ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФантастика → Ч.2. Гл.6. Невольничий корабль

 

Ч.2. Гл.6. Невольничий корабль

4 сентября 2014 - Елена Силкина
article237023.jpg
фото из интернета
музыка - Irish Stew of Sindidun - Puzzle of Life

                                                 1.

     Внезапно распахнулась крышка люка, но в трюме не стало светлее, потому что снаружи была ночь.
     Что-то сбросили сверху.
     Крышка люка тут же захлопнулась, лязгнул замок.
     -А-а-а!!! Проклятье! На меня ледяной мужик упал! Ещё и мокрый!
     -Может, баба?
     -Бабы не бывают такие тяжёлые и мускулистые!
     -Да ну? На Стэнтъю глянь!
     -Я бы глянул, да тут темно, хоть глаз выколи! И не только бы глянул, если бы не её характер…
     -Вы чего разорались? – хрипло рявкнула Стэнтъя спросонья. 
     Ей объяснили. Она тут же подобралась поближе, обследовала подарок с палубы. Мужчина был привлекателен на ощупь, крупный, молодой и сильный. Он не шевелился, лежал недвижно, словно мёртвый. Кожа у него была мокрая и ледяная, дыхание – совсем слабое, пульс почти не прощупывался. Стэнтъя быстро переползла в другую сторону и наградила кого-то мощным тычком.
      -Веют, проснись! Быстро вставай, тут человек умирает!
     -И что мы можем сделать? У нас ничего нет, - басовито заворчал, неохотно просыпаясь, Веют.
      Стэнтъя растолкала других спящих, освобождая место, и скомандовала:
     -Ползи сюда, к стенке, где повыше и посуше! Бери его на колени, прислони к себе спиной и грей!.. Растирать нельзя, ты убьёшь его!
      -А что можно?
    -А что можно, то сделаю я. Я знаю, что нужно, так спасали совсем безнадёжных после слишком долгого плавания в ледяной воде... Повернись вместе с ним на правый бок,  чтобы я могла греть спереди, но не мешать дышать, вот так, а дальше я всё сама сделаю... 
     Женщина сбросила с себя рваные остатки некогда хорошего платья и осторожно прижалась всем своим обнажённым телом к телу незнакомца, которого и раздевать не пришлось, поскольку он был совершенно голый. Содрогнулась от ощущения ледяной мокрой кожи, но не отстранилась. Немного выждала и принялась ласкать его, осторожно и умело.
     Она удивилась, обнаружив некую особенность, а потом обрадовалась. Похоже, этот человек принадлежал к тайному воинскому сообществу, которое, по слухам, обреталось где-то в южных горах. Такой приятель в будущем мог пригодиться. 
     Её усилия были вознаграждены довольно быстро. Тело спасённого начало стремительно согреваться, сердце забилось сильнее, дыхание стало глубже. Он резко вздохнул и застонал. Это был стон не боли, но удовольствия. Мужчина пришёл в себя и попытался на ощупь разобраться в том, что происходит.
   -Тише! Не двигайся, тебе нельзя двигаться, я сама всё сделаю. Что тебе больше всего нравится?
     -Всё, что ты делаешь... Продолжай...
     Она продолжала – по-прежнему соблюдая осторожность, помня о том, что он только что буквально вернулся с того света. Тело мужчины согревалось всё сильнее и вскоре запылало таким жаром, что поначалу Стэнтъя заподозрила простуду, но потом поняла, что это был другой жар. Он окутал её и словно пронизал всю насквозь, неожиданно принеся наслаждение.
     Профессия накладывает свой отпечаток. Стэнтъя была проституткой. Через её постель прошло столько мужчин, что она давно перестала испытывать какие-либо приятные ощущения и только умело симулировала. Но сейчас произошло нечто особенное. 
  Женщина удивлённо и радостно вздохнула и сладко застонала, вторя спасённому ею мужчине.
     -Вот демоны! Давно бы в ледяной воде поплавал, если бы знал... - раздалось из дальнего угла.
    -Не каркай, а то накличешь! Если ты дурак, то тебе и плавание не поможет...
     -Ах, ты, мой сладкий! Ты откуда взялся такой?
     -Уплыл с острова... Там пожар был, нападение, всех убили... Где я?
     -В трюме корабля. Корабль пиратский, а для нас — невольничий... Как тебя зовут?
     -Хетном.
     -Ладно, пускай ты не хочешь говорить имя...
     -Я просто его не помню. Я ничего не помню.
     -...Но мне же надо тебя как-то называть...
     Она снова не удержалась от стона.
    -Какой же ты... Сладкий-пресладкий, прямо как медовый хмель. И с ног так же неожиданно  валишь... Лалга ты, вот ты кто! 
     Мужчина засмеялся в темноте и не возразил. Низкий чистый голос и смех у него были очень красивые...

                                                    2.

       -Не могу, она воняет...
     -Другой нет. Я ради тебя процедила её через своё платье. Тебе надо пить. Или погоди-ка, сначала я согрею её – во рту. Больше, чем есть, вода вонять не будет – у меня хорошие зубы.
     Одной рукой Стэнтъя держала плошку, другая рука рассеянно блуждала по груди мужчины. Его атласная кожа и безумно отзывчивое тело восхищали женщину. 
     -Знаю.
     -Ну, разумеется, ты же их все языком ощупал.
     -Сама показала мне, как можно целоваться.
  Лалга улыбнулся в темноте и тут же стиснул зубы, сдерживая стоны наслаждения. Замечания из дальних углов ему не понравились.
     Но тут последовали возмущённые реплики у него из-под спины:
     -Долго я буду служить тюфяком для этого жеребца? Между прочим, я тоже хочу! И право имею – я помог тебе, как ты требовала!
   -Всё получишь в своё время, Веют, - огрызнулась Стэнтъя, впрочем, беззлобно. – Жаль, еды нет никакой. Тебе, Лалга, надо бы срочно поесть…
     Женщина перехватила чью-то руку, которая ткнулась ей в плечо. Человек вскрикнул.
       -Квишонок, ты, что ли?
   Рядом зашипели то ли от боли, то ли призывая к тишине. Стэнтъя ослабила хватку, и ей в пальцы вложили влажный крошащийся кусочек. Она обнюхала его, лизнула и положила в рот Лалге. Он с отвращением проглотил — почти не жуя, чтобы не стошнило. Кусок сухаря вонял не меньше воды.
     Про пленников, похоже, просто забыли — больше, чем на сутки, судя по ощущениям. Только Стэнтъя подумала об этом, как крышка люка распахнулась, и в столбе вечернего света корзина на верёвке поползла вниз. Люди молча бросились к ней, отталкивая друг друга. Завязалась драка. 
     -Лежи, тебе нужен покой, я добуду еду. - Стэнтъя платьем укрыла Лалгу, поскольку Веют вывернулся из-под него, и ринулась в гущу свалки.
     Кто-то, габаритами схожий с Веютом, тут же обратил на это внимание.
     -Ух ты, я вижу лакомство! Гляди-ка, даже без фантика, наготове!
     -А я тебе помогу, а то ты один не совладаешь, как в прошлый раз. 
     Двое рослых мужчин схватили женщину, к ним, ухмыляясь, присоединился торопливо жующий Веют. Как ни была она крупна и сильна, с троими ей было не справиться. Лалга увидел это и  прыгнул. Он попытался оторвать руки одного из громил от Стэнтъи, получил в ухо от Веюта, отлетел на пару шагов, но немедля подскочил обратно.
     -Я-то думал, как тебя отблагодарить. А вот как... - и Лалга вернул Веюту такой же удар. 
   Второй громила оставил женщину и скрутил его, но Лалга легко вывернулся, а потом нечаянно подставил удачную подножку.
     Стэнтъя ударила головой в челюсть того, кто её держал, отвесила тумака второму, пнула в голень третьего. Плохо дело, подумала она, видя, что Лалга только зеркалит чужие удары. Как драться, он тоже забыл.
     -Нападай! - крикнула она. - Но не калечь! Иначе тебя накажут за порчу чужого имущества!
     -Чужого имущества?! - удивился Лалга. И чуть не пропустил удар.
    Хлюпала вода под ногами, шумно дышали нападающие, которые на время забыли про женщину и занялись её заступником. Его выручало то, что он видел лучше всех при слабом освещении. И к тому же к нему невозможно было подкрасться со спины, у него словно дополнительные глаза росли на затылке.
     Один из нападавших отвлёк на себя внимание Лалги, а двое других сбили его с ног и навалились сверху. Он вспомнил про своё природное оружие и нанёс удар раскрытой ладонью. Рослый мужчина в ужасе взвизгнул по-бабьи, получив рваную рану.
     -У него — когти!!! Это — не человек! Демон!!!
     Тут повскакали все, кто мог ещё стоять на ногах, и начали молча окружать дерущихся.
     Лохматый мальчик-подросток, одетый в отрепья, отбежал от корзины, к которой пролез, пользуясь тем, что все отвлеклись. Он протиснулся к Стэнтъе и с решительным видом встал рядом, держа наготове оружие — маленький ножик вроде перочинного.
     -Квишонок, не лезь во взрослые разборки! - рявкнула женщина, отталкивая его. - Головы лишишься! 
     -В чём-то ушлый, а в чём-то тупой, Квишонок и есть, - буркнул кто-то.
     В отверстие люка обрушился ледяной водопад.
     -Эй, скот! А ну смирно! Кто рыпнется, получит болт в черепушку! Вылазь наверх! По одному! Все!     
     Им спустили верёвочную лестницу.
     Лалга прижался к стене, опасаясь нападения со спины.
     -Ты, который с когтями, лезь первым! Быстро, а то выстрелю!
   Тогда он стремительно пробежал расстояние до лестницы, прыгнул, повис сразу на верхней ступеньке и одним рывком выбрался наружу.

                                               3.

     Снаружи был ледяной ветер, но, в отличие от непереносимо вонючего трюма, тут можно было дышать. Мрачный желтоватый свет заката заливал палубу, хлопали сворачиваемые паруса, корабль приближался к скалистому берегу.
     Под прицелом больших игломётов всех пленников выстроили в линию. Вдоль неё неторопливо, оглядывая трясущихся от холода полуголых людей, пошёл небольшого роста коренастый мужчина с тяжёлым и властным взглядом. За ним важно вышагивал обычный мелкий домашний кот. Лицо у мужчины заросло чёрной бородой по самые глаза. По его указанию двоих громил, напавших на Стэнтъю, а также Веюта отогнали в сторону.
     Бородач остановился перед Лалгой и долго разглядывал его. Лалга, единственный из всех пленников, не трясся от холода и стоял, гордо расправив плечи. Он спокойно выдержал этот взгляд. Кот остановился тоже, а потом подошёл вплотную, тщательно и неторопливо обнюхал голые ноги Лалги, неожиданно мурлыкнул и потёрся о них усатой мордочкой.
     -А у тебя и вправду когти. Ты откуда? Из-за моря?
     -Не знаю. Я ничего не помню, наверно, получил удар по голове.
     -Хочешь быть в команде корабля? Нам нужны бойцы.
     Стэнтъя, которая сумела встать рядом с Лалгой, дёрнула его за руку и поспешно сказала:
     -Разумеется, хочет. И вон тот мальчишка хочет, он крепкий, он может быть юнгой, - она показала на Квишонка.
     Лалга промолчал, блеснув глазами. Их двоих тоже отогнали в сторону, в компанию к громилам и Веюту. Чернобородый капитан пошёл дальше.
     -И я тоже хочу.
     Мужчины дружно заржали – и пираты, и их пленники – все, кроме капитана и Лалги. Бородач обернулся и внимательно взглянул на неё.
     -Я умею обращаться с топором, игломётом, метательными ножами и ружьём.
     Он оглядел её с головы до ног, оценил рослую и статную фигуру с тренированными мышцами, едва прикрытую грязными остатками дорогого платья, отметил решительный взгляд, кивнул и сделал знак. Она сама подошла к группе будущих пиратов. Протестующий ропот команды маленький бородач подавил одним тяжёлым взглядом.  
     Остальных пленников погрузили в шлюпки, отвезли на берег и продали в северный посёлок. Нескольких человек, которые не выдержали пути в трюме и умерли, бросили за борт в море.
     Корабль поплыл дальше, а когда свет заката начал меркнуть, завернул в  узкую и глубокую бухту небольшого острова. Пираты выбрались на берег, разожгли костры, так, чтобы пламя и дым были не видны с моря, и принялись готовить еду. На острове неожиданно обнаружились склады топлива и продовольствия, предназначенные для королевских кораблей…

                                                4.

     Больше, чем на ночь, на острове задерживаться было нельзя,  чтобы не быть застигнутыми охотниками на пиратов. Припасов обнаружилось столько, что их не представлялось возможным забрать все, а оставлять было жалко. Капитан Виркапо объявил празднество Водяного Змея с посвящением в члены морского братства и пиршеством. Пираты  тут же простили ему взятие в команду и демона, и женщины, тем более что хорошо укрытые склады нашёл именно Лалга…
     -Зачем ты захотела, чтобы я согласился? Я не буду помогать тем, кто превращает людей в имущество!
     -Заткнись, Лалга, не мели ерунду, - буркнула Стэнтъя, уплетая солидную порцию жареного мяса. Но, увидев, как он блеснул глазами, немедля сменила тон.
     -Никто не заставляет тебя помогать прямо сейчас, если ты такой добренький. Просто скажи «да», чтоб не пойти на корм рыбам и не быть проданным в рабство. Впрочем, я за тебя это уже сказала, а там видно будет, когда удастся сбежать. Хотя, куда мы после этого пойдём...
     Квишонок жевал лепёшку с мясом, сидя с ними рядом и украдкой косясь на обоих. Стэнтъя и Лалга уже не разглядывали друг друга, им хватило беглого взгляда на палубе, сразу, как только они оказались рядом. 
     Очень странный мужчина, подумала тогда эрминка. Облик дикого хищника – когти, зрачки вертикальные, уши острые, по-звериному высоко посаженные, даром что кожа безволосая. А взгляд человеческий – глубокий и спокойный, светящийся разумом… Жаль, не расскажет ничего... А хорош-то как, при свете дня это понятно ещё лучше, чем во тьме на ощупь…
     Женщина была ростом почти с Лалгу, крепко и грубовато, но пропорционально сложена, с широкоскулым лицом, прямым, несколько вздёрнутым носом, крупным улыбчивым ртом и узкими светлыми глазами, которые постоянно хранили слегка лукавое выражение…
     Доев мясо, Стэнтъя отправилась бродить по лагерю. Лалга пошёл за ней по пятам. Дозорные отогнали их от скал и от берега со шлюпками…
     -Побойся морских богов! Сначала ты взял на борт кота, который принёс несчастье уже двум кораблям, потом – демона, и наконец – бабу! Ты не знал, что это демонское животное прозвали Непотопляемым?
     -Я увидел, что дураки в порту бросили неповинное существо подыхать с голоду. Я и сам – Непотопляемый. Ты не знал, что меня тоже так прозвали? Если бы не рекомендации, я бы тебя не взял, ты сам хуже бабы со своими суевериями, Мажулин…
     Стэнтъя подсела к костру, возле которого ругались капитан и его помощник, принялась непринуждённо разговаривать, посоветовала приправы для копчения мяса. Лалга остановился поодаль и наблюдал. На него оглянулись и засмеялись, припомнив, как двумя пальцами взял он предложенную ему тёплую одежду и сморщил нос при виде свалявшегося клоками, чёрного от грязи меха. Он улыбнулся, и люди вздрогнули. 
     -Пусть он вот так же улыбнётся во время абордажа, и тогда нам сразу без боя отдадут всё, что хочешь, - натянуто пошутил кто-то.
     -Размечтался! Корабли конвоя или торговый караван одной клыкастой улыбкой не напугаешь. Проклятый полу-кайо…
     Пираты ругались на Моору Тан-Киримэ, который недавно получил титул Унтандъена, Великого Герцога, и своими нововведениями успел заслужить ненависть многих. В частности, он заставил возвести капитальные укрепления в береговых населённых пунктах, выделил целую флотилию для обнаружения и преследования пиратских кораблей…
     Стэнтъя изложила свой план, как, имея в распоряжении только одно небольшое судно, сорвать хороший куш. 
     Капитан Виркапо слушал внимательно. Пираты бродили вокруг, презрительно посмеивались, но громко ворчать опасались. Кот капитана, восседавший рядом в ожидании очередного вкусного кусочка из рук человека, казалось, тоже сосредоточенно слушал. 
     Лалга задумчиво осматривался. Здесь снова был остров, окружённый ледяной водой...

                                           5.

     Из двух котлов, взятых на складе, сделали купели для посвящения: одну, традиционную, с морской водой, а вторую – с вином. С хохотом  и прибаутками разбили бочки, половину их содержимого разлив на землю.    
     Каждый новоявленный пират должен был поклясться, положив руку на статуэтку Морского Змея, что собирается отныне добывать себе хлеб насущный при помощи оружия, биться до последней капли крови и подчиняться пиратским законам.  
     Стэнтъя снова дёрнула своего демона за руку.
     -Повтори клятву. Я научу тебя, как в случае чего освободиться от неё…
     Затем по очереди окунулись в морскую воду и вино. 
     -Лалга, сейчас же вылезай! Морская соль разъест кожу! К тому же это посвящение, а не помывка, и ты тут не один! – зычный голос капитана звучал сурово, но взгляд был весёлым… 
     Приступили к еде и питью, потом принялись дурачиться, гоняясь друг за другом.
     Лалга иногда позволял себя догнать, в ходе шутливой возни обучаясь приёмам драки, которые ему охотно показывали, а когда хотел отдохнуть, то забирался на такую скалу, куда за ним никто не мог последовать. Он хохотал, прыгал через костёр, плясал вместе со всеми, и вскоре люди перестали замечать, что  улыбка у него не только сияющая, но и клыкастая... 
     Капитан не принимал участия во всеобщем веселье, сидел у костра и что-то писал в дневнике. Рядом расположилась Стэнтъя и с любопытством заглядывала ему через плечо.
     Лалга подскочил к костру и шутливо зарычал. Он ожидал, что она побежит от него, но она осталась сидеть на месте и только усмехнулась. Тогда он осалил её и побежал сам, она с улыбкой бросилась догонять.
     Он бежал и смеялся, она бежала молча, лукаво блестя глазами.
     Они оказались за скалой и принялись в шутку бороться. Он быстро поддался, позволив опрокинуть себя на землю и оседлать. Опьяневший от страсти и вина, он не сразу заметил, что их окружили и наблюдают с весёлым интересом.
    Он вскочил, сбросив с себя женщину, и полез на обрыв, потянув её за собой.
     -Я туда не заберусь!
     -Заберёшься. Я помогу.
     Он взял её за талию, легко забросил на первый уступ и сам молниеносно вскарабкался следом…
     Наверху был вольный ветер, который уже не казался холодным, быстро несущиеся облака, порой приоткрывающие звёздное небо, необозримая тёмная морская гладь во все стороны. И иллюзия свободы… 
     В паузах они разговаривали. Удивляясь сама себе, она поведала ему то, что не рассказывала почти никому.
     Родители продали старшую дочь в бордель, чтобы прокормить младших детей. Вначале она была просто служанкой. Она подслушивала, подсматривала, расспрашивала, затем выучилась читать и старательно копила знания и самые разнообразные навыки. Слишком рослая, грубо сложенная и некрасивая девушка мужчин поначалу не привлекала… 
     Потом они спустились обратно и вернулись к своему костру.
     Возле костра рядом с Квишонком ожидал Веют.
     -Должок, - напомнил он со скабрёзной ухмылкой.
     Стэнтъя согласно кивнула, но Лалга загородил им дорогу. Он сжал руки в кулаки и ждал, стоя безмолвно и недвижно, словно скала. Веют не спешил начинать драку, глядя на обоих.
     -Лалга, я вернусь к тебе сегодня. Это в самом деле просто дружеский должок. Пропусти нас, - уверенно, с милой улыбкой проговорила Стэнтъя. Она уже давно просекла, что этот человек или демон женщин ни к чему не принуждает.
     У него сделался такой взгляд, словно родная мать внезапно ударила его под дых. Он разжал кулаки и молча отступил в сторону. 
     -Ладно, погоди. Жди меня там, я его быстренько умотаю и приду к тебе, - шепнула Стэнтъя Веюту и подошла к своему демону.
     Веют, понятливо ухмыльнувшись, удалился в чахлые заросли. Он тщетно прождал там весь остаток ночи…
     
                                            6.

     Корабль шёл на юг, и это очень устраивало Лалгу. 
     Небо оставалось ясным, ветер – попутным. Небольшая осадка и усиленная парусность позволяли пиратскому кораблю легко избегать вооружённые караваны и уходить от  охотников.
     Лалга целыми днями торчал в корзине наблюдателя на вершине мачты, как самый зоркий. Виркапо сказал ему, что если он хочет сохранить в живых свою бабу и мальца, то будет смотреть очень внимательно. Лалга смолчал, но угрозу запомнил. 
     Капитан восхищался своим новым марсовым – не ведающим страха, нечеловечески ловким, молниеносно запоминающим названия многочисленных деталей оснастки «Морской принцессы»...
     Припасы заканчивались, добычи не было, поскольку одиночные торговые суда не попадались, люди стали нервными, да ещё к единственной женщине на борту никто не рисковал подкатываться, опасаясь демона, который хоть и не умел как следует драться, но зато обладал бесстрашием, хладнокровием, могучими мышцами и когтями.
     Капитан решил провести разведку на суше.
     С последними лучами заката заплыли в малозаметную бухту на изрядном расстоянии от порта, бросили якорь, погрузились в шлюпки и отправились на берег. На борту остались дежурные и Квишонок.
     На берегу пиратам попался крестьянин на телеге с запряжённой в неё армакой, который при виде вооружённой группы людей сбежал, бросив своё имущество. Пираты с весёлым гомоном загрузились в телегу и приготовились ехать в портовый город.
     Капитан в телеге передвигаться не пожелал. В подзорную трубу он высмотрел в горах пасущийся табун армак, который принадлежал жителям посёлка Коанчога. Кучка каменно-глиняных хижин приютилась на высоком плече горы, укреплений вокруг неё не было. 
     Лалга весь подобрался, ожидая распоряжений. Перед его мысленным взором промелькнули картины. Вот пираты нападают на посёлок, убивают защитников-мужчин, уводят в рабство женщин и детей, бросают погибать на пепелище стариков. Его, Лалгу, заставят сражаться, он откажется, кроме того, пропустит в горы группу беглецов. И тогда ему придётся драться одному против всех пиратов, которые набросятся на него за предательство. Он положит большую часть команды, а затем кто-нибудь подкрадётся со спины… 
     В посёлке нет ценного имущества, а работорговлю Виркапо никогда не делал основной статьёй дохода, как большинство пиратских капитанов. Они возьмут только несколько верховых животных, чтобы за ночь обернуться в город и обратно, а затем возвратят их.
     Услышав это объяснение, Лалга облегчённо вздохнул. Веют отвернулся, скрывая ухмылку. Пиратский капитан, который оправдывается…
     Они забрались в горы по еле заметной тропинке, которую почти в полной темноте высмотрел Лалга, и принялись выбирать животных. Со свистом и гиканьем пираты гонялись за армаками, распугав большую часть табуна, который разбежался по горам.
     Пастух, молодой парень, одетый в рубашку, штаны и меховую жилетку, со смешной кожаной подушкой-сидушкой, привязанной к пояснице, при виде разбойников моментально вскарабкался на скалы.
     -Лалга, достань его оттуда, нам нужны ещё марсовые, - распорядился Мажулин.
     Пастух принялся кричать им сверху, умоляя не забирать его. У его малолетней сестры, кроме него, никого нет, и, если он пропадёт, жрец выгонит девчонку из посёлка за то, что она видит странные сны.
     Лалга помрачнел и не двинулся с места.
     -Оставь, - велел Виркапо своему помощнику. – Нам не нужен соратник, который, словно волк, будет смотреть в лес либо сломается и в один не прекрасный момент подведёт всех. 
     Мажулин скорчил недовольную рожу, но послушался. 
     Взяли выбранных армак и вернулись на дорогу. Верхом поехали Виркапо, Веют, Лалга и Стэнтъя. Мажулин пометался между телегой и армакой – получать по дороге тычки и подколки ему не хотелось, крупных животных он побаивался – и всё-таки поехал верхом.
     Без седла и стремян было не очень удобно, но Лалга держался на спине армаки цепко и уверенно. Он поёрзал немного, оттянул от горла ворот куртки. Одежда из грубой, выбеленной солнцем парусины раздражала кожу. 
     Обрыв справа, скалистый склон слева, звёздное небо над головой, свежий ветер в лицо, движущиеся под коленями тёплые мускулистые бока армаки, её ритмичный покачивающийся ход… Лалга светил глазами в темноте, оглядываясь по сторонам. Ночная дорога была хороша. 

                                                7.

     Улицы портового города Кулюм провоняли рыбой, морской солью, смолой, пряностями, дерьмом и гнилью.
     Лалга постарался дышать неглубоко и старательно надвинул капюшон шаперона, чтобы не было видно отросших двухцветных волос, которые изумляли окружающих (ух ты, сразу блондин и брюнет!), и вертикальных зрачков.
     В харчевне «Седло армаки» было на удивление малолюдно.
     -Не вижу ни одного осведомителя, - проворчал себе под нос капитан Виркапо, устраиваясь за столом. Матросов, ищущих возможности наняться на судно, также не наблюдалось. Виркапо предпочитал не ловить кого попало по тёмным переулкам, а вербовать людей лично, но ему, с его непредставительной внешностью, делать это было сложнее, чем другим капитанам.
     Он отправил кухонного мальчишку с запиской, заказал еду – мясное блюдо под названием «седло армаки» – и немного выпивки, и стал ждать.
     Посыльный вскоре вернулся, вместе с ним прибыл высокий, гладко выбритый блондин лет тридцати, одетый неброско и дорого. Капитан и блондин поднялись наверх, чтобы поговорить без свидетелей в одной из комнат. Лалге и Веюту велели охранять дверь, Стэнтъя присоединилась к ним.
     Из-за двери слышались голоса.
     -Я тебе в последний раз помогаю. Лучше бы ты занялся научными изысканиями. Ты вполне можешь изменить свою жизнь, ты же моложе меня! 
     -На какие шиши я займусь наукой, младший, ненаследный? 
     -В Королевском географическом обществе будут рады опубликовать твой путевой дневник, только главы про демона изыми, всё равно цензоры не пропустят… Итак, послезавтра торговое судно с ценным грузом пойдёт…
     Внезапно на первом этаже кто-то ворвался в харчевню с воплем:
     -Рагарра! Облава!
     Возникла суета, люди бросились через кухню и чёрный ход в соседний переулок, стали прыгать в окна. Зазвенело оружие, послышались выстрелы.
     Виркапо, Веют, Стэнтъя, Лалга и прибежавший к ним с вытаращенными глазами Мажулин выбрались через окно на крышу соседнего здания.
     Высокий молодой блондин, Дайкон Эдъят, спокойно остался в комнате. Заместителя начальника Управления морских сообщений никто не заподозрит в чём-либо незаконном…
     Они бежали по крышам примыкавших друг к другу складов, по ним палили из ружей и игломётов.
     -Где наша презумпция невиновности? – ворчал капитан, стреляя себе за спину.
     Мажулин начал отставать, задыхаясь.
     -И зачем ты в пираты пошёл, если бегать не умеешь?! – Виркапо вернулся, ухватил его за плечо и потащил за собой.
     Крыши закончились, беглецы спустились в переулок. Погоня отстала. Они огляделись и дружно вздохнули.
     -Мой парадный камзол пал смертью храбрых, - проворчал маленький бородач, разглядывая порванные кружевные манжеты. 
     И тут от ближайшей неосвещённой стены отделилась тень. Свистящий, как горная свирель, голос без узнаваемого тембра пронизал тишину.
     -Дивальду Амарэк, он же – Виркапо Непотопляемый! 
     Виркапо еле заметно дрогнул.
     -Во имя королевы и закона, ты мертвец!
     Виркапо нажал на спусковой крючок игломёта и понял, что не успевает. Тень двигалась гораздо быстрее, чем мог уловить обычный, хоть и тренированный человеческий глаз. Метательные пластинки блеснули металлом в свете лун, но срезали лишь ниспадающие перья со шляпы – Лалга оттолкнул капитана, рухнул вместе с ним наземь. И тут же прыгнул – собравшись в комок, прямо с четверенек. Демон передвигался ничуть не медленнее воина-шпиона с южных гор.
     Лалга поймал лишь холодный воздух, тень необычным движением увернулась и оказалась у него за спиной. Виркапо бросился к ним с саблей, Веют – с дубинкой, Стэнтъя – с ножами. Тень швырнула им в лица плащ и исчезла. Капитан подобрал этот плащ. На нём виднелась нашивка с эмблемой, изображающей черепаху с мечом и в шлеме.
     -Оч-чень странный нирваджа – мало того, что позёр, так ещё и на королевской службе…
     К бухте добрались только в полдень следующего дня, поскольку шли пешком. «Морская принцесса» мирно покачивалась на мелких волнах.
     Спаслось немногим более половины пиратской команды – те, кто до облавы не успел накачаться спиртным или сумел быстро оторваться от женщины.    

                                                8.

     На торговом пути маячило брошенное судно. На голых мачтах болтался только один рваный парус, экипажа не было видно. 
     Лалга потёр воспалённые от света солнца и блеска воды глаза и осторожно выглянул из корзины наблюдателя. Утренняя дымка щадила зрение, но уменьшала видимость. Силуэт одинокого корабля возник вдалеке. Корабль изменил курс и направился в сторону брошенной с виду «Морской принцессы». Лалга издал условленный клич. Внизу на палубе притаившиеся под тюками, кусками парусины и шлюпками пираты приготовились.
     Корабль приблизился, и Лалга увидел, что это не широкобокая торговая фулакка, а вытянутый, похожий на хищную стремительную рыбу сторожевой асилорн.
     -Рагарра! Это охотник!
     Асилорн быстро подошёл вплотную, абордажный мостик обрушился на палубу «Морской принцессы» и своим грузилом проломил её. Солдаты побежали по мостику на пиратский корабль, высматривая возможную причину, по которой он был покинут. 
     Засада превратилась в ловушку, но капитан Виркапо не считал, что всё потеряно.
     -Победа или смерть! – взревел он, выскакивая с саблей наголо из укрытия. Вслед за ним повыскакивали остальные и набросились с оружием на солдат. Те не растерялись, но сражались не так отчаянно, как пираты. Капитан асилорна, стоя на палубе у фальшборта, закричал что-то подбадривающее, посулил награду тем, кто особо отличится, а затем обратился к пиратам:
     -Сдавайтесь! Королева обещает вам жизнь и возможность поступить на службу!
     Лалга выпрямился во весь рост в корзине наблюдателя и посмотрел вниз. Драка – это весело, если просто мериться силой. Но неужели нельзя не доводить вот до такого? Какой смысл в кровавом побоище, которое происходило в Кулюме? Какой смысл в кровавом побоище, которое происходит здесь? Он ощущал глубокое отвращение и колебался.
     Виркапо заметил его на мачте.
     -Лалга!!! Не верь посулам, это ложь! Всех, кто сдастся, казнят! Дерись, зараза! Забыл законы? Трусам – смерть!
     Солдат было раз в пять больше, и они медленно, но верно теснили пиратов. 
     -Мажулин!!! – взревел Виркапо. – Где ты, твою мать?! Убей этого горлопана! Кто-нибудь, застрелите их начальника!
     Мажулин трясущимися руками навёл ствол большого игломёта, но какой-то солдат заслонил командира собой. Стэнтъя оттолкнула Мажулина от орудия, прицелилась и выстрелила. Капитан асилорна упал.
     Ревели боевые трубы, орали люди, гремели выстрелы, и весь этот шум перекрывал истошный мяв – запертый в каюте «Морской принцессы» кот рвался на защиту своего друга.
     Виркапо схватил за шиворот Квишонка, который прятался с ручным игломётом за поднятой крышкой люка, и швырнул в гущу боя. Какой-то солдат, не разбирая, кто перед ним, замахнулся саблей.
     С воплем ярости Лалга слетел с мачты и упал на головы солдатам, как настоящий демон. Несколько неуловимых движений – и вокруг него образовалось пустое пространство. Он ринулся вперёд, всё время перемещаясь с места на место, не оставляя у себя за спиной никого живого, пользуясь любым оружием, а то и просто когтями.
     Ситуация переломилась в пользу пиратов, и вскоре бой переместился на палубу охотника. Оставшиеся в живых солдаты сдались на милость противника, а всех, кто не сдался, побросали за борт. В большинстве своём люди совсем не умели плавать, поэтому потонули сразу.
     Повреждённую в бою «Морскую принцессу» подожгли и перебрались на корабль-охотник.
     В каюту капитана асилорна Виркапо попал первым, приметил шкатулку, быстро вскрыл её и спрятал за пазухой маленький мешочек. Возвратившись на палубу, он нашёл Лалгу и похлопал его по плечу.
     -Молодец! Так держать в следующий раз! Я должен был бы лишить тебя награды за то, что ты ослушался, но, поскольку наша взяла в основном благодаря тебе, то ты получишь самую большую долю.
     Лалга спокойно посмотрел на него и промолчал. Виркапо понял, что этот человек или демон гораздо старше, нежели выглядит. И он никогда никому не подчиняется… 

                                               9.

     «Купца» преследовали до самой темноты, но так и не догнали, поскольку торговый корабль тоже был асилорном.
     С наступлением темноты попали в штиль и туман. Пришлось выдвинуть вёсла и сесть на них всем, кроме капитана, Лалги, Квишонка и Стэнтъи. Лалга снова торчал в «вороньем гнезде» на вершине мачты, высматривая бухту для ночлега.
     -Маяк!
     -Поворачиваем к берегу! – радостно заорал Мажулин, отнимая от губ флейту, из которой извлекал немелодичные звуки, задавая ритм гребцам. 
     -Это ложный маяк! Это ловушка! – Виркапо легко перекричал своего помощника.
     -Какая ещё ловушка?! Там – бухта!
     -Нет там никакой бухты! И никогда не было! Лоции внимательнее читать надо! Смотрите, огонь слишком низко!
     -Значит, это плавучий маяк! А если даже там засада, мы просто вынесем всех, захватим припасы и переночуем, как господа!
     Мажулину очень понравилось просто бежать по пятам за сражающимся демоном и подбирать добычу, не прилагая к тому особых усилий.
     Капитан на пиратском корабле – должность выборная. И переизбрать могут в любой момент. Виркапо оглядел обозлённые лица готовых к бунту пиратов и не стал даже пытаться переломить ситуацию в свою пользу. 
     -Набрал на безрыбье салаг на свою голову, - проворчал он и ушёл на полуют.
     Мажулин ощутил счастье и глубокое удовлетворение. И продолжил командовать.
     -Лалга! Спускайся и приготовь своё оружие!
     Лалга с удивлением посмотрел вслед капитану, пожал плечами и полез вниз.
     Раздался сильный удар и громкий треск. «Морская принцесса» налетела на подводные скалы и начала быстро тонуть. Большая часть команды оказалась в воде. Беспомощный корабль окружили лодки с вооружёнными людьми.
     Лалга не нашёл на палубе ни Стэнтъи, ни Квишонка. Тогда он прыгнул в воду и проплыл под лодками нападающих. Его заметили, пытались догнать, окружить, поймать, но тщетно, он передвигался в воде, точно сорк, и благополучно достиг берега. 
     Береговые пираты вылавливали тонущих морских пиратов, связывали по рукам и ногам и укладывали на дно лодок.
     Виркапо заперся в своей каюте и надел толстый спасательный жилет. Высоко на спине, почти на голове у капитана в кармашке был привязан кот, на груди – второй непромокаемый кармашек содержал путевой дневник и маленький мешочек с драгоценными камнями. Когда нападающие взобрались на борт наполовину затонувшего пиратского корабля, Виркапо открыл окно каюты, спустил трос, беззвучно соскользнул по нему за борт и поплыл к берегу. Веют заметил его манёвры и последовал тем же путём…
     Маяк оказался большим факелом, воткнутым в плавающую у берега тушу дохлой армаки.
     Двое Непотопляемых благополучно выбрались на берег.
     Четвёртый корабль потерян… Может, высшие силы хотят, чтобы кое-кто занялся чем-то другим? Виркапо вздохнул, завёл руку за голову, погладил кота, который вёл себя на удивление смирно, и полез на скалы. Ему предстояла долгая дорога обратно в Кулюм…

                                               10.

     Высоко на скалах виднелась крепость, которая снизу, с узкой полосы пляжа казалась совсем маленькой. Двое, укрывшись среди камней, смотрели на неё. Точнее, смотрел Лалга,а Веют просто сидел рядом.
     -Не полезешь же ты туда? Да ещё  прямо сейчас?
     -Именно что полезу. Прямо сейчас. Я всё отлично вижу, и меня не ждут.
     -Особенно с той стороны, где ты собрался лезть… - пробормотал эрмин. У него хватило ума не отговаривать демона от глупой и смертельно опасной затеи. Но смотрел он с откровенным сожалением.
     -Я с тобой не пойду. В цирке я был борцом, а не акробатом.
     -А я и не прошу тебя об этом. Это – моё дело…
     Он поднимался по отвесному обрыву почти пол-ночи, со всей возможной осторожностью, высматривая удобный обратный путь в расчёте на женщину, которая не слишком хорошо умела карабкаться по скалам. 
     Во внутреннем дворе крепости бегали вооружённые люди, из подвала под главной башней доносились крики. Лалга узнал голоса. Попытаться освободить их? Чтобы снова вместе разбойничать и убивать? Он раздражённо повёл плечами и отправился дальше.
     Он благополучно проскользнул мимо стражи, обнаружил вторую, меньшую башню с одним освещённым окном на верхнем этаже, забрался туда. И угадал.
     Стэнтъя, одетая в дорогое тёплое платье, сидела на большом ложе рядом со спящим Квишонком, умытым и принаряженным в приличный костюмчик. Она вздрогнула, неожиданно увидев своего демона.
     -Как ты сюда попал? У тебя – ни лестницы, ни хотя бы верёвки, ничего! А стены неприступны! Но, видать, не для тебя…
     Лалга улыбнулся.  И замер, услышав её последующие слова.
     -Ты напрасно рисковал. Я не пойду с тобой. Я выхожу замуж.
     Он ошеломлённо смотрел, не понимая, отказываясь понимать.   
     -Прости, мой сладкий. Всем ты хорош, но… Какое у меня с тобой будущее?
     Он вцепился пристальным взглядом в её лицо, пытаясь определить, не шутит ли она. Не может же быть, чтобы она говорила всё это серьёзно?
     -Во владении у Зухара целая крепость и много земли. Мне надо устраиваться в этой жизни. Желаю тебе тоже найти своё счастье. Подвернётся случай – не упусти. Не вздумай освобождать пиратов, их хорошо стерегут, только сам попадёшься. Я знаю, ты зачем-то стремишься на юг. Внизу, в скальных пещерах есть лодки, они не охраняются, потому что добраться к ним можно только с моря. Ты отлично плаваешь и легко их найдёшь.
     Он отвернулся и стоял, глядя в окно, совершенно неподвижно, казалось, что даже не дышал. Над бескрайней морской гладью занимался рассвет.  
     Женщина одним гибким движением поднялась с кровати и сделала несколько шагов в сторону, чтобы увидеть лицо своего демона. По золотисто-смуглой щеке бежала вниз прозрачная блестящая дорожка.
     -Лалга!!! Ты с ума сошёл! Не смей плакать! Ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за неё плакать!.. Всё! Уходи сейчас же, пока сюда кто-нибудь не явился!
     Он ещё раз посмотрел на неё долгим взглядом. И быстро выбрался в окно…
    Ожидавший внизу на пляже Веют не удивился, услышав всю историю.
     -Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло. Лалга, не смей плакать! Ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за неё плакать!
     -Ты прав. Вы оба правы… - проговорил Лалга после долгого молчания. – Ты отправишься со мной или у тебя своя дорога?
     -Своя. Я больше доверяю твёрдой земле под ногами, знаешь ли.
     Лалга кивнул, не говоря больше ни слова, вскочил на ноги и побежал к воде…

                                               11.

     Он заразился от пиратов тем, что считал плавание по морю гораздо безопаснее передвижения по суше.
     Сверкали волны под солнцем, чистый, пахнущий солью ветер надувал парус и стремительно нёс вперёд судёнышко – хрупкую скорлупку посреди необозримого  водного пространства.
     В прозрачной глубине струилось и переливалось нечто - то ли подводное течение, то ли тёмное гибкое тело гигантского змея. Лалга пытался пронизать взглядом хрустальную толщу, но она не спешила открыть свои тайны. Он не боялся. Любое чудовище не страшнее, чем люди.
     Он задумчиво рассуждал вслух, обращаясь к покровителю морских бродяг.
     -Я клялся добывать себе пропитание с помощью оружия, но мне не нравится такой способ. Я не люблю убивать людей, я убиваю их только тогда, когда они на меня нападают...
     Тёмные извивы плавно удалились прочь. Или подводное течение просто ушло в сторону.
     -Впрочем, животных в пищу я ведь убиваю, а это тоже – добыча пропитания с помощью оружия…
     Лалга развеселился этому пришедшему в голову оправданию и рискованно отпустил фалы при сильном ветре. Лодка устремилась вперёд с опасной скоростью. Он летел по волнам и смеялся, по временам отплёвываясь от солёных брызг.
     Прикосновение к голове – слабое, едва уловимое, призрачное – то ли ветер, то ли капли воды – возникло внезапно. Оно было похоже на то, что его разбудило в ночь на Гердъене. И точно так же, как тогда, он отмахнулся и отгородился, тщательно приглядевшись к безоблачному небу. Никакие летучие штуки там не маячили, но он на всякий случай поспешно пристал к берегу и неохотно отправился по суше пешком – на юг.

© Copyright: Елена Силкина, 2014

Регистрационный номер №0237023

от 4 сентября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0237023 выдан для произведения:
фото из интернета
музыка - Irish Stew of Sindidun - Puzzle of Life

                                                 1.

     Внезапно распахнулась крышка люка, но в трюме не стало светлее, потому что снаружи была ночь.
     Что-то сбросили сверху.
     Крышка люка тут же захлопнулась, лязгнул замок.
     -А-а-а!!! Проклятье! На меня ледяной мужик упал! Ещё и мокрый!
     -Может, баба?
     -Бабы не бывают такие тяжёлые и мускулистые!
     -Да ну? На Стэнтъю глянь!
     -Я бы глянул, да тут темно, хоть глаз выколи! И не только бы глянул, если бы не её характер…
     -Вы чего разорались? – хрипло рявкнула Стэнтъя спросонья. 
     Ей объяснили. Она тут же подобралась поближе, обследовала подарок с палубы. Мужчина был привлекателен на ощупь, крупный, молодой и сильный. Он не шевелился, лежал недвижно, словно мёртвый. Кожа у него была мокрая и ледяная, дыхание – совсем слабое, пульс почти не прощупывался. Стэнтъя быстро переползла в другую сторону и наградила кого-то мощным тычком.
      -Веют, проснись! Быстро вставай, тут человек умирает!
     -И что мы можем сделать? У нас ничего нет, - басовито заворчал, неохотно просыпаясь, Веют.
      Стэнтъя растолкала других спящих, освобождая место, и скомандовала:
     -Ползи сюда, к стенке, где повыше и посуше! Бери его на колени, прислони к себе спиной и грей!.. Растирать нельзя, ты убьёшь его!
      -А что можно?
    -А что можно, то сделаю я. Я знаю, что нужно, так спасали совсем безнадёжных после слишком долгого плавания в ледяной воде... Повернись вместе с ним на правый бок,  чтобы я могла греть спереди, но не мешать дышать, вот так, а дальше я всё сама сделаю... 
     Женщина сбросила с себя рваные остатки некогда хорошего платья и осторожно прижалась всем своим обнажённым телом к телу незнакомца, которого и раздевать не пришлось, поскольку он был совершенно голый. Содрогнулась от ощущения ледяной мокрой кожи, но не отстранилась. Немного выждала и принялась ласкать его, осторожно и умело.
     Она удивилась, обнаружив некую особенность, а потом обрадовалась. Похоже, этот человек принадлежал к тайному воинскому сообществу, которое, по слухам, обреталось где-то в южных горах. Такой приятель в будущем мог пригодиться. 
     Её усилия были вознаграждены довольно быстро. Тело спасённого начало стремительно согреваться, сердце забилось сильнее, дыхание стало глубже. Он резко вздохнул и застонал. Это был стон не боли, но удовольствия. Мужчина пришёл в себя и попытался на ощупь разобраться в том, что происходит.
   -Тише! Не двигайся, тебе нельзя двигаться, я сама всё сделаю. Что тебе больше всего нравится?
     -Всё, что ты делаешь... Продолжай...
     Она продолжала – по-прежнему соблюдая осторожность, помня о том, что он только что буквально вернулся с того света. Тело мужчины согревалось всё сильнее и вскоре запылало таким жаром, что поначалу Стэнтъя заподозрила простуду, но потом поняла, что это был другой жар. Он окутал её и словно пронизал всю насквозь, неожиданно принеся наслаждение.
     Профессия накладывает свой отпечаток. Стэнтъя была проституткой. Через её постель прошло столько мужчин, что она давно перестала испытывать какие-либо приятные ощущения и только умело симулировала. Но сейчас произошло нечто особенное. 
  Женщина удивлённо и радостно вздохнула и сладко застонала, вторя спасённому ею мужчине.
     -Вот демоны! Давно бы в ледяной воде поплавал, если бы знал... - раздалось из дальнего угла.
    -Не каркай, а то накличешь! Если ты дурак, то тебе и плавание не поможет...
     -Ах, ты, мой сладкий! Ты откуда взялся такой?
     -Уплыл с острова... Там пожар был, нападение, всех убили... Где я?
     -В трюме корабля. Корабль пиратский, а для нас — невольничий... Как тебя зовут?
     -Хетном.
     -Ладно, пускай ты не хочешь говорить имя...
     -Я просто его не помню. Я ничего не помню.
     -...Но мне же надо тебя как-то называть...
     Она снова не удержалась от стона.
    -Какой же ты... Сладкий-пресладкий, прямо как медовый хмель. И с ног так же неожиданно  валишь... Лалга ты, вот ты кто! 
     Мужчина засмеялся в темноте и не возразил. Низкий чистый голос и смех у него были очень красивые...

                                                    2.

       -Не могу, она воняет...
     -Другой нет. Я ради тебя процедила её через своё платье. Тебе надо пить. Или погоди-ка, сначала я согрею её – во рту. Больше, чем есть, вода вонять не будет – у меня хорошие зубы.
     Одной рукой Стэнтъя держала плошку, другая рука рассеянно блуждала по груди мужчины. Его атласная кожа и безумно отзывчивое тело восхищали женщину. 
     -Знаю.
     -Ну, разумеется, ты же их все языком ощупал.
     -Сама показала мне, как можно целоваться.
  Лалга улыбнулся в темноте и тут же стиснул зубы, сдерживая стоны наслаждения. Замечания из дальних углов ему не понравились.
     Но тут последовали возмущённые реплики у него из-под спины:
     -Долго я буду служить тюфяком для этого жеребца? Между прочим, я тоже хочу! И право имею – я помог тебе, как ты требовала!
   -Всё получишь в своё время, Веют, - огрызнулась Стэнтъя, впрочем, беззлобно. – Жаль, еды нет никакой. Тебе, Лалга, надо бы срочно поесть…
     Женщина перехватила чью-то руку, которая ткнулась ей в плечо. Человек вскрикнул.
       -Квишонок, ты, что ли?
   Рядом зашипели то ли от боли, то ли призывая к тишине. Стэнтъя ослабила хватку, и ей в пальцы вложили влажный крошащийся кусочек. Она обнюхала его, лизнула и положила в рот Лалге. Он с отвращением проглотил — почти не жуя, чтобы не стошнило. Кусок сухаря вонял не меньше воды.
     Про пленников, похоже, просто забыли — больше, чем на сутки, судя по ощущениям. Только Стэнтъя подумала об этом, как крышка люка распахнулась, и в столбе вечернего света корзина на верёвке поползла вниз. Люди молча бросились к ней, отталкивая друг друга. Завязалась драка. 
     -Лежи, тебе нужен покой, я добуду еду. - Стэнтъя платьем укрыла Лалгу, поскольку Веют вывернулся из-под него, и ринулась в гущу свалки.
     Кто-то, габаритами схожий с Веютом, тут же обратил на это внимание.
     -Ух ты, я вижу лакомство! Гляди-ка, даже без фантика, наготове!
     -А я тебе помогу, а то ты один не совладаешь, как в прошлый раз. 
     Двое рослых мужчин схватили женщину, к ним, ухмыляясь, присоединился торопливо жующий Веют. Как ни была она крупна и сильна, с троими ей было не справиться. Лалга увидел это и  прыгнул. Он попытался оторвать руки одного из громил от Стэнтъи, получил в ухо от Веюта, отлетел на пару шагов, но немедля подскочил обратно.
     -Я-то думал, как тебя отблагодарить. А вот как... - и Лалга вернул Веюту такой же удар. 
   Второй громила оставил женщину и скрутил его, но Лалга легко вывернулся, а потом нечаянно подставил удачную подножку.
     Стэнтъя ударила головой в челюсть того, кто её держал, отвесила тумака второму, пнула в голень третьего. Плохо дело, подумала она, видя, что Лалга только зеркалит чужие удары. Как драться, он тоже забыл.
     -Нападай! - крикнула она. - Но не калечь! Иначе тебя накажут за порчу чужого имущества!
     -Чужого имущества?! - удивился Лалга. И чуть не пропустил удар.
    Хлюпала вода под ногами, шумно дышали нападающие, которые на время забыли про женщину и занялись её заступником. Его выручало то, что он видел лучше всех при слабом освещении. И к тому же к нему невозможно было подкрасться со спины, у него словно дополнительные глаза росли на затылке.
     Один из нападавших отвлёк на себя внимание Лалги, а двое других сбили его с ног и навалились сверху. Он вспомнил про своё природное оружие и нанёс удар раскрытой ладонью. Рослый мужчина в ужасе взвизгнул по-бабьи, получив рваную рану.
     -У него — когти!!! Это — не человек! Демон!!!
     Тут повскакали все, кто мог ещё стоять на ногах, и начали молча окружать дерущихся.
     Лохматый мальчик-подросток, одетый в отрепья, отбежал от корзины, к которой пролез, пользуясь тем, что все отвлеклись. Он протиснулся к Стэнтъе и с решительным видом встал рядом, держа наготове оружие — маленький ножик вроде перочинного.
     -Квишонок, не лезь во взрослые разборки! - рявкнула женщина, отталкивая его. - Головы лишишься! 
     -В чём-то ушлый, а в чём-то тупой, Квишонок и есть, - буркнул кто-то.
     В отверстие люка обрушился ледяной водопад.
     -Эй, скот! А ну смирно! Кто рыпнется, получит болт в черепушку! Вылазь наверх! По одному! Все!     
     Им спустили верёвочную лестницу.
     Лалга прижался к стене, опасаясь нападения со спины.
     -Ты, который с когтями, лезь первым! Быстро, а то выстрелю!
   Тогда он стремительно пробежал расстояние до лестницы, прыгнул, повис сразу на верхней ступеньке и одним рывком выбрался наружу.

                                               3.

     Снаружи был ледяной ветер, но, в отличие от непереносимо вонючего трюма, тут можно было дышать. Мрачный желтоватый свет заката заливал палубу, хлопали сворачиваемые паруса, корабль приближался к скалистому берегу.
     Под прицелом больших игломётов всех пленников выстроили в линию. Вдоль неё неторопливо, оглядывая трясущихся от холода полуголых людей, пошёл небольшого роста коренастый мужчина с тяжёлым и властным взглядом. За ним важно вышагивал обычный мелкий домашний кот. Лицо у мужчины заросло чёрной бородой по самые глаза. По его указанию двоих громил, напавших на Стэнтъю, а также Веюта отогнали в сторону.
     Бородач остановился перед Лалгой и долго разглядывал его. Лалга, единственный из всех пленников, не трясся от холода и стоял, гордо расправив плечи. Он спокойно выдержал этот взгляд. Кот остановился тоже, а потом подошёл вплотную, тщательно и неторопливо обнюхал голые ноги Лалги, неожиданно мурлыкнул и потёрся о них усатой мордочкой.
     -А у тебя и вправду когти. Ты откуда? Из-за моря?
     -Не знаю. Я ничего не помню, наверно, получил удар по голове.
     -Хочешь быть в команде корабля? Нам нужны бойцы.
     Стэнтъя, которая сумела встать рядом с Лалгой, дёрнула его за руку и поспешно сказала:
     -Разумеется, хочет. И вон тот мальчишка хочет, он крепкий, он может быть юнгой, - она показала на Квишонка.
     Лалга промолчал, блеснув глазами. Их двоих тоже отогнали в сторону, в компанию к громилам и Веюту. Чернобородый капитан пошёл дальше.
     -И я тоже хочу.
     Мужчины дружно заржали – и пираты, и их пленники – все, кроме капитана и Лалги. Бородач обернулся и внимательно взглянул на неё.
     -Я умею обращаться с топором, игломётом, метательными ножами и ружьём.
     Он оглядел её с головы до ног, оценил рослую и статную фигуру с тренированными мышцами, едва прикрытую грязными остатками дорогого платья, отметил решительный взгляд, кивнул и сделал знак. Она сама подошла к группе будущих пиратов. Протестующий ропот команды маленький бородач подавил одним тяжёлым взглядом.  
     Остальных пленников погрузили в шлюпки, отвезли на берег и продали в северный посёлок. Нескольких человек, которые не выдержали пути в трюме и умерли, бросили за борт в море.
     Корабль поплыл дальше, а когда свет заката начал меркнуть, завернул в  узкую и глубокую бухту небольшого острова. Пираты выбрались на берег, разожгли костры, так, чтобы пламя и дым были не видны с моря, и принялись готовить еду. На острове неожиданно обнаружились склады топлива и продовольствия, предназначенные для королевских кораблей…

                                                4.

     Больше, чем на ночь, на острове задерживаться было нельзя,  чтобы не быть застигнутыми охотниками на пиратов. Припасов обнаружилось столько, что их не представлялось возможным забрать все, а оставлять было жалко. Капитан Виркапо объявил празднество Водяного Змея с посвящением в члены морского братства и пиршеством. Пираты  тут же простили ему взятие в команду и демона, и женщины, тем более что хорошо укрытые склады нашёл именно Лалга…
     -Зачем ты захотела, чтобы я согласился? Я не буду помогать тем, кто превращает людей в имущество!
     -Заткнись, Лалга, не мели ерунду, - буркнула Стэнтъя, уплетая солидную порцию жареного мяса. Но, увидев, как он блеснул глазами, немедля сменила тон.
     -Никто не заставляет тебя помогать прямо сейчас, если ты такой добренький. Просто скажи «да», чтоб не пойти на корм рыбам и не быть проданным в рабство. Впрочем, я за тебя это уже сказала, а там видно будет, когда удастся сбежать. Хотя, куда мы после этого пойдём...
     Квишонок жевал лепёшку с мясом, сидя с ними рядом и украдкой косясь на обоих. Стэнтъя и Лалга уже не разглядывали друг друга, им хватило беглого взгляда на палубе, сразу, как только они оказались рядом. 
     Очень странный мужчина, подумала тогда эрминка. Облик дикого хищника – когти, зрачки вертикальные, уши острые, по-звериному высоко посаженные, даром что кожа безволосая. А взгляд человеческий – глубокий и спокойный, светящийся разумом… Жаль, не расскажет ничего... А хорош-то как, при свете дня это понятно ещё лучше, чем во тьме на ощупь…
     Женщина была ростом почти с Лалгу, крепко и грубовато, но пропорционально сложена, с широкоскулым лицом, прямым, несколько вздёрнутым носом, крупным улыбчивым ртом и узкими светлыми глазами, которые постоянно хранили слегка лукавое выражение…
     Доев мясо, Стэнтъя отправилась бродить по лагерю. Лалга пошёл за ней по пятам. Дозорные отогнали их от скал и от берега со шлюпками…
     -Побойся морских богов! Сначала ты взял на борт кота, который принёс несчастье уже двум кораблям, потом – демона, и наконец – бабу! Ты не знал, что это демонское животное прозвали Непотопляемым?
     -Я увидел, что дураки в порту бросили неповинное существо подыхать с голоду. Я и сам – Непотопляемый. Ты не знал, что меня тоже так прозвали? Если бы не рекомендации, я бы тебя не взял, ты сам хуже бабы со своими суевериями, Мажулин…
     Стэнтъя подсела к костру, возле которого ругались капитан и его помощник, принялась непринуждённо разговаривать, посоветовала приправы для копчения мяса. Лалга остановился поодаль и наблюдал. На него оглянулись и засмеялись, припомнив, как двумя пальцами взял он предложенную ему тёплую одежду и сморщил нос при виде свалявшегося клоками, чёрного от грязи меха. Он улыбнулся, и люди вздрогнули. 
     -Пусть он вот так же улыбнётся во время абордажа, и тогда нам сразу без боя отдадут всё, что хочешь, - натянуто пошутил кто-то.
     -Размечтался! Корабли конвоя или торговый караван одной клыкастой улыбкой не напугаешь. Проклятый полу-кайо…
     Пираты ругались на Моору Тан-Киримэ, который недавно получил титул Унтандъена, Великого Герцога, и своими нововведениями успел заслужить ненависть многих. В частности, он заставил возвести капитальные укрепления в береговых населённых пунктах, выделил целую флотилию для обнаружения и преследования пиратских кораблей…
     Стэнтъя изложила свой план, как, имея в распоряжении только одно небольшое судно, сорвать хороший куш. 
     Капитан Виркапо слушал внимательно. Пираты бродили вокруг, презрительно посмеивались, но громко ворчать опасались. Кот капитана, восседавший рядом в ожидании очередного вкусного кусочка из рук человека, казалось, тоже сосредоточенно слушал. 
     Лалга задумчиво осматривался. Здесь снова был остров, окружённый ледяной водой...

                                           5.

     Из двух котлов, взятых на складе, сделали купели для посвящения: одну, традиционную, с морской водой, а вторую – с вином. С хохотом  и прибаутками разбили бочки, половину их содержимого разлив на землю.    
     Каждый новоявленный пират должен был поклясться, положив руку на статуэтку Морского Змея, что собирается отныне добывать себе хлеб насущный при помощи оружия, биться до последней капли крови и подчиняться пиратским законам.  
     Стэнтъя снова дёрнула своего демона за руку.
     -Повтори клятву. Я научу тебя, как в случае чего освободиться от неё…
     Затем по очереди окунулись в морскую воду и вино. 
     -Лалга, сейчас же вылезай! Морская соль разъест кожу! К тому же это посвящение, а не помывка, и ты тут не один! – зычный голос капитана звучал сурово, но взгляд был весёлым… 
     Приступили к еде и питью, потом принялись дурачиться, гоняясь друг за другом.
     Лалга иногда позволял себя догнать, в ходе шутливой возни обучаясь приёмам драки, которые ему охотно показывали, а когда хотел отдохнуть, то забирался на такую скалу, куда за ним никто не мог последовать. Он хохотал, прыгал через костёр, плясал вместе со всеми, и вскоре люди перестали замечать, что  улыбка у него не только сияющая, но и клыкастая... 
     Капитан не принимал участия во всеобщем веселье, сидел у костра и что-то писал в дневнике. Рядом расположилась Стэнтъя и с любопытством заглядывала ему через плечо.
     Лалга подскочил к костру и шутливо зарычал. Он ожидал, что она побежит от него, но она осталась сидеть на месте и только усмехнулась. Тогда он осалил её и побежал сам, она с улыбкой бросилась догонять.
     Он бежал и смеялся, она бежала молча, лукаво блестя глазами.
     Они оказались за скалой и принялись в шутку бороться. Он быстро поддался, позволив опрокинуть себя на землю и оседлать. Опьяневший от страсти и вина, он не сразу заметил, что их окружили и наблюдают с весёлым интересом.
    Он вскочил, сбросив с себя женщину, и полез на обрыв, потянув её за собой.
     -Я туда не заберусь!
     -Заберёшься. Я помогу.
     Он взял её за талию, легко забросил на первый уступ и сам молниеносно вскарабкался следом…
     Наверху был вольный ветер, который уже не казался холодным, быстро несущиеся облака, порой приоткрывающие звёздное небо, необозримая тёмная морская гладь во все стороны. И иллюзия свободы… 
     В паузах они разговаривали. Удивляясь сама себе, она поведала ему то, что не рассказывала почти никому.
     Родители продали старшую дочь в бордель, чтобы прокормить младших детей. Вначале она была просто служанкой. Она подслушивала, подсматривала, расспрашивала, затем выучилась читать и старательно копила знания и самые разнообразные навыки. Слишком рослая, грубо сложенная и некрасивая девушка мужчин поначалу не привлекала… 
     Потом они спустились обратно и вернулись к своему костру.
     Возле костра рядом с Квишонком ожидал Веют.
     -Должок, - напомнил он со скабрёзной ухмылкой.
     Стэнтъя согласно кивнула, но Лалга загородил им дорогу. Он сжал руки в кулаки и ждал, стоя безмолвно и недвижно, словно скала. Веют не спешил начинать драку, глядя на обоих.
     -Лалга, я вернусь к тебе сегодня. Это в самом деле просто дружеский должок. Пропусти нас, - уверенно, с милой улыбкой проговорила Стэнтъя. Она уже давно просекла, что этот человек или демон женщин ни к чему не принуждает.
     У него сделался такой взгляд, словно родная мать внезапно ударила его под дых. Он разжал кулаки и молча отступил в сторону. 
     -Ладно, погоди. Жди меня там, я его быстренько умотаю и приду к тебе, - шепнула Стэнтъя Веюту и подошла к своему демону.
     Веют, понятливо ухмыльнувшись, удалился в чахлые заросли. Он тщетно прождал там весь остаток ночи…
     
                                            6.

     Корабль шёл на юг, и это очень устраивало Лалгу. 
     Небо оставалось ясным, ветер – попутным. Небольшая осадка и усиленная парусность позволяли пиратскому кораблю легко избегать вооружённые караваны и уходить от  охотников.
     Лалга целыми днями торчал в корзине наблюдателя на вершине мачты, как самый зоркий. Виркапо сказал ему, что если он хочет сохранить в живых свою бабу и мальца, то будет смотреть очень внимательно. Лалга смолчал, но угрозу запомнил. 
     Капитан восхищался своим новым марсовым – не ведающим страха, нечеловечески ловким, молниеносно запоминающим названия многочисленных деталей оснастки «Морской принцессы»...
     Припасы заканчивались, добычи не было, поскольку одиночные торговые суда не попадались, люди стали нервными, да ещё к единственной женщине на борту никто не рисковал подкатываться, опасаясь демона, который хоть и не умел как следует драться, но зато обладал бесстрашием, хладнокровием, могучими мышцами и когтями.
     Капитан решил провести разведку на суше.
     С последними лучами заката заплыли в малозаметную бухту на изрядном расстоянии от порта, бросили якорь, погрузились в шлюпки и отправились на берег. На борту остались дежурные и Квишонок.
     На берегу пиратам попался крестьянин на телеге с запряжённой в неё армакой, который при виде вооружённой группы людей сбежал, бросив своё имущество. Пираты с весёлым гомоном загрузились в телегу и приготовились ехать в портовый город.
     Капитан в телеге передвигаться не пожелал. В подзорную трубу он высмотрел в горах пасущийся табун армак, который принадлежал жителям посёлка Коанчога. Кучка каменно-глиняных хижин приютилась на высоком плече горы, укреплений вокруг неё не было. 
     Лалга весь подобрался, ожидая распоряжений. Перед его мысленным взором промелькнули картины. Вот пираты нападают на посёлок, убивают защитников-мужчин, уводят в рабство женщин и детей, бросают погибать на пепелище стариков. Его, Лалгу, заставят сражаться, он откажется, кроме того, пропустит в горы группу беглецов. И тогда ему придётся драться одному против всех пиратов, которые набросятся на него за предательство. Он положит большую часть команды, а затем кто-нибудь подкрадётся со спины… 
     В посёлке нет ценного имущества, а работорговлю Виркапо никогда не делал основной статьёй дохода, как большинство пиратских капитанов. Они возьмут только несколько верховых животных, чтобы за ночь обернуться в город и обратно, а затем возвратят их.
     Услышав это объяснение, Лалга облегчённо вздохнул. Веют отвернулся, скрывая ухмылку. Пиратский капитан, который оправдывается…
     Они забрались в горы по еле заметной тропинке, которую почти в полной темноте высмотрел Лалга, и принялись выбирать животных. Со свистом и гиканьем пираты гонялись за армаками, распугав большую часть табуна, который разбежался по горам.
     Пастух, молодой парень, одетый в рубашку, штаны и меховую жилетку, со смешной кожаной подушкой-сидушкой, привязанной к пояснице, при виде разбойников моментально вскарабкался на скалы.
     -Лалга, достань его оттуда, нам нужны ещё марсовые, - распорядился Мажулин.
     Пастух принялся кричать им сверху, умоляя не забирать его. У его малолетней сестры, кроме него, никого нет, и, если он пропадёт, жрец выгонит девчонку из посёлка за то, что она видит странные сны.
     Лалга помрачнел и не двинулся с места.
     -Оставь, - велел Виркапо своему помощнику. – Нам не нужен соратник, который, словно волк, будет смотреть в лес либо сломается и в один не прекрасный момент подведёт всех. 
     Мажулин скорчил недовольную рожу, но послушался. 
     Взяли выбранных армак и вернулись на дорогу. Верхом поехали Виркапо, Веют, Лалга и Стэнтъя. Мажулин пометался между телегой и армакой – получать по дороге тычки и подколки ему не хотелось, крупных животных он побаивался – и всё-таки поехал верхом.
     Без седла и стремян было не очень удобно, но Лалга держался на спине армаки цепко и уверенно. Он поёрзал немного, оттянул от горла ворот куртки. Одежда из грубой, выбеленной солнцем парусины раздражала кожу. 
     Обрыв справа, скалистый склон слева, звёздное небо над головой, свежий ветер в лицо, движущиеся под коленями тёплые мускулистые бока армаки, её ритмичный покачивающийся ход… Лалга светил глазами в темноте, оглядываясь по сторонам. Ночная дорога была хороша. 

                                                7.

     Улицы портового города Кулюм провоняли рыбой, морской солью, смолой, пряностями, дерьмом и гнилью.
     Лалга постарался дышать неглубоко и старательно надвинул капюшон шаперона, чтобы не было видно отросших двухцветных волос, которые изумляли окружающих (ух ты, сразу блондин и брюнет!), и вертикальных зрачков.
     В харчевне «Седло армаки» было на удивление малолюдно.
     -Не вижу ни одного осведомителя, - проворчал себе под нос капитан Виркапо, устраиваясь за столом. Матросов, ищущих возможности наняться на судно, также не наблюдалось. Виркапо предпочитал не ловить кого попало по тёмным переулкам, а вербовать людей лично, но ему, с его непредставительной внешностью, делать это было сложнее, чем другим капитанам.
     Он отправил кухонного мальчишку с запиской, заказал еду – мясное блюдо под названием «седло армаки» – и немного выпивки, и стал ждать.
     Посыльный вскоре вернулся, вместе с ним прибыл высокий, гладко выбритый блондин лет тридцати, одетый неброско и дорого. Капитан и блондин поднялись наверх, чтобы поговорить без свидетелей в одной из комнат. Лалге и Веюту велели охранять дверь, Стэнтъя присоединилась к ним.
     Из-за двери слышались голоса.
     -Я тебе в последний раз помогаю. Лучше бы ты занялся научными изысканиями. Ты вполне можешь изменить свою жизнь, ты же моложе меня! 
     -На какие шиши я займусь наукой, младший, ненаследный? 
     -В Королевском географическом обществе будут рады опубликовать твой путевой дневник, только главы про демона изыми, всё равно цензоры не пропустят… Итак, послезавтра торговое судно с ценным грузом пойдёт…
     Внезапно на первом этаже кто-то ворвался в харчевню с воплем:
     -Рагарра! Облава!
     Возникла суета, люди бросились через кухню и чёрный ход в соседний переулок, стали прыгать в окна. Зазвенело оружие, послышались выстрелы.
     Виркапо, Веют, Стэнтъя, Лалга и прибежавший к ним с вытаращенными глазами Мажулин выбрались через окно на крышу соседнего здания.
     Высокий молодой блондин, Дайкон Эдъят, спокойно остался в комнате. Заместителя начальника Управления морских сообщений никто не заподозрит в чём-либо незаконном…
     Они бежали по крышам примыкавших друг к другу складов, по ним палили из ружей и игломётов.
     -Где наша презумпция невиновности? – ворчал капитан, стреляя себе за спину.
     Мажулин начал отставать, задыхаясь.
     -И зачем ты в пираты пошёл, если бегать не умеешь?! – Виркапо вернулся, ухватил его за плечо и потащил за собой.
     Крыши закончились, беглецы спустились в переулок. Погоня отстала. Они огляделись и дружно вздохнули.
     -Мой парадный камзол пал смертью храбрых, - проворчал маленький бородач, разглядывая порванные кружевные манжеты. 
     И тут от ближайшей неосвещённой стены отделилась тень. Свистящий, как горная свирель, голос без узнаваемого тембра пронизал тишину.
     -Дивальду Амарэк, он же – Виркапо Непотопляемый! 
     Виркапо еле заметно дрогнул.
     -Во имя королевы и закона, ты мертвец!
     Виркапо нажал на спусковой крючок игломёта и понял, что не успевает. Тень двигалась гораздо быстрее, чем мог уловить обычный, хоть и тренированный человеческий глаз. Метательные пластинки блеснули металлом в свете лун, но срезали лишь ниспадающие перья со шляпы – Лалга оттолкнул капитана, рухнул вместе с ним наземь. И тут же прыгнул – собравшись в комок, прямо с четверенек. Демон передвигался ничуть не медленнее воина-шпиона с южных гор.
     Лалга поймал лишь холодный воздух, тень необычным движением увернулась и оказалась у него за спиной. Виркапо бросился к ним с саблей, Веют – с дубинкой, Стэнтъя – с ножами. Тень швырнула им в лица плащ и исчезла. Капитан подобрал этот плащ. На нём виднелась нашивка с эмблемой, изображающей черепаху с мечом и в шлеме.
     -Оч-чень странный нирваджа – мало того, что позёр, так ещё и на королевской службе…
     К бухте добрались только в полдень следующего дня, поскольку шли пешком. «Морская принцесса» мирно покачивалась на мелких волнах.
     Спаслось немногим более половины пиратской команды – те, кто до облавы не успел накачаться спиртным или сумел быстро оторваться от женщины.    

                                                8.

     На торговом пути маячило брошенное судно. На голых мачтах болтался только один рваный парус, экипажа не было видно. 
     Лалга потёр воспалённые от света солнца и блеска воды глаза и осторожно выглянул из корзины наблюдателя. Утренняя дымка щадила зрение, но уменьшала видимость. Силуэт одинокого корабля возник вдалеке. Корабль изменил курс и направился в сторону брошенной с виду «Морской принцессы». Лалга издал условленный клич. Внизу на палубе притаившиеся под тюками, кусками парусины и шлюпками пираты приготовились.
     Корабль приблизился, и Лалга увидел, что это не широкобокая торговая фулакка, а вытянутый, похожий на хищную стремительную рыбу сторожевой асилорн.
     -Рагарра! Это охотник!
     Асилорн быстро подошёл вплотную, абордажный мостик обрушился на палубу «Морской принцессы» и своим грузилом проломил её. Солдаты побежали по мостику на пиратский корабль, высматривая возможную причину, по которой он был покинут. 
     Засада превратилась в ловушку, но капитан Виркапо не считал, что всё потеряно.
     -Победа или смерть! – взревел он, выскакивая с саблей наголо из укрытия. Вслед за ним повыскакивали остальные и набросились с оружием на солдат. Те не растерялись, но сражались не так отчаянно, как пираты. Капитан асилорна, стоя на палубе у фальшборта, закричал что-то подбадривающее, посулил награду тем, кто особо отличится, а затем обратился к пиратам:
     -Сдавайтесь! Королева обещает вам жизнь и возможность поступить на службу!
     Лалга выпрямился во весь рост в корзине наблюдателя и посмотрел вниз. Драка – это весело, если просто мериться силой. Но неужели нельзя не доводить вот до такого? Какой смысл в кровавом побоище, которое происходило в Кулюме? Какой смысл в кровавом побоище, которое происходит здесь? Он ощущал глубокое отвращение и колебался.
     Виркапо заметил его на мачте.
     -Лалга!!! Не верь посулам, это ложь! Всех, кто сдастся, казнят! Дерись, зараза! Забыл законы? Трусам – смерть!
     Солдат было раз в пять больше, и они медленно, но верно теснили пиратов. 
     -Мажулин!!! – взревел Виркапо. – Где ты, твою мать?! Убей этого горлопана! Кто-нибудь, застрелите их начальника!
     Мажулин трясущимися руками навёл ствол большого игломёта, но какой-то солдат заслонил командира собой. Стэнтъя оттолкнула Мажулина от орудия, прицелилась и выстрелила. Капитан асилорна упал.
     Ревели боевые трубы, орали люди, гремели выстрелы, и весь этот шум перекрывал истошный мяв – запертый в каюте «Морской принцессы» кот рвался на защиту своего друга.
     Виркапо схватил за шиворот Квишонка, который прятался с ручным игломётом за поднятой крышкой люка, и швырнул в гущу боя. Какой-то солдат, не разбирая, кто перед ним, замахнулся саблей.
     С воплем ярости Лалга слетел с мачты и упал на головы солдатам, как настоящий демон. Несколько неуловимых движений – и вокруг него образовалось пустое пространство. Он ринулся вперёд, всё время перемещаясь с места на место, не оставляя у себя за спиной никого живого, пользуясь любым оружием, а то и просто когтями.
     Ситуация переломилась в пользу пиратов, и вскоре бой переместился на палубу охотника. Оставшиеся в живых солдаты сдались на милость противника, а всех, кто не сдался, побросали за борт. В большинстве своём люди совсем не умели плавать, поэтому потонули сразу.
     Повреждённую в бою «Морскую принцессу» подожгли и перебрались на корабль-охотник.
     В каюту капитана асилорна Виркапо попал первым, приметил шкатулку, быстро вскрыл её и спрятал за пазухой маленький мешочек. Возвратившись на палубу, он нашёл Лалгу и похлопал его по плечу.
     -Молодец! Так держать в следующий раз! Я должен был бы лишить тебя награды за то, что ты ослушался, но, поскольку наша взяла в основном благодаря тебе, то ты получишь самую большую долю.
     Лалга спокойно посмотрел на него и промолчал. Виркапо понял, что этот человек или демон гораздо старше, нежели выглядит. И он никогда никому не подчиняется… 

                                               9.

     «Купца» преследовали до самой темноты, но так и не догнали, поскольку торговый корабль тоже был асилорном.
     С наступлением темноты попали в штиль и туман. Пришлось выдвинуть вёсла и сесть на них всем, кроме капитана, Лалги, Квишонка и Стэнтъи. Лалга снова торчал в «вороньем гнезде» на вершине мачты, высматривая бухту для ночлега.
     -Маяк!
     -Поворачиваем к берегу! – радостно заорал Мажулин, отнимая от губ флейту, из которой извлекал немелодичные звуки, задавая ритм гребцам. 
     -Это ложный маяк! Это ловушка! – Виркапо легко перекричал своего помощника.
     -Какая ещё ловушка?! Там – бухта!
     -Нет там никакой бухты! И никогда не было! Лоции внимательнее читать надо! Смотрите, огонь слишком низко!
     -Значит, это плавучий маяк! А если даже там засада, мы просто вынесем всех, захватим припасы и переночуем, как господа!
     Мажулину очень понравилось просто бежать по пятам за сражающимся демоном и подбирать добычу, не прилагая к тому особых усилий.
     Капитан на пиратском корабле – должность выборная. И переизбрать могут в любой момент. Виркапо оглядел обозлённые лица готовых к бунту пиратов и не стал даже пытаться переломить ситуацию в свою пользу. 
     -Набрал на безрыбье салаг на свою голову, - проворчал он и ушёл на полуют.
     Мажулин ощутил счастье и глубокое удовлетворение. И продолжил командовать.
     -Лалга! Спускайся и приготовь своё оружие!
     Лалга с удивлением посмотрел вслед капитану, пожал плечами и полез вниз.
     Раздался сильный удар и громкий треск. «Морская принцесса» налетела на подводные скалы и начала быстро тонуть. Большая часть команды оказалась в воде. Беспомощный корабль окружили лодки с вооружёнными людьми.
     Лалга не нашёл на палубе ни Стэнтъи, ни Квишонка. Тогда он прыгнул в воду и проплыл под лодками нападающих. Его заметили, пытались догнать, окружить, поймать, но тщетно, он передвигался в воде, точно сорк, и благополучно достиг берега. 
     Береговые пираты вылавливали тонущих морских пиратов, связывали по рукам и ногам и укладывали на дно лодок.
     Виркапо заперся в своей каюте и надел толстый спасательный жилет. Высоко на спине, почти на голове у капитана в кармашке был привязан кот, на груди – второй непромокаемый кармашек содержал путевой дневник и маленький мешочек с драгоценными камнями. Когда нападающие взобрались на борт наполовину затонувшего пиратского корабля, Виркапо открыл окно каюты, спустил трос, беззвучно соскользнул по нему за борт и поплыл к берегу. Веют заметил его манёвры и последовал тем же путём…
     Маяк оказался большим факелом, воткнутым в плавающую у берега тушу дохлой армаки.
     Двое Непотопляемых благополучно выбрались на берег.
     Четвёртый корабль потерян… Может, высшие силы хотят, чтобы кое-кто занялся чем-то другим? Виркапо вздохнул, завёл руку за голову, погладил кота, который вёл себя на удивление смирно, и полез на скалы. Ему предстояла долгая дорога обратно в Кулюм…

                                               10.

     Высоко на скалах виднелась крепость, которая снизу, с узкой полосы пляжа казалась совсем маленькой. Двое, укрывшись среди камней, смотрели на неё. Точнее, смотрел Лалга,а Веют просто сидел рядом.
     -Не полезешь же ты туда? Да ещё  прямо сейчас?
     -Именно что полезу. Прямо сейчас. Я всё отлично вижу, и меня не ждут.
     -Особенно с той стороны, где ты собрался лезть… - пробормотал эрмин. У него хватило ума не отговаривать демона от глупой и смертельно опасной затеи. Но смотрел он с откровенным сожалением.
     -Я с тобой не пойду. В цирке я был борцом, а не акробатом.
     -А я и не прошу тебя об этом. Это – моё дело…
     Он поднимался по отвесному обрыву почти пол-ночи, со всей возможной осторожностью, высматривая удобный обратный путь в расчёте на женщину, которая не слишком хорошо умела карабкаться по скалам. 
     Во внутреннем дворе крепости бегали вооружённые люди, из подвала под главной башней доносились крики. Лалга узнал голоса. Попытаться освободить их? Чтобы снова вместе разбойничать и убивать? Он раздражённо повёл плечами и отправился дальше.
     Он благополучно проскользнул мимо стражи, обнаружил вторую, меньшую башню с одним освещённым окном на верхнем этаже, забрался туда. И угадал.
     Стэнтъя, одетая в дорогое тёплое платье, сидела на большом ложе рядом со спящим Квишонком, умытым и принаряженным в приличный костюмчик. Она вздрогнула, неожиданно увидев своего демона.
     -Как ты сюда попал? У тебя – ни лестницы, ни хотя бы верёвки, ничего! А стены неприступны! Но, видать, не для тебя…
     Лалга улыбнулся.  И замер, услышав её последующие слова.
     -Ты напрасно рисковал. Я не пойду с тобой. Я выхожу замуж.
     Он ошеломлённо смотрел, не понимая, отказываясь понимать.   
     -Прости, мой сладкий. Всем ты хорош, но… Какое у меня с тобой будущее?
     Он вцепился пристальным взглядом в её лицо, пытаясь определить, не шутит ли она. Не может же быть, чтобы она говорила всё это серьёзно?
     -Во владении у Зухара целая крепость и много земли. Мне надо устраиваться в этой жизни. Желаю тебе тоже найти своё счастье. Подвернётся случай – не упусти. Не вздумай освобождать пиратов, их хорошо стерегут, только сам попадёшься. Я знаю, ты зачем-то стремишься на юг. Внизу, в скальных пещерах есть лодки, они не охраняются, потому что добраться к ним можно только с моря. Ты отлично плаваешь и легко их найдёшь.
     Он отвернулся и стоял, глядя в окно, совершенно неподвижно, казалось, что даже не дышал. Над бескрайней морской гладью занимался рассвет.  
     Женщина одним гибким движением поднялась с кровати и сделала несколько шагов в сторону, чтобы увидеть лицо своего демона. По золотисто-смуглой щеке бежала вниз прозрачная блестящая дорожка.
     -Лалга!!! Ты с ума сошёл! Не смей плакать! Ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за неё плакать!.. Всё! Уходи сейчас же, пока сюда кто-нибудь не явился!
     Он ещё раз посмотрел на неё долгим взглядом. И быстро выбрался в окно…
    Ожидавший внизу на пляже Веют не удивился, услышав всю историю.
     -Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло. Лалга, не смей плакать! Ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за неё плакать!
     -Ты прав. Вы оба правы… - проговорил Лалга после долгого молчания. – Ты отправишься со мной или у тебя своя дорога?
     -Своя. Я больше доверяю твёрдой земле под ногами, знаешь ли.
     Лалга кивнул, не говоря больше ни слова, вскочил на ноги и побежал к воде…

                                               11.

     Он заразился от пиратов тем, что считал плавание по морю гораздо безопаснее передвижения по суше.
     Сверкали волны под солнцем, чистый, пахнущий солью ветер надувал парус и стремительно нёс вперёд судёнышко – хрупкую скорлупку посреди необозримого  водного пространства.
     В прозрачной глубине струилось и переливалось нечто - то ли подводное течение, то ли тёмное гибкое тело гигантского змея. Лалга пытался пронизать взглядом хрустальную толщу, но она не спешила открыть свои тайны. Он не боялся. Любое чудовище не страшнее, чем люди.
     Он задумчиво рассуждал вслух, обращаясь к покровителю морских бродяг.
     -Я клялся добывать себе пропитание с помощью оружия, но мне не нравится такой способ. Я не люблю убивать людей, я убиваю их только тогда, когда они на меня нападают...
     Тёмные извивы плавно удалились прочь. Или подводное течение просто ушло в сторону.
     -Впрочем, животных в пищу я ведь убиваю, а это тоже – добыча пропитания с помощью оружия…
     Лалга развеселился этому пришедшему в голову оправданию и рискованно отпустил фалы при сильном ветре. Лодка устремилась вперёд с опасной скоростью. Он летел по волнам и смеялся, по временам отплёвываясь от солёных брызг.
     Прикосновение к голове – слабое, едва уловимое, призрачное – то ли ветер, то ли капли воды – возникло внезапно. Оно было похоже на то, что его разбудило в ночь на Гердъене. И точно так же, как тогда, он отмахнулся и отгородился, тщательно приглядевшись к безоблачному небу. Никакие летучие штуки там не маячили, но он на всякий случай поспешно пристал к берегу и неохотно отправился по суше пешком – на юг.
Рейтинг: 0 183 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!