как на грех, дожди зарядили на две недели. Прошёл слух, что подрядчики обанкротились. Тоже пропали вместе с нашими денежками. Ну, дела! И где же теперь их искать? Ума не приложу.  Вот до чего довела моя неисправимая доверчивость.  Никак жизнь уму-разуму не научит.  Не зря, видать мудрые люди говорят: «Беду надо ждать, так её легче встречать».
         На работе  и того пуще. Конфликт с начальством прошёл точку невозврата. Известное дело: стрелки всегда на лузера переводят. Теперь я твёрдо знаю, что моё увольнение  практически неизбежно.  В таких вещах на чудо надеяться бесполезно. Это вопрос ближайшего времени. Передо мной в полный рост встают новые проблемы, одна другого хлеще.
В довершении всех бед машину угнали. Всё как по писаному: горе в одиночку не ходит. Короче, начались у меня не самые лучшие времена. Унылые утра, тупые дни, злые вечера.  Куда ни кинь – кругом клин.
         Невольно вспомнился брат, Валентин, любивший повторять: «Вот это ты влип, Федя!». Вечно он издевался надо мной и моим хроническим невезением. Сам-то он всегда был баловнем судьбы. Выучился на врача, увлёкся наукой. Сделал какое-то открытие. Оказывается, что у вирусов тоже иммунитет имеется. Стал разъезжать по миру, да так и не вернулся. Завлекли буржуи ценного кадра. С тех пор дружба наша постепенно захирела. Да и бог с ним. Пусть это будет на его совести. Хотя, конечно, жалко парня.
Но мне - то что делать? Осталось только развестись с женой и спиться. Другие варианты дальнейшего развития событий сомнительны и маловероятны.  Или просто не реальны. Это у меня шутка такая.  А то без юмора совсем тоска зелёная.
         Понимаю, конечно, что сложа руки нельзя сидеть. Необходимо действовать. Надо что-то менять. Только с чего начинать – не знаю, хоть убей.  Абсолютно без понятия! Но делать что-то надо.  К брательнику, разве что податься, за кордон? Он уж там давным-давно освоился. Да не больно – то Валя к себе приглашает. Кому мы на Западе нужны? Им самим там тесно.
         Тут ещё приехал к нам деверь, чудак из лесной глухомани. Встречал я его на вокзале. Ну, прямо отшельник, ни дать, ни взять. Не какой-нибудь древний немощный старец, а молодой, здоровый мужик. Выглядит  как былинный богатырь из русской сказки. Смотрю на него и удивляюсь.  Даже самому не верится. Неужели это тот самый Стёпа, хлюпик- интеллигент, который десять лет назад женился на моей сестре Клавке? Да быть не может! Куда только девался тот смешной ботаник? Косая сажень в плечах.  Лицо открытое, приветливое.  Глаза веселые, умные. Брода густая, окладистая.  От него так и пышет здоровьем и жизнелюбием. Красавец. Перун в молодые годы!
         - Ты откуда, такое чудо? – спрашиваю его удивленно.
А он с широкой улыбкой спокойно так мне отвечает:
         - Я к вам из будущего.  Из вашего будущего.  За вами.
Вот, этими-то словами он смуту мне в душу и внёс.  А впоследствии, в ходе дальнейшего общения, так мне всю схему жизни и поломал, искуситель.
         - О чём ты говоришь? – я с некоторой опаской посмотрел на него.
         - Хватит вам тут в этой отравленной атмосфере задыхаться! Перебирайтесь к нам на волю.  У нас там тишина. Благодать божья. Живите по-человечески. Как мы, как предки наши.  Как это нам всем предопределено свыше.
Чудак-человек. Оригинал. Удивлял не переставая. Сияние не сходило с его лица. Широко и уверенно шагая по улице, он улыбался встречным.
Егорка, сын его, – тоже. Тот ещё часто наклонялся и поднимал с асфальта скомканные сигаретные пачки, бумажки и бросал в урну. «У нас вокруг дома всё чисто» - говорил он, как бы оправдываясь.
         Наш гость вёл себя уверенно, с достоинством. На него было приятно посмотреть.  Достаточно одного взгляда, чтобы проникнуться к нему доверием. Симпатичная личность. Я заметил, что его дети особенно любят. Войдя в квартиру, Степан слегка ссутулился и двигался осторожно, будто опасаясь что-нибудь задеть. Не мудрено с его-то повадками.
         - Вот, приехал по приглашению радиостанции. Народ нашей новой жизнью интересуется.  Расскажу людям: как мы устроились на земле, какие преимущества у нас перед городом.
         - Ну, и какие такие преимущества?
         - Не надо издеваться. Ошибается тот, кто смеется последний. А вот отведайте сначала наших гостинцев!
         Они с сынишкой стали выкладывать привезенную с собой деревенскую еду.  Масло и окорока, сыр и мёд, соленья и варенья.  Всё это было красиво и ароматно. Выглядело натурально и вкусно. Радовало глаз и возбуждало аппетит. Но самым удивительным оказался простой крестьянский продукт.
         - Это настоящий, несолёный хлеб, выпеченный на хмелевой закваске, с добавлением мёда. Не то, что магазинный дрожжевой хлебозаменитель. Небольшой такой краюшкой наешься досыта, будто скушал две буханки вашего городского.
         На пробу гостинец оказался бесподобным.
         - Какая вкуснятина! – воскликнул я - Язык проглотишь!
         - У вас, в супермаркетах, совсем не те продукты. Химией напичканное, генномодифицированное дерьмо, извиняюсь за выражение. Из нечистых в экологическом отношении мест. Импорт, одним словом. От них какое здоровье? Сплошная аллегрия, онкология и прочие болячки. А тут всё натуральное, полезное и приятное. Извольте отведать плоды нашего собственного производства.  Между прочим, америкосы по закону лишены такой возможности. Там личные хозяйства запрещены, а торговля такой продукцией – строго табуирована. И в этом, кстати, большая их слабость.
         - Костюм на нем выглядит намного моложе! – Лизавета, моя женушка, не преминула втихаря съехидничать мимоходом своим ядовитым шепотком.
         Но, к нашему удивлению, Стёпа сразу же отозвался:
         - Слышал, слышал. На слух вроде бы не жалуюсь. А по этому поводу скажу так: лучше я буду добрые дела делать, чем красиво одеваться. За модой гоняться – пустое дело. Как в народе говорят, попа и в рогоже узнают.
         Лиза покраснела и шмыгнула в спальню. Я как-то попытался замять неловкость:
         - Время теперь такое тяжелое: думаем одно, говорим другое, делаем третье.
         - Во-от!  Эта самая лабуда вам и мешает, как муравей в трусах.
Суетитесь много зря. Ты вот поведал мне про свои-то дела. Ну что тут скажешь? Иметь вид жулика, а быть дураком – это, конечно, круто.
 
         Его лицо выражало безмятежное спокойствие.
 
         - Что делать? Сердце порой кобенится перед доводами разума. Чему тут удивляться? – оправдывался  я - Мы живем в век космических скоростей, техногенных катастроф, терроризма и бездушия.
 
         Тиканье часов на кухонной стене вдруг потеряло свой привычный ритм. Секундная стрелка задергалась в агонии между шестью и семью, не в силах двинуться дальше. Я ошалело посмотрел на циферблат.
         - Не надо путать минутную стрелку с часовой! – Степан назидательно указал на сломавшийся механизм. - И всё у вас устаканится. Чем больше у тебя будет времени на свои дела, тем меньше останется на чужие.
         - Да, вообще! Трудные нынче времена наступают. Не знаешь, куда деваться.
         - Дык ведь, можно ли вечно паразитами – то жить? Хорошего помаленьку.  Ленью и причитаниями импортозамещению не пособишь. Как потопаешь, так и полопаешь. Нет у вас организации, и организованности нет.  Зашоренные вы какие-то.  Оперативного  простора вам не хватает.
Под его могучей фигурой жалобно потрескивало ротанговое кресло.
         - Как привыкли, так и живём, - тихо пробурчал я.
         - А  ты по-другому на жизнь посмотри. По-новому! Настоящее скучно, оно уже есть и ничего с ним не поделаешь; будущее – интересно, его еще нет, но в нём надежда. Ведь всё в руках наших.  И земля отдохнувшая заждалась. Крестьянский уклад – самая живучая форма хозяйства. Оно и понятно: что пережило века, имеет прочную основу. Решаться вам надо, пока не поздно. Ведь упущенную возможность, как сказанное слово, назад не вернешь!
         На кухню вбежали ребятишки.  Двоюродные братья, Егор и Дима, почти ровесники. Оба голубоглазые, белобрысые. Гость, хоть и чуть моложе, но был выше ростом и крепче сложением.
         - Вот оно, наше семя будущего! – радостно воскликнул Стёпа, вороша тяжелой ладонью мальчишеские вихры.
         Разговоры детей между собой были на ту же тему. Мой Димка хвалился освоенными достижениями цивилизации. С увлечением показывал стрелялки, «одноклассники», снимал селфи, угощал сникерсами и баунти. В общем, все городские «прелести» без ложной скромности выставил напоказ. Рослый племяш, в свою очередь, с солидным видом прельщал моего огольца своими, сельскими, развлечениями.  Среди них фигурировали: верховая езда, стрельба из лука, «самбо», спортивное ориентирование, гребля и плавание. Деревенский парнишка быстро уговорил нашего горожанина приехать к ним.
         Я невольно вспомнил, как в школьные годы гостили мы с Валькой у деда. Ходили на сенокос. Валялись в траве, глядя в бездонную голубизну зенита, слушали птиц. «Спать пора, спать пора!» кричала глупая перепелка, несмотря на раннее утро. Ночью мечтали у костра о том, какими станем, когда вырастим.  Любовались таинственно мерцающей бездной полночного неба. Загадывали желания в трепетном ожидании новой падающей звёздочки.
         - Ну ладно, согласен, сельхозпродукция у вас качественная, свежая, натуральная. Никто не спорит, - я круто сменил тему, отчаянно пытаясь найти хоть какие-то контраргументы, - Но, вы же к себе насовсем зовете! Не представляю я, каково с семьёй в вашей глуши – то жить? Детей ведь растить надо, воспитывать, учить – это же целая проблема! Для меня – прям тупик.
         - Хорош свистеть-то в худую варежку! Да какая же это проблема? Я тебе вот что скажу: наследников у нас с Клавой маловато: пятеро всего.  Но это пока. В селе  ведь как - чем их больше, тем лучше. Конечно, здесь у вас, много ребятишек держать хлопотно.  Водить надо по кружкам всяким, да секциям.  Вы меня извините, но все эти ваши культурно-развлекательные, да спортивные занятия, больше онанизм напоминают. Просто не знаете вы, чем занять молодёжь, как от греха и соблазнов разных отвлечь, которых тут полно на каждом шагу. Особенно в школах.  Вы оглянитесь - сколько кругом лоботрясов развелось: лодыри, тунеядцы, алкаши и наркоманы. Ведь согласись: в городе множество бездельников, и подонков. От того и все беды тут. Менты, охрана, силовики, юристы там всякие. Одних бухгалтеров миллион. Эта бешеная погоня за чужими деньгами, именуемая бизнесом. Слыханое ли дело: какие-то вшивые манагары получают раз в тридцать больше инженеров. А банки! Посмотри, сколько их расплодилось! Эти ростовщики, вампиры толстомордые, совсем оборзели. Кругом сплошной обман. Дышать нечем.
         - Так это же структура общества, куда же без них? – вяло вступился я за своих кровопийц.  И при этом сам себе удивился.
         - Согласен, но во всём должен быть предел. Не зря же сказано: «Мера важнее всего»! А взять эту попсу бездарную и наглую, как стадо бабуинов. Они же на глазах у всего честного народа моральное разложение насаждают.  Их слава в сраме.  Как по мне, так порку им надо устроить публичную, а не овации.  К примеру, разошлась известная пара – осудить обоих прилюдно, и долой от всех кормушек.  Сдерживать иной раз нужно свой гнев, это я понимаю, конечно. Но и нравственность надо блюсти строго. Это ведь основа государства.  А то демонстрируют сплошную аморальщину. Ни стыда, ни совести.  А непотизм развели, кумовство там всевозможное – это вообще караул. От этих династий по Руси не только зуд, а уж сама почесуха, поди, завелась. Правильно принц Александр как-то высказался: «Рыба гниёт с головы, а цивилизация - с искусства». Разогнать половину их к едрёне фене надо. Не нужна эта жалкая и бесстыжая шелупень. Наша местная самодеятельность и талантливее и порядочнее этих уродов в сто раз.
         - Ну, это ты, Севрюгов, загнул!
За окном приближались лающие с завыванием звуки сирены.
         - Нет, честно, приезжать сюда, к вам, совсем не хочется. Только лишь по какой-нибудь особой надобности. Тяжело тут у вас. Город угнетает.  Попадая сюда, я физически чувствую постоянный какой - то дискомфорт. Шумно, – он кивнул в сторону окна, - Душно. Давит, будто в камере. Такое ощущение возникает, вроде попал в какую-то страшную зону. Наверное, от чрезмерного изобилия механизмов и приспособлений всяких: телефонов, глушилок,  трансляторов, волн, излучений.  Вся эта дурацкая техносфера – костыли для интеллекта. Мозги у вас от этих гаджетов где опухнут, а где атрофируются. Их эти проклятые колдуны-учёные изобрели и над людьми издеваются, как над кроликами подопытными. А вы и рады. Прям стокгольмский синдром.
         - Ну вот! Учёные - то тебе чем не угодили?
         - Да, деятели науки – отдельный разговор. Это же основные враги человечества. Они отравляют нам жизнь своими изобретениями.  А их до сих пор всё расхваливают и боготворят. За что? За то, что эти «умники» понапридумывали ядерные бомбы, всяческие химические и генетические извращения, уничтожающие людей? От достижений цивилизации, ставящих человека в безвыходное положение, давно пора отказаться. Машины надо обратно заменить на лошадей. Зачем эти тарахтелки нужны, если все родственники будут жить вместе, компактными семьями. Куда ехать? Остановиться надо! Ведь автомобили используют нефть, а мы, выкачивая её, больше теряем, чем приобретаем. Пустоты в земле заполняются пресной водой, которая уходит безвозвратно. Учтите, наши потомки, умирая от жажды, нам за это не скажут спасибо! А мы всё не уймёмся никак. Злые дядьки и тетки подсказывают нашему недалёкому растерянному правительству, куда переориентировать экономику после краха нефтегазового бума в стране. Они говорят, что надо делать ставку на нанотехнологии.  Это же очередное сатанинское разводилово подлых шаманов от науки! Неужели не понятно?
         - Ну вот, наука ему помешала!
- Да, наука, представленная учёной братией. У них ведь как: одни придумывают вредные новшества, другие – ломают голову, как с этим бороться. Короче, рука руку моет. Говорю же:  разводят нас, как лохов. Всё портят, а потом изобретают, как исправить. Сначала подсадят на иглу комфорта, а потом без них никуда. Они всегда так делают, злыдни проклятые. Вокруг нас столько химии, что многие тысячи людей задыхаются и мрут. Эта дьявольская наука лишила нас чистой воды, полезной пищи и здоровья, отнимает надежду на нормальное будущее. Обрекает на скорое вымирание. И такое ведь по всему миру! У нас-то ещё более-менее. Пока.
         - Тут я с тобой согласен. Не оскудела ещё страна наша. Запасов много. Качать – не перекачать.  Основа национального дохода.
         - А вот богатства недр, как раз, нам совсем не нужны. Все эти ископаемые вовсе не полезные, а наоборот - вредные. Если ты на своём участке сеешь хлеб, скотину или птицу разводишь, а у тебя геологи алмазы нашли, или там, золото – всё, кирдык твоей земле и всему твоему хозяйству. И никакими деньгами это не заменишь.  А доходы – то мимо нас с тобой за границу уплывают. Грабят среди бела дня. Неужели не понятно?  В штатах вон, фермеры в такой ситуации с оружием в руках с правительством воюют. Отстаивают законное право на собственную землю. И добиваются своего.
         Я слушал этого лесного мракобеса с открытым ртом. У меня не было слов.
         - Ладно, в городе, где вас облучают, облучают и облучают, - войдя в раж, продолжал Севрюгов, - Вы люди взрослые, сами выбираете свою судьбу. Хотите сдохнуть, - сдыхайте, воля ваша. Детишек вот только бы пожалели. Но за городом – я бы запретил все мобильники, как очень вредное явление. От ретрансляторов насекомые гибнут, пчёлки. Страдает опыление.  В природе необратимые нарушения происходят.  И это лишь один маленький пример. Пора бы уже давно понять,  что мы летим в пропасть, в пучину экологического апокалипсиса.  Вот вам печальный результат так называемого научно-технического прогресса, оказавшего человечеству медвежью услугу. Кого-то это, конечно, очень устраивает. Кто-то хочет создать  хаос, чтобы легче было свои тёмные делишки проворачивать. Да мошну свою, безразмерную набивать. Но нам-то, простым честным работягам это ведь совсем ни к  чему. Поэтому нужно принимать меры. Срочно! И решить-то  проблему можно. Легко. Если, конечно, захотеть.
         - Как? – я обрёл, наконец, дар речи.
         - Необходимо ввести понятие «экологический терроризм» и создать соответствующий национальный и международный трибунал. Все вредители, не явившиеся с повинной, должны быть жестоко наказаны, а некоторые, особо «заслуженные» - безжалостно уничтожены. В назидание всем остальным шельмецам. Мало нам что ли Чернобыля, Фукусимы и Мексиканского залива? Ещё хотим?
         - Пока в магазинах всё есть, ничего тут не изменить, - робко вставил я.
         - Вот это и плохо. Обилие импортных продуктов приводит к зависимости населения от поставок. Это поддерживает отток людей в города. Поэтому и получается, что возрождать сельское хозяйство у нас некому. В течение десятилетий в обществе культивируется образ деревни как черной дыры. Наше село похоже на тяжелобольного, которого еще не начали лечить. А лечить–то просто совсем. Возвращаться надо в него из городов. И всё. Сейчас по телевизору говорят одно, а реальная жизнь - она совсем другая. Особенно у нас, на земле. Поэтому я в этот ящик дураков и не заглядываю вовсе. Это же открытый и беззастенчивый механизм влияния на массовое сознание. Ещё когда в городе жил – выбросил. И ничего, без него стал чувствовать себя намного спокойнее.  Для здоровья – однозначно полезно. Никакой нервотрепки. Плодовитость, опять же повышается.
         - Куда же тебе ещё малышей-то?
         - На земле когда живешь, снова повторяю: чем больше детей, тем лучше. Едва пацанёнок ходить начал, он уже тебе помощник.  Всё польза, какая-никакая.  Растёт человечек в труде, закаляется, здоровья набирается, традиций, опыта. А когда их много и они все к делу разнообразному крестьянскому приучены, то и жизнь намного легче становится.  Вроде как дистанционное управление. Скажете: в городе спорт, то, да сё… Я отвечу так: прыгаешь ты с шестом, как гиббон; ну и что? Чего этим добиться хочешь, несчастный ты человек? Сам толком не знаешь. И кому нужны эти рекорды?  Всё тем же лоботрясам, и то – от нечего делать, со скуки. Или за деньги. На фига такой спорт нужен? Это ж для убогих развлечение. То ли дело у нас в деревне! В своём хозяйстве столько трудов интересных, разнообразных!  И, главное, - полезных. Когда семья большая - красота, да и только. И размах, и горизонты планирования обширные,  долговременные. Не на одно поколение. Если людям дать землю, и не мешать трудиться, то они сами себя прокормят.  И рынок городской насытят. Жить лучше натуральным хозяйством. Забыть о золотом тельце, о денежной выгоде, которая убивает душу, радость, семью, национальную безопасность, здравый смысл, в конце концов!
         - Ну, наговорил ты мне тут восемь бочек арестантов! И как вы там, в своей глухомани, нормально обустроились?
         - Живем прекрасно, дай бог каждому.  Не шикуем, конечно.  Лишку ни в чем. Но всё необходимое в хозяйстве имеется. Кур держим, уток. Свиней откармливаем. Коровы есть. Овец завели, коз – это основное направление. Ездим на конях. Животине нашей раздолье. Плодится только так. Успевай поворачиваться. Все продукты у нас свои. Или натуральный обмен. У себя же, в общине. Ну, там, у кого рыба, у кого – мёд. Всё свежее, натуральное. Да и банкиры нам не нужны теперь совсем. Взаимовыручка, если что, здорово помогает.  И, потом, крестьянская-то смётка завсегда выручит. В труде, на своей земле, что ни говори - жить одно удовольствие. Лепота, да и только!
         - Однако крепко одичал ты, Степан, в своём лесу. Вон бородой какой зарос!
         - А борода…  Ну, борода. Естественное не есть безобразно. Думаю,  что постоянно морду скоблить перед зеркалом мужику не гоже.  Для чего? Моложе выглядеть? Так я же не пассивный какой-нибудь, чтобы гладеньким быть и кому-то понравиться.  На ерунду всякую: бритьё, телевизор, курево, пьянство не трачу ни деньги, ни время.  Считаю всё это никчемным занятием. Не нужны мне эти излишества и извращения.  Лучше хорошую книжку почитать. Благо, у меня неплохая библиотека собрана.  Не скучно.  Дети мои самостоятельно на дому учатся, старшие младшим помогают.  Я проверяю. Знаниями они городским не уступят. Чего захотят – всегда добиваются. И зачем нам этот город? Разве что в театр иной раз съездить, или там в музей.
         - Ты, небось, один такой отшельник чудной?
         - Нас уже тысячи. Сотни поселений с радостью вернулись к родной земле. Но нужно создать на Руси миллионы новых крестьянских хозяйств. И в этом будущее нашей страны, наше с вами будущее.  Тогда мы не только Европу, весь мир завалим дешевыми и чистыми сельхозпродуктами.  В первую очередь мясо - молочными. Да и хлеба у нас добро растут. И ещё много чего.
         - И что, горожане привыкают?
         - Хэх! Ешё как! За уши не оттащишь! Дёргать вам надо из этих каменных джунглей несчастных.  Они ведь превращаются в благоприятную питательную среду для смертоносных эпидемий. Давно уж пора  понять. Очнитесь, пока не поздно! Ты ведь только подумай, чуть не половину продовольственного товара в стране из-за границы привозят.  И это при том, что у нас считай полста миллионов гектаров земли брошены. Лежат бесхозные. Осваивать их надо.
         - Думаешь так просто: взять и из города уехать?
         -  А мы как? В одночасье и уехали. И ни капельки не жалеем. Иной раз думаю – чем вас так урбанизация влечет?  Да всё та же лень! Малохольные вы какие-то, безвольные. Мало вам зарплаты зажимают, цены и тарифы повышают,  мало химией травят, мало вы в пробках задыхаетесь. В маршрутках вообще лучше не ездить. Нынче в них вовсю грипп гуляет. Когда же дойдёт до вас, что давно бежать из этих проклятых мегаполисов надо?  И ведь нет тут ничего особенного. Нужно только захотеть и поверить в себя. Собраться с духом, воображение включить. Трудолюбие проявить, волю. Заставить фантазию реализоваться. И всё у вас прекрасно получится.
         - А  я как раз подумываю о будущем. Как жизнь начать с красной строки.
         - Страна у нас большая.  Просторы великие. Даже ядерную зиму можно пережить. Недаром говорят, что после третьей мировой останутся тараканы, вороны, крысы и жители России. Всем места с лихвой хватит. Было бы желание работать. Природа, благо, пока сохранилась ещё.  Любить её только надо. Она ведь благодарная. За четверть века земля отдохнула, силы набралась. Решайся!  Переезжай и себя самого не узнаешь. Не ленись, трудись с умом, живи по-человечески. Вот тебе и счастье.  Рай земной. Какое ещё будущее тебе надо? Потом ведь весь век меня благодарить станешь!
         В общем, уговорили они нас. И переехали мы, недолго думая, в деревню. Плохо ли, хорошо – покажет время. Пока, вроде, ничего. Осваиваемся, привыкаем. Нет, нет, да вспомню Валю, удачливого брательника своего, думаю: как он там?  Надо бы нам с ним всё же встретиться как-нибудь.
***
         Покинув блок высокой опасности и пройдя зону дезобработки, Валентин переоделся в чистое и прошёл в рест-холл. Мысли путались. «Что-то я стал в последнее время непозволительно рассеянным» - вяло подумал он. Мужчина устало повалился в широкое кресло под сенью громадной монстеры и потянулся к долгожданному мобильнику, чтобы обсудить с Дороти планы на вечер.  Телефон не ответил.
         Его невидящие глаза подёрнулись легкой дымкой, как старое зеркало, отражающее далекое прошлое… Смутные воспоминания детства опять подобрались слишком близко. Почудился запах свежескошенного луга. Снова с хохотом барахтались с Федькой в траве, мечтали о светлом будущем. Пытаясь избавиться от неотвязного наваждения, он тряхнул русой головой. Она гудела, как после попойки. Веки отяжелели. Усталость брала своё.
         - Валентайн!
         Внезапно вошедший Иржи застал его врасплох. Он вздрогнул и молча оглянулся.
         - Ты делаешь грандиозные успехи. Эта идея вначале показалась мне весьма странной и довольно сомнительной. И как она могла придти тебе в голову?
         - Любая идея – зло, если она преувеличена до абсолюта, босс, - Валя как бы загляделся в жуткую завораживающую глубину тёмного омута, населенного таинственными смертельно опасными существами и ему стало не по себе. В ушах пронзительно звенело. В голове слоился горячий туман. Стало душно.
         - Надо сказать, размахнулся ты не на шутку. Весь виварий израсходовал. Надеюсь, скоро руководство высоко оценит твой гениальный труд. Последняя серия экспериментов просто великолепна.  Это небывалый прорыв.  Хоть и говорят мудрые: «Ни за кого не ручайся»,  я вчера ходатайствовал о тебе перед шефом. Он очень доволен нашими результатами. Патогенность новых штаммов достигла рекордных показателей. Вирулентность высочайшая. С термоустойчивостью, правда, ещё предстоит поработать, но в целом налицо колоссальный успех.
         Валентин вновь промолчал. Его слегка знобило. Да, завершается большой многолетний труд. Результат действительно превзошёл самые смелые планы. Такого гриппа ещё не было во всей истории наблюдений. Поставленная всемогущим заказчиком задача совсем близка к блестящему выполнению. Относительно малыми средствами решается множество громадных проблем. Экологические, геополитические, экономические, демографические.  Глобальная выбраковка и прореживание населения. Это единственный выход. Худших везде большинство.  Их не жаль. Человечество давно созрело, если не сказать - перезрело. Наступает время большой чистки.  Он как бы издалека услышал голос Иржи, который словно читал его мысли:
         - Группа Смита заканчивает проект по созданию спасительной вакцины,  эффективно блокирующей наши штаммы. Считай, защита уже готова. Давнишняя мечта избранных сбывается. Вот оно: «Жизни конец наблюдай»!  Впереди забрезжили долгожданные великие перемены. За нами будущее!
         Валентин будто из глубокого колодца смотрел на заведующего лабораторией по изучению особо опасных инфекций и не узнавал. Его контуры  расплывались, как чернила в молоке.  Лицо смазалось в какую-то уродливую серую маску, то всплывающую, то снова погружающуюся в зловещий клубящийся мрак. В висках до боли звонко пульсировала кровь. За глазами противно пекло.  Тёмные круги расплывались по комнате. К горлу подкатывала мучительная тошнота. Он слышал бодрые звуки знакомого голоса, но никак не мог понять значения слов. За грудиной страшно саднило, словно кто-то с остервенением царапал изнутри. Его душили раздирающие приступы клокочущего кашля. Почему-то опять вспомнился брат, босоногое детство с наивными мечтами. Стало темно. Только запах травы.
 
 

фото автора
© Copyright: Влад Устимов, 2015
Регистрационный номер №0285682
от 29 апреля 2015

 

       

© Copyright: Влад Устимов, 2020

Регистрационный номер №0474352

от 25 мая 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0474352 выдан для произведения:          Грядущее нахмурилось и изобразило хищный оскал, не предвещавший ничего хорошего. Планы рушатся, как карточный домик. Что делать? Не знаю.  Впереди всё призрачно и мрачно. И некому руку подать.
         Со строительством коттеджа та ещё лажа получается. Бригада  как в воду канула.  Дёрнула куда-то в неизвестном направлении.  До половины стены не вывели, кладку бросили. О крыше даже и речи нет. А тут, как на грех, дожди зарядили на две недели. Прошёл слух, что подрядчики обанкротились. Тоже пропали вместе с нашими денежками. Ну, дела! И где же теперь их искать? Ума не приложу.  Вот до чего довела моя неисправимая доверчивость.  Никак жизнь уму-разуму не научит.  Не зря, видать мудрые люди говорят: «Беду надо ждать, так её легче встречать».
         На работе  и того пуще. Конфликт с начальством прошёл точку невозврата. Известное дело: стрелки всегда на лузера переводят. Теперь я твёрдо знаю, что моё увольнение  практически неизбежно.  В таких вещах на чудо надеяться бесполезно. Это вопрос ближайшего времени. Передо мной в полный рост встают новые проблемы, одна другого хлеще.
В довершении всех бед машину угнали. Всё как по писаному: горе в одиночку не ходит. Короче, начались у меня не самые лучшие времена. Унылые утра, тупые дни, злые вечера.  Куда ни кинь – кругом клин.
         Невольно вспомнился брат, Валентин, любивший повторять: «Вот это ты влип, Федя!». Вечно он издевался надо мной и моим хроническим невезением. Сам-то он всегда был баловнем судьбы. Выучился на врача, увлёкся наукой. Сделал какое-то открытие. Оказывается, что у вирусов тоже иммунитет имеется. Стал разъезжать по миру, да так и не вернулся. Завлекли буржуи ценного кадра. С тех пор дружба наша постепенно захирела. Да и бог с ним. Пусть это будет на его совести. Хотя, конечно, жалко парня.
Но мне - то что делать? Осталось только развестись с женой и спиться. Другие варианты дальнейшего развития событий сомнительны и маловероятны.  Или просто не реальны. Это у меня шутка такая.  А то без юмора совсем тоска зелёная.
         Понимаю, конечно, что сложа руки нельзя сидеть. Необходимо действовать. Надо что-то менять. Только с чего начинать – не знаю, хоть убей.  Абсолютно без понятия! Но делать что-то надо.  К брательнику, разве что податься, за кордон? Он уж там давным-давно освоился. Да не больно – то Валя к себе приглашает. Кому мы на Западе нужны? Им самим там тесно.
         Тут ещё приехал к нам деверь, чудак из лесной глухомани. Встречал я его на вокзале. Ну, прямо отшельник, ни дать, ни взять. Не какой-нибудь древний немощный старец, а молодой, здоровый мужик. Выглядит  как былинный богатырь из русской сказки. Смотрю на него и удивляюсь.  Даже самому не верится. Неужели это тот самый Стёпа, хлюпик- интеллигент, который десять лет назад женился на моей сестре Клавке? Да быть не может! Куда только девался тот смешной ботаник? Косая сажень в плечах.  Лицо открытое, приветливое.  Глаза веселые, умные. Брода густая, окладистая.  От него так и пышет здоровьем и жизнелюбием. Красавец. Перун в молодые годы!
         - Ты откуда, такое чудо? – спрашиваю его удивленно.
А он с широкой улыбкой спокойно так мне отвечает:
         - Я к вам из будущего.  Из вашего будущего.  За вами.
Вот, этими-то словами он смуту мне в душу и внёс.  А впоследствии, в ходе дальнейшего общения, так мне всю схему жизни и поломал, искуситель.
         - О чём ты говоришь? – я с некоторой опаской посмотрел на него.
         - Хватит вам тут в этой отравленной атмосфере задыхаться! Перебирайтесь к нам на волю.  У нас там тишина. Благодать божья. Живите по-человечески. Как мы, как предки наши.  Как это нам всем предопределено свыше.
Чудак-человек. Оригинал. Удивлял не переставая. Сияние не сходило с его лица. Широко и уверенно шагая по улице, он улыбался встречным.
Егорка, сын его, – тоже. Тот ещё часто наклонялся и поднимал с асфальта скомканные сигаретные пачки, бумажки и бросал в урну. «У нас вокруг дома всё чисто» - говорил он, как бы оправдываясь.
         Наш гость вёл себя уверенно, с достоинством. На него было приятно посмотреть.  Достаточно одного взгляда, чтобы проникнуться к нему доверием. Симпатичная личность. Я заметил, что его дети особенно любят. Войдя в квартиру, Степан слегка ссутулился и двигался осторожно, будто опасаясь что-нибудь задеть. Не мудрено с его-то повадками.
         - Вот, приехал по приглашению радиостанции. Народ нашей новой жизнью интересуется.  Расскажу людям: как мы устроились на земле, какие преимущества у нас перед городом.
         - Ну, и какие такие преимущества?
         - Не надо издеваться. Ошибается тот, кто смеется последний. А вот отведайте сначала наших гостинцев!
         Они с сынишкой стали выкладывать привезенную с собой деревенскую еду.  Масло и окорока, сыр и мёд, соленья и варенья.  Всё это было красиво и ароматно. Выглядело натурально и вкусно. Радовало глаз и возбуждало аппетит. Но самым удивительным оказался простой крестьянский продукт.
         - Это настоящий, несолёный хлеб, выпеченный на хмелевой закваске, с добавлением мёда. Не то, что магазинный дрожжевой хлебозаменитель. Небольшой такой краюшкой наешься досыта, будто скушал две буханки вашего городского.
         На пробу гостинец оказался бесподобным.
         - Какая вкуснятина! – воскликнул я - Язык проглотишь!
         - У вас, в супермаркетах, совсем не те продукты. Химией напичканное, генномодифицированное дерьмо, извиняюсь за выражение. Из нечистых в экологическом отношении мест. Импорт, одним словом. От них какое здоровье? Сплошная аллегрия, онкология и прочие болячки. А тут всё натуральное, полезное и приятное. Извольте отведать плоды нашего собственного производства.  Между прочим, америкосы по закону лишены такой возможности. Там личные хозяйства запрещены, а торговля такой продукцией – строго табуирована. И в этом, кстати, большая их слабость.
         - Костюм на нем выглядит намного моложе! – Лизавета, моя женушка, не преминула втихаря съехидничать мимоходом своим ядовитым шепотком.
         Но, к нашему удивлению, Стёпа сразу же отозвался:
         - Слышал, слышал. На слух вроде бы не жалуюсь. А по этому поводу скажу так: лучше я буду добрые дела делать, чем красиво одеваться. За модой гоняться – пустое дело. Как в народе говорят, попа и в рогоже узнают.
         Лиза покраснела и шмыгнула в спальню. Я как-то попытался замять неловкость:
         - Время теперь такое тяжелое: думаем одно, говорим другое, делаем третье.
         - Во-от!  Эта самая лабуда вам и мешает, как муравей в трусах.
Суетитесь много зря. Ты вот поведал мне про свои-то дела. Ну что тут скажешь? Иметь вид жулика, а быть дураком – это, конечно, круто.
 
         Его лицо выражало безмятежное спокойствие.
 
         - Что делать? Сердце порой кобенится перед доводами разума. Чему тут удивляться? – оправдывался  я - Мы живем в век космических скоростей, техногенных катастроф, терроризма и бездушия.
 
         Тиканье часов на кухонной стене вдруг потеряло свой привычный ритм. Секундная стрелка задергалась в агонии между шестью и семью, не в силах двинуться дальше. Я ошалело посмотрел на циферблат.
         - Не надо путать минутную стрелку с часовой! – Степан назидательно указал на сломавшийся механизм. - И всё у вас устаканится. Чем больше у тебя будет времени на свои дела, тем меньше останется на чужие.
         - Да, вообще! Трудные нынче времена наступают. Не знаешь, куда деваться.
         - Дык ведь, можно ли вечно паразитами – то жить? Хорошего помаленьку.  Ленью и причитаниями импортозамещению не пособишь. Как потопаешь, так и полопаешь. Нет у вас организации, и организованности нет.  Зашоренные вы какие-то.  Оперативного  простора вам не хватает.
Под его могучей фигурой жалобно потрескивало ротанговое кресло.
         - Как привыкли, так и живём, - тихо пробурчал я.
         - А  ты по-другому на жизнь посмотри. По-новому! Настоящее скучно, оно уже есть и ничего с ним не поделаешь; будущее – интересно, его еще нет, но в нём надежда. Ведь всё в руках наших.  И земля отдохнувшая заждалась. Крестьянский уклад – самая живучая форма хозяйства. Оно и понятно: что пережило века, имеет прочную основу. Решаться вам надо, пока не поздно. Ведь упущенную возможность, как сказанное слово, назад не вернешь!
         На кухню вбежали ребятишки.  Двоюродные братья, Егор и Дима, почти ровесники. Оба голубоглазые, белобрысые. Гость, хоть и чуть моложе, но был выше ростом и крепче сложением.
         - Вот оно, наше семя будущего! – радостно воскликнул Стёпа, вороша тяжелой ладонью мальчишеские вихры.
         Разговоры детей между собой были на ту же тему. Мой Димка хвалился освоенными достижениями цивилизации. С увлечением показывал стрелялки, «одноклассники», снимал селфи, угощал сникерсами и баунти. В общем, все городские «прелести» без ложной скромности выставил напоказ. Рослый племяш, в свою очередь, с солидным видом прельщал моего огольца своими, сельскими, развлечениями.  Среди них фигурировали: верховая езда, стрельба из лука, «самбо», спортивное ориентирование, гребля и плавание. Деревенский парнишка быстро уговорил нашего горожанина приехать к ним.
         Я невольно вспомнил, как в школьные годы гостили мы с Валькой у деда. Ходили на сенокос. Валялись в траве, глядя в бездонную голубизну зенита, слушали птиц. «Спать пора, спать пора!» кричала глупая перепелка, несмотря на раннее утро. Ночью мечтали у костра о том, какими станем, когда вырастим.  Любовались таинственно мерцающей бездной полночного неба. Загадывали желания в трепетном ожидании новой падающей звёздочки.
         - Ну ладно, согласен, сельхозпродукция у вас качественная, свежая, натуральная. Никто не спорит, - я круто сменил тему, отчаянно пытаясь найти хоть какие-то контраргументы, - Но, вы же к себе насовсем зовете! Не представляю я, каково с семьёй в вашей глуши – то жить? Детей ведь растить надо, воспитывать, учить – это же целая проблема! Для меня – прям тупик.
         - Хорош свистеть-то в худую варежку! Да какая же это проблема? Я тебе вот что скажу: наследников у нас с Клавой маловато: пятеро всего.  Но это пока. В селе  ведь как - чем их больше, тем лучше. Конечно, здесь у вас, много ребятишек держать хлопотно.  Водить надо по кружкам всяким, да секциям.  Вы меня извините, но все эти ваши культурно-развлекательные, да спортивные занятия, больше онанизм напоминают. Просто не знаете вы, чем занять молодёжь, как от греха и соблазнов разных отвлечь, которых тут полно на каждом шагу. Особенно в школах.  Вы оглянитесь - сколько кругом лоботрясов развелось: лодыри, тунеядцы, алкаши и наркоманы. Ведь согласись: в городе множество бездельников, и подонков. От того и все беды тут. Менты, охрана, силовики, юристы там всякие. Одних бухгалтеров миллион. Эта бешеная погоня за чужими деньгами, именуемая бизнесом. Слыханое ли дело: какие-то вшивые манагары получают раз в тридцать больше инженеров. А банки! Посмотри, сколько их расплодилось! Эти ростовщики, вампиры толстомордые, совсем оборзели. Кругом сплошной обман. Дышать нечем.
         - Так это же структура общества, куда же без них? – вяло вступился я за своих кровопийц.  И при этом сам себе удивился.
         - Согласен, но во всём должен быть предел. Не зря же сказано: «Мера важнее всего»! А взять эту попсу бездарную и наглую, как стадо бабуинов. Они же на глазах у всего честного народа моральное разложение насаждают.  Их слава в сраме.  Как по мне, так порку им надо устроить публичную, а не овации.  К примеру, разошлась известная пара – осудить обоих прилюдно, и долой от всех кормушек.  Сдерживать иной раз нужно свой гнев, это я понимаю, конечно. Но и нравственность надо блюсти строго. Это ведь основа государства.  А то демонстрируют сплошную аморальщину. Ни стыда, ни совести.  А непотизм развели, кумовство там всевозможное – это вообще караул. От этих династий по Руси не только зуд, а уж сама почесуха, поди, завелась. Правильно принц Александр как-то высказался: «Рыба гниёт с головы, а цивилизация - с искусства». Разогнать половину их к едрёне фене надо. Не нужна эта жалкая и бесстыжая шелупень. Наша местная самодеятельность и талантливее и порядочнее этих уродов в сто раз.
         - Ну, это ты, Севрюгов, загнул!
За окном приближались лающие с завыванием звуки сирены.
         - Нет, честно, приезжать сюда, к вам, совсем не хочется. Только лишь по какой-нибудь особой надобности. Тяжело тут у вас. Город угнетает.  Попадая сюда, я физически чувствую постоянный какой - то дискомфорт. Шумно, – он кивнул в сторону окна, - Душно. Давит, будто в камере. Такое ощущение возникает, вроде попал в какую-то страшную зону. Наверное, от чрезмерного изобилия механизмов и приспособлений всяких: телефонов, глушилок,  трансляторов, волн, излучений.  Вся эта дурацкая техносфера – костыли для интеллекта. Мозги у вас от этих гаджетов где опухнут, а где атрофируются. Их эти проклятые колдуны-учёные изобрели и над людьми издеваются, как над кроликами подопытными. А вы и рады. Прям стокгольмский синдром.
         - Ну вот! Учёные - то тебе чем не угодили?
         - Да, деятели науки – отдельный разговор. Это же основные враги человечества. Они отравляют нам жизнь своими изобретениями.  А их до сих пор всё расхваливают и боготворят. За что? За то, что эти «умники» понапридумывали ядерные бомбы, всяческие химические и генетические извращения, уничтожающие людей? От достижений цивилизации, ставящих человека в безвыходное положение, давно пора отказаться. Машины надо обратно заменить на лошадей. Зачем эти тарахтелки нужны, если все родственники будут жить вместе, компактными семьями. Куда ехать? Остановиться надо! Ведь автомобили используют нефть, а мы, выкачивая её, больше теряем, чем приобретаем. Пустоты в земле заполняются пресной водой, которая уходит безвозвратно. Учтите, наши потомки, умирая от жажды, нам за это не скажут спасибо! А мы всё не уймёмся никак. Злые дядьки и тетки подсказывают нашему недалёкому растерянному правительству, куда переориентировать экономику после краха нефтегазового бума в стране. Они говорят, что надо делать ставку на нанотехнологии.  Это же очередное сатанинское разводилово подлых шаманов от науки! Неужели не понятно?
         - Ну вот, наука ему помешала!
- Да, наука, представленная учёной братией. У них ведь как: одни придумывают вредные новшества, другие – ломают голову, как с этим бороться. Короче, рука руку моет. Говорю же:  разводят нас, как лохов. Всё портят, а потом изобретают, как исправить. Сначала подсадят на иглу комфорта, а потом без них никуда. Они всегда так делают, злыдни проклятые. Вокруг нас столько химии, что многие тысячи людей задыхаются и мрут. Эта дьявольская наука лишила нас чистой воды, полезной пищи и здоровья, отнимает надежду на нормальное будущее. Обрекает на скорое вымирание. И такое ведь по всему миру! У нас-то ещё более-менее. Пока.
         - Тут я с тобой согласен. Не оскудела ещё страна наша. Запасов много. Качать – не перекачать.  Основа национального дохода.
         - А вот богатства недр, как раз, нам совсем не нужны. Все эти ископаемые вовсе не полезные, а наоборот - вредные. Если ты на своём участке сеешь хлеб, скотину или птицу разводишь, а у тебя геологи алмазы нашли, или там, золото – всё, кирдык твоей земле и всему твоему хозяйству. И никакими деньгами это не заменишь.  А доходы – то мимо нас с тобой за границу уплывают. Грабят среди бела дня. Неужели не понятно?  В штатах вон, фермеры в такой ситуации с оружием в руках с правительством воюют. Отстаивают законное право на собственную землю. И добиваются своего.
         Я слушал этого лесного мракобеса с открытым ртом. У меня не было слов.
         - Ладно, в городе, где вас облучают, облучают и облучают, - войдя в раж, продолжал Севрюгов, - Вы люди взрослые, сами выбираете свою судьбу. Хотите сдохнуть, - сдыхайте, воля ваша. Детишек вот только бы пожалели. Но за городом – я бы запретил все мобильники, как очень вредное явление. От ретрансляторов насекомые гибнут, пчёлки. Страдает опыление.  В природе необратимые нарушения происходят.  И это лишь один маленький пример. Пора бы уже давно понять,  что мы летим в пропасть, в пучину экологического апокалипсиса.  Вот вам печальный результат так называемого научно-технического прогресса, оказавшего человечеству медвежью услугу. Кого-то это, конечно, очень устраивает. Кто-то хочет создать  хаос, чтобы легче было свои тёмные делишки проворачивать. Да мошну свою, безразмерную набивать. Но нам-то, простым честным работягам это ведь совсем ни к  чему. Поэтому нужно принимать меры. Срочно! И решить-то  проблему можно. Легко. Если, конечно, захотеть.
         - Как? – я обрёл, наконец, дар речи.
         - Необходимо ввести понятие «экологический терроризм» и создать соответствующий национальный и международный трибунал. Все вредители, не явившиеся с повинной, должны быть жестоко наказаны, а некоторые, особо «заслуженные» - безжалостно уничтожены. В назидание всем остальным шельмецам. Мало нам что ли Чернобыля, Фукусимы и Мексиканского залива? Ещё хотим?
         - Пока в магазинах всё есть, ничего тут не изменить, - робко вставил я.
         - Вот это и плохо. Обилие импортных продуктов приводит к зависимости населения от поставок. Это поддерживает отток людей в города. Поэтому и получается, что возрождать сельское хозяйство у нас некому. В течение десятилетий в обществе культивируется образ деревни как черной дыры. Наше село похоже на тяжелобольного, которого еще не начали лечить. А лечить–то просто совсем. Возвращаться надо в него из городов. И всё. Сейчас по телевизору говорят одно, а реальная жизнь - она совсем другая. Особенно у нас, на земле. Поэтому я в этот ящик дураков и не заглядываю вовсе. Это же открытый и беззастенчивый механизм влияния на массовое сознание. Ещё когда в городе жил – выбросил. И ничего, без него стал чувствовать себя намного спокойнее.  Для здоровья – однозначно полезно. Никакой нервотрепки. Плодовитость, опять же повышается.
         - Куда же тебе ещё малышей-то?
         - На земле когда живешь, снова повторяю: чем больше детей, тем лучше. Едва пацанёнок ходить начал, он уже тебе помощник.  Всё польза, какая-никакая.  Растёт человечек в труде, закаляется, здоровья набирается, традиций, опыта. А когда их много и они все к делу разнообразному крестьянскому приучены, то и жизнь намного легче становится.  Вроде как дистанционное управление. Скажете: в городе спорт, то, да сё… Я отвечу так: прыгаешь ты с шестом, как гиббон; ну и что? Чего этим добиться хочешь, несчастный ты человек? Сам толком не знаешь. И кому нужны эти рекорды?  Всё тем же лоботрясам, и то – от нечего делать, со скуки. Или за деньги. На фига такой спорт нужен? Это ж для убогих развлечение. То ли дело у нас в деревне! В своём хозяйстве столько трудов интересных, разнообразных!  И, главное, - полезных. Когда семья большая - красота, да и только. И размах, и горизонты планирования обширные,  долговременные. Не на одно поколение. Если людям дать землю, и не мешать трудиться, то они сами себя прокормят.  И рынок городской насытят. Жить лучше натуральным хозяйством. Забыть о золотом тельце, о денежной выгоде, которая убивает душу, радость, семью, национальную безопасность, здравый смысл, в конце концов!
         - Ну, наговорил ты мне тут восемь бочек арестантов! И как вы там, в своей глухомани, нормально обустроились?
         - Живем прекрасно, дай бог каждому.  Не шикуем, конечно.  Лишку ни в чем. Но всё необходимое в хозяйстве имеется. Кур держим, уток. Свиней откармливаем. Коровы есть. Овец завели, коз – это основное направление. Ездим на конях. Животине нашей раздолье. Плодится только так. Успевай поворачиваться. Все продукты у нас свои. Или натуральный обмен. У себя же, в общине. Ну, там, у кого рыба, у кого – мёд. Всё свежее, натуральное. Да и банкиры нам не нужны теперь совсем. Взаимовыручка, если что, здорово помогает.  И, потом, крестьянская-то смётка завсегда выручит. В труде, на своей земле, что ни говори - жить одно удовольствие. Лепота, да и только!
         - Однако крепко одичал ты, Степан, в своём лесу. Вон бородой какой зарос!
         - А борода…  Ну, борода. Естественное не есть безобразно. Думаю,  что постоянно морду скоблить перед зеркалом мужику не гоже.  Для чего? Моложе выглядеть? Так я же не пассивный какой-нибудь, чтобы гладеньким быть и кому-то понравиться.  На ерунду всякую: бритьё, телевизор, курево, пьянство не трачу ни деньги, ни время.  Считаю всё это никчемным занятием. Не нужны мне эти излишества и извращения.  Лучше хорошую книжку почитать. Благо, у меня неплохая библиотека собрана.  Не скучно.  Дети мои самостоятельно на дому учатся, старшие младшим помогают.  Я проверяю. Знаниями они городским не уступят. Чего захотят – всегда добиваются. И зачем нам этот город? Разве что в театр иной раз съездить, или там в музей.
         - Ты, небось, один такой отшельник чудной?
         - Нас уже тысячи. Сотни поселений с радостью вернулись к родной земле. Но нужно создать на Руси миллионы новых крестьянских хозяйств. И в этом будущее нашей страны, наше с вами будущее.  Тогда мы не только Европу, весь мир завалим дешевыми и чистыми сельхозпродуктами.  В первую очередь мясо - молочными. Да и хлеба у нас добро растут. И ещё много чего.
         - И что, горожане привыкают?
         - Хэх! Ешё как! За уши не оттащишь! Дёргать вам надо из этих каменных джунглей несчастных.  Они ведь превращаются в благоприятную питательную среду для смертоносных эпидемий. Давно уж пора  понять. Очнитесь, пока не поздно! Ты ведь только подумай, чуть не половину продовольственного товара в стране из-за границы привозят.  И это при том, что у нас считай полста миллионов гектаров земли брошены. Лежат бесхозные. Осваивать их надо.
         - Думаешь так просто: взять и из города уехать?
         -  А мы как? В одночасье и уехали. И ни капельки не жалеем. Иной раз думаю – чем вас так урбанизация влечет?  Да всё та же лень! Малохольные вы какие-то, безвольные. Мало вам зарплаты зажимают, цены и тарифы повышают,  мало химией травят, мало вы в пробках задыхаетесь. В маршрутках вообще лучше не ездить. Нынче в них вовсю грипп гуляет. Когда же дойдёт до вас, что давно бежать из этих проклятых мегаполисов надо?  И ведь нет тут ничего особенного. Нужно только захотеть и поверить в себя. Собраться с духом, воображение включить. Трудолюбие проявить, волю. Заставить фантазию реализоваться. И всё у вас прекрасно получится.
         - А  я как раз подумываю о будущем. Как жизнь начать с красной строки.
         - Страна у нас большая.  Просторы великие. Даже ядерную зиму можно пережить. Недаром говорят, что после третьей мировой останутся тараканы, вороны, крысы и жители России. Всем места с лихвой хватит. Было бы желание работать. Природа, благо, пока сохранилась ещё.  Любить её только надо. Она ведь благодарная. За четверть века земля отдохнула, силы набралась. Решайся!  Переезжай и себя самого не узнаешь. Не ленись, трудись с умом, живи по-человечески. Вот тебе и счастье.  Рай земной. Какое ещё будущее тебе надо? Потом ведь весь век меня благодарить станешь!
         В общем, уговорили они нас. И переехали мы, недолго думая, в деревню. Плохо ли, хорошо – покажет время. Пока, вроде, ничего. Осваиваемся, привыкаем. Нет, нет, да вспомню Валю, удачливого брательника своего, думаю: как он там?  Надо бы нам с ним всё же встретиться как-нибудь.
***
         Покинув блок высокой опасности и пройдя зону дезобработки, Валентин переоделся в чистое и прошёл в рест-холл. Мысли путались. «Что-то я стал в последнее время непозволительно рассеянным» - вяло подумал он. Мужчина устало повалился в широкое кресло под сенью громадной монстеры и потянулся к долгожданному мобильнику, чтобы обсудить с Дороти планы на вечер.  Телефон не ответил.
         Его невидящие глаза подёрнулись легкой дымкой, как старое зеркало, отражающее далекое прошлое… Смутные воспоминания детства опять подобрались слишком близко. Почудился запах свежескошенного луга. Снова с хохотом барахтались с Федькой в траве, мечтали о светлом будущем. Пытаясь избавиться от неотвязного наваждения, он тряхнул русой головой. Она гудела, как после попойки. Веки отяжелели. Усталость брала своё.
         - Валентайн!
         Внезапно вошедший Иржи застал его врасплох. Он вздрогнул и молча оглянулся.
         - Ты делаешь грандиозные успехи. Эта идея вначале показалась мне весьма странной и довольно сомнительной. И как она могла придти тебе в голову?
         - Любая идея – зло, если она преувеличена до абсолюта, босс, - Валя как бы загляделся в жуткую завораживающую глубину тёмного омута, населенного таинственными смертельно опасными существами и ему стало не по себе. В ушах пронзительно звенело. В голове слоился горячий туман. Стало душно.
         - Надо сказать, размахнулся ты не на шутку. Весь виварий израсходовал. Надеюсь, скоро руководство высоко оценит твой гениальный труд. Последняя серия экспериментов просто великолепна.  Это небывалый прорыв.  Хоть и говорят мудрые: «Ни за кого не ручайся»,  я вчера ходатайствовал о тебе перед шефом. Он очень доволен нашими результатами. Патогенность новых штаммов достигла рекордных показателей. Вирулентность высочайшая. С термоустойчивостью, правда, ещё предстоит поработать, но в целом налицо колоссальный успех.
         Валентин вновь промолчал. Его слегка знобило. Да, завершается большой многолетний труд. Результат действительно превзошёл самые смелые планы. Такого гриппа ещё не было во всей истории наблюдений. Поставленная всемогущим заказчиком задача совсем близка к блестящему выполнению. Относительно малыми средствами решается множество громадных проблем. Экологические, геополитические, экономические, демографические.  Глобальная выбраковка и прореживание населения. Это единственный выход. Худших везде большинство.  Их не жаль. Человечество давно созрело, если не сказать - перезрело. Наступает время большой чистки.  Он как бы издалека услышал голос Иржи, который словно читал его мысли:
         - Группа Смита заканчивает проект по созданию спасительной вакцины,  эффективно блокирующей наши штаммы. Считай, защита уже готова. Давнишняя мечта избранных сбывается. Вот оно: «Жизни конец наблюдай»!  Впереди забрезжили долгожданные великие перемены. За нами будущее!
         Валентин будто из глубокого колодца смотрел на заведующего лабораторией по изучению особо опасных инфекций и не узнавал. Его контуры  расплывались, как чернила в молоке.  Лицо смазалось в какую-то уродливую серую маску, то всплывающую, то снова погружающуюся в зловещий клубящийся мрак. В висках до боли звонко пульсировала кровь. За глазами противно пекло.  Тёмные круги расплывались по комнате. К горлу подкатывала мучительная тошнота. Он слышал бодрые звуки знакомого голоса, но никак не мог понять значения слов. За грудиной страшно саднило, словно кто-то с остервенением царапал изнутри. Его душили раздирающие приступы клокочущего кашля. Почему-то опять вспомнился брат, босоногое детство с наивными мечтами. Стало темно. Только запах травы.
 
 

фото автора
© Copyright: Влад Устимов, 2015
Регистрационный номер №0285682
от 29 апреля 2015

 

       
 
Рейтинг: +3 56 просмотров
Комментарии (2)
Ивушка # 25 мая 2020 в 16:09 +2
увлекательное повествование Влад,
с удовольствием читаю...
спасибо... read-9
Влад Устимов # 25 мая 2020 в 18:20 +2
Рад Вашему визиту, Ивушка!