ГлавнаяПрозаКрупные формыПовести → Туманный город. Глава 7

Туманный город. Глава 7

19 января 2018 - Марина Шульман
Власть окрыляет, опьяняет
И всех взлететь наверх манит;
Людей к себе исправно тянет
Сей притягательный магнит.
Её так хочется добиться,
Чтоб выше остальных стоять,
Что можно честью поступиться
И всё, что есть, взамен отдать.

 
Но к следующему утру не пришло никаких известий – ни плохих, ни хороших. Я же практически не спала, прислушиваясь к ночным звукам с улицы, и, одолеваемая бессонницей, строила логические схемы, сопоставляла факты. Мои парадоксальные выводы склонялись к тому, что, возможно, к похищению причастен… мэр.
Во-первых, он настойчиво приглашал нас к себе на приём, где Ребекка была на виду, а сразу после этого она пропала. Во-вторых, будучи самым значительным лицом в городе, Освальдо обладал полнотой власти, способной воспрепятствовать расследованию. Именно поэтому поиски двух других девушек ни к чему не привели. Да такой констебль, как Эндрюс, не способен отыскать в запертой комнате даже пропавшую пять минут назад черепаху! В-третьих, я вспомнила, что муж Джейн работал у мэра фельдъегерем, и в ночь похищения жены того как раз отослали по срочному поручению. А в-четвёртых, уж больно подозрительна его семейка вместе с нестареющей супругой и бахвальным племянником.
Мне захотелось поделиться этими мыслями с Гарольдом. Не медля, я быстро умылась, оделась и, пренебрегая завтраком, побежала к его комнате. Похоже, я разбудила соседа, потому что он приоткрыл проём совсем чуть-чуть и не горел желанием меня впускать.
– Изабелла, я ещё не привёл себя в порядок, – взмолился следователь.
– Нам нужно срочно поговорить, – требовала я. – Дело ведь важное. Не беспокойся, я не упаду в обморок, если увижу тебя в панталонах.
– Извини, этого я допустить никак не могу, – улыбнулся молодой человек, открыв дверь через пару минут.
Он уже практически оделся, но при мне застёгивал бордовый сюртук на белоснежной рубашке, а затем причесывался перед большим, в пол, зеркалом. Я рассказала ему о своих соображениях. Гарольд внимательно выслушал меня, затем сел за стол и стал крутить в руках гусиное перо.
– Ты хочешь обвинить в этих преступлениях самого мэра? – удивился он.
– Впрочем, сильно не настаиваю, – пожала плечами я. – Однако все пути ведут к нему, разве не так?
Молодой человек вздохнул:
– Вынужден согласиться. Если бы ты только знала, какое сопротивление вместо поддержки я нахожу у здешних властей. Они явно не заинтересованы в скорейшем расследовании похищений. Собственно, это и есть причина, почему я нахожусь тут. У меня даже нет уверенности в том, что можно доверять Эндрюсу. Я не вижу в нём устремлений, которые следовало бы иметь констеблю.
– Вот-вот, – оживилась я. – А что если допросить Освальдо?
– Исключено! – горько усмехнулся Гарольд. – Я не могу прийти к нему просто так и официально допрашивать, обвиняя в похищениях девушек, или устроить обыск. Нужны какие-то неопровержимые доказательства.
– Как насчёт Фридриха? Ты поговорил с ним ещё раз?
– Да, – грустно ответил следователь. – Как и ожидалось, он ничего не вспомнил. Осмотр по всей гостинице мы провели сразу же, ты сама на нём присутствовала. Уж не знаю, есть ли смысл проводить повторный…
Я подошла и села на стул напротив него:
– Но по всем трём случаям у нас нет весомых улик. И вряд ли они когда-нибудь появятся. А время уходит!
Гарольд молча кивнул. Тут ко мне пришла идея:
– Что, если мы попробуем найти улики в доме мэра?
– Каким образом? – изумился мой собеседник.
– Нам нужно попасть к нему в особняк – придумаем какую-нибудь дурацкую причину. Например, что я потеряла на приёме дорогой браслет. Поэтому вернулась, чтобы поискать его. Тогда у меня будет возможность пройти по комнатам, осмотреться, может, обнаружу что-то подозрительное. Потом мы поговорим с ним, зададим неожиданные вопросы. Вдруг, не ожидая подвоха, он нечаянно проболтается…
Молодой человек взглянул на меня с восхищением:
– Изабелла, с таким умом ты представляешь угрозу для общества.
– Полагаю, это стоит рассматривать как комплимент? – рассмеялась я.
Он улыбнулся, и мне показалось, что его улыбка мягкими лучами осветила весь номер. Почувствовав кураж, я предложила отправиться к Освальдо сразу после завтрака. Гарольд с сомнением покачал головой, но всё же согласился. Так как следователь завтракал в кафе вне гостиницы, мы договорились встретиться на улице через полчаса.
– Только прошу тебя – ни слова окружающим. Не стоит делиться с ними ненадёжной информацией, – попросил он.
– Хорошо, – с лёгкостью сказала я.
Вместе мы спустились в гостиную. За столом уже сидели почти все члены нашего театра, за исключением Густава и Августы – они предпочли сейчас быть одни. Гарольд поприветствовал собравшихся и вышел.
Я заметила, что Марк неодобрительно посмотрел на нас. Поначалу я не придала этому большого значения. Но когда после завтрака пресной овсянкой при первом удобном случае я покинула общество труппы, поднялась к себе и прихорашивалась у зеркала, отец зашёл в комнату и присел на кровать Ребекки:
– Изабелла, я хотел бы поговорить с тобой.
– Что такое?
– Кстати, куда ты собираешься? – поинтересовался он.
Понимая, что Марк не одобрит нашу авантюру, я на секунду задумалась и ответила:
– Мы с Гарольдом хотим немного прогуляться и развеяться.
Не сомневаюсь, что отец почувствовал неискренность в моём голосе. Тем не менее он не подал вида:
– Да, Розамунда сказала, что и вчера ты находилась в его комнате. Сегодня вы вдвоём спускались на завтрак… Он – взрослый мужчина, ты – юная девушка, с чего вдруг дружба не разлей вода?
Я демонстративно вздохнула. К сожалению, приёмные родители до сих пор считали меня ребёнком, который нуждается в присмотре. Конечно, это в первую очередь было связано с потерей их собственных детей, но порой я уставала от такого контроля и взбунтовывалась. Они намеревались подольше не выпускать меня из замкнутой среды театра во внешний мир, я же стремилась как можно раньше стать взрослой и самостоятельной. Поэтому наши взгляды на многие вещи расходились кардинально, и никто не хотел уступать.
– Во-первых, мы живём рядом и постоянно сталкиваемся. Не общаться с соседями – странно, – начала я придумывать причины, хотя эта показалась мне самой глупой из всех возможных.
Марк ободряюще кивнул, предлагая найти аргументы поубедительнее. Он явно к чему-то вёл, только к чему?
– Во-вторых, ему тоже небезразлична судьба Ребекки. Он спрашивает, есть ли новости, можно ли как-то помочь, – уже увереннее заявила я. – В Туманном городе у нас так мало поддержки и знакомых людей.
– Что ж, – согласился отец. – Это всё?
Нужен был ещё какой-нибудь третий ударный довод. Только ведь я не могла сказать ему, что Гарольд мне очень нравится?
– Ну и вообще, он интересный, умный, образованный, – наконец, выдавила я.
– Вот из-за чего меня и настораживает ваша «дружба», – дождавшись момента, перехватил инициативу Марк. – Без сомнений, ты – весёлая и обаятельная девушка. Но всего лишь артистка бродячего театра. Он же – чиновник из столицы, судя по всему, из аристократической семьи, богатый наследник. Вы из абсолютно разных сословий, у вас не может быть ничего общего. Поверь, я знаю таких людей.
– Каких таких? – мгновенно вспыхнула я.
– Прожигателей жизни, молодых повес, бездельников, – перечислял отец. – Для которых каждый день – сплошной праздник, где не нужно заботиться ни о деньгах, ни о репутации.
– Он совершенно не такой, – возразила я.
Под вышесказанное описание скорее подходил Патрик, племянник Кандиды, но уж совсем не Гарольд. Не могла я так сильно ошибаться в людях!
– Милая, ты его совершенно не знаешь, – вздохнул Марк.
– Ты тоже! – сдаваться без боя не было в моих правилах. – Это только твои домыслы.
Поняв, что градус беседы повышается, отец встал и пристально посмотрел на меня:
– Изабелла, пока мы – твои родители, наша задача заботиться о тебе. Я и Розамунда не приветствуем ваше общение и просим избегать его впредь. Надеюсь, ты услышала мои слова.
Учитывая, что я не могла согласиться с подобным указанием, а врать не собиралась, я стойко молчала, надеясь, что это выручит сейчас и не обернётся против меня в будущем. Отец многозначительно взглянул в последний раз и ушёл, хлопнув дверью.
Уфф! К счастью, разговор обошёлся без потерь. Я выждала момент, когда родители уйдут в свою комнату, и проскочила через холл. Там находились лишь танцоры. Они хотели что-то сказать, но я прижала палец к губам и отрицательно покачала головой. Мне не нужно было привлекать к себе лишнее внимание.
Стояло прохладное зимнее утро. Лёгкий снегопад успел засыпать меня несколькими снежинками, пока я бежала от гостиницы до кареты. Гарольд уже сидел внутри запряжённого экипажа из двух лошадей, предоставленного мэрией в его полное распоряжение на время расследования.
– Что-то случилось? – спросил он, глядя на мой озабоченный вид.
– Нет, ничего. Всё в порядке, – уверила его я. – Едем к мэру!
По дороге мы обсудили тактику поведения. Гарольд подсказал, на что обратить внимание – посмотреть, есть ли где там принадлежавшие Ребекке вещи, например, серёжка, прислушаться к подозрительным звукам за стенами и тому подобное. О, как мне это было по душе – настоящее приключение, возможность вырваться из однообразной рутины!
Когда мы доехали, следователь первым покинул карету и подал мне руку. В этот миг я почувствовала себя дамой из высшего общества. Увы, в моей повседневной жизни никто бы и не додумался до такого поступка. Вот она, разница в воспитании и манерах, про которую говорил отец.
Гвардейская стража узнала нас и, хотя встреча не была назначена, пропустила внутрь поместья градоначальника. Двигаясь пешком по центральной аллее, я не раз вырывалась вперёд, поскольку Гарольд с тростью шёл чуть медленнее. Мне не хотелось ставить его в неловкое положение, поэтому я замедляла темп. Молодой человек же делал вид, как будто всё нормально.
Слуга проводил нас в гостиную, и, устроившись на диване, мы стали ждать хозяина. Моё сердце забилось чаще – так не терпелось поскорее вступить в эту игру.
– Какой приятный сюрприз! Чем обязан? – прибежал удивлённый мэр, судорожно застёгивая на ходу пиджак костюма. Вряд ли мы застали его врасплох, потому что далее он вёл себя вполне естественно.
Гарольд пожал ему руку, а я полуприсела в реверансе и глубоко вздохнула. Мне нужно было быть крайне убедительной.
– Прошу прощения за беспокойство, но, кажется, на приёме я обронила браслет, – извиняющимся тоном я начала свою речь. – Обнаружила пропажу только в карете на обратном пути. В поздний час возвращаться уже не имело смысла, потом события с Ребеккой… Хотя вот сейчас решила узнать, не находили ли вы его. Для компании взяла с собой любезного соседа по гостинице.
– Браслет? – удивился Освальдо. – По крайней мере, мне об этом ничего неизвестно. Впрочем, я позову дворецкого. Как тот выглядел?
– Такой тонкий серебряный, в виде змейки с глазами из яшмы, – я дала волю фантазии. – Не очень ценный, но дорог как память.
Мэр сочувственно кивал. Он позвонил в колокольчик, затем подошёл к деревянному резному столику, на котором стояло множество графинов, наполненных жидкостями разных цветов от прозрачного до тёмно-коричневого.
– Как пока насчёт вина?
Уж не хотел ли толстяк споить нас? В Туманном городе и не знаешь, где тебя может ждать подвох. Ввиду важности дела мы с Гарольдом скромно отказались.
– А я, пожалуй, пригублю чуток, – сказал Освальдо и налил себе полный бокал, судя по запаху, крепкого напитка.
Между тем подошедший дворецкий на заданный вопрос ответил, что после того вечера никакого браслета прислуга не обнаруживала. Мне пришлось горестно заявить:
– Какая я несчастливая… Потому что он – единственное, что досталось от родителей.
При этом я сжала в руках мешочек на шее, мысленно прося кубики простить меня за маленькую ложь. Всё-таки на кону стояла жизнь Ребекки. Мэр с готовностью внимал мне. Я так убедила его, что, кажется, он был готов на любые меры, чтобы украшение нашлось. И я продолжила.
– Хотя вот однажды браслет уже терялся, просто случайно закатился под стол, – деловито заявила я. – Могу я сама посмотреть в тех залах, где находилась? Пожалуйста!
– Да, конечно, о чём речь, – засуетился глава города. – Я даже пойду с вами.
Это не входило в наши планы – при нём будет сложно осмотреть комнаты более тщательно. Я беспомощно взглянула на своего спутника, желая, чтобы тот проявил инициативу и удержал Освальдо каким-нибудь разговором. Но, увы, он не сумел прочитать мои мысли. Мэр же, наоборот, наверное, подумал, что я хочу и Гарольда подключить к поискам.
В этот момент в гостиную вошла Кандида. Несмотря на то, что она облачилась в чёрное строгое платье безо всяких драгоценностей, её величавая манера вести себя никуда не исчезла. Волосы женщины также были убраны наверх, однако сегодня по правому боку лица завивался длинный локон. Точь-в-точь гербера – высокий изысканный цветок.
– Приветствую, – она сухо поздоровалась и с недоумением уставилась на нас, незваных гостей.
– Дорогая, ты уже закончила с портным? – обратился к ней мэр. – Изабелла потеряла на приёме браслет, мы сейчас попробуем его найти. Можешь пока составить компанию Гарольду? Не думаю, что с хромой ногой он будет нам полезен.
Я заметила, как на долю секунды молодой человек слегка поморщился. Похоже, следователь болезненно воспринимал любые, даже абсолютно невинные упоминания об его изъяне.
– С удовольствием поболтаю со столичным джентльменом, – задумчиво сказала Кандида и присела рядом с ним на диван.
Мы же с Освальдо, залпом допившем содержимое своего бокала и громко поставившим его на столик, отправились на поиски несуществующего украшения. Поначалу я окинула взором закутки в гостиной, заглядывала под столы и тумбы. Краем уха я уловила слова Гарольда, адресованные жене мэра:
– Вы так элегантно выглядите в этом платье. Чёрный цвет очень подчёркивает вашу красоту.
На что Кандида отреагировала лишь холодным и отрешённым «благодарю». Больше мне ничего услышать не удалось.
Дальше мы пошли в музыкальную гостиную. Но и там браслета не оказалось. Равно как и в других комнатах. На самом деле меня преимущественно интересовал кабинет и, возможно, подсобные помещения особняка. Если бы мэр отсутствовал дома или отправил со мной слугу, я бы смогла спокойно и не торопясь осмотреть их. Всё-таки под бдительным оком Освальдо мне приходилось быть осторожнее. Поэтому я старалась отвлечь его разнообразными вопросами.
– В тот вечер я была поражена пальмами в вашем доме. Как вам удаётся выращивать их в суровом климате Туманного города? – бесхитростно спросила я.
– На то я и градоначальник, – заулыбался он, – чтобы у меня везде соблюдались порядок и дисциплина.
– Мы бывали во многих местах, но я не видела такие пальмы нигде, кроме юга. У вас наверняка есть какой-то секрет?
Мэр молча кивнул. Конечно, откуда ему знать, каким образом слуги обихаживают капризные растения.
– Ну, откровенно говоря, не помню, как они точно называются. Именно такие растут в дворцовом саду, а ведь всем известно, что у главы Валлории отменный вкус, – благоговейно произнёс он.
Постепенно мы добрались и до кабинета, хотя вроде хозяин особняка и не собирался туда заходить. Мне же нужно было понять, изменилось ли там что-нибудь, смогу ли я обнаружить нечто подозрительное?
– Да, помню, не удержалась и заглянула сюда, – искренне призналась я и продолжала болтать, чтобы у меня появилось больше времени везде засунуть свой нос. – У вас настолько обширная библиотека! Такой коллекции, скорее всего, и у короля нет. Мне кажется, тут собраны все книги мира.
– Что вы, совсем нет, – кокетничал Освальдо, однако я поняла, что он ужасно падок на лесть. – Между прочим, король Фредерик с супругой бывал у меня в гостях пару лет назад, ему здесь понравилось.
– Вы не в курсе, что произошло с королевой?
– О… – вздохнул мэр. – Это строго охраняемая тайна. Даже мне мало что известно.
Я быстро охватила взглядом пространство комнаты, но не увидела ничего странного. Как же так? Обычно именно в кабинетах составляют планы и меры по их выполнению.
– И я как раз вытащила из вашего шкафа книгу «Размышление о жизни и смерти». Впрочем, она оказалась слишком заумной для меня, – продолжала разглагольствовать я, – но вы-то уж точно прочитали её.
– Ой, сразу и не скажу, – честно сознался Освальдо.
Тем временем я боком подошла к рабочему столу и развернулась спиной к мэру, а сама искоса присматривалась к лежащим там бумагам. Я точно помнила, что стол пустовал, сейчас прямо по центру лежала аккуратная стопка. Мне трудно было прочитать заголовок кверху ногами. Поэтому со словами «посмотрим, может здесь» я нырнула вниз. В моём распоряжении находилось лишь несколько секунд, хотя этого хватило.
На титульной странице стояла сегодняшняя дата, штамп полиции Туманного города, а заголовок гласил: «Отчёт о пропаже Минервы Фош, Джейн Джойс и Ребекки Конрой». Выходит, мэр интересовался преступлениями и получал на дом ежедневную сводку. Но пролистать её даже мельком не предоставлялось возможным.
Так как ничего подозрительного я не заметила, поднявшись, пришлось с болью в голосе признать, что потерянного предмета нигде нет. Мэр сильно расстроился.
– Изабелла, мне хочется сгладить ваше разочарование. Давайте я куплю вам новый браслет? – предложил он на обратном пути.
– Что вы, – отмахнулась я, – другой мне не нужен, а второго такого нет.
И добавила про себя: «Как и первого». По крайней мере, хорошо, что уже больше не придётся врать. Или это только начало?
Когда мы вернулись в гостиную, то увидели, что Гарольд сидел молча, а Кандида с каменным лицом ходила по комнате и сжимала побелевшие пальцы. Что у них могло произойти?
– Вы нашли браслет? – резко спросила она.
Следователь приподнял голову и тоже с любопытством взглянул на меня. Я развела руками от безысходности:
– Нет. Может, я потеряла его позже по дороге к экипажу. Ничего не поделаешь. Ещё раз простите за беспокойство.
Женщина недоверчиво смотрела на меня в упор, словно хотела пронзить холодными глазами насквозь. И неожиданно нанесла удар, наблюдая за моей реакций и чеканя слова стальным голосом
– А я не помню при вас браслета. Вы были в голубом шифоновом платье с короткими рукавами, перевязанном тёмно-синей лентой. С мешочком на груди. Но вот браслета…
Я оказалась не готова к такому повороту событий. Как это вообще возможно? Она видела меня лишь мгновение, потом мы с ней не общались. Призвав на помощь всё своё актёрское мастерство, я уверенно заявила:
– Миледи, наверное, вы запомнили мой облик в тот миг, когда браслет уже пропал. Тогда теоретически он мог потеряться ещё по дороге к вам – я точно надевала его в гостинице перед приёмом.
Хозяйка дома пожала плечами и не стала спорить. Однако было очевидно, что она раскрыла мою ложь.
– Прошу прощения, у меня разыгралась мигрень, – кисло произнесла Кандида и в ту же секунду покинула нас.
– Оставайтесь у меня на обед, – предложил погрустневший Освальдо.
– Боюсь, не можем, – наконец-то перехватил инициативу Гарольд. – Сейчас я хотел заехать к Эндрюсу и узнать новости о расследовании. Три похищения за один месяц и никаких следов... У меня складывается ощущение, что он не справляется с возложенными на него обязанностями.
К тому моменту мы уже подошли к выходу и ждали, когда слуги подадут нам верхнюю одежду. Сквозь полуопущенные глаза я пыталась понять реакцию Освальдо на эти слова. Было заметно, что затронутая тема раздражает его.
– Ах да, – поспешно сказал он и отмахнулся. – Преступник пока не найден. Между тем, знаете, что я думаю? Это явно лиходейство заезжих бандитов. Я стою во главе Туманного города двадцать лет, и у нас никогда ничего не случалось. Наши жители – верные подданные своего короля и законопослушные граждане, им бы в голову не пришла бредовая идея с похищениями!
Он раздухарился и продолжил с напором:
– Я всегда считал, что нужно усилить внешнюю охрану границ. Население боится выходить из дома по вечерам, закрываются наглухо. Пора навести порядок и сделать проживание в городе более спокойным. Право, локальное преступление не стоит внимания таких высокопоставленных лиц как вы.
 Освальдо взял следователя под руку и отвёл в сторону. Но мой чуткий слух уловил, как он советовал молодому человеку не искать иголку в стоге сена, закрыть дело и вернуться обратно в столицу. Что случилось – то случилось. Скорее всего, девушек не удастся найти. А уж мэр примет дополнительные меры, чтобы подобного больше впредь не происходило.
Гарольд ответил, что не может уехать, пока расследование не принесло хоть каких результатов. Когда Освальдо развернулся, я увидела его расстроенное лицо. Они договорились о встрече через несколько дней, и мы вышли на улицу.
По дороге нам встретился спешащий Патрик. Он выглядел озабоченно и лишь коротко пожал Гарольду руку, на меня и вовсе не посмотрел и побежал в дом.
– Ты что-нибудь обнаружила? – спросил мой спутник, когда мы сели в экипаж.
– Ничего подозрительного, – вздохнула я. – Разве только сегодняшний отчёт Эндрюса о похищениях. Это значит, что Освальдо в курсе всех предпринимаемых шагов и последних новостей.
Гарольд в задумчивости снял перчатки и стал крутить их. Казалось, мысленно он находился далеко отсюда.
– Здесь какая-то нестыковка, – наконец, вымолвил следователь. – Мэр явно обеспокоен происходящим. Если бы Освальдо был тут замешан, мне кажется, он бы относился к этому спокойно и уверенно, заранее продумал отступление или замёл следы. С другой стороны, мэр не хочет, чтобы сюда вмешивался приехавший чиновник. Даже хлопочет в столичных инстанциях, чтобы меня отозвали обратно.
– Неужели? – поразилась я.
– Увы, – с горечью признал Гарольд. – Сегодня с почтой получил письмо от отца. Тот также недоволен тем, что моё присутствие никак не ускорило расследование. Впрочем, не стоит говорить об этом.
Наступила долгая пауза. Я видела, что он чувствовал себя опустошённо. Мне хотелось помочь ему, но я не знала, как.
– Я отвезу тебя обратно в "Тысячелетний дуб", – наконец, сообщил молодой человек.
– А что будешь делать ты? – встрепенулась я.
– Заеду к Эндрюсу и обсужу некоторые вопросы, – нахмурившись, ответил Гарольд.
– Пожалуйста, возьми меня с собой, – взмолилась я. – Обещаю не путаться под ногами. Мне всё равно нечем заняться в гостинице. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
– Хорошо, – равнодушно согласился он и высунулся наружу, чтобы дать распоряжение кучеру.
Мы ехали в тишине, каждый думал о чём-то своём. Я посмотрела в окно – туман опять беспощадно пронизывал улицы города, обволакивая пеленой всё от земли до неба. Похоже, я начала привыкать к этому.
Внезапно карета остановилась, и снаружи послышались глухие стуки. В следующее мгновение обе двери экипажа распахнулись и какие-то люди в тёмных плащах и шляпах, надвинутых на лицо, схватили нас по одиночке и растащили в разные стороны.  

© Copyright: Марина Шульман, 2018

Регистрационный номер №0407464

от 19 января 2018

[Скрыть] Регистрационный номер 0407464 выдан для произведения: Власть окрыляет, опьяняет
И всех взлететь наверх манит;
Людей к себе исправно тянет
Сей притягательный магнит.
Её так хочется добиться,
Чтоб выше остальных стоять,
Что можно честью поступиться
И всё, что есть, взамен отдать.

 
Но к следующему утру не пришло никаких известий – ни плохих, ни хороших. Я же практически не спала, прислушиваясь к ночным звукам с улицы, и, одолеваемая бессонницей, строила логические схемы, сопоставляла факты. Мои парадоксальные выводы склонялись к тому, что, возможно, к похищению причастен… мэр.
Во-первых, именно он пригласил нас к себе на приём, где Ребекка была на виду, а сразу после этого она пропала. Во-вторых, будучи самым значительным лицом в городе, Освальдо обладал полнотой власти, способной воспрепятствовать расследованию. Именно поэтому поиски двух других девушек ни к чему не привели. Да такой констебль, как Эндрюс, не способен отыскать в запертой комнате даже пропавшую пять минут назад черепаху! В-третьих, я вспомнила, что муж Джейн работал у мэра фельдъегерем, и в ночь похищения жены того как раз отослали по срочному поручению. А в-четвёртых, уж больно подозрительна его семейка вместе с нестареющей супругой и бахвальным племянником.
Мне захотелось поделиться этими мыслями с Гарольдом. Не медля, я быстро умылась, оделась и, пренебрегая завтраком, побежала к его комнате. Похоже, я разбудила соседа, потому что он приоткрыл проём совсем чуть-чуть и не горел желанием меня впускать.
– Изабелла, я ещё не привёл себя в порядок, – взмолился следователь.
– Нам нужно срочно поговорить, – требовала я. – Дело ведь важное. Не беспокойся, я не упаду в обморок, если увижу тебя в панталонах.
– Извини, этого я допустить никак не могу, – улыбнулся молодой человек, открыв дверь через пару минут.
Он уже практически оделся, но при мне застёгивал бордовый сюртук на белоснежной рубашке, а затем стал причёсываться перед большим, в пол, зеркалом. Я рассказала ему о своих соображениях. Гарольд внимательно выслушал меня, сел за стол и стал крутить в руках гусиное перо.
– Ты хочешь обвинить в этих преступлениях самого мэра? – удивился он.
– Впрочем, сильно не настаиваю, – я пожала плечами. – Однако все пути ведут к нему, разве не так?
Молодой человек вздохнул:
– Да, вынужден согласиться. Если бы ты только знала, какое сопротивление вместо поддержки я нахожу у здешних властей. Они явно не заинтересованы в скорейшем расследовании похищений. Собственно, это и есть причина, почему я нахожусь тут. У меня даже нет уверенности в том, что можно доверять Эндрюсу. Я не вижу в нём устремлений, которые следовало бы иметь констеблю.
– Вот-вот, – оживилась я. – А что если допросить Освальдо?
– Исключено! – горько усмехнулся Гарольд. – Я не могу прийти к нему просто так и официально допрашивать, обвиняя в похищениях девушек, или устроить обыск. Нужны какие-то неопровержимые доказательства.
– Как насчёт Фридриха? Ты поговорил с ним ещё раз?
– Да, – грустно ответил следователь. – Как и ожидалось, он ничего не знает, не видел и не слышал. Осмотр по всей гостинице мы провели сразу же, ты сама на нём присутствовала.
Я подошла и села на стул напротив него:
– Но по всем трём случаям у нас нет никаких весомых улик. И вряд ли они когда-нибудь появятся. А время уходит!
Гарольд молча кивнул в подтверждение моих слов. Тут ко мне в голову пришла неожиданная идея:
– Что, если мы сами попробуем найти улики в доме мэра?
– Каким образом? – изумился мой собеседник.
– Нам нужно попасть к нему в особняк – придумаем какую-нибудь дурацкую причину. Например, что я потеряла на приёме дорогой браслет. Поэтому вернулась, чтобы поискать его. Тогда у меня будет возможность пройти по комнатам, осмотреться, может, обнаружу что-то подозрительное. Потом мы поговорим с ним, зададим неожиданные вопросы. Вдруг, не ожидая подвоха, он нечаянно проболтается…
Молодой человек смотрел на меня с восхищением:
– Изабелла, с таким умом ты представляешь угрозу для общества.
– Полагаю, это стоит рассматривать как комплимент? – рассмеялась я.
Он улыбнулся, и мне показалось, что его улыбка мягкими лучами осветила всю комнату. Почувствовав кураж, я предложила отправиться к мэру сразу после завтрака. Гарольд с сомнением покачал головой, но всё же согласился. Так как следователь завтракал в кафе вне гостиницы, мы договорились встретиться на улице через полчаса.
– Только прошу тебя – ни слова окружающим. Не стоит делиться с ними ненадёжной информацией, – попросил он.
– Хорошо, – с лёгкостью ответила я.
Вместе мы спустились в гостиную. За столом уже сидели почти все члены нашего театра, за исключением Густава и Августы – они предпочли сейчас быть одни. Гарольд поприветствовал собравшихся и вышел.
Я заметила, что Марк неодобрительно посмотрел на нас. Поначалу я не придала этому большого значения. Но когда после быстрого завтрака пресной овсянкой при первом удобном случае я покинула общество труппы, поднялась к себе и прихорашивалась у зеркала, отец зашёл в комнату и присел на кровать Ребекки:
– Изабелла, я хотел бы поговорить с тобой.
– Да, что такое?
– Кстати, куда ты собираешься? – поинтересовался он.
Понимая, что Марк не одобрит нашу авантюру, я на секунду задумалась и ответила:
– Мы с Гарольдом хотим немного прогуляться и развеяться.
Не сомневаюсь, что отец почувствовал неискренность в моём голосе. Тем не менее он не подал вида:
– Да, я и вчера видел, что ты находилась в его комнате. Сегодня вы вдвоём спускались на завтрак… Он – взрослый мужчина, ты – юная девушка, с чего вдруг дружба не разлей вода?
Я демонстративно тяжело вздохнула. К сожалению, Марк и Розамунда до сих пор считали меня ребёнком, который нуждается в присмотре. Конечно, это в первую очередь было связано с потерей их собственных детей, но порой я уставала от такого контроля и взбунтовывалась. Они хотели подольше не выпускать меня из замкнутой среды театра во внешний мир, я же стремилась как можно раньше стать взрослой и самостоятельной. Поэтому наши взгляды на многие вещи расходились кардинально, и никто не хотел уступать.
– Во-первых, мы живём рядом и постоянно сталкиваемся. Не общаться с соседями – странно, – начала я придумывать причины, хотя эта показалась мне самой глупой из всех возможных.
Марк ободряюще кивнул, предлагая найти аргументы поубедительнее. Он явно хотел к чему-то подвести.
– Во-вторых, ему тоже небезразлична судьба Ребекки. Он спрашивает, есть ли новости, можно ли как-то помочь, – уже увереннее заявила я. – В Туманном городе нас так мало поддержки и знакомых людей.
– Что ж, – согласился отец. – Это всё?
Нужен был ещё какой-нибудь третий ударный довод. Только ведь я не могла сказать ему, что Гарольд мне очень нравится?
– Ну и вообще, он интересный, умный, образованный, – наконец, выдала я.
– Вот из-за чего меня и настораживает ваша «дружба», – дождавшись момента, перехватил инициативу Марк. – Без сомнений, ты – весёлая и обаятельная девушка. Но всего лишь артистка бродячего театра. Он же – чиновник из столицы, судя по всему, из аристократической семьи, богатый наследник. Вы из абсолютно разных сословий, у вас не может быть ничего общего. Поверь, я знаю таких людей.
– Каких таких? – мгновенно вспыхнула я.
– Прожигателей жизни, молодых повес, бездельников, – перечислял отец. – Для которых каждый день – сплошной праздник, где не нужно заботиться ни о деньгах, ни о репутации.
– Он совершенно не такой, – возразила я.
Под вышесказанное описание скорее подходил Патрик, племянник Кандиды, но уж совсем не Гарольд. Не могла я так сильно ошибаться в людях!
– Милая, ты его совершенно не знаешь, – вздохнул Марк.
– Ты тоже! – сдаваться без боя не было в моих правилах. – Это только твои домыслы.
Поняв, что градус беседы повышается, отец встал и пристально посмотрел на меня:
– Изабелла, пока мы – твои родители, наша задача заботиться о тебе. Я и Розамунда не приветствуем ваше общение и просим избегать его впредь. Надеюсь, ты услышала мои слова.
Учитывая, что я не могла согласиться с подобным указанием, а врать не хотелось, я стойко молчала, надеясь, что это выручит сейчас и не обернётся против меня в будущем. Отец многозначительно взглянул в последний раз и ушёл, хлопнув дверью.
Уфф! К счастью, разговор обошёлся без потерь. Я выждала момент, когда родители уйдут к себе в комнату, и выбежала из гостиницы. В холле находились лишь танцоры. Они хотели что-то спросить, но я прижала палец к губам и отрицательно покачала головой. Мне не хотелось привлекать к себе лишнее внимание.
Стояло прохладное зимнее утро. Лёгкий снегопад успел засыпать меня несколькими снежинками, пока я бежала от гостиницы до кареты. Гарольд уже сидел внутри запряжённого экипажа из двух лошадей, предоставленного мэрией в его полное распоряжение на время расследования.
– Что-то случилось? – спросил он, глядя на мой озабоченный вид.
– Нет, ничего, всё в порядке, – уверила его я. – Едем к мэру!
По дороге мы обсудили тактику поведения. О, как мне это было по душе. Настоящее приключение, возможность вырваться из однообразной рутины!
Когда мы доехали, следователь первым покинул карету и подал мне руку. В этот миг я почувствовала себя дамой из высшего общества. Увы, в моей повседневной жизни никто бы и не додумался до такого поступка. Вот она, разница в воспитании и манерах.
Гвардейская стража узнала нас и, хотя встреча не была назначена, без проблем пропустила внутрь поместья градоначальника. Двигаясь пешком по центральной аллее, и я не раз случайно вырывалась вперёд – Гарольд с тростью шёл чуть медленнее. Мне не хотелось ставить его в неловкое положение, поэтому я старалась не убыстряться. Молодой человек же делал вид, как будто всё нормально.
Слуга проводил нас в гостиную, и, устроившись на диване, мы стали ждать хозяина. Мне не сиделось на месте, так хотелось побыстрее вступить в эту игру.
– Какой неожиданный визит! Чем обязан? – прибежал удивлённый мэр, судорожно застёгивая на ходу деловой костюм. Вряд ли мы застали его врасплох, потому что далее он вёл себя вполне естественно.
Гарольд пожал ему руку, а я присела в реверансе и глубоко вздохнула. Мне нужно было быть крайне убедительной.
– Прошу прощения, но, кажется, на приёме я обронила браслет, – извиняющимся тоном я начала свою речь. – Обнаружила его пропажу только в карете на обратном пути. В поздний час возвращаться уже не хотелось, а потом события с Ребеккой… Хотя вот сейчас решила узнать, не находили ли вы его. Для компании взяла с собой любезного соседа по гостинице.
– Браслет? – удивился Освальдо. – По крайней мере, мне об этом ничего неизвестно. Впрочем, я сейчас позову дворецкого. Как тот выглядел?
– Такой тонкий серебряный, в виде змейки, с глазами из изумрудов, – я дала волю фантазии. – Не очень ценный, но дорог как память.
Мэр сочувственно кивал. Он позвонил в колокольчик, затем подошёл к деревянному резному столику, на котором находилось множество графинов, наполненных жидкостями разных цветов от прозрачного до тёмно-коричневого.
– Как пока насчёт вина?
Мы с Гарольдом скромно отказались, ведь предстояло важное дело. Уж не хотел ли толстяк споить нас? В Туманном городе и не знаешь, где тебя может ждать подвох.
– А я, пожалуй, пригублю чуток, – сказал Освальдо и налил себе почти полный бокал, судя по запаху, крепкого напитка.
Между тем подошедший дворецкий сообщил, что после того вечера никакого браслета прислуга не обнаружила. Мне пришлось горестно заявить:
– Какая я несчастливая… Потому что он – единственное, что досталось от родителей.
При этом я сжала в руках мешочек на шее, мысленно прося кубики простить меня за маленькую ложь. Всё-таки на кону стояла жизнь Ребекки. Мэр с готовностью внимал мне. Я так убедила его, что, кажется, он был готов на любые меры, чтобы украшение нашлось. И я продолжила.
– Хотя вот однажды браслет уже терялся, просто случайно закатился под стол, – деловито заявила я. – Могу я сама поискать в тех залах, где находилась? Пожалуйста!
– Да, конечно, о чём речь, – засуетился глава города. – Я даже пойду с вами.
Это не входило в наши планы – при нём будет сложно осмотреть комнаты более тщательно. Я беспомощно посмотрела на своего спутника, желая, чтобы тот проявил инициативу и удержал Освальдо каким-нибудь разговором. Но, увы, он не сумел прочитать мои мысли. Мэр же, наоборот, наверное, подумал, что я хочу и Гарольда подключить к поискам.
В этот момент в гостиную вошла Кандида. Несмотря на то, что сейчас она облачилась в чёрное строгое платье безо всяких драгоценностей, её величавая манера вести себя никуда не исчезла. Волосы женщины также были убраны наверх, однако сегодня на одном боку завивался красивый длинный локон. Точь-в-точь гербера – высокий изысканный цветок.
– Приветствую, – она сухо поздоровалась и с недоумением смотрела на нас, незваных гостей.
– Дорогая, ты уже закончила с портным? – обратился мэр к жене. – Изабелла потеряла на приёме браслет, мы сейчас попробуем его найти. Можешь пока составить компанию Гарольду? Не думаю, что с хромой ногой он будет нам полезен.
Я заметила, как на одну секунду молодой человек слегка поморщился. Похоже, следователь болезненно воспринимал любые, даже абсолютно невинные упоминания об его изъяне.
– С удовольствием поболтаю со столичным джентльменом, – загадочно сказала Кандида и присела рядом с ним на диван.
Мы же с Освальдо, который залпом допил содержимое своего бокала и громко поставил его на стеклянный столик, отправились на поиски несуществующего украшения. Поначалу я просмотрела закутки в гостиной, заглядывала под столы и тумбы. Краем уха я уловила слова Гарольда, адресованные жене мэра:
– Вы так элегантно выглядите в этом платье. Чёрный цвет очень подчёркивает вашу красоту.
На что Кандида отреагировала лишь холодным и отрешённым «спасибо». Больше мне ничего услышать не удалось.
Дальше мы пошли в музыкальную гостиную. Но и там браслета не оказалось. Равно как и в других комнатах. На самом деле, меня больше всего интересовал кабинет и, возможно, подсобные помещения особняка. Если бы мэр отсутствовал дома или отправил со мной слугу, я бы смогла спокойно и не торопясь осмотреть их. Всё-таки, под бдительным оком Освальдо мне приходилось быть осторожнее и внимательнее. Поэтому я старалась отвлечь его разнообразными вопросами.
– В тот вечер я была поражена пальмами в вашем доме. Как вам удаётся выращивать их в суровом климате Туманного города? – бесхитростно спросила я.
– О, – заулыбался он. – На то я и градоначальник, чтобы у меня везде соблюдался порядок.
– Мы бывали во многих местах, но я нигде не видела их, кроме юга. У вас наверняка есть какой-то секрет?
Мэр молча кивнул. Конечно, откуда ему знать, каким образом слуги обихаживают капризные растения.
– Ну, откровенно говоря, даже не помню, как они точно называются. Именно такие я видел в столичном дворце, а ведь всем известно, что у главы государства отменный вкус, – благоговейно произнёс он.
Постепенно мы добрались и до кабинета, хотя вроде хозяин особняка и не собирался туда заходить. Мне же нужно было понять, изменилось ли там что-нибудь, смогу ли я обнаружить нечто подозрительное?
– Да, помню, не удержалась и заглянула сюда, – абсолютно искренне призналась я и продолжала болтать, чтобы у меня появилось больше времени везде засунуть свой нос. – У вас настолько обширная библиотека! Такой коллекции, скорее всего, и у короля нет. Мне кажется, тут собраны все книги мира.
– Что вы, совсем нет, – кокетничал Освальдо, однако я видела, что он ужасно падок на лесть. – Между прочим, король Фредерик с супругой бывал у меня в гостях пару лет назад, ему здесь понравилось.
– Вы не в курсе, что произошло с королевой?
– О… – вздохнул мэр. – Это строго охраняемая тайна. Даже мне мало что известно.
Я быстро охватила взглядом пространство комнаты, хотя не заметила ничего странного. Как же так? Обычно именно в кабинетах составляют планы и задачи по их выполнению.
– И я как раз вытащила из вашего шкафа книгу «Размышление о жизни и смерти». Впрочем, она оказалась слишком заумной для меня, – продолжала я разглагольствовать, – но вы-то уж точно прочитали её.
– Ой, сразу и не скажу, – честно признался Освальдо.
Тем временем я боком подошла к рабочему столу и развернулась спиной к мэру, а сама искоса стала присматриваться к лежащим там бумагам. Я точно помнила, что стол пустовал. Сейчас прямо по центру лежала аккуратная стопка. Мне трудно было прочитать заголовок кверху ногами. Поэтому со словами «сейчас посмотрим, может здесь» я нырнула вниз. В моём распоряжении оказалось лишь несколько секунд, хотя этого хватило.
На верхней странице стояла сегодняшняя дата, штамп полиции Туманного города, а надпись гласила: «Отчёт о пропаже Минервы Фош, Джейн Джойс и Ребекки Конрой». Выходит, мэр интересовался преступлениями и получал на дом оперативные отчёты. Но пролистать его даже мельком не предоставлялось возможным.
Так как больше ничего подозрительного мне заметить не удалось, пришлось с болью в голосе признать, что потерянного предмета нигде нет. Мэр очень сильно расстроился.
– Изабелла, мне хочется сгладить ваше разочарование. Давайте я куплю вам новый браслет? – предложил он на обратном пути.
– Что вы, – отмахнулась я, – другой мне не нужен, а второго такого нет.
И добавила про себя: «Как и первого». По крайней мере, хорошо, что больше уже не придётся врать. Или это только начало?
Когда мы вернулись в гостиную, то увидели, что следователь сидел молча, а Кандида с каменным лицом ходила по комнате и сжимала побелевшие пальцы. Что у них могло произойти?
– Вы нашли его? – резко спросила она.
Гарольд приподнял голову и тоже заинтересованно взглянул на меня. Я развела руками от безысходности:
– Нет. Может, я потеряла его по дороге к экипажу. Ничего не поделаешь. Простите за беспокойство.
Кандида недоверчиво смотрела на меня в упор, словно хотела пронзить насквозь своими холодными глазами. И неожиданно нанесла удар:
– А я не помню при вас браслета, – наблюдая за моей реакций, произнесла она, чеканя слова стальным голосом. – Вы были в голубом шифоновом платье с короткими рукавами, повязанном тёмно-синей лентой. С мешочком. Но вот браслета…
Я оказалась не готова к такому повороту событий. Как это вообще возможно? Она видела меня всего лишь мгновение, потом мы с ней не общались. Призвав на помощь всё своё актёрское мастерство, я уверенно заявила:
– Миледи, наверно, вы запомнили мой облик в тот момент, когда браслет уже пропал. Тогда теоретически он мог потеряться ещё по дороге к вам – я точно надевала его в гостинице перед приёмом.
Хозяйка дома пожала плечами и не стала со мной спорить. Однако было очевидно, что она разгадала мою ложь.
– Прошу прощения, у меня разыгралась мигрень, – кисло заявила Кандида и в ту же секунду покинула нас.
– Может быть, вы останетесь и отобедаете со мной? – предложил погрустневший Освальдо.
– Боюсь, не можем, – наконец-то перехватил инициативу Гарольд. – Я хотел сейчас заехать к Эндрюсу и узнать новости о расследовании. Три похищения за один месяц и никаких следов. У меня складывается ощущение, что он не справляется с возложенными на него обязанностями.
К тому моменту мы уже подошли к выходу и ждали, когда слуги подадут нам верхнюю одежду. Сквозь полуопущенные глаза я пыталась понять реакцию Освальдо на эти слова. Было заметно, что затронутая тема раздражает его.
– Ах да, – поспешно сказал он и отмахнулся. – Преступник пока не найден. Между тем, знаете, что я думаю по данному поводу? Это явно лиходейство каких-то заезжих бандитов. Я стою во главе Туманного города двадцать лет, и у нас никогда ничего подобного не случалось. Наши жители – верные подданные своего короля и законопослушные граждане, им бы в и голову не пришла такая бредовая идея похищать по девушке еженедельно!
Он раздухарился и продолжил с напором:
– Да, я всегда считал, что нужно усилить внешнюю охрану границ. Население боится выходить из дома по вечерам, закрываются наглухо. Пора навести порядок и сделать проживание в городе более спокойным. Право, локальное преступление не стоит внимания таких высокопоставленных чиновников, как вы.
 Освальдо взял следователя под руку и отвёл в сторону. Но мой чуткий слух уловил, как он советовал молодому человеку не искать иголку в стоге сена, закрыть дело и вернуться обратно в столицу. Что случилось – то случилось. Скорее всего, девушек не удастся найти. А уж мэр примет дополнительные меры по безопасности, чтобы подобного больше не происходило впредь.
Гарольд ответил, что не может уехать, пока расследование не принесло хоть каких-то результатов. Когда Освальдо развернулся, я увидела его расстроенное лицо. Они договорились о встрече через несколько дней, и мы вышли на улицу.
По дороге нам встретился спешащий Патрик. Он выглядел озабоченно и лишь коротко пожал следователю руку, на меня и вовсе не обратил внимания и побежал в дом.
– Ты что-нибудь обнаружила? – спросил мой спутник, когда мы сели в экипаж.
– Ничего подозрительного, – вздохнула я. – Разве только сегодняшний отчёт Эндрюса о похищениях девушек. Это значит, что Освальдо в курсе всех предпринимаемых шагов и последних новостей.
Гарольд в задумчивости снял перчатки и стал крутить их. Казалось, мысленно он находился далеко отсюда.
– Здесь какая-то нестыковка, – наконец, вымолвил следователь. – Мэр явно обеспокоен происходящим. Если бы Освальдо был тут замешан, мне кажется, он бы относился к этому спокойно и уверенно, заранее продумал ходы отступления или замёл следы. С другой стороны, мэр не хочет, чтобы сюда вмешивался сторонний чиновник, как я. Даже хлопочет в столичных инстанциях, чтобы меня отозвали обратно.
– Неужели? – поразилась я.
– Увы, – с горечью признал Гарольд. – Сегодня с почтой получил письмо от отца. Тот также недоволен тем, что моё присутствие никак не ускорило расследование. Впрочем, не стоит говорить об этом.
Наступила долгая пауза. Я видела, что он чувствовал себя опустошённо. Мне хотелось помочь ему, но я не знала, как.
– Я отвезу тебя обратно в "Тысячелетний дуб", – сообщил молодой человек.
– А что будешь делать ты? – встрепенулась я.
– Нужно заехать к Эндрюсу и обсудить некоторые вопросы, – нахмурившись, ответил Гарольд.
– Пожалуйста, возьми меня с собой, – взмолилась я. – Обещаю, что не буду путаться под ногами. Мне всё равно нечем заняться в гостинице. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
– Хорошо, – без особого энтузиазма, равнодушно согласился он и высунулся наружу, чтобы дать распоряжение кучеру.
Мы ехали в тишине, каждый думал о чём-то своём. Я посмотрела в окно – туман опять опутал город своей сетью. Кажется, я начала привыкать к этому.
Внезапно карета остановилась, и снаружи послышались глухие стуки. В следующее мгновение обе двери экипажа распахнулись, и какие-то люди в тёмных плащах и шляпах, надвинутых на лицо, схватили нас по одиночке и растащили в разные стороны.
Рейтинг: +1 88 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
141
135
114
98
НОЯБРЬ 17 ноября 2018 (Елена Бурханова)
88
87
86
85
84
83
82
80
78
77
77
74
72
Покаяние 13 ноября 2018 (Сергей Дивак)
71
71
68
67
66
НАДЕЖДА 18 ноября 2018 (Юрий Веригин)
64
64
63
59
54
53
51
47