ГлавнаяПрозаКрупные формыПовести → Вудларк ( Часть 13 )

Вудларк ( Часть 13 )

21 апреля 2017 - Влад Колд
article383024.jpg
                                                          В У Д Л А Р К

                                                          Часть 13

                                                              XIX

          После сдачи в порту Дуала нелегала, Филон заметно повеселел: отпускал шуточки иногда, порой, присутствовал в кают-компании на вечернем чаепитии, но, поскольку, офицеры общались между собой по-русски, сидел молча, не вступая в разговоры и, только, когда все вдруг начинали смеяться, просил перевести ему – над чем смеются, чтобы разделить веселье со всеми.

Выгрузка сахара шла с такими же безобразиями, как и риса в Абиджане: также грузчики резали мешки в трюме, пересыпая сахар в припасённые полиэтиленовые пакеты, пряча затем их под робой, также контролёры от страховой компании «шмонали» их у парадного трапа и, у тех, кто не давал им взятку, сахар отбирали и складывали конфискованные пакеты в карго-офисе.

Но Тимур и на этот раз был спокоен, поскольку условия перевозки были те же, что и в прошлом рейсе: груз сдавался не по весу, а по количеству выгруженных мешков, независимо от того, полные они или нет или, даже, пустые совсем.
Конфискованный груз, по окончании выгрузки, контролёры присваивали себе.

Однажды днём, Тимур заскочил в кают-компанию попить воды и пред ним предстала следующая картина: капитан Филон сидел за столом, а напротив него стояла сочная негритянка, закутанная в цветастую ткань и что-то ему выговаривала менторским тоном, размахивая рукой с вытянутым вперёд указательным пальцем. Филон согласно кивал ей в ответ своей седой головой, глаза его были задумчивы.

Тимур попытался вслушаться в речь визитёрши, чтобы понять – о чём речь, но ничего не понял: несмотря на присутствие в её монологе какого-то количества английских слов, её произношение и «гарнир» из какого-то то ли сленга, то ли наречия лишил его этого «удовольствия».

Закончив свою туманную нотацию, камерунка покинула кают-компанию, а затем и судно, сойдя по трапу на причал с гордо поднятой головой (Тимур проследил за ней в иллюминатор). 

- Кто это? – Спросил Тимур Филона.
- Да никто, - равнодушно пожал капитан плечами и добавил: - дура какая-то.

«Что за новости?» - подумал Тимур, «Судно, что проходной двор! Надо раздолбать вахтенного».

Выйдя к трапу, Тимур спросил у вахтенного у трапа – Майкла, каким образом эта дама попала на судно?

- Так она представилась шипчандлером (снабженцем) и сказала, что её фирме мы заказывали снабжение! - Оправдывался Майкл.

- Документы надо всегда проверять! А потом удивляемся, как стоуэвея проморгали! И спать не давать надо этим орлам, пусть бдят, как положено! – И Тимур кивнул в сторону свесившего голову и сладко сопевшего рядом на скамейке местного вочмена. 

В другой раз Тимур увидел, как Алтон вёл по коридору в свою каюту девушку-филиппинку.

- Это кто? Родственница? - Спросил он его.
- Да нет, чиф, - отвечал Алтон, - землячку встретил, вот, в гости пригласил на чашку чая.

- А как она на судне оказалась?
- А она – шипчандлер, предложила нам свои услуги, но я-то знаю, что мы уже с другим работаем, я ей это и объяснил, а вот теперь решил чаем угостить: землячка всё же!

«Что за хрень?» - Подумал Тимур, - «и откуда берутся тут эти шипчандлеры в юбках, одна за одной!» и спустился к трапу. 

У трапа, кроме вахтенного Ноэля находился боцман Юра о чём-то с ним беседовавший.
- Что-то зачастили к нам шипчандлеры женского пола, - сказал Тимур Юре.

Юра недоумённо уставился на Тимура.
- Ну, я имею ввиду землячку вашу, что Алтон к себе повёл чаем угощать, - уточнил Тимур.

 Ноэль улыбнулся, а Юра рассмеялся:
- Она, чиф, такая же шипчандлер, как я – филиппинский президент!
И Юра поведал Тимуру следующую историю.

Оказывается, на Филиппинах существуют агентства, типа, морских крюинговых, но только в них заключают контракты не с моряками, а с представительницами прекрасного пола, которые на определённый срок отправляются этими агентствами по всему миру, но не морячить, а оказывать интимные услуги. Вот такая девица и посетила Алтона, А с ней он знаком ещё с прошлого захода в Дуалу,
когда Тимура на судне ещё не было. Причём, с гордостью добавил Юра, среди девиц подобной категории филиппинки – самые дорогие!

- Алтон что, богач? Или земляки обслуживаются бесплатно? – Спросил Тимур.
- Вряд ли – бесплатно, - отвечал Юра, - я и сам удивляюсь.

Прошло около часа и Тимур, находившийся в карго-офисе, увидел через открытую дверь, как Алтон сопровождал мимо офиса по коридору к выходу свою гостью.

Тимур вышел на палубу вслед за ними.
Алтон вывел филиппинку на трап и помахал ей ручкой.

Когда процесс расставания завершился и Алтон вознамерился вернуться к себе, Тимур задал ему вопрос:
- А скажи-ка, Алтон, эта твоя шипчандлерша дорого берёт за услуги?
- Не то слово! – Ухмыльнулся Алтон, поняв, что его раскусили.
- А ты что, ричмен (богач)?

- Да не, - осклабился Алтон, - она открыла мне кредит! Я обещал, что полностью расплачусь с ней во время следующего захода в Дуалу.

- А ты уверен, что будет ещё заход?
- Наверняка когда-то будет, да только уже, без меня, - отвечал Тимуру, улыбаясь, прохиндей.

                                                                     XX

   После выгрузки сахара «Вудларк» перешвартовали к другому причалу под погрузку лесом – красным деревом: начался новый фрахт. Теперь судну предстояло обойти ряд портов Гвинейского залива, в которых оно должно было принять полный груз красного дерева с назначением на итальянские порты.

К морскому борту судна подгоняли плоты с огромными брёвнами, некоторые в комеле были в рост человека и очень тяжёлые: вес некоторых брёвен достигал 25 тонн, что было на пределе грузоподъёмности судовых грузовых стрел и Тимур опасался, что, скажем так, не новое грузовое устройство откажет, оборвётся шкентель или топенант и такое «брёвнышко» упадёт.

Он строго-настрого запретил участникам грузовых операций соваться под этот тяжёлый груз.

Плоты у борта разбирались и брёвна стропились грузчиками; судовыми лебёдками, управляемыми портовыми лебёдчиками, поднимались на борт и грузились в трюма.
Что было положительным при погрузке такого груза, так то, что не надо было бояться, что его подмочит во время дождя и в отсутствии постоянных дёрганий с закрытием-открытием трюмов.

Однако, вахтенные офицеры всё равно должны были бдительно наблюдать за погрузкой, поскольку по-неосторожности лебёдчики могли повредить ударами тяжёлых брёвен судовые конструкции и в этом случае Тимур должен был сразу же составить «демедж рипорт», как было отмечено выше.

В тот день Тимур занимался своей обычной рутинной деятельностью, а ближе к концу рабочего дня к корме судна, свободной от плотов с лесом, приткнулась баржа, собиравшая мусор с судов, стоявших у причалов и на рейде. Матросы выгрузили мусор из судовых мусорных контейнеров на баржу, а шкипер баржи пришёл в офис к Тимуру за подписью и печатью на квитанции о выгрузке мусора.

Тимур торопливо расписался в книжечке с квитанциями и тиснул судовую печать: как раз в этот момент в его каюте звонил телефон и, завершив эту процедуру, он снял трубку телефона.

Шкипер баржи бросил на стол один экземпляр квитанции и вышел, пока Тимур говорил по телефону: звонил радист Саша, он предлагал вместе с ним и Борисом сегодня вечерком, после рабочего дня, попить пивка в кабачке.

- Зайди, поговорим, - отвечал ему Тимур и положил трубку.
В этот момент в каюту Тимура постучал, а потом вошёл Алтон.
- Чиф, вы в город сегодня не собираетесь после работы? – Спросил он.
- А в чём дело? – спросил Тимур.

- Так, если идёте, я вам тархету (пропуск на территорию порта) оставлю: агент сегодня привёз, а капитан распорядился раздать экипажу, может, кто решит прогуляться или, там, на переговорный пункт решит съездить, - пояснил Алтон.

- Ладно, положи на стол, на всякий случай, - сказал Тимур, - подумаю ещё.
Алтон удалился и тут же зашёл Саша.

- Ну так что, надумал? – Спросил Саша Тимура, - едешь с нами пиво пить?
- Ты мне ответь сначала на некоторые вопросы и я скажу, потом, еду или нет.
- Излагай, чиф, - ответствовал радист. 
  
- Во первых: страна, насколько мне известно – бандитская и если существует риск для жизни во время подобной вылазки, то сразу говорю: такое мероприятие – не для меня; во-вторых: надоели эти приставучие «мармазетки» что в Африке, что в Америке и в связи с этим хотелось бы знать: сможем ли мы спокойно посидеть и пообщаться и расслабиться за кружечкой пива с уверенностью, что никто нам не помешает?

Всезнающий Саша Тимура успокоил, он сказал, что на выходе из порта они возьмут такси; стоимость проезда до известного ему и вполне, по здешним меркам,  приличного кабачка составляет пять долларов. Столько же стоит заплатить сопровождающему – «пайлоту». Пайлот – это представитель местной мафии, за плату «крышующий» иностранных моряков, желающих посетить город.

Если такой «пайлот» с тобой в машине, то, заверил Саша: «не одна сволочь тебя не тронет» и шофер такси не завернёт куда не следует.

А по-поводу «мармазеток» Александр также успокоил Тимура, что не следует, мол, волноваться: если будут приставать, то достаточно сказать администратору, чтоб отогнал их и всё будет «в ажуре», как и в Абиджане.

- Ладно, уговорил, - сказал, выслушав  его Тимур и начал переодеваться. 
Саша, сказав что они с Борисом будут ждать его у трапа, вышел из каюты.

Тимур, переодевшись и взяв со стола пропуск-тархетку, спустился к трапу, затем троица сошла на берег, дошла до проходной порта, в которой никто никаких пропусков у моряков не потребовал, затем всё произошло так, как и предвещал Саша: друзья взяли одно из стоящих у проходной такси; тут же к ним подошёл короткостриженный крепыш с мрачной физиономией и предложил услуги «пайлота» за пятёрку, затем все уселись в такси, Саша назвал адрес и такси тронулось с места.

Подъехав к назначенному месту «пайлот» попросил назвать точное время, когда ему вернуться за нашими друзьями; те, посовещавшись, решили, что часа три им хватит «за глаза», назвали это время – 22.00, после чего вышли из машины и поднялись по внешней лестнице на второй этаж старого здания, где и располагался этот кабачок.

Внутри кабак был не похож на ресторан, а больше – на пивной бар. В продолговатом и темноватом зале справа и слева стояли столы, каждый на шесть человек, вместо стульев – длинные скамейки, а в широком проходе между ними под музыку, льющююся из висящих на торцевой стене зала колонок, извивалась в танце полуголая негритянка. 

Зал был заполнен, примерно, наполовину и похоже, в основном, не местными.
«Тоже моряки, наверное», - подумал Тимур.

Ища себе место, наша троица прошла по-ходу вперёд и, миновав чёрную танцовщицу, узрела справа продолжение зала: оказывается зал имел форму буквы «Г» и за углом находились два состыкованных шестиместных стола, за которыми уже восседали четыре члены экипажа «Вудларка»: филиппинцы - Юра, Лита, Ноэль и Майкл.
Они радостно приветствовали офицеров и замахали руками, приглашая на свободные места.

Друзья сделали им ответную «отмашку» и забрались в самый угол, где меньше шума. 
Заказали пива – оно было здесь в бутылочках, причём, немецкое, и пивное ассорти.
Разговаривали, под пивко, о том о сём, как обычно; Тимур ощутил, как спадало дневное напряжение и с каждым глотком поднималось настроение.

Филиппинцы же, наоборот, сидели ближе к общему залу, пили пиво и во все глаза пялились на танцовщицу, потом Лита поднялся, приблизился к ней и под аплодисменты земляков сунул ей в плавки долларовую бумажку, после чего сохраняя на лице свой дежурный оскал вернулся на место.

Вдруг, как бы, шум в кабачке усилился и, откуда ни возьмись, зал наполнился молодыми негритянками, по определению Тимура, по возрасту – совсем ещё подростками; они как-то мгновенно рассредоточились по залу и втиснулись между сидящими за столиками посетителями. 

Моряки с «Вудларка» и славяне и филиппинцы и глазом моргнуть не успели, как пять чёрных девчонок втиснулись на скамейки между ними, а две – примостились по краям, где сидели филиппинцы, то есть – ровно семь штук - как раз по количеству моряков!

- Эй, мы так не договаривались! – Воскликнул Тимур и послал Сашу к администратору, чтобы тот дал команду девицам удалиться.
Саша выбрался из-за стола и направился к барной стойке, а «мармазетки», не теряя времени, повисли на шеях моряков.

- Как тебя звать? – спросила Тимура, подсевшая к нему девчонка, - я – Лаура!
- Детка, почему тебя мама в это время спать ещё не укладывает? – В ответ задал ей вопрос Тимур, вглядываясь в помрачневшее лицо, возвращавшегося на место Александра.

- Я взрослая! – Воскликнула Лаура, но Тимур, не обращая на неё внимания, обратился с вопросом к Саше:
- Что случилось?

- Простите мужики, - виновато отвечал Саша, проталкиваясь на своё место между Борисом и «мармазеткой» - хозяин заявил, что политика заведения изменилась и у него заключён контракт с этим борделем, и Саша кивнул в сторону девиц, согласно которому удалить их из заведения он не имеет права.

- Ну вот, отдохнули, называется, - укоризненно пробурчал Борис, глянув на часы, - и сваливать отсюда раньше времени опасно, да и стемнело уже на улице.
- Ну не виноват я, ребята, ей-богу, раньше этого не было! – взмолился Саша, прижав к груди руки.

- Да ладно уж, продержимся как-нибудь часа полтора, пока «пайлот» не появится, - буркнул Тимур, - деваться-то всё равно некуда.

Лаура, между тем, пыталась плотнее прижаться к Тимуру своим худощавым тельцем.

- Эй, бэби, - сказал ей Тимур, отодвигаясь, ты ошиблась, если приняла меня за педофила!

Знаешь ли ты, что у меня дочь постарше тебя будет?.
- Врёшь, красавчик, - отвечала Лаура, - не может у тебя быть дочери старше меня, если, конечно ты не стал отцом лет в 15-16! 

- Да мне пятый десяток, детка! 
- Не может быть! – Сказала Лаура и я готова поспорить; если докажешь – с меня ящик пива для тебя и твоих друзей, а если нет, то с тебя – ящик пива для меня и моих подруг! Идёт?

В то время, как вся компания следила за их спором, Тимур вспомнил, что у него в кармане – жёлтенькая бумажка-тархетка, то, бишь, пропуск на территорию порта, в которой указано название судна, а также имя, фамилия и год рождения и он пошёл на спор с этой наглой девчонкой.

Достав из кармана бумажку, он сунул её под нос Лауре, со словами: «Ну что, убедилась, детка?»

Лаура, выхватив из рук Тимура тархетку, вгляделась в текст, не очень хорошо различимый в полумраке помещения, затем презрительно засмеялась и сказала:

- Ты что, меня за дуру держишь? Я по-английски и читать могу, а не только говорить! Если доказательств нет, гони ящик пива!  После чего бросила бумажку на стол перед Тимуром.

Тот взял её и поднёс к глазам: это была не тархета!

Это была квитанция на сданный мусор; она была такого же цвета и формата, как тархетка, которую по-ошибке Тимур взял со стола в своём офисе вместо настоящей, в которой чёрным по белому было написано:

« Мусорной баржой BWR – 19 принято с судна «Вудларк» бытового мусора – 1,2 куб.м, пластика –0,15 куб.м; судовая печать и подпись старшего офицера». 
Пока Тимур таращился в эту бумажку, Лаура уже успела подозвать к столу официанта и сделала заказ:

- Бармен, ящик пива на стол, плиз, вот этот красавчик угощает! – и ткнула пальцем в бок Тимура. Тимур обескураженно кивнул официанту в знак подтверждения.

                                             ( Продолжение следует)    
  
       
        

 

© Copyright: Влад Колд, 2017

Регистрационный номер №0383024

от 21 апреля 2017

[Скрыть] Регистрационный номер 0383024 выдан для произведения:                            В У Д Л А Р К

                              Часть 13

                                 XIX

          После сдачи в порту Дуала нелегала, Филон заметно повеселел: отпускал шуточки иногда, порой, присутствовал в кают-компании на вечернем чаепитии, но, поскольку, офицеры общались между собой по-русски, сидел молча, не вступая в разговоры и, только, когда все вдруг начинали смеяться, просил перевести ему – над чем смеются, чтобы разделить веселье со всеми.

Выгрузка сахара шла с такими же безобразиями, как и риса в Абиджане: также грузчики резали мешки в трюме, пересыпая сахар в припасённые полиэтиленовые пакеты, пряча затем их под робой, также контролёры от страховой компании «шмонали» их у парадного трапа и, у тех, кто не давал им взятку, сахар отбирали и складывали конфискованные пакеты в карго-офисе.

Но Тимур и на этот раз был спокоен, поскольку условия перевозки были те же, что и в прошлом рейсе: груз сдавался не по весу, а по количеству выгруженных мешков, независимо от того, полные они или нет или, даже, пустые совсем.
Конфискованный груз, по окончании выгрузки, контролёры присваивали себе.

Однажды днём, Тимур заскочил в кают-компанию попить воды и пред ним предстала следующая картина: капитан Филон сидел за столом, а напротив него стояла сочная негритянка, закутанная в цветастую ткань и что-то ему выговаривала менторским тоном, размахивая рукой с вытянутым вперёд указательным пальцем. Филон согласно кивал ей в ответ своей седой головой, глаза его были задумчивы.

Тимур попытался вслушаться в речь визитёрши, чтобы понять – о чём речь, но ничего не понял: несмотря на присутствие в её монологе какого-то количества английских слов, её произношение и «гарнир» из какого-то то ли сленга, то ли наречия лишил его этого «удовольствия».

Закончив свою туманную нотацию, камерунка покинула кают-компанию, а затем и судно, сойдя по трапу на причал с гордо поднятой головой (Тимур проследил за ней в иллюминатор). 

- Кто это? – Спросил Тимур Филона.
- Да никто, - равнодушно пожал капитан плечами и добавил: - дура какая-то.

«Что за новости?» - подумал Тимур, «Судно, что проходной двор! Надо раздолбать вахтенного».

Выйдя к трапу, Тимур спросил у вахтенного у трапа – Майкла, каким образом эта дама попала на судно?

- Так она представилась шипчандлером (снабженцем) и сказала, что её фирме мы заказывали снабжение! - Оправдывался Майкл.

- Документы надо всегда проверять! А потом удивляемся, как стоуэвея проморгали! И спать не давать надо этим орлам, пусть бдят, как положено! – И Тимур кивнул в сторону свесившего голову и сладко сопевшего рядом на скамейке местного вочмена. 

В другой раз Тимур увидел, как Алтон вёл по коридору в свою каюту девушку-филиппинку.

- Это кто? Родственница? - Спросил он его.
- Да нет, чиф, - отвечал Алтон, - землячку встретил, вот, в гости пригласил на чашку чая.

- А как она на судне оказалась?
- А она – шипчандлер, предложила нам свои услуги, но я-то знаю, что мы уже с другим работаем, я ей это и объяснил, а вот теперь решил чаем угостить: землячка всё же!

«Что за хрень?» - Подумал Тимур, - «и откуда берутся тут эти шипчандлеры в юбках, одна за одной!» и спустился к трапу. 

У трапа, кроме вахтенного Ноэля находился боцман Юра о чём-то с ним беседовавший.
- Что-то зачастили к нам шипчандлеры женского пола, - сказал Тимур Юре.

Юра недоумённо уставился на Тимура.
- Ну, я имею ввиду землячку вашу, что Алтон к себе повёл чаем угощать, - уточнил Тимур.

 Ноэль улыбнулся, а Юра рассмеялся:
- Она, чиф, такая же шипчандлер, как я – филиппинский президент!
И Юра поведал Тимуру следующую историю.

Оказывается, на Филиппинах существуют агентства, типа, морских крюинговых, но только в них заключают контракты не с моряками, а с представительницами прекрасного пола, которые на определённый срок отправляются этими агентствами по всему миру, но не морячить, а оказывать интимные услуги. Вот такая девица и посетила Алтона, А с ней он знаком ещё с прошлого захода в Дуалу,
когда Тимура на судне ещё не было. Причём, с гордостью добавил Юра, среди девиц подобной категории филиппинки – самые дорогие!

- Алтон что, богач? Или земляки обслуживаются бесплатно? – Спросил Тимур.
- Вряд ли – бесплатно, - отвечал Юра, - я и сам удивляюсь.

Прошло около часа и Тимур, находившийся в карго-офисе, увидел через открытую дверь, как Алтон сопровождал мимо офиса по коридору к выходу свою гостью.

Тимур вышел на палубу вслед за ними.
Алтон вывел филиппинку на трап и помахал ей ручкой.

Когда процесс расставания завершился и Алтон вознамерился вернуться к себе, Тимур задал ему вопрос:
- А скажи-ка, Алтон, эта твоя шипчандлерша дорого берёт за услуги?
- Не то слово! – Ухмыльнулся Алтон, поняв, что его раскусили.
- А ты что, ричмен (богач)?

- Да не, - осклабился Алтон, - она открыла мне кредит! Я обещал, что полностью расплачусь с ней во время следующего захода в Дуалу.

- А ты уверен, что будет ещё заход?
- Наверняка когда-то будет, да только уже, без меня, - отвечал Тимуру, улыбаясь, прохиндей.

                                  XX

   После выгрузки сахара «Вудларк» перешвартовали к другому причалу под погрузку лесом – красным деревом: начался новый фрахт. Теперь судну предстояло обойти ряд портов Гвинейского залива, в которых оно должно было принять полный груз красного дерева с назначением на итальянские порты.

К морскому борту судна подгоняли плоты с огромными брёвнами, некоторые в комеле были в рост человека и очень тяжёлые: вес некоторых брёвен достигал 25 тонн, что было на пределе грузоподъёмности судовых грузовых стрел и Тимур опасался, что, скажем так, не новое грузовое устройство откажет, оборвётся шкентель или топенант и такое «брёвнышко» упадёт.

Он строго-настрого запретил участникам грузовых операций соваться под этот тяжёлый груз.

Плоты у борта разбирались и брёвна стропились грузчиками; судовыми лебёдками, управляемыми портовыми лебёдчиками, поднимались на борт и грузились в трюма.
Что было положительным при погрузке такого груза, так то, что не надо было бояться, что его подмочит во время дождя и в отсутствии постоянных дёрганий с закрытием-открытием трюмов.

Однако, вахтенные офицеры всё равно должны были бдительно наблюдать за погрузкой, поскольку по-неосторожности лебёдчики могли повредить ударами тяжёлых брёвен судовые конструкции и в этом случае Тимур должен был сразу же составить «демедж рипорт», как было отмечено выше.

В тот день Тимур занимался своей обычной рутинной деятельностью, а ближе к концу рабочего дня к корме судна, свободной от плотов с лесом, приткнулась баржа, собиравшая мусор с судов, стоявших у причалов и на рейде. Матросы выгрузили мусор из судовых мусорных контейнеров на баржу, а шкипер баржи пришёл в офис к Тимуру за подписью и печатью на квитанции о выгрузке мусора.

Тимур торопливо расписался в книжечке с квитанциями и тиснул судовую печать: как раз в этот момент в его каюте звонил телефон и, завершив эту процедуру, он снял трубку телефона.

Шкипер баржи бросил на стол один экземпляр квитанции и вышел, пока Тимур говорил по телефону: звонил радист Саша, он предлагал вместе с ним и Борисом сегодня вечерком, после рабочего дня, попить пивка в кабачке.

- Зайди, поговорим, - отвечал ему Тимур и положил трубку.
В этот момент в каюту Тимура постучал, а потом вошёл Алтон.
- Чиф, вы в город сегодня не собираетесь после работы? – Спросил он.
- А в чём дело? – спросил Тимур.

- Так, если идёте, я вам тархету (пропуск на территорию порта) оставлю: агент сегодня привёз, а капитан распорядился раздать экипажу, может, кто решит прогуляться или, там, на переговорный пункт решит съездить, - пояснил Алтон.

- Ладно, положи на стол, на всякий случай, - сказал Тимур, - подумаю ещё.
Алтон удалился и тут же зашёл Саша.

- Ну так что, надумал? – Спросил Саша Тимура, - едешь с нами пиво пить?
- Ты мне ответь сначала на некоторые вопросы и я скажу, потом, еду или нет.
- Излагай, чиф, - ответствовал радист. 
  
- Во первых: страна, насколько мне известно – бандитская и если существует риск для жизни во время подобной вылазки, то сразу говорю: такое мероприятие – не для меня; во-вторых: надоели эти приставучие «мармазетки» что в Африке, что в Америке и в связи с этим хотелось бы знать: сможем ли мы спокойно посидеть и пообщаться и расслабиться за кружечкой пива с уверенностью, что никто нам не помешает?

Всезнающий Саша Тимура успокоил, он сказал, что на выходе из порта они возьмут такси; стоимость проезда до известного ему и вполне, по здешним меркам,  приличного кабачка составляет пять долларов. Столько же стоит заплатить сопровождающему – «пайлоту». Пайлот – это представитель местной мафии, за плату «крышующий» иностранных моряков, желающих посетить город.

Если такой «пайлот» с тобой в машине, то, заверил Саша: «не одна сволочь тебя не тронет» и шофер такси не завернёт куда не следует.

А по-поводу «мармазеток» Александр также успокоил Тимура, что не следует, мол, волноваться: если будут приставать, то достаточно сказать администратору, чтоб отогнал их и всё будет «в ажуре», как и в Абиджане.

- Ладно, уговорил, - сказал, выслушав  его Тимур и начал переодеваться. 
Саша, сказав что они с Борисом будут ждать его у трапа, вышел из каюты.

Тимур, переодевшись и взяв со стола пропуск-тархетку, спустился к трапу, затем троица сошла на берег, дошла до проходной порта, в которой никто никаких пропусков у моряков не потребовал, затем всё произошло так, как и предвещал Саша: друзья взяли одно из стоящих у проходной такси; тут же к ним подошёл короткостриженный крепыш с мрачной физиономией и предложил услуги «пайлота» за пятёрку, затем все уселись в такси, Саша назвал адрес и такси тронулось с места.

Подъехав к назначенному месту «пайлот» попросил назвать точное время, когда ему вернуться за нашими друзьями; те, посовещавшись, решили, что часа три им хватит «за глаза», назвали это время – 22.00, после чего вышли из машины и поднялись по внешней лестнице на второй этаж старого здания, где и располагался этот кабачок.

Внутри кабак был не похож на ресторан, а больше – на пивной бар. В продолговатом и темноватом зале справа и слева стояли столы, каждый на шесть человек, вместо стульев – длинные скамейки, а в широком проходе между ними под музыку, льющююся из висящих на торцевой стене зала колонок, извивалась в танце полуголая негритянка. 

Зал был заполнен, примерно, наполовину и похоже, в основном, не местными.
«Тоже моряки, наверное», - подумал Тимур.

Ища себе место, наша троица прошла по-ходу вперёд и, миновав чёрную танцовщицу, узрела справа продолжение зала: оказывается зал имел форму буквы «Г» и за углом находились два состыкованных шестиместных стола, за которыми уже восседали четыре члены экипажа «Вудларка»: филиппинцы - Юра, Лита, Ноэль и Майкл.
Они радостно приветствовали офицеров и замахали руками, приглашая на свободные места.

Друзья сделали им ответную «отмашку» и забрались в самый угол, где меньше шума. 
Заказали пива – оно было здесь в бутылочках, причём, немецкое, и пивное ассорти.
Разговаривали, под пивко, о том о сём, как обычно; Тимур ощутил, как спадало дневное напряжение и с каждым глотком поднималось настроение.

Филиппинцы же, наоборот, сидели ближе к общему залу, пили пиво и во все глаза пялились на танцовщицу, потом Лита поднялся, приблизился к ней и под аплодисменты земляков сунул ей в плавки долларовую бумажку, после чего сохраняя на лице свой дежурный оскал вернулся на место.

Вдруг, как бы, шум в кабачке усилился и, откуда ни возьмись, зал наполнился молодыми негритянками, по определению Тимура, по возрасту – совсем ещё подростками; они как-то мгновенно рассредоточились по залу и втиснулись между сидящими за столиками посетителями. 

Моряки с «Вудларка» и славяне и филиппинцы и глазом моргнуть не успели, как пять чёрных девчонок втиснулись на скамейки между ними, а две – примостились по краям, где сидели филиппинцы, то есть – ровно семь штук - как раз по количеству моряков!

- Эй, мы так не договаривались! – Воскликнул Тимур и послал Сашу к администратору, чтобы тот дал команду девицам удалиться.
Саша выбрался из-за стола и направился к барной стойке, а «мармазетки», не теряя времени, повисли на шеях моряков.

- Как тебя звать? – спросила Тимура, подсевшая к нему девчонка, - я – Лаура!
- Детка, почему тебя мама в это время спать ещё не укладывает? – В ответ задал ей вопрос Тимур, вглядываясь в помрачневшее лицо, возвращавшегося на место Александра.

- Я взрослая! – Воскликнула Лаура, но Тимур, не обращая на неё внимания, обратился с вопросом к Саше:
- Что случилось?

- Простите мужики, - виновато отвечал Саша, проталкиваясь на своё место между Борисом и «мармазеткой» - хозяин заявил, что политика заведения изменилась и у него заключён контракт с этим борделем, и Саша кивнул в сторону девиц, согласно которому удалить их из заведения он не имеет права.

- Ну вот, отдохнули, называется, - укоризненно пробурчал Борис, глянув на часы, - и сваливать отсюда раньше времени опасно, да и стемнело уже на улице.
- Ну не виноват я, ребята, ей-богу, раньше этого не было! – взмолился Саша, прижав к груди руки.

- Да ладно уж, продержимся как-нибудь часа полтора, пока «пайлот» не появится, - буркнул Тимур, - деваться-то всё равно некуда.

Лаура, между тем, пыталась плотнее прижаться к Тимуру своим худощавым тельцем.

- Эй, бэби, - сказал ей Тимур, отодвигаясь, ты ошиблась, если приняла меня за педофила!

Знаешь ли ты, что у меня дочь постарше тебя будет?.
- Врёшь, красавчик, - отвечала Лаура, - не может у тебя быть дочери старше меня, если, конечно ты не стал отцом лет в 15-16! 

- Да мне пятый десяток, детка! 
- Не может быть! – Сказала Лаура и я готова поспорить; если докажешь – с меня ящик пива для тебя и твоих друзей, а если нет, то с тебя – ящик пива для меня и моих подруг! Идёт?

В то время, как вся компания следила за их спором, Тимур вспомнил, что у него в кармане – жёлтенькая бумажка-тархетка, то, бишь, пропуск на территорию порта, в которой указано название судна, а также имя, фамилия и год рождения и он пошёл на спор с этой наглой девчонкой.

Достав из кармана бумажку, он сунул её под нос Лауре, со словами: «Ну что, убедилась, детка?»

Лаура, выхватив из рук Тимура тархетку, вгляделась в текст, не очень хорошо различимый в полумраке помещения, затем презрительно засмеялась и сказала:

- Ты что, меня за дуру держишь? Я по-английски и читать могу, а не только говорить! Если доказательств нет, гони ящик пива!  После чего бросила бумажку на стол перед Тимуром.

Тот взял её и поднёс к глазам: это была не тархета!

Это была квитанция на сданный мусор; она была такого же цвета и формата, как тархетка, которую по-ошибке Тимур взял со стола в своём офисе вместо настоящей, в которой чёрным по белому было написано:

« Мусорной баржой BWR – 19 принято с судна «Вудларк» бытового мусора – 1,2 куб.м, пластика –0,15 куб.м; судовая печать и подпись старшего офицера». 
Пока Тимур таращился в эту бумажку, Лаура уже успела подозвать к столу официанта и сделала заказ:

- Бармен, ящик пива на стол, плиз, вот этот красавчик угощает! – и ткнула пальцем в бок Тимура. Тимур обескураженно кивнул официанту в знак подтверждения.

                          ( Продолжение следует)    
  
       
        

 
Рейтинг: +4 177 просмотров
Комментарии (8)
Neihardt # 21 апреля 2017 в 22:50 +1
Браво! Особенно - мусорное удостоверение. :)))
Вы как всегда, на высоте, Влад!
Влад Колд # 22 апреля 2017 в 00:46 0
Спасибо, Neihardt, рад Вашему вниманию и отзыву. Вот так всё и было.
С уважением, Влад.
Юрий Ишутин ( Нитуши) # 29 апреля 2017 в 16:05 +1
Двадцать пять тонн - одно бревно???Не знал, что такое бывает!Когда работал на погрузке леса (уже на берегу), у нас самые толстые дубы весили не больше двух-трех тонн!....С квитанцией прикольно получилось! laugh
Влад Колд # 29 апреля 2017 в 23:14 +1
Да, Юра, некоторые стволы достигали веса почти 25 тонн, они были большие толстые и тяжёлые, плавучесть почти нулевая - красное дерево.
С теплом, Влад.
Валерий Куракулов # 15 июня 2017 в 04:32 +1
Я уже столько тонкостей узнал о работе торгового флота, Влад, как будто сам ходил не один год! А это не та девочка?
Влад Колд # 15 июня 2017 в 05:44 0
Зачётная фотка! И украшения, точь-в-точь - пробки с бутылок из того ящика, но всё же это не Лаура.
Может, коллега из того же заведения?
laugh
Марина Заварзина # 16 июня 2017 в 13:29 +1
Я столько интересного узнаЮ. Для меня многое удивительно и познавательно. Спасибо, Влад!
Влад Колд # 16 июня 2017 в 14:10 +1
Мне очень приятно, что тебе нравится, Марина! Читай на здоровье!
c0137
 
Проза, которую Вы не читали

 

Популярная проза за месяц
130
122
94
85
76
74
68
68
66
​Я И ТЫ 7 декабря 2017 (Эльвира Ищенко)
64
64
63
63
62
Перчатка 19 ноября 2017 (Виктор Лидин)
58
58
55
54
53
53
53
52
51
51
47
46
44
43
Синички 20 ноября 2017 (Тая Кузмина)
40
36