ЛЕЙТЕНАНТ АБВЕРА (12)

article197403.jpg
 
 
​(продолжение)

​Начало см. АГЕНТ НКВД



ЭЛЬЗА

1.


Лора родила в начале июня мальчика. Мальчик родился крупный и крепенький. Его назвали в честь деда Вильгельмом. 

– Так очень хотелось отцу, – смущенно сказала Лора Павлу.

Павлу не было обидно за то, что она не выполнила своего обещания назвать ребенка Паулем.

– И правильно сделала, – ответил Павел. – Наш дед имеет на это право.

Отметить рождение решили одновременно с днем рождения Павла 22 июня. Это была суббота, и к этому дню в Берлин должен был приехать Диле.

Праздновать решили, конечно, в Карл-Хорсте.

Павел пригласил на день рождения и Эльзу, хотя праздник был оговорен, как семейный. Это была уже четвертая его встреча с девушкой после их знакомства в Каринхале. Эльза охотно откликалась на его приглашения. Они побывали в Оперном театре, слушали Вагнера, ходили в кино, бродили по аллеям Тиргартена и разговаривали обо всем, только не касались своей работы. Эльза, Павел уже знал, что она, как истинная арийка и патриотка служила Германии и не где-нибудь, а в гестапо на Принц-Альбрехт-штрассе, по ее словам, в архиве.

Все собрались к назначенному часу. Прибыл и Диле. Он посмотрел на сына, поцеловал Лору в щеку, сказал: «спасибо, дорогая, за подарок фюреру». 

Благодарность была двусмысленна и намекала на плакатное «Kind für das Fuehrer», Лора покраснела. К счастью, на эти слова новоиспеченного отца никто не обратил внимания – все дети, особенно мальчики, будущие солдаты вермахта, дети фюрера.

Павел, приехав в Карл-Хорст, первым делом представил графу свою подругу. Граф был во всем блеске своего величия – по случаю празднования рождения долгожданного внука он надел парадный мундир, обремененный тяжестью множества орденов и в парадном зале, сидя в кресле, ожидал начала обеда.

Эльза подошла к графу, сделала книксен.

– Чем занимаешься, милая фрейлейн, учишься? – поинтересовался у нее граф. 
– Нет, экселенц, – ответила Эльза, – я служу Германии. 
– Где служишь? – продолжил свой допрос граф.
– В СД, экселенц.
– Вот как, – удивился граф. – Не ожидал, что такая юная девушка служит в таком заведении.
– Я служу в архиве, экселенц, – сказала Эльза. – Заполняю карточки, кодирую их и расставляю по ящикам. 

Несмотря на такое пояснение, граф остался к новой знакомой прохладен и почти все время обеда не обращал внимания ни на неё, ни на самого Павла, а когда тот сказал, что им пора возвращаться в Берлин, не предложил остаться им на ночь. Но Эльза, кажется, прохладного отношения к себе со стороны графа не заметила и была весела от хорошего вечера, от шампанского, от того, что она молода и с нею рядом отличный мужчина. 

Не доезжая Берлина, Павел остановил машину и повернулся к Эльзе. 

– И как тебе показались мои родственники? – спросил он, кладя руку на колено Эльзе. 
– Очень милые люди, – встрепенулась она, словно бы от дремы. – Я не подозревала, что у тебя такой важный дед.

Руку Павла со своего колена она не прогнала. 

– Да, он был в дружеских отношениях с Гинденбургом, – ответил Павел и спросил Эльзу: – Тебя везти домой или заглянешь ко мне? Посмотришь, как я живу.
– Поехали к тебе, – согласилась Эльза, посмотрев на Павла долгим взглядом. 

Павел убрал руку с ее колена и тронул машину с места.

…Только в первом часу Эльза позвонила домой.
– Папочка, – сказала она в трубку телефона, стоящего на тумбочке возле кровати Павла, – мне придется задержаться Карл-Хорсте… Да, я могу попросить его сделать такое одолжение, но боюсь, что мы с ним не доедем до Берлина… Здесь все нормально… Тебе привет от генерала фон Шерера… Да, папочка, завтра к вечеру я буду дома… Не волнуйся.

Эльза положила трубку на аппарат и, повернувшись смеющимся лицом к Павлу, сказала:
– Я, надеюсь, ты не выгонишь меня за дверь ночью. 
Павел улыбнулся:
– Мы еще не закончили наши исследования, дорогая.
Эльза вытянулась и, вскинув руку, воскликнула:
– Хайль Гитлер! Тогда продолжим…

Напоенная горячим аргентинским солнцем, Эльза была страстной, жаркой и ненасытной любовницей.

– Надеюсь, ты не разочарован тем, что я не девственница? – спросила Эльза Павла после их первых любовных восторгов. – У нас, в Аргентине, девушки рано становятся женщинами.

Павел не был разочарован: теплая ночь, прекрасная женщина в постели – что еще нужно для счастья.


​(продолжение следует)

© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014

Регистрационный номер №0197403

от 4 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0197403 выдан для произведения:
 
 
​(продолжение)

​Начало см. АГЕНТ НКВД



ЭЛЬЗА

1.

Лора родила в начале июня мальчика. Мальчик родился крупный и крепенький. Его назвали в честь деда Вильгельмом. 

– Так очень хотелось отцу, – смущенно сказала Лора Павлу.

Павлу не было обидно за то, что она не выполнила своего обещания назвать ребенка Паулем.

– И правильно сделала, – ответил Павел. – Наш дед имеет на это право.

Отпраздновать рождение решили одновременно с днем рождения Павла. Празднование назначили на 22 июня. Это была суббота, и к этому дню в Берлин должен был приехать Диле.

Праздновать решили, конечно, в Карл-Хорсте.

Павел пригласил на день рождения и Эльзу, хотя праздник был оговорен, как семейный. Это была уже четвертая его встреча с девушкой после их знакомства в Каринхале. Эльза охотно откликалась на его приглашения. Они побывали в Оперном театре, слушали Вагнера, ходили в кино, бродили по аллеям Тиргартена и разговаривали обо всем, только не касались своей работы. Эльза, Павел уже знал, как истинная арийка и патриотка служила Германии и служила не где-нибудь, а в гестапо на Принц-Альбрехт-штрассе, по ее словам, в архиве.

Все собрались к назначенному часу. Прибыл и Диле. Он посмотрел на сына, поцеловал Лору в щеку, сказал: «спасибо, дорогая, за подарок фюреру». 

Благодарность была двусмысленна и намекала на плакатное «Kind für das Fuehrer», Лора покраснела. К счастью, на эти слова новоиспеченного отца никто не обратил внимания – все дети, особенно мальчики, будущие солдаты вермахта, дети фюрера.

Павел, приехав в Карл-Хорст, первым делом представил графу свою подругу. Граф был во всем блеске своего величия – по случаю празднования рождения долгожданного внука он надел парадный мундир, обремененный тяжестью множества орденов и в парадном зале, сидя в кресле, ожидал начала обеда.

Эльза подошла к графу, сделала книксен.

– Чем занимаешься, милая фрейлейн, учишься? – поинтересовался у нее граф. 
– Нет, экселенц, – ответила Эльза, – я служу Германии. 
– Где служишь? – продолжил свой допрос граф.
– В СД, экселенц.
– Вот как, – удивился граф. – Не ожидал, что такая юная девушка служит в таком заведении.
– Я служу в архиве, экселенц, – сказала Эльза. – Заполняю карточки, кодирую их и расставляю по ящикам. 

Несмотря на такое пояснение, граф остался к новой знакомой прохладен и не запретил ей, в отличие от всех прочих близких, обращаться к нему официально «экселенц», и почти все время обеда не обращал внимания на самого Павла, а когда тот сказал, что им пора возвращаться в Берлин, не предложил остаться им на ночь. Но Эльза, кажется, прохладного отношения к себе со стороны графа не заметила и была весела от хорошего вечера, от шампанского, от того, что она молода и с нею рядом отличный мужчина. 

Не доезжая, Берлина, Павел остановил машину и повернулся к Эльзе. 

– И как тебе показались мои родственники? – спросил он, кладя руку на колено Эльзе. 
– Очень милые люди, – встрепенулась она, словно бы от дремы. – Я не подозревала, что они у тебя такой важный дед.

Руку Павла со своего колена она не прогнала. 

– Да, он был в дружеских отношениях с Гинденбургом, – ответил Павел и спросил Эльзу: – Тебя везти домой или заглянешь ко мне? Посмотришь, как я живу.
– Поехали к тебе, – согласилась Эльза, посмотрев на Павла долгим взглядом. 

Павел убрал руку с ее колена и тронул машину с места.

…Только в первом часу Эльза позвонила домой.
– Папочка, – сказала она в трубку телефона, стоящего на тумбочке возле кровати Павла, – мне придется задержаться Карл-Хорсте… Да, я могу попросить его сделать такое одолжение, но, боюсь, что мы с ним не доедем до Берлина… Здесь все нормально… Тебе привет от генерала фон Шерера… Да, папочка, завтра к вечеру я буду дома… Не волнуйся.

Эльза положила трубку на аппарат и, повернувшись смеющимся лицом к Павлу, сказала:
– Я, надеюсь, ты выгонишь меня за дверь не утром. 
Павел улыбнулся:
– Мы еще не закончили наши исследования, дорогая.
Эльза вытянулась и, вскинув руку, воскликнула:
– Хайль Гитлер! Тогда продолжим…

Напоенная горячим аргентинским солнцем, Эльза была страстной, жаркой и ненасытной любовницей.

– Надеюсь, ты не разочарован тем, что я не девственница? – спросила Эльза Павла после их первых любовных восторгов. – У нас, в Аргентине, девушки рано становятся женщинами.

Павел не был разочарован: теплая ночь, прекрасная женщина в постели – что еще нужно для счастья.


​(продолжение следует)
Рейтинг: +2 220 просмотров
Комментарии (6)
Алла Иванова # 4 марта 2014 в 09:35 0
live1 А это,что заметила,но не замечание,а по-дружбе:"Я не подозревала, что они у тебя такой важный дед."-Здесь,"они",похоже, случайно вписалось...
И ещё: Не доезжая, Берлина, Павел остановил машину и повернулся к Эльзе. Запятая перед "Берлина" лишняя. 040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Лев Казанцев-Куртен # 4 марта 2014 в 09:42 0
Спасибо, Алла, откорректировал.
Денис Маркелов # 4 марта 2014 в 13:55 +1
Очень хорошо написано
Лев Казанцев-Куртен # 4 марта 2014 в 17:25 0
Спасибо, Денис. c0137
Александр Внуков # 4 марта 2014 в 15:22 +1
Истинная арийка! Хотя мне немецкие девушки казались полненькими.
Лев Казанцев-Куртен # 4 марта 2014 в 17:28 0
Как и всюду женщины разные, Александр.
tanzy6