ГлавнаяПрозаКрупные формыПовести → Прорваться. 3. Через смерть

Прорваться. 3. Через смерть

7 октября 2020 - Александр Рогулев
3. Через смерть
 
   Алекс очнулся от холода – да, что же в последнее время как-то всё из жизни пингвинов! Сначала в полузабытьи пытался нащупать покрывало какое-нибудь; ничего не нашарил и открыл глаза. Полумрак, и холод, и тишина и какой-то ненормальный воздух.
- Допился, - Алекс /он лежал на спине/ повернул голову влево. Разглядел кровать и лежавшего на ней абсолютно голого мужика, явственно видел, что именно мужик.
- Медвытрезвитель, - пришло в сознание Алекса слово, которое он где-то слышал … или читал? Полежав некоторое время в неподвижности, Алекс повернул голову направо. Такая же кровать, или что-то вроде, так же лежащее нагое тело, но… Алекс приподнялся на локтях, чтобы убедиться. Убедился – левым соседом была женщина.
 
- Совмещенный медвытрезвитель, - вслух произнес Алекс и не поверил этому дикому словосочетанию. ''М и Ж'', два в одном… Не может быть. Тогда, тогда – это… чего… морг это?! Тут Алекс впервые ощутил неприятное ощущение под левой лопаткой. Тупо ныло там, было похоже на боль в потянутой мышце. Не сильная боль, затихающая, словно мышца была потянута несколько дней назад и сейчас почти восстановилась. За исключением левой лопатки физическое состояние организма было выше похвал, никаких симптомов похмелья – чудеса, учитывая количество выпитого вчера.
- Вот, а что было вчера? Вчера, вчера… не помню ни х… ра, - Алекс рифме не обрадовался, - не до стихов, знаете ли. Как и почему я сюда попал?
 
В этот момент АО13 закончил с восстановлением и некоторой модернизацией материальной части Алекса и вторгся в его разум и душу. И начал контактировать с ними. Не торопясь. Поспешая, медленно – или наоборот. Важен результат.
 
- Удар ножом сзади? Нет, вроде что - то глухо бухнуло, – размышлял Алекс, - сочли мертвым, гмм… и поместили соответственно.
Боль под лопаткой прошла и холод стал меньше ощущаться. Подвигав для проверки руками, подрыгав ногами и повертев головой, Алекс спрыгнул с одра. Два ряда покойников вдоль двух стен образовывали длинный коридор. Койко-место Алекса было в метрах двадцати от дверей. Нагота создавала определенные неудобства, посему его обрадовала вешалка у входа с висящими тремя белыми халатами. Влезши в один из них и натянув на босу ногу стоящие под вешалкой бахилы, Алекс с замиранием сердца потянул за дверную ручку. Тяжелая на вид дверь открылась легко и бесшумно. Алекс выглянул наружу. Никого. Прямо перед дверью площадка, с которой начинается бетонная лестница в семь-восемь ступенек, ведущих наверх. Поднявшись по лестнице, Алекс уткнулся в еще одну дверь, которая оказалась запертой. Сквозь щель у дверных петель проникал солнечный свет. Довольно яркий – где-то середина дня.
- Почему никого не видать и не слыхать? Обеденное время?
Алекс тихонько толкнул дверь правым плечом. Он просто хотел узнать на замок или защелку она заперта. Дверь от его толчка вдруг широко распахнулась и он с изумлением увидел развороченный косяк и торчащий из торца двери трехсантиметровый язык неоткрытого замка.
 - Мама миа, - Алекс пощупал правое плечо, - ведь никакой боли, ничего.
 
 Выйдя через дверной проем, пролом, если быть точнее, Алекс оглянулся на табличку возле проема – пролома. Верхние четыре буквы составляли слово, которое Алекс угадал, хотя разгадка, теперь представлялась непроходимой тупостью – надо же, победил на «Поле Чудес». Ниже четырехбуквенного слова содержалась информация, угадать которую не смогли бы и те, кто очень хочет стать миллионером. Больница – номер, такого-то района, такого-то города. Название города ничего Алексу не подсказало, кроме того, что он невероятным образом переместился от берегов теплой воды в родные просторы.
Алекс, метнув быстрый взгляд по окружающей территории, скользнул от входа в эту обитель скорби за здоровенный куст сирени.
 
- Обитель скорби, хе, - это для родных и близких, а мои сосед и соседка, в том числе, уже, видимо, прошли таможню и резвятся, как весенние ласточки в райском саду.
Алекс весьма обалдел от этой пришедшей ни с того, ни с сего мысли, начал анализировать. Анализ критический /если хотите негативный/ был его сущностью и, отчасти, профессией. С головой, вернее с мозгами, явно творилось странное. Что?
- Получил пулю в спину, упал, ударился головой, скоро пройдет, - как- то по телеграфному простучало в его голове, - не о том сейчас время задумываться. Надо оглядеться.
Действительно, надо. Недавний морганал Алекс выглянул из-за куста. Что там? Да ничего особенного, стандартный двор перед стандартной больницей. Перед главным входом кормой к распахнутым двухстворчатым дверям стоит фургон ''реанимация''. Пациента, по всей видимости, уже внесли в нутро больницы, водитель бродит вокруг автомобиля, между пальцев – наполовину выкуренная сигарета. Двигатель авто урчит на холостом ходу.
- Тайну двух океанов видел? – мелькнуло в голове Алекса, когда он уже летел к открытой дверце автомобиля. Ведь в самом деле летел, хотя в чём в чём, а в скоростном беге он никогда не отличался. В своё время все нормативы сдавал на слабый ''трояк'' с учетом послабления от препода по физкультуре.
-Ты чего, бля, куда, не, в натуре, бля, - водитель тоже рванулся к кабине, но разве ему было угнаться.
- И отпусти грехи наши, яко же мы…, - высказался к своему изумлению Алекс, плюхаясь на водительское сидение. А затем…
Он никогда не имел своей машины, очень редко кто-нибудь из друзей давал ему ''порулить'' на проселке, когда выезжали с компанией за город, на рыбалку или пикник. Сейчас же Алекс действовал, как профессиональный угонщик. Левая рука захлопывает дверцу, ступни ног ложатся на педали, правая рука передвигает какой-то рычаг, левая хватается за руль. Реанимобиль рвется с места в галоп, лихо объезжает цветочную клумбу, и вылетает через ворота.
 
Выскочив за пределы больничной ограды, фургон тут же резко поворачивает направо. Почему не налево, не прямо – Алекс задуматься не успел, так же как о том, почему пролетев полтора квартала, он также ни с того, ни с сего вновь круто заложил ''право руля'', а через два дома еще вправо и тормознул. ''Правильной дорогой идете, товарищи'', - опять как телеграммой пришло в голову.
- Что далее?
Мгновенный ответ:
- Четвертый подъезд, квартира 57.
 
Алекс выскочил из реанимобиля, дом типичная ''хрущоба'', никаких тут тебе кодовых замков, но и лифтов не предусмотрено. Алекс, впрочем, орлом взлетел на площадку третьего этажа и вжал кнопку звонка квартиры под указанным номером.
- И хто? – слабенько так донеслось из-за тощей фанерной двери после двухминутного ожидания.
- Медсанслужба, травим клопов, тараканов, прочих гадов, бесплатно.
Дверь открылась, на пороге стояло существо, по всем параметрам подходящее под определение ''божий одуванчик''.
 
Алекс устранил течь крана горячей воды в ванной, очистил от ржавчины две раковины и, к особенному умилению ''одуванчика'', отремонтировал телевизор. Все равно, когда он просил у старушки дать ''на прокат с последующей оплатой'' одежду и обувку покойного деда, было очень стыдно.
- Не дым, - кратко отозвался на его переживания телеграф.
 
В принципе экипирован Алекс был не плохо, дед слыл, поди, щеголем. Джинсы ''Lee'', справившие в этом году, как минимум сорокалетие; тенниска, малоношеная и, слава те, без надписей и рисунков. Под кожаную сфабрикованная куртка /сплошные ''молнии''/ и кеды – неизвестно как сохранившиеся – белые вьетнамские кеды. Удачей было, что почти совпал размер, чуть-чуть все было маловато, за исключением кед, эти были как шитые по ноге Алекса.
- Волка ноги кормят, - хмыкнул телеграф.
- Куда? – вопросил себя Алекс, хотя, конечно, вопрос был к телеграфу. Понимая очень немногое из того, что с ним творится последние сутки, Алекс начинал осознавать главное – что-то в нем сильно изменилось, к добру или к худу. По первым действиям вроде бы к добру. С другой стороны – дорога в ад вымощена..
Размышлять вновь не дали:
- Равняйсь, смирно, левое плечо вперед – шагом марш! Приготовиться к бегу, - Алекс автоматически согнул руки в локтях, - бегом марш! Алекс рванул, как никогда за свои года. За считанные минуты он добежал до ограды больницы.
 
- Принять влево, - было исполнено безоговорочно. Обежав больничную ограду с тыла, Алекс, слегка всё-же задыхаясь /а пить и курить надо меньше!/ упал в жухлую траву. Полежал /полежали?/ минут пять. Алекс отдышался и, глядя на больничные корпуса с тыла, понял, что ничего с этого места не увидит.
Это понял и другой:
- Ползком, по-пластунски, вдоль ограды, влево, - вот черт, накидали всякого дерьма, так, огибаем угол, еще двадцать метров. Замри!
 
Что же, на новом пункте наблюдения Алекса хорошо закрывал роскошный чертополох, был отлично виден вход в обитель скорби, да и главный вход и въезд хорошо просматривались.
- Наблюдаем, - подумал он или не он, - и что-нибудь интересное наблюдем. Алекс хотел было поправить грамматику телеграфа, но в это время у въездных ворот заклаксонил автомобиль. Большой и черный. За ним стоял второй – такой же.
 
В голове Алекса замельтешили ролики:
- Катафалки что ли? Неужели УАЗики стали такими большими… Это они по его душу, то есть тело… Дверь-то выломана… Не продумал… Перетащить кого-нибудь похожего на место клиента… Куклу создать? Нет, не успею…
Мелькание роликов закончилось коротким:
- Отползаем.
 
Отползши, Алекс, боязливо оглядываясь, вышел на улочку с довольно оживленным, но, по всей видимости, с односторонним движением.
- Голосуй, - сказал телеграф, - не этому, следующему.
 
Следующим был новый сверкающий ''Ауди''. Алекс вяло поднял руку, но, как ни странно, авто остановилось.
- Подвезете, - спросил Алекс, открыв дверцу.
- Садись, - услышал он в ответ женский голос. Сел, автомобиль медленно тронулся.
- Здравствуй, Алекс.
- А? что?
- Не узнаешь? – женщина за рулем повернулась к нему лицом.
- Вера? – смятенно спросил Алекс, - Вера, это ты, то есть Вы?
- Ты, ты… А что? Так сильно изменилась?
- Да, нет, просто не ожидал.
- Я тоже не ожидала. В этом городе… Ну, как ты и почему такой ретрообразный?
- Обстоятельства, - пробурчал Алекс, - вынуждают.
- Вот как, тебе куда?
- На северо-восточную окраину, - повторил Алекс за телеграфом.
- С тобой все в порядке? – спросила Вера.
- Со мной. Все. В порядке.
Вера посмотрела на него с явно выраженным сомнением:
- Знаешь, у меня важная деловая встреча, отложить ее я не могу. Подброшу тебя к ''северо-востоку'', насколько сама понимаю где это… Запомни адрес: Гоголя, 9. Если что – приезжай, помогу всем, что в моих возможностях. Я ведь у тебя в неоплатном долгу, тогда даже поблагодарить времени не было. Запомнил адрес?
- Гоголя девять, - повторил Алекс, - а номер квартиры?
- Это особняк, не единственный на этой улице мертвых душ.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

© Copyright: Александр Рогулев, 2020

Регистрационный номер №0481327

от 7 октября 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0481327 выдан для произведения: 3. Через смерть
 
   Алекс очнулся от холода – да, что же в последнее время как-то всё из жизни пингвинов! Сначала в полузабытьи пытался нащупать покрывало какое-нибудь; ничего не нашарил и открыл глаза. Полумрак, и холод, и тишина и какой-то ненормальный воздух.
- Допился, - Алекс /он лежал на спине/ повернул голову влево. Разглядел кровать и лежавшего на ней абсолютно голого мужика, явственно видел, что именно мужик.
- Медвытрезвитель, - пришло в сознание Алекса слово, которое он где-то слышал … или читал? Полежав некоторое время в неподвижности, Алекс повернул голову направо. Такая же кровать, или что-то вроде, так же лежащее нагое тело, но… Алекс приподнялся на локтях, чтобы убедиться. Убедился – левым соседом была женщина.
 
- Совмещенный медвытрезвитель, - вслух произнес Алекс и не поверил этому дикому словосочетанию. ''М и Ж'', два в одном… Не может быть. Тогда, тогда – это… чего… морг это?! Тут Алекс впервые ощутил неприятное ощущение под левой лопаткой. Тупо ныло там, было похоже на боль в потянутой мышце. Не сильная боль, затихающая, словно мышца была потянута несколько дней назад и сейчас почти восстановилась. За исключением левой лопатки физическое состояние организма было выше похвал, никаких симптомов похмелья – чудеса, учитывая количество выпитого вчера.
- Вот, а что было вчера? Вчера, вчера… не помню ни х… ра, - Алекс рифме не обрадовался, - не до стихов, знаете ли. Как и почему я сюда попал?
 
В этот момент АО13 закончил с восстановлением и некоторой модернизацией материальной части Алекса и вторгся в его разум и душу. И начал контактировать с ними. Не торопясь. Поспешая, медленно – или наоборот. Важен результат.
 
- Удар ножом сзади? Нет, вроде что - то глухо бухнуло, – размышлял Алекс, - сочли мертвым, гмм… и поместили соответственно.
Боль под лопаткой прошла и холод стал меньше ощущаться. Подвигав для проверки руками, подрыгав ногами и повертев головой, Алекс спрыгнул с одра. Два ряда покойников вдоль двух стен образовывали длинный коридор. Койко-место Алекса было в метрах двадцати от дверей. Нагота создавала определенные неудобства, посему его обрадовала вешалка у входа с висящими тремя белыми халатами. Влезши в один из них и натянув на босу ногу стоящие под вешалкой бахилы, Алекс с замиранием сердца потянул за дверную ручку. Тяжелая на вид дверь открылась легко и бесшумно. Алекс выглянул наружу. Никого. Прямо перед дверью площадка, с которой начинается бетонная лестница в семь-восемь ступенек, ведущих наверх. Поднявшись по лестнице, Алекс уткнулся в еще одну дверь, которая оказалась запертой. Сквозь щель у дверных петель проникал солнечный свет. Довольно яркий – где-то середина дня.
- Почему никого не видать и не слыхать? Обеденное время?
Алекс тихонько толкнул дверь правым плечом. Он просто хотел узнать на замок или защелку она заперта. Дверь от его толчка вдруг широко распахнулась и он с изумлением увидел развороченный косяк и торчащий из торца двери трехсантиметровый язык неоткрытого замка.
 - Мама миа, - Алекс пощупал правое плечо, - ведь никакой боли, ничего.
 
 Выйдя через дверной проем, пролом, если быть точнее, Алекс оглянулся на табличку возле проема – пролома. Верхние четыре буквы составляли слово, которое Алекс угадал, хотя разгадка, теперь представлялась непроходимой тупостью – надо же, победил на «Поле Чудес». Ниже четырехбуквенного слова содержалась информация, угадать которую не смогли бы и те, кто очень хочет стать миллионером. Больница – номер, такого-то района, такого-то города. Название города ничего Алексу не подсказало, кроме того, что он невероятным образом переместился от берегов теплой воды в родные просторы.
Алекс, метнув быстрый взгляд по окружающей территории, скользнул от входа в эту обитель скорби за здоровенный куст сирени.
 
- Обитель скорби, хе, - это для родных и близких, а мои сосед и соседка, в том числе, уже, видимо, прошли таможню и резвятся, как весенние ласточки в райском саду.
Алекс весьма обалдел от этой пришедшей ни с того, ни с сего мысли, начал анализировать. Анализ критический /если хотите негативный/ был его сущностью и, отчасти, профессией. С головой, вернее с мозгами, явно творилось странное. Что?
- Получил пулю в спину, упал, ударился головой, скоро пройдет, - как- то по телеграфному простучало в его голове, - не о том сейчас время задумываться. Надо оглядеться.
Действительно, надо. Недавний морганал Алекс выглянул из-за куста. Что там? Да ничего особенного, стандартный двор перед стандартной больницей. Перед главным входом кормой к распахнутым двухстворчатым дверям стоит фургон ''реанимация''. Пациента, по всей видимости, уже внесли в нутро больницы, водитель бродит вокруг автомобиля, между пальцев – наполовину выкуренная сигарета. Двигатель авто урчит на холостом ходу.
- Тайну двух океанов видел? – мелькнуло в голове Алекса, когда он уже летел к открытой дверце автомобиля. Ведь в самом деле летел, хотя в чём в чём, а в скоростном беге он никогда не отличался. В своё время все нормативы сдавал на слабый ''трояк'' с учетом послабления от препода по физкультуре.
-Ты чего, бля, куда, не, в натуре, бля, - водитель тоже рванулся к кабине, но разве ему было угнаться.
- И отпусти грехи наши, яко же мы…, - высказался к своему изумлению Алекс, плюхаясь на водительское сидение. А затем…
Он никогда не имел своей машины, очень редко кто-нибудь из друзей давал ему ''порулить'' на проселке, когда выезжали с компанией за город, на рыбалку или пикник. Сейчас же Алекс действовал, как профессиональный угонщик. Левая рука захлопывает дверцу, ступни ног ложатся на педали, правая рука передвигает какой-то рычаг, левая хватается за руль. Реанимобиль рвется с места в галоп, лихо объезжает цветочную клумбу, и вылетает через ворота.
 
Выскочив за пределы больничной ограды, фургон тут же резко поворачивает направо. Почему не налево, не прямо – Алекс задуматься не успел, так же как о том, почему пролетев полтора квартала, он также ни с того, ни с сего вновь круто заложил ''право руля'', а через два дома еще вправо и тормознул. ''Правильной дорогой идете, товарищи'', - опять как телеграммой пришло в голову.
- Что далее?
Мгновенный ответ:
- Четвертый подъезд, квартира 57.
 
Алекс выскочил из реанимобиля, дом типичная ''хрущоба'', никаких тут тебе кодовых замков, но и лифтов не предусмотрено. Алекс, впрочем, орлом взлетел на площадку третьего этажа и вжал кнопку звонка квартиры под указанным номером.
- И хто? – слабенько так донеслось из-за тощей фанерной двери после двухминутного ожидания.
- Медсанслужба, травим клопов, тараканов, прочих гадов, бесплатно.
Дверь открылась, на пороге стояло существо, по всем параметрам подходящее под определение ''божий одуванчик''.
 
Алекс устранил течь крана горячей воды в ванной, очистил от ржавчины две раковины и, к особенному умилению ''одуванчика'', отремонтировал телевизор. Все равно, когда он просил у старушки дать ''на прокат с последующей оплатой'' одежду и обувку покойного деда, было очень стыдно.
- Не дым, - кратко отозвался на его переживания телеграф.
 
В принципе экипирован Алекс был не плохо, дед слыл, поди, щеголем. Джинсы ''Lee'', справившие в этом году, как минимум сорокалетие; тенниска, малоношеная и, слава те, без надписей и рисунков. Под кожаную сфабрикованная куртка /сплошные ''молнии''/ и кеды – неизвестно как сохранившиеся – белые вьетнамские кеды. Удачей было, что почти совпал размер, чуть-чуть все было маловато, за исключением кед, эти были как шитые по ноге Алекса.
- Волка ноги кормят, - хмыкнул телеграф.
- Куда? – вопросил себя Алекс, хотя, конечно, вопрос был к телеграфу. Понимая очень немногое из того, что с ним творится последние сутки, Алекс начинал осознавать главное – что-то в нем сильно изменилось, к добру или к худу. По первым действиям вроде бы к добру. С другой стороны – дорога в ад вымощена..
Размышлять вновь не дали:
- Равняйсь, смирно, левое плечо вперед – шагом марш! Приготовиться к бегу, - Алекс автоматически согнул руки в локтях, - бегом марш! Алекс рванул, как никогда за свои года. За считанные минуты он добежал до ограды больницы.
 
- Принять влево, - было исполнено безоговорочно. Обежав больничную ограду с тыла, Алекс, слегка всё-же задыхаясь /а пить и курить надо меньше!/ упал в жухлую траву. Полежал /полежали?/ минут пять. Алекс отдышался и, глядя на больничные корпуса с тыла, понял, что ничего с этого места не увидит.
Это понял и другой:
- Ползком, по-пластунски, вдоль ограды, влево, - вот черт, накидали всякого дерьма, так, огибаем угол, еще двадцать метров. Замри!
 
Что же, на новом пункте наблюдения Алекса хорошо закрывал роскошный чертополох, был отлично виден вход в обитель скорби, да и главный вход и въезд хорошо просматривались.
- Наблюдаем, - подумал он или не он, - и что-нибудь интересное наблюдем. Алекс хотел было поправить грамматику телеграфа, но в это время у въездных ворот заклаксонил автомобиль. Большой и черный. За ним стоял второй – такой же.
 
В голове Алекса замельтешили ролики:
- Катафалки что ли? Неужели УАЗики стали такими большими… Это они по его душу, то есть тело… Дверь-то выломана… Не продумал… Перетащить кого-нибудь похожего на место клиента… Куклу создать? Нет, не успею…
Мелькание роликов закончилось коротким:
- Отползаем.
 
Отползши, Алекс, боязливо оглядываясь, вышел на улочку с довольно оживленным, но, по всей видимости, с односторонним движением.
- Голосуй, - сказал телеграф, - не этому, следующему.
 
Следующим был новый сверкающий ''Ауди''. Алекс вяло поднял руку, но, как ни странно, авто остановилось.
- Подвезете, - спросил Алекс, открыв дверцу.
- Садись, - услышал он в ответ женский голос. Сел, автомобиль медленно тронулся.
- Здравствуй, Алекс.
- А? что?
- Не узнаешь? – женщина за рулем повернулась к нему лицом.
- Вера? – смятенно спросил Алекс, - Вера, это ты, то есть Вы?
- Ты, ты… А что? Так сильно изменилась?
- Да, нет, просто не ожидал.
- Я тоже не ожидала. В этом городе… Ну, как ты и почему такой ретрообразный?
- Обстоятельства, - пробурчал Алекс, - вынуждают.
- Вот как, тебе куда?
- На северо-восточную окраину, - повторил Алекс за телеграфом.
- С тобой все в порядке? – спросила Вера.
- Со мной. Все. В порядке.
Вера посмотрела на него с явно выраженным сомнением:
- Знаешь, у меня важная деловая встреча, отложить ее я не могу. Подброшу тебя к ''северо-востоку'', насколько сама понимаю где это… Запомни адрес: Гоголя, 9. Если что – приезжай, помогу всем, что в моих возможностях. Я ведь у тебя в неоплатном долгу, тогда даже поблагодарить времени не было. Запомнил адрес?
- Гоголя девять, - повторил Алекс, - а номер квартиры?
- Это особняк, не единственный на этой улице мертвых душ.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Рейтинг: 0 166 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!