ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Генерал поможет

Генерал поможет

6 февраля 2012 - Александр Шипицын

Витька Уздечкин был тихим пьяницей. Каждую пятницу после построения он решительно бежал в общежитие, снимал старую постель с койки, засовывал ее в наволочку, что бы обменять на свежую. Потом, взглянув на часы и опасаясь, что вдруг магазин закроют раньше, бежал туда. Там он покупал 8-10 бутылок самого дешевого крепленого вина, называемого «бормотухой» или «косорыловкой». Вернувшись, он наливал себе стакан вина, чтобы оценить букет приобретения. Давал себе слово, что после этого стакана он поменяет постель у кастелянши и, наконец, сходит в баню.
 Но первый стакан менял его намерения. Любой букет его устраивал. И он выпивал второй, третий…. Пока не падал на голый матрас и не засыпал. В субботу утром я заходил к нему, что бы отвести на завтрак. Но он только мычал. Я приносил ему пару котлет с хлебом. Утро воскресенья ничем не отличалось от субботнего. А к понедельнику запасы «бормотухи» иссякали. Где-то в 4-е утра он выпивал последний стакан и в 7 часов, отдохнувший и радостный бежал в столовую и на построение. Возвращаясь вечером в свою комнату, он расправлял мятую, постель, которую так и не поменял и ждал вечера следующей пятницы.
 Если мне не удавалось ворваться в его досуг, это приятное времяпрепровождение, могло длиться месяцами. С утра понедельника он служил, летал, ходил в наряды. А с вечера пятницы, до утра понедельника, как оборотень, превращался в пьяную, вонючую свинью.
 Такое проведение выходных не могло не сказаться на службе. Прибыв к нам с Севера штурманом корабля, он в короткое время сделал головокружительную карьеру, став вторым штурманом. Но это его не сильно расстроило. Он исправно ходил на службу и выполнял  свои нехитрые обязанности. У него в жизни были и большие потери.
 Он воевал в Египте. Обычно там больше 8-10 месяцев не держали. Витюня умудрился прослужить там полных два года. Те, кто служил там 8 месяцев, могли свободно купить «Жигули» и еще на мотоцикл оставалось. Один мой знакомый правый летчик умудрился за 10 месяцев службы купить два «Москвича», что по тем временам приравнивалось  к двум состояниям. Прослуживший в Египте один год, потом раскатывал на собственной «Волге», Газ-24. Так вот, это чудо умудрилось пропить там две «Волги» и еще один «Москвич», на который накопились деньги на сберкнижке в Союзе. Все что ему удалось привезти, был маленький, размером с мыльницу японский транзистор. Приемник хорошо ловил и громко вещал. Когда «Москвич»  был пропит, ему объявили, что он переведен на Дальний Восток. Куда он и прибыл, без особых возражений.
 Дальнейшее продвижение по служебной лестнице вниз, привело его к снятию с летной работы. Это ущемило его материальный достаток. Число бутылок с «косорыловкой» снизилось до трех. Вместо остальных, появилась трехлитровая банка мутной браги. Поставленная в понедельник, она набирала нужную крепость к пятнице и была мощным дополнением к трем вышеуказанным бутылкам. Я перестал заходить к нему, так как у него появились новые друзья. В это же время исчез маленький японский радиоприемник. Теперь, по понедельникам, он радовал своим бодрым и отдохнувшим видом группу техников под названием «Колесо», которым доверяли менять колеса шасси.
 Вскоре к нам был назначен новый командир дивизии, полковник Зудков, который раньше был командиром полка, где служил Витя Уздечкин. Новое назначение вселило в Виктора новые надежды. Он объяснял все желающим, что уж Зудков его хорошо помнит и, конечно, восстановит на летной работе, стоит только к нему обратиться. Но обращаться не спешил, говоря, что успеет.
 Месяца два он собирался подать рапорт, теперь уже генерал-майору, да все не решался. Затем его новые друзья, обнадеженные перспективой получения котлет из летной столовой и увеличением числа бутылок с «бормотухой» до десяти, настояли. Витюня написал рапорт по команде и сам переносил его от инстанции к инстанции. Очередная инстанция пожимала плечами, ставила свою визу и отдавала рапорт Уздечкину.
 Наконец рапорт попал на стол к командиру дивизии. Генерал Зудков внимательно прочитал рапорт, а потом воскликнул:
 - Как, этот пьяница Уздечкин все еще служит? И у него хватает нахальства просить о восстановлении на летную работу? Немедленно уволить!
 На удивление быстро, уже через месяц, пришел приказ и я, единственный, провожал его. Все его имущество умещалось в маленьком чемоданчике. И я еще подумал, что и это ему недолго будет служить. 
 

© Copyright: Александр Шипицын, 2012

Регистрационный номер №0022921

от 6 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0022921 выдан для произведения:

Витька Уздечкин был тихим пьяницей. Каждую пятницу после построения он решительно бежал в общежитие, снимал старую постель с койки, засовывал ее в наволочку, что бы обменять на свежую. Потом, взглянув на часы и опасаясь, что вдруг магазин закроют раньше, бежал туда. Там он покупал 8-10 бутылок самого дешевого крепленого вина, называемого «бормотухой» или «косорыловкой». Вернувшись, он наливал себе стакан вина, чтобы оценить букет приобретения. Давал себе слово, что после этого стакана он поменяет постель у кастелянши и, наконец, сходит в баню.
 Но первый стакан менял его намерения. Любой букет его устраивал. И он выпивал второй, третий…. Пока не падал на голый матрас и не засыпал. В субботу утром я заходил к нему, что бы отвести на завтрак. Но он только мычал. Я приносил ему пару котлет с хлебом. Утро воскресенья ничем не отличалось от субботнего. А к понедельнику запасы «бормотухи» иссякали. Где-то в 4-е утра он выпивал последний стакан и в 7 часов, отдохнувший и радостный бежал в столовую и на построение. Возвращаясь вечером в свою комнату, он расправлял мятую, постель, которую так и не поменял и ждал вечера следующей пятницы.
 Если мне не удавалось ворваться в его досуг, это приятное времяпрепровождение, могло длиться месяцами. С утра понедельника он служил, летал, ходил в наряды. А с вечера пятницы, до утра понедельника, как оборотень, превращался в пьяную, вонючую свинью.
 Такое проведение выходных не могло не сказаться на службе. Прибыв к нам с Севера штурманом корабля, он в короткое время сделал головокружительную карьеру, став вторым штурманом. Но это его не сильно расстроило. Он исправно ходил на службу и выполнял  свои нехитрые обязанности. У него в жизни были и большие потери.
 Он воевал в Египте. Обычно там больше 8-10 месяцев не держали. Витюня умудрился прослужить там полных два года. Те, кто служил там 8 месяцев, могли свободно купить «Жигули» и еще на мотоцикл оставалось. Один мой знакомый правый летчик умудрился за 10 месяцев службы купить два «Москвича», что по тем временам приравнивалось  к двум состояниям. Прослуживший в Египте один год, потом раскатывал на собственной «Волге», Газ-24. Так вот, это чудо умудрилось пропить там две «Волги» и еще один «Москвич», на который накопились деньги на сберкнижке в Союзе. Все что ему удалось привезти, был маленький, размером с мыльницу японский транзистор. Приемник хорошо ловил и громко вещал. Когда «Москвич»  был пропит, ему объявили, что он переведен на Дальний Восток. Куда он и прибыл, без особых возражений.
 Дальнейшее продвижение по служебной лестнице вниз, привело его к снятию с летной работы. Это ущемило его материальный достаток. Число бутылок с «косорыловкой» снизилось до трех. Вместо остальных, появилась трехлитровая банка мутной браги. Поставленная в понедельник, она набирала нужную крепость к пятнице и была мощным дополнением к трем вышеуказанным бутылкам. Я перестал заходить к нему, так как у него появились новые друзья. В это же время исчез маленький японский радиоприемник. Теперь, по понедельникам, он радовал своим бодрым и отдохнувшим видом группу техников под названием «Колесо», которым доверяли менять колеса шасси.
 Вскоре к нам был назначен новый командир дивизии, полковник Зудков, который раньше был командиром полка, где служил Витя Уздечкин. Новое назначение вселило в Виктора новые надежды. Он объяснял все желающим, что уж Зудков его хорошо помнит и, конечно, восстановит на летной работе, стоит только к нему обратиться. Но обращаться не спешил, говоря, что успеет.
 Месяца два он собирался подать рапорт, теперь уже генерал-майору, да все не решался. Затем его новые друзья, обнадеженные перспективой получения котлет из летной столовой и увеличением числа бутылок с «бормотухой» до десяти, настояли. Витюня написал рапорт по команде и сам переносил его от инстанции к инстанции. Очередная инстанция пожимала плечами, ставила свою визу и отдавала рапорт Уздечкину.
 Наконец рапорт попал на стол к командиру дивизии. Генерал Зудков внимательно прочитал рапорт, а потом воскликнул:
 - Как, этот пьяница Уздечкин все еще служит? И у него хватает нахальства просить о восстановлении на летную работу? Немедленно уволить!
 На удивление быстро, уже через месяц, пришел приказ и я, единственный, провожал его. Все его имущество умещалось в маленьком чемоданчике. И я еще подумал, что и это ему недолго будет служить. 
 

Рейтинг: 0 306 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
113
105
103
88
85
84
84
80
80
79
78
76
75
73
73
68
66
66
65
Кукла колдуна 9 июля 2017 (Demen Keaper)
61
59
58
58
57
57
55
53
52
49
43