ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → ВОСТ ИЗ РОДА ДРЕВЕСНЫХ САЙТО И СИЛА ПРОСТРАНСТВА.(Глава первая).

 

ВОСТ ИЗ РОДА ДРЕВЕСНЫХ САЙТО И СИЛА ПРОСТРАНСТВА.(Глава первая).

11 мая 2012 - Калита Сергей
article47461.jpg

/Удивительная и чрезвычайно добрая, немного интеллигентная,

чуточку философская повесть-сказка о том,

как находить настоящих друзей/.

 

ГЛАВА  ПЕРВАЯ,

 о том, как маленький сайто познакомился со старым мудрым деревом и принял его удивительное предложение.

 

В одном очень необычном мире Арбаро, прародителями которого раньше были деревья-гиганты, в удивительно красивой грабовой роще жил-был очень странного вида зверёныш, забавный и до ужаса смешной.

Росточка этот звереныш был небольшого, размером где-то с еловую шишку, а может, чуточку и больше, ну, например, с маленькую тыковку или же среднего размера кабачок.

Внешним своим видом зверёныш напоминал белочку, но он был не белочка, суслика, но не был сусликом, хомячка, но и с хомячком у него было мало чего общего. Правда, у зверёныша были такие же ушки, как у белочки, остренькие, с кисточками-метелочками на концах. Мордочка, как у суслика, овальная, доверчивая и глупая. Лапки, маленькие и пушистые, немного походили на лапки хомячка, но вот острые, как бритва, коготки придавали этим добрым с виду лапкам некую агрессивность и указывали на то, что хозяин этих лапок не так уж и беззащитен.

Но всё же главным достоинством зверёныша был его хвост, длинный, шикарный, пушистый, когда надо сворачивающийся колечком наподобие кренделька, а когда свободно балансирующий в прыжке. Кроме всего этого симпатичный зверёк был очень большим непоседой, и все время, ну, почти все время, если он не ел и не спал, скакал с ветки на ветку, прыгал с деревца на деревце, а с кустика на кустик.

В общем, наш зверёныш был не таким и странным, как могло показаться на первый взгляд, даже вполне обычным для своего лесного мира – природа ещё и не такое выдумывала для разнообразия. Правда, небольшая странность все же присутствовала, и заключалась она в том, что зверёныш от ушей и до кончика хвоста был зеленого цвета. То есть абсолютно зеленого. Тут тебе никаких вкраплений в виде точек или веснушек, ни присущей некоторым видам разумных существ рыжеватости - однотонный насыщенный ярко-зеленый цвет молодых, только что проклюнувшихся листочков.

И вот этого забавного зверька звали по-разному, кто как. Сам же он, как и все его сородичи, называли себя сайто, возможно, потому что они, как никто в лесу и его окрестностях умели так ловко прыгать и скакать по разным деревьям и кустарникам. Остальные лесные жители дразнили веселых зверьков колоро, то есть цветными, скорей всего, за то, что те, несмотря на свою схожесть, были разного цвета: желтые, коричневые, белые, синие, черные, серо-буро-малиновые и даже в крапинку.

При рождении, учитывая зеленый окрас новорождённого, родители нарекли малыша Зеленым – так у сайто принято, раз уж ты родился определенного цвета, так будь добр, и имя носи соответственно ему. Только  зверёнышу почему-то не по нраву было, что его определили подобным образом, - тут впору и возмутиться. Но тут, как говориться, возмущайся не возмущайся, а никуда не денешься - вынужден был откликаться на слишком обыденное, как ему казалось, имя. Впрочем, малышей и не спрашивают, что им нравиться, а что нет. Мол, взрослые лучше вас знают, что хорошо, а что плохо. И с этим ничего не поделаешь.

Время шло, и как только у звереныша младенческий пушок шкурки сменился на шелковистую пушистость, восхитительно заискрившуюся на свету, а на лапках прорезались первые острые коготки, он посчитал, что ему пришла пора обзавестись новым именем, которое хотя бы немного больше открывало его сущность, а не указывало на цветовое различие. В довесок к новому имени зверёныш решил поискать для себя и удобное жилище.

Впрочем, если замену имени можно было назвать обычным капризом, то для поисков собственного дома нашлись более серьёзные основания – в родительском гнёздышке, где до этого момента проживал Зелёный, становилось всё теснее и теснее. И не удивительно. Ведь кроме родителей и Зелёного в дупле стройного граба теснились ещё двое симпатичных малышей - братишка Жёлтый и сестренка Золотистая. А вскоре – таков закон природы, - ожидалось небольшое прибавление в их многочисленном семействе. Так что Зеленому, как самому старшему, следовало уже заранее позаботиться о собственном гнездышке. Что ж, обычно так и бывает: дети взрослеют, подрастают и уходят из родительского дома в большой мир.

Но тут оказалось, что рядом все дупла как назло заняты, и что на доброе количество прыжков вокруг нет ни одного свободного местечка. Да, проблема возникла ещё та. Неужели придется скакать за Черную Пустошь, и в видневшейся вдалеке березовой рощице искать что-то подходящее для жилья? Перспектива не из приятных, учитывая при этом ещё немалый риск.

Правда, недалеко, в углублении голого пологого холма в гордом одиночестве роскошествовал старый кряжистый дуб, раскинувший почти до самого неба свои суковатые и упругие ветки. Рассказывали, что там когда-то – никто и не помнит когда - жил один глупый сайто по имени Коричневый. Жил себе, поживал, без семьи и без детей – ну, разве, не глупый?! Ну что может быть для любого уважающего себя сайто важнее его многочисленного потомства! А вот Коричневый этого никак не понимал. Да и умер он не так, как все сайто - прямо в дупле. Ведь сколько существует род Древесных Сайто, такого ещё никто себе не позволял! Ибо, предчувствуя дыхание смерти, любой приличный и уважающий себя сайто просто обязан сам, без чьего-либо вмешательства со стороны, выпадать из гнезда.

Именно, из гнезда, вниз, на землю, прямо на пожухлые листья и зарываться в эти листья, как можно глубже, до кончика хвоста, до последней шерстинки, и умирать там, совершая последнее и вполне осмысленное единение с природой. Таков был жертвенный ритуал прощания с миром Арбаро всех представителей старинного рода, возможно, имевший в основе своего происхождения ещё более древние и глубокие корни, чем это можно было себе представить. А вот недотёпа Коричневый умер совсем неправильно, тем самым, осквернив и имя своё, и жилище.

Но самым ужасным было то, что проныра умер не естественной смертью, а от какой-то страшной и непонятной болезни, наверное, подхваченной им от мальгаров (о, от этих безволосых тварей ещё и не такое бывает). Впрочем, Коричневый был тот ещё фрукт, никак ему не сиделось в своем уютном дупле – а что ещё нужно благочестивому сайто кроме еды и уюта, если ты не обзавелся семьёй! Так нет, зуд у того был в одном месте – ну, не мог Коричневый без разных там выкрутасов. Вот и допрыгался, ибо однажды вернулся с одного такого очередного путешествия весь израненный и избитый. Один оборот прожил, а то и меньше, и умер потом в страшных мучениях. А если бы сидел себе дома, так ещё долго бы грыз вкусные орешки и резвился себе вволю, качаясь на гибких ветвях деревьев.

После смерти Коричневого так никто и не позарился на его роскошные хоромы – а ведь пропадала такая жилплощадь! Никто и близко не решался подойти к старому дубу. Стороной обходили сайто древнего исполина, боясь неизвестно чего. То ли подкосившей их сородича болезни (а вдруг она заразная и до сих пор ещё ютиться в дупле?), то ли чего-то более страшного.

Поэтому родители с самого младенчества пугали Зелёного: не забегай, дурашка, слишком далеко, а то случиться страшное и старый проклятый арбо (дерево) затянет тебя в свои тенёта, в общем, мало после не покажется.

И поэтому Зеленый по отношению к дубу вел себя весьма настороженно. Но иногда малыша все же разбирало праздное любопытство, и он время от времени ошивался возле манящего под свои раскидистые ветви – вот бы где покачаться в свое удовольствие, цепляясь пушистым хвостом, - дерева чаще обычного, чем того требовали родительские запреты.

И все же однажды в один знаменитейший и, наверное, поворотный для мира Арбаро день, когда озабоченный поисками собственного гнезда малыш сайто рыскал по грабовой роще, прыгая от дерева к дереву, он почти рядом проскакал возле седовласого исполина, засмотревшись на его суровую неприступность. Малыш до того увлекся, что для него полной неожиданностью было то, как его кто-то зычно и вполне внятно окликнул:

-Привет, пушистик.

Зеленый едва не свалился с кустика, услышав над собой раскатистый громовой голос. Но быстро – это надо уметь! - уцепился проворными лапками, а в основном цепким хвостом за заходившие ходуном ветки, на мгновение замер, наострив и без того острые ушки, а потом стал лихорадочно осматриваться по сторонам – что это такое? И где?

Но рядом никого не было, над головой лениво плыли безмятежные облака, призрачно тая в лучах ласкового солнца. Да страшный дуб-исполин настороженно шевелил мохнатыми малахитовыми ветками.

-Да не верти ты так головой, глупышка, а лучше посмотри  вверх.

Сайто чуть не закричал от испуга: с ним разговаривает не кто-нибудь, а страшный дуб-убийца. А то, чтоб деревья разговаривали, вот так просто, ну, как обычные звери, такого малыш ещё не видел, да и не слышал. Кто-нибудь другой, будь на его месте, давно бы уже опрометью летел без задних лап, но Зеленый был не из робкого десятка. Правда, случалось, он мог иногда чего-либо напугаться, но трусом никогда себя не считал. Так что малыш только слабо икнул, присев на задние лапки, и дрожащим голоском пролепетал: 

-Ты что, умеешь разговаривать?

-А то! - ухмыльнулось дерево доброй, ясно выраженной улыбкой – я ещё и не на такое способен, - растягивая для этого коричневые складки шершавой коры. – Я люблю поговорить, когда есть с кем.

-А сейчас есть с кем? – голосок малыша Зелёного немного окреп, в нем даже появились нотки нескрываемого любопытства.

-А то! - произнес свою, как потом впоследствии выяснилось, излюбленную фразу старый дуб. – В данный момент я разговариваю именно с тобой, малыш-пушистик. Ведь ты не против небольшого разговора?

-Не против. Но я не малыш! – возмутился Зеленый на слово «малыш». А вот насчет «пушистика» он ничего не имел – это слово ему даже понравилось. – Я уже взрослый, и мне скоро исполнится три оборота.

-Да, много, - усмехнулось дерево, взмахнув ветками-лапами, и затем вдумчиво проанализировало. – Если на это смотреть с позиции сайто, то ты, малыш, определенно, уже готов для периода овуляции, что естественно подходит для спаривания. Но если это подать с позиции иных разумных существ, то для абсолютного большинства - ты ещё ребенок, так сказать, младенец. А вот для меня, чей возраст насчитывает не одно тысячелетие оборотов, ты вообще - зародыш, едва проросшее семя. Так что не обижайся, что я нарек тебя малышом. Я и так тебе слишком польстил. Ведь ты не хочешь, чтобы я называл тебя, допустим, Зародышем?

-Нет, не желаю. – Зелёный до того осмелел, что, легко спрыгнув с куста, немного, шаг за шагом, приблизился к древнему исполину. – Но и не хочу, чтобы ты меня называл малышом.

-Почему? Мне нравиться тебя так называть.

-А мне нет!

Глаза цвета лесного ореха распахнулись в возмущении.

-Как тогда  в таком случае мне к тебе обращаться?

Сайто призадумался, немного скосив глаза. Называть свое настоящее имя не слишком знакомому и имевшему репутацию опасного существа, дереву ему не очень и хотелось. Возможно, это было даже глупо, вот так с первого раза сразу взять и открыться. Кто знает, что у этого болтливого старикашки на уме.

Внезапно рассеянный взгляд сайто уперся в свой хвост, гибкий и пушистый, такого роскошного вертлявого отростка не было ни у кого из его сородичей, и Зелёный по праву им гордился. И шальная, даже веселая мысль привела забавную мордашку зверушки в состояние симпатичной улыбки.

-Знаешь что, зови меня Тот-Кто-Виляет-Хвостом, - и маленький сайто явил взору старого дерева вставший дыбом пушистый отросток.

-Что ж, так и быть, - ухмыльнулся дуб. – Это имя подходит тебе, даже больше, чем твое, настоящее, которое ты мне не соизволил назвать. Хотя судя по цвету твоей зеленой шкурки можно было и догадаться. Я не прав?

-Да. Но лучше называй меня так, как я сказал.

-Нет. Тот-Кто-Виляет-Хвостом звучит слишком длинно и как-то растянуто. Может мне лучше называть тебя Хвостиком? Или Хвостатым?

-Мне не нравиться, - Зеленый надулся, конечно, если только так можно назвать то обиженное выражение мордочки, которое получилось у зверушки в результате простейшей мимики. – Глупо и пошло.

-Да, задачка, - задумалось дерево, насупив в брови. - А знаешь, есть вариант. Я тебя буду называть просто Вост. Смотри, как звучит. – И дуб раскатисто прогремел, растягивая буквы. – В – О – С – Т. Тебе нравиться?

-Ух, ты, как здорово. В – О – С – Т.  А это по-каковски?

-Это язык Древних Арбо, положивших начало миру Арбаро. Теперь мало кто так говорит, может быть, только те, кто ещё помнит былые времена. Но нас осталось очень мало. Сейчас все вокруг говорят кто как, все смешалось после Опустошения. А ведь раньше у каждого разумного вида был свой особенный язык. Да, все изменилось, и отнюдь не в лучшую сторону, - вздохнуло дерево. - Так что, малыш, называть тебя Тот-Кто-Виляет-Хвостом мне будет несколько сложновато. Для этого мне бы пришлось растягивать свой рот в очень неудобные складки. Тем более, я люблю короткие имена. Так что Вост - это то, что надо. А меня ты можешь называть Квэрком.

-Какое странное имя!

-Ничего странного. Обычное. Так на языке арбо будет дуб. У каждого уважающего себя арбо должно быть собственное имя. Вот как, скажи, например, зовут то дерево, где ты живёшь?

-Я не знаю, - смущенно промямлил сайто.

-Разве оно тебе не сказало?

-Нет.

-Тем более странно. Мне всегда казалось, что в вашем бору безумно болтливые деревья, особенно осины, а о грабах я уже не говорю.

-А разве деревья умеют, ну того, говорить?

-А то! Разве не слышишь и не видишь, - усмехнулся могучий исполин.

-Глупости! Сколько живу, столько не помню, чтоб хоть одно дерево со мной когда-нибудь заговорило. Все молчат, словно их паутиной затянуло.

-Вот это и странно. Молчать без повода деревья, пускай и не такой древней породы, как я, не станут. Значит, случилось что-то серьезное, – мрачно, растягивая слова, произнес Квэрк. – Надо будет с этим разобраться. Впрочем, в этом есть и моя доля вины. Возможно, я на слишком долгое время впал в старческие размышления о былом. Вот и выпал из реальности. Хотя, я думаю, ваши деревья всего лишь разучились связывать свои мысли в определенные фразы. Думаю, что так. Так иногда бывает с теми, кто живет слишком долго. Это я имею в виду самые старые деревья. Но как тогда быть с молодыми, которым от рода не меньше сотни оборотов? Непонятно. – И дуб на какое-то мгновение призадумался.

Из дум древнего исполина вывел веселый  писк сайто:

-А как же тогда ты, Квэрк? – Ты же тоже слишком старый.

-Ну, я – это я, - самодовольно и многозначительно пророкотал дуб. – Такова моя сущность и природа. Я вне времени. Ты мне вот лучше скажи, если, конечно, это не секрет, что ты один и без сопровождения родителей делаешь так далеко в моих угодьях?

-Хм, я уже, между прочим, достаточно взрослый для того, чтобы разгуливать одному. Имею полное право. Тем более никакого секрета нет. Я ищу новое дупло для жилья.

-А старое куда девалось? Совсем запаршивело? Или жучки источили?

-Рассмешил. Просто я вырос, и мне стало тесно жить с родителями. Вот я и подумал заранее обзавестись собственным гнездом.

-Да, дело нужное и, главное, своевременное. Ну и  как успехи?

-Да никак. Все приличные дупла за много прыжков заняты. Но сегодня меня посетила одна прелестная мыслишка сбегать быстренько за Черную Пустошь и там поискать что-нибудь стоящее. – Вост махнул лапкой с острыми коготками в сторону видневшейся за деревьями просеке. - Но вот встретил тебя и заболтался. Ладно, будь здоров, я побежал.

Квэрк взмахнул веткой.

-Постой, Вост, не торопись. У меня к тебе есть довольно интересное предложение. Ты можешь жить здесь. То есть во мне. Ты не представляешь, какое внутри меня роскошное дупло со всеми удобствами. Живи только и радуйся. А если надумаешь жениться и приведешь красавицу-жену, то тут места хватит не на одну дюжину маленьких сайто.

-Ты что? – Вост в испуге отшатнулся. – Чтобы я поселился в том, кем пугали меня с розовых ушек. Ведь ты - убийца сайто.

-Ну, вот, пошли в ход сплетни, выживших из ума трухлявых колоро и одержимых бредом бурых урсо. Я, малыш, ещё никого не убил за свою долгую и размерянную жизнь. Даже в мыслях подобного не было.

-Как это не было?! А то, что случилось с Коричневым, по-твоему - ерунда? И с какой стати я обязан тебе верить?

Квэрк вздохнул:

-Не всё то правда, что иногда бывает на слуху. И ты, малыш, прежде чем принимать окончательное решение на тот или иной вопрос, должен вначале поверить собственным глазам, тогда и составлять определенное мнение. Иногда ответов на один маленький вопрос огромное множество, но только один из них правильный. Поверь, истина всегда требует выбора.

Вост моргнул, пройдясь лапками с брюшка на грудку, и наоборот, потом коснулся ушек и носика. Впервые с ним говорили не как с несмышленышем, а почти, как с равным себе. Надо же, могучий и мудрый арбо, чей возраст насчитывает, наверное, не одно тысячелетие оборотов, считает его достойным собеседником. Ну, как тут не расслабиться.

-Или, может, ты боишься? Тогда, считай, что я тебе ничего такого не предлагал. Скачи себе и дальше, малыш. Там за Черной Пустошью лес большой, может быть, тебе и повезёт, если, конечно, туда ещё доберешься.

-Ничего я не боюсь, - взвизгнул Вост, и чтоб доказать это, легко вспрыгнул на шероховатую поверхность Квэрка. Хватило пары прыжков, чтобы достигнуть небольшой, ведущей вглубь дерева, впадины. Но тут малыш и застыл настороженно в ожидании, всматриваясь в пугающую черноту.

-Ну, смелее, - подбодрил звереныша дуб. – Внутри нет ничего страшного. Может быть, немножко пыльно, да слегка седой паутиной затянуло. Но ты, приложив немножко усилий, там быстро наведешь соответствующий порядок. А не понравиться – высыплю обратную дорожку желудями. В общем, я тебя не принуждаю. Хотя не скрою, мне жаль было бы потерять столь любопытного собеседника. Так что не стесняйся - прыгай.

-Ладно, была - не была. – Вост смешно скорчил мордашку, сгруппировался и бойко – вы б только видели! - нырнул в черноту дупла. Глупо отступать, когда уже всё решено.

 

© Copyright: Калита Сергей, 2012

Регистрационный номер №0047461

от 11 мая 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0047461 выдан для произведения:

/Удивительная и чрезвычайно добрая, немного интеллигентная,

чуточку философская повесть-сказка о том,

как находить настоящих друзей/.

 

ГЛАВА  ПЕРВАЯ,

 о том, как маленький сайто познакомился со старым мудрым деревом и принял его удивительное предложение.

 

В одном очень необычном мире Арбаро, прародителями которого раньше были деревья-гиганты, в удивительно красивой грабовой роще жил-был очень странного вида зверёныш, забавный и до ужаса смешной.

Росточка этот звереныш был небольшого, размером где-то с еловую шишку, а может, чуточку и больше, ну, например, с маленькую тыковку или же среднего размера кабачок.

Внешним своим видом зверёныш напоминал белочку, но он был не белочка, суслика, но не был сусликом, хомячка, но и с хомячком у него было мало чего общего. Правда, у зверёныша были такие же ушки, как у белочки, остренькие, с кисточками-метелочками на концах. Мордочка, как у суслика, овальная, доверчивая и глупая. Лапки, маленькие и пушистые, немного походили на лапки хомячка, но вот острые, как бритва, коготки придавали этим добрым с виду лапкам некую агрессивность и указывали на то, что хозяин этих лапок не так уж и беззащитен.

Но всё же главным достоинством зверёныша был его хвост, длинный, шикарный, пушистый, когда надо сворачивающийся колечком наподобие кренделька, а когда свободно балансирующий в прыжке. Кроме всего этого симпатичный зверёк был очень большим непоседой, и все время, ну, почти все время, если он не ел и не спал, скакал с ветки на ветку, прыгал с деревца на деревце, а с кустика на кустик.

В общем, наш зверёныш был не таким и странным, как могло показаться на первый взгляд, даже вполне обычным для своего лесного мира – природа ещё и не такое выдумывала для разнообразия. Правда, небольшая странность все же присутствовала, и заключалась она в том, что зверёныш от ушей и до кончика хвоста был зеленого цвета. То есть абсолютно зеленого. Тут тебе никаких вкраплений в виде точек или веснушек, ни присущей некоторым видам разумных существ рыжеватости - однотонный насыщенный ярко-зеленый цвет молодых, только что проклюнувшихся листочков.

И вот этого забавного зверька звали по-разному, кто как. Сам же он, как и все его сородичи, называли себя сайто, возможно, потому что они, как никто в лесу и его окрестностях умели так ловко прыгать и скакать по разным деревьям и кустарникам. Остальные лесные жители дразнили веселых зверьков колоро, то есть цветными, скорей всего, за то, что те, несмотря на свою схожесть, были разного цвета: желтые, коричневые, белые, синие, черные, серо-буро-малиновые и даже в крапинку.

При рождении, учитывая зеленый окрас новорождённого, родители нарекли малыша Зеленым – так у сайто принято, раз уж ты родился определенного цвета, так будь добр, и имя носи соответственно ему. Только  зверёнышу почему-то не по нраву было, что его определили подобным образом, - тут впору и возмутиться. Но тут, как говориться, возмущайся не возмущайся, а никуда не денешься - вынужден был откликаться на слишком обыденное, как ему казалось, имя. Впрочем, малышей и не спрашивают, что им нравиться, а что нет. Мол, взрослые лучше вас знают, что хорошо, а что плохо. И с этим ничего не поделаешь.

Время шло, и как только у звереныша младенческий пушок шкурки сменился на шелковистую пушистость, восхитительно заискрившуюся на свету, а на лапках прорезались первые острые коготки, он посчитал, что ему пришла пора обзавестись новым именем, которое хотя бы немного больше открывало его сущность, а не указывало на цветовое различие. В довесок к новому имени зверёныш решил поискать для себя и удобное жилище.

Впрочем, если замену имени можно было назвать обычным капризом, то для поисков собственного дома нашлись более серьёзные основания – в родительском гнёздышке, где до этого момента проживал Зелёный, становилось всё теснее и теснее. И не удивительно. Ведь кроме родителей и Зелёного в дупле стройного граба теснились ещё двое симпатичных малышей - братишка Жёлтый и сестренка Золотистая. А вскоре – таков закон природы, - ожидалось небольшое прибавление в их многочисленном семействе. Так что Зеленому, как самому старшему, следовало уже заранее позаботиться о собственном гнездышке. Что ж, обычно так и бывает: дети взрослеют, подрастают и уходят из родительского дома в большой мир.

Но тут оказалось, что рядом все дупла как назло заняты, и что на доброе количество прыжков вокруг нет ни одного свободного местечка. Да, проблема возникла ещё та. Неужели придется скакать за Черную Пустошь, и в видневшейся вдалеке березовой рощице искать что-то подходящее для жилья? Перспектива не из приятных, учитывая при этом ещё немалый риск.

Правда, недалеко, в углублении голого пологого холма в гордом одиночестве роскошествовал старый кряжистый дуб, раскинувший почти до самого неба свои суковатые и упругие ветки. Рассказывали, что там когда-то – никто и не помнит когда - жил один глупый сайто по имени Коричневый. Жил себе, поживал, без семьи и без детей – ну, разве, не глупый?! Ну что может быть для любого уважающего себя сайто важнее его многочисленного потомства! А вот Коричневый этого никак не понимал. Да и умер он не так, как все сайто - прямо в дупле. Ведь сколько существует род Древесных Сайто, такого ещё никто себе не позволял! Ибо, предчувствуя дыхание смерти, любой приличный и уважающий себя сайто просто обязан сам, без чьего-либо вмешательства со стороны, выпадать из гнезда.

Именно, из гнезда, вниз, на землю, прямо на пожухлые листья и зарываться в эти листья, как можно глубже, до кончика хвоста, до последней шерстинки, и умирать там, совершая последнее и вполне осмысленное единение с природой. Таков был жертвенный ритуал прощания с миром Арбаро всех представителей старинного рода, возможно, имевший в основе своего происхождения ещё более древние и глубокие корни, чем это можно было себе представить. А вот недотёпа Коричневый умер совсем неправильно, тем самым, осквернив и имя своё, и жилище.

Но самым ужасным было то, что проныра умер не естественной смертью, а от какой-то страшной и непонятной болезни, наверное, подхваченной им от мальгаров (о, от этих безволосых тварей ещё и не такое бывает). Впрочем, Коричневый был тот ещё фрукт, никак ему не сиделось в своем уютном дупле – а что ещё нужно благочестивому сайто кроме еды и уюта, если ты не обзавелся семьёй! Так нет, зуд у того был в одном месте – ну, не мог Коричневый без разных там выкрутасов. Вот и допрыгался, ибо однажды вернулся с одного такого очередного путешествия весь израненный и избитый. Один оборот прожил, а то и меньше, и умер потом в страшных мучениях. А если бы сидел себе дома, так ещё долго бы грыз вкусные орешки и резвился себе вволю, качаясь на гибких ветвях деревьев.

После смерти Коричневого так никто и не позарился на его роскошные хоромы – а ведь пропадала такая жилплощадь! Никто и близко не решался подойти к старому дубу. Стороной обходили сайто древнего исполина, боясь неизвестно чего. То ли подкосившей их сородича болезни (а вдруг она заразная и до сих пор ещё ютиться в дупле?), то ли чего-то более страшного.

Поэтому родители с самого младенчества пугали Зелёного: не забегай, дурашка, слишком далеко, а то случиться страшное и старый проклятый арбо (дерево) затянет тебя в свои тенёта, в общем, мало после не покажется.

И поэтому Зеленый по отношению к дубу вел себя весьма настороженно. Но иногда малыша все же разбирало праздное любопытство, и он время от времени ошивался возле манящего под свои раскидистые ветви – вот бы где покачаться в свое удовольствие, цепляясь пушистым хвостом, - дерева чаще обычного, чем того требовали родительские запреты.

И все же однажды в один знаменитейший и, наверное, поворотный для мира Арбаро день, когда озабоченный поисками собственного гнезда малыш сайто рыскал по грабовой роще, прыгая от дерева к дереву, он почти рядом проскакал возле седовласого исполина, засмотревшись на его суровую неприступность. Малыш до того увлекся, что для него полной неожиданностью было то, как его кто-то зычно и вполне внятно окликнул:

-Привет, пушистик.

Зеленый едва не свалился с кустика, услышав над собой раскатистый громовой голос. Но быстро – это надо уметь! - уцепился проворными лапками, а в основном цепким хвостом за заходившие ходуном ветки, на мгновение замер, наострив и без того острые ушки, а потом стал лихорадочно осматриваться по сторонам – что это такое? И где?

Но рядом никого не было, над головой лениво плыли безмятежные облака, призрачно тая в лучах ласкового солнца. Да страшный дуб-исполин настороженно шевелил мохнатыми малахитовыми ветками.

-Да не верти ты так головой, глупышка, а лучше посмотри  вверх.

Сайто чуть не закричал от испуга: с ним разговаривает не кто-нибудь, а страшный дуб-убийца. А то, чтоб деревья разговаривали, вот так просто, ну, как обычные звери, такого малыш ещё не видел, да и не слышал. Кто-нибудь другой, будь на его месте, давно бы уже опрометью летел без задних лап, но Зеленый был не из робкого десятка. Правда, случалось, он мог иногда чего-либо напугаться, но трусом никогда себя не считал. Так что малыш только слабо икнул, присев на задние лапки, и дрожащим голоском пролепетал: 

-Ты что, умеешь разговаривать?

-А то! - ухмыльнулось дерево доброй, ясно выраженной улыбкой – я ещё и не на такое способен, - растягивая для этого коричневые складки шершавой коры. – Я люблю поговорить, когда есть с кем.

-А сейчас есть с кем? – голосок малыша Зелёного немного окреп, в нем даже появились нотки нескрываемого любопытства.

-А то! - произнес свою, как потом впоследствии выяснилось, излюбленную фразу старый дуб. – В данный момент я разговариваю именно с тобой, малыш-пушистик. Ведь ты не против небольшого разговора?

-Не против. Но я не малыш! – возмутился Зеленый на слово «малыш». А вот насчет «пушистика» он ничего не имел – это слово ему даже понравилось. – Я уже взрослый, и мне скоро исполнится три оборота.

-Да, много, - усмехнулось дерево, взмахнув ветками-лапами, и затем вдумчиво проанализировало. – Если на это смотреть с позиции сайто, то ты, малыш, определенно, уже готов для периода овуляции, что естественно подходит для спаривания. Но если это подать с позиции иных разумных существ, то для абсолютного большинства - ты ещё ребенок, так сказать, младенец. А вот для меня, чей возраст насчитывает не одно тысячелетие оборотов, ты вообще - зародыш, едва проросшее семя. Так что не обижайся, что я нарек тебя малышом. Я и так тебе слишком польстил. Ведь ты не хочешь, чтобы я называл тебя, допустим, Зародышем?

-Нет, не желаю. – Зелёный до того осмелел, что, легко спрыгнув с куста, немного, шаг за шагом, приблизился к древнему исполину. – Но и не хочу, чтобы ты меня называл малышом.

-Почему? Мне нравиться тебя так называть.

-А мне нет!

Глаза цвета лесного ореха распахнулись в возмущении.

-Как тогда  в таком случае мне к тебе обращаться?

Сайто призадумался, немного скосив глаза. Называть свое настоящее имя не слишком знакомому и имевшему репутацию опасного существа, дереву ему не очень и хотелось. Возможно, это было даже глупо, вот так с первого раза сразу взять и открыться. Кто знает, что у этого болтливого старикашки на уме.

Внезапно рассеянный взгляд сайто уперся в свой хвост, гибкий и пушистый, такого роскошного вертлявого отростка не было ни у кого из его сородичей, и Зелёный по праву им гордился. И шальная, даже веселая мысль привела забавную мордашку зверушки в состояние симпатичной улыбки.

-Знаешь что, зови меня Тот-Кто-Виляет-Хвостом, - и маленький сайто явил взору старого дерева вставший дыбом пушистый отросток.

-Что ж, так и быть, - ухмыльнулся дуб. – Это имя подходит тебе, даже больше, чем твое, настоящее, которое ты мне не соизволил назвать. Хотя судя по цвету твоей зеленой шкурки можно было и догадаться. Я не прав?

-Да. Но лучше называй меня так, как я сказал.

-Нет. Тот-Кто-Виляет-Хвостом звучит слишком длинно и как-то растянуто. Может мне лучше называть тебя Хвостиком? Или Хвостатым?

-Мне не нравиться, - Зеленый надулся, конечно, если только так можно назвать то обиженное выражение мордочки, которое получилось у зверушки в результате простейшей мимики. – Глупо и пошло.

-Да, задачка, - задумалось дерево, насупив в брови. - А знаешь, есть вариант. Я тебя буду называть просто Вост. Смотри, как звучит. – И дуб раскатисто прогремел, растягивая буквы. – В – О – С – Т. Тебе нравиться?

-Ух, ты, как здорово. В – О – С – Т.  А это по-каковски?

-Это язык Древних Арбо, положивших начало миру Арбаро. Теперь мало кто так говорит, может быть, только те, кто ещё помнит былые времена. Но нас осталось очень мало. Сейчас все вокруг говорят кто как, все смешалось после Опустошения. А ведь раньше у каждого разумного вида был свой особенный язык. Да, все изменилось, и отнюдь не в лучшую сторону, - вздохнуло дерево. - Так что, малыш, называть тебя Тот-Кто-Виляет-Хвостом мне будет несколько сложновато. Для этого мне бы пришлось растягивать свой рот в очень неудобные складки. Тем более, я люблю короткие имена. Так что Вост - это то, что надо. А меня ты можешь называть Квэрком.

-Какое странное имя!

-Ничего странного. Обычное. Так на языке арбо будет дуб. У каждого уважающего себя арбо должно быть собственное имя. Вот как, скажи, например, зовут то дерево, где ты живёшь?

-Я не знаю, - смущенно промямлил сайто.

-Разве оно тебе не сказало?

-Нет.

-Тем более странно. Мне всегда казалось, что в вашем бору безумно болтливые деревья, особенно осины, а о грабах я уже не говорю.

-А разве деревья умеют, ну того, говорить?

-А то! Разве не слышишь и не видишь, - усмехнулся могучий исполин.

-Глупости! Сколько живу, столько не помню, чтоб хоть одно дерево со мной когда-нибудь заговорило. Все молчат, словно их паутиной затянуло.

-Вот это и странно. Молчать без повода деревья, пускай и не такой древней породы, как я, не станут. Значит, случилось что-то серьезное, – мрачно, растягивая слова, произнес Квэрк. – Надо будет с этим разобраться. Впрочем, в этом есть и моя доля вины. Возможно, я на слишком долгое время впал в старческие размышления о былом. Вот и выпал из реальности. Хотя, я думаю, ваши деревья всего лишь разучились связывать свои мысли в определенные фразы. Думаю, что так. Так иногда бывает с теми, кто живет слишком долго. Это я имею в виду самые старые деревья. Но как тогда быть с молодыми, которым от рода не меньше сотни оборотов? Непонятно. – И дуб на какое-то мгновение призадумался.

Из дум древнего исполина вывел веселый  писк сайто:

-А как же тогда ты, Квэрк? – Ты же тоже слишком старый.

-Ну, я – это я, - самодовольно и многозначительно пророкотал дуб. – Такова моя сущность и природа. Я вне времени. Ты мне вот лучше скажи, если, конечно, это не секрет, что ты один и без сопровождения родителей делаешь так далеко в моих угодьях?

-Хм, я уже, между прочим, достаточно взрослый для того, чтобы разгуливать одному. Имею полное право. Тем более никакого секрета нет. Я ищу новое дупло для жилья.

-А старое куда девалось? Совсем запаршивело? Или жучки источили?

-Рассмешил. Просто я вырос, и мне стало тесно жить с родителями. Вот я и подумал заранее обзавестись собственным гнездом.

-Да, дело нужное и, главное, своевременное. Ну и  как успехи?

-Да никак. Все приличные дупла за много прыжков заняты. Но сегодня меня посетила одна прелестная мыслишка сбегать быстренько за Черную Пустошь и там поискать что-нибудь стоящее. – Вост махнул лапкой с острыми коготками в сторону видневшейся за деревьями просеке. - Но вот встретил тебя и заболтался. Ладно, будь здоров, я побежал.

Квэрк взмахнул веткой.

-Постой, Вост, не торопись. У меня к тебе есть довольно интересное предложение. Ты можешь жить здесь. То есть во мне. Ты не представляешь, какое внутри меня роскошное дупло со всеми удобствами. Живи только и радуйся. А если надумаешь жениться и приведешь красавицу-жену, то тут места хватит не на одну дюжину маленьких сайто.

-Ты что? – Вост в испуге отшатнулся. – Чтобы я поселился в том, кем пугали меня с розовых ушек. Ведь ты - убийца сайто.

-Ну, вот, пошли в ход сплетни, выживших из ума трухлявых колоро и одержимых бредом бурых урсо. Я, малыш, ещё никого не убил за свою долгую и размерянную жизнь. Даже в мыслях подобного не было.

-Как это не было?! А то, что случилось с Коричневым, по-твоему - ерунда? И с какой стати я обязан тебе верить?

Квэрк вздохнул:

-Не всё то правда, что иногда бывает на слуху. И ты, малыш, прежде чем принимать окончательное решение на тот или иной вопрос, должен вначале поверить собственным глазам, тогда и составлять определенное мнение. Иногда ответов на один маленький вопрос огромное множество, но только один из них правильный. Поверь, истина всегда требует выбора.

Вост моргнул, пройдясь лапками с брюшка на грудку, и наоборот, потом коснулся ушек и носика. Впервые с ним говорили не как с несмышленышем, а почти, как с равным себе. Надо же, могучий и мудрый арбо, чей возраст насчитывает, наверное, не одно тысячелетие оборотов, считает его достойным собеседником. Ну, как тут не расслабиться.

-Или, может, ты боишься? Тогда, считай, что я тебе ничего такого не предлагал. Скачи себе и дальше, малыш. Там за Черной Пустошью лес большой, может быть, тебе и повезёт, если, конечно, туда ещё доберешься.

-Ничего я не боюсь, - взвизгнул Вост, и чтоб доказать это, легко вспрыгнул на шероховатую поверхность Квэрка. Хватило пары прыжков, чтобы достигнуть небольшой, ведущей вглубь дерева, впадины. Но тут малыш и застыл настороженно в ожидании, всматриваясь в пугающую черноту.

-Ну, смелее, - подбодрил звереныша дуб. – Внутри нет ничего страшного. Может быть, немножко пыльно, да слегка седой паутиной затянуло. Но ты, приложив немножко усилий, там быстро наведешь соответствующий порядок. А не понравиться – высыплю обратную дорожку желудями. В общем, я тебя не принуждаю. Хотя не скрою, мне жаль было бы потерять столь любопытного собеседника. Так что не стесняйся - прыгай.

-Ладно, была - не была. – Вост смешно скорчил мордашку, сгруппировался и бойко – вы б только видели! - нырнул в черноту дупла. Глупо отступать, когда уже всё решено.

 

Рейтинг: +1 416 просмотров
Комментарии (2)
0 # 11 мая 2012 в 10:12 +1
Чудесное начало. Милый пушистик и имя подходящее. Обожаю сказки такого направления:говорящие звери, деревья, не удивлюсь, если еще и вода или облака будут говорящими.)))) Удачи! Жду продолжение.
Калита Сергей # 11 мая 2012 в 22:26 +1
Спасибо, Таня! Рад, что понравилось. Продолжение не замедлит себя ждать. Повесть уже написана до конца. В данный момент работаю над второй книгой. live3