ГлавнаяПрозаКрупные формыРоманы → Черта пяти Миров 3. Глава 8. Ультиматум

Черта пяти Миров 3. Глава 8. Ультиматум

13 сентября 2019 - Серый ангел
Прошло два дня. С самого раннего утра на вилле все были уже на ногах. Девочек разбудили на рассвете и вместе с Луизой отправили во флигель под надзор Эдварда. Ирвин тщательно готовил приборы в лаборатории, а Джеймс ни на шаг не отходил от дочери. Час Икс приближался, и к пяти часам вечера у Кристины начались схватки, а около полуночи на свет появился здоровый черноволосый мальчуган. На этот раз никаких осложнений не было. Принцесса выглядела немного измученной, но чувствовала себя хорошо. Джеймс перенёс её в спальню и оставил там отдыхать, а Ирвин занялся ребёнком. Когда Джеймс вернулся от дочери, он уже проводил диагностику.
 
— Ну, что скажешь? — едва перешагнув порог лаборатории, тут же спросил Повелитель. — Тебе удалось вычислить его код?
 
— Да, сир, — Ирвин кивнул на монитор, отсоединяя датчики от тела малыша. — Восемьдесят процентов энергии Ортиокса и двадцать — энергии Античерты. Код двоичен, но мальчик не станет слишком сильным. Чуть сильнее любого Нерождённого, вот и всё. Вам не о чем волноваться.
 
— Но какому Миру он принадлежит?
 
— Это решат между собой Отец и Ортиокс, — Ирвин пожал плечами.
 
— Нет, Ирвин. Сначала это решит Кристина — она его мать! — тон Джеймса неожиданно стал холодным. — А все остальные пусть катятся к чёрту! — сказав это, он забрал малыша и вынес из лаборатории. Ирвин усмехнулся глядя ему вслед. Ему нравился настрой Повелителя.
 
***
 
 
Утром Джеймс зашёл к Кристине. Девушка уже проснулась и улыбнулась при виде отца.
 
— Я рад, что ты уже улыбаешься, — заметил Повелитель, подходя к дочери. — Как ты себя чувствуешь?
 
— По сравнению с предыдущими днями — просто замечательно!
 
— Это хорошо. Значит, мы можем поговорить…
 
Кристина немного нахмурилась, но всё же кивнула.
 
— Ты ведь понимаешь, что этот разговор необходим, — помолчав, начал Джеймс. — Я должен знать твоё мнение прежде, чем что-то предпринимать. Твой сын несёт в себе две энергии, Кристина. Он…
 
— Я хочу увидеть его, — внезапно перебила девушка. — Где он?
 
— Я принесу, — помедлив, Джеймс кивнул и скрылся в дверях. Через минуту он вернулся, неся на руках маленький, спелёнутый комочек. Джеймс приблизился к Кристине и осторожно положил ребёнка на кровать возле неё.
 
Кристина немного побледнела и долго смотрела на сына прежде, чем рука её сама собой потянулась, и кончики пальцев прикоснулись к крохотной розовой щёчке. Ребёнок чуть пошевелился и открыл глаза. Теперь они смотрели друг на друга. Мальчик вдруг улыбнулся и его чёрные глаза озарил какой-то внутренний свет. Кристина побледнела ещё больше и беспомощно оглянулась на отца, словно ища поддержки.
 
— Смелее! — шепнул Джеймс, правильно истолковав её взгляд.
 
Кристина нервно сглотнула и дрожащими руками взяла сына. Прижав его к своей груди, она с трепетной нежностью коснулась губами его лба. Потом погладила чёрные шёлковые волосики.
 
— Он такой красивый, — со смесью страха и восторга проговорила она. — Он совсем не похож на… — она запнулась, не в силах произнести ненавистное имя. — Скорее, он похож на тебя, отец… И он такой маленький… Такой хрупкий…
 
— Ты была точно такой же, — Джеймс улыбнулся. — Хочешь дать ему имя?
 
— Я?.. — Кристина на мгновенье опешила.
 
— Конечно. Это же твой сын.
 
— Да, точно, — принцесса нервно кивнула. Потом несколько минут молчала. — Пусть его зовут Гордон, — наконец, сказала она, крепче прижимая к себе сына. — Вы не против, сир? — переходя на официальный язык, спросила девушка.
 
— Нет, не против, — Джеймс задумчиво посмотрел на ребёнка. — Гордон — очень красивое имя и подходит ему…
 
— Теперь ты должен сказать мне что-то ещё про него, ведь так? — принцесса вновь посерьёзнела.
 
— Да, нам лучше обсудить всё сразу, Кристина, чтобы после не было никаких сюрпризов.
 
— Я понимаю, — она кивнула, глядя на то, как мальчик снова засыпает. — И я слушаю тебя, отец.
 
— Гордон принадлежит двум Мирам, но не Миру Черты, — тихо заговорил Повелитель, тоже став серьёзным. — В любой момент за ним могут явиться представители этих Миров, чтобы забрать мальчика к себе. Мне нужно знать, Кристина, хочешь ли ты, чтобы я его защищал?.. Уверена ли ты, что этот ребёнок нужен тебе настолько, чтобы подвергать Мир Черты риску быть втянутым в серьёзное противостояние с Отцом и Ортиоксом? Прошу тебя: хорошенько подумай прежде, чем ответить. Это очень серьёзно, понимаешь?
 
— Да, я понимаю, — принцесса отвела взгляд. На её лице больше не было привычного выражения беззаботности и юношеского протеста, словно она разом повзрослела за эти несколько недель. Девушка долго молчала, затем перевела взгляд на сына. — Знаю, я вела себя не очень адекватно в последнее время, отец, — наконец, заговорила она. — Но пойми, я была в ужасе, когда открылась эта правда с Ллойдом… Я не хотела жить, не то, что рожать ребёнка от него… — Кристина отвернулась. На её глазах заблестели слёзы. — Наверное, я всё это заслужила… — сдавлено продолжила она. — Я сама во всём виновата, но Гордон… Он не виноват ни в чём… И ты прав — он мой сын. И он достоин того, чтобы его любили… И защищали… Ты можешь поступать, как считаешь нужным, Повелитель, но Гордона… я никому не отдам. Я сама буду защищать его, пока хватит сил…
 
— Что ж, — Джеймс вздохнул и улыбнулся. — Тогда на этом и остановимся… У меня больше нет вопросов, Кристина, — он наклонился и, поцеловав дочь, ушёл.
 
***
 
 
В этот же день, ближе к вечеру, на вилле появился Ричард. Джеймс почувствовал его поле, едва Повелитель Античерты пересёк границу Миров и ступил на золотистый песок пляжа. Не дожидаясь, пока он зайдёт в дом, Джеймс сам вышел навстречу.
 
— Я знаю, что Кристина родила мальчика, — едва кивнув Джеймсу в знак приветствия, тут же завёл разговор Ричард. — И по приказу Отца я должен забрать ребёнка и передать его в Вечность. Надеюсь, ты не станешь препятствовать воле Отца, Джеймс?
 
— Я не получал никакого приказа, — взгляд Повелителя потемнел. — И я всё сказал тебе в прошлый раз, Ричард.
 
— Ты можешь говорить, что угодно, но не можешь игнорировать приказ Высшего Разума! — тон Наблюдателя стал ледяным. — Ты всего лишь Его представитель здесь, так что не зарывайся, Джеймс. Если не подчинишься — завтра тебя здесь уже не будет, а твои дети отправятся вслед за тобой в Вечность! Надеюсь, это ты понимаешь?..
 
— Интересно, Ричард, ты угрожаешь от своего имени или от имени Отца? — никто и не заметил, как рядом оказался Ирвин. Он приблизился к Наблюдателю. При этом его зрачки сузились, и в них загорелся мрачный огонь.
 
— Ирвин! — одёрнул его Джеймс.
 
— Пусть он ответит! — упрямо прошипел Исполнитель, пронизывая Ричарда задумчивым взглядом.
 
— Я передаю приказ Отца! — побледнев, повторил тот. — А ты, Ирвин, должен следить за Законом, а не поощрять Джеймса в его безумном желании противостоять своему Создателю!
 
— Создателю, значит… — протянул Исполнитель, отчего-то задрожав от ярости. — Что ж, ты прав, Ричард… Создателю нельзя противиться… Ты исполнил свою миссию и передал волю Отца. Дальше мы сами разберёмся, понятно?
 
— У вас есть сутки, чтобы отдать ребёнка Отцу, — помолчав, бросил Повелитель Античерты, и, развернувшись, ушёл.
 
— Пойдёмте в дом, сир, — как только Ричард исчез, спокойно позвал Ирвин. — Сегодня он уже не вернётся.
 
— Да, но он вернётся завтра, — с досадой заметил Джеймс, поднимаясь по ступеням виллы вслед за слугой. — Похоже, война начинается, Ирвин.
 
— Утро вечера мудренее, Повелитель. Отдохните. Завтра решите, как поступить. — Они вошли в гостиную, и Ирвин придвинул кресло Джеймса поближе к кофейному столику. — Сейчас я сварю вам кофе, сир, — пообещал он, скрываясь в дверях кухни. Через пять минут Исполнитель вернулся с чашкой ароматного напитка, который поставил перед Джеймсом на столик.
 
— Зачем ты в это ввязался? — раздражённо спросил Повелитель, принимаясь за кофе. — Разве ты не понимаешь, что защищая меня, ты тоже идёшь против Отца, Ирвин?.. Против Закона?
 
— Во Вселенной нет Закона, обязывающего отнимать детей у их матерей, сир.
 
— Допустим… А если завтра явятся Нерождённые, ты и их призовёшь к гуманности?
 
— Нет, — Ирвин усмехнулся. — Надеюсь, это сделаете вы, сир, когда пойдёте к ним в гости.
 
— Боюсь, что я рискую не сдержать слово, данное Ортиоксу, — невесело отозвался Повелитель. — Эта война против Отца мной проиграна изначально.
 
— Тогда зачем вы её затеяли, сир?
 
— Я просто устал быть пешкой, Ирвин. Не хочу уходить, как бессловесная тварь… На этот раз я буду сражаться за то, что люблю даже, если это сражение будет последним.
 
— Вряд ли оно будет последним, сир, — Ирвин задумчиво покачал головой. — Не вы один ведёте эту войну. Каждый в этой Вселенной защищает своё, и есть ещё Ортиокс — не забывайте.
 
— А я и не забываю, — Джеймс сразу помрачнел. — Жаль только Он никак не забудет обо мне…
 
На этот раз Ирвин ничего не ответил. Бросив на Повелителя хмурый взгляд, он принялся убирать со стола.
 
***
 
 
Погода портилась. Океан штормило, и в скупых лучах закатного солнца тёмные волны окрашивались в кроваво-алые тона. Джеймс долго стоял на берегу, думая о том, что возможно, пришла пора прощаться. С океаном, с ветром, с этой планетой… И вообще со всем, что уже стало для него таким дорогим. Ему не выиграть эту войну, и ничего не доказать — он это понимал. А покупать себе ещё немного времени ценой жизни ребёнка Джеймс не хотел.
 
Его внутренняя гордость не позволяла ему смириться с тем, что ему претило. Стоило только сломаться сейчас, завтра придут за Эдвардом или Кристиной… Их не оставят в покое всё равно, Джеймс это понял, когда узнал про Алиссию… Наверное, Ирвин тоже это понимал, поэтому и пытался оградить Повелителя от общения с людьми и от его чувств к Санте… Странно, что Джеймс вообще продержался так долго. Каким-то непостижимым образом Ирвин вытаскивал его из всех бед, при этом ухитряясь оставаться в тени. Только сейчас, пожалуй, Джеймс действительно осознал скольким он обязан своему Исполнителю… Но рассчитывать на помощь Ирвина теперь было нельзя. Это война его не касалась…
 
Тучи скрыли последний закатный луч прежде, чем солнце утонуло в тёмной пучине волн. Ирвин подошёл к Повелителю и молча встал рядом с ним.
 
— Уходи! — негромко приказал Джеймс, кивнув слуге в сторону дома. — Тебе нечего здесь делать, Ирвин. Это не твоя война…
 
— Вы ошибаетесь, сир, — Исполнитель покачал головой и не шевельнулся.
 
— Ирвин, твоя ненависть к Ричарду вовсе не означает, что…
 
— Я не уйду, — перебил слуга таким тоном, что Джеймс перестал спорить.
 
Вспыхнула серебряная зарница и из-за границы Античерты снова появился Ричард.
 
— Ты не передал ребёнка Отцу, Джеймс, — даже не поздоровавшись, констатировал он. — Но у тебя есть ещё пара минут, чтобы одуматься. Реши, кого тебе нужно защищать: ребёнка Тёмной Стороны или своих детей? Они ведь исчезнут вслед за тобой, подумай.
 
— Я уже всё тебе сказал, — тон Повелителя стал усталым. — Я не дам убить сына Кристины…
 
— Что ж, — Ричард вздохнул и пожал плечами. — Дело твоё, Джеймс. Жаль, конечно, что мне приходится это говорить, но думаю, твоя миссия во Вселенной подошла к концу… — он взмахнул рукой, и позади него открылась Реликтовая Черта, обнажив за собой мерцающую мириадами звёзд Сиреневую Бесконечность. — Боюсь, мы больше не увидимся, — добавил он, кивнув в сторону Черты. — Прощай, Повелитель!..
 
Джеймс почувствовал, как сиреневый свет парализует его тело и затуманивает разум. Он попытался отступить, но вместо этого его ноги сами собой шагнули к Черте. Цепочка медальона сжала горло так, словно кто-то надел на него раскалённый ошейник и потащил вперёд. Однако прежде, чем Джеймс пересёк границу Вечности, Ирвин схватил Повелителя за локоть и, развернув, ударил так, что тот потерял сознание, рухнув, как подкошенный у его ног. Ричард не успел даже среагировать, не успел понять ничего, как рука Исполнителя уже уверенно и жестоко сжимала его горло. Одним неуловимым ударом Ирвин заставил Наблюдателя грохнуться на колени и захрипеть от чудовищной боли, потому что кости сломанных рёбер разорвали плоть и вылезли наружу, словно вывернутые наизнанку. Одной рукой подтащив Ричарда к Реликтовой Черте, Ирвин замер, глядя прямо в Сиреневую Вечность.
 
— Тебе уже мало того, что Джеймс сражается и умирает за тебя! — прошипел Исполнитель со смертельной ненавистью. — Теперь ты хочешь сделать из него раба!.. Хочешь лишить его права выбора!.. Не выйдет!.. Я расторгаю наш договор!.. И только попробуй тронуть Джеймса ещё раз!!! — с этими словами Ирвин бросил Ричарда на землю, и, наступив ему на голову, раздавил её как хрупкую скорлупу. После чего пинком отшвырнул тело Наблюдателя за Черту. — Забирай свою падаль! — прорычал он, одновременно перекрывая дорогу в Вечность.
 
***
 
 
Когда Джеймс очнулся на диване в гостиной, Ирвина уже не было. Рядом с ним находилась Кристина, которая и помогла ему прийти в себя.
 
— Чёрт, — Джеймс поморщился и потёр лоб. Голова гудела, как медный колокол. Преодолевая слабость, он медленно сел. — Где Ирвин? — тут же спросил Повелитель у дочери. Кристина пожала плечами.
 
— Ушёл сразу, как только принёс тебя сюда.
 
— А Ричард?
 
— Его я не видела, — ответила она помрачнев.
 
— Ирвин что-нибудь сказал?
 
— Да, что он скоро вернётся, — девушка подала отцу Эльфониак, который тот тут же выпил. — Может, скажешь, что происходит? — спросила она, с тревогой наблюдая за Повелителем.
 
— Если б я знал! — огрызнулся Джеймс, морщась от досады и боли. Он поднялся на ноги и снял с шеи медальон. — Иди к сыну! — коротко приказал он принцессе, а сам направился к стене. Кристина послушно скрылась в дверях. Джеймс помедлил и прижал медальон к шероховатой поверхности. Он почти не удивился, когда Реликтовая Черта вновь оказалась, перекрыта.
 
— Значит, ты — Исполнитель, говоришь… — пробормотал Джеймс со злостью, треснув кулаком о стену. — А я, по-твоему, полный идиот… Ладно, посмотрим, что ты теперь врать будешь…
 
Не в силах ни на чём сосредоточиться, Джеймс до утра мерил шагами комнату, всё больше злясь на Ирвина, который ушёл, оставив его в полном неведении. И вот, наконец, перемена биополей известила о том, что Исполнитель вернулся. Ирвин вошёл в гостиную и, увидев Повелителя, склонил голову.
 
— Я прошу прощения за то, что ударил вас, сир, — тут же проговорил Ирвин, правильно расценив выражение лица Повелителя. — По другому, я не мог вас остановить… — он замолчал, ожидая, что Джеймс что-то скажет, но тот тоже молчал, продолжая сверлить слугу мрачным взглядом. — Хорошо, — сдался Исполнитель, устало кивнув. — Сейчас я всё расскажу… В общем, я говорил с Отцом, сир, и Он разрешил Гордону расти во Вселенной, но только с тем условием, что тот никогда не переступит границы Миров Высшего Разума. Если вы поклянётесь в этом на медальоне и при свидетелях, Отец оставит Гордона в покое. Если же мальчик когда-нибудь нарушит эту клятву, вы должны будете сами его уничтожить…
 
— А кто выступит свидетелем? — наконец, заговорил Повелитель. Его тон чуть смягчился.
 
— Я и… — Ирвин бросил взгляд на часы. — Думаю, Ричард, если Отец успеет его воскресить…
 
— Ты опять убил Ричарда?! — ахнул Джеймс.
 
— Ну, да, — Исполнитель беззаботно кивнул. — Наверное, ему это нравится, если Отец, раз за разом присылает в Реальность именно его…
Джеймс покачал головой, даже не найдя, что сказать. Несколько минут он мерил шагами гостиную, затем остановился и в упор взглянул на Исполнителя.
 
— Кто ты, Ирвин? — вдруг спросил он, вглядываясь в пепельные зрачки слуги. — Что ты такое, чёрт тебя возьми?!..
 
— По-моему, мы уже обсуждали это, сир, — тон Исполнителя чуть заметно похолодел. — К тому же, сейчас неподходящее время для подобной беседы.
 
— Чем же оно неподходящее?
 
— Ричард скоро будет здесь, — Ирвин кивнул на дверь. Джеймс обернулся. Прошло несколько секунд, и на пороге действительно появился Наблюдатель.
 
— Ну, просто Птица-Феникс, — фыркнул себе под нос Ирвин, встретив Ричарда ледяным презрительным взглядом. Наблюдатель не остался в долгу, окинув Исполнителя взглядом полным ненависти.
 
— Ты готов взять на себя всю ответственность за Нерождённого, Джеймс? — повернулся Ричард к Повелителю.
 
— Разумеется, — Джеймс кивнул и снял с шеи медальон.
 
— Тогда поклянись, что мальчик не переступит границ Миров Высшего Разума. И что ты убьёшь его сразу же, если клятва будет нарушена.
 
— Да, я клянусь, — Джеймс сжал медальон, и Золотая Спираль взорвалась Сиреневым светом.
 
— Хорошо, — Ричард хмуро кивнул, тоже надевая свой медальон.
 
— Тебе пора, — напомнил Исполнитель, когда Наблюдатель замешкался, словно собираясь что-то сказать.
 
— Ты Здесь Не Распоряжаешься! — с внезапной яростью прошипел Ричард, глядя Ирвину в глаза.
 
— Хватит! — оборвал Джеймс, встав между ними. — Он прав, Ричард. Тебе пора, — и он кивнул Наблюдателю на дверь.
 
— Лучше бы ты ушёл к Отцу, Джеймс, — выдохнул Ричард устало, и, покачав головой, скрылся в дверях.
 
— Нужно вернуть Эдварда и девочек на виллу, — заметил Повелитель, переводя дыхание. — Присмотри за Кристиной, — приказал он Ирвину и, даже не взглянув на него, вышел из гостиной.
 
***
 
 
— Отец? — Эдвард вскочил с кресла, на котором сидел, распевая песни вместе с маленькой Альтой. — Прости, я не слышал, как ты пришёл, — он виновато улыбнулся, пряча в карман ноты. — Мы тут… музыкой занимались…
 
— Я так и понял, — Джеймс насмешливо кивнул. — Извините, что прервал ваш урок, но принцу и девочкам пора обратно во дворец.
 
— Ура-а! — взвизгнула Альта, повиснув у Джеймса на руке.
 
— Перестань! — осадила её Нора, внезапно появившись в дверях. — Ты ведёшь себя неприлично!
 
Альта показала ей язык и обняла Джеймса за пояс. Нора покраснела от негодования и отвернулась.
 
— Здравствуй, Джеймс, — из комнаты вышла Луиза. Она оторвала Альту от Повелителя и потянула к себе.
 
— Здравствуй, Луиза. Собери девочек и пусть они с Эдвардом отправляются на виллу, а нам с тобой нужно поговорить.
 
— Конечно, я сейчас… — Девушка кивнула, пытаясь не выдать того, как от нехорошего предчувствия сжалось её сердце. Собрав всё необходимое, она передала сумку принцу и проводила девочек до дверей. Застыла там, боясь обернуться.
 
— Луиза, — позвал её Джеймс, но она не шелохнулась. Лишь качнула головой.
 
Тогда он подошёл к ней. Взял за плечи и повернул к себе.
 
— Это было неизбежно, Луиза, ты ведь знала, — произнёс Повелитель, глядя в её, полные слёз глаза. — Я вижу, как ты любишь меня, и не хочу причинять тебе боль… И не могу позволить, чтобы её причинили другие… Быть со мной рядом очень опасно, поверь. Каждый день может стать последним для меня, а значит, и для тебя тоже…
 
— Мне всё равно! — она всхлипнула, но тут же упрямо стиснула зубы, не давая себе разрыдаться. — Я не собираюсь жить без тебя!
 
— Ты не понимаешь…
 
— Я всё понимаю! — она с вызовом взглянула ему в глаза. — Я не дура, Джеймс!.. И не слепая!.. Я знаю, с чем имею дело, поверь! Ты просил не задавать вопросов, и я не задаю! Но это не значит, что мне наплевать на то, что происходит вокруг! Что мне наплевать на тебя, на девочек, на Кристину!.. — Луиза замолчала. Её била дрожь.
 
— И всё же, будет лучше тебе забыть о нас, — чуть слышно проговорил Повелитель после паузы. — Только так я могу тебя защитить… Спасти хотя бы тебя, Луиза…
 
— А если я не хочу, чтобы ты меня спасал? — тон девушки стал обречённым. — И не хочу, чтобы ты решал за меня?.. Что тогда, Джеймс?
 
— Тогда ты можешь погибнуть, девочка.
 
— И пусть… Это мой выбор!.. Можешь убить меня сам, когда захочешь. Только не заставляй меня забыть, Повелитель — это слишком жестоко!
Джеймс долго молчал, глядя на девушку, затем с досадой покачал головой.
 
— Ты маленькая, наивная дурочка, Луиза! — жёстко выдохнул он. — Ты считаешь, что уже всё знаешь о нас, но это не так! Прежде, чем кричать о своём выборе, ты должна понять, ради чего суёшь свою голову в петлю! Наверное, пришла пора тебя немного отрезвить… — он взял девушку за руку и грубо швырнул её в кресло. — Сиди и слушай! — холодно приказал Джеймс. — Начнём с того, что я тебя не люблю. Я не хочу никого любить, и не позволю тебе войти в моё сердце никогда, ясно? Всё, что нас может связывать — это постель. Даже твои чувства ко мне — не настоящие. Я просто заставил тебя влюбиться, чтобы ты мне не сопротивлялась. Я просто хотел тебя получить, вот и всё. У тебя не было ни единого шанса противостоять мне, девочка. Эдвард говорил об этом, в том домике, в лесу, помнишь?
 
Помнишь, что ты почувствовала, впервые взглянув мне в глаза?.. Хочешь, я тебе напомню?.. Ты почувствовала, как Мир вокруг тебя рушится, как янтарные огни опутывают твой разум сетью, из которой уже не вырваться… Ты почувствовала, что хочешь принадлежать мне, Луиза. Хочешь покориться мне, и умереть в моих объятиях… Ты до сих пор чувствуешь то же самое. Каждое моё прикосновение сводит тебя с ума. Каждый мой взгляд бросает тебя в дрожь. Я сделал тебя рабыней, зависящей от моих прихотей. От моих желаний… Ты просто моя любовница — не более. Но даже эта твоя роль не сможет продолжаться вечно. Однажды, я найду другую наивную девочку, жаждущую острых ощущений. И тогда встанет вопрос: А что делать с тобой?.. Мне ответить, или ты сама ответишь, Луиза?..
 
— Лучше ответь ты, — вопреки ожиданиям, девушка не разрыдалась. Напротив, она вдруг успокоилась. Только сильно побледнела.
 
— Когда ты надоешь мне, я либо убью тебя, либо сотру память, и предоставлю судьбе.
 
— А сейчас?
 
— Что сейчас?
 
— Я тебе уже надоела? — она спокойно и серьёзно взглянула ему в глаза. Джеймс не ответил. Он долго молчал, задумчиво глядя на Луизу, затем вдруг усмехнулся и, подойдя к ней, за руку вытащил девушку из кресла.
 
— Это запрещённый приём, Луиза, — тихо заметил он, беря ладонями её лицо. — Я тут надрываюсь, стараясь тебя образумить, а ты меня даже не слушаешь…
 
— Прости, Повелитель, но это было неубедительно, — она улыбнулась сквозь слёзы. — Хотя про янтарные огни мне понравилось…
 
— Неужели? — хмыкнул он, медленно покрывая поцелуями её лицо. — Тогда, может, мне повторить этот фокус? — его чёрные бархатные зрачки вспыхнули и замерцали янтарными звёздами, заставляя девушку забыть обо всём на свете, кроме его нежных объятий…

© Copyright: Серый ангел, 2019

Регистрационный номер №0457283

от 13 сентября 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0457283 выдан для произведения: Прошло два дня. С самого раннего утра на вилле все были уже на ногах. Девочек разбудили на рассвете и вместе с Луизой отправили во флигель под надзор Эдварда. Ирвин тщательно готовил приборы в лаборатории, а Джеймс ни на шаг не отходил от дочери. Час Икс приближался, и к пяти часам вечера у Кристины начались схватки, а около полуночи на свет появился здоровый черноволосый мальчуган. На этот раз никаких осложнений не было. Принцесса выглядела немного измученной, но чувствовала себя хорошо. Джеймс перенёс её в спальню и оставил там отдыхать, а Ирвин занялся ребёнком. Когда Джеймс вернулся от дочери, он уже проводил диагностику.
 
— Ну, что скажешь? — едва перешагнув порог лаборатории, тут же спросил Повелитель. — Тебе удалось вычислить его код?
 
— Да, сир, — Ирвин кивнул на монитор, отсоединяя датчики от тела малыша. — Восемьдесят процентов энергии Ортиокса и двадцать — энергии Античерты. Код двоичен, но мальчик не станет слишком сильным. Чуть сильнее любого Нерождённого, вот и всё. Вам не о чем волноваться.
 
— Но какому Миру он принадлежит?
 
— Это решат между собой Отец и Ортиокс, — Ирвин пожал плечами.
 
— Нет, Ирвин. Сначала это решит Кристина — она его мать! — тон Джеймса неожиданно стал холодным. — А все остальные пусть катятся к чёрту! — сказав это, он забрал малыша и вынес из лаборатории. Ирвин усмехнулся глядя ему вслед. Ему нравился настрой Повелителя.
 
***
 
 
Утром Джеймс зашёл к Кристине. Девушка уже проснулась и улыбнулась при виде отца.
 
— Я рад, что ты уже улыбаешься, — заметил Повелитель, подходя к дочери. — Как ты себя чувствуешь?
 
— По сравнению с предыдущими днями — просто замечательно!
 
— Это хорошо. Значит, мы можем поговорить…
 
Кристина немного нахмурилась, но всё же кивнула.
 
— Ты ведь понимаешь, что этот разговор необходим, — помолчав, начал Джеймс. — Я должен знать твоё мнение прежде, чем что-то предпринимать. Твой сын несёт в себе две энергии, Кристина. Он…
 
— Я хочу увидеть его, — внезапно перебила девушка. — Где он?
 
— Я принесу, — помедлив, Джеймс кивнул и скрылся в дверях. Через минуту он вернулся, неся на руках маленький, спелёнутый комочек. Джеймс приблизился к Кристине и осторожно положил ребёнка на кровать возле неё.
 
Кристина немного побледнела и долго смотрела на сына прежде, чем рука её сама собой потянулась, и кончики пальцев прикоснулись к крохотной розовой щёчке. Ребёнок чуть пошевелился и открыл глаза. Теперь они смотрели друг на друга. Мальчик вдруг улыбнулся и его чёрные глаза озарил какой-то внутренний свет. Кристина побледнела ещё больше и беспомощно оглянулась на отца, словно ища поддержки.
 
— Смелее! — шепнул Джеймс, правильно истолковав её взгляд.
 
Кристина нервно сглотнула и дрожащими руками взяла сына. Прижав его к своей груди, она с трепетной нежностью коснулась губами его лба. Потом погладила чёрные шёлковые волосики.
 
— Он такой красивый, — со смесью страха и восторга проговорила она. — Он совсем не похож на… — она запнулась, не в силах произнести ненавистное имя. — Скорее, он похож на тебя, отец… И он такой маленький… Такой хрупкий…
 
— Ты была точно такой же, — Джеймс улыбнулся. — Хочешь дать ему имя?
 
— Я?.. — Кристина на мгновенье опешила.
 
— Конечно. Это же твой сын.
 
— Да, точно, — принцесса нервно кивнула. Потом несколько минут молчала. — Пусть его зовут Гордон, — наконец, сказала она, крепче прижимая к себе сына. — Вы не против, сир? — переходя на официальный язык, спросила девушка.
 
— Нет, не против, — Джеймс задумчиво посмотрел на ребёнка. — Гордон — очень красивое имя и подходит ему…
 
— Теперь ты должен сказать мне что-то ещё про него, ведь так? — принцесса вновь посерьёзнела.
 
— Да, нам лучше обсудить всё сразу, Кристина, чтобы после не было никаких сюрпризов.
 
— Я понимаю, — она кивнула, глядя на то, как мальчик снова засыпает. — И я слушаю тебя, отец.
 
— Гордон принадлежит двум Мирам, но не Миру Черты, — тихо заговорил Повелитель, тоже став серьёзным. — В любой момент за ним могут явиться представители этих Миров, чтобы забрать мальчика к себе. Мне нужно знать, Кристина, хочешь ли ты, чтобы я его защищал?.. Уверена ли ты, что этот ребёнок нужен тебе настолько, чтобы подвергать Мир Черты риску быть втянутым в серьёзное противостояние с Отцом и Ортиоксом? Прошу тебя: хорошенько подумай прежде, чем ответить. Это очень серьёзно, понимаешь?
 
— Да, я понимаю, — принцесса отвела взгляд. На её лице больше не было привычного выражения беззаботности и юношеского протеста, словно она разом повзрослела за эти несколько недель. Девушка долго молчала, затем перевела взгляд на сына. — Знаю, я вела себя не очень адекватно в последнее время, отец, — наконец, заговорила она. — Но пойми, я была в ужасе, когда открылась эта правда с Ллойдом… Я не хотела жить, не то, что рожать ребёнка от него… — Кристина отвернулась. На её глазах заблестели слёзы. — Наверное, я всё это заслужила… — сдавлено продолжила она. — Я сама во всём виновата, но Гордон… Он не виноват ни в чём… И ты прав — он мой сын. И он достоин того, чтобы его любили… И защищали… Ты можешь поступать, как считаешь нужным, Повелитель, но Гордона… я никому не отдам. Я сама буду защищать его, пока хватит сил…
 
— Что ж, — Джеймс вздохнул и улыбнулся. — Тогда на этом и остановимся… У меня больше нет вопросов, Кристина, — он наклонился и, поцеловав дочь, ушёл.
 
***
 
 
В этот же день, ближе к вечеру, на вилле появился Ричард. Джеймс почувствовал его поле, едва Повелитель Античерты пересёк границу Миров и ступил на золотистый песок пляжа. Не дожидаясь, пока он зайдёт в дом, Джеймс сам вышел навстречу.
 
— Я знаю, что Кристина родила мальчика, — едва кивнув Джеймсу в знак приветствия, тут же завёл разговор Ричард. — И по приказу Отца я должен забрать ребёнка и передать его в Вечность. Надеюсь, ты не станешь препятствовать воле Отца, Джеймс?
 
— Я не получал никакого приказа, — взгляд Повелителя потемнел. — И я всё сказал тебе в прошлый раз, Ричард.
 
— Ты можешь говорить, что угодно, но не можешь игнорировать приказ Высшего Разума! — тон Наблюдателя стал ледяным. — Ты всего лишь Его представитель здесь, так что не зарывайся, Джеймс. Если не подчинишься — завтра тебя здесь уже не будет, а твои дети отправятся вслед за тобой в Вечность! Надеюсь, это ты понимаешь?..
 
— Интересно, Ричард, ты угрожаешь от своего имени или от имени Отца? — никто и не заметил, как рядом оказался Ирвин. Он приблизился к Наблюдателю. При этом его зрачки сузились, и в них загорелся мрачный огонь.
 
— Ирвин! — одёрнул его Джеймс.
 
— Пусть он ответит! — упрямо прошипел Исполнитель, пронизывая Ричарда задумчивым взглядом.
 
— Я передаю приказ Отца! — побледнев, повторил тот. — А ты, Ирвин, должен следить за Законом, а не поощрять Джеймса в его безумном желании противостоять своему Создателю!
 
— Создателю, значит… — протянул Исполнитель, отчего-то задрожав от ярости. — Что ж, ты прав, Ричард… Создателю нельзя противиться… Ты исполнил свою миссию и передал волю Отца. Дальше мы сами разберёмся, понятно?
 
— У вас есть сутки, чтобы отдать ребёнка Отцу, — помолчав, бросил Повелитель Античерты, и, развернувшись, ушёл.
 
— Пойдёмте в дом, сир, — как только Ричард исчез, спокойно позвал Ирвин. — Сегодня он уже не вернётся.
 
— Да, но он вернётся завтра, — с досадой заметил Джеймс, поднимаясь по ступеням виллы вслед за слугой. — Похоже, война начинается, Ирвин.
 
— Утро вечера мудренее, Повелитель. Отдохните. Завтра решите, как поступить. — Они вошли в гостиную, и Ирвин придвинул кресло Джеймса поближе к кофейному столику. — Сейчас я сварю вам кофе, сир, — пообещал он, скрываясь в дверях кухни. Через пять минут Исполнитель вернулся с чашкой ароматного напитка, который поставил перед Джеймсом на столик.
 
— Зачем ты в это ввязался? — раздражённо спросил Повелитель, принимаясь за кофе. — Разве ты не понимаешь, что защищая меня, ты тоже идёшь против Отца, Ирвин?.. Против Закона?
 
— Во Вселенной нет Закона, обязывающего отнимать детей у их матерей, сир.
 
— Допустим… А если завтра явятся Нерождённые, ты и их призовёшь к гуманности?
 
— Нет, — Ирвин усмехнулся. — Надеюсь, это сделаете вы, сир, когда пойдёте к ним в гости.
 
— Боюсь, что я рискую не сдержать слово, данное Ортиоксу, — невесело отозвался Повелитель. — Эта война против Отца мной проиграна изначально.
 
— Тогда зачем вы её затеяли, сир?
 
— Я просто устал быть пешкой, Ирвин. Не хочу уходить, как бессловесная тварь… На этот раз я буду сражаться за то, что люблю даже, если это сражение будет последним.
 
— Вряд ли оно будет последним, сир, — Ирвин задумчиво покачал головой. — Не вы один ведёте эту войну. Каждый в этой Вселенной защищает своё, и есть ещё Ортиокс — не забывайте.
 
— А я и не забываю, — Джеймс сразу помрачнел. — Жаль только Он никак не забудет обо мне…
 
На этот раз Ирвин ничего не ответил. Бросив на Повелителя хмурый взгляд, он принялся убирать со стола.
 
***
 
 
Погода портилась. Океан штормило, и в скупых лучах закатного солнца тёмные волны окрашивались в кроваво-алые тона. Джеймс долго стоял на берегу, думая о том, что возможно, пришла пора прощаться. С океаном, с ветром, с этой планетой… И вообще со всем, что уже стало для него таким дорогим. Ему не выиграть эту войну, и ничего не доказать — он это понимал. А покупать себе ещё немного времени ценой жизни ребёнка Джеймс не хотел.
 
Его внутренняя гордость не позволяла ему смириться с тем, что ему претило. Стоило только сломаться сейчас, завтра придут за Эдвардом или Кристиной… Их не оставят в покое всё равно, Джеймс это понял, когда узнал про Алиссию… Наверное, Ирвин тоже это понимал, поэтому и пытался оградить Повелителя от общения с людьми и от его чувств к Санте… Странно, что Джеймс вообще продержался так долго. Каким-то непостижимым образом Ирвин вытаскивал его из всех бед, при этом ухитряясь оставаться в тени. Только сейчас, пожалуй, Джеймс действительно осознал скольким он обязан своему Исполнителю… Но рассчитывать на помощь Ирвина теперь было нельзя. Это война его не касалась…
 
Тучи скрыли последний закатный луч прежде, чем солнце утонуло в тёмной пучине волн. Ирвин подошёл к Повелителю и молча встал рядом с ним.
 
— Уходи! — негромко приказал Джеймс, кивнув слуге в сторону дома. — Тебе нечего здесь делать, Ирвин. Это не твоя война…
 
— Вы ошибаетесь, сир, — Исполнитель покачал головой и не шевельнулся.
 
— Ирвин, твоя ненависть к Ричарду вовсе не означает, что…
 
— Я не уйду, — перебил слуга таким тоном, что Джеймс перестал спорить.
 
Вспыхнула серебряная зарница и из-за границы Античерты снова появился Ричард.
 
— Ты не передал ребёнка Отцу, Джеймс, — даже не поздоровавшись, констатировал он. — Но у тебя есть ещё пара минут, чтобы одуматься. Реши, кого тебе нужно защищать: ребёнка Тёмной Стороны или своих детей? Они ведь исчезнут вслед за тобой, подумай.
 
— Я уже всё тебе сказал, — тон Повелителя стал усталым. — Я не дам убить сына Кристины…
 
— Что ж, — Ричард вздохнул и пожал плечами. — Дело твоё, Джеймс. Жаль, конечно, что мне приходится это говорить, но думаю, твоя миссия во Вселенной подошла к концу… — он взмахнул рукой, и позади него открылась Реликтовая Черта, обнажив за собой мерцающую мириадами звёзд Сиреневую Бесконечность. — Боюсь, мы больше не увидимся, — добавил он, кивнув в сторону Черты. — Прощай, Повелитель!..
 
Джеймс почувствовал, как сиреневый свет парализует его тело и затуманивает разум. Он попытался отступить, но вместо этого его ноги сами собой шагнули к Черте. Цепочка медальона сжала горло так, словно кто-то надел на него раскалённый ошейник и потащил вперёд. Однако прежде, чем Джеймс пересёк границу Вечности, Ирвин схватил Повелителя за локоть и, развернув, ударил так, что тот потерял сознание, рухнув, как подкошенный у его ног. Ричард не успел даже среагировать, не успел понять ничего, как рука Исполнителя уже уверенно и жестоко сжимала его горло. Одним неуловимым ударом Ирвин заставил Наблюдателя грохнуться на колени и захрипеть от чудовищной боли, потому что кости сломанных рёбер разорвали плоть и вылезли наружу, словно вывернутые наизнанку. Одной рукой подтащив Ричарда к Реликтовой Черте, Ирвин замер, глядя прямо в Сиреневую Вечность.
 
— Тебе уже мало того, что Джеймс сражается и умирает за тебя! — прошипел Исполнитель со смертельной ненавистью. — Теперь ты хочешь сделать из него раба!.. Хочешь лишить его права выбора!.. Не выйдет!.. Я расторгаю наш договор!.. И только попробуй тронуть Джеймса ещё раз!!! — с этими словами Ирвин бросил Ричарда на землю, и, наступив ему на голову, раздавил её как хрупкую скорлупу. После чего пинком отшвырнул тело Наблюдателя за Черту. — Забирай свою падаль! — прорычал он, одновременно перекрывая дорогу в Вечность.
 
***
 
 
Когда Джеймс очнулся на диване в гостиной, Ирвина уже не было. Рядом с ним находилась Кристина, которая и помогла ему прийти в себя.
 
— Чёрт, — Джеймс поморщился и потёр лоб. Голова гудела, как медный колокол. Преодолевая слабость, он медленно сел. — Где Ирвин? — тут же спросил Повелитель у дочери. Кристина пожала плечами.
 
— Ушёл сразу, как только принёс тебя сюда.
 
— А Ричард?
 
— Его я не видела, — ответила она помрачнев.
 
— Ирвин что-нибудь сказал?
 
— Да, что он скоро вернётся, — девушка подала отцу Эльфониак, который тот тут же выпил. — Может, скажешь, что происходит? — спросила она, с тревогой наблюдая за Повелителем.
 
— Если б я знал! — огрызнулся Джеймс, морщась от досады и боли. Он поднялся на ноги и снял с шеи медальон. — Иди к сыну! — коротко приказал он принцессе, а сам направился к стене. Кристина послушно скрылась в дверях. Джеймс помедлил и прижал медальон к шероховатой поверхности. Он почти не удивился, когда Реликтовая Черта вновь оказалась, перекрыта.
 
— Значит, ты — Исполнитель, говоришь… — пробормотал Джеймс со злостью, треснув кулаком о стену. — А я, по-твоему, полный идиот… Ладно, посмотрим, что ты теперь врать будешь…
 
Не в силах ни на чём сосредоточиться, Джеймс до утра мерил шагами комнату, всё больше злясь на Ирвина, который ушёл, оставив его в полном неведении. И вот, наконец, перемена биополей известила о том, что Исполнитель вернулся. Ирвин вошёл в гостиную и, увидев Повелителя, склонил голову.
 
— Я прошу прощения за то, что ударил вас, сир, — тут же проговорил Ирвин, правильно расценив выражение лица Повелителя. — По другому, я не мог вас остановить… — он замолчал, ожидая, что Джеймс что-то скажет, но тот тоже молчал, продолжая сверлить слугу мрачным взглядом. — Хорошо, — сдался Исполнитель, устало кивнув. — Сейчас я всё расскажу… В общем, я говорил с Отцом, сир, и Он разрешил Гордону расти во Вселенной, но только с тем условием, что тот никогда не переступит границы Миров Высшего Разума. Если вы поклянётесь в этом на медальоне и при свидетелях, Отец оставит Гордона в покое. Если же мальчик когда-нибудь нарушит эту клятву, вы должны будете сами его уничтожить…
 
— А кто выступит свидетелем? — наконец, заговорил Повелитель. Его тон чуть смягчился.
 
— Я и… — Ирвин бросил взгляд на часы. — Думаю, Ричард, если Отец успеет его воскресить…
 
— Ты опять убил Ричарда?! — ахнул Джеймс.
 
— Ну, да, — Исполнитель беззаботно кивнул. — Наверное, ему это нравится, если Отец, раз за разом присылает в Реальность именно его…
Джеймс покачал головой, даже не найдя, что сказать. Несколько минут он мерил шагами гостиную, затем остановился и в упор взглянул на Исполнителя.
 
— Кто ты, Ирвин? — вдруг спросил он, вглядываясь в пепельные зрачки слуги. — Что ты такое, чёрт тебя возьми?!..
 
— По-моему, мы уже обсуждали это, сир, — тон Исполнителя чуть заметно похолодел. — К тому же, сейчас неподходящее время для подобной беседы.
 
— Чем же оно неподходящее?
 
— Ричард скоро будет здесь, — Ирвин кивнул на дверь. Джеймс обернулся. Прошло несколько секунд, и на пороге действительно появился Наблюдатель.
 
— Ну, просто Птица-Феникс, — фыркнул себе под нос Ирвин, встретив Ричарда ледяным презрительным взглядом. Наблюдатель не остался в долгу, окинув Исполнителя взглядом полным ненависти.
 
— Ты готов взять на себя всю ответственность за Нерождённого, Джеймс? — повернулся Ричард к Повелителю.
 
— Разумеется, — Джеймс кивнул и снял с шеи медальон.
 
— Тогда поклянись, что мальчик не переступит границ Миров Высшего Разума. И что ты убьёшь его сразу же, если клятва будет нарушена.
 
— Да, я клянусь, — Джеймс сжал медальон, и Золотая Спираль взорвалась Сиреневым светом.
 
— Хорошо, — Ричард хмуро кивнул, тоже надевая свой медальон.
 
— Тебе пора, — напомнил Исполнитель, когда Наблюдатель замешкался, словно собираясь что-то сказать.
 
— Ты Здесь Не Распоряжаешься! — с внезапной яростью прошипел Ричард, глядя Ирвину в глаза.
 
— Хватит! — оборвал Джеймс, встав между ними. — Он прав, Ричард. Тебе пора, — и он кивнул Наблюдателю на дверь.
 
— Лучше бы ты ушёл к Отцу, Джеймс, — выдохнул Ричард устало, и, покачав головой, скрылся в дверях.
 
— Нужно вернуть Эдварда и девочек на виллу, — заметил Повелитель, переводя дыхание. — Присмотри за Кристиной, — приказал он Ирвину и, даже не взглянув на него, вышел из гостиной.
 
***
 
 
— Отец? — Эдвард вскочил с кресла, на котором сидел, распевая песни вместе с маленькой Альтой. — Прости, я не слышал, как ты пришёл, — он виновато улыбнулся, пряча в карман ноты. — Мы тут… музыкой занимались…
 
— Я так и понял, — Джеймс насмешливо кивнул. — Извините, что прервал ваш урок, но принцу и девочкам пора обратно во дворец.
 
— Ура-а! — взвизгнула Альта, повиснув у Джеймса на руке.
 
— Перестань! — осадила её Нора, внезапно появившись в дверях. — Ты ведёшь себя неприлично!
 
Альта показала ей язык и обняла Джеймса за пояс. Нора покраснела от негодования и отвернулась.
 
— Здравствуй, Джеймс, — из комнаты вышла Луиза. Она оторвала Альту от Повелителя и потянула к себе.
 
— Здравствуй, Луиза. Собери девочек и пусть они с Эдвардом отправляются на виллу, а нам с тобой нужно поговорить.
 
— Конечно, я сейчас… — Девушка кивнула, пытаясь не выдать того, как от нехорошего предчувствия сжалось её сердце. Собрав всё необходимое, она передала сумку принцу и проводила девочек до дверей. Застыла там, боясь обернуться.
 
— Луиза, — позвал её Джеймс, но она не шелохнулась. Лишь качнула головой.
 
Тогда он подошёл к ней. Взял за плечи и повернул к себе.
 
— Это было неизбежно, Луиза, ты ведь знала, — произнёс Повелитель, глядя в её, полные слёз глаза. — Я вижу, как ты любишь меня, и не хочу причинять тебе боль… И не могу позволить, чтобы её причинили другие… Быть со мной рядом очень опасно, поверь. Каждый день может стать последним для меня, а значит, и для тебя тоже…
 
— Мне всё равно! — она всхлипнула, но тут же упрямо стиснула зубы, не давая себе разрыдаться. — Я не собираюсь жить без тебя!
 
— Ты не понимаешь…
 
— Я всё понимаю! — она с вызовом взглянула ему в глаза. — Я не дура, Джеймс!.. И не слепая!.. Я знаю, с чем имею дело, поверь! Ты просил не задавать вопросов, и я не задаю! Но это не значит, что мне наплевать на то, что происходит вокруг! Что мне наплевать на тебя, на девочек, на Кристину!.. — Луиза замолчала. Её била дрожь.
 
— И всё же, будет лучше тебе забыть о нас, — чуть слышно проговорил Повелитель после паузы. — Только так я могу тебя защитить… Спасти хотя бы тебя, Луиза…
 
— А если я не хочу, чтобы ты меня спасал? — тон девушки стал обречённым. — И не хочу, чтобы ты решал за меня?.. Что тогда, Джеймс?
 
— Тогда ты можешь погибнуть, девочка.
 
— И пусть… Это мой выбор!.. Можешь убить меня сам, когда захочешь. Только не заставляй меня забыть, Повелитель — это слишком жестоко!
Джеймс долго молчал, глядя на девушку, затем с досадой покачал головой.
 
— Ты маленькая, наивная дурочка, Луиза! — жёстко выдохнул он. — Ты считаешь, что уже всё знаешь о нас, но это не так! Прежде, чем кричать о своём выборе, ты должна понять, ради чего суёшь свою голову в петлю! Наверное, пришла пора тебя немного отрезвить… — он взял девушку за руку и грубо швырнул её в кресло. — Сиди и слушай! — холодно приказал Джеймс. — Начнём с того, что я тебя не люблю. Я не хочу никого любить, и не позволю тебе войти в моё сердце никогда, ясно? Всё, что нас может связывать — это постель. Даже твои чувства ко мне — не настоящие. Я просто заставил тебя влюбиться, чтобы ты мне не сопротивлялась. Я просто хотел тебя получить, вот и всё. У тебя не было ни единого шанса противостоять мне, девочка. Эдвард говорил об этом, в том домике, в лесу, помнишь?
 
Помнишь, что ты почувствовала, впервые взглянув мне в глаза?.. Хочешь, я тебе напомню?.. Ты почувствовала, как Мир вокруг тебя рушится, как янтарные огни опутывают твой разум сетью, из которой уже не вырваться… Ты почувствовала, что хочешь принадлежать мне, Луиза. Хочешь покориться мне, и умереть в моих объятиях… Ты до сих пор чувствуешь то же самое. Каждое моё прикосновение сводит тебя с ума. Каждый мой взгляд бросает тебя в дрожь. Я сделал тебя рабыней, зависящей от моих прихотей. От моих желаний… Ты просто моя любовница — не более. Но даже эта твоя роль не сможет продолжаться вечно. Однажды, я найду другую наивную девочку, жаждущую острых ощущений. И тогда встанет вопрос: А что делать с тобой?.. Мне ответить, или ты сама ответишь, Луиза?..
 
— Лучше ответь ты, — вопреки ожиданиям, девушка не разрыдалась. Напротив, она вдруг успокоилась. Только сильно побледнела.
 
— Когда ты надоешь мне, я либо убью тебя, либо сотру память, и предоставлю судьбе.
 
— А сейчас?
 
— Что сейчас?
 
— Я тебе уже надоела? — она спокойно и серьёзно взглянула ему в глаза. Джеймс не ответил. Он долго молчал, задумчиво глядя на Луизу, затем вдруг усмехнулся и, подойдя к ней, за руку вытащил девушку из кресла.
 
— Это запрещённый приём, Луиза, — тихо заметил он, беря ладонями её лицо. — Я тут надрываюсь, стараясь тебя образумить, а ты меня даже не слушаешь…
 
— Прости, Повелитель, но это было неубедительно, — она улыбнулась сквозь слёзы. — Хотя про янтарные огни мне понравилось…
 
— Неужели? — хмыкнул он, медленно покрывая поцелуями её лицо. — Тогда, может, мне повторить этот фокус? — его чёрные бархатные зрачки вспыхнули и замерцали янтарными звёздами, заставляя девушку забыть обо всём на свете, кроме его нежных объятий…
 
Рейтинг: +1 14 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
100
90
ОНА ОДНА... 24 сентября 2019 (Пронькина Татьяна)
89
80
78
74
72
70
Оладии 18 октября 2019 (Петр Казакевич)
69
Мне снился сон 25 сентября 2019 (Рената Юрьева)
69
65
Отчий дом... 30 сентября 2019 (Анна Гирик)
63
61
59
57
56
55
53
52
51
49
49
44
44
МЫ САМИ 13 октября 2019 (Рената Юрьева)
43
42
Если... 30 сентября 2019 (Василий Акименко)
42
35
35
34