ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Горе на двих не разделишь

 

Горе на двих не разделишь

7 марта 2013 - Юрий Алексеенко

 

В кабинете зам. директора по инжинирингу душно, батареи пышут жаром. Две форточки раскрыты настежь, оттуда тянет холодной весной, но притока прохлады не чувствуется. За столом сидит раскрасневшийся, с распущенным галстуком и растёгнутым воротом рубашки Плюяшкин Евгений Самуилович.  Через очки, сползшие  на кончик потного носа, смотрит в монитор компьютера. Пальцы его бегают по клавиатуре. Щелкают клавиши.

Между столом и стенкой мотается туда-сюда, цепляя спинки стульев, Сгиньмашкин Сидор Иванович, зам. директора  по технологии, худой, длинный как жердь, остроносый, с жиденькими волосами и  чертами лица, указывающими на образ партайгеноссе Гитлера.

По его лбу струятся, поблескивая на свету, капельки пота. Он их смахивает на ходу, часто шмыгает носом и вытирает влажной ладонью  сухие губы.

Оба они раздражены до крайности. У каждого из души шипит и вырывается  наружу жажда мести. Пятнадцать минут назад закончилось производственное совещание, которое вел управляющий директор трубогибного завода, и оба они получили по взысканию.

- Вот так совещаньице, прямо скажем, погромное, меня до сих пор так  в пот и бросает, рубашка вся взопрела, носки помокрели, – говорит на ходу Сгиньмашкин. – И главное, я так и не понял - за что с нами так !  Истинные виновники срыва графика сидели и похохатывали над нашей избитостью… А нас директор словами, будто ногами,  метелил, матюгами гнул к земле, вилами по углам гонял, за их же провалы. Где справедливость ?!

-Точно-точно….. Смеялись…. негодяи,  души наши с тобой рвали на части,- поддакнул Плюяшкин, не отводя глаз от монитора. – Ничего, я им щас устрою праздник - накручу такую служебку на имя управляющего, век не отмоются. Пусть тогда хохочут. Слезами у меня умоются.

- Ты знаешь, Женя, если бы они сейчас кровью умылись, меня бы это не успокоило. Правду говорю….. Куски бы мяса, ихние, валялись возле меня – никогда бы не успокоился !  А ежели бы тонули в сливной яме - руки бы не подал. Хай дерьмом захлёбываются ! Зверью нет прощения и пощады ! Все они - хуже енотовидных собак !

- Да ото ж…. – Ещё раз поддакнул сморщившийся от наступившего чувства брезгливости Плюяшкин. –   Я их мясо свиньям не скормил бы! Жалко скотину, отравится же  подлючей кровью !

-  Да-да…, на них обличительной служебки - мало. Знаешь, если сравнивать масштабность нашего бесчестия с моей служебкой, - малая им будет  месть. Будто - укус комара! Шелобан по темечку !  Им нужна покруче расплата !

- Чё, бы им такое придумать, что б на века имя Сидора запомнили ! Особенно этот с утиным носом -  зам. технического по промышленной безопасности Шырбенко Леонид Володимирович, сокращенно – ШЛВ. Как он, подлец, ехидно смотрел на меня со своего места……глаза, жестяные, свои, раскручивал на орбитах и высверливал с меня честь мою…..  Накатал, негодяец, на нас директору телегу и взглядами как буравчик встругивается…..

- Стоп, Сидор!

Сгиньмашкин  резко остановился, упершись носом в стенку. Два потных прямых пучка слипшихся волос падают на лоб. Лицо его в этот момент ещё больше напоминает лик фюрера после партийного митинга.

Обернувшись, Плюяшкин переспрашивает:

 – А что это за ШЛВ такое?

- Это, так сказать, обыденное сокращение фамилии имени и отчества Шурбенки… Случайно употребил, - глядя в стенку и смахивая капельку  с носа, поясняет Сгиньмашкин.

- ШЛВ – значит шалава. Ловко ! Как эти буквы точно передают внутреннее поскудство человека. Мотается Шырбенко, как пес, шалавный, по заводским углам, вынюхивает. Теперь я решил, он навсегда будет в глазах коллектива – породистой шалавой, паскудой - дежурно-беговой….  Я уж постараюсь, чтоб Лёнька в этом облике был вписан золотыми буквами в страницы истории завода. С меня не выгорит - кличку ему дать и  шалавой затвердить в умах простых труженников. Каяться будет, не прощу!

- Правильно, Женя ! Так его ! Бей под дых !  …..Что-то совсем потно у тебя тут, пора носки менять, уже воняют….

Щёки Сидора от духоты стали пунцовыми. Нервно задёргалось веко правого глаза.

Плюяшкин откидывает свое тело на спинку кресла. Закатывает к потолку глаза и протирает ладонью потную лысину.

-Противно мне, понимаешь. – горько жалуется он. – В душу нагадили, мерзопакостные ! А как себя вёл Миргородский Васька? Лыбился, на нас глядючи. Ему не кадрами руководить, а на подносе пиво в гадюшнике разносить….. Управляющему головой кивал, кривлялся, мол, правильное решение принимаете, директор!

- Васька у нас - МВФ ! Международный  валютный фонд !

-Чё ?

- Я грю, МВФ, сокращённо имя отчество фамилия Миргородского Василия Феоктистыча – МВФ!

- Интересно как ты выкрутил Миргородского в МВФ….. Если он - валютный фонд, значит скупердяй!  Бабло стругает и в ящик складывает. Ишь, как он кадрится на фондах зарплаты! На наших премиях экономит! Нам режет зарплату, а родственникам своим подкидывает премиальные, доплаты. Понасажал по отделам своих деточек, зятьев, кумовьев… Аж тошнит от фамилий.

- А ПАВа как себя вёл – видел ?

-Кто это ?

 – Порогин Алексей Витальевич, этот дурик - финансист. Видел, как он сидел за столом перед директором и авторучкой щелкал, высчитывал, будто на счётной машинке, свой успех от нашего падения….

- Терпеть его не могу. – поддерживает Плюяшкина Сгиньмашкин, - Ходит по заводоуправлению, как павлин. Бегаешь за ним униженно. Просишь, умоляешь – подписать договор на ремонты. А он круть возле тебя на кублуках, нос к верху и снова птицей, пушистой, уплывает.  ПАВа он и есть пава.

- Нет, не пава он ! Бери круче ! Павиан - он, обезьяна, конченная. Из Африки сбежал, а его тут выловили в посадках, отмыли, причесали и - в зам. директора ! Сейчас сидит и дурачится на совещаниях, рожицы корчит, ручками щёлкает.

Плюяшкин расплылся в улыбке.

-Во!  - поднял он вверх большой палец. – Класс ! Здорово ты его умял !

- Да уж….. ущемил я его сейчас  капитально !

 

Плюяшкин радостно потер руками. Ему в удовольствие слушать, как ненавистному Порогину Сгиньмашкин дал подходящую  кличку.  

 

Мечтания униженных прерывает задребезжавший звук. Звонит на столе черный телефон с выгравированной надписью: «Управляющий директор». Испуганный Плюяшкин встал во весь рост, смахнул с лица взопревшие очки, а  Сгиньмашкин, прервав беготню от стенки к стенке, замер у стола как вкопанный.   По лбу продолжали струиться капельки пота и мокреть носки в ботинках.

- Сидор, тих-хо-о… Т-сс ! Закрой форточки… Встань у двери. Я беру трубку…. Господи,  помоги мне…., – побелев, зашепелявил Плюяшкин и потянулся к телефону.

Загупотели по ламинаду ноги Сгиньмашкина. Недопоняв от испуга, он сначала - стрелой к двери, резко остановился, пошмыгал носом, потом опомнившись, рванул к окну…. И чуть ли не во вратарском броске успевает закрыть одну форточку, затем другую до поднятия  Плюяшкиным трубки.

- Слушаю, Дмитрий Витольдович ! – Зарезвился, раскручиваясь, почти до левитанского баса, голос Плюяшкина.- Да это я !.... Так точно…..Спасибо ! Рад стараться !......Будет исполнено! До свидания, Дмитрий Витольдович !

Трубка, ложась в гнездо клаксона, громко по воле исполнительной руки ударятся о телефон. Плюяшкин садится и откидывается на спинку кресла. Глаза его лучатся радостью, блестят и загадочно смотрят на Сгиньмашкина.

- Ну что, дружище ? Что Витольдыч сказал ? – подавленно, но с надеждой спрашивает Сгиньмашкин.

- Говорит, что он разобрался во всем.- Поясняет Плюяшкин и лезет глазами в компьютер, чтобы стереть служебку. – Эх, жалко, хорошо ж написал. По-чеховски - искромётно ! Жалко свой труд, столько пота в неё вложил ! Да, кстати, насчёт кличек – давай это…. не будем больше о кличках. Нафиг нужно порядочных людей ни за что закидывать грязью. Это же наши с тобой товарищи, не один год с ними лямку тянем, совестно мне… да и не виноваты они ни в чём !

- А кто тогда виноват ?!

- Директор сказал, что во всём виноватый –Сгиньмашкин, то есть -ты. С тебя и спрос !  А я тут уже не причём…….Директору я верю !

Сгиньмашкин захлопал глазами.…

-Знаешь кто ты ! – Завопил он.

- Не гоношись, Сидор ! Подумаешь – премии лишили. Не «мерседес-бенц» же у тебя забирают. Всего лишь нескольких цветных бумажек в кармане не досчитаешься. Делов-то …. Переморгаешь. Первый раз что ли…

- Пёс !

-Не понял ? Ты о ком ?

- О тебе, незаслуженно прощённом! Пёс –это сокращение Плюяшкина Евгения Семёновича ! Выбирай сам, кем ты теперь будешь – псом или псиной. Я бы тебя  посоветывал -  стать кобелём рваным или сучкой дежурной ! И то и это тебе подходит. Собака она и есть собака во всех делах !

- Ещё одно слово, безобразное, в мой адрес, и я служебку на тебя накатаю. – Глядя справедливыми глазами в залитое потом фюрерское лицо Сгиньмашкина, предостерегает Плюяшкин.

- Накатай ! Потренируй собачьи лапы ! Выкрутился, понимаешь ! Ясно, что теперь мы с тобой по разные стороны баррикад !  Пойду искать правды у других !

…….В душной комнате при закрытых форточках, в одиночестве сидит Плюяшкин и отстукивает на клавиатуре новую служебку. На Сгиньмашкина Сидора. Отстукивает и приговаривает:

- Щас у меня этот эСэСовец получит… .  Век не отмоется.

© Copyright: Юрий Алексеенко, 2013

Регистрационный номер №0122048

от 7 марта 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0122048 выдан для произведения:

 

В кабинете зам. директора по инжинирингу душно, батареи пышут жаром. Две форточки раскрыты настежь, оттуда тянет холодной весной, но притока прохлады не чувствуется. За столом сидит раскрасневшийся, с распущенным галстуком и растёгнутым воротом рубашки Плюяшкин Евгений Самуилович.  Через очки, сползшие  на кончик потного носа, смотрит в монитор компьютера. Пальцы его бегают по клавиатуре. Щелкают клавиши.

Между столом и стенкой мотается туда-сюда, цепляя спинки стульев, Сгиньмашкин Сидор Иванович, зам. директора  по технологии, худой, длинный как жердь, остроносый, с жиденькими волосами и  чертами лица, указывающими на образ партайгеноссе Гитлера.

По его лбу струятся, поблескивая на свету, капельки пота. Он их смахивает на ходу, часто шмыгает носом и вытирает влажной ладонью  сухие губы.

Оба они раздражены до крайности. У каждого из души шипит и вырывается  наружу жажда мести. Пятнадцать минут назад закончилось производственное совещание, которое вел управляющий директор трубогибного завода, и оба они получили по взысканию.

- Вот так совещаньице, прямо скажем, погромное, меня до сих пор так  в пот и бросает, рубашка вся взопрела, носки помокрели, – говорит на ходу Сгиньмашкин. – И главное, я так и не понял - за что с нами так !  Истинные виновники срыва графика сидели и похохатывали над нашей избитостью… А нас директор словами, будто ногами,  метелил, матюгами гнул к земле, вилами по углам гонял, за их же провалы. Где справедливость ?!

-Точно-точно….. Смеялись…. негодяи,  души наши с тобой рвали на части,- поддакнул Плюяшкин, не отводя глаз от монитора. – Ничего, я им щас устрою праздник - накручу такую служебку на имя управляющего, век не отмоются. Пусть тогда хохочут. Слезами у меня умоются.

- Ты знаешь, Женя, если бы они сейчас кровью умылись, меня бы это не успокоило. Правду говорю….. Куски бы мяса, ихние, валялись возле меня – никогда бы не успокоился !  А ежели бы тонули в сливной яме - руки бы не подал. Хай дерьмом захлёбываются ! Зверью нет прощения и пощады ! Все они - хуже енотовидных собак !

- Да ото ж…. – Ещё раз поддакнул сморщившийся от наступившего чувства брезгливости Плюяшкин. –   Я их мясо свиньям не скормил бы! Жалко скотину, отравится же  подлючей кровью !

-  Да-да…, на них обличительной служебки - мало. Знаешь, если сравнивать масштабность нашего бесчестия с моей служебкой, - малая им будет  месть. Будто - укус комара! Шелобан по темечку !  Им нужна покруче расплата !

- Чё, бы им такое придумать, что б на века имя Сидора запомнили ! Особенно этот с утиным носом -  зам. технического по промышленной безопасности Шырбенко Леонид Володимирович, сокращенно – ШЛВ. Как он, подлец, ехидно смотрел на меня со своего места……глаза, жестяные, свои, раскручивал на орбитах и высверливал с меня честь мою…..  Накатал, негодяец, на нас директору телегу и взглядами как буравчик встругивается…..

- Стоп, Сидор!

Сгиньмашкин  резко остановился, упершись носом в стенку. Два потных прямых пучка слипшихся волос падают на лоб. Лицо его в этот момент ещё больше напоминает лик фюрера после партийного митинга.

Обернувшись, Плюяшкин переспрашивает:

 – А что это за ШЛВ такое?

- Это, так сказать, обыденное сокращение фамилии имени и отчества Шурбенки… Случайно употребил, - глядя в стенку и смахивая капельку  с носа, поясняет Сгиньмашкин.

- ШЛВ – значит шалава. Ловко ! Как эти буквы точно передают внутреннее поскудство человека. Мотается Шырбенко, как пес, шалавный, по заводским углам, вынюхивает. Теперь я решил, он навсегда будет в глазах коллектива – породистой шалавой, паскудой - дежурно-беговой….  Я уж постараюсь, чтоб Лёнька в этом облике был вписан золотыми буквами в страницы истории завода. С меня не выгорит - кличку ему дать и  шалавой затвердить в умах простых труженников. Каяться будет, не прощу!

- Правильно, Женя ! Так его ! Бей под дых !  …..Что-то совсем потно у тебя тут, пора носки менять, уже воняют….

Щёки Сидора от духоты стали пунцовыми. Нервно задёргалось веко правого глаза.

Плюяшкин откидывает свое тело на спинку кресла. Закатывает к потолку глаза и протирает ладонью потную лысину.

-Противно мне, понимаешь. – горько жалуется он. – В душу нагадили, мерзопакостные ! А как себя вёл Миргородский Васька? Лыбился, на нас глядючи. Ему не кадрами руководить, а на подносе пиво в гадюшнике разносить….. Управляющему головой кивал, кривлялся, мол, правильное решение принимаете, директор!

- Васька у нас - МВФ ! Международный  валютный фонд !

-Чё ?

- Я грю, МВФ, сокращённо имя отчество фамилия Миргородского Василия Феоктистыча – МВФ!

- Интересно как ты выкрутил Миргородского в МВФ….. Если он - валютный фонд, значит скупердяй!  Бабло стругает и в ящик складывает. Ишь, как он кадрится на фондах зарплаты! На наших премиях экономит! Нам режет зарплату, а родственникам своим подкидывает премиальные, доплаты. Понасажал по отделам своих деточек, зятьев, кумовьев… Аж тошнит от фамилий.

- А ПАВа как себя вёл – видел ?

-Кто это ?

 – Порогин Алексей Витальевич, этот дурик - финансист. Видел, как он сидел за столом перед директором и авторучкой щелкал, высчитывал, будто на счётной машинке, свой успех от нашего падения….

- Терпеть его не могу. – поддерживает Плюяшкина Сгиньмашкин, - Ходит по заводоуправлению, как павлин. Бегаешь за ним униженно. Просишь, умоляешь – подписать договор на ремонты. А он круть возле тебя на кублуках, нос к верху и снова птицей, пушистой, уплывает.  ПАВа он и есть пава.

- Нет, не пава он ! Бери круче ! Павиан - он, обезьяна, конченная. Из Африки сбежал, а его тут выловили в посадках, отмыли, причесали и - в зам. директора ! Сейчас сидит и дурачится на совещаниях, рожицы корчит, ручками щёлкает.

Плюяшкин расплылся в улыбке.

-Во!  - поднял он вверх большой палец. – Класс ! Здорово ты его умял !

- Да уж….. ущемил я его сейчас  капитально !

 

Плюяшкин радостно потер руками. Ему в удовольствие слушать, как ненавистному Порогину Сгиньмашкин дал подходящую  кличку.  

 

Мечтания униженных прерывает задребезжавший звук. Звонит на столе черный телефон с выгравированной надписью: «Управляющий директор». Испуганный Плюяшкин встал во весь рост, смахнул с лица взопревшие очки, а  Сгиньмашкин, прервав беготню от стенки к стенке, замер у стола как вкопанный.   По лбу продолжали струиться капельки пота и мокреть носки в ботинках.

- Сидор, тих-хо-о… Т-сс ! Закрой форточки… Встань у двери. Я беру трубку…. Господи,  помоги мне…., – побелев, зашепелявил Плюяшкин и потянулся к телефону.

Загупотели по ламинаду ноги Сгиньмашкина. Недопоняв от испуга, он сначала - стрелой к двери, резко остановился, пошмыгал носом, потом опомнившись, рванул к окну…. И чуть ли не во вратарском броске успевает закрыть одну форточку, затем другую до поднятия  Плюяшкиным трубки.

- Слушаю, Дмитрий Витольдович ! – Зарезвился, раскручиваясь, почти до левитанского баса, голос Плюяшкина.- Да это я !.... Так точно…..Спасибо ! Рад стараться !......Будет исполнено! До свидания, Дмитрий Витольдович !

Трубка, ложась в гнездо клаксона, громко по воле исполнительной руки ударятся о телефон. Плюяшкин садится и откидывается на спинку кресла. Глаза его лучатся радостью, блестят и загадочно смотрят на Сгиньмашкина.

- Ну что, дружище ? Что Витольдыч сказал ? – подавленно, но с надеждой спрашивает Сгиньмашкин.

- Говорит, что он разобрался во всем.- Поясняет Плюяшкин и лезет глазами в компьютер, чтобы стереть служебку. – Эх, жалко, хорошо ж написал. По-чеховски - искромётно ! Жалко свой труд, столько пота в неё вложил ! Да, кстати, насчёт кличек – давай это…. не будем больше о кличках. Нафиг нужно порядочных людей ни за что закидывать грязью. Это же наши с тобой товарищи, не один год с ними лямку тянем, совестно мне… да и не виноваты они ни в чём !

- А кто тогда виноват ?!

- Директор сказал, что во всём виноватый –Сгиньмашкин, то есть -ты. С тебя и спрос !  А я тут уже не причём…….Директору я верю !

Сгиньмашкин захлопал глазами.…

-Знаешь кто ты ! – Завопил он.

- Не гоношись, Сидор ! Подумаешь – премии лишили. Не «мерседес-бенц» же у тебя забирают. Всего лишь нескольких цветных бумажек в кармане не досчитаешься. Делов-то …. Переморгаешь. Первый раз что ли…

- Пёс !

-Не понял ? Ты о ком ?

- О тебе, незаслуженно прощённом! Пёс –это сокращение Плюяшкина Евгения Семёновича ! Выбирай сам, кем ты теперь будешь – псом или псиной. Я бы тебя  посоветывал -  стать кобелём рваным или сучкой дежурной ! И то и это тебе подходит. Собака она и есть собака во всех делах !

- Ещё одно слово, безобразное, в мой адрес, и я служебку на тебя накатаю. – Глядя справедливыми глазами в залитое потом фюрерское лицо Сгиньмашкина, предостерегает Плюяшкин.

- Накатай ! Потренируй собачьи лапы ! Выкрутился, понимаешь ! Ясно, что теперь мы с тобой по разные стороны баррикад !  Пойду искать правды у других !

…….В душной комнате при закрытых форточках, в одиночестве сидит Плюяшкин и отстукивает на клавиатуре новую служебку. На Сгиньмашкина Сидора. Отстукивает и приговаривает:

- Щас у меня этот эСэСовец получит… .  Век не отмоется.

Рейтинг: +2 169 просмотров
Комментарии (2)
Света Цветкова # 8 марта 2013 в 19:56 +1
5min 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Надежда Рыжих # 21 марта 2013 в 06:33 0
hihi Как хамелеоны , приспособленцы.... А ведь хватает таких людей!