ЗАСТРЯВШИЕ-1

12 марта 2012 - Поцарапка

 ЗАСТРЯВШИЕ

1

Если бы Люське рассказали такое, или, к примеру, прочла бы такое в газете, она бы решила, что у героини истории определённо проблемы с головой. Ненормальная, одним словом. А как ещё назвать девушку, которая закончила школу с серебряной медалью, поступила в универ на филологический, по-английски шпарила так, будто с пелёнок росла в туманном Альбионе, и вдруг выходит замуж за простого парня и уезжает с ним в глухую деревню? Второй год уже как жена тракториста. Вобщем, из князи в грязи, или как сказала Люськина мама в сердцах:
-В навоз! Коровам хвосты крутить! Дура, господи, какая дура…

Эту дуру звали Вера, и она была старшей сестрой Люськи. На шесть лет старше. Сестру Люська любила и обожала, считала лучшей подругой. Когда Вера объявила о своём решении выйти замуж и уехать с мужем в деревню, родители встали на дыбы: не бывать этой глупости! На что дочь твёрдо заявила: будет так, как я решила! Ошеломлённые родители применили запрещённый приём:
-Выбирай, доча: или мы или этот колхозник…
-Я уже выбрала. Неужели неясно?

Люська тоже решила, что сестра не в себе. Не похоже на неё, неадекватный поступок. Люська тоже попыталась вразумить "дуру".
- Люсь, ну ты то разумный человек,- перебила Вера, едва Люська начала заготовленную "вразумляющую" речь.- Всё что ты скажешь, будет мимо. Не пытайся понять того, в чём не смыслишь. Я люблю, и я любима, и я счастлива. Ради Костика я готова пожертвовать всем.
- Даже родителями?
-Сейчас их разум затмевает обида. Я не оправдала их надежд. Пройдёт время, они успокоятся, и, надеюсь, поймут…Люсь, не смотри на меня так! Я в здравом уме. Вспомни жён декабристов…они ради любви поехали в Сибирь! А я всего лишь двести десять кэмэ от Питера. Ты то не отвернёшься от меня?

Как известно, жён декабристов царь лишил дворянства, имущества, от них отвернулось общество. "Декабристку " Веру всего лишили родители, скрепя сердцем и с тайной мыслью, что дочь одумается, поставили точку:
- Мы для тебя умерли! Считай себя сиротой…
Вера хлюпнула носом, тяжело вздохнув, взяла тощую сумку в одну руку, связку книг в другую, глянула мокрыми глазами на родителей:
- Придёт день, и вы будете просить у меня прощения. И у Костика, и у моих детей. Я не говорю "прощайте", я говорю "До свидания".

Недели две после отъезда Веры в доме было жуткое угнетение, будто она не уехала, а умерла. Родители были мрачные, ходили как потерянные. Все попытки Люськи уменьшить гнёт, оказывались тщетными. Порой ей казалось, что родителей ещё связывает друг с другом тоненькая ниточка и эта ниточка она, Люська. Иначе бы они давно разбежались. Как ни пыталась Люська, не могла понять такого поведения родителей. По идее, у них общее "несчастье", оно должно ещё больше объединить, но, увы, получается наоборот. Разъединяет, отталкивает. Папа стал надолго задерживаться на работе, мама зачастила к подругам, иногда не приходила ночевать, а если приходила, то от неё несло спиртным как от завсегдатая баров. Про Люську, правда, не забывали: по нескольку раз на день звонили, спрашивали как самочувствие, как дела в школе, сыта ли. Названивала и Вера, требовала полного отчёта "как дома?" Люська изо всех сил терпела это, понимая, что в создавшейся ситуации она для родителей и сестры как таблетка обезболивающая. Помогающая лишь на короткое время.

Постепенно гнёт сам по себе стал мягкий. Родители перестали убегать из дома. Мама перебралась в комнату Веры, а папа ночевал в зале. Они теперь жили как разведённые, или как соседи в коммуналке. За свои четырнадцать лет Люська ни разу не видела, чтобы родители ссорились, повышали друг на друга голос. А тут ежедневно утром и вечером ссорились, обвиняя друг друга:
- Это твоё дурное влияние! Добаловал(а)?Получи результат! Пороть надо было с детства…

И вот прошло почти полтора года, как случилось "несчастье", а родители всё не могут успокоиться. Заигрались в обиженных. Люська уже научилась отключаться и не слушать эту "заезженную пластинку". Иногда, правда, родители включали на полную громкость, и тогда Люська готова была бросить всё к чёртовой матери и сбежать к сестре. Но в последний момент что-то останавливало. Может, надежда, что ещё всё образуется? Вон у Веры уже дочка ходит, должны же дрогнуть сердца дедушки с бабушкой, пусть не завтра, пусть через пару дней…через неделю…Да и Люська ведь не железная. Должны же, наконец, увидеть, как она устала от этой коммунальной жизни, от вечной роли буфера. Потерпи ещё немного, в тысячный раз уговаривала себя Люська и отбрасывала мысль о побеге.

© Copyright: Поцарапка, 2012

Регистрационный номер №0034371

от 12 марта 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0034371 выдан для произведения:

 ЗАСТРЯВШИЕ

1

Если бы Люське рассказали такое, или, к примеру, прочла бы такое в газете, она бы решила, что у героини истории определённо проблемы с головой. Ненормальная, одним словом. А как ещё назвать девушку, которая закончила школу с серебряной медалью, поступила в универ на филологический, по-английски шпарила так, будто с пелёнок росла в туманном Альбионе, и вдруг выходит замуж за простого парня и уезжает с ним в глухую деревню? Второй год уже как жена тракториста. Вобщем, из князи в грязи, или как сказала Люськина мама в сердцах:
-В навоз! Коровам хвосты крутить! Дура, господи, какая дура…

Эту дуру звали Вера, и она была старшей сестрой Люськи. На шесть лет старше. Сестру Люська любила и обожала, считала лучшей подругой. Когда Вера объявила о своём решении выйти замуж и уехать с мужем в деревню, родители встали на дыбы: не бывать этой глупости! На что дочь твёрдо заявила: будет так, как я решила! Ошеломлённые родители применили запрещённый приём:
-Выбирай, доча: или мы или этот колхозник…
-Я уже выбрала. Неужели неясно?

Люська тоже решила, что сестра не в себе. Не похоже на неё, неадекватный поступок. Люська тоже попыталась вразумить "дуру".
- Люсь, ну ты то разумный человек,- перебила Вера, едва Люська начала заготовленную "вразумляющую" речь.- Всё что ты скажешь, будет мимо. Не пытайся понять того, в чём не смыслишь. Я люблю, и я любима, и я счастлива. Ради Костика я готова пожертвовать всем.
- Даже родителями?
-Сейчас их разум затмевает обида. Я не оправдала их надежд. Пройдёт время, они успокоятся, и, надеюсь, поймут…Люсь, не смотри на меня так! Я в здравом уме. Вспомни жён декабристов…они ради любви поехали в Сибирь! А я всего лишь двести десять кэмэ от Питера. Ты то не отвернёшься от меня?

Как известно, жён декабристов царь лишил дворянства, имущества, от них отвернулось общество. "Декабристку " Веру всего лишили родители, скрепя сердцем и с тайной мыслью, что дочь одумается, поставили точку:
- Мы для тебя умерли! Считай себя сиротой…
Вера хлюпнула носом, тяжело вздохнув, взяла тощую сумку в одну руку, связку книг в другую, глянула мокрыми глазами на родителей:
- Придёт день, и вы будете просить у меня прощения. И у Костика, и у моих детей. Я не говорю "прощайте", я говорю "До свидания".

Недели две после отъезда Веры в доме было жуткое угнетение, будто она не уехала, а умерла. Родители были мрачные, ходили как потерянные. Все попытки Люськи уменьшить гнёт, оказывались тщетными. Порой ей казалось, что родителей ещё связывает друг с другом тоненькая ниточка и эта ниточка она, Люська. Иначе бы они давно разбежались. Как ни пыталась Люська, не могла понять такого поведения родителей. По идее, у них общее "несчастье", оно должно ещё больше объединить, но, увы, получается наоборот. Разъединяет, отталкивает. Папа стал надолго задерживаться на работе, мама зачастила к подругам, иногда не приходила ночевать, а если приходила, то от неё несло спиртным как от завсегдатая баров. Про Люську, правда, не забывали: по нескольку раз на день звонили, спрашивали как самочувствие, как дела в школе, сыта ли. Названивала и Вера, требовала полного отчёта "как дома?" Люська изо всех сил терпела это, понимая, что в создавшейся ситуации она для родителей и сестры как таблетка обезболивающая. Помогающая лишь на короткое время.

Постепенно гнёт сам по себе стал мягкий. Родители перестали убегать из дома. Мама перебралась в комнату Веры, а папа ночевал в зале. Они теперь жили как разведённые, или как соседи в коммуналке. За свои четырнадцать лет Люська ни разу не видела, чтобы родители ссорились, повышали друг на друга голос. А тут ежедневно утром и вечером ссорились, обвиняя друг друга:
- Это твоё дурное влияние! Добаловал(а)?Получи результат! Пороть надо было с детства…

И вот прошло почти полтора года, как случилось "несчастье", а родители всё не могут успокоиться. Заигрались в обиженных. Люська уже научилась отключаться и не слушать эту "заезженную пластинку". Иногда, правда, родители включали на полную громкость, и тогда Люська готова была бросить всё к чёртовой матери и сбежать к сестре. Но в последний момент что-то останавливало. Может, надежда, что ещё всё образуется? Вон у Веры уже дочка ходит, должны же дрогнуть сердца дедушки с бабушкой, пусть не завтра, пусть через пару дней…через неделю…Да и Люська ведь не железная. Должны же, наконец, увидеть, как она устала от этой коммунальной жизни, от вечной роли буфера. Потерпи ещё немного, в тысячный раз уговаривала себя Люська и отбрасывала мысль о побеге.

Рейтинг: +3 469 просмотров
Комментарии (2)
Кира # 15 марта 2012 в 11:40 0
kata
Анна Магасумова # 1 июля 2012 в 01:33 0
Интересно! 50ba589c42903ba3fa2d8601ad34ba1e
Популярная проза за месяц
152
129
126
104
101
100
99
99
94
91
90
89
НАРЦИСС... 30 мая 2017 (Анна Гирик)
85
83
81
81
81
80
80
79
78
78
78
77
77
76
75
74
68
65