ЛЕЙТЕНАНТ АБВЕРА (26)

article201456.jpg
 
(продолжение)

Начало см. Агент НКВД



8.

Павел вернулся к себе около одиннадцати. В одиннадцать к нему заглянула Рита.

– Вы будете ужинать, мсье, – спросила она. 
– Непременно, Рита – ответил весело Павел.

Через десять минут Рита принесла поднос с ужином и бутылкой розового вина.



– Присядь, Рита, посиди со мной, если не торопишься. Отведай вина, – пригласил Павел горничную.

Рита пододвинула к столику стул и села напротив. Павел налил ей вина и сказал:
– Угощайся. За день ты, наверное, накрутилась, навертелась с работой, устала.

Они выпили и Павел, взяв ее за руку, перетянул на кровать и усадил рядом с собой. Строгое лицо Риты помягчело, щеки ярко заалели. Павел поцеловал ее. Женщина не противилась…



9.

Утром Павел проснулся с мыслью, что сегодня приедет Мюллер, что операция началась и сегодня войдет в острую фазу. Ему не хотелось убивать англичан, в принципе, честно защищающих свою Родину, но тут как выпадет карта. Пожалеют ли они его? А он ведь простой «лягушатник» из страны их союзницы, хотя и поверженной и поставленной на колени.

Появившаяся Джина весело поздоровалась с Павлом, лукаво спросила его: не скучал ли без нее? И, не дожидаясь ответа, сказала:
– Мой брат может с приятелями отдубасить твоих англичан так, что они будут рады убраться отсюда подобру-поздорову и больше никогда здесь не появляться.
– И много у твоего брата приятелей? – поинтересовался Павел.
– Закадычных трое, и еще двух-трех знакомых итальянцев может позвать.

Павел улыбнулся наивности девушки и ответил:
– Эти трое, я включаю и женщину, запросто раскидают и покалечат десяток крепких мужчин. Мне будет жаль твоего брата и его приятелей, если им после встречи с этими англичанами придется долго лечиться в больнице.
– Ну, уж прямо, – недоверчиво сказала Джина. 
– Ты, вот что, лучше достань мне три длинных куска бельевой веревки покрепче. Когда придет женщина, дежурь у звонка вызова и никуда не отлучайся, пока я сам тебе не дам отбой. Когда от меня поступит вызов, то быстро подойди к моей двери, громко постучи и скажи, что пришла телеграмма господину Леблану. Если женский голос тебе откажет, например, ты услышишь, что я сплю, скажи, что телеграмма срочная, может в ней что-нибудь важное. Тебя пошлют подальше – уходи. Вот так, примерно. Поняла? 
Джина кивнула головой и сказала: 
– Но у меня есть ключ. Я могу просто открыть дверь.
– Открой, если тебе жизнь надоела, – припугнул Павел девушку и добавил для успокоения: – Делай, как я велю. Никакой самодеятельности. 
– Хорошо, – ответила Джина. 
Павел обнял ее, поцеловал, погладил по головке и сказал нежно: 
– Сладкая моя.
Потом протянул ей деньги.
– Здесь задаток за работу.
Джина хотела было оттолкнуть их, но Павел засунул бумажки ей за вырез платья.
– Не ерепенься, Крошка.

10.

«Лошадиная морда», как и договаривались, пришла в половине первого. Джина, протиравшая с мебели пыль, сделала недовольное лицо на просьбу Павла принести в номер обед на двоих и вино, но подчинилась. 

Оставшись вдвоем с англичанкой, Павел, прежде всего, узнал, как ее зовут.

– Мы вчера так увлеклись танцами, что даже не познакомились, – сказал он «Лошадиной морде». 

Англичанку звали Эллис. Так она представилась.
– Я заказал нам стол и вино, – сказал Павел, суетясь, словно не зная, куда усадить дорогую гостью. – Как я рад, что вы не обманули меня… Вы мне даже приснились…

Джина вкатила в номер накрытый столик и, виляя попой, вышла. Она направилась на свой пост.

Павел, наконец, усадил Эллис на диван и сам сел с нею рядом, отметив, что сегодня на женщине легкая блузка, приоткрывающая ее ключицы и небольшую грудь. 



– Я сначала хочу выпить за наше знакомство, Эллис, за счастливое совпадение наших жизненных путей, – с дрожью в голосе сказал Павел. 
– Только не говорите мне о вашей любви, Поль, – предупредила его Эллис. – Я – англичанка, я женщина прямая. Ты знаешь, что я замужем. Я люблю моего Джоя, но я уже несколько месяцев, считай год, не спала с мужчиной. Я оголодала. Я хочу, чтобы ты меня взял, удовлетворил и мы разбежимся. Я это к тому, чтобы ты не тратил свое французское красноречие. Мне нужен голый секс, настолько низменный и грязный, насколько это может только француз.
– Ну, тогда давай выпьем за грязный секс, – предложил Павел. 

Эллис улыбнулась, обнажив длинные желтоватые зубы, сняла блузку и стянула через голову юбку, взлохматив волосы, и скрылась в душевой. 

Через десять минут она вышла из душа, завернувшись в банное полотенце. Павел взял из шкафа запасное.

В душе он пустил воду, а сам приник к небольшой дырочке в двери, специально проделанной им утром так, чтобы можно было видеть столик на том месте, куда он его придвинул. 

Павел не сомневался, что Эллис в его фужер с еще не выпитым вином кинет снотворные таблетки (или все-таки яд?), но хотел увидеть это своими глазами. О других способах обездвиживания и отключения сознания человека он не думал. Да и одежда Эллис не позволяла спрятать в ней пистолет, нож или кастет. Могла ли она его оглушить кулаком? Возможно, но чревато промахнуться и получить самой.

Эллис действительно взяла что-то из потайного кармашка трусиков и поднесла это «что-то» к фужеру Павла.



– Так и есть – с облегчением подумал Павел и нырнул под хлещущие струи душа, намочив волосы и тело.

Выйдя из душевой, Павел увидел Эллис, сидящую на диване нога на ногу. Она курила.

– Прости, я взяла у тебя сигарету. Испанская. Недешевая.
– В чем не могу отказать себе, это в хорошем табаке. Я лучше вина не выпью, чем от хороших сигарет откажусь. 

 

Павел опустился рядом с голой Эллис и попытался обнять ее, но она отстранилась и сказала:
– Давай сначала мы с тобой выпьем за грязный секс, Поль, как ты предлагал. А потом займемся им.
– Давай, – охотно согласился Павел, взял фужер в руки, но потом, словно спохватившись, он хлопнул себя по лбу и воскликнул:
– У меня же для тебя есть подарок.

Он подбежал к прикроватной тумбочке, прикрыв собою настенную кнопку вызова персонала, нажал коротко на нее и вынул из выдвижного ящика браслет. Он был недорогой, серебряный, но очень красивый и тонкой работы талантливого ювелира. Павел купил его для Джины, но пока он должен сыграть свою роль. Джине, чтобы быстрым шагом дойти до его двери, потребуется около минуты.

– Смотри, какая красота, Эллис. Да, он недорогой, но прекрасной работы. Ты можешь не носить его, пусть он валяется у тебя среди безделушек, но увидев его, ты вспомнишь обо мне и ту сладость любви, которую я тебе сейчас подарю. 

Эллис взяла его, немного полюбовалась им без интереса в глазах и положила на столик. 

– Ты надень его, – попросил ее Павел. 
– Погоди. Сначала выпьем. За грязный секс, – провозгласила Эллис.

Раздался стук в дверь, громкий, требовательный.

– Кто это? – удивилась Эллис.
– Да тут есть один. Мы пару раз с ним выпивали. Теперь заходит, тащит меня в ресторан, – ответил недовольно Павел. – Скажи ему, что я сплю, что я сплю с женщиной, с тобою, а то не отвяжется, всю гостиницу перебудоражит, особенно, если уже на взводе. 

Эллис подошла к двери, спросила: 
– Кто там?
–Срочная телеграмма мсье Леблану.
– Суньте ее под дверь.
– Сама суй, сучка – сказала Джина. – Телеграмма не член кобелиный. Понимать должна.
– Оставьте у портье. 
– Ладно, любитесь, оставлю у портье, – смилостивилась Джина.

В эти секунды Павел поменял фужеры. 

Эллис вернулась и, взяв фужер с «начинкой», проговорила:
– Давай, наконец, приятель, опорожним наши фужеры, а то если так будем тянуть, то и до секса даже самого примитивного не доберемся. Я уже вся горю и мокну.

Павел поднял фужер и залпом выпил вино. Эллис тоже выпила до дна. Павел с любопытством смотрел на нее: уснет она или сейчас схватится за сердце или за горло и забьется в смертельных судорогах? 

Но Эллис сперва удивленно, а затем встревожено посмотрела на Павла, и начала обмякать. Сон у неё наступил минуты через две. Она только уже сквозь дремоту, накатывающую на нее, прошептала по-английски:
– Ты провел меня, свинья немецкая…
Павел ответил ей тоже по-английски:
– Так получилось, дорогая. Нужно было нам сначала заняться любовью, а потом пить.
Но дошли ли его слова до ее засыпающего мозга, не известно.

Эллис уснула. Павел перенес ее на кровать. На всякий случай связал ей руки и ноги, укрыл с головой одеялом. Одевшись, он приказал Фишеру и Бехмайеру быть наготове.

– Я жду гостей. Будьте наготове.

Стук раздался в два десять. Павел, сымитировав голос Эллис, тихо спросил по-английски:
– Вы? 
– Мы, – послышалось из-за двери.

Павел повернул ключ в замке, распахнул дверь, прикрыв ею себя. Вошел англичанин, проговорил:
– Ну, готов, лягуша… 

Но закончить он не успел. Жесткий удар ребром ладони по сонной артерии отключил его. Второй англичанин, не ожидавший такого приема, увидев перед собой Павла, промедлил и получил удар ногой в живот. Охнув, он согнулся, отлетел к противоположной стене коридора и упал, уткнувшись лицом в пол. Подоспевшие Фишер и Бехмайер втащили потерявшего сознание англичанина в номер и здесь связали обоих.
Первый англичанин пришел в себя минуты через три. Он уставился помутневшими глазами на Павла.



– Черт возьми, – сказал он. – Это ты, лягушатник?
– Я немец и офицер абвера, – сказал Павел. – Предлагаю вам сообщить мне цель вашего визита ко мне. Вас я не приглашал.
– Пошел ты, – ответил англичанин, не удивляясь английскому языка «француза».
– Вы нам расскажете все, сэр – спокойно сказал Павел. – Если не расскажете сами, я введу вам «сыворотку правды». Вам знакома такая?
– Зачем вам правда? – усмехнулся англичанин. – Мы здесь не одни. Вам отсюда не выйти живыми. 
– Мы тоже не одни, – ответил Павел. – Но времени у меня действительно нет, чтобы убеждать вас. Поэтому я введу вам сыворотку.

Павел открыл чемодан, достал из него емкость, в которой хранился шприц. Отломив кончик ампулы с надписью «Глюкоза», заполнил ею шприц. 
Англичанин, нервно покусывая губы, внимательно следил за действиями Павла.

– Ваше окончательное решение, сэр? – поинтересовался Павел у него.
– Пошел к черту, – прохрипел зло англичанин. – Я английский офицер.

Пришедший в себя его напарник с ужасом и ненавистью смотрел на Павла. Говорить он не мог – Бехмайер позаботился и сунул ему в рот, ничего не найдя лучше, трусики Эллис.

Павел отогнул рукав рубашки англичанина и всадил ему в мышцу иглу. Через две минуты глаза англичанина стали стекленеть.

– Ваше имя, место службы, чин? – спросил Павел, безвольно осевшего англичанина. 
– Эдуард Скотт, МИ-5, капитан, – вяло и медленно, словно сквозь сон, ответил англичанин.
– С какой целью вы прибыли в Арозу?
– Помешать встрече представителя Гитлера с представителем деловых кругов США, предающих Великобританию.
– Каким образом? 
– Любым путем ликвидировать немца.
– На каком же пути вы остановились?
– Мы опасались привлечь внимание немецкой разведки и остановились в «Исле», но нам нужно было анонимно попасть сюда, чтобы операцию провернуть по-тихому и самим успеть добраться до нашего посольства в Берне, где мы находимся под дипломатическим прикрытием.
– Сколько вас? 
– Четверо.
– Троих я вижу. Кто четвертый?
– Кто он?
– Майор О`Келли, наш старший.
– Как он выглядит?
– Среднего роста, сорока лет, нет мизинца на левой руке, в синей рубашке.
– Он придет сюда?
– Нет. Он в «Исле», ждет нашего сообщения.
– Как долго он будет ждать?
– Это зависит не от нас, а от немца.
– Почему так слабо вы подготовились к операции?
– Приказ поступил тридцатого апреля. Как я понял, встреча намечалась в Швеции. Люди, которые готовились к этой операции, отправлены туда. Добраться до Швейцарии они уже не успевали. Руководство предложило майору О`Келли и мне осуществить операцию самым радикальным образом.
– То есть попросту убить представителя фюрера из этих пистолетов с глушителями? 
Павел взял один из пистолетов, покрутил его в руках.
– Да.
– А вы откуда прибыли в Швейцарию?
– Мы не прибыли. Мы работаем под прикрытием посольства.
– А именно кем?
– Я числюсь радиотехником, лейтенант Джек Нельсон водителем, а сержант Эллис Браун машинисткой.

Павел отошел от Скотта. Большего от него нечего было узнавать. Но встал вопрос: как достать майора О`Келли?

(продолжение следует)


© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014
Свидетельство о публикации №214031601802 



Рубрика произведения: Проза -> Детектив
© 16.03.2014 Лев Куртен

© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014

Регистрационный номер №0201456

от 16 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0201456 выдан для произведения:
 
(продолжение)

Начало см. Агент НКВД



8.

Павел вернулся к себе около одиннадцати. В одиннадцать к нему заглянула Рита.

– Вы будете ужинать, мсье, – спросила она. 
– Непременно, Рита – ответил весело Павел.

Через десять минут Рита принесла поднос с ужином и бутылкой розового вина.



– Присядь, Рита, посиди со мной, если не торопишься. Отведай вина, – пригласил Павел горничную.

Рита пододвинула к столику стул и села напротив. Павел налил ей вина и сказал:
– Угощайся. За день ты, наверное, накрутилась, навертелась с работой, устала.

Они выпили и Павел, взяв ее за руку, перетянул на кровать и усадил рядом с собой. Строгое лицо Риты помягчело, щеки ярко заалели. Павел поцеловал ее. Женщина не противилась…



9.

Утром Павел проснулся с мыслью, что сегодня приедет Мюллер, что операция началась и сегодня войдет в острую фазу. Ему не хотелось убивать англичан, в принципе, честно защищающих свою Родину, но тут как выпадет карта. Пожалеют ли они его? А он ведь простой «лягушатник» из страны их союзницы, хотя и поверженной и поставленной на колени.

Появившаяся Джина весело поздоровалась с Павлом, лукаво спросила его: не скучал ли без нее? И, не дожидаясь ответа, сказала:
– Мой брат может с приятелями отдубасить твоих англичан так, что они будут рады убраться отсюда подобру-поздорову и больше никогда здесь не появляться.
– И много у твоего брата приятелей? – поинтересовался Павел.
– Закадычных трое, и еще двух-трех знакомых итальянцев может позвать.

Павел улыбнулся наивности девушки и ответил:
– Эти трое, я включаю и женщину, запросто раскидают и покалечат десяток крепких мужчин. Мне будет жаль твоего брата и его приятелей, если им после встречи с этими англичанами придется долго лечиться в больнице.
– Ну, уж прямо, – недоверчиво сказала Джина. 
– Ты, вот что, лучше достань мне три длинных куска бельевой веревки покрепче. Когда придет женщина, дежурь у звонка вызова и никуда не отлучайся, пока я сам тебе не дам отбой. Когда от меня поступит вызов, то быстро подойди к моей двери, громко постучи и скажи, что пришла телеграмма господину Леблану. Если женский голос тебе откажет, например, ты услышишь, что я сплю, скажи, что телеграмма срочная, может в ней что-нибудь важное. Тебя пошлют подальше – уходи. Вот так, примерно. Поняла? 
Джина кивнула головой и сказала: 
– Но у меня есть ключ. Я могу просто открыть дверь.
– Открой, если тебе жизнь надоела, – припугнул Павел девушку и добавил для успокоения: – Делай, как я велю. Никакой самодеятельности. 
– Хорошо, – ответила Джина. 
Павел обнял ее, поцеловал, погладил по головке и сказал нежно: 
– Сладкая моя.
Потом протянул ей деньги.
– Здесь задаток за работу.
Джина хотела было оттолкнуть их, но Павел засунул бумажки ей за вырез платья.
– Не ерепенься, Крошка.

10.

«Лошадиная морда», как и договаривались, пришла в половине первого. Джина, протиравшая с мебели пыль, сделала недовольное лицо на просьбу Павла принести в номер обед на двоих и вино, но подчинилась. 

Оставшись вдвоем с англичанкой, Павел, прежде всего, узнал, как ее зовут.

– Мы вчера так увлеклись танцами, что даже не познакомились, – сказал он «Лошадиной морде». 

Англичанку звали Эллис. Так она представилась.
– Я заказал нам стол и вино, – сказал Павел, суетясь, словно не зная, куда усадить дорогую гостью. – Как я рад, что вы не обманули меня… Вы мне даже приснились…

Джина вкатила в номер накрытый столик и, виляя попой, вышла. Она направилась на свой пост.

Павел, наконец, усадил Эллис на диван и сам сел с нею рядом, отметив, что сегодня на женщине легкая блузка, приоткрывающая ее ключицы и небольшую грудь. 



– Я сначала хочу выпить за наше знакомство, Эллис, за счастливое совпадение наших жизненных путей, – с дрожью в голосе сказал Павел. 
– Только не говорите мне о вашей любви, Поль, – предупредила его Эллис. – Я – англичанка, я женщина прямая. Ты знаешь, что я замужем. Я люблю моего Джоя, но я уже несколько месяцев, считай год, не спала с мужчиной. Я оголодала. Я хочу, чтобы ты меня взял, удовлетворил и мы разбежимся. Я это к тому, чтобы ты не тратил свое французское красноречие. Мне нужен голый секс, настолько низменный и грязный, насколько это может только француз.
– Ну, тогда давай выпьем за грязный секс, – предложил Павел. 

Эллис улыбнулась, обнажив длинные желтоватые зубы, сняла блузку и стянула через голову юбку, взлохматив волосы, и скрылась в душевой. 

Через десять минут она вышла из душа, завернувшись в банное полотенце. Павел взял из шкафа запасное.

В душе он пустил воду, а сам приник к небольшой дырочке в двери, специально проделанной им утром так, чтобы можно было видеть столик на том месте, куда он его придвинул. 

Павел не сомневался, что Эллис в его фужер с еще не выпитым вином кинет снотворные таблетки (или все-таки яд?), но хотел увидеть это своими глазами. О других способах обездвиживания и отключения сознания человека он не думал. Да и одежда Эллис не позволяла спрятать в ней пистолет, нож или кастет. Могла ли она его оглушить кулаком? Возможно, но чревато промахнуться и получить самой.

Эллис действительно взяла что-то из потайного кармашка трусиков и поднесла это «что-то» к фужеру Павла.



– Так и есть – с облегчением подумал Павел и нырнул под хлещущие струи душа, намочив волосы и тело.

Выйдя из душевой, Павел увидел Эллис, сидящую на диване нога на ногу. Она курила.

– Прости, я взяла у тебя сигарету. Испанская. Недешевая.
– В чем не могу отказать себе, это в хорошем табаке. Я лучше вина не выпью, чем от хороших сигарет откажусь. 

 

Павел опустился рядом с голой Эллис и попытался обнять ее, но она отстранилась и сказала:
– Давай сначала мы с тобой выпьем за грязный секс, Поль, как ты предлагал. А потом займемся им.
– Давай, – охотно согласился Павел, взял фужер в руки, но потом, словно спохватившись, он хлопнул себя по лбу и воскликнул:
– У меня же для тебя есть подарок.

Он подбежал к прикроватной тумбочке, прикрыв собою настенную кнопку вызова персонала, нажал коротко на нее и вынул из выдвижного ящика браслет. Он был недорогой, серебряный, но очень красивый и тонкой работы талантливого ювелира. Павел купил его для Джины, но пока он должен сыграть свою роль. Джине, чтобы быстрым шагом дойти до его двери, потребуется около минуты.

– Смотри, какая красота, Эллис. Да, он недорогой, но прекрасной работы. Ты можешь не носить его, пусть он валяется у тебя среди безделушек, но увидев его, ты вспомнишь обо мне и ту сладость любви, которую я тебе сейчас подарю. 

Эллис взяла его, немного полюбовалась им без интереса в глазах и положила на столик. 

– Ты надень его, – попросил ее Павел. 
– Погоди. Сначала выпьем. За грязный секс, – провозгласила Эллис.

Раздался стук в дверь, громкий, требовательный.

– Кто это? – удивилась Эллис.
– Да тут есть один. Мы пару раз с ним выпивали. Теперь заходит, тащит меня в ресторан, – ответил недовольно Павел. – Скажи ему, что я сплю, что я сплю с женщиной, с тобою, а то не отвяжется, всю гостиницу перебудоражит, особенно, если уже на взводе. 

Эллис подошла к двери, спросила: 
– Кто там?
–Срочная телеграмма мсье Леблану.
– Суньте ее под дверь.
– Сама суй, сучка – сказала Джина. – Телеграмма не член кобелиный. Понимать должна.
– Оставьте у портье. 
– Ладно, любитесь, оставлю у портье, – смилостивилась Джина.

В эти секунды Павел поменял фужеры. 

Эллис вернулась и, взяв фужер с «начинкой», проговорила:
– Давай, наконец, приятель, опорожним наши фужеры, а то если так будем тянуть, то и до секса даже самого примитивного не доберемся. Я уже вся горю и мокну.

Павел поднял фужер и залпом выпил вино. Эллис тоже выпила до дна. Павел с любопытством смотрел на нее: уснет она или сейчас схватится за сердце или за горло и забьется в смертельных судорогах? 

Но Эллис сперва удивленно, а затем встревожено посмотрела на Павла, и начала обмякать. Сон у неё наступил минуты через две. Она только уже сквозь дремоту, накатывающую на нее, прошептала по-английски:
– Ты провел меня, свинья немецкая…
Павел ответил ей тоже по-английски:
– Так получилось, дорогая. Нужно было нам сначала заняться любовью, а потом пить.
Но дошли ли его слова до ее засыпающего мозга, не известно.

Эллис уснула. Павел перенес ее на кровать. На всякий случай связал ей руки и ноги, укрыл с головой одеялом. Одевшись, он приказал Фишеру и Бехмайеру быть наготове.

– Я жду гостей. Будьте наготове.

Стук раздался в два десять. Павел, сымитировав голос Эллис, тихо спросил по-английски:
– Вы? 
– Мы, – послышалось из-за двери.

Павел повернул ключ в замке, распахнул дверь, прикрыв ею себя. Вошел англичанин, проговорил:
– Ну, готов, лягуша… 

Но закончить он не успел. Жесткий удар ребром ладони по сонной артерии отключил его. Второй англичанин, не ожидавший такого приема, увидев перед собой Павла, промедлил и получил удар ногой в живот. Охнув, он согнулся, отлетел к противоположной стене коридора и упал, уткнувшись лицом в пол. Подоспевшие Фишер и Бехмайер втащили потерявшего сознание англичанина в номер и здесь связали обоих.
Первый англичанин пришел в себя минуты через три. Он уставился помутневшими глазами на Павла.



– Черт возьми, – сказал он. – Это ты, лягушатник?
– Я немец и офицер абвера, – сказал Павел. – Предлагаю вам сообщить мне цель вашего визита ко мне. Вас я не приглашал.
– Пошел ты, – ответил англичанин, не удивляясь английскому языка «француза».
– Вы нам расскажете все, сэр – спокойно сказал Павел. – Если не расскажете сами, я введу вам «сыворотку правды». Вам знакома такая?
– Зачем вам правда? – усмехнулся англичанин. – Мы здесь не одни. Вам отсюда не выйти живыми. 
– Мы тоже не одни, – ответил Павел. – Но времени у меня действительно нет, чтобы убеждать вас. Поэтому я введу вам сыворотку.

Павел открыл чемодан, достал из него емкость, в которой хранился шприц. Отломив кончик ампулы с надписью «Глюкоза», заполнил ею шприц. 
Англичанин, нервно покусывая губы, внимательно следил за действиями Павла.

– Ваше окончательное решение, сэр? – поинтересовался Павел у него.
– Пошел к черту, – прохрипел зло англичанин. – Я английский офицер.

Пришедший в себя его напарник с ужасом и ненавистью смотрел на Павла. Говорить он не мог – Бехмайер позаботился и сунул ему в рот, ничего не найдя лучше, трусики Эллис.

Павел отогнул рукав рубашки англичанина и всадил ему в мышцу иглу. Через две минуты глаза англичанина стали стекленеть.

– Ваше имя, место службы, чин? – спросил Павел, безвольно осевшего англичанина. 
– Эдуард Скотт, МИ-5, капитан, – вяло и медленно, словно сквозь сон, ответил англичанин.
– С какой целью вы прибыли в Арозу?
– Помешать встрече представителя Гитлера с представителем деловых кругов США, предающих Великобританию.
– Каким образом? 
– Любым путем ликвидировать немца.
– На каком же пути вы остановились?
– Мы опасались привлечь внимание немецкой разведки и остановились в «Исле», но нам нужно было анонимно попасть сюда, чтобы операцию провернуть по-тихому и самим успеть добраться до нашего посольства в Берне, где мы находимся под дипломатическим прикрытием.
– Сколько вас? 
– Четверо.
– Троих я вижу. Кто четвертый?
– Кто он?
– Майор О`Келли, наш старший.
– Как он выглядит?
– Среднего роста, сорока лет, нет мизинца на левой руке, в синей рубашке.
– Он придет сюда?
– Нет. Он в «Исле», ждет нашего сообщения.
– Как долго он будет ждать?
– Это зависит не от нас, а от немца.
– Почему так слабо вы подготовились к операции?
– Приказ поступил тридцатого апреля. Как я понял, встреча намечалась в Швеции. Люди, которые готовились к этой операции, отправлены туда. Добраться до Швейцарии они уже не успевали. Руководство предложило майору О`Келли и мне осуществить операцию самым радикальным образом.
– То есть попросту убить представителя фюрера из этих пистолетов с глушителями? 
Павел взял один из пистолетов, покрутил его в руках.
– Да.
– А вы откуда прибыли в Швейцарию?
– Мы не прибыли. Мы работаем под прикрытием посольства.
– А именно кем?
– Я числюсь радиотехником, лейтенант Джек Нельсон водителем, а сержант Эллис Браун машинисткой.

Павел отошел от Скотта. Большего от него нечего было узнавать. Но встал вопрос: как достать майора О`Келли?

(продолжение следует)


© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014
Свидетельство о публикации №214031601802 



Рубрика произведения: Проза -> Детектив
© 16.03.2014 Лев Куртен
Рейтинг: +3 534 просмотра
Комментарии (2)
Александр Внуков # 17 марта 2014 в 15:25 +1
Плохо, когда разведчик не до оценивает противника.
Лев Казанцев-Куртен # 17 марта 2014 в 15:30 0
У англичан это есть...)))
Популярная проза за месяц
117
116
113
107
102
96
96
93
92
91
90
86
82
80
79
76
73
72
70
69
66
66
66
64
63
61
61
58
56
54