ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Аррамия. глава 2

 

Аррамия. глава 2

20 сентября 2013 - Светлана Синева
Прошла пара дней и наступила осень, прекрасная и сухая, завораживающая своими красками.  Чаровница осень еще кое-где только пробовала кисти, а кое-где дала волю своему воображению. Я гуляла по городскому парку и наслаждалась. Наслаждалась ароматами, где юность и молодость природы сменялась зрелостью. Это можно уловить, сравнить запахи цветов и листьев летнего дня и их же ароматы осеннего. Где появляются  нотки мускуса и некая терпкость, или скажем, выраженность, немного даже резкость прощального шлейфа, как в духах. Я наслаждалась палитрой, где некая нежность цвета сменялась насыщенностью. Это, словно, женщина, которая в молодости предпочитала легкие, едва уловимые тона, чтоб не выглядеть вульгарно и ярко накрасившей лицо, а в более зрелом возрасте ярко подвела глаза и надела разноцветные, насыщенных цветов одежды. Я села на скамью и смеялась, когда озорник и дамоугодник ветер срывал с деревьев листву, и осыпал меня, будто самоцветными камнями. Янтарями и рубинами, изумрудами и гранатами, принося и аметисты. Я подставляла лицо солнцу,  и оно нежно ласкало мою кожу. От его ладоней исходило приятное тепло, и оно же разливалось лабиринтами слуха, стоило немного повернуть голову.  Я закрыла глаза, уйдя в ощущения, где сразу меня унесло в насыщенно фиолетовое пространство, которое сменялось царственно голубым светом и обращалось в золото, и все это заливалось белым светом.
-Как приятно посмотреть на красивую девушку, - мужской голос вырвал меня из состояния эйфории и покоя.
Я не торопилась открывать глаза.
-У вас такая блаженная улыбка, что с вами хочется остаться навсегда, - это именно реальный голос, не неприятный, немного бархатный, как лист фикуса, и реальный.
Хотя, кто может отличить реальность от сна, а сновидение от реальности. И кто может с точностью истины определить, эта жизнь реальна или жизнь в сновидениях, эта жизнь реальна или череда иных.  Я открыла глаза. Он стоял рядом, мужчина, одетый в серое пальто и такую же серую фетровую шляпу. В безупречно начищенных туфлях и сочно сиреневом кашне. На вид лет сорока пяти, с проседью в волосах и аккуратно остриженной бороде, мужчина со светло-серыми глазами. Его красивые губы улыбались вместе с глазами. Это редко сейчас, когда у человека вместе с губами улыбаются и глаза. И захотелось в них заглянуть, в эти светло-серые глаза.
Видение, оно захлестнуло меня.
Какой-то северный поселок, рабочий поселок, поселок старателей, где люди вереницей, одетые скудно, с узелками в руках и кошелями, прибывали потоком. И я среди них. Крепкий мороз пробирает до костей, а снег под ногами не был мягким и пушистым, похожий на наст, вымороженный и высушенный ветрами.  После какая-то теплушка и я вхожу в нее и вижу. Вижу, как этот мужчина борется с другим на полу, в его руках появляется нож с большим лезвием, как охотничий, или вроде того какими режут скот. И этот мужчина вонзает нож в грудь другому мужчине, несколько раз, кровь. Убийца поднимает глаза и видит меня, а я как случайный и нежелательный свидетель. Глаза, все те же светло-серые, но они уже не улыбаются. Он встает и подходит ко мне, я пытаюсь прикрыть сердце рукой. Вижу, как лезвие проходит сквозь мою руку, прямо в мое сердце, и кровь, она течет из меня. Течет сквозь руку, вот уже моя обувь полная моей же крови, я это чувствую,  и кровь растекается по полу лужей. Жизнь медленно уходит из меня.
Я осознаю, что нужно повернуть события в обратную сторону, я словно, останавливаю время здесь и там, и изменяю все. 
Я вижу теперь, как кровь моя возвращается  назад в мое тело, раны затягиваются без шрамов, как и не было их.  Нож, он в руках обидчика, я беру его рукой и поворачиваю лезвием к мужчине.  Я вижу, как лезвие входит теперь в сердце убийцы, и его кровь растекается теперь на полу липкой лужей. Я отвожу взгляд от светло-серых глаз мужчины и выхожу из теплушки. А мужчина остается там.
Я вижу парк, осенний пейзаж и светло-серые улыбающиеся глаза мужчины в сиреневом кашне.
Мы встречались с ним уже, в одном из прошлых воплощений.
-А хотите, я почитаю вам стихи об осени?!
Мужчина присаживается рядом на скамью и начинает читать:
Осень вступила в права,
И расплескалась вокруг,
Плетет свои кружева,
Лечит мой каждый недуг,
Стелет под ноги ковры,
И осыпает листвой,
Нет тебя рядом, увы,
Мне б любоваться с тобой,
Мне бы на спелой листве
Тебе шептать о любви,
На багряно-злаченой кайме
Стопы целовать, но увы…
-Красиво, и кто автор сиих строк?
-К вашим услугам, - мужчина снял шляпу и склонил голову, - Федор.
-Аррамия.
-у вас, моя милая, необычное имя, кому из ваших родителей оно пришло в голову?
-Никому, - я рассмеялась, - когда мне исполнилось 18 лет, я поменяла свое имя на то, которое посчитала  нужным.
-Удивительно, - мужчина надел шляпу и встал со скамьи, - а не хотите ли, сиятельная леди Аррамия, рассказать мне об этом подробнее за сегодняшним ужином?
-Вы приглашаете меня на ужин?
-Сочту за великую честь.
Я пыталась вслушаться в мысли мужчины, но не услышала ничего кроме массы восторженных комплиментов, посвященных моей необычности и незаурядности, это скучно. Тем более, что увидя его хищную сущность, мне совсем не хотелось продолжать это знакомство. Ведь по сути своей, люди никогда не меняются, только проявляются еще больше, четче и ярче, с годами. И пусть выглядел Федор аппетитно, это только говорило о его изощренности.
-Я полагаю, что с вашими талантами, в поклонницах вы не имеете недостатка.
-Радость моя, не без этого, но это определенно  не должно вас пугать  и волновать.
-Действительно так.
-Бог мой, Аррамия, да что вы такое обо мне думаете, - Федор взял меня за руку и поднес к губам.
-Не льстите себе, - я осторожно освободила свою руку, - я о вас совсем не думаю.
Мне престал нравиться наш разговор.
-И наверно, мне уже пора, - я встала со скамьи, - прощайте Федор, а ужин, может быть в какой-нибудь следующей жизни, ведь никогда не знаешь, что наступит скорее, следующее утро или следующая жизнь.
Я улыбнулась и пошла, оставив мужчину с недоумением на лице. А в душе я хохотала,  хохотала, как ребенок, взахлеб, озорно и заливисто, и совершенно невинно. Ну и шалунья же я!
А ветер снова пытался накинуть на меня шаль из листвы, которая осыпалась самоцветами под ноги.
-Я найду вас, непременно найду, - услышала я в спину.
Но отвечать Федору не стала,  и оборачиваться не стала. Все, нет никакого Федора, нет мужчины со светло-серыми глазами и сиреневым кашне. И был ли вообще?!  Я снова рассмеялась и уже вслух.

(продолжение следует).

© Copyright: Светлана Синева, 2013

Регистрационный номер №0160222

от 20 сентября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0160222 выдан для произведения:
Прошла пара дней и наступила осень, прекрасная и сухая, завораживающая своими красками.  Чаровница осень еще кое-где только пробовала кисти, а кое-где дала волю своему воображению. Я гуляла по городскому парку и наслаждалась. Наслаждалась ароматами, где юность и молодость природы сменялась зрелостью. Это можно уловить, сравнить запахи цветов и листьев летнего дня и их же ароматы осеннего. Где появляются  нотки мускуса и некая терпкость, или скажем, выраженность, немного даже резкость прощального шлейфа, как в духах. Я наслаждалась палитрой, где некая нежность цвета сменялась насыщенностью. Это, словно, женщина, которая в молодости предпочитала легкие, едва уловимые тона, чтоб не выглядеть вульгарно и ярко накрасившей лицо, а в более зрелом возрасте ярко подвела глаза и надела разноцветные, насыщенных цветов одежды. Я села на скамью и смеялась, когда озорник и дамоугодник ветер срывал с деревьев листву, и осыпал меня, будто самоцветными камнями. Янтарями и рубинами, изумрудами и гранатами, принося и аметисты. Я подставляла лицо солнцу,  и оно нежно ласкало мою кожу. От его ладоней исходило приятное тепло, и оно же разливалось лабиринтами слуха, стоило немного повернуть голову.  Я закрыла глаза, уйдя в ощущения, где сразу меня унесло в насыщенно фиолетовое пространство, которое сменялось царственно голубым светом и обращалось в золото, и все это заливалось белым светом.
-Как приятно посмотреть на красивую девушку, - мужской голос вырвал меня из состояния эйфории и покоя.
Я не торопилась открывать глаза.
-У вас такая блаженная улыбка, что с вами хочется остаться навсегда, - это именно реальный голос, не неприятный, немного бархатный, как лист фикуса, и реальный.
Хотя, кто может отличить реальность от сна, а сновидение от реальности. И кто может с точностью истины определить, эта жизнь реальна или жизнь в сновидениях, эта жизнь реальна или череда иных.  Я открыла глаза. Он стоял рядом, мужчина, одетый в серое пальто и такую же серую фетровую шляпу. В безупречно начищенных туфлях и сочно сиреневом кашне. На вид лет сорока пяти, с проседью в волосах и аккуратно остриженной бороде, мужчина со светло-серыми глазами. Его красивые губы улыбались вместе с глазами. Это редко сейчас, когда у человека вместе с губами улыбаются и глаза. И захотелось в них заглянуть, в эти светло-серые глаза.
Видение, оно захлестнуло меня.
Какой-то северный поселок, рабочий поселок, поселок старателей, где люди вереницей, одетые скудно, с узелками в руках и кошелями, прибывали потоком. И я среди них. Крепкий мороз пробирает до костей, а снег под ногами не был мягким и пушистым, похожий на наст, вымороженный и высушенный ветрами.  После какая-то теплушка и я вхожу в нее и вижу. Вижу, как этот мужчина борется с другим на полу, в его руках появляется нож с большим лезвием, как охотничий, или вроде того какими режут скот. И этот мужчина вонзает нож в грудь другому мужчине, несколько раз, кровь. Убийца поднимает глаза и видит меня, а я как случайный и нежелательный свидетель. Глаза, все те же светло-серые, но они уже не улыбаются. Он встает и подходит ко мне, я пытаюсь прикрыть сердце рукой. Вижу, как лезвие проходит сквозь мою руку, прямо в мое сердце, и кровь, она течет из меня. Течет сквозь руку, вот уже моя обувь полная моей же крови, я это чувствую,  и кровь растекается по полу лужей. Жизнь медленно уходит из меня.
Я осознаю, что нужно повернуть события в обратную сторону, я словно, останавливаю время здесь и там, и изменяю все. 
Я вижу теперь, как кровь моя возвращается  назад в мое тело, раны затягиваются без шрамов, как и не было их.  Нож, он в руках обидчика, я беру его рукой и поворачиваю лезвием к мужчине.  Я вижу, как лезвие входит теперь в сердце убийцы, и его кровь растекается теперь на полу липкой лужей. Я отвожу взгляд от светло-серых глаз мужчины и выхожу из теплушки. А мужчина остается там.
Я вижу парк, осенний пейзаж и светло-серые улыбающиеся глаза мужчины в сиреневом кашне.
Мы встречались с ним уже, в одном из прошлых воплощений.
-А хотите, я почитаю вам стихи об осени?!
Мужчина присаживается рядом на скамью и начинает читать:
Осень вступила в права,
И расплескалась вокруг,
Плетет свои кружева,
Лечит мой каждый недуг,
Стелет под ноги ковры,
И осыпает листвой,
Нет тебя рядом, увы,
Мне б любоваться с тобой,
Мне бы на спелой листве
Тебе шептать о любви,
На багряно-злаченой кайме
Стопы целовать, но увы…
-Красиво, и кто автор сиих строк?
-К вашим услугам, - мужчина снял шляпу и склонил голову, - Федор.
-Аррамия.
-у вас, моя милая, необычное имя, кому из ваших родителей оно пришло в голову?
-Никому, - я рассмеялась, - когда мне исполнилось 18 лет, я поменяла свое имя на то, которое посчитала  нужным.
-Удивительно, - мужчина надел шляпу и встал со скамьи, - а не хотите ли, сиятельная леди Аррамия, рассказать мне об этом подробнее за сегодняшним ужином?
-Вы приглашаете меня на ужин?
-Сочту за великую честь.
Я пыталась вслушаться в мысли мужчины, но не услышала ничего кроме массы восторженных комплиментов, посвященных моей необычности и незаурядности, это скучно. Тем более, что увидя его хищную сущность, мне совсем не хотелось продолжать это знакомство. Ведь по сути своей, люди никогда не меняются, только проявляются еще больше, четче и ярче, с годами. И пусть выглядел Федор аппетитно, это только говорило о его изощренности.
-Я полагаю, что с вашими талантами, в поклонницах вы не имеете недостатка.
-Радость моя, не без этого, но это определенно  не должно вас пугать  и волновать.
-Действительно так.
-Бог мой, Аррамия, да что вы такое обо мне думаете, - Федор взял меня за руку и поднес к губам.
-Не льстите себе, - я осторожно освободила свою руку, - я о вас совсем не думаю.
Мне престал нравиться наш разговор.
-И наверно, мне уже пора, - я встала со скамьи, - прощайте Федор, а ужин, может быть в какой-нибудь следующей жизни, ведь никогда не знаешь, что наступит скорее, следующее утро или следующая жизнь.
Я улыбнулась и пошла, оставив мужчину с недоумением на лице. А в душе я хохотала,  хохотала, как ребенок, взахлеб, озорно и заливисто, и совершенно невинно. Ну и шалунья же я!
А ветер снова пытался накинуть на меня шаль из листвы, которая осыпалась самоцветами под ноги.
-Я найду вас, непременно найду, - услышала я в спину.
Но отвечать Федору не стала,  и оборачиваться не стала. Все, нет никакого Федора, нет мужчины со светло-серыми глазами и сиреневым кашне. И был ли вообще?!  Я снова рассмеялась и уже вслух.

(продолжение следует).

Рейтинг: +2 187 просмотров
Комментарии (2)
Владимир Мотошков # 21 сентября 2013 в 22:02 0
Хорошо написано. " Что наступит скорее, следующее утро или следующая жизнь" - браво!
Светлана Синева # 22 сентября 2013 в 09:51 0
Благодарю)))