ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФантастика → Госпиталь "Добрая надежда" 27. Странный больной 2.

 

Госпиталь "Добрая надежда" 27. Странный больной 2.

13 ноября 2012 - Татьяна Стафеева

 Утром Наталья осведомилась у центаврианки Вроды, не успевшей смениться:

-Как ночь прошла?

-Вообще-то ничего, правда, Ковалю поспасть так и не удалось: два раза того черта к жизни возвращал…

-Серьезно?

-Нет шучу! Укол адренонола[1] в сердце – лошадь свалится! И потом, перед подъемом уже, еще раз!

-Как пациент?

-Скорее жив, чем мертв. В себя не приходил, но сопит!

 

 

-Огонь из ноздрей идет? – пошутила Наталья.

-А как же, на то он и сатана! – поддержала шутку центаврианка. – Слушай, если зав поднимет его на ноги, то я дикая ройянская рогатая кошка!

-Ладно, Врода, спасибо! – Зайкина взмахнула рукой. – Кис-кис!

После обхода в палату интенсивной терапии явился Изпопу поухаживать за больным. Протереть влажной салфеткой лицо и смочить губы лимонной водой считалось обязательной утренней процедурой, хоть самому больному и фиолетово, умыт он или нет. Керта влекло нездоровое любопытство к представителю неизвестной расы. Осторожно отодвинув простынь, он осмотрел его ноги и половые органы. Вполголоса произнес:

 

 

-Ага, копыт не имеется, только когти. Вместо гениталий – подозрительный холмик из черных обломков. Наверное, в случае необходимости они разъедутся подобно круговой диафрагме и выпустят из недр организма багровый фаллос величиной с бейсбольную биту! Скорее всего, передо мной садист и секс-террорист. Интересно, удалось Зварии собрать с него мочу? Если только он не писает расплавленным железом! Ладно, надо освежить ему рожу…

Санитар потянулся салфеткой к лицу неизвестного, но по мере приближения стремался сильнее и сильнее, аж до дрожи. Не выдержав, зажмурился. Наощупь провел по лбу пострадавшего, спустился ниже по щекам, к подбородку, старательно обходя носовой бугорок. И не увидел, как на краткую секунду потрескавшиеся веки раскрылись, а глаза под ними, словно в фильме ужасов, полыхнули алым огнем.

 

 

Изпопу развернулся кругом и только тогда вздохнул полной грудью. Косясь на неподвижное тело через плечо, керт покинул помещение. Больной остался лежать, словно статуя. Однако минут через десять с ним начала происходить некая метаморфоза. Шкура его, подобная черному камню, вдруг посветлела и стала видоизменяться: разглаживаться и съеживаться. На торсе нарастало нечто, словно невидимый ткач прямо на груди ткал материю, постепенно преобразовавшуюся в костюм младшего медицинского персонала ДН. Когти на руках и ногах сделались короче и посветлели. И вот уже на больничной койке лежал не кто иной, как… Изпопу. Новоявленный "санитар" распахнул очи и с силой дернул руками и ногами – кожаные ремешки, коими тяжелых больных пристегивают к перекладинам койки, лопнули, словно ниточки. А субъект медленно встал с постели и вышел из палаты.

 

 

Спешившая по коридору Зайкина бросила на ходу:

-Изпопу, я в перевязочную. Вызови мне из народной галарета Драла!

Когда десять минут спустя больной так и не появился, Наталья связалась с вахтой:

-Лула, где у нас санитары?

-В палатах убираются, где же еще! Крель в двадцатой, а Изпопу в твоей народной, двенадцатой. Позвать?

-Спасибо, не надо, я сама!

Доктор поднялась, бросив перевязочной сестре Во-Фуру:

-Подожди минутку, я сейчас! - выскочила в коридор, осмотрелась. - И чего он там ковыряется?

 

 

Невольно разозлилась. Ту-то и появился из-за поворота санитар во всеоружии – с ведром и механо-шваброй.

-Солнце мое, тебя только за смертью посылать! Где галарет? – наехала на керта Наталья.

-Кто? – не понял тот.

-Драл, черт возьми!

-Кого драл? И причем здесь Вельзевул? Или в себя пришел? – удивился парень.

-Изпопу, поставь свои мозги на место! – Зайкина постучала по лбу пальцем. – Что с тобой сегодня? Приступ внезапной бестолковости? Когда я  тебя просила позвать галарета в перевязочную?

 

 

-Ты меня просила? Не припоминаю! Перед тем, как пойти в двенадцатую, я тебя не видел! И только сейчас закончил уборку! О чем вообще речь?

-У кого-то из нас с памятью беда, и я даже знаю, у кого! – заметила докторша.

-Издеваешься? Между прочим, мне вдруг так плохо сделалось, думал, сдохну! Ноги подкосились, аж с копыт ковырнулся! – поведал Изпопу. – До сих пор в себя придти не могу!

-Неужто, заболел? – встревожилась девушка. – Давай-ка я тебя осмотрю!

-Не надо, Наталь, уже отпустило! Даже не пойму, с какого перепугу башка разболелась, ни с того, ни с сего! – пожаловался керт.

-Наверное, ум на разум наехал! Смотри, станет плохо, все бросай и мухой ко мне!

-Хорошо! – пообещал Изпопу. - Драла-то позвать?

-Уж позови!

 

 

Псевдосанитар недолго ошивался в коридоре, а вскоре медленными шагами вернулся назад. У него достало сил лечь на койку. С кожей и одеждой странного пациента начала происходить обратная метаморфоза, и вскоре на кровати возлежал все тот же самый чертяка с черной рожей, рогами и когтями.

Некоторое время спустя, в палату вошла Глория Анжу, не без страха покосилась на физиономию жуткого больного, обратила внимание на некоторые безобразия:

-Блин, все повырывал, впускную трубку капельного аппарата, датчики! Зараза, ремни, и те лопнули! Наверное, на короткое время в себя приходил, да ворочался! Одни убытки от таких! Но как? Чертяка-то при смерти! Полено поленом! Небось, на том свете в очереди к архангелам стоит! Хотя с такой-то харей должны без проволочек в ад пропускать!

 

 

Медсестра поменяла трубку аппарата внутривенного вливания и наклейки датчиков, кои налепила на нужные места, проверила показания приборов:

-Ого, да у нас мозговые импульсы заметно поправились!

Анжу отвлекалась к экрану и не заметила, как на краткий миг раскрылись глаза пациента и полыхнули красным огнем. Проверив лист назначений, палатная сестра удалилась.

Несколько минут спустя облик черта снова стал меняться. Теперь он сделался не кем-то, а Глорией. Спустя десяток минут мнимая медсестра, снова вырвав трубки и провода, вышла из палаты и медленно двинулась по направлению к сестринскому посту.

 

 

Из перевязочной вышла Наталья и, притормозив на минуту, попросила:

-Глория, посмотри в электронном несессере новые назначения и разнеси, пожалуйста, талоны на физиолечение моим больным!

Доктор последовала в ординаторскую, а "Анжу", постояла еще немного, держась за стенку, вернулась в палату интенсивной терапии, где и свалилась на кровать. Затем облик медсестры размылся, и Вельзевул обрел свой обычный кошмарный вид.

Зайкина еще не закончила работать с историями болезней, когда включилась связь с постом. Говорила Глория:

-Наталь, я тут талончики на гидро- и физиопроцедуры по больным растащила. Надеюсь, ты сама меня об этом попросила бы?

-Так я и просила, помнишь, мы встретились в коридоре?

 

 

-Когда?

-С полчаса назад! Как раз я перевязки закончила…

-Хватит сочинять! Я пока склерозом не страдаю! Кстати, ты знаешь, оказывается, вакцину от склероза давно изобрели! Да только вот забыли, куда положили! – хихикнула медсестра.

-Смешно. Выходит, это у меня мозги набекрень! Глория, ты просто замоталась! Мы столкнулись, когда я шла из перевязочной, а ты, видимо, - из палаты Вельзевула на пост! Тогда-то я и просила из несессера новые назначения достать! – напомнила докторша.

 

 

-Наталь, после того, как от черта вернулась, я тебя не видела! А уже на посту меня скрючило вовсе не по-детски! Так печенку схватило, думала, копыта откину! Представляешь, ни с того, ни с сего. У меня потроха сроду не болели, а тут вдруг…! Аж дыхалку перехватило! Я даже Гайдаку Коу посочувствовала, вот, оказывается, каково приступ терпеть! Ну, поболело-поболело, да и отпустило. И лекарство не успела принять. Может, это от стресса?

-Не говори глупостей! Ты же медик! Когда нечего сказать, все валят на стресс и экологию! Глория, миленькая, ты на всякий случай анализы сдай, для вящего успокоения! – посоветовала Наталья.

 

 

-Надо бы! Больше всего меня поразила внезапность. Как смерч: налетело и улетело!

-Знаешь, у меня легкое дежавю. Где-то я уже слышала нечно подобное… Ах да, у Изпопу случился сильнейший приступ головной боли, тоже на пустом месте схватило и отпустило…

-О, я знаю, верн из двенадцатой рассказал! – голос медсестры оживился. – Наш занудливый умница убирал у них в палате, и ему стало плохо. Представь, кертский перец моет пол и роняет механо-швабру прямехонько на резаную поясницу галарета, а потом и сам плюхается туда же! Больной орет не своим голосом, а санитар, выпучив глаза и разинув рот, валяется сверху, вот умора! Верн попытался было его поднять, да где там! Изпопу, зажав виски руками, лежит на бедолаге, словно могильная плита в древней усыпальнице! Кое-как поднялся!

 

 

-То-то Драл так болезненно реагировал, когда Во-Фуру меняла ему повязку! Капризничал и ворчал, дескать, ДН его лечит и калечит! – заметила Наталья.

-Ну так, Изпопу же не нарочно! Каждого приспичить может!

-Слушай, Глория, ты ведь, говоришь, была у Вельзевула? Может, и Изпопу тоже его

посетил? – насторожилась Зайкина.

-Наверняка. Он же у нас за тяжелыми ухаживает… Надо бы уточнить.

-Обязательно. Я-то рогатого только утром видела, на ресепшен. А еще кто из наших с ним соприкасался? Может, есть и другие пострадавшие?

-Ну кто? Клокова только при операции ассистировала, когда чертяку лазеной пилой вскрывали, а Коваль всю ночку возле него пластался, да еще и утром заходил. Врода рассказывала…

 

 

-Понятно. Слушай, мне пора…

-Наталь, чай-то пить придешь?

-Конечно!

Разузнав у Лулы, где в данный момент находится зав, Зайкина поспешила в лабораторию. Её томили недобрые предчувствия, как в тот день, когда убили ниторянина. Теперь девушку охватило беспокойство за Коваля, дольше всех находившегося рядом с новоявленным сатаной.

В царстве анализов царила напряженно-рабочая обстановка: Павел Зигмундович вместе с Ка-Рааком поочередно склонялись над микроскопом.

 

 

-Ого! – воскликнул раффети.

-Я бы сказал, ага! – ответил человек.

-Какая-то у него странная форма эритроцитов, не то звездочки, не то цветочки, - удивленно произнес лаборант.

-Фантастика! – односложно прокомментировал зав.

-Можно узнать, чему вы так радуетесь? – не без ехидства поинтересовалась Зайкина.

-Наталь, взгляни-ка! – жестом пригласил девушку Ка-Раак.

 

 

Доктор прильнула к окуляру микроскопа, произнесла ошеломленно:

-Ни фига себе!

-То-то и оно! - нервно хохотнул Коваль. – Кровь нашего чертяки не похожа ни на что! Как, впрочем, и он сам! Скажем, эритроциты человека двояковогнутые, округлой формы, а цвет алый из-за гемоглобина. Подобное строение клеток и у большинства родственных рас: мариентов, кертов, центавриан… Элементарно по сравнению с этим! Ферменты сатаны не красного, а иссиня-черного цвета!

-Химсостав соответствующий: железо, сера и еще два неизвестных науке элемента, которые я занес в каталог под названиями KR5 и KV8, - добавил лаборант.

 

 

-То бы еще ничего! Неизвестный вид и неизвестные ферменты! А как вам нравится то, что эритроциты в форме шестиконечных звезд постоянно видоизменяются и видоизменяют саму клетку? – спросил у коллег Павел Зигмундович.

-Ты определил их конфигурацию по превалирующим признакам? – поинтересовалась Наталья.

-А как же еще? Наиболее часто они принимают именно облик звездочек!

-Круто! – восхитилась девушка.

-Именно! – зав поднял вверх указательный палец. – У меня руки чешутся изучить нашего Вельзевула, когда он придет в себя! Только бы рогатый очнулся!

-Не спеши радоваться! – заявила докторша. – Не угодить бы нам из-за уникальных эритроцитов в выдающиеся неприятности!

Оба медика вопросительно уставились на нее.

 

 

-Кстати, как вы себя чувствуете? – с преувеличенной заботой поинтересовалась девушка.

-Нормально, а в чем дело? – за двоих ответил Коваль.

-Ни головы, ни животы не болят? – продолжала допытываться Зайкина.

-Не въезжаю, к чему твои наезды? – удивился и раффети.

-Хреновый каламбур! Ведь вы оба имели счастье контактировать с чертякой. Ты, Ка-Раак, брал у него анализы на вахте, а ты, Павел, и вовсе хлопотал над болезным всю ночь!

-И что с того? Наталь, кончай говорить загадками! – раздражился зав.

Наша героиня рассказала уже известные нам истории о внезапных и необъяснимых недомоганиях медсестры и санитара.

 

 

-Хочешь сказать, полумертвый чертяка – причина этих болей? – уточнил Коваль.

-Хочу сказать, наши коллеги, посетившие палату сатаны, могли подвергнуться влиянию неизвестной расы! Ведь у каждого есть своя энергетика, излучение, тонкие поля и так далее! – предположила докторша.

-По-твоему, и я должен слечь? – иронично поинтересовался Павел.

-Как дольше всех контактировавший с Вельзевулом, да!

 

 

-Не дождешься! В ближайшее время не собираюсь сваливаться в постель! По-моему, Наталь, ты преувеличиваешь! В таком состоянии больной вряд ли способен излучать или влиять! Все его энергетики должны работать на собственный организм! – заверил зав.

-Да я могу поклясться, что встретила и Анжу, и Изпопу в коридоре, разговаривала с ними, о чем оба не помнят, так как в тот момент терзались от страшных болей, приключившихся

среди полного здоровья! – с максимальной убежденностью произнесла девушка.

-Может, ты просто переработала, устала? – предположил Ка-Раак.

 

 

-Скажи еще, сошла с ума! – разозлилась Зайкина.

-Не кипятись, Наталь, ты же знаешь, в нашем деле все случается! Говорят, полное здоровье – это когда все время болит в разных местах! – Павел Зигмундович снова прилип к окуляру. – Не отвлекала бы ты нас, а? Я ведь после ночной не спал, скоро зевать начну!

-Шуточки шутишь? – девушка сжала кулаки и в сердцах тряхнула ими.

-Наталь, ты такая обидчивая! Еще хуже, чем коренные обитатели Раффети! – заметил Ка-Раак, покачав крупной башкой.

-Черт вас подери! – окончательно осерчала доктор и выбежала вон.

-Он пока без сознания! – не повернув головы, бросил зав ей вслед.

 

 

Наша героиня быстро шла по коридору, бормоча вполголоса:

-Не верите, не надо! Изучать этот кусок черного дерьма они собрались! Не задумываясь о последствиях! Новаторы-пионеры, тоже мне! Ну, я вам покажу!

Кому и что станет показывать, она пока не знала, но уже в ординаторской, в метаниях от стены к стене и напряженных раздумьях, решение пришло само. Спустилось как бы ниоткуда. Докторша связалась с головным пультом и попросила соединить ее с центром психиатрии.

-Четвертая хирургия? Доктор Заикина? – переспросила дежурная. – Заявочку на консультацию?

-Нет, мне необходимо срочно поговорить с психиатром высшей категории Зиг-Рига Первым из рода Великих!

 

 

-Видите ли, лучеподобный занят и просил его не беспокоить! – возразила собеседница, утонченная кертянка.

-Видите ли, он лично разрешил обращаться к нему в любое время дня или ночи, если возникнет надобность! – скопировав ее светский тон, сообщила Наталья.

-Надо полагать, она возникла? – с легкой иронией поинтересовалась девушка.

-Не то слово, уже на голову села! – образно выразилась наша героиня.

-Ну хорошо, попробую поговорить с ним! Ждите! – сдалась дежурная центра психиатрии.

-Большое спасибо!

 

 

На тот момент обращение к ходижу показалось самым приемлемым выходом. Прошло примерно минут пятнадцать, когда включилась связь. На экране возник светящийся скафандр, окутанный легким дымком. На втором плане хорошо просмаривалась кушетка, на которой с важностию монарха на троне восседал субтильный силинит[2] в громадных очках. Его длинные тонкие пальцы с завидной скоростью летали по клавиатуре персонального мини-компьютера.

-Доктор Наталь, рад вас видеть! – доброжелательно просипел Зиг-Рига. – Чем обязан такому счастью?

-Здравствуйте, Великий! К сожалению, у нас опять ЧП!

-Неужто, сбываются предсказания ниторских карт? – предположил ходиж.

-Упаси, Господь! – суеверно перекрестилась девушка. – К нам поступил странный больной

-Каждый больной по-своему странен! Тем не менее, я заинтригован. Рассказывайте!

-Вы уже наверняка многое поняли? – настороженно спросила Зайкина.

 

 

-Ох, уж это мне недоверие! – вздохнул собеседник. - Не раз я думал, дар ли Всевышнего способности ходижа или насмешка природы? Сейчас я почти ничего не могу, как ни парадоксально звучит…

-Но вы же меня видите!

-Только на экране! Система связи деформирует мысли подобно тому, как сны искажают действительность! Скажем, вы представили себе большое красное яблоко, а я увижу зеленый дичок величиной с голубиное яйцо! Останется верным только объект – собственно фрукт, но не его свойства! Мы по-своему несовершенны, мой юный друг!

-Простите, Великий! Не хотела вас обидеть!

 

 

-Лучеподобным не пристало обижаться! Говорите же!

Наталья рассказала о Вельзевуле и случаях с Глорией и Изпопу. Она ожидала какой угодно реакции, от пристального внимания до откровенной насмешки и намеков на паранойю, но только не того, что последовало затем. С минуту Зиг-Рига молчал и вдруг приказал с несвойственной ему резкостью:

-Пусть в палату черта никто не заходит! Строго-настрого запрещаю! Иду к вам! Примерно через пятнадцать минут пригласите в ординаторскую вашего зава на закрытое совещание! Все!

-Заплешаю! Заплешаю! Всо-о-о! Всо-о-о! – вдруг пронзительным дискантом взвыл силинит, Наталья от неожиданности вздрогнула.

 

 

-Не пугайтесь, доктор, это всего лишь мой пациент. У мальчика врожденный страшный недуг – дебилоид кретиниус, но он не буйный, просто пытается воспроизводить звуки!  Впервые я встретил его натирающим полы в коридоре второго яруса – бедняга трудился на ДН по программе социальной адаптации инвалидов детства. За два года лечения гуманоид, не знающий своего имени и пускающий слюни веревкой, превратился из полнейшего идиота в компьютерного гения. На сегодняшний день на его счету две игры-ситуации. Но вот в общении не силен. Попросту аутичен, никак не воспринимает окружающий мир. Ничего, мой мальчик, скоро все изменится, - многообещающе просипел Зиг-Рига и стал подниматься с кресла. 

 



[1] Адренонол – адреналин для крупных рас, очень крупных, прим. автора.

[2] Уроженец планеты Силин – гуманоид с зеленой кожей и светлыми всклокоченными волосами. 

© Copyright: Татьяна Стафеева, 2012

Регистрационный номер №0092926

от 13 ноября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0092926 выдан для произведения:

 Утром Наталья осведомилась у центаврианки Вроды, не успевшей смениться:

-Как ночь прошла?

-Вообще-то ничего, правда, Ковалю поспасть так и не удалось: два раза того черта к жизни возвращал…

-Серьезно?

-Нет шучу! Укол адренонола[1] в сердце – лошадь свалится! И потом, перед подъемом уже, еще раз!

-Как пациент?

-Скорее жив, чем мертв. В себя не приходил, но сопит!

 

 

-Огонь из ноздрей идет? – пошутила Наталья.

-А как же, на то он и сатана! – поддержала шутку центаврианка. – Слушай, если зав поднимет его на ноги, то я дикая ройянская рогатая кошка!

-Ладно, Врода, спасибо! – Зайкина взмахнула рукой. – Кис-кис!

После обхода в палату интенсивной терапии явился Изпопу поухаживать за больным. Протереть влажной салфеткой лицо и смочить губы лимонной водой считалось обязательной утренней процедурой, хоть самому больному и фиолетово, умыт он или нет. Керта влекло нездоровое любопытство к представителю неизвестной расы. Осторожно отодвинув простынь, он осмотрел его ноги и половые органы. Вполголоса произнес:

 

 

-Ага, копыт не имеется, только когти. Вместо гениталий – подозрительный холмик из черных обломков. Наверное, в случае необходимости они разъедутся подобно круговой диафрагме и выпустят из недр организма багровый фаллос величиной с бейсбольную биту! Скорее всего, передо мной садист и секс-террорист. Интересно, удалось Зварии собрать с него мочу? Если только он не писает расплавленным железом! Ладно, надо освежить ему рожу…

Санитар потянулся салфеткой к лицу неизвестного, но по мере приближения стремался сильнее и сильнее, аж до дрожи. Не выдержав, зажмурился. Наощупь провел по лбу пострадавшего, спустился ниже по щекам, к подбородку, старательно обходя носовой бугорок. И не увидел, как на краткую секунду потрескавшиеся веки раскрылись, а глаза под ними, словно в фильме ужасов, полыхнули алым огнем.

 

 

Изпопу развернулся кругом и только тогда вздохнул полной грудью. Косясь на неподвижное тело через плечо, керт покинул помещение. Больной остался лежать, словно статуя. Однако минут через десять с ним начала происходить некая метаморфоза. Шкура его, подобная черному камню, вдруг посветлела и стала видоизменяться: разглаживаться и съеживаться. На торсе нарастало нечто, словно невидимый ткач прямо на груди ткал материю, постепенно преобразовавшуюся в костюм младшего медицинского персонала ДН. Когти на руках и ногах сделались короче и посветлели. И вот уже на больничной койке лежал не кто иной, как… Изпопу. Новоявленный "санитар" распахнул очи и с силой дернул руками и ногами – кожаные ремешки, коими тяжелых больных пристегивают к перекладинам койки, лопнули, словно ниточки. А субъект медленно встал с постели и вышел из палаты.

 

 

Спешившая по коридору Зайкина бросила на ходу:

-Изпопу, я в перевязочную. Вызови мне из народной галарета Драла!

Когда десять минут спустя больной так и не появился, Наталья связалась с вахтой:

-Лула, где у нас санитары?

-В палатах убираются, где же еще! Крель в двадцатой, а Изпопу в твоей народной, двенадцатой. Позвать?

-Спасибо, не надо, я сама!

Доктор поднялась, бросив перевязочной сестре Во-Фуру:

-Подожди минутку, я сейчас! - выскочила в коридор, осмотрелась. - И чего он там ковыряется?

 

 

Невольно разозлилась. Ту-то и появился из-за поворота санитар во всеоружии – с ведром и механо-шваброй.

-Солнце мое, тебя только за смертью посылать! Где галарет? – наехала на керта Наталья.

-Кто? – не понял тот.

-Драл, черт возьми!

-Кого драл? И причем здесь Вельзевул? Или в себя пришел? – удивился парень.

-Изпопу, поставь свои мозги на место! – Зайкина постучала по лбу пальцем. – Что с тобой сегодня? Приступ внезапной бестолковости? Когда я  тебя просила позвать галарета в перевязочную?

 

 

-Ты меня просила? Не припоминаю! Перед тем, как пойти в двенадцатую, я тебя не видел! И только сейчас закончил уборку! О чем вообще речь?

-У кого-то из нас с памятью беда, и я даже знаю, у кого! – заметила докторша.

-Издеваешься? Между прочим, мне вдруг так плохо сделалось, думал, сдохну! Ноги подкосились, аж с копыт ковырнулся! – поведал Изпопу. – До сих пор в себя придти не могу!

-Неужто, заболел? – встревожилась девушка. – Давай-ка я тебя осмотрю!

-Не надо, Наталь, уже отпустило! Даже не пойму, с какого перепугу башка разболелась, ни с того, ни с сего! – пожаловался керт.

-Наверное, ум на разум наехал! Смотри, станет плохо, все бросай и мухой ко мне!

-Хорошо! – пообещал Изпопу. - Драла-то позвать?

-Уж позови!

 

 

Псевдосанитар недолго ошивался в коридоре, а вскоре медленными шагами вернулся назад. У него достало сил лечь на койку. С кожей и одеждой странного пациента начала происходить обратная метаморфоза, и вскоре на кровати возлежал все тот же самый чертяка с черной рожей, рогами и когтями.

Некоторое время спустя, в палату вошла Глория Анжу, не без страха покосилась на физиономию жуткого больного, обратила внимание на некоторые безобразия:

-Блин, все повырывал, впускную трубку капельного аппарата, датчики! Зараза, ремни, и те лопнули! Наверное, на короткое время в себя приходил, да ворочался! Одни убытки от таких! Но как? Чертяка-то при смерти! Полено поленом! Небось, на том свете в очереди к архангелам стоит! Хотя с такой-то харей должны без проволочек в ад пропускать!

 

 

Медсестра поменяла трубку аппарата внутривенного вливания и наклейки датчиков, кои налепила на нужные места, проверила показания приборов:

-Ого, да у нас мозговые импульсы заметно поправились!

Анжу отвлекалась к экрану и не заметила, как на краткий миг раскрылись глаза пациента и полыхнули красным огнем. Проверив лист назначений, палатная сестра удалилась.

Несколько минут спустя облик черта снова стал меняться. Теперь он сделался не кем-то, а Глорией. Спустя десяток минут мнимая медсестра, снова вырвав трубки и провода, вышла из палаты и медленно двинулась по направлению к сестринскому посту.

 

 

Из перевязочной вышла Наталья и, притормозив на минуту, попросила:

-Глория, посмотри в электронном несессере новые назначения и разнеси, пожалуйста, талоны на физиолечение моим больным!

Доктор последовала в ординаторскую, а "Анжу", постояла еще немного, держась за стенку, вернулась в палату интенсивной терапии, где и свалилась на кровать. Затем облик медсестры размылся, и Вельзевул обрел свой обычный кошмарный вид.

Зайкина еще не закончила работать с историями болезней, когда включилась связь с постом. Говорила Глория:

-Наталь, я тут талончики на гидро- и физиопроцедуры по больным растащила. Надеюсь, ты сама меня об этом попросила бы?

-Так я и просила, помнишь, мы встретились в коридоре?

 

 

-Когда?

-С полчаса назад! Как раз я перевязки закончила…

-Хватит сочинять! Я пока склерозом не страдаю! Кстати, ты знаешь, оказывается, вакцину от склероза давно изобрели! Да только вот забыли, куда положили! – хихикнула медсестра.

-Смешно. Выходит, это у меня мозги набекрень! Глория, ты просто замоталась! Мы столкнулись, когда я шла из перевязочной, а ты, видимо, - из палаты Вельзевула на пост! Тогда-то я и просила из несессера новые назначения достать! – напомнила докторша.

 

 

-Наталь, после того, как от черта вернулась, я тебя не видела! А уже на посту меня скрючило вовсе не по-детски! Так печенку схватило, думала, копыта откину! Представляешь, ни с того, ни с сего. У меня потроха сроду не болели, а тут вдруг…! Аж дыхалку перехватило! Я даже Гайдаку Коу посочувствовала, вот, оказывается, каково приступ терпеть! Ну, поболело-поболело, да и отпустило. И лекарство не успела принять. Может, это от стресса?

-Не говори глупостей! Ты же медик! Когда нечего сказать, все валят на стресс и экологию! Глория, миленькая, ты на всякий случай анализы сдай, для вящего успокоения! – посоветовала Наталья.

 

 

-Надо бы! Больше всего меня поразила внезапность. Как смерч: налетело и улетело!

-Знаешь, у меня легкое дежавю. Где-то я уже слышала нечно подобное… Ах да, у Изпопу случился сильнейший приступ головной боли, тоже на пустом месте схватило и отпустило…

-О, я знаю, верн из двенадцатой рассказал! – голос медсестры оживился. – Наш занудливый умница убирал у них в палате, и ему стало плохо. Представь, кертский перец моет пол и роняет механо-швабру прямехонько на резаную поясницу галарета, а потом и сам плюхается туда же! Больной орет не своим голосом, а санитар, выпучив глаза и разинув рот, валяется сверху, вот умора! Верн попытался было его поднять, да где там! Изпопу, зажав виски руками, лежит на бедолаге, словно могильная плита в древней усыпальнице! Кое-как поднялся!

 

 

-То-то Драл так болезненно реагировал, когда Во-Фуру меняла ему повязку! Капризничал и ворчал, дескать, ДН его лечит и калечит! – заметила Наталья.

-Ну так, Изпопу же не нарочно! Каждого приспичить может!

-Слушай, Глория, ты ведь, говоришь, была у Вельзевула? Может, и Изпопу тоже его

посетил? – насторожилась Зайкина.

-Наверняка. Он же у нас за тяжелыми ухаживает… Надо бы уточнить.

-Обязательно. Я-то рогатого только утром видела, на ресепшен. А еще кто из наших с ним соприкасался? Может, есть и другие пострадавшие?

-Ну кто? Клокова только при операции ассистировала, когда чертяку лазеной пилой вскрывали, а Коваль всю ночку возле него пластался, да еще и утром заходил. Врода рассказывала…

 

 

-Понятно. Слушай, мне пора…

-Наталь, чай-то пить придешь?

-Конечно!

Разузнав у Лулы, где в данный момент находится зав, Зайкина поспешила в лабораторию. Её томили недобрые предчувствия, как в тот день, когда убили ниторянина. Теперь девушку охватило беспокойство за Коваля, дольше всех находившегося рядом с новоявленным сатаной.

В царстве анализов царила напряженно-рабочая обстановка: Павел Зигмундович вместе с Ка-Рааком поочередно склонялись над микроскопом.

 

 

-Ого! – воскликнул раффети.

-Я бы сказал, ага! – ответил человек.

-Какая-то у него странная форма эритроцитов, не то звездочки, не то цветочки, - удивленно произнес лаборант.

-Фантастика! – односложно прокомментировал зав.

-Можно узнать, чему вы так радуетесь? – не без ехидства поинтересовалась Зайкина.

-Наталь, взгляни-ка! – жестом пригласил девушку Ка-Раак.

 

 

Доктор прильнула к окуляру микроскопа, произнесла ошеломленно:

-Ни фига себе!

-То-то и оно! - нервно хохотнул Коваль. – Кровь нашего чертяки не похожа ни на что! Как, впрочем, и он сам! Скажем, эритроциты человека двояковогнутые, округлой формы, а цвет алый из-за гемоглобина. Подобное строение клеток и у большинства родственных рас: мариентов, кертов, центавриан… Элементарно по сравнению с этим! Ферменты сатаны не красного, а иссиня-черного цвета!

-Химсостав соответствующий: железо, сера и еще два неизвестных науке элемента, которые я занес в каталог под названиями KR5 и KV8, - добавил лаборант.

 

 

-То бы еще ничего! Неизвестный вид и неизвестные ферменты! А как вам нравится то, что эритроциты в форме шестиконечных звезд постоянно видоизменяются и видоизменяют саму клетку? – спросил у коллег Павел Зигмундович.

-Ты определил их конфигурацию по превалирующим признакам? – поинтересовалась Наталья.

-А как же еще? Наиболее часто они принимают именно облик звездочек!

-Круто! – восхитилась девушка.

-Именно! – зав поднял вверх указательный палец. – У меня руки чешутся изучить нашего Вельзевула, когда он придет в себя! Только бы рогатый очнулся!

-Не спеши радоваться! – заявила докторша. – Не угодить бы нам из-за уникальных эритроцитов в выдающиеся неприятности!

Оба медика вопросительно уставились на нее.

 

 

-Кстати, как вы себя чувствуете? – с преувеличенной заботой поинтересовалась девушка.

-Нормально, а в чем дело? – за двоих ответил Коваль.

-Ни головы, ни животы не болят? – продолжала допытываться Зайкина.

-Не въезжаю, к чему твои наезды? – удивился и раффети.

-Хреновый каламбур! Ведь вы оба имели счастье контактировать с чертякой. Ты, Ка-Раак, брал у него анализы на вахте, а ты, Павел, и вовсе хлопотал над болезным всю ночь!

-И что с того? Наталь, кончай говорить загадками! – раздражился зав.

Наша героиня рассказала уже известные нам истории о внезапных и необъяснимых недомоганиях медсестры и санитара.

 

 

-Хочешь сказать, полумертвый чертяка – причина этих болей? – уточнил Коваль.

-Хочу сказать, наши коллеги, посетившие палату сатаны, могли подвергнуться влиянию неизвестной расы! Ведь у каждого есть своя энергетика, излучение, тонкие поля и так далее! – предположила докторша.

-По-твоему, и я должен слечь? – иронично поинтересовался Павел.

-Как дольше всех контактировавший с Вельзевулом, да!

 

 

-Не дождешься! В ближайшее время не собираюсь сваливаться в постель! По-моему, Наталь, ты преувеличиваешь! В таком состоянии больной вряд ли способен излучать или влиять! Все его энергетики должны работать на собственный организм! – заверил зав.

-Да я могу поклясться, что встретила и Анжу, и Изпопу в коридоре, разговаривала с ними, о чем оба не помнят, так как в тот момент терзались от страшных болей, приключившихся

среди полного здоровья! – с максимальной убежденностью произнесла девушка.

-Может, ты просто переработала, устала? – предположил Ка-Раак.

 

 

-Скажи еще, сошла с ума! – разозлилась Зайкина.

-Не кипятись, Наталь, ты же знаешь, в нашем деле все случается! Говорят, полное здоровье – это когда все время болит в разных местах! – Павел Зигмундович снова прилип к окуляру. – Не отвлекала бы ты нас, а? Я ведь после ночной не спал, скоро зевать начну!

-Шуточки шутишь? – девушка сжала кулаки и в сердцах тряхнула ими.

-Наталь, ты такая обидчивая! Еще хуже, чем коренные обитатели Раффети! – заметил Ка-Раак, покачав крупной башкой.

-Черт вас подери! – окончательно осерчала доктор и выбежала вон.

-Он пока без сознания! – не повернув головы, бросил зав ей вслед.

 

 

Наша героиня быстро шла по коридору, бормоча вполголоса:

-Не верите, не надо! Изучать этот кусок черного дерьма они собрались! Не задумываясь о последствиях! Новаторы-пионеры, тоже мне! Ну, я вам покажу!

Кому и что станет показывать, она пока не знала, но уже в ординаторской, в метаниях от стены к стене и напряженных раздумьях, решение пришло само. Спустилось как бы ниоткуда. Докторша связалась с головным пультом и попросила соединить ее с центром психиатрии.

-Четвертая хирургия? Доктор Заикина? – переспросила дежурная. – Заявочку на консультацию?

-Нет, мне необходимо срочно поговорить с психиатром высшей категории Зиг-Рига Первым из рода Великих!

 

 

-Видите ли, лучеподобный занят и просил его не беспокоить! – возразила собеседница, утонченная кертянка.

-Видите ли, он лично разрешил обращаться к нему в любое время дня или ночи, если возникнет надобность! – скопировав ее светский тон, сообщила Наталья.

-Надо полагать, она возникла? – с легкой иронией поинтересовалась девушка.

-Не то слово, уже на голову села! – образно выразилась наша героиня.

-Ну хорошо, попробую поговорить с ним! Ждите! – сдалась дежурная центра психиатрии.

-Большое спасибо!

 

 

На тот момент обращение к ходижу показалось самым приемлемым выходом. Прошло примерно минут пятнадцать, когда включилась связь. На экране возник светящийся скафандр, окутанный легким дымком. На втором плане хорошо просмаривалась кушетка, на которой с важностию монарха на троне восседал субтильный силинит[2] в громадных очках. Его длинные тонкие пальцы с завидной скоростью летали по клавиатуре персонального мини-компьютера.

-Доктор Наталь, рад вас видеть! – доброжелательно просипел Зиг-Рига. – Чем обязан такому счастью?

-Здравствуйте, Великий! К сожалению, у нас опять ЧП!

-Неужто, сбываются предсказания ниторских карт? – предположил ходиж.

-Упаси, Господь! – суеверно перекрестилась девушка. – К нам поступил странный больной

-Каждый больной по-своему странен! Тем не менее, я заинтригован. Рассказывайте!

-Вы уже наверняка многое поняли? – настороженно спросила Зайкина.

 

 

-Ох, уж это мне недоверие! – вздохнул собеседник. - Не раз я думал, дар ли Всевышнего способности ходижа или насмешка природы? Сейчас я почти ничего не могу, как ни парадоксально звучит…

-Но вы же меня видите!

-Только на экране! Система связи деформирует мысли подобно тому, как сны искажают действительность! Скажем, вы представили себе большое красное яблоко, а я увижу зеленый дичок величиной с голубиное яйцо! Останется верным только объект – собственно фрукт, но не его свойства! Мы по-своему несовершенны, мой юный друг!

-Простите, Великий! Не хотела вас обидеть!

 

 

-Лучеподобным не пристало обижаться! Говорите же!

Наталья рассказала о Вельзевуле и случаях с Глорией и Изпопу. Она ожидала какой угодно реакции, от пристального внимания до откровенной насмешки и намеков на паранойю, но только не того, что последовало затем. С минуту Зиг-Рига молчал и вдруг приказал с несвойственной ему резкостью:

-Пусть в палату черта никто не заходит! Строго-настрого запрещаю! Иду к вам! Примерно через пятнадцать минут пригласите в ординаторскую вашего зава на закрытое совещание! Все!

-Заплешаю! Заплешаю! Всо-о-о! Всо-о-о! – вдруг пронзительным дискантом взвыл силинит, Наталья от неожиданности вздрогнула.

 

 

-Не пугайтесь, доктор, это всего лишь мой пациент. У мальчика врожденный страшный недуг – дебилоид кретиниус, но он не буйный, просто пытается воспроизводить звуки!  Впервые я встретил его натирающим полы в коридоре второго яруса – бедняга трудился на ДН по программе социальной адаптации инвалидов детства. За два года лечения гуманоид, не знающий своего имени и пускающий слюни веревкой, превратился из полнейшего идиота в компьютерного гения. На сегодняшний день на его счету две игры-ситуации. Но вот в общении не силен. Попросту аутичен, никак не воспринимает окружающий мир. Ничего, мой мальчик, скоро все изменится, - многообещающе просипел Зиг-Рига и стал подниматься с кресла. 

 



[1] Адренонол – адреналин для крупных рас, очень крупных, прим. автора.

[2] Уроженец планеты Силин – гуманоид с зеленой кожей и светлыми всклокоченными волосами. 

Рейтинг: +4 1055 просмотров
Комментарии (8)
Света Цветкова # 14 ноября 2012 в 12:17 +1
buket7 choir
Татьяна Стафеева # 14 ноября 2012 в 19:46 +1
Спасибо, добра, тепла! podargo rose
Ольга Постникова # 14 декабря 2012 в 13:36 0
После небольшого перерыва с особым удовольствием возвращаюсь в Ваш госпиталь, Таня! 38
Татьяна Стафеева # 17 декабря 2012 в 11:40 +1
Спасибо, Оля, с большой благодарностью читаю Ваши отзывы! Рада Вам, хорошего дня!
rezat
Елена Нацаренус # 23 июня 2013 в 18:56 +1
Интересно! Начинает усложняться жизнь Наталь... потерялся Базя... я уже соскучилась по нём!
Татьяна Стафеева # 24 июня 2013 в 10:27 +1
Леночка, спасибо большое, Ваша симпатия к Базе трогает до глубины души,
он очень мне дорог! Успеха во всем, с искренней симпатией!
Владимир Проскуров # 19 июля 2013 в 23:22 0
Мы прах и тень, а вера – вечность,
В ней главный козырь – человечность …
Татьяна Стафеева # 21 июля 2013 в 12:55 0
Владимир, хорошо сказано!
Спасибо Вам за меткость, за прочтение, за доброжелательность!
с большим уважением!

buket1