ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Детство, детство мое, постой ...

Детство, детство мое, постой ...

14 октября 2014 - Vitall

Я тебе помашу рукой

И в игрушки мои теперь

Поиграет малыш другой …

   В Хабаровске всё это было. На Красной речке у бабушки дом был. Длинный двухэтажный барак из лиственницы. Чёрный и крепкий: разобрать пытались, чтоб построить что-нибудь поновее – не вышло. Напихали взрывчатки и жахнули – угол просел. Новая пятиэтажка метрах в трёхстах в сторонке покосилась … но это потом уже … а тогда – про когда пишу всё было просто здорово.

  Я про школу даже не думал. Дядька Сашка только начинал задумываться про службу в армии. И дед папин и бабушка и дядька и петух – хозяин гальюна и кобан Боря … все тогда были. И я был уверен – иначе и быть не может …

   Петух был сволочь. А гальюн на улице… так вот этот гад всегда в засаде сидел. На выходящего. Причем нападал, паразит, с различных направлений. И всегда с новых и потому и неожиданно. Чаще с крыши. Поэтому посещение было делом серьезным и групповым – на улице надо было бдеть. Снаружи. Лучше с палкой … а мне так по мелкости и с палкой бой выходил примерно на равных. Лих был петушара. В моменты настроя мог и кобана погонять - любо-дорого … бабушка терпела его за исключительную хозяйственность. К вечеру нагонял курей штук до пятидесяти во двор. А пацаны их только в щелки заглядывали … делили потом с хозяевами по честному.

   Так вот петух допрыгался. С крыши сортира. Мы с дядькой поставили на него петлю вблизи объекта его бесчинств. И изловили. А поскольку в руки брать чревато – запускали его как планера на той же петлевой верёвке. Чтоб полетал, сволоч. Летал. Но недолго. Об угол дома споткнулся … жопы трещали у обоих. Бабушка могла и умела. Деду понравился суп с лапшой из убиенного. Соседям – свобода передвижений. Нам обоим тоже как бы всё. Кроме расправы …

   Но это ерунда. Кобан Боря был еще. Дядька сказал, что родео на конях – полное фуфло. Вот если рвануть на кобане – от это – самое оно! В песочницу Боря заманивался довольно просто. За корочку вёлся. Опять же был вепрем вполне спокойным и незлобивым – можно было заманивать раз несколько подряд. И пока подельник (вначале это был я) скрёб Борьку щепочкой по спине – ковбой дядька Саша прицеливался. Ну а потом – родео. Борис был лих – он ухитрялся не просто скокать – он еще и дергался руками и ногами в прыжке в разных направлениях! Жесть это было – американские ковбои отдыхали тогда и сейчас, я уверен, ничего не изменилось … короче я держал секунд двадцать. Дядькины результаты были получше, но не в принципе. Он хотел, чтоб минуту. Чтоб досчитать до больше шестидесяти.

   Техника довольно простая – важно вскочить на стоящего Борьку ровно и в момент касания схватиться за уши. Вот это – уши – важно принципиально. Спина у свина как диван. Хвататься не за что в принципе. Только за ухи … замес у Саши вышел очень удачный. Пока я считал в голос – Борис скокал. Когда за минуту вышли, вепырь понял, что ковбой лих – и чисто рванул по двору. Кругами. У дядьки Сашки ноги болтались в воздухе, чуб развевался по ветру. Это было сильно … вот только Борька понял, что свистецк ему. Не скинуть. И рванул к себе в загончик. Сарайка такой ростом некрупному человеку по пояс. И хорошее такое толстое бревно было над входом … я то тему просёк и вместо счёта орал дядьке, чтоб отпускал ухи то. Но то ли орал хило, то ли свист в ушах и грохот копыт заглушал. А может – и азарт боя. Короче дядька смотрел на меня, улыбка до ушей, глаза горят … вот так вот он затылком в бревно над входом в сарайку и въехал. Тут то уже без выбора – Борька как танк домой то ворвался. А Саша остался сидеть на улочке. С той же застывшей улыбкой. И с руками вытянутыми в направлении «вперёд», в сарайчик. И с зажатыми кулаками. Хорошо, хоть без Борькиных ушей.

   Домчался я пошустрой. Вроде расшевелил. Не сразу правда. Дядька медленно так кулаки к носу подобрал, раскрыл ладошки – а там волосы от Борькиных ушей … сдул так медленно … и как бы всё. Больше не скокали мы на Борьке. Но ощущения остались мощные … да и домой меня вернули, в Артём, скоро.

   Но опыт остался. У мамы тоже папа был. По деревням слонялся и окрестностям. С пасекой … где-то по центру Приморья вроде … на лето отвезли. Погостить. Кобана у него не было. Но была свинья. С поросятами. Свинья домой сама пришла, а вот поросят потом по всей деревне собирали. Что значит серьезная дядькина школа!

   За ловлю курей и петуха мне как то быстро шелушнули гудок. Да и ладно. Они были какие-то не те … слабы в моральном плане, что ли …

   Навыки, короче, сгодились. После прогона по деревне на свинье у местных лоботрясов я был в авторитете … оставили меня как то на хозяйстве. Лето. Жарища. Нашел я бочку. Двухсотлитровую. Не то чтобы прямо на пасеке – но рядом. И вроде вода в ней. Почти до краев. Чурбачек подкатил. Поснимал барахлишко – и бульк. Оказалось – не совсем вода. Сахар это был с водой. Пчёлам на подкормку … в бочке чурбачка то не оказалось. И борта скользкие … и сидел я там, пока дед домой не добрался. Не сильно долго – но больше часа. Страху натерпелся от безысходности… бабушка спасла, но страху натерпелась, по видимому, побольше моего.

   Летный отдых уложился в недельку. Помню, смотрю я в заднее полукруглое окошко двадцать первой волги на дедушку. А он в кулаке кепку зажал и глаза вытирает. Я в окошко высовываюсь и кричу: «дедушка не плачь, я к тебе скоро еще приеду». А он еще пуще, навзрыд почти …

Есть что вспомнить. Где оно всё теперь …хотя – пока есть память. Есть оно всё. Есть …

© Copyright: Vitall, 2014

Регистрационный номер №0245393

от 14 октября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0245393 выдан для произведения:

Я тебе помашу рукой

И в игрушки мои теперь

Поиграет малыш другой …

   В Хабаровске всё это было. На Красной речке у бабушки дом был. Длинный двухэтажный барак из лиственницы. Чёрный и крепкий: разобрать пытались, чтоб построить что-нибудь поновее – не вышло. Напихали взрывчатки и жахнули – угол просел. Новая пятиэтажка метрах в трёхстах в сторонке покосилась … но это потом уже … а тогда – про когда пишу всё было просто здорово.

  Я про школу даже не думал. Дядька Сашка только начинал задумываться про службу в армии. И дед папин и бабушка и дядька и петух – хозяин гальюна и кобан Боря … все тогда были. И я был уверен – иначе и быть не может …

   Петух был сволочь. А гальюн на улице… так вот этот гад всегда в засаде сидел. На выходящего. Причем нападал, паразит, с различных направлений. И всегда с новых и потому и неожиданно. Чаще с крыши. Поэтому посещение было делом серьезным и групповым – на улице надо было бдеть. Снаружи. Лучше с палкой … а мне так по мелкости и с палкой бой выходил примерно на равных. Лих был петушара. В моменты настроя мог и кобана погонять - любо-дорого … бабушка терпела его за исключительную хозяйственность. К вечеру нагонял курей штук до пятидесяти во двор. А пацаны их только в щелки заглядывали … делили потом с хозяевами по честному.

   Так вот петух допрыгался. С крыши сортира. Мы с дядькой поставили на него петлю вблизи объекта его бесчинств. И изловили. А поскольку в руки брать чревато – запускали его как планера на той же петлевой верёвке. Чтоб полетал, сволоч. Летал. Но недолго. Об угол дома споткнулся … жопы трещали у обоих. Бабушка могла и умела. Деду понравился суп с лапшой из убиенного. Соседям – свобода передвижений. Нам обоим тоже как бы всё. Кроме расправы …

   Но это ерунда. Кобан Боря был еще. Дядька сказал, что родео на конях – полное фуфло. Вот если рвануть на кобане – от это – самое оно! В песочницу Боря заманивался довольно просто. За корочку вёлся. Опять же был вепрем вполне спокойным и незлобивым – можно было заманивать раз несколько подряд. И пока подельник (вначале это был я) скрёб Борьку щепочкой по спине – ковбой дядька Саша прицеливался. Ну а потом – родео. Борис был лих – он ухитрялся не просто скокать – он еще и дергался руками и ногами в прыжке в разных направлениях! Жесть это было – американские ковбои отдыхали тогда и сейчас, я уверен, ничего не изменилось … короче я держал секунд двадцать. Дядькины результаты были получше, но не в принципе. Он хотел, чтоб минуту. Чтоб досчитать до больше шестидесяти.

   Техника довольно простая – важно вскочить на стоящего Борьку ровно и в момент касания схватиться за уши. Вот это – уши – важно принципиально. Спина у свина как диван. Хвататься не за что в принципе. Только за ухи … замес у Саши вышел очень удачный. Пока я считал в голос – Борис скокал. Когда за минуту вышли, вепырь понял, что ковбой лих – и чисто рванул по двору. Кругами. У дядьки Сашки ноги болтались в воздухе, чуб развевался по ветру. Это было сильно … вот только Борька понял, что свистецк ему. Не скинуть. И рванул к себе в загончик. Сарайка такой ростом некрупному человеку по пояс. И хорошее такое толстое бревно было над входом … я то тему просёк и вместо счёта орал дядьке, чтоб отпускал ухи то. Но то ли орал хило, то ли свист в ушах и грохот копыт заглушал. А может – и азарт боя. Короче дядька смотрел на меня, улыбка до ушей, глаза горят … вот так вот он затылком в бревно над входом в сарайку и въехал. Тут то уже без выбора – Борька как танк домой то ворвался. А Саша остался сидеть на улочке. С той же застывшей улыбкой. И с руками вытянутыми в направлении «вперёд», в сарайчик. И с зажатыми кулаками. Хорошо, хоть без Борькиных ушей.

   Домчался я пошустрой. Вроде расшевелил. Не сразу правда. Дядька медленно так кулаки к носу подобрал, раскрыл ладошки – а там волосы от Борькиных ушей … сдул так медленно … и как бы всё. Больше не скокали мы на Борьке. Но ощущения остались мощные … да и домой меня вернули, в Артём, скоро.

   Но опыт остался. У мамы тоже папа был. По деревням слонялся и окрестностям. С пасекой … где-то по центру Приморья вроде … на лето отвезли. Погостить. Кобана у него не было. Но была свинья. С поросятами. Свинья домой сама пришла, а вот поросят потом по всей деревне собирали. Что значит серьезная дядькина школа!

   За ловлю курей и петуха мне как то быстро шелушнули гудок. Да и ладно. Они были какие-то не те … слабы в моральном плане, что ли …

   Навыки, короче, сгодились. После прогона по деревне на свинье у местных лоботрясов я был в авторитете … оставили меня как то на хозяйстве. Лето. Жарища. Нашел я бочку. Двухсотлитровую. Не то чтобы прямо на пасеке – но рядом. И вроде вода в ней. Почти до краев. Чурбачек подкатил. Поснимал барахлишко – и бульк. Оказалось – не совсем вода. Сахар это был с водой. Пчёлам на подкормку … в бочке чурбачка то не оказалось. И борта скользкие … и сидел я там, пока дед домой не добрался. Не сильно долго – но больше часа. Страху натерпелся от безысходности… бабушка спасла, но страху натерпелась, по видимому, побольше моего.

   Летный отдых уложился в недельку. Помню, смотрю я в заднее полукруглое окошко двадцать первой волги на дедушку. А он в кулаке кепку зажал и глаза вытирает. Я в окошко высовываюсь и кричу: «дедушка не плачь, я к тебе скоро еще приеду». А он еще пуще, навзрыд почти …

Есть что вспомнить. Где оно всё теперь …хотя – пока есть память. Есть оно всё. Есть …

Рейтинг: 0 213 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
93
80
75
75
70
64
63
58
57
56
54
54
52
52
51
51
49
49
48
48
47
47
47
45
44
40
40
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
36
30