ЧОКНУТЫЕ

8 февраля 2014 - Филипп Магальник

Утро выдалось пасмурным и ветреным, как обычно бывает по субботам. Татьяна поднялась спозаранку после бессонной ночи, проведенной в разговорах с мужем. За двадцать шесть лет пройден большой ломоть жизни, вспоминали лишь хорошее и… целовались, целовались, как будто прощались. Под утро, крепко прижавшись к спине мужа, заставила Мишу уснуть.

Сегодня исполняется ровно месяц с той кошмарной ночи в их жизни. Таня не может объяснить, почему по утрам, на свежую голову, приходят лишь приятные эпизоды семейной жизни. Вот сегодня вспомнила, как Миша из роддома через окно четвертого этажа похитил ее с малышом: не выписывали, и плакалась ему. Под аплодисменты на телескопической вышке спускалась на землю с ребенком на руках, в объятиях двадцати трехлетнего мужа. Ей еще девятнадцати не было... Или вот ещё: лето, море, муж с детьми увлеченно строит из песка не дворцы, а дворики уютные с домиком, колодцем, качелями и живностью… красота! Таня, лежа невдалеке, любовалась своими. Череда картинок жизни меняется, оставляя трогательное чувство безвозвратности. Короче, до окунания в жизнь за стеной – все у нее Окэй. А там, снаружи, за день заряжается отрицательной энергией до такой степени, что взрыв неизбежен, нужен лишь Миша, а повод находится.

В тот памятный вечер муж задерживался позже обычного, это переполнило чашу раздражительности жены. Выглянув в окно, увидела невдалеке соседку Лизу, прогуливающую собачку… «Вот су... другого времени не нашла». Показался вечно бегущий Миша, кивнул соседке, которая ему мило улыбнулась, и вошел в подъезд. Далее Таня помнит, как муж поцеловал ее и радостно сообщил, что установка пошла, и электролиз дал положит... Таню прорвало, закатила скандал жуткий, где припомнила все его грехи за все годы: вечный энтузиазм в работе, систематические задержки там, из дома не вытащить, весь его мир – это работа и дом. Кричала, что еще молода, и так жить не хочет, пусть убирается ко всем... вот к Лизе хотя бы. Бросила ему подушку на кушетку и закрыла дверь в спальню. Обычно Миша хоть пытается пробурчать что-либо в оправдание, на этот раз странно промолчал, еще более ссутулившись вышел. Довольная собой Таня улеглась. «Ничего, одна проживет спокойно, и без этого «счастья», - подумала она. Однако пора бы уже виноватому к ней приползти и осторожно прилечь. Ну, где же он?

Выждала еще с полчаса и, переборов самолюбие, приоткрыла дверь в салон, а там, раскинув необычно руки, на полу лежал Миша. Прислушалась – не дышит, обхватила тело и не помнит как, но на кровать затащила. Быстро легла рядом, крепко прижалась и говорила, говорила, надеялась своим теплом нагреть, вернуть – тщетно. Затем искусственное дыхание усиленно делать стала. Выбилась из сил и закричала отчаянно: « Миша, Мишенька, пожалуйста, вернись… Мишааааааа». Вырубилась…

Очнулась от прикосновения чего-то холодного и влажного, стекающего на шею. Мокрая, не выжатая тряпка прикрывала лоб и глаза. «Только он может так – неуклюже шлепнуть на лицо свою мокрую майку», – подумала Таня и осторожно: «Миша?» - «Я вернулся, Таня, вот кофе сварю тебе и расскажу обо всем. Забавное, знаешь, происходит и по ту сторону жизни, познать это еще предстоит, доберутся и туда, что...»

Она ничего не понимала в происходящем, подвинула его подушку и велела рядом быть. Главное, что он живой, вот он, остальное – неважно. Взяла чашку кофе из его рук и стала его поить, только гущу лизнула сама. Потом забрала руку мужа к себе и приготовилась слушать.

Миша начал рассказ с того, что день был тяжелый: на работе, установка не шла никак, поэтому песочили на планерке и выражали сомнение по поводу программы. Лишь к концу дня случайно наткнулся на дефект, вот… «Далее знаешь: прибежал домой и… опять знаешь – был скандальчик. Только прилег, что-то сжало крепко-крепко голову, сердце, все тело, и я выпорхнул из тисков боли куда-то на простор, где кругом светло и безбрежно, под ногами будто снег, но теплый. Легко порхаю, присматриваюсь: мельтешат светящиеся шарики, хочу пощупать, но чья-то рука остановила. Передо мной – здоровенный мужчина в одежде времен Аврама, наверное, и говорит, что трогать ничего нельзя. Шары – это биоэнергетика человека, которая еще какое-то время витает, как я, в контакте с телом, затем вливается в большие электрошары и исчезает. На мои вопросы охотно отвечал: «Нет, Бога не видел, никого… Первоначально люди жили до износа, затем их возносили Сюда для восстановления, ремонта, что ли, отчего библейские старцы подолгу и жили. Думали долгожитель – копилка ума… Хе… Некоторые, и он, Лафис, в том числе, на землю отказались вернуться, где им плохо жилось при старцах-мудрецах, топтались на месте и мудрствовали. Природа победила – установлен был ресурс времени жизни человека для активной деятельности, а затем, извини-подвинься. Больных и калек также убирать стали досрочно, жизнь закипела, но...»

«Нас прервала ты, Танечка, своим зовом и страшным криком искреннего горя, кричала отчаянно, стало невыносимо. Вдруг на самой высокой ноте смолкла, и твой «светлячок» затрепыхался и стал вырываться. Лафис улыбнулся и сказал, что ты того – шумная, но, видимо, любишь искренне, и подтолкнул наши шарики восвояси… мы ожили. Тяжело поверить в это, но так оно и было. Да, чуть не забыл – мой шарик подсел немного, тусклый стал, указал на это Лафис и согласился помочь… Как и когда? На тридцатое мая, как Лафис определил. Только, чур – никому об этом. Все, спи, я на работу».

Таня уснуть не могла – где правда и где вымысел? У Миши не разберешь, его заносит, такой уж он. Жизнь потекла по-прежнему своим чередом, только реакции более сдержанными стали на Мишины задержки, которые ничуть не уменьшились. Да и соседка так же прогуливала собаку перед подъездом и мило улыбалась ему. Он, вообще, многим женщинам нравился, она это знала и часто ревновала, считая, что он только ей принадлежит, и баста.

Месяц, между тем, пролетел, наступил назначенный день. День, как день, ничего необычного. Только утром Миша сообщил, что к пяти вернется, ужинать предложил после процедуры, ближе к семи. Просил еще не волноваться, все будет Окей, поцеловал и ушел. Таня же думала, что уже все позади, о происшедшем не вспоминала, может нарочно, чтоб не будоражить покой. Ошарашенная сообщением мужа, она долго стояла в раздумье и пришла к выводу, что одной ей этого не перенести, хватит… Взяла телефон и обзвонила дочь, родителей и самых близких друзей с приглашением на ужин по «сюрприз-поводу», явка желательна.

Далее: сняла денег в банке, сделала покупки на рынке, потратив уйму денег. По пути домой купила еще Мише клетчатую рубашку – пусть носит то, что нравится. Приучала к светлым, однотонным, с галстуком – не прижилось. День тянулся бесконечно медленно и волнительно. Уже все приготовила на ужин, в квартире – Париж, осталось самой прибраться... но как? Таня подошла к шкафу и, чуточку поколебавшись, одела салатовую нарядную блузку, что он из Москвы привез, и длинную юбку. Туфельки обула, посмотрела на себя в зеркало и подумала: «Вот дура!»

С работы вернулся Миша, как и обещал – к семнадцати, внимательно оглядел жену и крепко поцеловал, извинившись за доставленные волнения, надеется, последние. Направился ванну принять, просил не беспокоить, подремлет чуть и будет все прекрасно, как всегда. Лицо же у него было озабоченное, взгляд грустный, но решительный. Таня, чтоб время скоротать, запустила стиральную машину, бросив туда все его вещи. Потихоньку стали прибывать приглашенные. Родители Тани, чопорно разодетые в богатую, безвкусную одежду, чинно уселись у телевизора. Семен с Милой, давние друзья, притащили выпивку и торт. Мила тут же пошла на кухню, помогать.

Время приближалось к половине седьмого, когда отец спросил про повод торжества, который пора бы начинать. Таня виновато улыбнулась и сказала, что Леночка, дочка, только что звонила из электрички – будет минут через двадцать, подождем чуток... А к ужину пригласили по двум причинам – сложнейшая установка мужа заработала, и это событие. «Нет, папа, не смогу рассказать, что там Миша сочинил, у него спросишь. Как где он, дома... того – спит. К семи выйдет... надеюсь. Просишь не крутить вокруг… хорошо, так вот, слушайте, я не побледнела, мама, да у него вечно все не так... Не дергайте меня! Это случилось месяц назад...»

И она все изложила в подробностях о событиях того дня, но когда дошла до биошариков и бесед с Лафисом, отец не выдержал и вскочил, называя Таню дурой, которой муж все время лапшу вешает. Главное, что дочь верит ему. «Мишеньке, значит, сейчас батарейку меняют в постели, да? Сейчас, одну минутку. Почему не входить? Нарушу процесс...» Отец резко открыл дверь спальни, заглянул и поникшим голосом сказал, что тот того… не дышит. Скорую надо вызывать, а не это застолье... Вот чокнутые, в чудеса поверили…

Запыхавшись, прибежала дочь и стрелой в туалет, извинившись. В салоне стояла выжидательная тишина, которую нарушила Лена, громко и бодро прокричав: «Мама, отец рубашку не находит, где она?..» - «Постирала, сохнет уже. На табуретке новая, в клетку, пусть ее наденет» - «Ну, что ж, милые, давайте к столу! – пригласила Таня гостей, – Миша, уже все ждут, налей и мне вина, сегодня захотелось».

© Copyright: Филипп Магальник, 2014

Регистрационный номер №0187180

от 8 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0187180 выдан для произведения:

Утро выдалось пасмурным и ветреным, как обычно бывает по субботам. Татьяна поднялась спозаранку после бессонной ночи, проведенной в разговорах с мужем. За двадцать шесть лет пройден большой ломоть жизни, вспоминали лишь хорошее и… целовались, целовались, как будто прощались. Под утро, крепко прижавшись к спине мужа, заставила Мишу уснуть.

Сегодня исполняется ровно месяц с той кошмарной ночи в их жизни. Таня не может объяснить, почему по утрам, на свежую голову, приходят лишь приятные эпизоды семейной жизни. Вот сегодня вспомнила, как Миша из роддома через окно четвертого этажа похитил ее с малышом: не выписывали, и плакалась ему. Под аплодисменты на телескопической вышке спускалась на землю с ребенком на руках, в объятиях двадцати трехлетнего мужа. Ей еще девятнадцати не было... Или вот ещё: лето, море, муж с детьми увлеченно строит из песка не дворцы, а дворики уютные с домиком, колодцем, качелями и живностью… красота! Таня, лежа невдалеке, любовалась своими. Череда картинок жизни меняется, оставляя трогательное чувство безвозвратности. Короче, до окунания в жизнь за стеной – все у нее Окэй. А там, снаружи, за день заряжается отрицательной энергией до такой степени, что взрыв неизбежен, нужен лишь Миша, а повод находится.

В тот памятный вечер муж задерживался позже обычного, это переполнило чашу раздражительности жены. Выглянув в окно, увидела невдалеке соседку Лизу, прогуливающую собачку… «Вот су... другого времени не нашла». Показался вечно бегущий Миша, кивнул соседке, которая ему мило улыбнулась, и вошел в подъезд. Далее Таня помнит, как муж поцеловал ее и радостно сообщил, что установка пошла, и электролиз дал положит... Таню прорвало, закатила скандал жуткий, где припомнила все его грехи за все годы: вечный энтузиазм в работе, систематические задержки там, из дома не вытащить, весь его мир – это работа и дом. Кричала, что еще молода, и так жить не хочет, пусть убирается ко всем... вот к Лизе хотя бы. Бросила ему подушку на кушетку и закрыла дверь в спальню. Обычно Миша хоть пытается пробурчать что-либо в оправдание, на этот раз странно промолчал, еще более ссутулившись вышел. Довольная собой Таня улеглась. «Ничего, одна проживет спокойно, и без этого «счастья», - подумала она. Однако пора бы уже виноватому к ней приползти и осторожно прилечь. Ну, где же он?

Выждала еще с полчаса и, переборов самолюбие, приоткрыла дверь в салон, а там, раскинув необычно руки, на полу лежал Миша. Прислушалась – не дышит, обхватила тело и не помнит как, но на кровать затащила. Быстро легла рядом, крепко прижалась и говорила, говорила, надеялась своим теплом нагреть, вернуть – тщетно. Затем искусственное дыхание усиленно делать стала. Выбилась из сил и закричала отчаянно: « Миша, Мишенька, пожалуйста, вернись… Мишааааааа». Вырубилась…

Очнулась от прикосновения чего-то холодного и влажного, стекающего на шею. Мокрая, не выжатая тряпка прикрывала лоб и глаза. «Только он может так – неуклюже шлепнуть на лицо свою мокрую майку», – подумала Таня и осторожно: «Миша?» - «Я вернулся, Таня, вот кофе сварю тебе и расскажу обо всем. Забавное, знаешь, происходит и по ту сторону жизни, познать это еще предстоит, доберутся и туда, что...»

Она ничего не понимала в происходящем, подвинула его подушку и велела рядом быть. Главное, что он живой, вот он, остальное – неважно. Взяла чашку кофе из его рук и стала его поить, только гущу лизнула сама. Потом забрала руку мужа к себе и приготовилась слушать.

Миша начал рассказ с того, что день был тяжелый: на работе, установка не шла никак, поэтому песочили на планерке и выражали сомнение по поводу программы. Лишь к концу дня случайно наткнулся на дефект, вот… «Далее знаешь: прибежал домой и… опять знаешь – был скандальчик. Только прилег, что-то сжало крепко-крепко голову, сердце, все тело, и я выпорхнул из тисков боли куда-то на простор, где кругом светло и безбрежно, под ногами будто снег, но теплый. Легко порхаю, присматриваюсь: мельтешат светящиеся шарики, хочу пощупать, но чья-то рука остановила. Передо мной – здоровенный мужчина в одежде времен Аврама, наверное, и говорит, что трогать ничего нельзя. Шары – это биоэнергетика человека, которая еще какое-то время витает, как я, в контакте с телом, затем вливается в большие электрошары и исчезает. На мои вопросы охотно отвечал: «Нет, Бога не видел, никого… Первоначально люди жили до износа, затем их возносили Сюда для восстановления, ремонта, что ли, отчего библейские старцы подолгу и жили. Думали долгожитель – копилка ума… Хе… Некоторые, и он, Лафис, в том числе, на землю отказались вернуться, где им плохо жилось при старцах-мудрецах, топтались на месте и мудрствовали. Природа победила – установлен был ресурс времени жизни человека для активной деятельности, а затем, извини-подвинься. Больных и калек также убирать стали досрочно, жизнь закипела, но...»

«Нас прервала ты, Танечка, своим зовом и страшным криком искреннего горя, кричала отчаянно, стало невыносимо. Вдруг на самой высокой ноте смолкла, и твой «светлячок» затрепыхался и стал вырываться. Лафис улыбнулся и сказал, что ты того – шумная, но, видимо, любишь искренне, и подтолкнул наши шарики восвояси… мы ожили. Тяжело поверить в это, но так оно и было. Да, чуть не забыл – мой шарик подсел немного, тусклый стал, указал на это Лафис и согласился помочь… Как и когда? На тридцатое мая, как Лафис определил. Только, чур – никому об этом. Все, спи, я на работу».

Таня уснуть не могла – где правда и где вымысел? У Миши не разберешь, его заносит, такой уж он. Жизнь потекла по-прежнему своим чередом, только реакции более сдержанными стали на Мишины задержки, которые ничуть не уменьшились. Да и соседка так же прогуливала собаку перед подъездом и мило улыбалась ему. Он, вообще, многим женщинам нравился, она это знала и часто ревновала, считая, что он только ей принадлежит, и баста.

Месяц, между тем, пролетел, наступил назначенный день. День, как день, ничего необычного. Только утром Миша сообщил, что к пяти вернется, ужинать предложил после процедуры, ближе к семи. Просил еще не волноваться, все будет Окей, поцеловал и ушел. Таня же думала, что уже все позади, о происшедшем не вспоминала, может нарочно, чтоб не будоражить покой. Ошарашенная сообщением мужа, она долго стояла в раздумье и пришла к выводу, что одной ей этого не перенести, хватит… Взяла телефон и обзвонила дочь, родителей и самых близких друзей с приглашением на ужин по «сюрприз-поводу», явка желательна.

Далее: сняла денег в банке, сделала покупки на рынке, потратив уйму денег. По пути домой купила еще Мише клетчатую рубашку – пусть носит то, что нравится. Приучала к светлым, однотонным, с галстуком – не прижилось. День тянулся бесконечно медленно и волнительно. Уже все приготовила на ужин, в квартире – Париж, осталось самой прибраться... но как? Таня подошла к шкафу и, чуточку поколебавшись, одела салатовую нарядную блузку, что он из Москвы привез, и длинную юбку. Туфельки обула, посмотрела на себя в зеркало и подумала: «Вот дура!»

С работы вернулся Миша, как и обещал – к семнадцати, внимательно оглядел жену и крепко поцеловал, извинившись за доставленные волнения, надеется, последние. Направился ванну принять, просил не беспокоить, подремлет чуть и будет все прекрасно, как всегда. Лицо же у него было озабоченное, взгляд грустный, но решительный. Таня, чтоб время скоротать, запустила стиральную машину, бросив туда все его вещи. Потихоньку стали прибывать приглашенные. Родители Тани, чопорно разодетые в богатую, безвкусную одежду, чинно уселись у телевизора. Семен с Милой, давние друзья, притащили выпивку и торт. Мила тут же пошла на кухню, помогать.

Время приближалось к половине седьмого, когда отец спросил про повод торжества, который пора бы начинать. Таня виновато улыбнулась и сказала, что Леночка, дочка, только что звонила из электрички – будет минут через двадцать, подождем чуток... А к ужину пригласили по двум причинам – сложнейшая установка мужа заработала, и это событие. «Нет, папа, не смогу рассказать, что там Миша сочинил, у него спросишь. Как где он, дома... того – спит. К семи выйдет... надеюсь. Просишь не крутить вокруг… хорошо, так вот, слушайте, я не побледнела, мама, да у него вечно все не так... Не дергайте меня! Это случилось месяц назад...»

И она все изложила в подробностях о событиях того дня, но когда дошла до биошариков и бесед с Лафисом, отец не выдержал и вскочил, называя Таню дурой, которой муж все время лапшу вешает. Главное, что дочь верит ему. «Мишеньке, значит, сейчас батарейку меняют в постели, да? Сейчас, одну минутку. Почему не входить? Нарушу процесс...» Отец резко открыл дверь спальни, заглянул и поникшим голосом сказал, что тот того… не дышит. Скорую надо вызывать, а не это застолье... Вот чокнутые, в чудеса поверили…

Запыхавшись, прибежала дочь и стрелой в туалет, извинившись. В салоне стояла выжидательная тишина, которую нарушила Лена, громко и бодро прокричав: «Мама, отец рубашку не находит, где она?..» - «Постирала, сохнет уже. На табуретке новая, в клетку, пусть ее наденет» - «Ну, что ж, милые, давайте к столу! – пригласила Таня гостей, – Миша, уже все ждут, налей и мне вина, сегодня захотелось».

Рейтинг: +2 194 просмотра
Комментарии (2)
Филипп Магальник # 1 марта 2014 в 11:37 0
Благодарен,Владимир, за понимание
Елена Нацаренус # 16 апреля 2014 в 01:30 0
Фантастика... Правда? В жизни случается всякое, потому она у всех разная и у каждого своя. Мне было интересно!
Популярная проза за месяц
156
131
128
104
101
100
99
99
94
91
90
85
83
81
81
81
81
80
80
79
78
78
78
77
77
76
75
74
71
67