ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → 1996 г. Начальник! Ну все так плохо…

 

1996 г. Начальник! Ну все так плохо…

29 ноября 2014 - Владимир Юрков
1996 г. Начальник! Ну все так плохо… Устоявшееся мнение утверждает, что лгать грешно… Ну мне, пишущему эти строки, как всякому, кто в той или иной степени причастен к волшебному миру искусства, с этим трудно согласиться. Всякое искусство есть вымысел, фантазия автора, а вымысел, соответственно, есть ложь. Искусство, и показывает, и рассказывает о том, чего нет, никогда не было, не будет, да, и кто его знает, могло бы ли быть вообще. Даже фотография, родившаяся как способ фиксации окружающей действительности, будучи чистойя правдой, довольно быстро изолгалась, благодаря художественным приемам разрезания, склеивания, ретуши и т.п., лишившись документальности. зато стала искусством,. Поэтому, читая книги, смотря фильмы, слушая музыку и любуясь картинами, люди купаются в море лжи и не считают умение лгать за порок, а, совсем наоборот – за талант и гениальность. Но вот в чем я абсолютно уверен – это в том, что лгать не просто сложно, а очень сложно. Сколько же всего надо держать в голове! И для этого необязательно сочинять роман или там, повесть – достаточно просто обмануть жену, сказав, что ты был не там, где ты был. Единожды солгав, приходится создавать альтернативный мир, чем-то подобный реальному, но существующий только в твоей голове, который нельзя, ни увидеть, ни осязать, а можно только помнить и представлять. И, чем больше у человека лжи, тем больше становится этих альтернативных, выдуманных миров, в которых параллельно реальной, волей-неволей, идет своя, выдуманная, жизнь, за которой надо следить и хорошенько помнить в каком из миров ты сейчас находишься, чтобы не опростоволоситься. Не буду повторять азбучные истины о незхадачливых мужьях-обманщиках, запутавшихся в лживых мирах, созданных отдельно для жены и каждой любовницы. Лучшее творение на эту тему - притча Козьмы Пруткова «Тихо и громко» - кто не знает – прочтите, благодаря интернету и электронным библиотекам, теперь это не проблема. Да, сколько же надо помнить, чтобы не запутаться в своих вымыслах. Иногда это удается на протяжении длительного времени, но… и на старуху бывает проруха – гласит народная мудрость. Любая система рано или поздно дает отказ. Подобное произошло с моим знакомым Вовой Левитом, когда он купил себе подержанный автомобиль «Фольксваген-Пассат» вместо, бывшего у него до той поры Жигуля-четверки. С этим Фольксвагеном сразу же вышли какие-то нескладехи. Началось все с того, что, сразу же после покупки, он сломался и его пришлось около недели ремонтировать. А поскольку Вовка купил его у каких-то своих, не то родственников, не то знакомых, скандалить по этому поводу он не стал, а просто, затаив злобу, смолчал. К тому же в нашей стране, задавленной (иначе не скажешь) воспоминаниями о Второй Мировой войне, еврей покупающий немецкую автомашину вызывает вполне обоснованные насмешки. В данном случае, тотчас нашелся шутник (имени которого я приводить не буду) рассказавший, что немцы, помимо Фольксвагена (народного автомобиля), разработанного для немецкого народа, создали отдельную марку специально для евреев. И, когда Вова, по простоте душевной, спросил: «Какую?», то, под громкий хохот, получил ответ «Газенваген»! Так и приклеилась эта кличка к Вовкиному Пассату. Чуть чего – «Ну как твой.. (и после небольшой паузы с нахальной ухмылкой) Газенваген?» Вовку это бесило, но автомобиль он не менял, упорно продолжая терпеть издевки. Вообще-то Вовка фанатом автомобилей не был и с трудом мог отличить свой Пассат от какой-нибудь Тойоты или Хонды. Для него автомобиль был не роскошью, не самовыражением, как для большинства русского народа, а всего лишь средством передвижения. Поэтому, пересев с Жигулей на Фольксваген он особой разницы не почувствовал. А может и заметил что-то , да не придал этому особого внимания, Руль там же, педали те же, даже кузов почти такой же – универсал. Что там было четыре колеса, что здесь – и все равно - четыре. В те годы, он арендовал цех на авиационном заводе, а поскольку его тесть входил в руководство этого завода, то оформил его, чтобы не вызывать лишних вопросов, слесарем с выдачей соответствующих документов, которыми Вовке неоднократно пользовался, чтобы отмазаться от ГАИшников. Тогда зарплаты были низкие, а безработица высокой, менты были злы, и на власть, и на страну, поскольку на фоне всеобщей разрухи они поняли, что упускают бразды правления, которые давали им пусть и не очень большой, но постоянный «левый» доход. Поэтому, прикинувшись «своим», то есть таким же, пострадавшим от краха СССРа «шлангом» можно было уйти от наказания. Вот как-то едет Володя домой, после напряженного трудового дня, усталый. В голове никак не утихнет шум и гам от очередной перепалки с рабочими, которые, как это постоянно бывает с подчиненными, стараются сделать все по-своему, а не так, как приказал начальник. А потом, вместо того, чтобы признать свою вину и переделать, начинают, вместо этого, доказывать с упорством идиотов, что черное – это, по их понятиям, белое. Причем выворачивая это так, что вроде как за неверно сделанную работу их начальство еще и благодарить должно. Вот и раздумывай теперь как исправить! И, в такой момент, его неожиданно тормозит гаишник. Весь в своих мыслях, Володя, не задумываясь ни о чем, вылазит из машины, даже не прикрыв дверь, подходит и предъявляет документы, среди которых, специально на такой случай, положен заводской пропуск, с ярко написанным, в графе «Должность» толстой черной ручкой, словом: «СЛЕСАРЬ» и канючит: - Ну, Начальник, ну все так плохо… зарплату задерживают… работать сверхурочно заставляют, никакой управы на этик буржуев нету… и тут еще ты… Мент вскинул на него удивленные глаза и, как бы, даже покачнулся от услышанного. Но Вовка, не поняв причины этого жеста, продолжил талдыкать всю ту же дребедень, которую мент слушал со все более и более разгорающейся улыбкой. Наконец, когда Вовка сделал паузу, чтобы заглотнуть побольше воздуха и продолжить говорильню, мент прервал его взмахом своего жезла, ткнув в сторону автомобиля и злобно промолвил сквозь зубы: – А эту тачку ты тоже на слесарную зарплату купил? Володя, в ту минуту, был очень далеко от земных проблем и начисто забыл, что у него уж неделю как нет Жигуля, а вместо него теперь Фольксваген, который в нашей нищей стране, даже здорово подержанный, знаменует собою достаток и престиж. Он настолько глубоко ушел мыслями в себя, что, по его же словам, для него было громом среди ясного неба, увидеть вместо ржавой по бокам Четверки, довольно чистенький, ухоженный, зеленый Пассат. Ему, на какое-то время даже показалось, что все это бред, или сон, или его машину угнали… но это не мое! – пронеслось в его голове… усталый ум никак не хотел возвращаться в мир реальности. Поэтому прошло некоторое время, продолжительность которого он так и не смог вспомнить, чтобы осознать произошедшее и сделать правильные выводы, спросив – «Сколько?»

© Copyright: Владимир Юрков, 2014

Регистрационный номер №0256051

от 29 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0256051 выдан для произведения: 1996 г. Начальник! Ну все так плохо… Устоявшееся мнение утверждает, что лгать грешно… Ну мне, пишущему эти строки, как всякому, кто в той или иной степени причастен к волшебному миру искусства, с этим трудно согласиться. Всякое искусство есть вымысел, фантазия автора, а вымысел, соответственно, есть ложь. Искусство, и показывает, и рассказывает о том, чего нет, никогда не было, не будет, да, и кто его знает, могло бы ли быть вообще. Даже фотография, родившаяся как способ фиксации окружающей действительности, будучи чистойя правдой, довольно быстро изолгалась, благодаря художественным приемам разрезания, склеивания, ретуши и т.п., лишившись документальности. зато стала искусством,. Поэтому, читая книги, смотря фильмы, слушая музыку и любуясь картинами, люди купаются в море лжи и не считают умение лгать за порок, а, совсем наоборот – за талант и гениальность. Но вот в чем я абсолютно уверен – это в том, что лгать не просто сложно, а очень сложно. Сколько же всего надо держать в голове! И для этого необязательно сочинять роман или там, повесть – достаточно просто обмануть жену, сказав, что ты был не там, где ты был. Единожды солгав, приходится создавать альтернативный мир, чем-то подобный реальному, но существующий только в твоей голове, который нельзя, ни увидеть, ни осязать, а можно только помнить и представлять. И, чем больше у человека лжи, тем больше становится этих альтернативных, выдуманных миров, в которых параллельно реальной, волей-неволей, идет своя, выдуманная, жизнь, за которой надо следить и хорошенько помнить в каком из миров ты сейчас находишься, чтобы не опростоволоситься. Не буду повторять азбучные истины о незхадачливых мужьях-обманщиках, запутавшихся в лживых мирах, созданных отдельно для жены и каждой любовницы. Лучшее творение на эту тему - притча Козьмы Пруткова «Тихо и громко» - кто не знает – прочтите, благодаря интернету и электронным библиотекам, теперь это не проблема. Да, сколько же надо помнить, чтобы не запутаться в своих вымыслах. Иногда это удается на протяжении длительного времени, но… и на старуху бывает проруха – гласит народная мудрость. Любая система рано или поздно дает отказ. Подобное произошло с моим знакомым Вовой Левитом, когда он купил себе подержанный автомобиль «Фольксваген-Пассат» вместо, бывшего у него до той поры Жигуля-четверки. С этим Фольксвагеном сразу же вышли какие-то нескладехи. Началось все с того, что, сразу же после покупки, он сломался и его пришлось около недели ремонтировать. А поскольку Вовка купил его у каких-то своих, не то родственников, не то знакомых, скандалить по этому поводу он не стал, а просто, затаив злобу, смолчал. К тому же в нашей стране, задавленной (иначе не скажешь) воспоминаниями о Второй Мировой войне, еврей покупающий немецкую автомашину вызывает вполне обоснованные насмешки. В данном случае, тотчас нашелся шутник (имени которого я приводить не буду) рассказавший, что немцы, помимо Фольксвагена (народного автомобиля), разработанного для немецкого народа, создали отдельную марку специально для евреев. И, когда Вова, по простоте душевной, спросил: «Какую?», то, под громкий хохот, получил ответ «Газенваген»! Так и приклеилась эта кличка к Вовкиному Пассату. Чуть чего – «Ну как твой.. (и после небольшой паузы с нахальной ухмылкой) Газенваген?» Вовку это бесило, но автомобиль он не менял, упорно продолжая терпеть издевки. Вообще-то Вовка фанатом автомобилей не был и с трудом мог отличить свой Пассат от какой-нибудь Тойоты или Хонды. Для него автомобиль был не роскошью, не самовыражением, как для большинства русского народа, а всего лишь средством передвижения. Поэтому, пересев с Жигулей на Фольксваген он особой разницы не почувствовал. А может и заметил что-то , да не придал этому особого внимания, Руль там же, педали те же, даже кузов почти такой же – универсал. Что там было четыре колеса, что здесь – и все равно - четыре. В те годы, он арендовал цех на авиационном заводе, а поскольку его тесть входил в руководство этого завода, то оформил его, чтобы не вызывать лишних вопросов, слесарем с выдачей соответствующих документов, которыми Вовке неоднократно пользовался, чтобы отмазаться от ГАИшников. Тогда зарплаты были низкие, а безработица высокой, менты были злы, и на власть, и на страну, поскольку на фоне всеобщей разрухи они поняли, что упускают бразды правления, которые давали им пусть и не очень большой, но постоянный «левый» доход. Поэтому, прикинувшись «своим», то есть таким же, пострадавшим от краха СССРа «шлангом» можно было уйти от наказания. Вот как-то едет Володя домой, после напряженного трудового дня, усталый. В голове никак не утихнет шум и гам от очередной перепалки с рабочими, которые, как это постоянно бывает с подчиненными, стараются сделать все по-своему, а не так, как приказал начальник. А потом, вместо того, чтобы признать свою вину и переделать, начинают, вместо этого, доказывать с упорством идиотов, что черное – это, по их понятиям, белое. Причем выворачивая это так, что вроде как за неверно сделанную работу их начальство еще и благодарить должно. Вот и раздумывай теперь как исправить! И, в такой момент, его неожиданно тормозит гаишник. Весь в своих мыслях, Володя, не задумываясь ни о чем, вылазит из машины, даже не прикрыв дверь, подходит и предъявляет документы, среди которых, специально на такой случай, положен заводской пропуск, с ярко написанным, в графе «Должность» толстой черной ручкой, словом: «СЛЕСАРЬ» и канючит: - Ну, Начальник, ну все так плохо… зарплату задерживают… работать сверхурочно заставляют, никакой управы на этик буржуев нету… и тут еще ты… Мент вскинул на него удивленные глаза и, как бы, даже покачнулся от услышанного. Но Вовка, не поняв причины этого жеста, продолжил талдыкать всю ту же дребедень, которую мент слушал со все более и более разгорающейся улыбкой. Наконец, когда Вовка сделал паузу, чтобы заглотнуть побольше воздуха и продолжить говорильню, мент прервал его взмахом своего жезла, ткнув в сторону автомобиля и злобно промолвил сквозь зубы: – А эту тачку ты тоже на слесарную зарплату купил? Володя, в ту минуту, был очень далеко от земных проблем и начисто забыл, что у него уж неделю как нет Жигуля, а вместо него теперь Фольксваген, который в нашей нищей стране, даже здорово подержанный, знаменует собою достаток и престиж. Он настолько глубоко ушел мыслями в себя, что, по его же словам, для него было громом среди ясного неба, увидеть вместо ржавой по бокам Четверки, довольно чистенький, ухоженный, зеленый Пассат. Ему, на какое-то время даже показалось, что все это бред, или сон, или его машину угнали… но это не мое! – пронеслось в его голове… усталый ум никак не хотел возвращаться в мир реальности. Поэтому прошло некоторое время, продолжительность которого он так и не смог вспомнить, чтобы осознать произошедшее и сделать правильные выводы, спросив – «Сколько?»
Рейтинг: 0 175 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!