КРУШЕНИЕ РЕЙХА (5)

article212537.jpg
 
(продолжение)

Начало см. Агент НКВД




ПРИКАЗ: СПАСТИ  ГИТЛЕРА

1.



Шифрограмма из Берлина в ГУКР «СМЕРШ» от 18 июня 1944 г.

«Отцу. Группа офицеров, возглавляемая генералом Беком и побуждаемая представителями Англии и США, готовит покушение на Гитлера с целью создания нового правительства Германии во главе с президентом генерал-фельдмаршалом Беком и рейхсканцлером Гиммлером. С ними планируется заключить сепаратный мир, разрешить ввод англо-американских войск на территорию Германии и Польши, чтобы не допустить их оккупации Красной армией. Рысь».

2.

Сталин расхаживал по кабинету и думал. Сидевшие за столом Берия, Абакумов и Меркулов внимательно следили за нахмурившимся вождем, сжимавшего в пятерне трубку.

Это было не первое сообщение советских разведчиков о стремлении немецкой верхушки побудить Рузвельта и Черчилля к сепаратным переговорам. Сталин был уверен, что оба его союзника не решатся говорить о мире с Гитлером, но с теми, кто придет ему на смену вполне могут заключить мир, чтобы остановить продвижение Красной армии к границам Германии.

Союзники две недели назад, наконец, открыли Второй фронт. Не исключено, что их подкупает возможность, не встречая сопротивления немецких войск, прокатиться по Европе от Атлантики до Берлина или Варшавы. Конечно, какую-нибудь подачку Рузвельт с Черчиллем после долгих споров кинут Советскому Союзу. Сначала украдут Прибалтику, затем могут ею пожертвовать. Это ли достойный приз за удачно проведенную войну? Красная армия сейчас так сильна, что для нее не проблема, пусть с боями, но самой дойти и до Берлина и дальше, до Атлантики, освобождая народы Европы от фашистского и капиталистического ига, и довершить ту революционную войну, что начал Ленин.



Наконец, Сталин остановился напротив Абакумова и спросил, указывая на столе папку с документами, в которой сверху сейчас лежала шифрограмма от Рыси:
– Это твой человек?
Абакумов приподнялся и ответил:
– Мой, Иосиф Виссарионович. 
– Что-нибудь он может сделать, чтобы предотвратить это ненужное нам покушение? 
– Я могу отдать приказ, Иосиф Виссарионович, чтобы он изыскал возможность его предотвращения.
– Прикажите, – сказал Сталин. 

3.

Шифрограмма из ГУКР «СМЕРШ» в Берлин для Рыси от 21 июня 1944 г.

«Примите все меры к предотвращению покушения на Гитлера. Отец».

Павел отложил листок с расшифрованным текстом, звучащим приказом.

– Предотвратить, – подумал он, усмехнувшись. – Легко сказать, но как сделать? Донести в гестапо? Но сам рейхсфюрер заинтересован в устранении Гитлера. Мюллер? Но где гарантия, что он, как и Шелленберг, не из той же компании? Кальтенбруннер? Не уверен, что он пойдет против Гиммлера. Борман? Нельзя ли через него ослабить позиции Гиммлера, а значит, и всех заговорщиков? Но чем он их может ослабить? Донести до Гитлера о тех попытках Гиммлера самостоятельно, помимо, него, фюрера, завязать переговоры с Западом о сепаратном мире с ними и о главном условии, которое те ставят заговорщикам? Реакция Гитлера будет ужасной. Не жалко Гиммлера, не жалко Шелленберга и иже с ними, но среди заговорщиков есть люди и такие, как Штауффенберг… Поговорить с ним? Но граф уже дал мне ответ, что для него, главное, прекратить кровавую бойню. Ему все равно, что Сталин недополучит того, чего он сейчас надеется получить в случае победы? В чем-то он прав. Для русского народа тоже выгодно поскорее закончить войну. Сколько еще может погибнуть наших солдат, покоряя Европу, а нужна ли она им, мечтающим поскорее вернуться домой, к невестам, женам и детям? Не выполнить приказ Москвы? Сослаться на невозможность его выполнения, ничего не предпринимая? Но приказ – это святое для солдата.

Павел набрал номер телефона, данный ему Эльзой. Тот сразу откликнулся.

– Звонит Пауль из Гамбурга.
– Здравствуй, Пауль. Как погода в Гамбурге? 
Не отвечая на вопрос о погоде, Павел сказал:
– Мне хотелось бы с вами встретиться и посоветоваться относительно одного дела.
– Когда?
– Желательно поскорее.
– Хорошо. Подъезжайте к Тиргартену. Я буду ждать вас на Зигес-аллее со стороны Беллевю-штрассе.
– Это рядом со мной. Я смогу быть там через полчаса.
– Прекрасно, я тоже. Поговорим, а заодно погуляем на свежем воздухе. Дела делами, а здоровье прежде всего. Смотрите, какая погода – красота.
– Но как мы… – Павел хотел было спросить о том, как они опознают друг друга, но в трубке послышались короткие гудки.

Павел, сев на скамейку, с волнением посматривал на проходящих мимо него людей, пытаясь догадаться, кто из них резидент советской разведки.

Появление на аллее господина Дитриха не удивило Павла, хотя он не мог предположить, что резидентом окажется отец Эльзы.



– Ну, здравствуй еще раз, Пауль из Гамбурга – проговорил Дитрих, протягивая руку Павлу, и извинился: – Простите, у меня вышла небольшая накладочка. После вас сразу позвонил мой деловой партнер. Пришлось поговорить с ним. Докладывайте, что заставило вас искать срочной встречи со мной?

Павел сообщил ему о шифрограмме с приказом предотвратить покушение на Гитлера.

– Вы не согласны с приказом? Вы сторонник уничтожения Гитлера? – спросил Дитрих.
– Нет, не сторонник. Об этом я прямо заявил Штауффенбергу, Бисмарку и Шелленбергу.
– То есть, вам приказали помочь в подготовке покушения и вы согласились, а с приказом помешать покушению вы не согласны?
– Но если дойдет до Гитлера, что его хотят убить, то…
– Никого из заговорщиков не жалейте. Среди них нет наших друзей. Убийство Гитлера сейчас противоречит нашим интересам. Заговорщики же работают на англичан и американцев, не заинтересованных в нашей абсолютной победе. Их пугает возможность большевизации Европы, а наша задача: добиться того, чтобы знамя с серпом и молотом развевалось над Берлином, над Варшавой, над Прагой, над Парижем, над Копенгагеном, над Римом – и над всей Европой.

Павел не надеялся, что Дитрих поддержит его. И доводы его были Павлу известны и неубедительны. И все-таки он надеялся на понимание со стороны старшего товарища.

Дитрих ограничился только словами:
– Приказ нужно выполнять, Пауль. Родина – превыше всего.
– А люди? – спросил его Павел. – Ведь гибнут солдаты, а мы имеем возможность спасти их, сотни тысяч жизней русских и немецких солдат. Сотням тысяч женщин и детей вернуть их мужей и отцов, а невестам – женихов.
– Гитлер и его клика получат свое, но от рук именно русского солдата, который дойдет до Берлина.
– Который дойдет… – повторил Павел. – А сколько сложат свои головы ради сомнительного удовольствия видеть повешенного Гитлера…
– Приказываю вам продумать план операции по предотвращению покушения на Гитлера, – уже безапелляционным тоном проговорил Дитрих. – Встретимся здесь же через неделю, доложите. И выбросьте из головы мысли о гуманизме. Идёт война не на жизнь, а на смерть.

Разведчики расстались не очень довольные друг другом.

ТАЙНЫЕ РАЗГОВОРЫ

– Американцы склонны к переговорам с вами, – произнес тихим голосом князь Гогенлоэ, в жилах которого текла королевская кровь, сохранивший в свои немалые годы благородную осанку и окостеневшую надменность на красивом старческом лице, отчего Генриху Гиммлеру, бывшему куроводу, становилось не по себе от ощущения своей безродности. – Но их интересует, кого вы представляете, какую группу, и с какой идеологической программой. На что эта группа ориентирована? Какие лозунги она выдвинет рядовым немцам, чтобы они пошли за ней? Кто сможет удержать в стране порядок и избежать анархии? Вы готовы дать им такой ответ, рейхсфюрер?
– Готов, князь, – ответил Гиммлер. – Прежде всего, мы хотим защитить Германию и Европу от большевизма…
– Мне вы можете не излагать ваши идеи, рейхсфюрер. С подробным ответом на поставленные вопросы отправьте в Берн вашего полномочного представителя. Американцы выслушают его и, если ваши ответы их удовлетворят, они передадут вам через него свой проект мирного договора. Я сразу скажу, он будет жёсток, рейхсфюрер. Все от этого договора выигрывают, одна Германия остается в проигрыше по всем пунктам, зато вы спасаете свои задницы от порки.
– Вы уже знакомы с ним, князь? – спросил Гиммлер, невольно поморщившись от последних слов князя.
– В общих чертах. Он низводит Германию на уровень 1933 года.
– Мы пока не на краю могилы стоим, князь, – недовольно проговорил Гиммлер. – У нас есть еще силы противостоять нашествию варваров не один год.
– Попробуйте поторговаться, рейхсфюрер, привлеките в свою компанию крупный капитал, заинтересуйте его собой, – сказал князь Гогенлоэ. – Думайте, решайте, я к вашим услугам, а пока я отбываю к себе. В мои годы путешествия сильно утомляют.

(продолжение следует)



© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2014

Регистрационный номер №0212537

от 2 мая 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0212537 выдан для произведения:
 
(продолжение)

Начало см. Агент НКВД




ПРИКАЗ: СПАСТИ  ГИТЛЕРА

1.



Шифрограмма из Берлина в ГУКР «СМЕРШ» от 18 июня 1944 г.

«Отцу. Группа офицеров, возглавляемая генералом Беком и побуждаемая представителями Англии и США, готовит покушение на Гитлера с целью создания нового правительства Германии во главе с президентом генерал-фельдмаршалом Беком и рейхсканцлером Гиммлером. С ними планируется заключить сепаратный мир, разрешить ввод англо-американских войск на территорию Германии и Польши, чтобы не допустить их оккупации Красной армией. Рысь».

2.

Сталин расхаживал по кабинету и думал. Сидевшие за столом Берия, Абакумов и Меркулов внимательно следили за нахмурившимся вождем, сжимавшего в пятерне трубку.

Это было не первое сообщение советских разведчиков о стремлении немецкой верхушки побудить Рузвельта и Черчилля к сепаратным переговорам. Сталин был уверен, что оба его союзника не решатся говорить о мире с Гитлером, но с теми, кто придет ему на смену вполне могут заключить мир, чтобы остановить продвижение Красной армии к границам Германии.

Союзники две недели назад, наконец, открыли Второй фронт. Не исключено, что их подкупает возможность, не встречая сопротивления немецких войск, прокатиться по Европе от Атлантики до Берлина или Варшавы. Конечно, какую-нибудь подачку Рузвельт с Черчиллем после долгих споров кинут Советскому Союзу. Сначала украдут Прибалтику, затем могут ею пожертвовать. Это ли достойный приз за удачно проведенную войну? Красная армия сейчас так сильна, что для нее не проблема, пусть с боями, но самой дойти и до Берлина и дальше, до Атлантики, освобождая народы Европы от фашистского и капиталистического ига, и довершить ту революционную войну, что начал Ленин.



Наконец, Сталин остановился напротив Абакумова и спросил, указывая на столе папку с документами, в которой сверху сейчас лежала шифрограмма от Рыси:
– Это твой человек?
Абакумов приподнялся и ответил:
– Мой, Иосиф Виссарионович. 
– Что-нибудь он может сделать, чтобы предотвратить это ненужное нам покушение? 
– Я могу отдать приказ, Иосиф Виссарионович, чтобы он изыскал возможность его предотвращения.
– Прикажите, – сказал Сталин. 

3.

Шифрограмма из ГУКР «СМЕРШ» в Берлин для Рыси от 21 июня 1944 г.

«Примите все меры к предотвращению покушения на Гитлера. Отец».

Павел отложил листок с расшифрованным текстом, звучащим приказом.

– Предотвратить, – подумал он, усмехнувшись. – Легко сказать, но как сделать? Донести в гестапо? Но сам рейхсфюрер заинтересован в устранении Гитлера. Мюллер? Но где гарантия, что он, как и Шелленберг, не из той же компании? Кальтенбруннер? Не уверен, что он пойдет против Гиммлера. Борман? Нельзя ли через него ослабить позиции Гиммлера, а значит, и всех заговорщиков? Но чем он их может ослабить? Донести до Гитлера о тех попытках Гиммлера самостоятельно, помимо, него, фюрера, завязать переговоры с Западом о сепаратном мире с ними и о главном условии, которое те ставят заговорщикам? Реакция Гитлера будет ужасной. Не жалко Гиммлера, не жалко Шелленберга и иже с ними, но среди заговорщиков есть люди и такие, как Штауффенберг… Поговорить с ним? Но граф уже дал мне ответ, что для него, главное, прекратить кровавую бойню. Ему все равно, что Сталин недополучит того, чего он сейчас надеется получить в случае победы? В чем-то он прав. Для русского народа тоже выгодно поскорее закончить войну. Сколько еще может погибнуть наших солдат, покоряя Европу, а нужна ли она им, мечтающим поскорее вернуться домой, к невестам, женам и детям? Не выполнить приказ Москвы? Сослаться на невозможность его выполнения, ничего не предпринимая? Но приказ – это святое для солдата.

Павел набрал номер телефона, данный ему Эльзой. Тот сразу откликнулся.

– Звонит Пауль из Гамбурга.
– Здравствуй, Пауль. Как погода в Гамбурге? 
Не отвечая на вопрос о погоде, Павел сказал:
– Мне хотелось бы с вами встретиться и посоветоваться относительно одного дела.
– Когда?
– Желательно поскорее.
– Хорошо. Подъезжайте к Тиргартену. Я буду ждать вас на Зигес-аллее со стороны Беллевю-штрассе.
– Это рядом со мной. Я смогу быть там через полчаса.
– Прекрасно, я тоже. Поговорим, а заодно погуляем на свежем воздухе. Дела делами, а здоровье прежде всего. Смотрите, какая погода – красота.
– Но как мы… – Павел хотел было спросить о том, как они опознают друг друга, но в трубке послышались короткие гудки.

Павел, сев на скамейку, с волнением посматривал на проходящих мимо него людей, пытаясь догадаться, кто из них резидент советской разведки.

Появление на аллее господина Дитриха не удивило Павла, хотя он не мог предположить, что резидентом окажется отец Эльзы.



– Ну, здравствуй еще раз, Пауль из Гамбурга – проговорил Дитрих, протягивая руку Павлу, и извинился: – Простите, у меня вышла небольшая накладочка. После вас сразу позвонил мой деловой партнер. Пришлось поговорить с ним. Докладывайте, что заставило вас искать срочной встречи со мной?

Павел сообщил ему о шифрограмме с приказом предотвратить покушение на Гитлера.

– Вы не согласны с приказом? Вы сторонник уничтожения Гитлера? – спросил Дитрих.
– Нет, не сторонник. Об этом я прямо заявил Штауффенбергу, Бисмарку и Шелленбергу.
– То есть, вам приказали помочь в подготовке покушения и вы согласились, а с приказом помешать покушению вы не согласны?
– Но если дойдет до Гитлера, что его хотят убить, то…
– Никого из заговорщиков не жалейте. Среди них нет наших друзей. Убийство Гитлера сейчас противоречит нашим интересам. Заговорщики же работают на англичан и американцев, не заинтересованных в нашей абсолютной победе. Их пугает возможность большевизации Европы, а наша задача: добиться того, чтобы знамя с серпом и молотом развевалось над Берлином, над Варшавой, над Прагой, над Парижем, над Копенгагеном, над Римом – и над всей Европой.

Павел не надеялся, что Дитрих поддержит его. И доводы его были Павлу известны и неубедительны. И все-таки он надеялся на понимание со стороны старшего товарища.

Дитрих ограничился только словами:
– Приказ нужно выполнять, Пауль. Родина – превыше всего.
– А люди? – спросил его Павел. – Ведь гибнут солдаты, а мы имеем возможность спасти их, сотни тысяч жизней русских и немецких солдат. Сотням тысяч женщин и детей вернуть их мужей и отцов, а невестам – женихов.
– Гитлер и его клика получат свое, но от рук именно русского солдата, который дойдет до Берлина.
– Который дойдет… – повторил Павел. – А сколько сложат свои головы ради сомнительного удовольствия видеть повешенного Гитлера…
– Приказываю вам продумать план операции по предотвращению покушения на Гитлера, – уже безапелляционным тоном проговорил Дитрих. – Встретимся здесь же через неделю, доложите. И выбросьте из головы мысли о гуманизме. Идёт война не на жизнь, а на смерть.

Разведчики расстались не очень довольные друг другом.

ТАЙНЫЕ РАЗГОВОРЫ

– Американцы склонны к переговорам с вами, – произнес тихим голосом князь Гогенлоэ, в жилах которого текла королевская кровь, сохранивший в свои немалые годы благородную осанку и окостеневшую надменность на красивом старческом лице, отчего Генриху Гиммлеру, бывшему куроводу, становилось не по себе от ощущения своей безродности. – Но их интересует, кого вы представляете, какую группу, и с какой идеологической программой. На что эта группа ориентирована? Какие лозунги она выдвинет рядовым немцам, чтобы они пошли за ней? Кто сможет удержать в стране порядок и избежать анархии? Вы готовы дать им такой ответ, рейхсфюрер?
– Готов, князь, – ответил Гиммлер. – Прежде всего, мы хотим защитить Германию и Европу от большевизма…
– Мне вы можете не излагать ваши идеи, рейхсфюрер. С подробным ответом на поставленные вопросы отправьте в Берн вашего полномочного представителя. Американцы выслушают его и, если ваши ответы их удовлетворят, они передадут вам через него свой проект мирного договора. Я сразу скажу, он будет жёсток, рейхсфюрер. Все от этого договора выигрывают, одна Германия остается в проигрыше по всем пунктам, зато вы спасаете свои задницы от порки.
– Вы уже знакомы с ним, князь? – спросил Гиммлер, невольно поморщившись от последних слов князя.
– В общих чертах. Он низводит Германию на уровень 1933 года.
– Мы пока не на краю могилы стоим, князь, – недовольно проговорил Гиммлер. – У нас есть еще силы противостоять нашествию варваров не один год.
– Попробуйте поторговаться, рейхсфюрер, привлеките в свою компанию крупный капитал, заинтересуйте его собой, – сказал князь Гогенлоэ. – Думайте, решайте, я к вашим услугам, а пока я отбываю к себе. В мои годы путешествия сильно утомляют.

(продолжение следует)



Рейтинг: +3 228 просмотров
Комментарии (2)
Денис Маркелов # 2 мая 2014 в 19:16 +1
Не хуже, чем у Юлиана Семёнова. Довольно умеренно, но интересно
Лев Казанцев-Куртен # 2 мая 2014 в 19:26 0
У одного из разведчиков, долго работавшего нелегалом за рубежом, я прочитал, что жизнь "шпиона" весьма скучна для
приключенческого или авантюрного романа, и может напоминать жизнь бухгалтера небольшой фирмы...)))