ЗАЧЕМ Я ЗДЕСЬ? части 3-4

27 марта 2012 - Михаил Заскалько

 ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

- С лёгким паром.
На скамейке у крыльца сидела Лена, рядом рулетом свёрнуто полотенце, в нём сменное бельё. Лицо у Лены задумчивое: видимо всё ещё не может отбросить подозрение об отцовском грешке. Интересно, какие у них, то есть у нас отношения? В любом случае эти думы причиняют наверно ей боль.

Чёрт, как же тебе помочь…доча?!
Вроде врал складно, убедительно, что ж она так зациклилась? Вот и Анна Владимировна привела веский аргумент:
- Рази ты не слыхала про двойников? В телевизоре сказали, что у каждого есть не меньше семи двойников. Вон в Брюховицах всю жизнь прожила Нюрка Гриханова, мы когда в 59-ом переехали сюда из Псковской, так у меня сразу спросили: не сестра ли моя, уж больно похожи, как близняшки. Я ездила, порасспросила, думала: може родственники по отцу. Ничего даже близкого. Не майся, девка. Если и была связь кровная, так ещё при царе Горохе случилось. Все мы по кровушке-то перемешанные.

 - Всё думаете?
 - И не хочу думать, а думается,- вздохнув, Лена встала, сунула "рулет" под мышку.- Вот сейчас на вас папина рубашка, брюки…Смотрю и вижу его…Мне никто не верит, но я помню его с трёх лет…Такой же вот был, только тогда уже были усы…
- И как вы с ним…ладите?
Лена расслабилась, светло улыбнулась:
- Замечательно. Папка у меня мировой. С мамой правда у них проблемы…А ладно, пошла я куп-куп. Там я чай свежий заварила, если захотите. Будьте как дома.
" Так выходит,…что я и есть дома".

- Извините, Лена. Не подскажите, где раздобыть покурить?
 - Сейчас,- Лена обернулась и громко крикнула:- Максимушка, иди на минутку сюда.
Из-за дома вышел Максим, в одной руке рогатка, в другой горсть камушков.
- Ну, чево тебе? - недовольно протянул, нахмурившись.
- Не чево, а что. Сходи, попроси у бабули пачку сигарет папиных. В шкафу на нижней полке.
Максим положил рогатку и камушки на скамейку, шустро убежал.
- Спасибо.
 - За что?- усмехнулась Лена.- За то, что отравой снабдила?

Лена неспеша пошла по тропинке к бане. Я присел на скамейку, провожая её взглядом. В какой-то момент поймал себя на том, что смотрю не как на дочь, а как на просто девушку. И опять в груди заколыхалось подозрительное тепло.

Стоп, Димон, даже не думай в этом направлении! Лена твоя дочь, как говорят взрослые, кровинушка твоя. Заруби это у себя на носу! Кстати, а что у меня только один ребёнок? Два дня назад мы с друзьями закопали у нас в саду бутылку из-под шампанского, а в ней записки с предсказаниями нашего будущего. Условились, что откопаем, когда последний из нас женится. Так вот я в той записке предсказывал себе жену с именем Лиза и не меньше пяти детей. Выходит, не сбылось? Лена обмолвилась о моих проблемах с женой. Может я здесь, чтобы помочь самому себе? Тогда почему оказался тут, а не в городе? Очевидно, из-за того, что телепортация включилась спонтанно, хаотично, меня и зашвырнуло сюда. Чертовски интересно, а можно научиться управлять телепортацией, чтобы оказываться в нужном месте и в нужное время?

На крыльцо выбежал Максим с пачкой сигарет.
- Дядь Дима, бабуля сказала, если вы устали и хотите поспать, можете ложиться в комнате с той стороны. Там уже постлались.
- Хорошо, спасибо, Максим.
-Лана,- быстро бросил мальчишка, скомкав слово "ладно", схватил своё оружие, боеприпасы и убежал за дом.
"Эх, Максимка, знал бы ты, что я тебе не дядя, а дедушка…вот бы дружно посмеялись. А ведь я в твоём возрасте тоже носился с рогаткой…Наследственное, что ли?".

Закурив, я с интересом рассматривал пачку. "Невские", гравюра старинного Петербурга. О, у них даже указывают, сколько смолы, сколько никотина! А это до сих пор пишут" Минздрав предупреждает…" Дохлое дело. Мда, ничем не отличаются от нашего "Комуза", наверно табак один и тот же. Кстати, пачку свою я выбросил у леса. Вот хохма будет для того, кто поднимет из любопытства: откуда здесь под Ленинградом пачка из-под сигарет из далёкой Киргизии? Поломает голову не хуже меня. Хорошо дату не ставят на пачке, а то бы свихнулся от догадок.

Со стороны дороги послышался громкий мужской голос, похоже, ругается. А спустя минуту я увидел источник голоса: по песчаной дорожке ведущей к нашему дому шёл крупный рыхлый мужик лет сорока, в серых трениках и красной майке. Особыми приметами, пожалуй, были белёсые хохляцкие усы и объёмный животик, как у беременной женщины. Судя по тому, как мужика штормило, был он более чем навеселе. В руках наперевес мужик держал ружьё двустволку.

Я невольно напрягся, а тело как дрожь охватила тревога.
"Может, вот почему я здесь…"- трепыхнулось в мозгу.
Я зачем-то встал и шагнул, точно намеревался устремиться навстречу мужику, остановить, прежде чем…
Скрипнула дверь и на крыльцо вышла Анна Владимировна, опираясь на лыжную палку.
- Опять этот охломон чудит. Батюшки, с ружом явился, напугал. Ещё бы гранат полны штаны набил.
Уже отчётливо были слышны слова, впрочем, сплошные маты.

Мужик остановился метрах в пяти, покачиваясь, по-бабьи заверещал:
- Чё старая вылупилась…мать перемать…Давай своего кошару! Живо! Всё, достал падлюка! Я приговорил его к расстрелу! Сволочь, попугая сожрал!
Пятьсот баксов отвалил за птицу, а эта гнида как цыпленка сожрала! Давай грю кошару! Или я счас всю твою халабуду по брёвнышкам разнесу!

Анна Владимировна спокойно спустилась с крыльца, величественно выпрямилась:
- Во –первых, не визжи как хряк недорезанный. Во-вторых, где доказательства, что мой Стёпа сожрал твоего драного попугая?
- Да я видел! Сам! Вот энтими глазами!
 - Пьяными глазами и не то увидишь. Стёпа с утра спит на лежанке, слазил только молочка попить…
- Кончай старая лабуду гнать! Я те по-хорошему грю: тащи котяру!
- А я тебе по-плохому: проваливай со двора! А то счас живо отхожу по твоей пьяной роже!- Анна Владимировна двинулась на мужика.

 - Не подходи!- Мужик, похоже, окончательно съехал с катушек. Вскинув ружьё, прорычал:- Счас жахну, дырок не сосчитаешь…Достали, бля, дебилы!
 - Напугал,- усмехнулась Анна Владимировна, продолжая идти.- Прямо коленные чашечки задрожали…

Должно быть, в лице мужика было нечто такое, что я каким-то шестым, девятым или двадцатым чувством понял: выстрелит. В следующее мгновенье меня будто запустили из пращи - на крохотную дольку секунды я опередил выстрел, отшвырнув с дорожки Анну Владимировну. А в следующее мгновение меня садануло в плечо, крутануло и швырнуло оземь. Тело, видимо инстинктивно, уже без моего влияния попыталось встать, но разъярённый мужик подлетел и ударом ноги впечатал меня в песок. Последнее что я увидел, это приближавшийся к лицу приклад…

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

…я лежал на траве под деревом. По лицу суетно бегали муравьи. С трёх сторон подступали травяные стены, образуя колодец, над ним будто в
замешательстве застыла разлапистая ветвь- то ли прикрыть "колодец", то ли ещё понаблюдать над тем, кто копошится на его дне.

Неужели я опять в лесу?! Нет, только не это!
Несколько попыток подняться не увенчались успехом: правая рука висела плетью, плечо точно одеревенело, и лишь в глубине его тонко ныла саднящая боль. Голова казалась распухшей, малейшее движение рождало в ней как в калейдоскопе радужные всплески. Как в прошлый раз жутко хотелось пить, язык ощущался куском древесной коры.

Наконец мне удалось сесть, навалившись спиной на ствол дерева.
Так, плечо у меня, похоже, прострелено навылет, слабость в теле, головокружение это видимо из-за большой потери крови. Почему же я снова здесь в лесу, если выполнил предназначенное - спасти тёщу? Или ещё не всё? Зачем тогда этот скачок на исходную? Ладно, спишем на неотработанную систему…

Упираясь здоровым плечом в ствол, я с третьей попытки поднялся. И невольно вскрикнул, увидев вдали поверх травы фрагмент крыши дома: я не в лесу!
Оттолкнувшись от дерева, ломанулся сквозь травяные джунгли. Ноги дрожали, норовили подломиться, но подчинялись инерции, которая влекла вперёд.

Да, я был не в лесу, а метрах в двухстах от знакомого дома. Здесь пустырь, ограниченный речкой, делал изгиб, затем широким языком потянулся туда, где за каменной насыпью прятался карьер. Этот участок был частично поросшим кустарником, плюс торчащие из земли камни, поэтому его при косьбе видимо не трогали. Поэтому здесь трава намного выше и гуще.

Почему меня швырнуло именно сюда? Стоп! а может сейчас телепортация ни причём? Обезумевший мужик расправился со всеми, а меня как чужого
выбросил подальше от дома…Нет! только не это!

Едва показался мосток, я сбавил бег, а к мостику уже подходил, едва передвигая ноги: уже издали я увидел, что мои худшие опасения могут быть чистейшей правдой. На мостке стояли две старушки в чёрных траурных одеждах. Когда я подошёл ближе, то увидел ещё двух внизу у воды, тоже в траурных одеждах. Они молча мыли овощи и складывали в широкий эмалированный тазик.
- Что случилось?- выдохнул я вместо приветствия.- Где Лена? Анна Владимировна?
-Так…на кладбище. Уже наверно хоронят…
Старушки, казалось, на время забыли о том, почему они здесь: поражённо взирали на меня, в основном на окровавленное моё плечо.
- Кого?- единственно, что я успел вымолвить, а в следующее мгновение меня будто одновременно ударили по голове и ногам, а сердце к тому же больно стиснули, так что из глаз брызнули слёзы. Сознание вспыхнуло радужными всполохами и погасло…

…Очнулся я на диване в сумрачной комнате. Сквозь прикрытые шторы лучи света освещали трюмо, задёрнутое чёрной шалью зеркало, в углу перед иконой теплились две свечи. Пахло воском, ещё чем-то тягостным, возможно…смертью.
Выходит, я не выполнил то, ради чего меня сюда забросило? Я никого не спас! Тогда зачем я здесь до сих пор? Или не было никакого предназначения и швырнуло меня сюда просто случайно, наобум?

Дверь протяжно вздохнула и в комнату вошла высокая плотная женщина лет тридцати. В одной руке глубокая миска, в другой - стакан с тёмной жидкостью.

Я шевельнулся, попытался сесть, машинально обронил:
 - Здравствуйте.
- Очнулся? Лежи, не вставай: у тебя слабость. Как угораздило? Рана-то пулевая, много крови потерял…
 - Кого…хоронят?
Женщина поставила на столик миску, протянула мне стакан, всхлипнув, промолвила:
- Танечку…
- Что?!- не помня себя, я вскочил, задел руку женщины, из стакана выплеснулась жидкость мне на грудь. Горячая.
 - Осторожно,- запоздало дёрнулась женщина,- ошпаритесь. Странно: кто ты? Я тебя не знаю, а ты всех знаешь…
 - А мужика схватили?
 - Какого мужика? Который в тебя стрелял?
 - Нет, в Анну Владимировну…
 - Погоди… Ты имеешь в виду Герасимова? Так это было в прошлом году. В тюрьме он, два года дали…Что-то я ничего не пойму, парень,…откуда ты про это знаешь?
- А как же… Танечка?
- Играли с Максимкой в прятки, пряталась в траве за баней и напоролась на старые вилы. Прямо в животик…Скорой-то здесь нет, пока поймали попутку, пока довезли до района…Врачи уже ничем не могли помочь…

Мне будто по сердцу полоснули бритвой и я со стоном рухнул на диван. За что мне эта Боль?! Сначала сестрёнка, теперь внучка…и я только зритель…
Женщина что-то говорила, но я плохо понимал, голова гудела как паровой котёл, тело бросало то в жар, то в озноб…А потом нечто сгребло меня в охапку и поволокло волоком в жаркую бездну…

© Copyright: Михаил Заскалько, 2012

Регистрационный номер №0038029

от 27 марта 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0038029 выдан для произведения:

 ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

- С лёгким паром.
На скамейке у крыльца сидела Лена, рядом рулетом свёрнуто полотенце, в нём сменное бельё. Лицо у Лены задумчивое: видимо всё ещё не может отбросить подозрение об отцовском грешке. Интересно, какие у них, то есть у нас отношения? В любом случае эти думы причиняют наверно ей боль.

Чёрт, как же тебе помочь…доча?!
Вроде врал складно, убедительно, что ж она так зациклилась? Вот и Анна Владимировна привела веский аргумент:
- Рази ты не слыхала про двойников? В телевизоре сказали, что у каждого есть не меньше семи двойников. Вон в Брюховицах всю жизнь прожила Нюрка Гриханова, мы когда в 59-ом переехали сюда из Псковской, так у меня сразу спросили: не сестра ли моя, уж больно похожи, как близняшки. Я ездила, порасспросила, думала: може родственники по отцу. Ничего даже близкого. Не майся, девка. Если и была связь кровная, так ещё при царе Горохе случилось. Все мы по кровушке-то перемешанные.

 - Всё думаете?
 - И не хочу думать, а думается,- вздохнув, Лена встала, сунула "рулет" под мышку.- Вот сейчас на вас папина рубашка, брюки…Смотрю и вижу его…Мне никто не верит, но я помню его с трёх лет…Такой же вот был, только тогда уже были усы…
- И как вы с ним…ладите?
Лена расслабилась, светло улыбнулась:
- Замечательно. Папка у меня мировой. С мамой правда у них проблемы…А ладно, пошла я куп-куп. Там я чай свежий заварила, если захотите. Будьте как дома.
" Так выходит,…что я и есть дома".

- Извините, Лена. Не подскажите, где раздобыть покурить?
 - Сейчас,- Лена обернулась и громко крикнула:- Максимушка, иди на минутку сюда.
Из-за дома вышел Максим, в одной руке рогатка, в другой горсть камушков.
- Ну, чево тебе? - недовольно протянул, нахмурившись.
- Не чево, а что. Сходи, попроси у бабули пачку сигарет папиных. В шкафу на нижней полке.
Максим положил рогатку и камушки на скамейку, шустро убежал.
- Спасибо.
 - За что?- усмехнулась Лена.- За то, что отравой снабдила?

Лена неспеша пошла по тропинке к бане. Я присел на скамейку, провожая её взглядом. В какой-то момент поймал себя на том, что смотрю не как на дочь, а как на просто девушку. И опять в груди заколыхалось подозрительное тепло.

Стоп, Димон, даже не думай в этом направлении! Лена твоя дочь, как говорят взрослые, кровинушка твоя. Заруби это у себя на носу! Кстати, а что у меня только один ребёнок? Два дня назад мы с друзьями закопали у нас в саду бутылку из-под шампанского, а в ней записки с предсказаниями нашего будущего. Условились, что откопаем, когда последний из нас женится. Так вот я в той записке предсказывал себе жену с именем Лиза и не меньше пяти детей. Выходит, не сбылось? Лена обмолвилась о моих проблемах с женой. Может я здесь, чтобы помочь самому себе? Тогда почему оказался тут, а не в городе? Очевидно, из-за того, что телепортация включилась спонтанно, хаотично, меня и зашвырнуло сюда. Чертовски интересно, а можно научиться управлять телепортацией, чтобы оказываться в нужном месте и в нужное время?

На крыльцо выбежал Максим с пачкой сигарет.
- Дядь Дима, бабуля сказала, если вы устали и хотите поспать, можете ложиться в комнате с той стороны. Там уже постлались.
- Хорошо, спасибо, Максим.
-Лана,- быстро бросил мальчишка, скомкав слово "ладно", схватил своё оружие, боеприпасы и убежал за дом.
"Эх, Максимка, знал бы ты, что я тебе не дядя, а дедушка…вот бы дружно посмеялись. А ведь я в твоём возрасте тоже носился с рогаткой…Наследственное, что ли?".

Закурив, я с интересом рассматривал пачку. "Невские", гравюра старинного Петербурга. О, у них даже указывают, сколько смолы, сколько никотина! А это до сих пор пишут" Минздрав предупреждает…" Дохлое дело. Мда, ничем не отличаются от нашего "Комуза", наверно табак один и тот же. Кстати, пачку свою я выбросил у леса. Вот хохма будет для того, кто поднимет из любопытства: откуда здесь под Ленинградом пачка из-под сигарет из далёкой Киргизии? Поломает голову не хуже меня. Хорошо дату не ставят на пачке, а то бы свихнулся от догадок.

Со стороны дороги послышался громкий мужской голос, похоже, ругается. А спустя минуту я увидел источник голоса: по песчаной дорожке ведущей к нашему дому шёл крупный рыхлый мужик лет сорока, в серых трениках и красной майке. Особыми приметами, пожалуй, были белёсые хохляцкие усы и объёмный животик, как у беременной женщины. Судя по тому, как мужика штормило, был он более чем навеселе. В руках наперевес мужик держал ружьё двустволку.

Я невольно напрягся, а тело как дрожь охватила тревога.
"Может, вот почему я здесь…"- трепыхнулось в мозгу.
Я зачем-то встал и шагнул, точно намеревался устремиться навстречу мужику, остановить, прежде чем…
Скрипнула дверь и на крыльцо вышла Анна Владимировна, опираясь на лыжную палку.
- Опять этот охломон чудит. Батюшки, с ружом явился, напугал. Ещё бы гранат полны штаны набил.
Уже отчётливо были слышны слова, впрочем, сплошные маты.

Мужик остановился метрах в пяти, покачиваясь, по-бабьи заверещал:
- Чё старая вылупилась…мать перемать…Давай своего кошару! Живо! Всё, достал падлюка! Я приговорил его к расстрелу! Сволочь, попугая сожрал!
Пятьсот баксов отвалил за птицу, а эта гнида как цыпленка сожрала! Давай грю кошару! Или я счас всю твою халабуду по брёвнышкам разнесу!

Анна Владимировна спокойно спустилась с крыльца, величественно выпрямилась:
- Во –первых, не визжи как хряк недорезанный. Во-вторых, где доказательства, что мой Стёпа сожрал твоего драного попугая?
- Да я видел! Сам! Вот энтими глазами!
 - Пьяными глазами и не то увидишь. Стёпа с утра спит на лежанке, слазил только молочка попить…
- Кончай старая лабуду гнать! Я те по-хорошему грю: тащи котяру!
- А я тебе по-плохому: проваливай со двора! А то счас живо отхожу по твоей пьяной роже!- Анна Владимировна двинулась на мужика.

 - Не подходи!- Мужик, похоже, окончательно съехал с катушек. Вскинув ружьё, прорычал:- Счас жахну, дырок не сосчитаешь…Достали, бля, дебилы!
 - Напугал,- усмехнулась Анна Владимировна, продолжая идти.- Прямо коленные чашечки задрожали…

Должно быть, в лице мужика было нечто такое, что я каким-то шестым, девятым или двадцатым чувством понял: выстрелит. В следующее мгновенье меня будто запустили из пращи - на крохотную дольку секунды я опередил выстрел, отшвырнув с дорожки Анну Владимировну. А в следующее мгновение меня садануло в плечо, крутануло и швырнуло оземь. Тело, видимо инстинктивно, уже без моего влияния попыталось встать, но разъярённый мужик подлетел и ударом ноги впечатал меня в песок. Последнее что я увидел, это приближавшийся к лицу приклад…

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

…я лежал на траве под деревом. По лицу суетно бегали муравьи. С трёх сторон подступали травяные стены, образуя колодец, над ним будто в
замешательстве застыла разлапистая ветвь- то ли прикрыть "колодец", то ли ещё понаблюдать над тем, кто копошится на его дне.

Неужели я опять в лесу?! Нет, только не это!
Несколько попыток подняться не увенчались успехом: правая рука висела плетью, плечо точно одеревенело, и лишь в глубине его тонко ныла саднящая боль. Голова казалась распухшей, малейшее движение рождало в ней как в калейдоскопе радужные всплески. Как в прошлый раз жутко хотелось пить, язык ощущался куском древесной коры.

Наконец мне удалось сесть, навалившись спиной на ствол дерева.
Так, плечо у меня, похоже, прострелено навылет, слабость в теле, головокружение это видимо из-за большой потери крови. Почему же я снова здесь в лесу, если выполнил предназначенное - спасти тёщу? Или ещё не всё? Зачем тогда этот скачок на исходную? Ладно, спишем на неотработанную систему…

Упираясь здоровым плечом в ствол, я с третьей попытки поднялся. И невольно вскрикнул, увидев вдали поверх травы фрагмент крыши дома: я не в лесу!
Оттолкнувшись от дерева, ломанулся сквозь травяные джунгли. Ноги дрожали, норовили подломиться, но подчинялись инерции, которая влекла вперёд.

Да, я был не в лесу, а метрах в двухстах от знакомого дома. Здесь пустырь, ограниченный речкой, делал изгиб, затем широким языком потянулся туда, где за каменной насыпью прятался карьер. Этот участок был частично поросшим кустарником, плюс торчащие из земли камни, поэтому его при косьбе видимо не трогали. Поэтому здесь трава намного выше и гуще.

Почему меня швырнуло именно сюда? Стоп! а может сейчас телепортация ни причём? Обезумевший мужик расправился со всеми, а меня как чужого
выбросил подальше от дома…Нет! только не это!

Едва показался мосток, я сбавил бег, а к мостику уже подходил, едва передвигая ноги: уже издали я увидел, что мои худшие опасения могут быть чистейшей правдой. На мостке стояли две старушки в чёрных траурных одеждах. Когда я подошёл ближе, то увидел ещё двух внизу у воды, тоже в траурных одеждах. Они молча мыли овощи и складывали в широкий эмалированный тазик.
- Что случилось?- выдохнул я вместо приветствия.- Где Лена? Анна Владимировна?
-Так…на кладбище. Уже наверно хоронят…
Старушки, казалось, на время забыли о том, почему они здесь: поражённо взирали на меня, в основном на окровавленное моё плечо.
- Кого?- единственно, что я успел вымолвить, а в следующее мгновение меня будто одновременно ударили по голове и ногам, а сердце к тому же больно стиснули, так что из глаз брызнули слёзы. Сознание вспыхнуло радужными всполохами и погасло…

…Очнулся я на диване в сумрачной комнате. Сквозь прикрытые шторы лучи света освещали трюмо, задёрнутое чёрной шалью зеркало, в углу перед иконой теплились две свечи. Пахло воском, ещё чем-то тягостным, возможно…смертью.
Выходит, я не выполнил то, ради чего меня сюда забросило? Я никого не спас! Тогда зачем я здесь до сих пор? Или не было никакого предназначения и швырнуло меня сюда просто случайно, наобум?

Дверь протяжно вздохнула и в комнату вошла высокая плотная женщина лет тридцати. В одной руке глубокая миска, в другой - стакан с тёмной жидкостью.

Я шевельнулся, попытался сесть, машинально обронил:
 - Здравствуйте.
- Очнулся? Лежи, не вставай: у тебя слабость. Как угораздило? Рана-то пулевая, много крови потерял…
 - Кого…хоронят?
Женщина поставила на столик миску, протянула мне стакан, всхлипнув, промолвила:
- Танечку…
- Что?!- не помня себя, я вскочил, задел руку женщины, из стакана выплеснулась жидкость мне на грудь. Горячая.
 - Осторожно,- запоздало дёрнулась женщина,- ошпаритесь. Странно: кто ты? Я тебя не знаю, а ты всех знаешь…
 - А мужика схватили?
 - Какого мужика? Который в тебя стрелял?
 - Нет, в Анну Владимировну…
 - Погоди… Ты имеешь в виду Герасимова? Так это было в прошлом году. В тюрьме он, два года дали…Что-то я ничего не пойму, парень,…откуда ты про это знаешь?
- А как же… Танечка?
- Играли с Максимкой в прятки, пряталась в траве за баней и напоролась на старые вилы. Прямо в животик…Скорой-то здесь нет, пока поймали попутку, пока довезли до района…Врачи уже ничем не могли помочь…

Мне будто по сердцу полоснули бритвой и я со стоном рухнул на диван. За что мне эта Боль?! Сначала сестрёнка, теперь внучка…и я только зритель…
Женщина что-то говорила, но я плохо понимал, голова гудела как паровой котёл, тело бросало то в жар, то в озноб…А потом нечто сгребло меня в охапку и поволокло волоком в жаркую бездну…

Рейтинг: 0 742 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!