ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Гиперборея

Гиперборея

17 апреля 2019 - Владимир Шмельков
article445713.jpg

Север России, наши дни. Первым вынырнул на поверхность Сивцов. Он сдёрнул с себя маску и огляделся. Вода под ним чуть подсвечивалась, и далёкий глубинный свет позволял различать нависшие над ним полукруглые каменные своды. Звуки, издающиеся движением его тела, повторялись эхом в густом, непроглядном мраке туннеля и казались теперь грозным набатом, они гнали прочь отсюда на поверхность, на Божий свет. Прошли несколько секунд, показавшиеся вечностью, а Трохин, плывший за ним следом, всё не появлялся. Сергей уже надел снова маску, чтобы нырнуть в светящуюся бездну, как внизу под ним показался силуэт. Это был Алексей, он узнал его по умелым движениям профессионального аквалангиста.

 - Где Гоша?! – почти выкрикнул Сивцов, когда тот вынырнул.

 - Он спрыгнул следом за мной, когда мы перебрались через парапет. Сейчас должен вынырнуть.

 - Но его нет! Этот придурок обязательно во что-нибудь влипнет. Пошли за ним!

Над светящейся поверхностью воды блеснули и исчезли белые баллоны, мелькнули и с хлопками подняли брызги широкие ласты. И в темноте почти всё стихло. Почти, потому что по длинному мёртвому коридору ещё слышались затухающие звуки плеска воды и людских голосов. Но скоро и они растворились во мраке.

 

1939 год, сентябрь, Индия. Тяжёлые резные двери распахнулись со страшным грохотом, и из них вырвался на улицу светловолосый человек в белом костюме и в такой же белой шляпе. Он врезался с разбега в прохожих, несущих корзины с товарами на рынок, и разметал их в разные стороны. Мощёная улица спускалась вниз к базарной площади, и по ней покатились под уклон сотни апельсинов к великой радости чумазых оборванных мальчишек и под проклятья торговцев. Мужчина в белом ринулся вниз по мостовой в направлении базара, стараясь не наступить на катящиеся фрукты. Он расталкивал прохожих и пытался вытащить на бегу из внутреннего кармана пиджака пистолет. Проклятья возмущённых людей с каждой минутой усиливались, наполняя собой улицу, но внезапно сменились паническими криками. Это произошло сразу после того, как прогремел первый выстрел из карабина. Его произвёл с колена полицейский в выцветшей и намокшей от пота бежевой униформе. Преследователей было трое. Они, так же как и молодой мужчина в белом костюме, выбежали из раскрытых дверей филиала Музея национальной культуры Индии и неслись теперь по улице вслед за ним. Прохожие пытались укрыться от шальных пуль в подворотнях, в маленьких магазинчиках, или просто падали на камни мостовой, закрыв головы руками. Одни только босоногие мальчишки ничего не боялись. Они весело бежали сзади полицейских с трофейными апельсинами в руках и подзадоривали последних своими выкриками. Винтовочные выстрелы гремели один за другим, но цели своей пули полицейских не достигали. Молодой человек тоже несколько раз беспорядочно пальнул  из пистолета в своих преследователей, чем заметно поубавил в них прыти во время погони. Наконец, спустившись по улице, он ворвался в самую гущу рынка, и, расталкивая покупателей и опрокидывая продавцов вместе с их незатейливыми прилавками, ринулся в направлении старой крепостной стены, у подножия которой разместился торговый люд. На базарной площади начался настоящий переполох, лишивший полицейских какой бы то ни было возможности настичь преследуемого. А тот, вырвавшись из толпы, подбежал к чёрному «Опелю», стоявшему на узкой дороге, проходящей под стенами средневековой крепости, и, распахнув дверцу, прыгнул на заднее сидение. Машина рванула с места и скрылась за угловой башней.

 

Россия, наши дни. Егор Журбин был с детства крайне любопытным мальчиком. Желание постоянно совать свой нос в чужие дела стоило ему многих синяков и шишек. Зная о его патологической тяге  ко всяким новостям и сплетням, ребята Гошу недолюбливали, за свойственную девчонкам черту характера и скрывали от него свои тайны. Он же, лишённый интересующей его информации, используя все возможные и невозможные, дозволенные и недозволенные способы, всегда её получал. Если об этом узнавали одноклассники, его колотили. Но побои ничего не меняли. Так прошли школьные годы, и, когда пришло время выбора профессии, Гоша в своём выборе не сомневался. Он стал журналистом. Его скандальные репортажи наделали много шума и он, порой, ходил по лезвию бритвы, вызывая гнев власть имущих, и даже терял работу, но своей страсти никогда не изменял. Вот и на этот раз обходными путями к нему в руки попал документ из архива ФСБ за 1955 год. Некто Семёнов, доктор геолого-минералогических наук, в том году работал со своей экспедицией на Кольском полуострове в районе южного берега Ловозера. Он обнаружил вертикальную гигантскую жёлтую колонну, рядом с которой лежал огромных размеров квадратный камень со сквозными отверстиями одного размера. Всё это сооружение на вид выглядело очень древним, так как ветра и непогода иссекли поверхность камней. Поэтому тем более удивляли отверстия то ли просверленные каким-то инструментом, то ли прострелянные каким-то оружием. Нашла экспедиция несколько сопок в форме правильных пирамид, казавшихся явным творением человеческих рук, а в прибрежной скале пещеру с полукруглыми сводами, уходящую вниз, как бы под дно озера. Хотя у геологической экспедиции были другие задачи, члены её обследовали пещеру. Стометровый туннель уходил в воду, и путешествие по нему быстро закончилось. Но неожиданно на обратном пути луч фонарика наткнулся на истлевший окурок немецкой сигареты, валявшийся на пыльном каменном полу, а ещё через двадцать метров в боковой стене обнаружился обсыпавшийся тайник. В нём геологи нашли тёплые вещи и сапоги, запылённое научное оборудование, всё немецкого производства, а так же цейсовский бинокль. Ничего с собой учёные не взяли, так как полно было своего снаряжения. Находку сфотографировали и нанесли на карту.  Уже в Ленинграде на следующий год Семёнов сделал доклад в Географическом обществе о найденных им археологических артефактах, упомянув и о тайнике с немецким оборудованием и вещами. Дальнейшая судьба самого Семёнова так и осталась журналисту Журбину неизвестной. Зато к этому документу был подшит рапорт старшего оперуполномоченного Мурманского Управления госбезопасности майора Ермолаева, адресованный в МГБ, о проверке сведений в отношении немецкого тайника в пещере на берегу Ловозера. В нём говорилось, что факт наличия тайника подтверждён, и вещи, хранившиеся в нём, изъяты. Опись их прилагалась. Обследование пещеры ничего не дало и установленное за ней тайное наблюдение в течение трёх месяцев тоже. Когда было спрятано в тайнике имущество, определить оказалось невозможно, но изготовлено оно было в период с 1935 по 1939 годы. Что последовало за этим рапортом, Гоша не знал, но, видимо, дело было закрыто и передано в архив. Тонкое чутьё Журбина на сенсации подсказывало ему, что неспроста немцы оказались в глубине советской территории, и неспроста в этих диких местах стоит какая-то жёлтая колонна и каменный куб, продырявленный несколько раз. Уговаривать старого приятеля Сергея Сивцова – искателя подводных кладов, пришлось недолго, тем более что прежде чем встретиться с ним, Гоше пришлось порыться в библиотеке и в интернете. Но зато он предоставил другу столько неопровержимых аргументов в пользу своего плана, что тот согласился с ним полностью. В дело Сивцов предложил взять своего коллегу по поиску кладов Алексея Трохина. Журбин согласился.

 

1939год, октябрь, Германия. Резная дверь кабинета открылась, и в неё, чеканя шаг, вошёл подтянутый офицер.

 - Господин рейхсфюрер, прибыл профессор Вурст, и просит его принять.

 - Пригласите его, Шнитке, - Гиммлер поправил очки на носу и отложил в сторону документы, с которыми работал.

В кабинет вошёл высокий худощавый мужчина с шевелюрой пышных седеющих волос. Его дорогой костюм висел на нём, как на вешалке. Голова на тонкой шее торчала из ворота шёлковой рубашки, словно из водолазного скафандра. Он поклонился, и встал, переминаясь с ноги на ногу, ожидая приглашения хозяина кабинета подойти к столу и сесть в одно из стоящих рядом кресел.

 - Проходите, профессор. Надеюсь, на этот раз вы не заставите меня разочароваться?

 - Нет, нет, что вы, господин рейхсфюрер! Шелленберг передал мне лично добытые в Индии агентурой «Туле» манускрипты. Смею заметить, это прекрасно сохранившиеся документы, написанные на санскрите.

 - Без предысторий! Я и так это всё знаю! – Гиммлер хлопнул ладонью по крышке стола. Было заметно, что он волнуется.

 - Прошу прощения, - профессор промокнул платком вспотевший лоб. - Так вот, в подведомственных мне учреждениях и под моим личным руководством рукописи были частично переведены на немецкий язык. Мы рассчитывали заполучить свитки с информацией о разыскиваемых нами в Гималаях подземных городах высокоразвитой техногенной цивилизации, исчезнувшей в далёком прошлом в результате какого-то природного катаклизма.

 - Ну и? – Гиммлер подался вперёд.

 -Перевод ещё не закончен, господин рейхсфюрер, но уже можно заключить, что манускрипты не содержат ничего о существующих сейчас в глубине Гималайских гор Шамбале и Агарти.

 - Так, выходит, операция в Дели провалилась?! – Гиммлер сдвинул брови, и его очки сползли на кончик носа.

Профессор опять промокнул платком мокрый лоб.

 - В добытых нами манускриптах содержится не менее ценная информация о Гиперборее – осколке той же самой погибшей цивилизации. В документах указывается на район, расположенный на севере России, предположительно это Кольский полуостров.

 - И что нам это даёт?

 - В таком виде сама эта информация для наших поисков малоценна, но…, - Вурст сделал многозначительную театральную паузу, чем разозлил рейхсфюрера. Тот хлопнул в ярости ладонью по столу.

 - Какого чёрта?! Что за интеллигентская привычка медлить с подачей информации?!

Но гнев Гиммлера не испугал на этот раз шефа «Тулле» - огромной организации, насчитывающей сорок исследовательских институтов, занимающихся оккультными теориями и феноменами, археологическими поисками исторических фактов, подтверждающих превосходство немецкой нации над другими народами, а так же околонаучными медицинскими опытами над узниками концентрационных лагерей. «Тулле» имела обширную агентурную сеть по всему миру, и к её руководителю текла информация со всех концов света. Профессор Вурст мило улыбнулся рейхсфюреру.

 - Мои агенты нашли в Потсдаме одного русского – Степана Фролова.

 - Это ещё что за гусь?

 - Степан Фролов бежал из России в середине двадцатых, а до этого работал научным сотрудником в Петроградском институте мозга.

 - Так! – Гиммлер нетерпеливо барабанил пальцами по столу.

 - В январе 1920 года он под руководством профессора этого самого института некоего Бирченко участвовал в научной экспедиции в Лапландию. Официальной целью экспедиции было какое-то психическое заболевание, распространённое у местных жителей. Но, как признался Фролову Бирченко – сторонник, как и мы, гипотезы существования в глубокой древности высокоразвитой цивилизации, вспышка болезни его мало интересовала. Профессор надеялся найти в Лапландии легендарную Гиперборею.

 - Послушайте, Вурст, какому идиоту придёт в голову шальная идея селиться за полярным кругом?

 - По древнегреческим и римским источникам гиперборейцы умели, видимо, расщеплять атом и высвобождать колоссальную энергию, - профессор многозначительно покачал головой. - Вот, если бы Германия завладела  такой технологией, никто бы не посмел усомниться в праве Рейха на мировое господство!

 - Вы так ликуете, будто бы ваше «Тулле» уже нашло эту самую Гиперборею.

 - Ещё пока нет, господин рейхсфюрер, но, возможно, эта находка не за горами.

 -О чём вы?

 - Всё о тех же русских. Во время своей экспедиции они добрались до Ловозера.

 - Покажите мне, где это? – Гиммлер встал со своего кресла, и подошёл к зашторенной на стене карте. Резкими движениями обеих рук он откинул розовые шторки в разные стороны.

 - Вот сюда, господин рейхсфюрер, на южный берег Ловозера,  - Вурст ткнул длинным и тонким пальцем в маленькую голубую точку на Кольском полуострове, - добралась русская экспедиция в двадцатом году. В этой безлюдной глухомани обнаружилась почти двухкилометровая мощёная дорога, ведущая к соседнему Сейдозеру, вот сюда. Дорога заканчивалась широкой смотровой площадкой или чем-то вроде того. Недалеко от этого места, в ущелье, нашли, точно свечу, высокую, из жёлтого камня колонну, и рядом с ней камень в форме куба со сквозными дырами одного диаметра. Кто мог в древности просверлить трехметровый камень и чем? А может, его прожгли или прострелили? Опять же кто? А многотонная колонна из жёлтого камня? Близлежащие горы сложены из другой породы. Откуда она там взялась? И, наконец, в горном склоне, выходящем к Ловозеру, экспедиция обнаружила искусственный высокий туннель с полукруглыми сводами, уходящий, судя по всему, под дно озера. Кто его прорыл и зачем? А аномалии флоры в этом районе, на которые обратил внимание Бирченко. Он не ботаник, но всё же что-то заподозрил. Профессор был убеждён, что нашёл именно Гиперборею и пытался в этом убедить по возвращении историков. Но официальная советская наука не верит ни в какую Гиперборею, ни в Шамбалу, ни в Агарти. Об открытии Бирченко сразу забыли, и, я думаю, это нам на руку, - Вурст посмотрел в лицо рейхсфюрера, пытаясь прочесть на нём, какое впечатление на Гиммлера произвёл доклад.

Гиммлер, под чьим единоличным контролем работало общество «Тулле», был большим поклонником самых необычных теорий и фантастических версий, верил в них  и пытался извлечь из  всего этого маломальскую пользу для Третьего Рейха. Он с минуту сидел молча, раздумывая, потом потянулся рукой к телефонной трубке. В это время Вурст тихо произнёс.

 - Лакомый кусок, да только это советская территория.

Гиммлер положил руку на телефон.

 - Плевать я хотел! Высажу туда десант. Вместе с ними полетит тот русский, как его?

 - Фролов, господин рейхсфюрер.

 - Вот, вот. Если информация не подтвердится, он умрёт, и вам, профессор, не поздоровится. Хотя русский умрёт в любом случае.

Трубка, наконец, оторвалась от аппарата.

 - Соедините меня с Герингом!

 

Россия, наши дни. Надевать на себя снаряжение пришлось при свете фонаря. Вода, которой кончался туннель, была, как стекло. Она казалась прозрачной, но луч света не достигал дна и рассеивался в глубине. Первым погрузился Сивцов, за ним, перекрестившись, Гоша, а последним Алексей Трохин. Фонарь был у Сергея, и следующие за ним двое его товарищей ориентировались на его свет. Под водой туннель не терял свою форму и уходил в глубину. Когда все трое погрузились на двадцать метров, его направление изменилось и стало горизонтальным. По прямой друзья проплыли недолго, и заметили, что путь их теперь лежит вверх. Но подъём оказался значительно короче погружения. Метров через пять луч высветил поверхность воды. Первым вынырнул Сивцов и обвёл фонарём по кругу. Остальные не слышали его восклицания, так как находились ещё под водой, голос его прозвучал как в бездонной бочке.

 - Эх, ни хрена себе! – этой фразой он выразил чувства при виде открывшейся ему картины. Тут на поверхности появилась голова Журбина. Тот резко сдёрнул с себя маску и чуть не захлебнулся при этом.

 - Ё - моё, вот это да!

Чувства Трохина выражались в более сильных выражениях.

 

            1940 год, ноябрь, север России. Двухмоторный «Фоке - Вульф» рвал винтами низкие свинцовые облака. Команда из восьми парашютистов сидела молча. Если бы кто и захотел что-то сказать рядом сидящему, ему пришлось бы поднапрячь голосовые связки – в отсеке стоял жуткий шум от работающих двигателей, но эти люди не привыкли болтать попусту. Семеро из них во главе со старшим группы гауптштурмфюрером Циммером служили в войсках СС. Все они были опытными бойцами, участвовавшими во многих спецоперациях, и всегда с успехом их выполнявшими. Восьмым в группе был русский по фамилии Фролов, и сам факт его присутствия вызывал в Циммере раздражение. Мало того, что этот человек был штатским и никогда ещё не прыгал с парашютом, он к тому же оказался крайне трусливым, и на земле до посадки в самолёт всем своим видом старался показать лояльность перед немецкими офицерами. Казалось, попроси его, и он оближет ботинки любому солдату. Что уж там наобещали в «Тулле» этому русскому за то, что он согласился стать проводником? Но только сам Циммер получил приказ пристрелить его по завершении операции. Гауптштурмфюрер бросал взгляды на проводника и думал про себя, что будь его воля, он пристрелил бы этого русского недоноска прямо сейчас и вышвырнул бы его тело через люк. Зачем только ему начальство навязало проводника? Карта местности была в планшете, нужная точка на этой карте обозначена, солдаты в группе все до одного следопыты со стажем, включая его самого, район, который предстояло обследовать, дикий и пустынный, поэтому нарваться на какое-нибудь вооружённое соединение русских в таком забытом богом месте казалось немыслимым. Дело предстояло плёвое, и дилетант в нём только лишняя помеха. Фролов посмотрел на Циммера и заискивающе ему улыбнулся, но эсэсовец продолжал сидеть с видом каменного изваяния. Улыбка быстро сползла с лица проводника, и он опустил голову.

На переборке загорелась красная лампа. Дверца открылась, и из неё показался пилот. Он громко что-то крикнул, показывая большим пальцем руки вниз, давая понять тем самым, что самолёт подлетает к заданному квадрату, и команда должна приготовиться к выброске. Десантники встали со своих мест, а пилот открыл люк, через который ворвался морозный северный ветер. За бортом самолёта в свете луны пролетали клочки  облаков, и между этими клочками внизу просматривалась бескрайняя и неприветливая белая пустыня.

Циммер дал команду, и десантники один за другим начали покидать самолёт. Как и предполагал гауптштурмфюрер, русского пришлось выкинуть с самолёта пинком ноги, угрожая парабеллумом. Старший группы выбросился последним.

Сильный ветер раскидал парашютистов по сопкам на большом участке, и на то чтобы всем собраться ушло не меньше двух часов. На удивление проводник на земле не показал себя тупицей и добрался до точки сбора одним из первых. Сориентировавшись на местности и надев короткие лыжи, десантники двинулись на восток. Хотя небо было облачным, лунный свет всё же пробивался к земле, и прокладывать себе путь можно было, не пользуясь фонарями. Группу теперь возглавлял Фролов, задавая темп ходьбе. Циммер отметил для себя, что лыжником русский был отменным, и что тот заставил его самого и остальных солдат попотеть во время их трёхчасовой пробежки. За весь переход проводник ни разу не остановился, и к концу пути гауптштурмфюрер окончательно выбился из сил, но всё же не позволил себе отдать приказ о привале, чтобы не показать, что какой-то там славянин оказался выносливее его, арийца. Остальные солдаты тоже пыхтели, но не отставали. Наконец, затяжной подъём на очередную сопку закончился, и с её вершины взорам людей открылась замёрзшая гладь озера.

 - Там внизу, господин офицер, и находится та самая пещера. Чтобы попасть к её входу, мы должны будем спуститься прямо здесь. Жёлтая стела и камень с отверстиями находятся там, - проводник указал рукой в сторону западного склона. Галерея, выложенная камнем в том же направлении, только дальше. Нужно будет пройти ещё с полкилометра.

 - Надеюсь, вы не ошиблись, Фролов, и мы находимся в нужном месте.

 - Ну что вы, что вы, господин офицер! Хоть я и был здесь много лет назад, но всё очень хорошо помню.

 - Думаю, вы меня не разочаруете.

Пристегнув лыжи к рюкзакам, члены группы начали следом за проводником крутой спуск по каменистому склону, ведущему к берегу Ловозера. Спуск занял не больше тридцати минут, и по истечению этого времени вся команда стояла у просторного полукруглого входа в пещеру. Лучи восьми фонарей осветили сам вход и разрезали темноту, что простиралась за ним.

 

 Россия, наши дни. - Мужики, да этого ж не может быть! – громко выкрикнул Гоша, и зажёгся свет. От неожиданности и испуга все трое чуть было не нырнули под воду, но не сделали этого. Перед ними была метровая стена, поднимающаяся над водой. Она уходила куда-то далеко и сворачивала, образуя дугу. Над стеной у самого её края проходил ажурный парапет из белого металла. Дальше виднелись какие-то красные сферические поверхности, и было понятно, что это только вершины неведомых крупных сооружений или оборудования, так как стена, поднимающаяся над водой, загораживала остальной вид.  Над всем над этим возвышался потолок из остекленевшей породы. Трое плававших в воде и растерявшихся от увиденного искателей приключений ждали, что вот-вот над парапетом склонится какой-нибудь человек. Они были напряжены до предела. Но время шло, а никто не появлялся. Первым пришёл в себя и поплыл к стене Гоша. Приблизившись к ней, он оттолкнулся от воды и ухватился обеими руками за её край. Потом он подтянулся и зацепился за парапет. Сделав пару усилий, Журбин весь выбрался на стену.

 - Ну, чего там? – крикнул ему с нетерпением Сивцов. Но ответа не последовало. Тогда оба остававшихся в воде аквалангиста последовали примеру своего товарища.

 - Мать родная! Да это ж целая станция! Я такое в каком-то фантастическом фильме видел! Так то было, черт-де, когда в будущем и черт-де, на какой планете! Глазам своим не верю! – прошептал Трохин.

 - Того, что ты там видел, вообще не было на самом деле, а это вот оно! – с благоговением произнёс Сивцов. - А где ж хозяева-то?

Взорам троих мужчин предстала фантастическая картина более похожая на голливудские декорации к какому-нибудь космическому боевику. На полу из зелёных блестящих полированных плит стояли огромные красные «пауки» на чёрных ногах. Конечно, это были не пауки в прямом смысле, а огромные эллипсоиды вращения, приподнятые над полом, из тел которых выходили изогнутые цилиндрические «ноги», уходящие в плиты. Казалось, что на площадке выстроилось целое полчище членистоногих тварей.

 - Вроде, там, вдалеке какая-то фигура на полу или что-то похожее на человека. А вон ещё одна.

 - Где?

 - Вон же! – Гоша показал направление.

 - И, правда, там что-то лежит, - согласился Сергей. - А я больше этих монстров разглядываю, на пол-то и не смотрю.

 - Куда ж мы попали? Если это ни какой-нибудь современный военный объект, то неужто мы нашли ту самую Гиперборею?

 - Если б это был секретный объект, нас бы ещё на подходе положили мордой вниз, - резонно заметил Трохин.

 - И то верно, - согласился Жора. – Тогда предлагаю ознакомиться с обстановкой, – предложил он. Любопытство уже перебороло все его страхи и толкало вперёд. Оставив своё снаряжение, кроме фонаря, у парапета, Журбин и двое его друзей, озираясь, пошли внутрь «станции». Подойдя к одному из «пауков», они обошли его по кругу. У него было десять «лап», и каждая из них имела толщину в полметра. «Брюхо» в диаметре достигало метров пяти и над полом возвышалось выше человеческого роста. Так что все трое свободно стояли под ним, и Гоша даже погладил рукой его гладкую красную поверхность.

 - Тёплая, - констатировал он.

 - Да, и здесь теплее, чем там, на поверхности. Вы не находите? – трогая одну из «ног», спросил Сивцов.

 - Может это нам только чудится после холодной воды? – усомнился Алексей.

 - Мужики, а вам не кажется, что эта  штуковина работает? Разве вы не чувствуете лёгкий гул?

Все затихли и прислушались.

 - Да, я слышу, и пол под ногами слегка вибрирует, - прервал молчание Сергей. - Пойдёмте в тот конец и посмотрим, что там такое на полу лежит. А вдруг это люди и они притаились, завидев нас? А мы даже оружие с собой не взяли.

 - Тот, кто сотворил такое оборудование, не стал бы нас бояться. Разве у этих творцов не нашлось бы сил постоять за себя? Нас-то всего трое, - возразил Гоша. - Пойдём, посмотрим, что там, на полу лежит?

Он быстрым шагом пошёл вперёд, проходя под остальными «пауками». Его товарищам ничего не осталось, как последовать за ним. С каждым шагом всё отчетливее можно было различить человеческую фигуру в бирюзовой одежде, и уже с десяти шагов стало понятно, что это труп. Увидев перед собой покойника, Журбин замедлил шаг, но не остановился и подошёл к нему.

 - Давно здесь лежит, - заметил Трохин, когда все встали вокруг мертвеца. - Вон одежда у него вся истлела.

Одеждой он назвал униформу, которая почти целиком сохранилась на скелете. Форма даже имела какую-то символику на рукаве, и золочёный переплетающийся узор по ткани проходил через грудь от плеча к плечу. Мундир имел пряжки от пояса до шеи, но некоторые из них провалились внутрь пустой грудной клетки вместе с клочками сгнившей материи.

 - Без сомнения это человеческий скелет, - констатировал Гоша.

 - А ты думал встретить здесь гуманоидов?

 - Когда увидел это оборудование, не исключал. Но я ожидал встретить живых. Кто-то ведь зажёг свет при нашем появлении.

 - Те, кто очень много лет назад построил такие машины, мог додуматься и до автоматического включения света при появлении человека или вообще при малейшем движении, - Сергей ещё раз огляделся. - А то, что живых людей здесь давно нет, доказывает этот покойник, которому на вид не одна тысяча лет. Видите, кости почернели и начали каменеть. Экспертиза точно установит его возраст.

Журбин рванулся в сторону.

 - Посмотрю, кто там ещё лежит, - крикнул он уже на ходу.

Сергей с Алексеем продолжали разглядывать странную находку.

 - От чего умер этот человек? Я уверен, что там дальше лежат его дружки, такие же, как он, - Сивцов присел на корточки.

 - Если нам удалось найти ту самую Гиперборею или

какую-то другую техногенную цивилизацию древности, то могу предположить, что сейчас мы  находимся в энергетическом блоке, вырабатывающем энергию для нужд подземного поселения. Где-то там находится выход, за которым тоже есть на что посмотреть. Предлагаю его найти. Видимо, на нашем пути будут встречаться только покойники. От чего умирают люди? От болезней, от войн, от излучения, - он покосился на соседнюю установку, - да ещё от кары Господней.

 - Ты знаешь, Сергей, какая у меня родилась мысль? - продолжил рассуждения Трохин. - Не думаю, что мы находимся в зале ядерных реакторов. Даже в автоматическом режиме ни один из них не смог бы проработать такой большой промежуток времени, если ты, конечно, окажешься прав, Серёга, относительно возраста мертвеца. Ко мне пришла мысль: а уж не прообразы ли настоящих эти стальные «пауки»? Не тянут ли они какую-то неведомую нам, но известную и доступную нашим далёким предкам энергию из глубин Земли? Не сосут ли эти установки в прямом смысле соки из нашей планеты? В этом случае запасов её энергии хватит не на одну такую Гиперборею или иную какую цивилизацию. Вот только, может быть, процесс этот не настолько безопасный.

 - Ты имеешь ввиду радиацию?

 - И радиацию, и иное какое излучение, возможно, неизвестной нам природы. Ведь, если эти установки на самом деле высасывают из глубин энергию, на которой зиждется весь наш мир под названием Земля, то вы представляете на что замахнулись те, кто это всё построил?

 - Ну, и на что? – не понял Сивцов.

 - На основы Мироздания, вот на что! И это самое Мироздание могло нанести ответный удар. Сечёшь?

 - Это уж слишком! – усмехнулся Сергей. - Ещё скажи бог.

 - Бог или Природа, какая разница. Важно то, что таким образом могли погибнуть все, и очень быстро. Трупы людей здесь тому подтверждение. Нужно пройти дальше и посмотреть, что там за этим энергоблоком.

 - Ребята, смотрите, что я нашёл! – послышался восторженный голос Гоши. Он стоял вдалеке и на что-то показывал рукой.

Сергей с Алексеем оставили первого покойника и двинулись к нему. Журбин стоял около какого-то блиноподобного предмета и давил на него обеими руками. Только подойдя ближе и Трохин, и Сивцов поняли, что предмет висит в воздухе над полом, не имея подставок. У него была сплюснутая с противоположных сторон форма дыни, и на его поверхности ближе к «корме» располагалось нечто вроде невысокого сиденья, а со стороны «носа» с обеих сторон имелись небольшие плоские выступы, похожие на педали.

- Какая-то странная техника! – с восхищением произнёс Гоша. - Тут даже несколько кнопок есть. Эта штуковина двигается, если её толкнуть, по горизонтали. Но вот не поднимается и не опускается. Уж как я на неё не давил. Нужно нажать какую-нибудь кнопку и посмотреть что будет.

 - Э! Э! Не вздумай! – успел выкрикнуть Сивцов, но было уже поздно. Гошин палец вдави до упора нечто вроде перламутровой капли на гладком корпусе. Почему-то из четырёх разноцветных кнопок он выбрал именно эту. «Дыня» бесшумно начала подъём. Все трое мужчин разбежались в разные стороны и с опаской стали наблюдать за плавным взлётом необычного аппарата. А тот долетел до каменного потолка и упёрся в него, оставшись неподвижным.

 - И что ты сделал, идиот? – в сердцах выкрикнул Трохин, оторвав взгляд от парившей под потолком «дыни». Как его теперь оттуда доставать будем? Это же какой-то летательный аппарат неизвестной конструкции! Ты представляешь, сколько он может стоить?!

 - Ладно, чего уж там, возможно, тут есть ещё такие. Нужно осмотреть здесь всё. Только давайте договоримся ничего не трогать – это может быть опасно. В первую очередь сказанное мной касается тебя, Георгий.

 - Замётано, - с виноватым выражением на лице кивнул Журбин.

 - А если понял, тогда пойдёмте и поищем выход отсюда. Не через воду же заходил когда-то сюда персонал.

Широкая и довольно высокая дверь вскоре была найдена в дальней стене, она была открыта. На полу поперёк неё лицом вниз лежал ещё один покойник. За дверью начинался просторный коридор, вырубленный в скальной породе. В нём было темно, но как только человеческая нога ступила не его пол, он осветился узкими и плоскими лампами, вмонтированными в стены. Коридор кончался закрытой дверью точно такой, как и первая. Сергей с Алексеем двинулись к ней, а Гоша метнулся в сторону, заметив что-то интересное.

Пройдя коридор, Сивцов с Трохиным с любопытством осмотрели дверные створки. Они были сделаны из белого металла и казались мощными, их украшал стилизованный рельефный узор. Двери оказались запертыми плотно, и никакие усилия не позволили их раскрыть. Оба мужчины занялись поисками какой-нибудь кнопки или потайной ручки, но в это время их отвлёк голос Гоши, раздавшийся из машинного зала.

- Ребята, идите сюда, полюбуйтесь на это!

Сивцов с Трохиным оставили своё занятие и выбежали из коридора. Они у видели своего товарища державшим в руках какой-то длинный и узкий предмет. Предмет напоминал  длинное ружьё с узким прикладом и раструбом на конце ствола. Гоша сжимал его в обеих руках.

 - Какая-то странная техника! Тут много ручек и кнопки есть! Это лежало рядом с покойником!

 - Ты поосторожней там!, - махнул ему Сивцов, когда они с Алексеем были уже рядом. Но было поздно. Длинный предмет, зажатый в руках Журбина и направленный в потолок, почти бесшумно выплюнул из своего ствола яркий голубой пучок, который врезался в глянцевый каменный свод и утонул в нём, образовав двухметровую дыру. Из неё, из этой дыры, обрушились вниз потоки воды с паром. Теперь пол с потолком соединял толстый водяной столб. Каждый из троих первооткрывателей загадочного подземелья не сразу сообразили, что произошло, но вскоре начал мигать свет, и сознание мужчин заработало лучше.

 - Гоша, ты что наделал, идиот?! –  закричал Сергей. - Сейчас Ловозеро будет здесь! – он зажёг на всякий случай фонарь. Освещение продолжало периодически гаснуть

 - Сматываемся отсюда, да поживее, пока наше снаряжение не смыло! Давай, давай, пошевеливайтесь! – Сивцов подталкивал опешивших от неожиданно изменившейся ситуации друзей к тому месту, где все они оставили своё имущество.

Когда все натянули свои акваланги, он первым перелез через парапет и спрыгнул в воду, за ним перебрались через ажурное ограждение Журбин с Трохиным.

…Первым вынырнул на поверхность Сивцов. Он сдёрнул с себя маску и огляделся. Вода под ним чуть подсвечивалась. В глубине показался силуэт, это был Алексей, он узнал его по умелым движениям профессионального аквалангиста.

- Где Гоша? – крикнул он ему, когда его голова появилась над поверхностью, - Опять во что-нибудь влип! Пошли за ним!

…В мерцающем свете Гоша стоял в потоках воды около парапета и крепко держался за него. Если бы не было этого ограждения, его давно бы уже, наверное, смыло. Он стоял и смотрел вниз в то место, куда должен был нырнуть вместе со своими друзьями, но не нырнул. Он лишился своего акваланга, и теперь судьба его самого была в их руках. Первой появилась голова Сивцова, и дрожь в теле Гоши начала спадать. Потом появился Алексей.

 - Ты чего тут стоишь, придурок?! Где твой акваланг?!

 - Утонул!

 - Как утонул? Он же был на тебе?

 - Потом объясню. Что мне теперь делать?

 - Прыгай сюда!

Журбин прыгнул в бурлящие потоки.

 - Надевай моё снаряжение, а мы с Лёхой дышать будем по очереди. Держи фонарь, хотя нет. Тебе я больше ничего не доверю!

      

…Когда через сорок минут они выбрались из туннеля на свет Божий, был уже вечер. Заночевать решили прямо здесь у входа.

 - Гоша, я тебе этого никогда не прощу – такую находку сгубил, - ворчал Сивцов  у костра. - У нас был такой шанс, такой шанс, который раз в жизни выпадает и то у единиц!

 - Он хоть из оружия лучевого пальнул, а нам и того не досталось, - тяжело выдохнул Трохин и сплюнул.

 - Ладно, ребята, не отчаивайтесь. Мы же теперь знаем, что Гиперборея существует. Ну, под водой она теперь, так что? Разве мы не аквалангисты?

 - Водолаз хренов! – покачал головой Сивцов.

 - А это вы видели? – Гоша запустил руку себе в штаны и проковырялся там довольно долго. 

 - Ты чего, раков успел наловить? - грустно пошутил Алексей.

 - Как же, раки! А это не хотите! – Журбин показал на ладони ажурную пряжку с мундира гаперборейца. - Это доказательство того, что  нам с вами ничего не приснилось. Мужики, обещаю, что мы здесь будем ровно через год.

 

Через три месяца в Москве в одном из центральных журналов вышла большая Гошина статья, в которой он рассказал читателям об удивительных приключениях, которые произошли в экспедиции по поискам Гепербореи с ним и его товарищами, упомянул о немецком следе в развитии событий. Гоша поделился своими соображениями о том, что, возможно, немецкие десантники первыми оказались под дном озера, но только фашисты никак не смогли использовать свою находку. По второй Гошиной версии, десантники так и не догадались, где находится вход в Гиперборею, и вернулись ни с чем. На своей статье, которую перепечатали почти все издания, журналист Журбин, конечно, сделал себе имя, но зря он поторопился. Хотя им и не были названы точные координаты места расположения туннеля, видимо ему так и не удалось уберечь до поры до времени тайну.

Дело в том, что через неделю после выхода злополучной статьи Гоша исчез. Я, его друг, от которого у  него не было секретов, знаю об этом деле всё, правда, только до того момента, как он исчез. Мной были предприняты поиски Журбина, но они оказались безрезультатными. Вместе с ним исчезли Сивцов с Трохиным. Их я тоже не нашёл, как ни старался.  Конечно, я заявил в милицию, и в своём заявлении написал, что этого дела так не оставлю. А вчера  у меня дома раздался телефонный звонок, и солидный мужской голос сказал мне, чтобы я нырнул в тину и больше не квакал. Каково? Уж не заинтересовалось ли Лапландским феноменом наше отечественное «Тулле»?

© Copyright: Владимир Шмельков, 2019

Регистрационный номер №0445713

от 17 апреля 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0445713 выдан для произведения:

Север России, наши дни. Первым вынырнул на поверхность Сивцов. Он сдёрнул с себя маску и огляделся. Вода под ним чуть подсвечивалась, и далёкий глубинный свет позволял различать нависшие над ним полукруглые каменные своды. Звуки, издающиеся движением его тела, повторялись эхом в густом, непроглядном мраке туннеля и казались теперь грозным набатом, они гнали прочь отсюда на поверхность, на Божий свет. Прошли несколько секунд, показавшиеся вечностью, а Трохин, плывший за ним следом, всё не появлялся. Сергей уже надел снова маску, чтобы нырнуть в светящуюся бездну, как внизу под ним показался силуэт. Это был Алексей, он узнал его по умелым движениям профессионального аквалангиста.

 - Где Гоша?! – почти выкрикнул Сивцов, когда тот вынырнул.

 - Он спрыгнул следом за мной, когда мы перебрались через парапет. Сейчас должен вынырнуть.

 - Но его нет! Этот придурок обязательно во что-нибудь влипнет. Пошли за ним!

Над светящейся поверхностью воды блеснули и исчезли белые баллоны, мелькнули и с хлопками подняли брызги широкие ласты. И в темноте почти всё стихло. Почти, потому что по длинному мёртвому коридору ещё слышались затухающие звуки плеска воды и людских голосов. Но скоро и они растворились во мраке.

 

1939 год, сентябрь, Индия. Тяжёлые резные двери распахнулись со страшным грохотом, и из них вырвался на улицу светловолосый человек в белом костюме и в такой же белой шляпе. Он врезался с разбега в прохожих, несущих корзины с товарами на рынок, и разметал их в разные стороны. Мощёная улица спускалась вниз к базарной площади, и по ней покатились под уклон сотни апельсинов к великой радости чумазых оборванных мальчишек и под проклятья торговцев. Мужчина в белом ринулся вниз по мостовой в направлении базара, стараясь не наступить на катящиеся фрукты. Он расталкивал прохожих и пытался вытащить на бегу из внутреннего кармана пиджака пистолет. Проклятья возмущённых людей с каждой минутой усиливались, наполняя собой улицу, но внезапно сменились паническими криками. Это произошло сразу после того, как прогремел первый выстрел из карабина. Его произвёл с колена полицейский в выцветшей и намокшей от пота бежевой униформе. Преследователей было трое. Они, так же как и молодой мужчина в белом костюме, выбежали из раскрытых дверей филиала Музея национальной культуры Индии и неслись теперь по улице вслед за ним. Прохожие пытались укрыться от шальных пуль в подворотнях, в маленьких магазинчиках, или просто падали на камни мостовой, закрыв головы руками. Одни только босоногие мальчишки ничего не боялись. Они весело бежали сзади полицейских с трофейными апельсинами в руках и подзадоривали последних своими выкриками. Винтовочные выстрелы гремели один за другим, но цели своей пули полицейских не достигали. Молодой человек тоже несколько раз беспорядочно пальнул  из пистолета в своих преследователей, чем заметно поубавил в них прыти во время погони. Наконец, спустившись по улице, он ворвался в самую гущу рынка, и, расталкивая покупателей и опрокидывая продавцов вместе с их незатейливыми прилавками, ринулся в направлении старой крепостной стены, у подножия которой разместился торговый люд. На базарной площади начался настоящий переполох, лишивший полицейских какой бы то ни было возможности настичь преследуемого. А тот, вырвавшись из толпы, подбежал к чёрному «Опелю», стоявшему на узкой дороге, проходящей под стенами средневековой крепости, и, распахнув дверцу, прыгнул на заднее сидение. Машина рванула с места и скрылась за угловой башней.

 

Россия, наши дни. Егор Журбин был с детства крайне любопытным мальчиком. Желание постоянно совать свой нос в чужие дела стоило ему многих синяков и шишек. Зная о его патологической тяге  ко всяким новостям и сплетням, ребята Гошу недолюбливали, за свойственную девчонкам черту характера и скрывали от него свои тайны. Он же, лишённый интересующей его информации, используя все возможные и невозможные, дозволенные и недозволенные способы, всегда её получал. Если об этом узнавали одноклассники, его колотили. Но побои ничего не меняли. Так прошли школьные годы, и, когда пришло время выбора профессии, Гоша в своём выборе не сомневался. Он стал журналистом. Его скандальные репортажи наделали много шума и он, порой, ходил по лезвию бритвы, вызывая гнев власть имущих, и даже терял работу, но своей страсти никогда не изменял. Вот и на этот раз обходными путями к нему в руки попал документ из архива ФСБ за 1955 год. Некто Семёнов, доктор геолого-минералогических наук, в том году работал со своей экспедицией на Кольском полуострове в районе южного берега Ловозера. Он обнаружил вертикальную гигантскую жёлтую колонну, рядом с которой лежал огромных размеров квадратный камень со сквозными отверстиями одного размера. Всё это сооружение на вид выглядело очень древним, так как ветра и непогода иссекли поверхность камней. Поэтому тем более удивляли отверстия то ли просверленные каким-то инструментом, то ли прострелянные каким-то оружием. Нашла экспедиция несколько сопок в форме правильных пирамид, казавшихся явным творением человеческих рук, а в прибрежной скале пещеру с полукруглыми сводами, уходящую вниз, как бы под дно озера. Хотя у геологической экспедиции были другие задачи, члены её обследовали пещеру. Стометровый туннель уходил в воду, и путешествие по нему быстро закончилось. Но неожиданно на обратном пути луч фонарика наткнулся на истлевший окурок немецкой сигареты, валявшийся на пыльном каменном полу, а ещё через двадцать метров в боковой стене обнаружился обсыпавшийся тайник. В нём геологи нашли тёплые вещи и сапоги, запылённое научное оборудование, всё немецкого производства, а так же цейсовский бинокль. Ничего с собой учёные не взяли, так как полно было своего снаряжения. Находку сфотографировали и нанесли на карту.  Уже в Ленинграде на следующий год Семёнов сделал доклад в Географическом обществе о найденных им археологических артефактах, упомянув и о тайнике с немецким оборудованием и вещами. Дальнейшая судьба самого Семёнова так и осталась журналисту Журбину неизвестной. Зато к этому документу был подшит рапорт старшего оперуполномоченного Мурманского Управления госбезопасности майора Ермолаева, адресованный в МГБ, о проверке сведений в отношении немецкого тайника в пещере на берегу Ловозера. В нём говорилось, что факт наличия тайника подтверждён, и вещи, хранившиеся в нём, изъяты. Опись их прилагалась. Обследование пещеры ничего не дало и установленное за ней тайное наблюдение в течение трёх месяцев тоже. Когда было спрятано в тайнике имущество, определить оказалось невозможно, но изготовлено оно было в период с 1935 по 1939 годы. Что последовало за этим рапортом, Гоша не знал, но, видимо, дело было закрыто и передано в архив. Тонкое чутьё Журбина на сенсации подсказывало ему, что неспроста немцы оказались в глубине советской территории, и неспроста в этих диких местах стоит какая-то жёлтая колонна и каменный куб, продырявленный несколько раз. Уговаривать старого приятеля Сергея Сивцова – искателя подводных кладов, пришлось недолго, тем более что прежде чем встретиться с ним, Гоше пришлось порыться в библиотеке и в интернете. Но зато он предоставил другу столько неопровержимых аргументов в пользу своего плана, что тот согласился с ним полностью. В дело Сивцов предложил взять своего коллегу по поиску кладов Алексея Трохина. Журбин согласился.

 

1939год, октябрь, Германия. Резная дверь кабинета открылась, и в неё, чеканя шаг, вошёл подтянутый офицер.

 - Господин рейхсфюрер, прибыл профессор Вурст, и просит его принять.

 - Пригласите его, Шнитке, - Гиммлер поправил очки на носу и отложил в сторону документы, с которыми работал.

В кабинет вошёл высокий худощавый мужчина с шевелюрой пышных седеющих волос. Его дорогой костюм висел на нём, как на вешалке. Голова на тонкой шее торчала из ворота шёлковой рубашки, словно из водолазного скафандра. Он поклонился, и встал, переминаясь с ноги на ногу, ожидая приглашения хозяина кабинета подойти к столу и сесть в одно из стоящих рядом кресел.

 - Проходите, профессор. Надеюсь, на этот раз вы не заставите меня разочароваться?

 - Нет, нет, что вы, господин рейхсфюрер! Шелленберг передал мне лично добытые в Индии агентурой «Туле» манускрипты. Смею заметить, это прекрасно сохранившиеся документы, написанные на санскрите.

 - Без предысторий! Я и так это всё знаю! – Гиммлер хлопнул ладонью по крышке стола. Было заметно, что он волнуется.

 - Прошу прощения, - профессор промокнул платком вспотевший лоб. - Так вот, в подведомственных мне учреждениях и под моим личным руководством рукописи были частично переведены на немецкий язык. Мы рассчитывали заполучить свитки с информацией о разыскиваемых нами в Гималаях подземных городах высокоразвитой техногенной цивилизации, исчезнувшей в далёком прошлом в результате какого-то природного катаклизма.

 - Ну и? – Гиммлер подался вперёд.

 -Перевод ещё не закончен, господин рейхсфюрер, но уже можно заключить, что манускрипты не содержат ничего о существующих сейчас в глубине Гималайских гор Шамбале и Агарти.

 - Так, выходит, операция в Дели провалилась?! – Гиммлер сдвинул брови, и его очки сползли на кончик носа.

Профессор опять промокнул платком мокрый лоб.

 - В добытых нами манускриптах содержится не менее ценная информация о Гиперборее – осколке той же самой погибшей цивилизации. В документах указывается на район, расположенный на севере России, предположительно это Кольский полуостров.

 - И что нам это даёт?

 - В таком виде сама эта информация для наших поисков малоценна, но…, - Вурст сделал многозначительную театральную паузу, чем разозлил рейхсфюрера. Тот хлопнул в ярости ладонью по столу.

 - Какого чёрта?! Что за интеллигентская привычка медлить с подачей информации?!

Но гнев Гиммлера не испугал на этот раз шефа «Тулле» - огромной организации, насчитывающей сорок исследовательских институтов, занимающихся оккультными теориями и феноменами, археологическими поисками исторических фактов, подтверждающих превосходство немецкой нации над другими народами, а так же околонаучными медицинскими опытами над узниками концентрационных лагерей. «Тулле» имела обширную агентурную сеть по всему миру, и к её руководителю текла информация со всех концов света. Профессор Вурст мило улыбнулся рейхсфюреру.

 - Мои агенты нашли в Потсдаме одного русского – Степана Фролова.

 - Это ещё что за гусь?

 - Степан Фролов бежал из России в середине двадцатых, а до этого работал научным сотрудником в Петроградском институте мозга.

 - Так! – Гиммлер нетерпеливо барабанил пальцами по столу.

 - В январе 1920 года он под руководством профессора этого самого института некоего Бирченко участвовал в научной экспедиции в Лапландию. Официальной целью экспедиции было какое-то психическое заболевание, распространённое у местных жителей. Но, как признался Фролову Бирченко – сторонник, как и мы, гипотезы существования в глубокой древности высокоразвитой цивилизации, вспышка болезни его мало интересовала. Профессор надеялся найти в Лапландии легендарную Гиперборею.

 - Послушайте, Вурст, какому идиоту придёт в голову шальная идея селиться за полярным кругом?

 - По древнегреческим и римским источникам гиперборейцы умели, видимо, расщеплять атом и высвобождать колоссальную энергию, - профессор многозначительно покачал головой. - Вот, если бы Германия завладела  такой технологией, никто бы не посмел усомниться в праве Рейха на мировое господство!

 - Вы так ликуете, будто бы ваше «Тулле» уже нашло эту самую Гиперборею.

 - Ещё пока нет, господин рейхсфюрер, но, возможно, эта находка не за горами.

 -О чём вы?

 - Всё о тех же русских. Во время своей экспедиции они добрались до Ловозера.

 - Покажите мне, где это? – Гиммлер встал со своего кресла, и подошёл к зашторенной на стене карте. Резкими движениями обеих рук он откинул розовые шторки в разные стороны.

 - Вот сюда, господин рейхсфюрер, на южный берег Ловозера,  - Вурст ткнул длинным и тонким пальцем в маленькую голубую точку на Кольском полуострове, - добралась русская экспедиция в двадцатом году. В этой безлюдной глухомани обнаружилась почти двухкилометровая мощёная дорога, ведущая к соседнему Сейдозеру, вот сюда. Дорога заканчивалась широкой смотровой площадкой или чем-то вроде того. Недалеко от этого места, в ущелье, нашли, точно свечу, высокую, из жёлтого камня колонну, и рядом с ней камень в форме куба со сквозными дырами одного диаметра. Кто мог в древности просверлить трехметровый камень и чем? А может, его прожгли или прострелили? Опять же кто? А многотонная колонна из жёлтого камня? Близлежащие горы сложены из другой породы. Откуда она там взялась? И, наконец, в горном склоне, выходящем к Ловозеру, экспедиция обнаружила искусственный высокий туннель с полукруглыми сводами, уходящий, судя по всему, под дно озера. Кто его прорыл и зачем? А аномалии флоры в этом районе, на которые обратил внимание Бирченко. Он не ботаник, но всё же что-то заподозрил. Профессор был убеждён, что нашёл именно Гиперборею и пытался в этом убедить по возвращении историков. Но официальная советская наука не верит ни в какую Гиперборею, ни в Шамбалу, ни в Агарти. Об открытии Бирченко сразу забыли, и, я думаю, это нам на руку, - Вурст посмотрел в лицо рейхсфюрера, пытаясь прочесть на нём, какое впечатление на Гиммлера произвёл доклад.

Гиммлер, под чьим единоличным контролем работало общество «Тулле», был большим поклонником самых необычных теорий и фантастических версий, верил в них  и пытался извлечь из  всего этого маломальскую пользу для Третьего Рейха. Он с минуту сидел молча, раздумывая, потом потянулся рукой к телефонной трубке. В это время Вурст тихо произнёс.

 - Лакомый кусок, да только это советская территория.

Гиммлер положил руку на телефон.

 - Плевать я хотел! Высажу туда десант. Вместе с ними полетит тот русский, как его?

 - Фролов, господин рейхсфюрер.

 - Вот, вот. Если информация не подтвердится, он умрёт, и вам, профессор, не поздоровится. Хотя русский умрёт в любом случае.

Трубка, наконец, оторвалась от аппарата.

 - Соедините меня с Герингом!

 

Россия, наши дни. Надевать на себя снаряжение пришлось при свете фонаря. Вода, которой кончался туннель, была, как стекло. Она казалась прозрачной, но луч света не достигал дна и рассеивался в глубине. Первым погрузился Сивцов, за ним, перекрестившись, Гоша, а последним Алексей Трохин. Фонарь был у Сергея, и следующие за ним двое его товарищей ориентировались на его свет. Под водой туннель не терял свою форму и уходил в глубину. Когда все трое погрузились на двадцать метров, его направление изменилось и стало горизонтальным. По прямой друзья проплыли недолго, и заметили, что путь их теперь лежит вверх. Но подъём оказался значительно короче погружения. Метров через пять луч высветил поверхность воды. Первым вынырнул Сивцов и обвёл фонарём по кругу. Остальные не слышали его восклицания, так как находились ещё под водой, голос его прозвучал как в бездонной бочке.

 - Эх, ни хрена себе! – этой фразой он выразил чувства при виде открывшейся ему картины. Тут на поверхности появилась голова Журбина. Тот резко сдёрнул с себя маску и чуть не захлебнулся при этом.

 - Ё - моё, вот это да!

Чувства Трохина выражались в более сильных выражениях.

 

            1940 год, ноябрь, север России. Двухмоторный «Фоке - Вульф» рвал винтами низкие свинцовые облака. Команда из восьми парашютистов сидела молча. Если бы кто и захотел что-то сказать рядом сидящему, ему пришлось бы поднапрячь голосовые связки – в отсеке стоял жуткий шум от работающих двигателей, но эти люди не привыкли болтать попусту. Семеро из них во главе со старшим группы гауптштурмфюрером Циммером служили в войсках СС. Все они были опытными бойцами, участвовавшими во многих спецоперациях, и всегда с успехом их выполнявшими. Восьмым в группе был русский по фамилии Фролов, и сам факт его присутствия вызывал в Циммере раздражение. Мало того, что этот человек был штатским и никогда ещё не прыгал с парашютом, он к тому же оказался крайне трусливым, и на земле до посадки в самолёт всем своим видом старался показать лояльность перед немецкими офицерами. Казалось, попроси его, и он оближет ботинки любому солдату. Что уж там наобещали в «Тулле» этому русскому за то, что он согласился стать проводником? Но только сам Циммер получил приказ пристрелить его по завершении операции. Гауптштурмфюрер бросал взгляды на проводника и думал про себя, что будь его воля, он пристрелил бы этого русского недоноска прямо сейчас и вышвырнул бы его тело через люк. Зачем только ему начальство навязало проводника? Карта местности была в планшете, нужная точка на этой карте обозначена, солдаты в группе все до одного следопыты со стажем, включая его самого, район, который предстояло обследовать, дикий и пустынный, поэтому нарваться на какое-нибудь вооружённое соединение русских в таком забытом богом месте казалось немыслимым. Дело предстояло плёвое, и дилетант в нём только лишняя помеха. Фролов посмотрел на Циммера и заискивающе ему улыбнулся, но эсэсовец продолжал сидеть с видом каменного изваяния. Улыбка быстро сползла с лица проводника, и он опустил голову.

На переборке загорелась красная лампа. Дверца открылась, и из неё показался пилот. Он громко что-то крикнул, показывая большим пальцем руки вниз, давая понять тем самым, что самолёт подлетает к заданному квадрату, и команда должна приготовиться к выброске. Десантники встали со своих мест, а пилот открыл люк, через который ворвался морозный северный ветер. За бортом самолёта в свете луны пролетали клочки  облаков, и между этими клочками внизу просматривалась бескрайняя и неприветливая белая пустыня.

Циммер дал команду, и десантники один за другим начали покидать самолёт. Как и предполагал гауптштурмфюрер, русского пришлось выкинуть с самолёта пинком ноги, угрожая парабеллумом. Старший группы выбросился последним.

Сильный ветер раскидал парашютистов по сопкам на большом участке, и на то чтобы всем собраться ушло не меньше двух часов. На удивление проводник на земле не показал себя тупицей и добрался до точки сбора одним из первых. Сориентировавшись на местности и надев короткие лыжи, десантники двинулись на восток. Хотя небо было облачным, лунный свет всё же пробивался к земле, и прокладывать себе путь можно было, не пользуясь фонарями. Группу теперь возглавлял Фролов, задавая темп ходьбе. Циммер отметил для себя, что лыжником русский был отменным, и что тот заставил его самого и остальных солдат попотеть во время их трёхчасовой пробежки. За весь переход проводник ни разу не остановился, и к концу пути гауптштурмфюрер окончательно выбился из сил, но всё же не позволил себе отдать приказ о привале, чтобы не показать, что какой-то там славянин оказался выносливее его, арийца. Остальные солдаты тоже пыхтели, но не отставали. Наконец, затяжной подъём на очередную сопку закончился, и с её вершины взорам людей открылась замёрзшая гладь озера.

 - Там внизу, господин офицер, и находится та самая пещера. Чтобы попасть к её входу, мы должны будем спуститься прямо здесь. Жёлтая стела и камень с отверстиями находятся там, - проводник указал рукой в сторону западного склона. Галерея, выложенная камнем в том же направлении, только дальше. Нужно будет пройти ещё с полкилометра.

 - Надеюсь, вы не ошиблись, Фролов, и мы находимся в нужном месте.

 - Ну что вы, что вы, господин офицер! Хоть я и был здесь много лет назад, но всё очень хорошо помню.

 - Думаю, вы меня не разочаруете.

Пристегнув лыжи к рюкзакам, члены группы начали следом за проводником крутой спуск по каменистому склону, ведущему к берегу Ловозера. Спуск занял не больше тридцати минут, и по истечению этого времени вся команда стояла у просторного полукруглого входа в пещеру. Лучи восьми фонарей осветили сам вход и разрезали темноту, что простиралась за ним.

 

 Россия, наши дни. - Мужики, да этого ж не может быть! – громко выкрикнул Гоша, и зажёгся свет. От неожиданности и испуга все трое чуть было не нырнули под воду, но не сделали этого. Перед ними была метровая стена, поднимающаяся над водой. Она уходила куда-то далеко и сворачивала, образуя дугу. Над стеной у самого её края проходил ажурный парапет из белого металла. Дальше виднелись какие-то красные сферические поверхности, и было понятно, что это только вершины неведомых крупных сооружений или оборудования, так как стена, поднимающаяся над водой, загораживала остальной вид.  Над всем над этим возвышался потолок из остекленевшей породы. Трое плававших в воде и растерявшихся от увиденного искателей приключений ждали, что вот-вот над парапетом склонится какой-нибудь человек. Они были напряжены до предела. Но время шло, а никто не появлялся. Первым пришёл в себя и поплыл к стене Гоша. Приблизившись к ней, он оттолкнулся от воды и ухватился обеими руками за её край. Потом он подтянулся и зацепился за парапет. Сделав пару усилий, Журбин весь выбрался на стену.

 - Ну, чего там? – крикнул ему с нетерпением Сивцов. Но ответа не последовало. Тогда оба остававшихся в воде аквалангиста последовали примеру своего товарища.

 - Мать родная! Да это ж целая станция! Я такое в каком-то фантастическом фильме видел! Так то было, черт-де, когда в будущем и черт-де, на какой планете! Глазам своим не верю! – прошептал Трохин.

 - Того, что ты там видел, вообще не было на самом деле, а это вот оно! – с благоговением произнёс Сивцов. - А где ж хозяева-то?

Взорам троих мужчин предстала фантастическая картина более похожая на голливудские декорации к какому-нибудь космическому боевику. На полу из зелёных блестящих полированных плит стояли огромные красные «пауки» на чёрных ногах. Конечно, это были не пауки в прямом смысле, а огромные эллипсоиды вращения, приподнятые над полом, из тел которых выходили изогнутые цилиндрические «ноги», уходящие в плиты. Казалось, что на площадке выстроилось целое полчище членистоногих тварей.

 - Вроде, там, вдалеке какая-то фигура на полу или что-то похожее на человека. А вон ещё одна.

 - Где?

 - Вон же! – Гоша показал направление.

 - И, правда, там что-то лежит, - согласился Сергей. - А я больше этих монстров разглядываю, на пол-то и не смотрю.

 - Куда ж мы попали? Если это ни какой-нибудь современный военный объект, то неужто мы нашли ту самую Гиперборею?

 - Если б это был секретный объект, нас бы ещё на подходе положили мордой вниз, - резонно заметил Трохин.

 - И то верно, - согласился Жора. – Тогда предлагаю ознакомиться с обстановкой, – предложил он. Любопытство уже перебороло все его страхи и толкало вперёд. Оставив своё снаряжение, кроме фонаря, у парапета, Журбин и двое его друзей, озираясь, пошли внутрь «станции». Подойдя к одному из «пауков», они обошли его по кругу. У него было десять «лап», и каждая из них имела толщину в полметра. «Брюхо» в диаметре достигало метров пяти и над полом возвышалось выше человеческого роста. Так что все трое свободно стояли под ним, и Гоша даже погладил рукой его гладкую красную поверхность.

 - Тёплая, - констатировал он.

 - Да, и здесь теплее, чем там, на поверхности. Вы не находите? – трогая одну из «ног», спросил Сивцов.

 - Может это нам только чудится после холодной воды? – усомнился Алексей.

 - Мужики, а вам не кажется, что эта  штуковина работает? Разве вы не чувствуете лёгкий гул?

Все затихли и прислушались.

 - Да, я слышу, и пол под ногами слегка вибрирует, - прервал молчание Сергей. - Пойдёмте в тот конец и посмотрим, что там такое на полу лежит. А вдруг это люди и они притаились, завидев нас? А мы даже оружие с собой не взяли.

 - Тот, кто сотворил такое оборудование, не стал бы нас бояться. Разве у этих творцов не нашлось бы сил постоять за себя? Нас-то всего трое, - возразил Гоша. - Пойдём, посмотрим, что там, на полу лежит?

Он быстрым шагом пошёл вперёд, проходя под остальными «пауками». Его товарищам ничего не осталось, как последовать за ним. С каждым шагом всё отчетливее можно было различить человеческую фигуру в бирюзовой одежде, и уже с десяти шагов стало понятно, что это труп. Увидев перед собой покойника, Журбин замедлил шаг, но не остановился и подошёл к нему.

 - Давно здесь лежит, - заметил Трохин, когда все встали вокруг мертвеца. - Вон одежда у него вся истлела.

Одеждой он назвал униформу, которая почти целиком сохранилась на скелете. Форма даже имела какую-то символику на рукаве, и золочёный переплетающийся узор по ткани проходил через грудь от плеча к плечу. Мундир имел пряжки от пояса до шеи, но некоторые из них провалились внутрь пустой грудной клетки вместе с клочками сгнившей материи.

 - Без сомнения это человеческий скелет, - констатировал Гоша.

 - А ты думал встретить здесь гуманоидов?

 - Когда увидел это оборудование, не исключал. Но я ожидал встретить живых. Кто-то ведь зажёг свет при нашем появлении.

 - Те, кто очень много лет назад построил такие машины, мог додуматься и до автоматического включения света при появлении человека или вообще при малейшем движении, - Сергей ещё раз огляделся. - А то, что живых людей здесь давно нет, доказывает этот покойник, которому на вид не одна тысяча лет. Видите, кости почернели и начали каменеть. Экспертиза точно установит его возраст.

Журбин рванулся в сторону.

 - Посмотрю, кто там ещё лежит, - крикнул он уже на ходу.

Сергей с Алексеем продолжали разглядывать странную находку.

 - От чего умер этот человек? Я уверен, что там дальше лежат его дружки, такие же, как он, - Сивцов присел на корточки.

 - Если нам удалось найти ту самую Гиперборею или

какую-то другую техногенную цивилизацию древности, то могу предположить, что сейчас мы  находимся в энергетическом блоке, вырабатывающем энергию для нужд подземного поселения. Где-то там находится выход, за которым тоже есть на что посмотреть. Предлагаю его найти. Видимо, на нашем пути будут встречаться только покойники. От чего умирают люди? От болезней, от войн, от излучения, - он покосился на соседнюю установку, - да ещё от кары Господней.

 - Ты знаешь, Сергей, какая у меня родилась мысль? - продолжил рассуждения Трохин. - Не думаю, что мы находимся в зале ядерных реакторов. Даже в автоматическом режиме ни один из них не смог бы проработать такой большой промежуток времени, если ты, конечно, окажешься прав, Серёга, относительно возраста мертвеца. Ко мне пришла мысль: а уж не прообразы ли настоящих эти стальные «пауки»? Не тянут ли они какую-то неведомую нам, но известную и доступную нашим далёким предкам энергию из глубин Земли? Не сосут ли эти установки в прямом смысле соки из нашей планеты? В этом случае запасов её энергии хватит не на одну такую Гиперборею или иную какую цивилизацию. Вот только, может быть, процесс этот не настолько безопасный.

 - Ты имеешь ввиду радиацию?

 - И радиацию, и иное какое излучение, возможно, неизвестной нам природы. Ведь, если эти установки на самом деле высасывают из глубин энергию, на которой зиждется весь наш мир под названием Земля, то вы представляете на что замахнулись те, кто это всё построил?

 - Ну, и на что? – не понял Сивцов.

 - На основы Мироздания, вот на что! И это самое Мироздание могло нанести ответный удар. Сечёшь?

 - Это уж слишком! – усмехнулся Сергей. - Ещё скажи бог.

 - Бог или Природа, какая разница. Важно то, что таким образом могли погибнуть все, и очень быстро. Трупы людей здесь тому подтверждение. Нужно пройти дальше и посмотреть, что там за этим энергоблоком.

 - Ребята, смотрите, что я нашёл! – послышался восторженный голос Гоши. Он стоял вдалеке и на что-то показывал рукой.

Сергей с Алексеем оставили первого покойника и двинулись к нему. Журбин стоял около какого-то блиноподобного предмета и давил на него обеими руками. Только подойдя ближе и Трохин, и Сивцов поняли, что предмет висит в воздухе над полом, не имея подставок. У него была сплюснутая с противоположных сторон форма дыни, и на его поверхности ближе к «корме» располагалось нечто вроде невысокого сиденья, а со стороны «носа» с обеих сторон имелись небольшие плоские выступы, похожие на педали.

- Какая-то странная техника! – с восхищением произнёс Гоша. - Тут даже несколько кнопок есть. Эта штуковина двигается, если её толкнуть, по горизонтали. Но вот не поднимается и не опускается. Уж как я на неё не давил. Нужно нажать какую-нибудь кнопку и посмотреть что будет.

 - Э! Э! Не вздумай! – успел выкрикнуть Сивцов, но было уже поздно. Гошин палец вдави до упора нечто вроде перламутровой капли на гладком корпусе. Почему-то из четырёх разноцветных кнопок он выбрал именно эту. «Дыня» бесшумно начала подъём. Все трое мужчин разбежались в разные стороны и с опаской стали наблюдать за плавным взлётом необычного аппарата. А тот долетел до каменного потолка и упёрся в него, оставшись неподвижным.

 - И что ты сделал, идиот? – в сердцах выкрикнул Трохин, оторвав взгляд от парившей под потолком «дыни». Как его теперь оттуда доставать будем? Это же какой-то летательный аппарат неизвестной конструкции! Ты представляешь, сколько он может стоить?!

 - Ладно, чего уж там, возможно, тут есть ещё такие. Нужно осмотреть здесь всё. Только давайте договоримся ничего не трогать – это может быть опасно. В первую очередь сказанное мной касается тебя, Георгий.

 - Замётано, - с виноватым выражением на лице кивнул Журбин.

 - А если понял, тогда пойдёмте и поищем выход отсюда. Не через воду же заходил когда-то сюда персонал.

Широкая и довольно высокая дверь вскоре была найдена в дальней стене, она была открыта. На полу поперёк неё лицом вниз лежал ещё один покойник. За дверью начинался просторный коридор, вырубленный в скальной породе. В нём было темно, но как только человеческая нога ступила не его пол, он осветился узкими и плоскими лампами, вмонтированными в стены. Коридор кончался закрытой дверью точно такой, как и первая. Сергей с Алексеем двинулись к ней, а Гоша метнулся в сторону, заметив что-то интересное.

Пройдя коридор, Сивцов с Трохиным с любопытством осмотрели дверные створки. Они были сделаны из белого металла и казались мощными, их украшал стилизованный рельефный узор. Двери оказались запертыми плотно, и никакие усилия не позволили их раскрыть. Оба мужчины занялись поисками какой-нибудь кнопки или потайной ручки, но в это время их отвлёк голос Гоши, раздавшийся из машинного зала.

- Ребята, идите сюда, полюбуйтесь на это!

Сивцов с Трохиным оставили своё занятие и выбежали из коридора. Они у видели своего товарища державшим в руках какой-то длинный и узкий предмет. Предмет напоминал  длинное ружьё с узким прикладом и раструбом на конце ствола. Гоша сжимал его в обеих руках.

 - Какая-то странная техника! Тут много ручек и кнопки есть! Это лежало рядом с покойником!

 - Ты поосторожней там!, - махнул ему Сивцов, когда они с Алексеем были уже рядом. Но было поздно. Длинный предмет, зажатый в руках Журбина и направленный в потолок, почти бесшумно выплюнул из своего ствола яркий голубой пучок, который врезался в глянцевый каменный свод и утонул в нём, образовав двухметровую дыру. Из неё, из этой дыры, обрушились вниз потоки воды с паром. Теперь пол с потолком соединял толстый водяной столб. Каждый из троих первооткрывателей загадочного подземелья не сразу сообразили, что произошло, но вскоре начал мигать свет, и сознание мужчин заработало лучше.

 - Гоша, ты что наделал, идиот?! –  закричал Сергей. - Сейчас Ловозеро будет здесь! – он зажёг на всякий случай фонарь. Освещение продолжало периодически гаснуть

 - Сматываемся отсюда, да поживее, пока наше снаряжение не смыло! Давай, давай, пошевеливайтесь! – Сивцов подталкивал опешивших от неожиданно изменившейся ситуации друзей к тому месту, где все они оставили своё имущество.

Когда все натянули свои акваланги, он первым перелез через парапет и спрыгнул в воду, за ним перебрались через ажурное ограждение Журбин с Трохиным.

…Первым вынырнул на поверхность Сивцов. Он сдёрнул с себя маску и огляделся. Вода под ним чуть подсвечивалась. В глубине показался силуэт, это был Алексей, он узнал его по умелым движениям профессионального аквалангиста.

- Где Гоша? – крикнул он ему, когда его голова появилась над поверхностью, - Опять во что-нибудь влип! Пошли за ним!

…В мерцающем свете Гоша стоял в потоках воды около парапета и крепко держался за него. Если бы не было этого ограждения, его давно бы уже, наверное, смыло. Он стоял и смотрел вниз в то место, куда должен был нырнуть вместе со своими друзьями, но не нырнул. Он лишился своего акваланга, и теперь судьба его самого была в их руках. Первой появилась голова Сивцова, и дрожь в теле Гоши начала спадать. Потом появился Алексей.

 - Ты чего тут стоишь, придурок?! Где твой акваланг?!

 - Утонул!

 - Как утонул? Он же был на тебе?

 - Потом объясню. Что мне теперь делать?

 - Прыгай сюда!

Журбин прыгнул в бурлящие потоки.

 - Надевай моё снаряжение, а мы с Лёхой дышать будем по очереди. Держи фонарь, хотя нет. Тебе я больше ничего не доверю!

      

…Когда через сорок минут они выбрались из туннеля на свет Божий, был уже вечер. Заночевать решили прямо здесь у входа.

 - Гоша, я тебе этого никогда не прощу – такую находку сгубил, - ворчал Сивцов  у костра. - У нас был такой шанс, такой шанс, который раз в жизни выпадает и то у единиц!

 - Он хоть из оружия лучевого пальнул, а нам и того не досталось, - тяжело выдохнул Трохин и сплюнул.

 - Ладно, ребята, не отчаивайтесь. Мы же теперь знаем, что Гиперборея существует. Ну, под водой она теперь, так что? Разве мы не аквалангисты?

 - Водолаз хренов! – покачал головой Сивцов.

 - А это вы видели? – Гоша запустил руку себе в штаны и проковырялся там довольно долго. 

 - Ты чего, раков успел наловить? - грустно пошутил Алексей.

 - Как же, раки! А это не хотите! – Журбин показал на ладони ажурную пряжку с мундира гаперборейца. - Это доказательство того, что  нам с вами ничего не приснилось. Мужики, обещаю, что мы здесь будем ровно через год.

 

Через три месяца в Москве в одном из центральных журналов вышла большая Гошина статья, в которой он рассказал читателям об удивительных приключениях, которые произошли в экспедиции по поискам Гепербореи с ним и его товарищами, упомянул о немецком следе в развитии событий. Гоша поделился своими соображениями о том, что, возможно, немецкие десантники первыми оказались под дном озера, но только фашисты никак не смогли использовать свою находку. По второй Гошиной версии, десантники так и не догадались, где находится вход в Гиперборею, и вернулись ни с чем. На своей статье, которую перепечатали почти все издания, журналист Журбин, конечно, сделал себе имя, но зря он поторопился. Хотя им и не были названы точные координаты места расположения туннеля, видимо ему так и не удалось уберечь до поры до времени тайну.

Дело в том, что через неделю после выхода злополучной статьи Гоша исчез. Я, его друг, от которого у  него не было секретов, знаю об этом деле всё, правда, только до того момента, как он исчез. Мной были предприняты поиски Журбина, но они оказались безрезультатными. Вместе с ним исчезли Сивцов с Трохиным. Их я тоже не нашёл, как ни старался.  Конечно, я заявил в милицию, и в своём заявлении написал, что этого дела так не оставлю. А вчера  у меня дома раздался телефонный звонок, и солидный мужской голос сказал мне, чтобы я нырнул в тину и больше не квакал. Каково? Уж не заинтересовалось ли Лапландским феноменом наше отечественное «Тулле»?

 
Рейтинг: 0 82 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
104
102
Парень Нарцисс 10 августа 2019 (Анна Гирик)
100
97
97
91
90
89
88
86
83
81
78
75
74
74
мой август 3 августа 2019 (Елена Абесадзе)
73
71
71
70
70
69
69
Кошка 6 августа 2019 (Дмитрий Милёв)
66
66
64
61
61
59
49