ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФантастика → Исход одного, главы 1, 2 и 3

 

Исход одного, главы 1, 2 и 3

11 февраля 2014 - Николай Бершицкий
article189447.jpg

1. Свет далекой звезды

Мальчик лет десяти стоял на балконе роскошного дворца, положив руки на перила, а на них голову, и с упоением разглядывал созвездия, рассыпавшиеся по темному небосводу тысячами бусин, соединившихся в причудливые, непонятные символы и рисунки. В черной бесконечности детское воображение рисовало скачущих всадников, про которых говорили старинные легенды и сказки, сложенные еще тогда, когда Анторель не принадлежал Трионам. В черноте бесконечности скалились и изгибали спины животные, отыскивались предметы быта. В центре небосклона горело ярче всех созвездие Меча, как называл его отец, прославленный Лидер Тельтеон Трион.

«Под этими звездами, сынок, - говорил он вечером у теплящегося камина в главном зале Торорилана, дворца Трионов, - родился и взрос наш народ. Это символ нашей власти и силы. И не думай, будто звезды – это просто горящие огоньки. Они помогают нам жить, влияют на все события Антореля. Когда-нибудь ты сам поведешь отважных носителей масок к далеким мирам под знаменем с горящим клинком Антореля. Пока же запомни его как следует»

Меч пылал как прежде, бело-голубым огнем, только теперь мальчик заметил в основании поразительно точно прорисованной природой гарды блеск красного «рубина». Точно царское украшение, он лил свой кровавый свет, обагряя Меч Антореля. Сад под балконом притих в мягком сумраке, ничто не отвлекало юного Корлиона от приковавшего взгляд огонька. Масляно-желтый свет помещения, не высовывающий нос за пределы теплых, надежных стен, колыхнулся. Появился высокий мужчина в черной одежде. Сапоги лоснились в лунных лучах, позади него стелился плащ. Лицо его полнилось статью правителя и мужеством воина. На поясе подпрыгивал клинок в черных же, украшенных серебристыми бриллиантами ножнах. На другом бедре покоился пистолет.

- Корлион, тебе пора спать, - присев, он погладил мальчика по голове. Кираса чуть скрипнула, потеревшись о рубашку или скорее свитер с откинутым капюшоном из мелкосетчатого эластичного сплава.

- Погоди, я хочу еще немного постоять.

- Небо никуда от тебя не уйдет, - улыбнулся Тельтеон.

- Но я раньше не видел этой красной звездочки, - пальчик указал на красную точку в гарде. – В ней есть что-то необычное, так и тянет смотреть на нее.

Лидер встал с колена, подошел к перилам и присмотрелся. Врезаясь в ночь, горел красный глаз неизвестности. Почему-то от взгляда на новую звезду перехватывало дух, одновременно страх и интерес возникали в сердце, разрывая его в разные стороны.

- Да, действительно раньше ее не было. Я обязательно спрошу у Глядящих в небеса про нее, обещаю.

- А когда мы полетим к звездам? – мальчик неотрывно смотрел на огонек.

- Наши суда пока дотягиваются до орбиты, но скоро мы преодолеем эту проблему. Только вообрази – анторельцы в других мирах!

Корлион просиял, глаза его заблестели.

- Ну а пока иди спать, - похлопал сына по спине Тельтеон. – Мне завтра нужно выступать в поход против бунтовщиков Армтрена, опять Ам-Лон захвачен врагами. Пора стереть его с лица Антореля или занять, - добавил он для себя.

- Как, опять в поход?! – немного огорченно воскликнул мальчуган. – Ты ведь говорил, что все в мире боятся Маску.

- Видимо, не все, - утомленно вздохнул Лидер, помрачнев на миг. – Всегда кто-нибудь восстает против власти Лидера. И пусть я довершил дело предков и объединил планету под черным знаменем Меча Антореля, пусть вселяют страх «черные люди» в души наших врагов, появляются все новые и новые повстанцы. Ладно, ты еще слишком молод для этого.

- Почему? – нахмурился Корлион. – Давай я пойду с тобой и докажу, что готов быть сильным вождем черных людей!

Весело рассмеявшись, отец потрепал сына по косматой голове и повел в помещение престольного зала. На улице похолодало и Корлион, поежившись, не стал упрямиться. Однако до конца не унялся.

- Но дядя Онтеон учил меня фехтованию, я пару раз стрелял…

- Нет однозначно. Ты вырастишь великим Лидером, но позволь событиям идти своим чередом. У тебя все впереди, а пока ты должен оставаться во дворце и защищать его до моего возвращения.

Они прошествовали в зал, а слуги затворили за ними створки большой стеклянной двери. Толстые, тяжелые шторы задернулись, приглушив свет. Все стихло и лишь одинокая красная звезда, резко выделяющаяся из общей безмятежной картины ночного неба, казалось, подмигнула правителям Антореля вслед.

2. Война зовет

Корлион нехотя открыл глаза, всю ночь ему снилась та звезда-рубин, и мальчику просыпаться не хотелось. Сон был столь волшебным и странным, хотелось больше увидеть. Он словно летел по безграничному пространству к Мечу, а красный огонек становился все крупнее. Но шум на улице разбудил бы и мертвого. Услужливый гувернер оставил завтрак на столике в изножье кровати, не потревожив сна наследника Торорилана. Перекусив, Корлион отправился на улицу, сопровождали его два рослых воина в черной броне, эластичных «кольчугах» с надетыми капюшонами, к которым крепились маски с черепами. Глаза их горели таким же красным пламенем, как и звезда на гарде Серебряного Клинка. Из-за смоляной окраски одежды солдат Антореля и прозвали черными людьми. Поначалу лишь враги в страхе величали их так, потом название прижилось и в Данноене.

Улица залилась солнцем, слепящие блики многократно отражались и усиливались, скользя по корпусам парящих машин. Синие язычки поддерживали транспорты с двумя сдвоенными пушками на покатых боках в метре над землей, разгоняя пыль. Главный броневик оскалился зловещим черным черепом с пронизывающими душу насквозь глазами, над ним реял черный флаг, на каком серебрился, точно снег, белый меч, испускающий ореол. Цветущий, открытый город Данноен: окруженная стеной россыпь одно-, двухэтажных домиков, теряющихся между деревьями и свободно растущими цветами, почернел от рядов воинов Лидера. Блестя раскалившимися на солнце латами, черные люди грузились в транспорты. Жены и дети провожали героев Антореля на битву с восстанием. Кто возглавлял бунт, куда отправляются солдаты, Корлиону никто и не думал говорить. В памяти звучало только одно название – Армтрен. Мальчик помнил, что дядя Онтеон упоминал однажды северный ном с таким именем. Сын Лидера протискивался ближе, его вообще почти не замечали. Людей тревожила война, хотя отважный Лидер величественно улыбался, стоя на головной машине и держась рукой за трепещущееся знамя древних правителей Данноена.

Мальчик глядел на отца с тем же восхищением, что и на огненную звезду вчера вечером. Во всем величии предстал Лидер перед своим народом. В правой руке он держал обнаженный клинок – две параллельно идущие, заточенные полоски стали, берущие начало в эфесе с кнопкой в центре гарды, точь-в-точь звезда на Мече Антореля. Именно он и вдохновил оружейников Лидера на создание первого на всем Антореле энергомеча. Копка была нажата и из тонких отверстий на протяжении «лезвия» рвалась, словно пламя из газовой плиты, желтая энергия. Она трепалась, будто на ветру, обволакивала сталь.

- Воины Антореля! – возвестил Тельтеон, когда его люди скрылись за слоем брони, лишь показываясь из приоткрытых для походного режима окон на крышах. – Вы готовы сокрушить подлого врага, посягнувшего на власть Трионов?!

- Да! – грянули сотни голосов.

- Так обрушим же карающий Меч Антореля на их головы!

Диким ветром взвыли бронемашины. Железная гусеница потянулась на север. Тельтеон по-прежнему маячил темной статуей возле флага, а в его руке горел меч.

 

*          *          *

До вечера вдохновленный героизмом отца бродил Корлион по саду, окружающему дворец. Вдалеке гремели взрывы, а среди распушенных зеленых стен царило спокойствие. Мирно цокали сверчки, и заходился переливчатой песней сокрытый листвой соловей. Сияющий меч сдвинулся западнее, но не утратил яркости его блеск. Кровавое пятнышко горело ровно и оставалось на том же месте, словно приросло к созвездию. Правда, мальчику сейчас не было дела даже до звезды. Он все думал о том, как там сейчас бьются храбрые воины Антореля, как свирепо мелькают на поле брани глаза черных черепов на Масках страха. Ему стало обидно, что он не дорос еще до походов, зато, когда дорастет, будет сражаться уже не на Антореле – к тому моменту ни у кого не возникнет желания бросать вызов Трионам. Он пронесет знамя с Мечом на другие планеты. И, конечно, чтобы чем-нибудь отличаться от предшественников, непременно добавит на знамя одну красную звездочку посередине гарды. Точно! Это будет его особое знамя, которое будут помнить тысячелетиями.

Взрывы притихли, битва переместилась дальше на север. Тихо шептала вода в фонтане. За естественной изгородью слышались тихие голоса трех людей. Корлион протиснулся сквозь аккуратно подстриженные кусты, образовывавшие кольцо вокруг площадки. В центре выложенного розоватой плиткой круга высилась призрачно бледная статуя родоначальника династии Трионов, имя которого Корлион забыл, поскольку больше мечтал о собственном правлении, нежели интересовался правителями древности. На увенчанной короной голове воина с поднятым мечом и Маской страха на лице, сидел соловей, звенящий трелями на все лады. Основание статуи терялось в цветочной клумбе, обложенной кирпичиками, а вдоль этого нехитрого заграждения тянулись скамейки, выкрашенные белой краской, оттого кажущиеся светящимися под луной.

На одной скамье сидел мужчина, часто мелькавший в Торорилане, но редко попадавшийся на глаза наследнику Лидера. Рядом с ним была девочка лет девяти, по-видимому, дочь. Они наслаждались безмятежным вечером, слишком далекие от войны с повстанцами севера. Блаженство их прервал взволнованный слуга, обегавший полдворца в поисках Корлиона. Тому давно пора было отправляться на боковую, а все эти заявления о желании участвовать в походе, про которые поведал прислуге Тельтеон, перепугали беднягу до смерти. Случись что с наследником – Лидер не простит. Раскрасневшийся, пыхтящий мужичок низкого роста выспрашивал, не видели ли мальчишку те двое. Ну а Корлиону было не до него. Впервые он испытал любовь, глядя на случайную встречную, а быть может и не случайную. Неизвестное чувство покорило его. Тогда он не догадывался, что это первое и последнее искреннее чувство любви в его жизни, да и откуда было знать.

Уходить во дворец он не сильно хотел, хотя понимал, что сейчас рано покорять загадочную незнакомку. Вот станет Лидером, тогда… Витая в облаках, Корлион пошел домой, слуге, правда не показался – пусть побегает.

 

*          *          *

Весь день во дворце только и обсуждали что войну. Корлиону было до тошноты скучно. Отец героически бьется с врагами престола, а ему приходится толкаться по пустым галереям с вереницей лакеев. Даже дядя Онтеон и тот ушел сражаться на север. Ту девочку и ее родителя он больше не встречал, хотя и надеялся увидеть их в каждой следующей комнате. Но нет. Выйдя на башню Торорилана, посмотрел на север. Где-то за холмами, среди серых гор гремели орудия и звенела сталь. Отсюда виднелись лишь струи серого дыма, однако нельзя было с уверенностью судить, следы ли это войны или что другое. Простояв так около получаса, Корлион пошел в комнату и не покидал ее до ночи. Под пристальным взглядом красной звезды, отошел ко сну.

Два последующих дня прошли, не сильно отличаясь от того. Скука разбавилась тревогой, которую юный наследник едва ли объяснил бы. К пяти часам пополудни из Данноена выдвинулись еще две роты черных людей. Унылая вереница бронемашин ушла на север, потонула в тумане. После этого в городе зашептались, и шепот носил тревожный характер. Давно на Антореле не вспыхивало столь массивное восстание, которое не удалось подавить за двое суток. А тут еще потребовались дополнительные силы. Вечер выдался тихим, но отнюдь не мирным. Люди волновались. Ночью, уже лежа в постели, Корлион слышал завывание вырывающегося из-под транспортников огня: кто-то вновь отбывал за стену. «На север» - подумал мальчик.

Минуло трое суток с последнего ухода войск, а вести не поступали. Во всяком случае, Корлион об этом не знал – в штаб его не пускали, как бы отчаянно он не доказывал свои права наследника. Ближе к вечеру с башни заметили клубы пыли. Одни радовались возвращению победителей, другие готовились встречать северян, идущих на столицу. Наследника на всякий случай отвели в бункер под дворцом, на стражу встали десять солдат, на масках страха которых в области лба белели маленькие черепки. Что происходило на улице и за стенами, Корлион не видел и не слышал. А на улице лились слезы. Сперва из пыли показался черный флаг с серебряным мечом. Бронемашины прошли к воротам, и Онтеон, плотный мужчина с седоватыми баками, густыми усами и ухоженной бородкой, успокоил стражу на стене. Воины Антореля принесли победу, с ней они принесли тело мертвого Лидера.

- Расступитесь, отойдите же! – расталкивал изумленный народ брат павшего воителя. Его глаза опали и окрутились черными пятнами.

Четверо рослых черных людей несли носилки с покойным. Его лицо сохранило строгость и решимость даже под бременем смертной тени. На пробитой груди скрестились руки, сжимающие обагренный клинок, чуть выше, под подбородком, лежала забрызганная кровью Маска страха. Ухмылка черепа казалась довольной и зловещей даже горожанам.

- Что же делать? Меч Антореля преломился.

- Лидер погиб и мы пропали.

Люди роптали, мрачнея с каждой секундой. Процессия же продолжала путь к Торолилану. Охраняющие столицу воины расступались, пропуская товарищей со скорбной ношей на руках. Весть о возвращении победителей неслась впереди них. Вскоре дошла она и до бункера. С наивной улыбкой выбежал на порог Торорилана Корлион. Онтеон замер, глядя на мальчика, тот тоже застыл, приоткрыв рот. Улыбка медленно сползла. Он подошел к носилкам и положил руки на плечо Тельтеона. Он не плакал, просто молчал, а глаза его потухли.

- Ну-ну, - дядя отвернул Корлиона, придерживая за плечи.

Они зашли в холл дворца. Корлион продолжал молчать, а Онтеон чувствовал себя крайне неловко. Он и сам не очнулся после приключившейся трагедии, но как было глядеть в глаза сыну человека, которого ты не сумел уберечь, что говорить?

- Он храбро бился, - запинаясь, проговорил Онтеон, когда они поднялись по лестнице на второй этаж. – Мы не заметили, когда он отделился от основной группы. Зато подонок, который его убил, сам мертв. Я лично отсек ему голову.

Мальчик поджал губы и продолжал молчать. Жестами отгоняя слуг, дядя проводил его к комнате. За дверью сгустилась темнота, сквозь стекло широкого окна мерцала звезда, налившаяся кровью.

- Твой отец лично завещал престол тебе за минуту до смерти, - неловко помялся Онтеон. – Но пока ты еще мал для управления целой планетой. Я, как брат Лидера, придержу Анторель. Не волнуйся, войдя в силу, ты получишь его во владение.

Корлион выслушал его, не говоря ни слова и не шевелясь, будто превратился в куклу.

- Если хочешь, я побуду с тобой. Может быть тебе страшно…

- Лидер не должен бояться, - резко повзрослевшим голосом ответствовал Корлион.

Дверь захлопнулась за ним, кровать чуть скрипнула. Корлион обвел комнату пустым взглядом, остановившись на окне. Красная звезда смотрела прямо на него.

- А ты чего пялишься?! – огрызнулся Лидер и по щеке его потекла слеза.

3. Восхождение на трон

Ветер гонял по холму с врытым склепом рыжие осенние листья. Одинокая фигура стояла с опущенной головой у входа, запертого на замок, покрытый слабым налетом ржавчины. В пальцах человек задумчиво вертел ржавый ключ. Безмолвно смотрели на него два каменных воина, опершиеся на мечи. Вечных стражей последнего предела оплел плющ, а дорожка к пристанищу Тельтеона за шесть лет заросла бурьяном и облупилась. Народ горевал по великому вождю лишь год, в дальнейшем к склепу ходили двое: Онтеон, брат воителя, и его сын.

- Ну вот, пора, - прошептал Корлион, погладив барельеф Маски на обветренной стене. – Пора мне возглавить твоих людей и поднять черное знамя над Торориланом, где отныне будет восседать новый Лидер.

Ветер прошептал что-то в ответ за Тельтеона. Через силу оторвавшись от изрисованной хвалебными письменами стены, Лидер побрел по пустынной тропе. По бокам аллеи в почтенном приветствии правителя склонили головы старые ясени, позолоченные осенью. Мелкий дождь оплакивал былого героя, нашедшего покой. У калитки Корлиона дожидалась девушка. Она была младше его примерно на год, гладкие черные волосы распущены, голубые глаза наполнены печалью.

- Ну как? – тихо спросила она, когда он закрыл скрипучую калитку.

- Надо идти во дворец, скоро начнется ритуал.

Взявшись за руки, они нырнули в дымку утреннего тумана. Расстался с подругой Корлион уже у ворот Торорилана. Появился вновь он спустя двадцать минут, рядом с ним шел сильно поседевший Онтеон, выглядящий очень уставшим, несмотря на совсем не преклонные лета.

- Элеонор, ты тоже приглашена в почетную свиту, - посмотрев на девушку изможденными глазами, проговорил регент. – Да, да, с какой стати тебя не должно быть, - забормотал дядя, проходя дальше.

Воздушно улыбнувшись, она взяла Корлиона за локоть. Пока они стояли в молчании на площади, из дворца вышла процессия из стражей Лидера и приближенных к нему сановников. Все вместе двинулись к Дому Меча. Отведенное для коронаций здание с высокой острой крышей мрачнело на противоположном конце дворцовой площади. Там сгрудилась хмурая толпа, прячущая головы от дождя под капюшонами накидок. При виде Лидера с бледным, строгим лицом, прямо как у его отца, люди расступались. Казалось, Корлион был чужд им всем, кроме Элеонор, также призрачно бледной, точно статуя в садах Торорилана, и погруженной в свои мысли. Вслед за троицей в студеное помещение проследовали двое служителей Серебряного Меча: один с маленьким свертком под мышкой и длинным в левой руке, другой со скрученным знаменем. Остальная процессия втянулась за ними, завершали шествие горожане.

Онтеон и Корлион прошли к алтарю на возвышении у дальней стены, заняв места по его краям. За алтарем высился сухой мужчина в черном балахоне, на лице казала зубы длинная маска страха, венчающаяся закругленным колпаком.

- Вышло мое время! – огласил гулкие своды регент. – Назначенный срок настал, тебе, Корлион, сегодня исполняется шестнадцать лет, и по нашим законам ты имеешь право взойти на престол Антореля. Ты сделал выбор?

- Сделал, - ответствовал Корлион. – Я принимаю правление на себя.

- Да исполниться твоя воля, - склонился Онтеон. Пригладив густые усы, переходящие в бакенбарды, он подозвал хранителей свертков. – Прими символы своей власти и да продлиться твое правление долгие годы!

Подошел первый слуга. Развернув маленький сверток, он достал Маску Тельтеона и передал наследнику. Пока Корлион надевал Маску, закреплял ее на капюшоне сетчатой рубахи, слуга скинул вторую тряпицу. Блеснуло раздвоенное лезвие меча. Почтительно поклонившись, хранитель протянул рукоять оружия Лидеру. Опустив клинок лезвием вниз, Корлион приложил зажатую в кулак рукоять к сердцу. Тем временем второй слуга встал у него за спиной и расправил знамя. Невесть откуда взявшийся порыв ветра распахнул ставни высоких стрельчатых окон и подхватил флаг. Черное крыло взметнулось над головой Лидера. На невидимых волнах заплясал серебряный меч с ореолом, в гарде его горела рдяная звезда.

- Возрадуйтесь, люди Данноена! – величественным басом, отозвавшимся под маской, возгласил Хранитель Рода со своего красного алтаря. – Приветствуйте нового Лидера Антореля!

 

*          *          *

К ночи следы дождя исчезли полностью. Холодный ветер стих, прячась в кронах деревьев. Желтая луна, испачканная темными пятнами, выползла из-за тучи, сокрытая наполовину. Статуя древнего Лидера оказалась в тени, но Корлион и Элеонор выбрали самую освещенную скамью у основания постамента. Они почти не разговаривали, лишь целовались и вспоминали одну памятную ночь в саду. Словно читая мысли друг друга, словами не бросались.

Элеонор вспоминала, как сидела на этой самой скамейке с отцом, ныне уехавшим в город Аронотель на севере в качестве Носителя Маски. Тогда мир казался маленьким и покойным. Корлион же и тогда знал, каким бывает мир на самом деле. Только сидя в кустах и наблюдая за незнакомой девочкой, он еще верил, что отважные черные люди гонят воющих от ужаса предателей. Верил, будто Тельтеон, великий Меч Антореля, всесилен, что ему не угрожает смерть и не может угрожать. Однако даже боги время от времени падают с небес.

Но теперь он Лидер, теперь все будет по-другому. Никаких повстанцев, никакой смерти. Маска страха больше не позволит подлым людям выходить из-под ее власти. А гордые анторельцы отправятся в другие миры, неся слово Корлиона Триона. Космос тоже будет принадлежать ему, а начнет он, пожалуй, вот оттуда – с той красной звездочки, не дававшей ему покоя с самого детства. Только об этом думать рановато. Сейчас есть дела поважнее, Лидер не может помышлять только о глобальных заботах, а род Трионов обязан продолжаться. Тем более что рядом с ним девушка, красивее и милее которой нет на всем Антореле.

 

*          *          *

Радостный день собрал народ Данноена в Доме Меча. На сей раз солнце развеяло сумрак, дождь не прерывал торжества. Природа тоже ликовала, встречая новый союз. Корлион в белом облачении провел Элеонор в золотистом одеянии по ковру из цветов к алтарю. Люди восхваляли Лидера, желали ему всех благ и долгого правления. Прошло два года с принятия Корлионом должности правителя Антореля. С тех пор он заметно возмужал, окреп и быстро освоился на посту Лидера. А отца предпочитал не вспоминать. Во всяком случае, в публичных местах за ним не замечали этого, как и не замечали других эмоций. Для горожан было отрадно видеть на лице Лидера улыбку хотя бы сейчас.

На стрельчатых окнах повесили полотнища с символикой Корлиона, черными ладонями они махали новобрачным. Теплый летний ветер к полудню задул с бодрой силой, сметая вместе с пылью все дурные воспоминания. Для Корлиона начиналась новая, лучшая жизнь. Девушка, идущая рядом с ним, загадочно улыбалась, в глазах ее скромно пряталась любовь. Отныне же ей не за чем прятаться.

Хранитель Рода прикоснулся ко лбу сначала Лидера, затем его супруги своей костлявой, точно мертвой, рукой. Окропил их ароматными маслами из маленького золоченого кувшинчика. Закончив чтение из Книги Рода, он сцепил ладони новобрачных. Радостно протрубили фанфары. Под напевы толпы, они выбежали на улицу и исчезли среди ясеней. Корлион на руках вынес Элеонор за стены, на бескрайнее поле желтых, как маленькие солнышки, одуванчиков.

Они катались по изумрудной траве, по мягкому настилу взъерошенных цветов и целовались, позабыв обо всем на свете. С того страшного вечера, когда траурная процессия вернулась с севера, Корлион не знал радости. Он замкнулся в темном мирке своей комнаты. Злость одолевала его и, верно, одолела бы, если бы не мысли о девочке в парке под луной. И вот – она с ним и никуда не пропадет. Уж ее-то он сбережет. Отцу он помочь не мог. Что сделает мальчишка против злобных повстанцев с оружием. А Лидеру Атореля по плечу любая сложность. Он владеет Серебряным Мечом, он избавит планету от недовольных.

© Copyright: Николай Бершицкий, 2014

Регистрационный номер №0189447

от 11 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0189447 выдан для произведения:

1. Свет далекой звезды

Мальчик лет десяти стоял на балконе роскошного дворца, положив руки на перила, а на них голову, и с упоением разглядывал созвездия, рассыпавшиеся по темному небосводу тысячами бусин, соединившихся в причудливые, непонятные символы и рисунки. В черной бесконечности детское воображение рисовало скачущих всадников, про которых говорили старинные легенды и сказки, сложенные еще тогда, когда Анторель не принадлежал Трионам. В черноте бесконечности скалились и изгибали спины животные, отыскивались предметы быта. В центре небосклона горело ярче всех созвездие Меча, как называл его отец, прославленный Лидер Тельтеон Трион.

«Под этими звездами, сынок, - говорил он вечером у теплящегося камина в главном зале Торорилана, дворца Трионов, - родился и взрос наш народ. Это символ нашей власти и силы. И не думай, будто звезды – это просто горящие огоньки. Они помогают нам жить, влияют на все события Антореля. Когда-нибудь ты сам поведешь отважных носителей масок к далеким мирам под знаменем с горящим клинком Антореля. Пока же запомни его как следует»

Меч пылал как прежде, бело-голубым огнем, только теперь мальчик заметил в основании поразительно точно прорисованной природой гарды блеск красного «рубина». Точно царское украшение, он лил свой кровавый свет, обагряя Меч Антореля. Сад под балконом притих в мягком сумраке, ничто не отвлекало юного Корлиона от приковавшего взгляд огонька. Масляно-желтый свет помещения, не высовывающий нос за пределы теплых, надежных стен, колыхнулся. Появился высокий мужчина в черной одежде. Сапоги лоснились в лунных лучах, позади него стелился плащ. Лицо его полнилось статью правителя и мужеством воина. На поясе подпрыгивал клинок в черных же, украшенных серебристыми бриллиантами ножнах. На другом бедре покоился пистолет.

- Корлион, тебе пора спать, - присев, он погладил мальчика по голове. Кираса чуть скрипнула, потеревшись о рубашку или скорее свитер с откинутым капюшоном из мелкосетчатого эластичного сплава.

- Погоди, я хочу еще немного постоять.

- Небо никуда от тебя не уйдет, - улыбнулся Тельтеон.

- Но я раньше не видел этой красной звездочки, - пальчик указал на красную точку в гарде. – В ней есть что-то необычное, так и тянет смотреть на нее.

Лидер встал с колена, подошел к перилам и присмотрелся. Врезаясь в ночь, горел красный глаз неизвестности. Почему-то от взгляда на новую звезду перехватывало дух, одновременно страх и интерес возникали в сердце, разрывая его в разные стороны.

- Да, действительно раньше ее не было. Я обязательно спрошу у Глядящих в небеса про нее, обещаю.

- А когда мы полетим к звездам? – мальчик неотрывно смотрел на огонек.

- Наши суда пока дотягиваются до орбиты, но скоро мы преодолеем эту проблему. Только вообрази – анторельцы в других мирах!

Корлион просиял, глаза его заблестели.

- Ну а пока иди спать, - похлопал сына по спине Тельтеон. – Мне завтра нужно выступать в поход против бунтовщиков Армтрена, опять Ам-Лон захвачен врагами. Пора стереть его с лица Антореля или занять, - добавил он для себя.

- Как, опять в поход?! – немного огорченно воскликнул мальчуган. – Ты ведь говорил, что все в мире боятся Маску.

- Видимо, не все, - утомленно вздохнул Лидер, помрачнев на миг. – Всегда кто-нибудь восстает против власти Лидера. И пусть я довершил дело предков и объединил планету под черным знаменем Меча Антореля, пусть вселяют страх «черные люди» в души наших врагов, появляются все новые и новые повстанцы. Ладно, ты еще слишком молод для этого.

- Почему? – нахмурился Корлион. – Давай я пойду с тобой и докажу, что готов быть сильным вождем черных людей!

Весело рассмеявшись, отец потрепал сына по косматой голове и повел в помещение престольного зала. На улице похолодало и Корлион, поежившись, не стал упрямиться. Однако до конца не унялся.

- Но дядя Онтеон учил меня фехтованию, я пару раз стрелял…

- Нет однозначно. Ты вырастишь великим Лидером, но позволь событиям идти своим чередом. У тебя все впереди, а пока ты должен оставаться во дворце и защищать его до моего возвращения.

Они прошествовали в зал, а слуги затворили за ними створки большой стеклянной двери. Толстые, тяжелые шторы задернулись, приглушив свет. Все стихло и лишь одинокая красная звезда, резко выделяющаяся из общей безмятежной картины ночного неба, казалось, подмигнула правителям Антореля вслед.

2. Война зовет

Корлион нехотя открыл глаза, всю ночь ему снилась та звезда-рубин, и мальчику просыпаться не хотелось. Сон был столь волшебным и странным, хотелось больше увидеть. Он словно летел по безграничному пространству к Мечу, а красный огонек становился все крупнее. Но шум на улице разбудил бы и мертвого. Услужливый гувернер оставил завтрак на столике в изножье кровати, не потревожив сна наследника Торорилана. Перекусив, Корлион отправился на улицу, сопровождали его два рослых воина в черной броне, эластичных «кольчугах» с надетыми капюшонами, к которым крепились маски с черепами. Глаза их горели таким же красным пламенем, как и звезда на гарде Серебряного Клинка. Из-за смоляной окраски одежды солдат Антореля и прозвали черными людьми. Поначалу лишь враги в страхе величали их так, потом название прижилось и в Данноене.

Улица залилась солнцем, слепящие блики многократно отражались и усиливались, скользя по корпусам парящих машин. Синие язычки поддерживали транспорты с двумя сдвоенными пушками на покатых боках в метре над землей, разгоняя пыль. Главный броневик оскалился зловещим черным черепом с пронизывающими душу насквозь глазами, над ним реял черный флаг, на каком серебрился, точно снег, белый меч, испускающий ореол. Цветущий, открытый город Данноен: окруженная стеной россыпь одно-, двухэтажных домиков, теряющихся между деревьями и свободно растущими цветами, почернел от рядов воинов Лидера. Блестя раскалившимися на солнце латами, черные люди грузились в транспорты. Жены и дети провожали героев Антореля на битву с восстанием. Кто возглавлял бунт, куда отправляются солдаты, Корлиону никто и не думал говорить. В памяти звучало только одно название – Армтрен. Мальчик помнил, что дядя Онтеон упоминал однажды северный ном с таким именем. Сын Лидера протискивался ближе, его вообще почти не замечали. Людей тревожила война, хотя отважный Лидер величественно улыбался, стоя на головной машине и держась рукой за трепещущееся знамя древних правителей Данноена.

Мальчик глядел на отца с тем же восхищением, что и на огненную звезду вчера вечером. Во всем величии предстал Лидер перед своим народом. В правой руке он держал обнаженный клинок – две параллельно идущие, заточенные полоски стали, берущие начало в эфесе с кнопкой в центре гарды, точь-в-точь звезда на Мече Антореля. Именно он и вдохновил оружейников Лидера на создание первого на всем Антореле энергомеча. Копка была нажата и из тонких отверстий на протяжении «лезвия» рвалась, словно пламя из газовой плиты, желтая энергия. Она трепалась, будто на ветру, обволакивала сталь.

- Воины Антореля! – возвестил Тельтеон, когда его люди скрылись за слоем брони, лишь показываясь из приоткрытых для походного режима окон на крышах. – Вы готовы сокрушить подлого врага, посягнувшего на власть Трионов?!

- Да! – грянули сотни голосов.

- Так обрушим же карающий Меч Антореля на их головы!

Диким ветром взвыли бронемашины. Железная гусеница потянулась на север. Тельтеон по-прежнему маячил темной статуей возле флага, а в его руке горел меч.

 

*          *          *

До вечера вдохновленный героизмом отца бродил Корлион по саду, окружающему дворец. Вдалеке гремели взрывы, а среди распушенных зеленых стен царило спокойствие. Мирно цокали сверчки, и заходился переливчатой песней сокрытый листвой соловей. Сияющий меч сдвинулся западнее, но не утратил яркости его блеск. Кровавое пятнышко горело ровно и оставалось на том же месте, словно приросло к созвездию. Правда, мальчику сейчас не было дела даже до звезды. Он все думал о том, как там сейчас бьются храбрые воины Антореля, как свирепо мелькают на поле брани глаза черных черепов на Масках страха. Ему стало обидно, что он не дорос еще до походов, зато, когда дорастет, будет сражаться уже не на Антореле – к тому моменту ни у кого не возникнет желания бросать вызов Трионам. Он пронесет знамя с Мечом на другие планеты. И, конечно, чтобы чем-нибудь отличаться от предшественников, непременно добавит на знамя одну красную звездочку посередине гарды. Точно! Это будет его особое знамя, которое будут помнить тысячелетиями.

Взрывы притихли, битва переместилась дальше на север. Тихо шептала вода в фонтане. За естественной изгородью слышались тихие голоса трех людей. Корлион протиснулся сквозь аккуратно подстриженные кусты, образовывавшие кольцо вокруг площадки. В центре выложенного розоватой плиткой круга высилась призрачно бледная статуя родоначальника династии Трионов, имя которого Корлион забыл, поскольку больше мечтал о собственном правлении, нежели интересовался правителями древности. На увенчанной короной голове воина с поднятым мечом и Маской страха на лице, сидел соловей, звенящий трелями на все лады. Основание статуи терялось в цветочной клумбе, обложенной кирпичиками, а вдоль этого нехитрого заграждения тянулись скамейки, выкрашенные белой краской, оттого кажущиеся светящимися под луной.

На одной скамье сидел мужчина, часто мелькавший в Торорилане, но редко попадавшийся на глаза наследнику Лидера. Рядом с ним была девочка лет девяти, по-видимому, дочь. Они наслаждались безмятежным вечером, слишком далекие от войны с повстанцами севера. Блаженство их прервал взволнованный слуга, обегавший полдворца в поисках Корлиона. Тому давно пора было отправляться на боковую, а все эти заявления о желании участвовать в походе, про которые поведал прислуге Тельтеон, перепугали беднягу до смерти. Случись что с наследником – Лидер не простит. Раскрасневшийся, пыхтящий мужичок низкого роста выспрашивал, не видели ли мальчишку те двое. Ну а Корлиону было не до него. Впервые он испытал любовь, глядя на случайную встречную, а быть может и не случайную. Неизвестное чувство покорило его. Тогда он не догадывался, что это первое и последнее искреннее чувство любви в его жизни, да и откуда было знать.

Уходить во дворец он не сильно хотел, хотя понимал, что сейчас рано покорять загадочную незнакомку. Вот станет Лидером, тогда… Витая в облаках, Корлион пошел домой, слуге, правда не показался – пусть побегает.

 

*          *          *

Весь день во дворце только и обсуждали что войну. Корлиону было до тошноты скучно. Отец героически бьется с врагами престола, а ему приходится толкаться по пустым галереям с вереницей лакеев. Даже дядя Онтеон и тот ушел сражаться на север. Ту девочку и ее родителя он больше не встречал, хотя и надеялся увидеть их в каждой следующей комнате. Но нет. Выйдя на башню Торорилана, посмотрел на север. Где-то за холмами, среди серых гор гремели орудия и звенела сталь. Отсюда виднелись лишь струи серого дыма, однако нельзя было с уверенностью судить, следы ли это войны или что другое. Простояв так около получаса, Корлион пошел в комнату и не покидал ее до ночи. Под пристальным взглядом красной звезды, отошел ко сну.

Два последующих дня прошли, не сильно отличаясь от того. Скука разбавилась тревогой, которую юный наследник едва ли объяснил бы. К пяти часам пополудни из Данноена выдвинулись еще две роты черных людей. Унылая вереница бронемашин ушла на север, потонула в тумане. После этого в городе зашептались, и шепот носил тревожный характер. Давно на Антореле не вспыхивало столь массивное восстание, которое не удалось подавить за двое суток. А тут еще потребовались дополнительные силы. Вечер выдался тихим, но отнюдь не мирным. Люди волновались. Ночью, уже лежа в постели, Корлион слышал завывание вырывающегося из-под транспортников огня: кто-то вновь отбывал за стену. «На север» - подумал мальчик.

Минуло трое суток с последнего ухода войск, а вести не поступали. Во всяком случае, Корлион об этом не знал – в штаб его не пускали, как бы отчаянно он не доказывал свои права наследника. Ближе к вечеру с башни заметили клубы пыли. Одни радовались возвращению победителей, другие готовились встречать северян, идущих на столицу. Наследника на всякий случай отвели в бункер под дворцом, на стражу встали десять солдат, на масках страха которых в области лба белели маленькие черепки. Что происходило на улице и за стенами, Корлион не видел и не слышал. А на улице лились слезы. Сперва из пыли показался черный флаг с серебряным мечом. Бронемашины прошли к воротам, и Онтеон, плотный мужчина с седоватыми баками, густыми усами и ухоженной бородкой, успокоил стражу на стене. Воины Антореля принесли победу, с ней они принесли тело мертвого Лидера.

- Расступитесь, отойдите же! – расталкивал изумленный народ брат павшего воителя. Его глаза опали и окрутились черными пятнами.

Четверо рослых черных людей несли носилки с покойным. Его лицо сохранило строгость и решимость даже под бременем смертной тени. На пробитой груди скрестились руки, сжимающие обагренный клинок, чуть выше, под подбородком, лежала забрызганная кровью Маска страха. Ухмылка черепа казалась довольной и зловещей даже горожанам.

- Что же делать? Меч Антореля преломился.

- Лидер погиб и мы пропали.

Люди роптали, мрачнея с каждой секундой. Процессия же продолжала путь к Торолилану. Охраняющие столицу воины расступались, пропуская товарищей со скорбной ношей на руках. Весть о возвращении победителей неслась впереди них. Вскоре дошла она и до бункера. С наивной улыбкой выбежал на порог Торорилана Корлион. Онтеон замер, глядя на мальчика, тот тоже застыл, приоткрыв рот. Улыбка медленно сползла. Он подошел к носилкам и положил руки на плечо Тельтеона. Он не плакал, просто молчал, а глаза его потухли.

- Ну-ну, - дядя отвернул Корлиона, придерживая за плечи.

Они зашли в холл дворца. Корлион продолжал молчать, а Онтеон чувствовал себя крайне неловко. Он и сам не очнулся после приключившейся трагедии, но как было глядеть в глаза сыну человека, которого ты не сумел уберечь, что говорить?

- Он храбро бился, - запинаясь, проговорил Онтеон, когда они поднялись по лестнице на второй этаж. – Мы не заметили, когда он отделился от основной группы. Зато подонок, который его убил, сам мертв. Я лично отсек ему голову.

Мальчик поджал губы и продолжал молчать. Жестами отгоняя слуг, дядя проводил его к комнате. За дверью сгустилась темнота, сквозь стекло широкого окна мерцала звезда, налившаяся кровью.

- Твой отец лично завещал престол тебе за минуту до смерти, - неловко помялся Онтеон. – Но пока ты еще мал для управления целой планетой. Я, как брат Лидера, придержу Анторель. Не волнуйся, войдя в силу, ты получишь его во владение.

Корлион выслушал его, не говоря ни слова и не шевелясь, будто превратился в куклу.

- Если хочешь, я побуду с тобой. Может быть тебе страшно…

- Лидер не должен бояться, - резко повзрослевшим голосом ответствовал Корлион.

Дверь захлопнулась за ним, кровать чуть скрипнула. Корлион обвел комнату пустым взглядом, остановившись на окне. Красная звезда смотрела прямо на него.

- А ты чего пялишься?! – огрызнулся Лидер и по щеке его потекла слеза.

3. Восхождение на трон

Ветер гонял по холму с врытым склепом рыжие осенние листья. Одинокая фигура стояла с опущенной головой у входа, запертого на замок, покрытый слабым налетом ржавчины. В пальцах человек задумчиво вертел ржавый ключ. Безмолвно смотрели на него два каменных воина, опершиеся на мечи. Вечных стражей последнего предела оплел плющ, а дорожка к пристанищу Тельтеона за шесть лет заросла бурьяном и облупилась. Народ горевал по великому вождю лишь год, в дальнейшем к склепу ходили двое: Онтеон, брат воителя, и его сын.

- Ну вот, пора, - прошептал Корлион, погладив барельеф Маски на обветренной стене. – Пора мне возглавить твоих людей и поднять черное знамя над Торориланом, где отныне будет восседать новый Лидер.

Ветер прошептал что-то в ответ за Тельтеона. Через силу оторвавшись от изрисованной хвалебными письменами стены, Лидер побрел по пустынной тропе. По бокам аллеи в почтенном приветствии правителя склонили головы старые ясени, позолоченные осенью. Мелкий дождь оплакивал былого героя, нашедшего покой. У калитки Корлиона дожидалась девушка. Она была младше его примерно на год, гладкие черные волосы распущены, голубые глаза наполнены печалью.

- Ну как? – тихо спросила она, когда он закрыл скрипучую калитку.

- Надо идти во дворец, скоро начнется ритуал.

Взявшись за руки, они нырнули в дымку утреннего тумана. Расстался с подругой Корлион уже у ворот Торорилана. Появился вновь он спустя двадцать минут, рядом с ним шел сильно поседевший Онтеон, выглядящий очень уставшим, несмотря на совсем не преклонные лета.

- Элеонор, ты тоже приглашена в почетную свиту, - посмотрев на девушку изможденными глазами, проговорил регент. – Да, да, с какой стати тебя не должно быть, - забормотал дядя, проходя дальше.

Воздушно улыбнувшись, она взяла Корлиона за локоть. Пока они стояли в молчании на площади, из дворца вышла процессия из стражей Лидера и приближенных к нему сановников. Все вместе двинулись к Дому Меча. Отведенное для коронаций здание с высокой острой крышей мрачнело на противоположном конце дворцовой площади. Там сгрудилась хмурая толпа, прячущая головы от дождя под капюшонами накидок. При виде Лидера с бледным, строгим лицом, прямо как у его отца, люди расступались. Казалось, Корлион был чужд им всем, кроме Элеонор, также призрачно бледной, точно статуя в садах Торорилана, и погруженной в свои мысли. Вслед за троицей в студеное помещение проследовали двое служителей Серебряного Меча: один с маленьким свертком под мышкой и длинным в левой руке, другой со скрученным знаменем. Остальная процессия втянулась за ними, завершали шествие горожане.

Онтеон и Корлион прошли к алтарю на возвышении у дальней стены, заняв места по его краям. За алтарем высился сухой мужчина в черном балахоне, на лице казала зубы длинная маска страха, венчающаяся закругленным колпаком.

- Вышло мое время! – огласил гулкие своды регент. – Назначенный срок настал, тебе, Корлион, сегодня исполняется шестнадцать лет, и по нашим законам ты имеешь право взойти на престол Антореля. Ты сделал выбор?

- Сделал, - ответствовал Корлион. – Я принимаю правление на себя.

- Да исполниться твоя воля, - склонился Онтеон. Пригладив густые усы, переходящие в бакенбарды, он подозвал хранителей свертков. – Прими символы своей власти и да продлиться твое правление долгие годы!

Подошел первый слуга. Развернув маленький сверток, он достал Маску Тельтеона и передал наследнику. Пока Корлион надевал Маску, закреплял ее на капюшоне сетчатой рубахи, слуга скинул вторую тряпицу. Блеснуло раздвоенное лезвие меча. Почтительно поклонившись, хранитель протянул рукоять оружия Лидеру. Опустив клинок лезвием вниз, Корлион приложил зажатую в кулак рукоять к сердцу. Тем временем второй слуга встал у него за спиной и расправил знамя. Невесть откуда взявшийся порыв ветра распахнул ставни высоких стрельчатых окон и подхватил флаг. Черное крыло взметнулось над головой Лидера. На невидимых волнах заплясал серебряный меч с ореолом, в гарде его горела рдяная звезда.

- Возрадуйтесь, люди Данноена! – величественным басом, отозвавшимся под маской, возгласил Хранитель Рода со своего красного алтаря. – Приветствуйте нового Лидера Антореля!

 

*          *          *

К ночи следы дождя исчезли полностью. Холодный ветер стих, прячась в кронах деревьев. Желтая луна, испачканная темными пятнами, выползла из-за тучи, сокрытая наполовину. Статуя древнего Лидера оказалась в тени, но Корлион и Элеонор выбрали самую освещенную скамью у основания постамента. Они почти не разговаривали, лишь целовались и вспоминали одну памятную ночь в саду. Словно читая мысли друг друга, словами не бросались.

Элеонор вспоминала, как сидела на этой самой скамейке с отцом, ныне уехавшим в город Аронотель на севере в качестве Носителя Маски. Тогда мир казался маленьким и покойным. Корлион же и тогда знал, каким бывает мир на самом деле. Только сидя в кустах и наблюдая за незнакомой девочкой, он еще верил, что отважные черные люди гонят воющих от ужаса предателей. Верил, будто Тельтеон, великий Меч Антореля, всесилен, что ему не угрожает смерть и не может угрожать. Однако даже боги время от времени падают с небес.

Но теперь он Лидер, теперь все будет по-другому. Никаких повстанцев, никакой смерти. Маска страха больше не позволит подлым людям выходить из-под ее власти. А гордые анторельцы отправятся в другие миры, неся слово Корлиона Триона. Космос тоже будет принадлежать ему, а начнет он, пожалуй, вот оттуда – с той красной звездочки, не дававшей ему покоя с самого детства. Только об этом думать рановато. Сейчас есть дела поважнее, Лидер не может помышлять только о глобальных заботах, а род Трионов обязан продолжаться. Тем более что рядом с ним девушка, красивее и милее которой нет на всем Антореле.

 

*          *          *

Радостный день собрал народ Данноена в Доме Меча. На сей раз солнце развеяло сумрак, дождь не прерывал торжества. Природа тоже ликовала, встречая новый союз. Корлион в белом облачении провел Элеонор в золотистом одеянии по ковру из цветов к алтарю. Люди восхваляли Лидера, желали ему всех благ и долгого правления. Прошло два года с принятия Корлионом должности правителя Антореля. С тех пор он заметно возмужал, окреп и быстро освоился на посту Лидера. А отца предпочитал не вспоминать. Во всяком случае, в публичных местах за ним не замечали этого, как и не замечали других эмоций. Для горожан было отрадно видеть на лице Лидера улыбку хотя бы сейчас.

На стрельчатых окнах повесили полотнища с символикой Корлиона, черными ладонями они махали новобрачным. Теплый летний ветер к полудню задул с бодрой силой, сметая вместе с пылью все дурные воспоминания. Для Корлиона начиналась новая, лучшая жизнь. Девушка, идущая рядом с ним, загадочно улыбалась, в глазах ее скромно пряталась любовь. Отныне же ей не за чем прятаться.

Хранитель Рода прикоснулся ко лбу сначала Лидера, затем его супруги своей костлявой, точно мертвой, рукой. Окропил их ароматными маслами из маленького золоченого кувшинчика. Закончив чтение из Книги Рода, он сцепил ладони новобрачных. Радостно протрубили фанфары. Под напевы толпы, они выбежали на улицу и исчезли среди ясеней. Корлион на руках вынес Элеонор за стены, на бескрайнее поле желтых, как маленькие солнышки, одуванчиков.

Они катались по изумрудной траве, по мягкому настилу взъерошенных цветов и целовались, позабыв обо всем на свете. С того страшного вечера, когда траурная процессия вернулась с севера, Корлион не знал радости. Он замкнулся в темном мирке своей комнаты. Злость одолевала его и, верно, одолела бы, если бы не мысли о девочке в парке под луной. И вот – она с ним и никуда не пропадет. Уж ее-то он сбережет. Отцу он помочь не мог. Что сделает мальчишка против злобных повстанцев с оружием. А Лидеру Атореля по плечу любая сложность. Он владеет Серебряным Мечом, он избавит планету от недовольных.

Рейтинг: 0 142 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!