ГлавнаяВся прозаМалые формыНовеллы → Ненаписанная история

 

Ненаписанная история

7 июня 2012 - Асёночек F.....

 "Основная идея всегда должна быть недосягаемо выше,

                                                                                                  чем возможность ее исполнения."(c)

                                                                                                                          Ф.М. Достоевский


«Я хочу написать. Я действительно хочу написать эту историю, но почему у меня всегда что-то с ней не так и она упорно не выходит, как надо» — на уроке истории мысли Сэма витали совершенно не там где надо, но и причины были веские. Какая вообще может быть история мира, когда собственная история никак не складывается?! Вот уже столько времени она сидит в голове, но когда приходит время её материализовать, переместив на бумагу, вся задумка будто рушится, мысли спутываются и получается всякий бред. Одна неудача, потом ещё и ещё – да парень просто был в отчаянии и, конечно же, ни на одном школьном уроке сосредоточится не мог. Он обожал писать, и каждое фиаско именно в этом деле отражалось на нём особенно болезненно, а в данном случае была просто катастрофа. Но он не планировал сдаваться, желание написать эту злосчастную историю с каждой неудачей возрастало всё больше, тут уже и самолюбие было поставлено на карту. Написать именно так как хочешь прочитать, так как задумано – только так и никаких уступок. Это важнейшее условие Сэма, которое он поставил перед собой, и было причиной того, что каждый вечер горы исписанных и перечёркнутых листов летели в мусорку. 
Сэма на самом деле звали Семёном, но сам парень очень не любил своё имя и ещё с самого детства представлялся только Сэмом. Родители долго боролись с этой его привычкой «представляться не своим именем», но Сэм упорно стоял на своём и в конце концов «глупое иностранное искажение прекрасного имени – Сёма» было принято и ими. С тех пор все и звали паренька исключительно Сэмом, любые вариации с этим именем он тоже запретил кому-либо и за нарушение мог жестоко избить на полном серьёзе. Не из-за того что он был очень-то жесток, но характер у него был тяжёлый, упрямый и непреклонный, не терпящий никаких возражений, если он что-то решил. И вот такой человек однажды решил заняться писательством. Не для того чтобы стать знаменитым и получать лавры – это всё он даже не любил, считая глупой мишурой, а просто для себя, для того чтобы выпускать накопившиеся мысли и эмоции, на которые он был так скуп с теми, кто его окружал. Решил он очень серьёзно и поэтому был в этом очень строг, до того, что не успокаивался, пока какая-либо история или рассказ не доходили до идеала в его глазах. Но несмотря на такое рвение, свои творения он никому не показывал, просто не находя в этом необходимости, поэтому помощи он ни от кого не ждал и если мучился с чем-нибудь, мучился он в гордом одиночестве. Однако парню на это было плевать, когда он писал, он ничего не желал так сильно, как закончить свой рассказ безупречно. У запутанной же истории, которая несколько недель назад родилась в воображении Сэма, были другие планы, она как могла всё больше и больше отдалялась от задуманного идеала, изматывая парня всё больше. Даже родители начали уже беспокоиться – их сын стал вдруг ещё более скрытным, чем был, почти ничего нормально не ел и всё время ходил мрачным и задумчивым. От немногочисленных друзей же парень вообще ужасно отдалился и даже после стольких жертв все его яростные старания проходили даром – история не писалась и всё…
Очередной раз в мрачной задумчивости придя из школы, Сэм засел за свой «рабочий» стол и в очередной раз ничего не выходило.
— Так у тебя никогда ничего не получиться! – приятный голос неожиданно раздавшийся из ниоткуда, заставил Сэма невольно вздрогнуть. Парень был не из пугливых, но голос будто бы пронзил его своей внушительность, хотя его тон и был мягким. К тому же атмосферу накалял тот факт, что как Сэм ни старался, источник этого голоса он так и не нашёл. Поэтому подумав, что это ему послышалось от переутомлённости, он мотнул головой, будто отряхиваясь от напавшего наваждения, и вновь принялся за попытки написания.
— Я сказал – это бесполезно! – в новом призыве послышалось лёгкое раздражение, но раздражение возникло и в самом Сэме: выждав момент, он резко обернулся, на этот раз решив во что бы то ни стало найти злосчастный источник таинственного голоса. Однако ему не пришлось прилагать так много усилий, как он планировал, поскольку этот самый источник стоял прямо перед ним. 
От увиденного Сэм на несколько секунд не то что дар речи потерял, у него все мысли из головы вылетели в одно мгновение и первым желанием после того, как наваждение прошло было сильно-сильно протереть глаза – перед ним стоял ОН. Именно Он – главный герой его истории. Именно такой, как он себе во всех подробностях и представлял: белая полу расстёгнутая рубашка, облегающая будто выточенное из мрамора идеальное тело, чёрные брюки прямо под стать чёрным, как ночь, волосам, обрамлённым в великолепную короткую стрижку, пронизывающий до самых костей холодный взгляд небесно-голубых глаз и вечная ухмылка завораживающих тонких губ, которые так же, как всё тело и лицо были словно выточены и только яркая, словно пульсирующая, кровь, разливавшаяся по ним, говорила о том, что это не безжизненный камень. Да и этот созданный бурным воображением Сэма красавец сейчас стоял перед ним самым живым образом и не спешил исчезать, сколько бы парень не моргал. Мало того, поспешил снова заговорить, подтверждая своё явственное существование: 
— Ты изначально не понимаешь всей сути того, что делаешь, – шок от своего появления ничуть не смутил персонажа, он говорил совершенно спокойно, что нельзя было сказать о Сэме.
Опомнившись вполне, первое что он подумал, это то, что сошёл с ума, последующие мысли лишь подтверждали самую первую и пытались дать этому помешательству логическое объяснение: он измучен, он переутомился и слишком зациклился на всей этой истории и теперь у него галлюцинации от усталости... Если подумать, то не так уж это и странно, бывали же такие случаи, просто надо отдохнуть хорошенько, может выспаться, отвлечься и всё само пройдёт. Придя к такому выводу Сэм судорожно направился к выходу из комнаты, стараясь не замечать призрака.
— Игнорировать меня у тебя всё равно долго не получиться! — призрак сразу же угадал все намерения Сэма и не заставил себя долго ждать ответом на них, это обстоятельство парня чуть приостановило, чего странному видению вполне хватило, чтобы продолжить. – Чтобы между нами вдруг не оказалось недопонимания, сразу говорю: «Да, меня нет и я — всего лишь игра твоего воображения», но я не дам тебе себя не замечать, пока ты не выслушаешь меня и поэтому ты либо в конце концов сойдёшь с ума, либо уделишь мне немного своего драгоценного времени для твоего же блага.
Аргументы были довольно веские и Сэм пошёл на попятную: он мог выступить против шайки отъявленных хулиганов с лёгкостью, но всё, что было связанно с подобными вещами, старался обходить стороной, хоть и никогда не показывал своей опаски другим.
— Что тебе нужно? – хрипловато спросил он, подозрительно глядя на необычного гостя.
— Повторюсь уже в который раз: выслушай меня!
— И что же мне нужно выслушать?
— То, что я сейчас скажу, кретин! – как и задумывал когда-то Сэм, характер у парня был раздражительным, вспыльчивым и нетерпеливым, а сейчас он явно уже начал выходить из себя.
— Я не про это! – вся ситуация всё больше злила и Сэма. Голос его приобретал всё больше твёрдости и грозности. – О чём ты собираешься мне говорить? Может, ты — моя совесть и пришёл наставлять меня на путь истинный, читая лекции о том, какой я скрытный и злобный тип. Или же ты — «видение из будущего», прибывшее предостеречь меня от всевозможных напастей?! Предупреди уж меня! Потрясений с меня на сегодня хватит!
Закончил парень весьма запальчиво, но видение не обратило на это особого внимания, разве что выражение лица стало ясно говорить «ты — идиот». 
— Видно, совсем исписался, бедняга, но всё-таки можно было услышать хоть что-то из того, что я говорил ранее. Да и мой внешний вид должен был дать тебе немалую пищу для размышления... Теперь соображаешь?!
— Так ты… из-за истории? – озарило парня.
— Ну наконец-то, фанфары в студию!
— Слышь ты, остроумник, помолчал бы уж, подобные видения несколько не располагают к здравым рассуждениям!
— Ой, бедняжечка! Да ты мог сообразить всё уже тогда, когда раздумывал, как такое чудо, как я мог появиться перед твоим взором, но ты решил всё спихнуть на усталость! – сарказм красавца брызгал раздражением уже через край.
— Как.. – удивился Сэм, но видение перебило его ещё более раздражительно:
— Я родился из твоих мыслей, и ты ещё можешь предполагать, что они мне неизвестны?!
На этом призрак, как видно, потерял всякое терпение и всем своим видом показал, что больше ничего разъяснять не будет:
— Ну да ладно, хватит разъяснений, перейдём к сути наконец. – тон его голоса был твёрдый, будто поучающий, поучающий очень настойчиво и грозно, не терпящий никаких возражений. — Ты никогда не напишешь эту историю так, как хочешь. Это факт. Смирись с этим и напиши её, как получится, или забудь о ней навсегда.
— Почему?! – Сем в тот момент был словно ребёнок, которому сказали, что не смогут подарить обещанный ещё полгода назад велосипед.
— Это будет сложно объяснить... – неожиданно призрак будто задумался.
— Ну, ты постарайся, раз уж пришёл! – злобно бросил Сэм. 
Однако, несмотря на вызывающий тон парня, видение долго не отвечало, оно всё ещё пребывало в задумчивости. Будто бы призрак ещё тогда угадал вопрос Сэма и ещё тогда начал осмысливать, как на него отвечать.
— Твои истории всегда были выражением твоего внутреннего мира, выплеском накопившегося в тебе, ведь так?
— Так… – неохотно согласился Сэм, хоть это и было правдой, но он никогда особо не хотел признавать этого. Тогда бы получалось, что эта была для него необходимость, а это значило – зависимость. Зависимость же Сэм не переносил, поскольку всегда старался быть наименее зависимым отчего либо, но призрак видел все его слабости, даже скрытые и не признаваемые, поэтому врать и скрываться не было смысла. К тому же только в подобном разговоре на чистоту с самим собой, он сможет максимально понять этот послание своего подсознания.
— Тогда слушай меня сейчас внимательно и не перебивай, – воображаемый красавец вздохнул, приготовившись к долгому пояснению. – Эта история отличается от всех тех, что ты писал ранее и в то же время она такая же. Она такой же способ выражения тебя, как и все остальные, но тем не менее она выражает совсем чуждое тебе чувство. То что ты не осознаешь и никогда не осознаешь, глубины тебя, до которых тебе никогда не добраться. Твой собственный вопрос без ответа… Чувство, что как бы хорошо ты себя не знал, всё же остаётся то, что тебе неведомо, неведомо в тебе же самом. И это не просто чувство неизвестности – тебе всё время будет казаться, что ты это знаешь, что ответ у тебя в голове, на языке… Однако, как только ты попытаешься его произнести – он исчезает, растворяется, заставляя тебя вновь искать его. И эти искания совершенствуют тебя, делают сильнее, но это только до поры. Самое важное знать, когда остановиться в этих исканиях, понять, что ответа нет, никогда не будет и что остаётся довольствоваться уже достигнутым. А иначе тебя ждёт либо забвение, либо сумасшествие, либо другая, но не менее горькая судьба. Ты же потерял меру и сам не понимаешь, как всё больше и больше погружаешься в ту глубину, которая для тебя слишком опасна, поэтому я здесь. Одно моё присутствие, думаю, уже говорит тебе о многом, но я скажу ещё раз: Остановись, ты должен остановиться!
Призрак закончил волнительно, не смотря на изначальное спокойствие и нетерпеливо взглянул на Сэма, желая скорейшего ответа, без которого явно не собирался уходить. Однако тот стоял, как громом поражённый. Долгая тирада его видения Сэму почти ничего не объяснила, кроме нескольких неотвратимых фактов: он никогда не напишет свою задуманную историю так, как он хочет, а продолжение этих попыток для него даже опасно. Отрицать это было бессмысленно, перед ним уже стоял плод его воображения и разговаривал с ним, как обычный человек, что будет дальше страшно даже подумать. Но отказаться от цели?! Для Сэма это было самым большим ударом. А именно от этой цели, как ему казалось, отказаться вообще невозможно. Он сам не заметил, как вопрос о написании этой истории стал для него вопросом жизни и смерти, а теперь выбор жизни или смерти для него привстал в самом буквальном виде.
— И что же ты решил? – не выдержал, наконец, призрак.
Да, это был знак, что пора решиться. И Сэм решился... Ужасно тяжелым взглядом, парень взглянул на видение и как-то совершенно не естественно для себя улыбнулся очень-очень по-доброму.
— Моя история, – как-то странно заговорил он, – я только сейчас подумал, что она была ни о чём... Я когда-то захотел написать как раз такую историю – ни о чём. Глупая задумка, очень глупая. Даже не знаю, почему такая идея пришла мне в голову, но одно мне хотелось точно – написать её и вдруг она сложилась у меня в голове очень быстро, даже как-то странно быстро и так идеально, что я сам не ожидал такого от себя, хотя всегда требователен к себе. Но как только я захотел нанести её на бумагу, всё исчезло. Вся красочность, весь идеал — всё провалилось; Тогда мне вдруг подумалось: «какой-то бред вышел и правда ведь ни о чём». 
Так может именно в этом заключается ответ?
Однако, когда Сэм взглянул на призрака, чтобы увидеть его реакцию, он осознал, что видение исчезло.
-Вот ведь гад, даже не попрощался. – усмехнулся парень, отложил полу исписанную тетрадку и, взяв мобильный, начал размеренно жать на клавиши – давненько он со своими друзьями не гулял, а их итак немного, так что нужно исправлять это недоразумение.

© Copyright: Асёночек F....., 2012

Регистрационный номер №0053871

от 7 июня 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0053871 выдан для произведения:

 "Основная идея всегда должна быть недосягаемо выше,

чем возможность ее исполнения."(c)

Ф.М. Достоевский


«Я хочу написать. Я действительно хочу написать эту историю, но почему у меня всегда что-то с ней не так и она упорно не выходит, как надо» — на уроке истории мысли Сэма витали совершенно не там где надо, но и причины были веские. Какая вообще может быть история мира, когда собственная история никак не складывается?! Вот уже столько времени она сидит в голове, но когда приходит время её материализовать, переместив на бумагу, вся задумка будто рушится, мысли спутываются и получается всякий бред. Одна неудача, потом ещё и ещё – да парень просто был в отчаянии и, конечно же, ни на одном школьном уроке сосредоточится не мог. Он обожал писать, и каждое фиаско именно в этом деле отражалось на нём особенно болезненно, а в данном случае была просто катастрофа. Но он не планировал сдаваться, желание написать эту злосчастную историю с каждой неудачей возрастало всё больше, тут уже и самолюбие было поставлено на карту. Написать именно так как хочешь прочитать, так как задумано – только так и никаких уступок. Это важнейшее условие Сэма, которое он поставил перед собой, и было причиной того, что каждый вечер горы исписанных и перечёркнутых листов летели в мусорку. 
Сэма на самом деле звали Семёном, но сам парень очень не любил своё имя и ещё с самого детства представлялся только Сэмом. Родители долго боролись с этой его привычкой «представляться не своим именем», но Сэм упорно стоял на своём и в конце концов «глупое иностранное искажение прекрасного имени – Сёма» было принято и ими. С тех пор все и звали паренька исключительно Сэмом, любые вариации с этим именем он тоже запретил кому-либо и за нарушение мог жестоко избить на полном серьёзе. Не из-за того что он был очень-то жесток, но характер у него был тяжёлый, упрямый и непреклонный, не терпящий никаких возражений, если он что-то решил. И вот такой человек однажды решил заняться писательством. Не для того чтобы стать знаменитым и получать лавры – это всё он даже не любил, считая глупой мишурой, а просто для себя, для того чтобы выпускать накопившиеся мысли и эмоции, на которые он был так скуп с теми, кто его окружал. Решил он очень серьёзно и поэтому был в этом очень строг, до того, что не успокаивался, пока какая-либо история или рассказ не доходили до идеала в его глазах. Но несмотря на такое рвение, свои творения он никому не показывал, просто не находя в этом необходимости, поэтому помощи он ни от кого не ждал и если мучился с чем-нибудь, мучился он в гордом одиночестве. Однако парню на это было плевать, когда он писал, он ничего не желал так сильно, как закончить свой рассказ безупречно. У запутанной же истории, которая несколько недель назад родилась в воображении Сэма, были другие планы, она как могла всё больше и больше отдалялась от задуманного идеала, изматывая парня всё больше. Даже родители начали уже беспокоиться – их сын стал вдруг ещё более скрытным, чем был, почти ничего нормально не ел и всё время ходил мрачным и задумчивым. От немногочисленных друзей же парень вообще ужасно отдалился и даже после стольких жертв все его яростные старания проходили даром – история не писалась и всё…
Очередной раз в мрачной задумчивости придя из школы, Сэм засел за свой «рабочий» стол и в очередной раз ничего не выходило.
— Так у тебя никогда ничего не получиться! – приятный голос неожиданно раздавшийся из ниоткуда, заставил Сэма невольно вздрогнуть. Парень был не из пугливых, но голос будто бы пронзил его своей внушительность, хотя его тон и был мягким. К тому же атмосферу накалял тот факт, что как Сэм ни старался, источник этого голоса он так и не нашёл. Поэтому подумав, что это ему послышалось от переутомлённости, он мотнул головой, будто отряхиваясь от напавшего наваждения, и вновь принялся за попытки написания.
— Я сказал – это бесполезно! – в новом призыве послышалось лёгкое раздражение, но раздражение возникло и в самом Сэме: выждав момент, он резко обернулся, на этот раз решив во что бы то ни стало найти злосчастный источник таинственного голоса. Однако ему не пришлось прилагать так много усилий, как он планировал, поскольку этот самый источник стоял прямо перед ним. 
От увиденного Сэм на несколько секунд не то что дар речи потерял, у него все мысли из головы вылетели в одно мгновение и первым желанием после того, как наваждение прошло было сильно-сильно протереть глаза – перед ним стоял ОН. Именно Он – главный герой его истории. Именно такой, как он себе во всех подробностях и представлял: белая полу расстёгнутая рубашка, облегающая будто выточенное из мрамора идеальное тело, чёрные брюки прямо под стать чёрным, как ночь, волосам, обрамлённым в великолепную короткую стрижку, пронизывающий до самых костей холодный взгляд небесно-голубых глаз и вечная ухмылка завораживающих тонких губ, которые так же, как всё тело и лицо были словно выточены и только яркая, словно пульсирующая, кровь, разливавшаяся по ним, говорила о том, что это не безжизненный камень. Да и этот созданный бурным воображением Сэма красавец сейчас стоял перед ним самым живым образом и не спешил исчезать, сколько бы парень не моргал. Мало того, поспешил снова заговорить, подтверждая своё явственное существование: 
— Ты изначально не понимаешь всей сути того, что делаешь, – шок от своего появления ничуть не смутил персонажа, он говорил совершенно спокойно, что нельзя было сказать о Сэме.
Опомнившись вполне, первое что он подумал, это то, что сошёл с ума, последующие мысли лишь подтверждали самую первую и пытались дать этому помешательству логическое объяснение: он измучен, он переутомился и слишком зациклился на всей этой истории и теперь у него галлюцинации от усталости... Если подумать, то не так уж это и странно, бывали же такие случаи, просто надо отдохнуть хорошенько, может выспаться, отвлечься и всё само пройдёт. Придя к такому выводу Сэм судорожно направился к выходу из комнаты, стараясь не замечать призрака.
— Игнорировать меня у тебя всё равно долго не получиться! — призрак сразу же угадал все намерения Сэма и не заставил себя долго ждать ответом на них, это обстоятельство парня чуть приостановило, чего странному видению вполне хватило, чтобы продолжить. – Чтобы между нами вдруг не оказалось недопонимания, сразу говорю: «Да, меня нет и я — всего лишь игра твоего воображения», но я не дам тебе себя не замечать, пока ты не выслушаешь меня и поэтому ты либо в конце концов сойдёшь с ума, либо уделишь мне немного своего драгоценного времени для твоего же блага.
Аргументы были довольно веские и Сэм пошёл на попятную: он мог выступить против шайки отъявленных хулиганов с лёгкостью, но всё, что было связанно с подобными вещами, старался обходить стороной, хоть и никогда не показывал своей опаски другим.
— Что тебе нужно? – хрипловато спросил он, подозрительно глядя на необычного гостя.
— Повторюсь уже в который раз: выслушай меня!
— И что же мне нужно выслушать?
— То, что я сейчас скажу, кретин! – как и задумывал когда-то Сэм, характер у парня был раздражительным, вспыльчивым и нетерпеливым, а сейчас он явно уже начал выходить из себя.
— Я не про это! – вся ситуация всё больше злила и Сэма. Голос его приобретал всё больше твёрдости и грозности. – О чём ты собираешься мне говорить? Может, ты — моя совесть и пришёл наставлять меня на путь истинный, читая лекции о том, какой я скрытный и злобный тип. Или же ты — «видение из будущего», прибывшее предостеречь меня от всевозможных напастей?! Предупреди уж меня! Потрясений с меня на сегодня хватит!
Закончил парень весьма запальчиво, но видение не обратило на это особого внимания, разве что выражение лица стало ясно говорить «ты — идиот». 
— Видно, совсем исписался, бедняга, но всё-таки можно было услышать хоть что-то из того, что я говорил ранее. Да и мой внешний вид должен был дать тебе немалую пищу для размышления... Теперь соображаешь?!
— Так ты… из-за истории? – озарило парня.
— Ну наконец-то, фанфары в студию!
— Слышь ты, остроумник, помолчал бы уж, подобные видения несколько не располагают к здравым рассуждениям!
— Ой, бедняжечка! Да ты мог сообразить всё уже тогда, когда раздумывал, как такое чудо, как я мог появиться перед твоим взором, но ты решил всё спихнуть на усталость! – сарказм красавца брызгал раздражением уже через край.
— Как.. – удивился Сэм, но видение перебило его ещё более раздражительно:
— Я родился из твоих мыслей, и ты ещё можешь предполагать, что они мне неизвестны?!
На этом призрак, как видно, потерял всякое терпение и всем своим видом показал, что больше ничего разъяснять не будет:
— Ну да ладно, хватит разъяснений, перейдём к сути наконец. – тон его голоса был твёрдый, будто поучающий, поучающий очень настойчиво и грозно, не терпящий никаких возражений. — Ты никогда не напишешь эту историю так, как хочешь. Это факт. Смирись с этим и напиши её, как получится, или забудь о ней навсегда.
— Почему?! – Сем в тот момент был словно ребёнок, которому сказали, что не смогут подарить обещанный ещё полгода назад велосипед.
— Это будет сложно объяснить... – неожиданно призрак будто задумался.
— Ну, ты постарайся, раз уж пришёл! – злобно бросил Сэм. 
Однако, несмотря на вызывающий тон парня, видение долго не отвечало, оно всё ещё пребывало в задумчивости. Будто бы призрак ещё тогда угадал вопрос Сэма и ещё тогда начал осмысливать, как на него отвечать.
— Твои истории всегда были выражением твоего внутреннего мира, выплеском накопившегося в тебе, ведь так?
— Так… – неохотно согласился Сэм, хоть это и было правдой, но он никогда особо не хотел признавать этого. Тогда бы получалось, что эта была для него необходимость, а это значило – зависимость. Зависимость же Сэм не переносил, поскольку всегда старался быть наименее зависимым отчего либо, но призрак видел все его слабости, даже скрытые и не признаваемые, поэтому врать и скрываться не было смысла. К тому же только в подобном разговоре на чистоту с самим собой, он сможет максимально понять этот послание своего подсознания.
— Тогда слушай меня сейчас внимательно и не перебивай, – воображаемый красавец вздохнул, приготовившись к долгому пояснению. – Эта история отличается от всех тех, что ты писал ранее и в то же время она такая же. Она такой же способ выражения тебя, как и все остальные, но тем не менее она выражает совсем чуждое тебе чувство. То что ты не осознаешь и никогда не осознаешь, глубины тебя, до которых тебе никогда не добраться. Твой собственный вопрос без ответа… Чувство, что как бы хорошо ты себя не знал, всё же остаётся то, что тебе неведомо, неведомо в тебе же самом. И это не просто чувство неизвестности – тебе всё время будет казаться, что ты это знаешь, что ответ у тебя в голове, на языке… Однако, как только ты попытаешься его произнести – он исчезает, растворяется, заставляя тебя вновь искать его. И эти искания совершенствуют тебя, делают сильнее, но это только до поры. Самое важное знать, когда остановиться в этих исканиях, понять, что ответа нет, никогда не будет и что остаётся довольствоваться уже достигнутым. А иначе тебя ждёт либо забвение, либо сумасшествие, либо другая, но не менее горькая судьба. Ты же потерял меру и сам не понимаешь, как всё больше и больше погружаешься в ту глубину, которая для тебя слишком опасна, поэтому я здесь. Одно моё присутствие, думаю, уже говорит тебе о многом, но я скажу ещё раз: Остановись, ты должен остановиться!
Призрак закончил волнительно, не смотря на изначальное спокойствие и нетерпеливо взглянул на Сэма, желая скорейшего ответа, без которого явно не собирался уходить. Однако тот стоял, как громом поражённый. Долгая тирада его видения Сэму почти ничего не объяснила, кроме нескольких неотвратимых фактов: он никогда не напишет свою задуманную историю так, как он хочет, а продолжение этих попыток для него даже опасно. Отрицать это было бессмысленно, перед ним уже стоял плод его воображения и разговаривал с ним, как обычный человек, что будет дальше страшно даже подумать. Но отказаться от цели?! Для Сэма это было самым большим ударом. А именно от этой цели, как ему казалось, отказаться вообще невозможно. Он сам не заметил, как вопрос о написании этой истории стал для него вопросом жизни и смерти, а теперь выбор жизни или смерти для него привстал в самом буквальном виде.
— И что же ты решил? – не выдержал, наконец, призрак.
Да, это был знак, что пора решиться. И Сэм решился... Ужасно тяжелым взглядом, парень взглянул на видение и как-то совершенно не естественно для себя улыбнулся очень-очень по-доброму.
— Моя история, – как-то странно заговорил он, – я только сейчас подумал, что она была ни о чём... Я когда-то захотел написать как раз такую историю – ни о чём. Глупая задумка, очень глупая. Даже не знаю, почему такая идея пришла мне в голову, но одно мне хотелось точно – написать её и вдруг она сложилась у меня в голове очень быстро, даже как-то странно быстро и так идеально, что я сам не ожидал такого от себя, хотя всегда требователен к себе. Но как только я захотел нанести её на бумагу, всё исчезло. Вся красочность, весь идеал — всё провалилось; Тогда мне вдруг подумалось: «какой-то бред вышел и правда ведь ни о чём». 
Так может именно в этом заключается ответ?
Однако, когда Сэм взглянул на призрака, чтобы увидеть его реакцию, он осознал, что видение исчезло.
-Вот ведь гад, даже не попрощался. – усмехнулся парень, отложил полу исписанную тетрадку и, взяв мобильный, начал размеренно жать на клавиши – давненько он со своими друзьями не гулял, а их итак немного, так что нужно исправлять это недоразумение.

Рейтинг: +1 465 просмотров
Комментарии (2)
Юрий Табашников # 7 июня 2012 в 05:37 0
Тоже впечатляет, очень хорошо.
Асёночек F..... # 8 июня 2012 в 22:36 0
Благодарю smile