Ave Мария

7 февраля 2012 - Лариса Есина
article23106.jpg
Глава 1
Весна високосного года
 
Был первый день весны. Древний колоритный восточный город встречал её радостно и шумно. Было удивительно тепло и солнечно. Даже для этого времени года. Уже расцвёл урюк, хотя обычно красивыми розовыми цветками его раскидистые ветви покрываются только в конце марта – начале апреля. На клумбе у дома благоухали фиалки – да так, что их пьянящий аромат потоком лился в настежь раскрытые окна кухни третьего этажа и смешивался здесь с ароматом кофе и поджаренных на сливочном масле румяных гренок.
У плиты хлопотала женщина лет 70 в простом ситцевом платье и цветастом фартуке – Прасковья Никитична. Ветер, приглашаемый в комнату развеять чад готовящейся еды, развевал в крупный красный горох льняные занавески с кружевными рюшами. За столом сидела женщина средних лет, невысокая, фактурная обладательница роскошных каштановых волос, собранных в высокую прическу – дочь хозяюшки Мария. Еще одной обитательницы этой небольшой квартирки типовой многоэтажки в центре Самарканда  - девочки восьми лет Маришки – дома уже не было. Она уже ушла в школу.
Плотно позавтракав, Мария встала из-за стола.
- Мама, я ухожу. Закрой за мной дверь. И смотри – не забудь про цепочку! – привычно предупредила она щупленькую маленькую старушку, протягивающую ей сверток с продуктами на обед.
- Выдумаешь ещё! – отмахивалась та, - Кому мы нужны?..
- Я сказала – закрой! – не отступалась заботливая дочь и, поцеловав мать, зацокала каблучками своих модных туфелек по ступеням лестничного пролёта.
Кому как не ей было знать про человеческие беды!.. На работе ей ежечасно приходилось иметь дело с множеством её вариаций. Мария – лаборант бюро судебно-медицинской экспертизы. Её задача – установить причину смерти потерпевшего. И какие только темные истории не всплывали со дна её колб и пробирок!!!
Но сегодня не хотелось думать о плохом. Слух радовало щебетание птиц, а глаз – цветущие деревья и распускающиеся почки на ветках. И над всем этим великолепием ослепительно ликовало солнце, делая ещё ярче и контрастней весеннее буйство красок, обостряя чувства, вселяя надежду на все самое лучшее.
«Всё обязательно образуется, - мысленно успокаивала себя Маша, запрыгивая в автобус, на котором она ежедневно добиралась от дома до места работы, - Он – ещё молодой, глупый, не нагулялся, наверное… Не осознал пока, что сам уже отец, вот и ведёт себя как мальчишка…»
«Он» - её избранник, самый лучший и красивый мужчина на свете. Мария его слишком любила, чтобы замечать его недостатки. Меж тем их было немало. И среди самых неприятных – пристрастие к алкоголю. Впрочем, для неё он просто любил выпить. А кто сейчас не пьёт? Она готова была прощать его бесконечно – столько, сколько нужно, пока не прозреет, не одумается, не возьмёт себя в руки, не устроиться на работу, наконец… И только тогда двери её уютного гостеприимного дома снова распахнутся перед ним, и они опять будут жить вместе. Только теперь – дружно и хорошо. Ежедневные выяснения отношений измучили её, вымотали эмоционально и духовно.
А вчера лопнуло даже её ангельское терпение. Друзья семьи ради неё устроили Анатолия на работу в автопарк механиком. Мария радовалась этому несказанно. Ровно до вечера. Любимый вернулся домой весь в мазуте, пьяный в усмерть и еле ворочая языком, категорически заявил, что на работу туда больше не выйдет, так как она грязная, а он не хочет, чтобы его жена проводила все вечера за стиркой одежды…
На следующий день ей на работу позвонила подруга Надежда и рассказала об истинной причине увольнения:
- Твой благоверный день напролет вчера пил вместе со сторожами, а уходя домой весь – специально – вымазался в мазуте. – Возмущённо шипел в трубке телефона голос подруги. Она полная противоположность Маше – бойкая, энергичная, за словом в карман не полезет и, что немаловажно, знает, что, кому и когда сказать. – Нет, ты представляешь – СПЕ-ЦИ-АЛЬ-НО!!! Естественно, он был тут же уволен. Да ещё я от начальника выговор получила за то, что за этого алкоголика поручилась. Гнала бы и ты его взашей, подружка! Поверь мне и моему опыту – толку из него не будет. Подумай о дочери. Что она видит? Уж лучше никакого отца, чем вечно пьяный.
- Действительно, пора с этим цирком завязывать! – согласилась с ней Мария и в отчаянии бросила трубку.
 
Она попросила его оставить её в покое тем же вечером. Анатолий с виноватым видом раскаявшегося грешника ждал её у ворот бюро. Он божился, что завтра обязательно найдёт другую работу, по душе. Ну, не его это дело с железками возиться…
- Вот когда найдёшь работу и зарплату получишь – тогда и приходи. У тебя дочь уже в первый класс пошла. Ты хоть это заметил? – пытала она супруга. – Ребёнок у меня есть. Мне мужчина нужен. Муж-чи-на, понимаешь? А не мальчишка, который заврался окончательно и не понимает, что катится вниз по наклонной.
Домой в тот вечер она вернулась одна. Размышления, правильно ли она поступила, долго не давали ей уснуть. Но в конце концов дождь её убаюкал, и, засыпая, Маша подумала о том, что утро вечера мудренее.
Это был последний день зимы 29 февраля. Високосный год. Нехороший, трудный, проблемный – это поверье в народе сложилось неслучайно. Но Мария не была суеверной. Она свято верила во всё самое хорошее, обо всех судила по себе и потому ни от кого не ожидала зла, так как сама отличалась на редкость безобидным нравом.
 
В таких раздумьях Мария добралась до места работы. Бюро судмедэкспертизы занимало старинный купеческий особняк. Во дворе его нынешние хозяева сохранили даже пруд, где плавали декоративные золотые рыбки. В сохранившихся ещё с дореволюционных времен вольерах вальяжно расхаживали красавцы-павлины. А под окнами биохимической лаборатории был разбит розарий. Кусты роз ещё не отогрело скудное, хоть и яркое весеннее солнышко. А вот нарциссы и тюльпаны цвели вовсю.
- Здравствуйте, Маша-апа! – приветствовал ее приветливый садовник Уктам. – Это вам! – говоря это, он протянул ей букетик тюльпанов.
- Спасибо! – зарделась благодарностью Мария, - Вы всегда так предупредительны, Уктам!
Взяв подарок, она направилась к двери своей лаборатории, выходящей как раз к клумбам. Вазы в её кабинете не оказалось. Под неё была быстро приспособлена одна из фигурных колб. Налив в нее воды, Маша поставила букет на стол у окна. Накинула белый халат, водрузила на голову колпак и принялась разбирать штативы с пробирками и банки с фрагментами человеческих тел. Ей предстояло сегодня, как и все последующие лет 20, разгадать немало загадок, ответить на вопросы, которые должны были стать ключами к раскрытию многих преступлений…
- Мария, твоего заветного привезли!.. – истошный крик не без некоторой издёвки санитарки Анны разрубил пространство и время пополам на «до» и «после» этого трагического события.
- Кого? Анатолия? Куда привезли? – Маша не сразу поняла, о чём идет речь.
- Ну, куда ещё?! В морг, конечно… Ночью ему горло кто-то ножом перерезал. Говорят, рано утром его на скамейке в городском парке обнаружили…
Мария, ещё не веря в смерть любимого человека и надеясь, что это либо его очередной дурацкий розыгрыш, либо козни недоброжелателей, кинулась в секционный отдел.
Анатолий действительно находился там. Его уже остывшее тело привезли несколькими минутами ранее. Лицо его было на удивление спокойно. Оно не отражало ни тени ужаса и не было обезображено гримасой боли… Можно было бы подумать, что он спит, если бы не аккуратный кроваво-багровый рубец на шее. Умелая рука опытного убийцы вспорола сонную артерию, словно проделывала это не раз, тренируясь на других шеях, забирая жизни своих многочисленных жертв без малейшей тени сожаления или жалости к ним.
- Толик!.. Как же это?.. Как ты мог… Это ужасная шутка! Уже не смешно!!!.. – Мария принялась тормошить тело мужа, покрывая его лицо, торс и руки неистовыми поцелуями.
Её слёзы смешивались с его кровью, в которой она тут же вымазалась. Врачи и санитары с трудом оторвали и оттащили от тела отца её дочери, вывели в сад на свежий весенний воздух.
- Машенька, солнце наше! Успокойся! Так, увы, бывает… - успокаивал свою работницу главный врач бюро судмедэкспертизы Сироджев. - Сюда же не первый раз привозят твоих знакомых. Пора бы уж привыкнуть к этому. Господи, что я говорю!.. – одёрнул он сам себя, - Ничего не вернуть, к сожалению. А тебе ещё дочь растить.
«Ничего не вернуть, к сожалению»… Слова главного врача и её старого друга, кажется, подействовали на убитую горем женщину.
Мария вышла к бассейну, села на скамейку и просидела там до самого вечера, ни с кем не обмолвившись и словом. Её тщетно звали к обеду. Она даже не повернула головы, думая о чём-то своём и уставившись в одну точку. Словно там крылся ответ на терзающие ее вопросы.
 
Глава 2
Гость в милицейских погонах
 
Когда рабочий день закончился, Маша тяжело поднялась со скамейки, на которой неподвижно в одной позе просидела несколько часов кряду и направилась в лабораторию. Там скинула измаранный кровью халат, колпак и, стиснув зубы словно от боли или пытаясь удержать навернувшиеся слёзы, завернула его в газету, сунула в сумку. Затем накинула легкий плащ тёмно-синего цвета простого кроя, повязала на шею лёгкую голубую косынку и привычно направилась к остановке автобуса. Солнце уже не светило так слепяще, как утром и днём. Небо темнело. Откуда-то надвигались тёмные грозовые тучи. К ним присоединялись лёгкие белые облака и тоже темнели, мрачнели, угрожая пролиться на город сильным дождём. Так, когда приближается беда, любая мелочь может сыграть роковую роль.
Марии вдруг стало душно, она расстегнула верхние пуговицы плаща, развязала косынку и глубоко вдохнула влажную прохладу весеннего вечера. Но легче не стало.
Сегодня Он её не встретил у ворот… И НИКОГДА больше не встретит… Почему именно он?.. Кому помешал этот безобидный паяц?.. Ответов на эти вопросы не было… И пока она их не найдёт, нет сил жить дальше… Так ей казалось. Всё вокруг представлялось теперь ненужным, пустым, преходящим – необходимость говорить, есть, работать…
Подъехал автобус. Мария поднялась в салон.
- Девушка! Оплатите проезд! – требовательный голос кондукторши вернул её к действительности. Порывшись в кошельке, она нашла пять копеек и протянула ей мелочь. Та всунула ей в руку билет и двинулась дальше обилечивать пассажиров. В час-пик салон был забит до отказа возвращающимися домой работниками.
 
- Что с тобой, Машенька?! – ахнула Прасковья Никитична, открывшая ей дверь.
Мария скинула туфли, но так и оставшись в плаще, молча прошла в свою комнату.
- Что случилось, Господи?!! – беспокоилась мать, подозревая что-то неладное, - С Маришей что ли что-нибудь стряслось? Не молчи!!! – тормошила она дочь.
Но та не отвечала, чем довела пожилую женщину до полного отчаяния. Прасковью Никитичну в минуты опасности одолевала бурная деятельность. Вот и сейчас надо было что-то делать… Но что? Если неясно, что произошло.
Её размышления прервал долгий, настойчивый, требовательный звонок в дверь. Оставив дочь в комнате, Прасковья Никитична поплелась открывать дверь, полагая, что это опять непутёвый зять явился проситься обратно, и уже готовая отправить голубчика восвояси. Однако на пороге стоял милиционер с красной папкой под мышкой. Сердце бедной старушки так и ёкнуло – так и есть, что-то действительно стряслось… И неужто опять с внучкой?.. Она отпустила её погулять с подружками после того, как девочка вернулась из школы и выполнила домашнее задание на завтра. Признаться, с Маришкой вечно случались какие-то неприятности: то собака укусит, то ногу вывихнет, то руку поломает… Ноги старушки стали ватными от волнения, а сердце бешено заколотилось.
- Ларина Мария Николаевна здесь проживает? – осведомился нежданный гость.
- Здесь… - прошептала Прасковья Никитична, - Проходите…
И отошла в глубь коридора, чтобы служитель закона мог пройти в квартиру. Прихожая была настолько мала, что в ней едва помещались два человека.
- Маша здесь, - движением руки хозяйка квартиры указала гостю, куда следует пройти.
Милиционер принял приглашение и вошёл в квартиру, представился. Та, к которой он пришёл, находилась в спальне. Его удивило, что она на него никак не отреагировала, окинув безразличным, как бы невидящим взором, словно он бестелесный призрак, отвернулась к стене.
- Ларин Анатолий Валентинович – Ваш супруг? – задал он свой первый вопрос.
Имя любимого человека ненадолго вернуло Марию к действительности. Она посмотрела на гостя в погонах настолько внимательно, насколько у неё это сейчас получилось. Ей и раньше приходилось общаться с этим человеком по служебным делам. Но теперь ей предстояло выступить не в роли медэксперта, а в роли потерпевшей стороны.
- Значит, дело об убийстве Анатолия Вы ведёте? – глухим голосом поинтересовалась Мария и, не дожидаясь ответа, сама ответила на свой вопрос, - Это хорошо. Вы опытный следователь и обязательно найдёте убийцу. Я была бы рада Вам в этом помочь, но сама знаю меньше Вашего – только то, что Толик убит…
- Вы, Машенька, одна из последних, кто видел его живым. Расскажите мне о вашей последней встрече накануне трагедии. По возможности максимально подробно.
«Максимально подробно»… События вчерашнего вечера врезались в её память навсегда. Она помнила малейшие детали последнего счастливого в её жизни дня: где стоял, как был одет, что говорил…
- Толик почти каждый вечер меня с работы встречал, особенно когда провиниться в чём-нибудь… - начала свой рассказ вдова убитого, и её потухший взгляд снова стал наполняться огнём любви к уже покойному мужу. А еще утром она надеялась, что всё образуется… - Вот и вчера он ждал, когда я освобожусь. Он набедокурил в автопарке, где и дня не проработал – был уволен в тот же день, как устроился… Это было уже слишком. Я работаю на двух ставках, чтобы семью прокормить, а ему всё как с гуся вода… Вот и сказала ему, чтобы уходил. Надеялась, поймёт, что начинает заигрываться, катится вниз по наклонной… Но получилось, я сама столкнула его вниз… - Мария всхлипнула, не в силах сдержать нахлынувших слёз, тихо и горько заплакала от осознания собственной вины.
- Не корите себя напрасно. Вот уж чьей-чьей, а Вашей вины тут нет, - философски заметил Тимохин, - Любая другая женщина поступила бы на Вашем месте точно так же, если не ещё более радикально. И при этом ни минуту не сомневалась бы в том, что поступила правильно. Откровенно говоря, никто, кроме убитого не виноват, что он именно так ушёл из жизни…
- Но ведь он не сам умер! Ему в этом помогли! – тоном, не терпящем возражения, произнесла Мария. – Этого-то Вы не можете отрицать?! Значит, ходит по этой земле убийца, которому ничего не стоит отнять жизнь человека – просто так… И Вы обязаны его найти!
- Этим я как раз и занимаюсь! – улыбнулся Тимохин, стараясь сгладить острые углы диалога. – Поэтому я сегодня здесь…
- А что Вы здесь надеетесь узнать или найти? – перешла в словесное наступление вдова убитого, и голос её неожиданно зазвучал сильными нотками. – Или Вы полагаете, что это я лишила жизни собственного мужа, отца своей дочери?!!!..
- Да успокойтесь Вы! – попытался вразумить собеседницу следователь. - Никто и не думает Вас в этом обвинять! Следствию важно знать, куда направился Ваш покойный супруг после того, как вы расстались? Были ли у него враги? Где он обычно проводил свободное время?
- Где он куролесил, не знаю. Сейчас особенно неприятно сознание, что «проводил», и не в кругу семьи. – Говоря это, Мария поднялась и стала мерить комнату шагами, как бы обдумывая каждое слово, - Слышала, Толик часто бывает… бывал, - поправила она сама себя, - в баре у Центрального парка. Оттуда за дебош его даже не раз забирали в милицию. Мать выкупала, жалела сына… Врагов у него не было, как мне кажется. Кому мог навредить этот бездельник. Разве только себе? А вот недоброжелателей наверняка было немало. Характер у Толика был сложный, неуживчивый, трудно с людьми сходился, не прощал никому замечаний в свой адрес… В драку лез.
- Кого-нибудь из их числа можете назвать? – заинтересовался следователь.
- Думаете это кто-то из тех, с кем Толик ссорился? – вопросом на вопрос ответила Мария. – Вряд ли. Ссоры-то все пустяковые. За такое не убивают…
- Как знать, как знать… - многозначительно протянул опытный следователь. – Убить могут даже за бутылку водки. Есть в моей милицейской практике ряд таких происшествий. А Вы говорите…
Мария не нашлась, что ответить. Несколько минут оба молчали. Тимохин о чём-то размышлял, судя по серьёзному виду и перерезавшей лоб морщинке.
- Может быть, причиной ссоры стал тот самый случай в автопарке? – наконец, выдал он итог своих умозаключений.
Мария устремила на него удивлённо-вопросительный взгляд. Опережая её вопрос, Тимохин продолжил изложение хода своих мыслей.
- Не исключено, что после разговора с Вами, Анатолий отправился в автопарк выяснять отношения. Слово за слово… А там и заточка в ход пошла…
- Не могу знать. Толик остался на остановке, когда я уехала. Вроде был один. Был ли он в этот вечер в автопарке, может знать моя подруга Надежда. Это она помогла ему туда устроиться. Сама там диспетчером работает.
- Координаты, имя, фамилия, отчество, номер автопарка! – потребовал следователь, приготовившись записывать.
- Номера не знаю. А подругу зовут Надежда Гусарова. Она живёт в доме №41 по улице Гагарина, сразу за стоматологической поликлиникой.
Тимохин быстро записывал в протокол опроса эти сведения, а потом зачитал их вслух.
- Всё правильно?
Мария одобрительно кивнула в ответ.
- Тогда распишитесь вот здесь и здесь. – Следователь указал ручкой, где его собеседнице следовало оставить свой автограф. А после того, как это было сделано, спрятал бумаги в свою красную папку.
- До свидания! – попрощался он. – Ещё в бюро судмедэкспертизы увидимся. Я расскажу Вам, как продвигается следствие.
 
 
Продолжение на сайтах:
http://shop.club-neformat.com/2009/01/ave_maria/
 
http://www.amazon.com/Ave-Maria-ebook/dp/B00737ILAE/ref=sr_1_1?s=digital-text&ie=UTF8&qid=1327924293&sr=1-1

© Copyright: Лариса Есина, 2012

Регистрационный номер №0023106

от 7 февраля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0023106 выдан для произведения:

 http://shop.club-neformat.com/2009/01/ave_maria/

 

http://www.amazon.com/Ave-Maria-ebook/dp/B00737ILAE/ref=sr_1_1?s=digital-text&ie=UTF8&qid=1327924293&sr=1-1

Рейтинг: +1 605 просмотров
Комментарии (2)
Ольга Боровикова # 22 июля 2015 в 17:58 +1
Интересно читать - интригующий сюжет! osenpar2 smoke
Лариса Есина # 22 июля 2015 в 18:03 0
Это 2 главы из 23-ех, по-моему) Спасибо, на прозу на Парнасе нечасто заходят.