ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → "Всему своё время"(Виктория Вирджиния Лукина)

"Всему своё время"(Виктория Вирджиния Лукина)

2061 год.

После Земного апокалипсиса, вызванного Глобальным Потеплением

и авариями на атомных электростанциях, Советский Союз всё ещё существует, но уже на Марсе...


* * *
Бледное Солнце оторвалось от линии горизонта. Как и четыре миллиарда лет назад, в его лучах загорелись красноватыми мазками сотни кратеров. Небо зарделось оранжево-розовым цветом, а вокруг самого диска набирал силу фиолетовый ореол. Равнина, лоскутом гофрированного шёлка, распласталась у подножия горы Олимп. Заискрились ледниковые шапки, вздохнули вулканы, а тончайший снежный наст от нахлынувшего тепла испарился легкой дымкой.
По безжизненной пустыне закружили пылевые вихри. Один из них, крутящейся воронкой добрался до обитаемой зоны и взорвался у её границы красно-черным конфетти. Ударившись об ограждение, все они рассыпались на морозе в снежную пыль, и только один сумел пробурить в стене крошечное сквозное отверстие. Очутившись в пункте назначения, «лазутчик» перевернулся на выпуклую спинку и поджал лапки.
* * *

Столица Марсква напоминала сказочный мир под сверкающим, словно гигантский мыльный пузырь, климатическим куполом. Солнечные батареи на крышах домов-сфер перемежались оранжереями и сонно крутящимися флюгерами. Мириады цветов, с чувствительными тычинками-антеннами и веерами зеркальных листьев, разворачивались к Солнцу в почтительном поклоне.
Проспекты и тротуары умылись брызгами поливальных вертушек, над центральной площадью, под парящими в воздухе торами автомагистралей, кружилась стая полиэтиленовых голубей, а из невидимых динамиков лилось: \"Союз нерушимых...\"

На улице Энтузиастов, в доме номер 12345, утро заблестело глянцем на белом полу, пригрелось в мягком ворсе ковра-поляны, заиграло золотистыми прожилками на стенах - трансформерах из оргстекла.
Электронный лабрадор Фобос, приговаривая «завтракать пора» запрыгнул на хозяйскую кровать.
- Фоб, какой ты обжора, - светловолосый парнишка вставил его хвост в зарядное устройство и выставил программу: «Кролик в сметане»

Фоторамка на прикроватной тумбочке посигналила синей кнопкой и, изображённая на ней смеющаяся девушка, сказала:
- Привет, Фрол! Сегодня – аттестация по архитектуре, наш проект Храма Всех Религий утверждён!
- Рад тебя видеть! - парень ласково провел рукой по фото.
- Ты чего меня разлохматил? – девушка взмахнула рукой, и одеяло слетело на пол.
- Ах, вот ты как! – он вскочил с постели и подтолкнул Фобоса к фотографии.
Тот приветственно лизнул изображение.
- Ой, обслюнявил всю! – нахмурилась девушка и синяя кнопка погасла. Фоторамка видоизменилась в куб с горящим циферблатом.
- Завтрак через десять минут и установи систему влажной уборки! – распорядились часы маминым голосом и преобразились в аквариум.
- Установлю, - буркнул Фрол, высыпая в него щепотку разноцветных горошин. Он дождался, пока они размокли, покрылись чешуёй и стали носиться друг за другом среди силиконовых водорослей, как настоящие рыбки… потом взял полотенце и пошёл в душ.
* * *
Кухня напоминала кают-компанию: большой овальный стол, полукругом – диван и несколько разномастных кресел для задушевных вечерних посиделок. Одно – из красной кожи, с уютными подлокотниками и тиснёными символами на высокой спинке, другое – авангардное, сплетённое из металлической лозы, а третье – из бурого дерева, с коваными когтистыми лапами на каждой изогнутой ножке.
На полках – модели космических кораблей, глобусы, причудливые сосуды из цветных вулканических сплавов, коллекция инопланетных камней и минералов, холодильные шкафы - до самого потолка, а стена напротив – сплошной сенсорный экран.

Фрол включил изображение: трёхмерная церковь с витражами-иллюминаторами взлетела ракетой и, рассекая оранжевое небо, взяла курс на Венеру.
- Это общий вид, - объяснил Фрол родителям, - есть ещё два десятка полномерно-тактильных чертежей: интерьеры, планы коммуникаций и алтарь, в котором мы использовали мотивы всех мировых конфессий.
- Я буду рекомендовать руководству включить твой проект в санаторно-курортный комплекс на побережье Ацидолийского моря, - заметила мама, - оздоровление советского человека должно базироваться на доверительных отношениях с Высшим Разумом!

Папа, гладко выбритый, с микротелефоном-серьгой, в виде красной звезды, в правом ухе, пил дымящийся энергетический напиток чёрного цвета. Перед ним стояла банка с надписью «Десерт «Система Менделеева» Он намазал сладкую массу на бисквит, хлебнул из чашки и сказал:
- Молодец сын! Дорогая, - он взглянул на жену, - а что у тебя?
- Разрабатываем тему лыжных курортов в зонах с низкой гравитацией: травматизм минимальный, тренировка вестибулярного аппарата, эмоционально – сплошные эндорфины, а значит – регуляция иммунной и нейроэндокринной систем. Геронтологи одобряют.
- Ма, а нормальным языком можно?
- Затяжные прыжки на лыжах с трамплина – источник радости и здоровья для всех, даже для столетних граждан! Теперь понятно? – покачала головой мама и принялась жевать салат из проросших капсул.

- Отец, а как твои кванты? – спросил Фрол, выжимая из тюбика вторую порцию глазуньи.
- Последняя модель квантового компьютера позволит выполнять задачи при участии параллельных вселенных: распределит составляющие сложной задачи между ними, а затем сложит «пазлы» в единственно правильное решение. Думаю, это будет 250-значное число, а может и более того.
- А как его расшифровывать?
- Для этого существует квантовая криптография, сынок. Язык цифр универсален для любого разума! Компьютеры прошлого столетия раскладывали бы такое число лет двести, а квантовый – пол часа.

– И чего их раньше не придумали? - воскликнула мама.
- Всему своё время, - папа с глубокомысленным видом отправил в рот очередной бисквит, - видимо, историческая необходимость в них созрела именно сейчас. Благодаря соединению компьютера и лазера, мы создали экспертные системы нового поколения с очень высоким интеллектом.
Он поманил Фобоса и обнял его:
- Как думаешь, псина, теневые фотоны из других вселенных воздействуют на лазерное излучение?
- Гав! Они размывают и рассеивают поток света, - отрапортовал пёс, - угостите пирожным, хозяин!
- Конечно, конечно, жуй дружище!

Фобос в один момент проглотил угощение и разлегся под столом.
- Что ты сделал? У него же нет системы пищеварения, он на аккумуляторах, - ахнула мама, заглядывая собаке под хвост, - Фобос, миленький, плюнь… это несъедобное для тебя, понимаешь? Вход у тебя есть, а вот выхода - нет!
- Теоретически возможны вход и выход в одном месте, – предположил папа, обожающий научные эксперименты.

Спокойствие нарушило пиканье красной звезды в папином ухе - звонок был из оборонного ведомства. Выслушав до конца невидимого собеседника, он сдвинул брови:
- То, что я вам сейчас скажу – секретная информация. Она пока не подтверждена, но есть основания подозревать, что сегодня на рассвете была совершена попытка проникновения.
- Кого и куда? – растерялся Флор.
- О чем ты? – изумилась мама. – Снаружи – минус сто пятьдесят градусов по Цельсию, а толщина стен климатического купола – два метра!

- Будем разбираться, - папа развел руками, - нарушена целостность оболочки, отверстие – около восьми миллиметров, уровень радиации за счёт проникающего повышенного ультрафиолета, в этом районе превысил норму. Фрол, в университет тебе сегодня идти не нужно.
- Но у меня встреча… и аттестация!
- Сегодня отменят занятия во всех учебных заведениях, отправляйся в Ретроград.
* * *

На улице было свежо и солнечно. Разноцветные аллеи, словно ручьи, петляя между домов, вливались в терминал уличных лифтов, развозивших марсквичей по трём уровням столицы. В верхнем уровне был расположен деловой город, в среднем – жилые районы, а в нижнем, с романтическим названием - Ретроград, находился чудный мир дачного посёлка. Первые поселенцы Марса, возраст которых варьировался от восьмидесяти до ста десяти лет, жили в Ретрограде, наслаждаясь креативным садоводством, рыбалкой, осваиванием вечного гончарного круга, написанием мемуаров и рукоделием.

Фрол пересёк сквер и подошёл к танцплощадке. Эстрада была украшена надувными шарами, а на скамейке лежала забытая кем-то атласная театральная сумочка. Возле автомата с газировкой он вынул из доступного отсека-кассы трёхкопеечную монету и опустил её в щёлку. В гранёный стакан полился вишнёвый сироп и пузырящаяся прохладная вода. Фрол стал пить, щурясь от солнца и чувствуя, как прохладная струйка стекает по подбородку и капает на ворот рубашки.
Он сорвал с клумбы бумажную ромашку и стал пересчитывать лепестки: любит, не любит, любит, не любит, любит… рассмеялся и побежал вдоль бутафорной берёзовой рощи, мимо искусственного пруда, к домику, увитому пластмассовыми розами и клематисом. На деревянном заборе жмурилась глиняная кошка, вдали куковала механическая кукушка, а под плеск воды из поливочного шланга, садовое радио тихо выводило: «Разбрелись возле тихой реки, васильки, васильки, васильки…»

- Бабуля! – позвал Фрол.
Бабушка вышла ему навстречу в соломенной шляпе и батистовом сарафане до пят, – стройная, загорелая, со смеющимися морщинками у глаз:
- Фролушка приехал! Сейчас чаёвничать будем!
Она накрыла стол в беседке: самовар, мёд, пышные оладьи, сметана… заварила в чайничке мелиссу и смородиновый лист.
Когда в чашках задымился душистый чай, подошел дед – высокий, крепкий, с рубанком и рулеткой в руках.
- Привет, внук! Если у нас заночуешь, можем ночью рыбу поудить, - он кивнул в сторону небольшого бассейна, в котором плескались два десятка радиоуправлямых лещей.
- С удовольствием! А я привез вам новый времясберегающий компрессор. Когда заняться будет нечем или настроение неважное, нужно прилечь и подключить прибор. Ночной сон - не учитывается. Соотношение - один к ста. Каждый час такого сна превращается в сто часов вашего жизненного резерва! Это новая разработка Академии Наук, нам тоже такие выдали.

- Спасибо, внучек, - улыбнулась бабушка, - пригодится! У нас с дедом есть мечта!
Она подвела Фрола к садовому телескопу:
- Видишь зеленоватую звёздочку? Это Земля, мы родились на ней… и с годами все чаще снятся нам трамваи далёкого детства, летние кинотеатры в черноморских посёлках, школьные вечера и пионы на могилах наших родителей. Мы – невозвращенцы, но надеемся дожить до того времени, когда можно будет запросто слетать на Землю.
- На современных кораблях полёт займет двести суток по эллипсу и пятьдесят – по параболе, - сказал дед, - но космолеты с ядерными двигателями в скором будущем смогут добраться до околоземной орбиты всего за пять-шесть часов! Так что будем консервировать время, чтобы сбылась наша мечта!

Наступили сумерки, а чаепитие в садовой беседке всё ещё продолжалось. Маленькое марсианское солнце закатилось в сине-фиолетовую мглу, окрасилось пурпурными тенями и напоследок сверкнуло лучами.
- Красиво! - задумчиво произнесла бабушка, - Сколько времени можно смотреть на закат? И кому нужно, чтобы закат продолжался целую вечность? И кому нужно вечное тепло? Кому нужен вечный аромат? Ведь ко всему этому привыкаешь и уже просто перестаешь замечать. Закатом хорошо любоваться минуту, ну две. А потом хочется чего-нибудь другого...- Ты права, - дед взял её за руку, - хочется другого заката - земного!

* * *

По коридору Института Новейших Технологий, поскрипывая металлическими суставами, двигался Робот–смотритель. Одна из микросхем его мозга диктовала ему представление об идеальном порядке. На ходу заменив перегоревшую лампочку и высосав носком ботинка пыль вдоль плинтуса, он заметил ещё один непорядок – приоткрытую дверь в лабораторию. Включив максимальную дальнозоркость, он заглянул внутрь.

Профессор с красной звёздочкой в левом ухе склонился над микроскопом, а увеличенные изображения, ритмично мелькали на гигантском мониторе:
полимерные чешуйки, сегменты полукруглых крыльев, частицы красного пигмента, черные вкрапления шунгита, капроновые жгутики зрительного нерва, чип с системой координации и адаптации, запаянная ампула с цифровым информационным кодом.
Робот увидел, как игла-микрон поддела место спайки, и бесконечное количество чисел помчалось бегущей строкой.

- Двухсот пятидесятизначное число!!! – с восторгом воскликнул профессор, потирая руки, – Ещё одно подтверждение моей гипотезы мироздания: «Всему – своё время!» Пока квантовый криптограф будет подбирать ключ к шифру, сделаю учетные записи, итак:
« Обнаруженная модель изготовлена из высокотехнологичных материалов, неподвижна, полностью идентична реальному подвиду жесткокрылых членистоногих, обитавших на планете Земля и именуемых кокцинеллами, коровками Моисея, жуком Святой Девы Марии или птичкой Девы. По древним поверьям, считается слугой Богородицы и играет роль посланца, приносящего людям удачу»

Профессор, не отходя от микроскопа, собрал воедино все составные части жука, и словно маленькую красочную брошь, положил в специальный контейнер у открытого окна. Робот тихонько прикрыл дверь, и никто не заметил, как через секунду чудо-экспонат бесследно исчез.
* * *
Закат окрасился алым заревом. Сумеречные тени вплелись в бутоны рукотворных цветов, светодиодами зажглась листва на фонарях-рябинах, остановили бег тротуары…«Спят усталые игрушки, книжки спят…»
Двое малышей во фланелевых пижамах шептались, сидя на подоконнике.
- Ну, покажи-ии… я никому не скажу!
- Поклянись!
- Клянусь Поясом Астероидов!
Маленький кулачок разжался - на ладошке лежал красный шарик с черными крапинками.
- Может, это кусочек кометы или застывшая капля заката?
- Она не застывшая, она – живая!
- Не верю…
- А я верю! Просто её нужно согреть.
Малыш сложил ладони коробочкой и стал дышать в них.
Шарик качнулся, по бокам у него появились лапки, выглянула чёрная головка, красная спинка в чёрный горошек разделилась надвое и… он взлетел!
- Это божья коровка!!!
- Кто тебе сказал?
- Никто…я это знал… всегда…
- На Марсе никогда не было коровок!
- Теперь есть!
Дети, затаив дыхание, посмотрели на звёздное небо.
- Божья?!!!
- Да…
* * *

Наступила ночь. Город спал, звенели электрические цикады, из калориферов дул тёплый ветер с ароматом маттиол, а сквозь прозрачный климатический купол глядели россыпи загадочных созвездий.
В кухонной кают-компании дома номер 12345 горел свет. Папа, в атласном халате, величаво восседал в кресле из бурого дерева, с коваными когтистыми лапами на каждой изогнутой ножке. Мама, в цветастой ночнушке, откинулась на высокую, с тиснеными символами, спинку красного кожаного кресла. А электронный лабрадор Фобос уютно устроился в авангардном плетении из металлической лозы.
- Видишь ли, - рассуждал папа, - нельзя идти вперёд, не оглядываясь, какие бы заманчивые горизонты не манили. Любая эволюция имеет начало, и ни в коем случае нельзя его отсекать, это все равно, что лишить структуру ДНК одного из звеньев.
- Не томи, - взмолилась мама, - даже Фобос отключился, потому что твои размышления действуют, как снотворное. Так что там выдал твой квантовый компьютер?!

- Э-эээ, известно, что в прошлом употребляли спиртовые настойки по поводу и без повода. Сегодня у нас повод есть, давай чокнемся за счастье всего человечества!
- Давай! В аптечке сохранилась реликтовая спиртовая настойка «Пертуссин».
- Наливай!
- За счастье!
Они выпили по столовой ложке густого лекарства и папа, наконец, вымолвил:
- В послании было сказано: «ВОЗРОЖДАЙ И ПИТАЙ КОРНИ И ВЕЧНОЕ ДРЕВО ЖИЗНИ ОКРЕПНЕТ, А ЕГО МОЛОДЫЕ ВЕТВИ ПРОРАСТУТ К САМЫМ ДАЛЁКИМ ЗВЁЗДАМ»
Мама вскинула брови:
- Неужели пришло время оглянуться на покинутую Землю? Разве можно ждать милости от неё, после того, что с ней сделали люди?
- Да, дорогая, она уникальна и готова к возрождению! Всему своё время. Время разрушать и время строить. Время молчать и время говорить.

© Copyright: Вино из одуванчиков!, 2012

Регистрационный номер №0062803

от 15 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0062803 выдан для произведения:

2061 год.

После Земного апокалипсиса, вызванного Глобальным Потеплением

и авариями на атомных электростанциях, Советский Союз всё ещё существует, но уже на Марсе...


* * *
Бледное Солнце оторвалось от линии горизонта. Как и четыре миллиарда лет назад, в его лучах загорелись красноватыми мазками сотни кратеров. Небо зарделось оранжево-розовым цветом, а вокруг самого диска набирал силу фиолетовый ореол. Равнина, лоскутом гофрированного шёлка, распласталась у подножия горы Олимп. Заискрились ледниковые шапки, вздохнули вулканы, а тончайший снежный наст от нахлынувшего тепла испарился легкой дымкой.
По безжизненной пустыне закружили пылевые вихри. Один из них, крутящейся воронкой добрался до обитаемой зоны и взорвался у её границы красно-черным конфетти. Ударившись об ограждение, все они рассыпались на морозе в снежную пыль, и только один сумел пробурить в стене крошечное сквозное отверстие. Очутившись в пункте назначения, «лазутчик» перевернулся на выпуклую спинку и поджал лапки.
* * *

Столица Марсква напоминала сказочный мир под сверкающим, словно гигантский мыльный пузырь, климатическим куполом. Солнечные батареи на крышах домов-сфер перемежались оранжереями и сонно крутящимися флюгерами. Мириады цветов, с чувствительными тычинками-антеннами и веерами зеркальных листьев, разворачивались к Солнцу в почтительном поклоне.
Проспекты и тротуары умылись брызгами поливальных вертушек, над центральной площадью, под парящими в воздухе торами автомагистралей, кружилась стая полиэтиленовых голубей, а из невидимых динамиков лилось: \"Союз нерушимых...\"

На улице Энтузиастов, в доме номер 12345, утро заблестело глянцем на белом полу, пригрелось в мягком ворсе ковра-поляны, заиграло золотистыми прожилками на стенах - трансформерах из оргстекла.
Электронный лабрадор Фобос, приговаривая «завтракать пора» запрыгнул на хозяйскую кровать.
- Фоб, какой ты обжора, - светловолосый парнишка вставил его хвост в зарядное устройство и выставил программу: «Кролик в сметане»

Фоторамка на прикроватной тумбочке посигналила синей кнопкой и, изображённая на ней смеющаяся девушка, сказала:
- Привет, Фрол! Сегодня – аттестация по архитектуре, наш проект Храма Всех Религий утверждён!
- Рад тебя видеть! - парень ласково провел рукой по фото.
- Ты чего меня разлохматил? – девушка взмахнула рукой, и одеяло слетело на пол.
- Ах, вот ты как! – он вскочил с постели и подтолкнул Фобоса к фотографии.
Тот приветственно лизнул изображение.
- Ой, обслюнявил всю! – нахмурилась девушка и синяя кнопка погасла. Фоторамка видоизменилась в куб с горящим циферблатом.
- Завтрак через десять минут и установи систему влажной уборки! – распорядились часы маминым голосом и преобразились в аквариум.
- Установлю, - буркнул Фрол, высыпая в него щепотку разноцветных горошин. Он дождался, пока они размокли, покрылись чешуёй и стали носиться друг за другом среди силиконовых водорослей, как настоящие рыбки… потом взял полотенце и пошёл в душ.
* * *
Кухня напоминала кают-компанию: большой овальный стол, полукругом – диван и несколько разномастных кресел для задушевных вечерних посиделок. Одно – из красной кожи, с уютными подлокотниками и тиснёными символами на высокой спинке, другое – авангардное, сплетённое из металлической лозы, а третье – из бурого дерева, с коваными когтистыми лапами на каждой изогнутой ножке.
На полках – модели космических кораблей, глобусы, причудливые сосуды из цветных вулканических сплавов, коллекция инопланетных камней и минералов, холодильные шкафы - до самого потолка, а стена напротив – сплошной сенсорный экран.

Фрол включил изображение: трёхмерная церковь с витражами-иллюминаторами взлетела ракетой и, рассекая оранжевое небо, взяла курс на Венеру.
- Это общий вид, - объяснил Фрол родителям, - есть ещё два десятка полномерно-тактильных чертежей: интерьеры, планы коммуникаций и алтарь, в котором мы использовали мотивы всех мировых конфессий.
- Я буду рекомендовать руководству включить твой проект в санаторно-курортный комплекс на побережье Ацидолийского моря, - заметила мама, - оздоровление советского человека должно базироваться на доверительных отношениях с Высшим Разумом!

Папа, гладко выбритый, с микротелефоном-серьгой, в виде красной звезды, в правом ухе, пил дымящийся энергетический напиток чёрного цвета. Перед ним стояла банка с надписью «Десерт «Система Менделеева» Он намазал сладкую массу на бисквит, хлебнул из чашки и сказал:
- Молодец сын! Дорогая, - он взглянул на жену, - а что у тебя?
- Разрабатываем тему лыжных курортов в зонах с низкой гравитацией: травматизм минимальный, тренировка вестибулярного аппарата, эмоционально – сплошные эндорфины, а значит – регуляция иммунной и нейроэндокринной систем. Геронтологи одобряют.
- Ма, а нормальным языком можно?
- Затяжные прыжки на лыжах с трамплина – источник радости и здоровья для всех, даже для столетних граждан! Теперь понятно? – покачала головой мама и принялась жевать салат из проросших капсул.

- Отец, а как твои кванты? – спросил Фрол, выжимая из тюбика вторую порцию глазуньи.
- Последняя модель квантового компьютера позволит выполнять задачи при участии параллельных вселенных: распределит составляющие сложной задачи между ними, а затем сложит «пазлы» в единственно правильное решение. Думаю, это будет 250-значное число, а может и более того.
- А как его расшифровывать?
- Для этого существует квантовая криптография, сынок. Язык цифр универсален для любого разума! Компьютеры прошлого столетия раскладывали бы такое число лет двести, а квантовый – пол часа.

– И чего их раньше не придумали? - воскликнула мама.
- Всему своё время, - папа с глубокомысленным видом отправил в рот очередной бисквит, - видимо, историческая необходимость в них созрела именно сейчас. Благодаря соединению компьютера и лазера, мы создали экспертные системы нового поколения с очень высоким интеллектом.
Он поманил Фобоса и обнял его:
- Как думаешь, псина, теневые фотоны из других вселенных воздействуют на лазерное излучение?
- Гав! Они размывают и рассеивают поток света, - отрапортовал пёс, - угостите пирожным, хозяин!
- Конечно, конечно, жуй дружище!

Фобос в один момент проглотил угощение и разлегся под столом.
- Что ты сделал? У него же нет системы пищеварения, он на аккумуляторах, - ахнула мама, заглядывая собаке под хвост, - Фобос, миленький, плюнь… это несъедобное для тебя, понимаешь? Вход у тебя есть, а вот выхода - нет!
- Теоретически возможны вход и выход в одном месте, – предположил папа, обожающий научные эксперименты.

Спокойствие нарушило пиканье красной звезды в папином ухе - звонок был из оборонного ведомства. Выслушав до конца невидимого собеседника, он сдвинул брови:
- То, что я вам сейчас скажу – секретная информация. Она пока не подтверждена, но есть основания подозревать, что сегодня на рассвете была совершена попытка проникновения.
- Кого и куда? – растерялся Флор.
- О чем ты? – изумилась мама. – Снаружи – минус сто пятьдесят градусов по Цельсию, а толщина стен климатического купола – два метра!

- Будем разбираться, - папа развел руками, - нарушена целостность оболочки, отверстие – около восьми миллиметров, уровень радиации за счёт проникающего повышенного ультрафиолета, в этом районе превысил норму. Фрол, в университет тебе сегодня идти не нужно.
- Но у меня встреча… и аттестация!
- Сегодня отменят занятия во всех учебных заведениях, отправляйся в Ретроград.
* * *

На улице было свежо и солнечно. Разноцветные аллеи, словно ручьи, петляя между домов, вливались в терминал уличных лифтов, развозивших марсквичей по трём уровням столицы. В верхнем уровне был расположен деловой город, в среднем – жилые районы, а в нижнем, с романтическим названием - Ретроград, находился чудный мир дачного посёлка. Первые поселенцы Марса, возраст которых варьировался от восьмидесяти до ста десяти лет, жили в Ретрограде, наслаждаясь креативным садоводством, рыбалкой, осваиванием вечного гончарного круга, написанием мемуаров и рукоделием.

Фрол пересёк сквер и подошёл к танцплощадке. Эстрада была украшена надувными шарами, а на скамейке лежала забытая кем-то атласная театральная сумочка. Возле автомата с газировкой он вынул из доступного отсека-кассы трёхкопеечную монету и опустил её в щёлку. В гранёный стакан полился вишнёвый сироп и пузырящаяся прохладная вода. Фрол стал пить, щурясь от солнца и чувствуя, как прохладная струйка стекает по подбородку и капает на ворот рубашки.
Он сорвал с клумбы бумажную ромашку и стал пересчитывать лепестки: любит, не любит, любит, не любит, любит… рассмеялся и побежал вдоль бутафорной берёзовой рощи, мимо искусственного пруда, к домику, увитому пластмассовыми розами и клематисом. На деревянном заборе жмурилась глиняная кошка, вдали куковала механическая кукушка, а под плеск воды из поливочного шланга, садовое радио тихо выводило: «Разбрелись возле тихой реки, васильки, васильки, васильки…»

- Бабуля! – позвал Фрол.
Бабушка вышла ему навстречу в соломенной шляпе и батистовом сарафане до пят, – стройная, загорелая, со смеющимися морщинками у глаз:
- Фролушка приехал! Сейчас чаёвничать будем!
Она накрыла стол в беседке: самовар, мёд, пышные оладьи, сметана… заварила в чайничке мелиссу и смородиновый лист.
Когда в чашках задымился душистый чай, подошел дед – высокий, крепкий, с рубанком и рулеткой в руках.
- Привет, внук! Если у нас заночуешь, можем ночью рыбу поудить, - он кивнул в сторону небольшого бассейна, в котором плескались два десятка радиоуправлямых лещей.
- С удовольствием! А я привез вам новый времясберегающий компрессор. Когда заняться будет нечем или настроение неважное, нужно прилечь и подключить прибор. Ночной сон - не учитывается. Соотношение - один к ста. Каждый час такого сна превращается в сто часов вашего жизненного резерва! Это новая разработка Академии Наук, нам тоже такие выдали.

- Спасибо, внучек, - улыбнулась бабушка, - пригодится! У нас с дедом есть мечта!
Она подвела Фрола к садовому телескопу:
- Видишь зеленоватую звёздочку? Это Земля, мы родились на ней… и с годами все чаще снятся нам трамваи далёкого детства, летние кинотеатры в черноморских посёлках, школьные вечера и пионы на могилах наших родителей. Мы – невозвращенцы, но надеемся дожить до того времени, когда можно будет запросто слетать на Землю.
- На современных кораблях полёт займет двести суток по эллипсу и пятьдесят – по параболе, - сказал дед, - но космолеты с ядерными двигателями в скором будущем смогут добраться до околоземной орбиты всего за пять-шесть часов! Так что будем консервировать время, чтобы сбылась наша мечта!

Наступили сумерки, а чаепитие в садовой беседке всё ещё продолжалось. Маленькое марсианское солнце закатилось в сине-фиолетовую мглу, окрасилось пурпурными тенями и напоследок сверкнуло лучами.
- Красиво! - задумчиво произнесла бабушка, - Сколько времени можно смотреть на закат? И кому нужно, чтобы закат продолжался целую вечность? И кому нужно вечное тепло? Кому нужен вечный аромат? Ведь ко всему этому привыкаешь и уже просто перестаешь замечать. Закатом хорошо любоваться минуту, ну две. А потом хочется чего-нибудь другого...- Ты права, - дед взял её за руку, - хочется другого заката - земного!

* * *

По коридору Института Новейших Технологий, поскрипывая металлическими суставами, двигался Робот–смотритель. Одна из микросхем его мозга диктовала ему представление об идеальном порядке. На ходу заменив перегоревшую лампочку и высосав носком ботинка пыль вдоль плинтуса, он заметил ещё один непорядок – приоткрытую дверь в лабораторию. Включив максимальную дальнозоркость, он заглянул внутрь.

Профессор с красной звёздочкой в левом ухе склонился над микроскопом, а увеличенные изображения, ритмично мелькали на гигантском мониторе:
полимерные чешуйки, сегменты полукруглых крыльев, частицы красного пигмента, черные вкрапления шунгита, капроновые жгутики зрительного нерва, чип с системой координации и адаптации, запаянная ампула с цифровым информационным кодом.
Робот увидел, как игла-микрон поддела место спайки, и бесконечное количество чисел помчалось бегущей строкой.

- Двухсот пятидесятизначное число!!! – с восторгом воскликнул профессор, потирая руки, – Ещё одно подтверждение моей гипотезы мироздания: «Всему – своё время!» Пока квантовый криптограф будет подбирать ключ к шифру, сделаю учетные записи, итак:
« Обнаруженная модель изготовлена из высокотехнологичных материалов, неподвижна, полностью идентична реальному подвиду жесткокрылых членистоногих, обитавших на планете Земля и именуемых кокцинеллами, коровками Моисея, жуком Святой Девы Марии или птичкой Девы. По древним поверьям, считается слугой Богородицы и играет роль посланца, приносящего людям удачу»

Профессор, не отходя от микроскопа, собрал воедино все составные части жука, и словно маленькую красочную брошь, положил в специальный контейнер у открытого окна. Робот тихонько прикрыл дверь, и никто не заметил, как через секунду чудо-экспонат бесследно исчез.
* * *
Закат окрасился алым заревом. Сумеречные тени вплелись в бутоны рукотворных цветов, светодиодами зажглась листва на фонарях-рябинах, остановили бег тротуары…«Спят усталые игрушки, книжки спят…»
Двое малышей во фланелевых пижамах шептались, сидя на подоконнике.
- Ну, покажи-ии… я никому не скажу!
- Поклянись!
- Клянусь Поясом Астероидов!
Маленький кулачок разжался - на ладошке лежал красный шарик с черными крапинками.
- Может, это кусочек кометы или застывшая капля заката?
- Она не застывшая, она – живая!
- Не верю…
- А я верю! Просто её нужно согреть.
Малыш сложил ладони коробочкой и стал дышать в них.
Шарик качнулся, по бокам у него появились лапки, выглянула чёрная головка, красная спинка в чёрный горошек разделилась надвое и… он взлетел!
- Это божья коровка!!!
- Кто тебе сказал?
- Никто…я это знал… всегда…
- На Марсе никогда не было коровок!
- Теперь есть!
Дети, затаив дыхание, посмотрели на звёздное небо.
- Божья?!!!
- Да…
* * *

Наступила ночь. Город спал, звенели электрические цикады, из калориферов дул тёплый ветер с ароматом маттиол, а сквозь прозрачный климатический купол глядели россыпи загадочных созвездий.
В кухонной кают-компании дома номер 12345 горел свет. Папа, в атласном халате, величаво восседал в кресле из бурого дерева, с коваными когтистыми лапами на каждой изогнутой ножке. Мама, в цветастой ночнушке, откинулась на высокую, с тиснеными символами, спинку красного кожаного кресла. А электронный лабрадор Фобос уютно устроился в авангардном плетении из металлической лозы.
- Видишь ли, - рассуждал папа, - нельзя идти вперёд, не оглядываясь, какие бы заманчивые горизонты не манили. Любая эволюция имеет начало, и ни в коем случае нельзя его отсекать, это все равно, что лишить структуру ДНК одного из звеньев.
- Не томи, - взмолилась мама, - даже Фобос отключился, потому что твои размышления действуют, как снотворное. Так что там выдал твой квантовый компьютер?!

- Э-эээ, известно, что в прошлом употребляли спиртовые настойки по поводу и без повода. Сегодня у нас повод есть, давай чокнемся за счастье всего человечества!
- Давай! В аптечке сохранилась реликтовая спиртовая настойка «Пертуссин».
- Наливай!
- За счастье!
Они выпили по столовой ложке густого лекарства и папа, наконец, вымолвил:
- В послании было сказано: «ВОЗРОЖДАЙ И ПИТАЙ КОРНИ И ВЕЧНОЕ ДРЕВО ЖИЗНИ ОКРЕПНЕТ, А ЕГО МОЛОДЫЕ ВЕТВИ ПРОРАСТУТ К САМЫМ ДАЛЁКИМ ЗВЁЗДАМ»
Мама вскинула брови:
- Неужели пришло время оглянуться на покинутую Землю? Разве можно ждать милости от неё, после того, что с ней сделали люди?
- Да, дорогая, она уникальна и готова к возрождению! Всему своё время. Время разрушать и время строить. Время молчать и время говорить.

Рейтинг: +4 594 просмотра
Комментарии (4)
Галина Емельянова # 16 июля 2012 в 17:28 +2
Очень понравилось!Удачи! 9c054147d5a8ab5898d1159f9428261c
Виктория Вирджиния Лукина # 17 июля 2012 в 18:28 +1
Спасибо, Галина! Конкурс замечательный, рада, что мой рассказ вписался в него.

И Вам удачи во всём! korzina
Анна Магасумова # 16 июля 2012 в 20:32 +1
Мне тоже понравилась, настоящая фантастика! elka
Виктория Вирджиния Лукина # 17 июля 2012 в 18:33 +1
Спасибо, Анна! Это моя первая работа в области околонаучной фантастики, очень рада, что Вам понравилась.

С теплом, Виктория. buket2

 

Популярная проза за месяц
175
142
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
116
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
106
101
101
101
100
100
97
95
93
93
92
91
89
85
84
84
82
82
81
77
73
61
52
50