ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Буран (суровые военные зимы)

Буран (суровые военные зимы)

9 марта 2013 - Владимир Рубцов
article122515.jpg
Буран
(Суровые военные зимы)
 
Наверное, каждый знает усадьбу Рубцова Петра Яковлевича, что проживал в Анаре по адресу Спортивная 15!? Сейчас там живёт моя родная тётка (мамина сестра) Лидия Афанасьевна Хасенжанова (Меркулова). Так вот, этот рассказ будет о ней.
Было это давно – шли военные годы. Жила тогда баба Лида в Шептыкуле. Дед мой Афанасий Меркулов ушел на фронт, бабка замёрзла – ушла вместе с моим дядькой Юрием в соседний посёлок менять «шмотки» на хлеб (год тогда голодный был), неожиданно началась метель, они заблудились. Долго плутали, наконец, набрели на копну соломы. Бабка оставила Юрия в копне, дала ему булку хлеба, а сама пошла искать дорогу домой. Вот так она и замёрзла, а Юрия через несколько дней нашли живым.
И остались дети жить одни – за старшую в семье осталась моя мама – Рубцова (Меркулова) Вера Афанасьевна. Баба Лида была младшей из сестёр.
Так вот и жили … без родителей. Однажды из соседнего посёлка к Лиде в гости пришла подружка, засиделась немного. Домой возвращаться одной та побоялась, и потому Лида пошла её провожать … так … немного, хотя бы до полдороги. Ну, пока шли, болтали – так и не заметили, как начался сначала лёгкий позёмок, потом он перешёл в низовую метель, ветер стал крепчать и постепенно разразился сильный буран. Девушки решили не расставаться, чтобы ненароком не заблудиться, а идти к подруге домой, так как уже большая часть пути была пройденной. Да и следы их уже давно замело. Видимость стала почти нулевой, дорогу замело окончательно. Долго шли девушки. Лидина подружка, вдруг, ни с того ни с сего стала раздеваться – жарко ей стало, вспотела вся. А Лида устала сильно – ветер в лицо дул. Её подруга ушла далеко вперёд и скрылась из виду. Лида попробовала ей кричать, да разве ж пургу перекричишь!? … подругу нашли замёрзшей через несколько дней. Нашли по одежде – в одном месте платок лежал, далее – шарф, ещё дальше – рукавицы, потом пальтишко и, наконец, её тело.
Баба Лида всё шла и шла, замёрзла уж совсем. И только когда темнеть стало, поняла, что заблудилась. Шла всю ночь. Настало утро – это она определила по посветлевшей впереди снежной пелене. А буран всё не прекращался. В то время зимы в Казахстане были лютые – если замётёт, то на неделю. Крыши домов при таких буранах заносило под самый конёк. А после пурги хоть и разъяснится, но морозно становится – градусов эдак … под сорок, да ещё и с ветерком. Не «хило», однако!
Вот так и ходила баба Лида ровно шесть суток. По её словам: «Иду … устану, упаду, понимаю, что надо идти, поднимаюсь, снова иду. Иду … светло, потом стемнеет, но я иду, опят посветлеет, я всё равно иду, снова потемнеет - иду, опять посветлеет … и так шесть суток».
На седьмые сутки вышла она к железной дороге (Акмола-Караганда) в районе сорок второго разъезда. Видит - недалеко стог сена стоит. Она к нему. А в сотне другой метров от стога кошара еле видна из-за пурги, потому как почти полностью занесёна снегом. Только подошла к стогу сена, как силы покинули её совсем. Упала моя тётка наземь и потеряла сознание. Уже не слышала она, как раздался лай сторожевого пса, как на его голос вышел из кошары пожилой казах – чабан. Подошел он к тётке, пульс пощупал – не слышно ничего. Решил, что замёрзла. Хотел затащить в кошару – тяжело, да и далековато. Тогда взял он коня, аркан накинул тётке на ноги, сел в седло и поволок её по снегу к кошаре. Дотащил, пощупал снова пульс, проверил дыхание – нет, видно замёрзла окончательно. Затащил тело в кошару и оставил на полу вместе с овцами. А там грязь, сыро, навоз. Сам же неспешно оседлал лошадь, да поехал в посёлок, чтобы в милицию сообщить.
Вернулся чабан вместе с милиционером только на другой день. Заходят в кошару, милиционер пнул тело … для «порядку», а оно и … застонало. Глядь, а тётка то моя жива. Ну, они быстренько укутали ее, чем смогли, на лошадь взгромоздили, да быстрей в больницу.
Целые полгода провела там баба Лида. Кожа во многих местах слезла, а ниже пояса сильно потемнела – была почти черная. И только через год цвет кожи постепенно приобрёл … что-то похожее, на … человеческий.
Закончилась война, пришел мой дед с фронта, а его встречают заплаканные дети: «Тату, у нас мамы … нету!». Такие вот дела, такая вот история.
Прошло много лет с тех пор. А тётка моя жива – живёт сейчас в доме моего отца по адресу: Целиноградская область, Аршалинский (Вишнёвский) район, железнодорожная станция Анар, улица Спортивная -15.
 

09.03.2013г. Рубцов В.П. UN7BV. Астана, Казахстан.

© Copyright: Владимир Рубцов, 2013

Регистрационный номер №0122515

от 9 марта 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0122515 выдан для произведения:
Буран
(Суровые военные зимы)
 
Наверное, каждый знает усадьбу Рубцова Петра Яковлевича, что проживал в Анаре по адресу Спортивная 15!? Сейчас там живёт моя родная тётка (мамина сестра) Лидия Афанасьевна Хасенжанова (Меркулова). Так вот, этот рассказ будет о ней.
Было это давно – шли военные годы. Жила тогда баба Лида в Шептыкуле. Дед мой Афанасий Меркулов ушел на фронт, бабка замёрзла – ушла вместе с моим дядькой Юрием в соседний посёлок менять «шмотки» на хлеб (год тогда голодный был), неожиданно началась метель, они заблудились. Долго плутали, наконец, набрели на копну соломы. Бабка оставила Юрия в копне, дала ему булку хлеба, а сама пошла искать дорогу домой. Вот так она и замёрзла, а Юрия через несколько дней нашли живым.
И остались дети жить одни – за старшую в семье осталась моя мама – Рубцова (Меркулова) Вера Афанасьевна. Баба Лида была младшей из сестёр.
Так вот и жили … без родителей. Однажды из соседнего посёлка к Лиде в гости пришла подружка, засиделась немного. Домой возвращаться одной та побоялась, и потому Лида пошла её провожать … так … немного, хотя бы до полдороги. Ну, пока шли, болтали – так и не заметили, как начался сначала лёгкий позёмок, потом он перешёл в низовую метель, ветер стал крепчать и постепенно разразился сильный буран. Девушки решили не расставаться, чтобы ненароком не заблудиться, а идти к подруге домой, так как уже большая часть пути была пройденной. Да и следы их уже давно замело. Видимость стала почти нулевой, дорогу замело окончательно. Долго шли девушки. Лидина подружка, вдруг, ни с того ни с сего стала раздеваться – жарко ей стало, вспотела вся. А Лида устала сильно – ветер в лицо дул. Её подруга ушла далеко вперёд и скрылась из виду. Лида попробовала ей кричать, да разве ж пургу перекричишь!? … подругу нашли замёрзшей через несколько дней. Нашли по одежде – в одном месте платок лежал, далее – шарф, ещё дальше – рукавицы, потом пальтишко и, наконец, её тело.
Баба Лида всё шла и шла, замёрзла уж совсем. И только когда темнеть стало, поняла, что заблудилась. Шла всю ночь. Настало утро – это она определила по посветлевшей впереди снежной пелене. А буран всё не прекращался. В то время зимы в Казахстане были лютые – если замётёт, то на неделю. Крыши домов при таких буранах заносило под самый конёк. А после пурги хоть и разъяснится, но морозно становится – градусов эдак … под сорок, да ещё и с ветерком. Не «хило», однако!
Вот так и ходила баба Лида ровно шесть суток. По её словам: «Иду … устану, упаду, понимаю, что надо идти, поднимаюсь, снова иду. Иду … светло, потом стемнеет, но я иду, опят посветлеет, я всё равно иду, снова потемнеет - иду, опять посветлеет … и так шесть суток».
На седьмые сутки вышла она к железной дороге (Акмола-Караганда) в районе сорок второго разъезда. Видит - недалеко стог сена стоит. Она к нему. А в сотне другой метров от стога кошара еле видна из-за пурги, потому как почти полностью занесёна снегом. Только подошла к стогу сена, как силы покинули её совсем. Упала моя тётка наземь и потеряла сознание. Уже не слышала она, как раздался лай сторожевого пса, как на его голос вышел из кошары пожилой казах – чабан. Подошел он к тётке, пульс пощупал – не слышно ничего. Решил, что замёрзла. Хотел затащить в кошару – тяжело, да и далековато. Тогда взял он коня, аркан накинул тётке на ноги, сел в седло и поволок её по снегу к кошаре. Дотащил, пощупал снова пульс, проверил дыхание – нет, видно замёрзла окончательно. Затащил тело в кошару и оставил на полу вместе с овцами. А там грязь, сыро, навоз. Сам же неспешно оседлал лошадь, да поехал в посёлок, чтобы в милицию сообщить.
Вернулся чабан вместе с милиционером только на другой день. Заходят в кошару, милиционер пнул тело … для «порядку», а оно и … застонало. Глядь, а тётка то моя жива. Ну, они быстренько укутали ее, чем смогли, на лошадь взгромоздили, да быстрей в больницу.
Целые полгода провела там баба Лида. Кожа во многих местах слезла, а ниже пояса сильно потемнела – была почти черная. И только через год цвет кожи постепенно приобрёл … что-то похожее, на … человеческий.
Закончилась война, пришел мой дед с фронта, а его встречают заплаканные дети: «Тату, у нас мамы … нету!». Такие вот дела, такая вот история.
Прошло много лет с тех пор. А тётка моя жива – живёт сейчас в доме моего отца по адресу: Целиноградская область, Аршалинский (Вишнёвский) район, железнодорожная станция Анар, улица Спортивная -15.
 

09.03.2013г. Рубцов В.П. UN7BV. Астана, Казахстан.

Рейтинг: 0 357 просмотров
Комментарии (2)
kvitka dusha # 10 марта 2013 в 09:32 0
.....да-а-а-а....жизнь....однако..
Владимир Рубцов # 10 марта 2013 в 15:11 0
... не поле перейти!

 

Популярная проза за месяц
103
81
79
75
70
68
67
62
61
58
56
55
54
54
54
53
51
51
49
49
49
48
48
47
45
44
44
43
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
39
35