ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияПриключения → Завтра наступит утро. Глава 7 (отрывок)

 

Завтра наступит утро. Глава 7 (отрывок)

19 апреля 2014 - М.Лютый

Василий ехал по степи, и степь ему казалась совершенно безжизненной. От жаркого летнего солнца трава уже была не ярко зеленая, а уныло повядшая. Над землей струились теплые струи воздуха, и от этого вся местность вдали принимала причудливо странные изображения, то искривляла очертания редких деревьев, кустов, то заволакивало туманной дымкой. И от этой жары, казалось, спряталась вся живность. Нестерпимо хотелось пить. Вода, которая была у него в бурдюке, давно кончилась. Лошадь, чуя усталость всадника, тоже неторопливо вышагивала, иногда пытаясь на ходу прихватить губами кое-где встречающиеся пучки зеленой травы.

Въехав на очередной холм, Василий увидел невдалеке две юрты. С надеждой напиться самому и напоить коня, он направился к ним. Чем ближе он подъезжал к юртам, тем больше у него росло недоумение, - вокруг не чувствовалось ни какой жизни: не былони людей, ни скота. Подъехав поближе, Василий все-таки увидел в тени юрты сидящего на траве человека, безучастно смотревшего вдаль.

Не доезжая до него, Василий слез с лошади и, ведя ее на поводу, подошел:

- Мир вашему дому.

Перед ним сидел парень лет восемнадцати в довольно старом, местами порванном халате. Голова его была побрита кроме одного пучка волос, который был заплетен в косу. Он никак не прореагировал на появившегося незнакомца. Его худое, усталое лицо все так же безучастно продолжало смотреть вдаль.

- Человек, не отвечающий на приветствие гостя, или глухой, или немой, или горе помутило ему разум, что ему нет дела до гостя. А как же тогда закон гостеприимства?

- Что тебе надо, ромей? - Не поворачивая головы, произнес житель степи. - Бери чего тебе надо и уезжай, хотя чего ты можешь взять? Ничего не осталось.

- Та-ак! - Протянул Василий. - Значит не немой и не глухой. Уже хорошо.

Василий подошел поближе и присел перед парнем. Левая сторона у парня была опухшей, глаз оплыл от рассеченной брови. Кровь на брови уже подсохла.

- Я Василий. А ты кто? Как тебя зовут? Что здесь произошло? Рассказывай.

- Зачем тебе знать, ромей?

- Кто знает? Может я смогу помочь тебе.

Парень ничего не сказал, и только горько усмехнулся.

- Рассказывай, - повторил Василий. - В мире не только плохие люди живут.

- Меня зовут Важдай. - Начал рассказ парень. - Я бедный пастух. Мы булгары небогатые люди. У меня был один конь, две коровы и четырнадцать овец — это все мое богатство. Я не могу даже жениться, - никто не отдаст в жены за такого бедняка, как я, свою дочь. И вот сегодня налетели трое, побили меня, мою мать, надругались над моей сестрой, забрали весь скот. Я не смог защитить свою семью. У меня не было никакого оружия, кроме ножа. Отцов нож, хороший, и тот забрали. Как дальше жить?

- Кто это был?

- Ромеи.

Василий крепко сжал зубы:

- Куда они поехали?

Важдай кивнул головой, показывая сторону, куда уехали грабители.

- Давно?

- Да вот перед твоим появлением.

- А соседи помочь не могли?

- Какие соседи? Почти все откочевали севернее. Там сейчас травы больше. А здесь остались только те, у кого скота мало. Для таких и этой травы хватит, и все они далеко друг от друга. До соседей нужно на лошади ехать, а где она, лошадь-то?

- Ну что сидишь? Вставай, поехали возвращать твое имущество. Только дай вначале воды напиться.

Важдай вскочил на ноги.

- Но их же трое.

- А нас двое. Не струсишь?

Важдай вместо ответа оскалился, изобразив улыбку, и побежал к колодцу набирать воду.

Напившись сам и напоив коня, Василий сел в седло и посадил сзади себя Важдая, тронул поводья и пустил лошадь рысью.

- Басил, - А что мне делать, когда догоним?

- Из лука можешь стрелять?

- Какой булгарин не может стрелять из лука?

- А где же твой лук?

- Был лук. Отец уходил на войну и не вернулся. Теперь больше года без лука.

- А как же без лука охотиться?

- А никак. Силки ставлю.

- И хватает на пропитание?

- Я еще шью полушубки из овчины и сапоги. Хорошие сапоги, высотой до колен. Могу с тупым носом, могу с острым – кому как нравится. Подошва из нескольких слоев кожи. Только кожи у меня нет. Кому нужны сапоги – сами и приносят.

- А жены еще нет?

Важдай опустил голову:

- Кому нужен простой пастух? Если б я был воином…

Так разговаривая, то пуская лошадь вскачь, то давая ей отдохнуть – ехали шагом, они поднимались на редкие холмы, спускались в покрытые жухлой травой балки и опять поднимались на холмы, пока вдали не увидели немного сбоку от себя троих всадников, которые неторопливо гнали перед собой овец, двух коров и вели на поводу одного коня. Всадники ехали спокойно и, судя по всему, не ожидали за собой погони.

Василий достал лук и стрелы, вручил их Важдаю:

- Стреляй, если мечи оголят и нападут. Не промахнись только.

Важдай опять только оскалился. Василий ударил шпорами в бока лошади и пустил ее в галоп наперерез. Грабители наконец увидели погоню, остановили стадо и съехались вместе.

Василий подскакал к всадникам и остановился. Важдай спрыгнул с лошади, отбежал немного в сторону и, достав стрелу, приготовился стрелять.

- Вы что, тати, делаете? А ну вертайте скот обратно.

Чекан посмотрел на Важдая, усмехнулся. – Жалко, что мы пожалели тебя, надо было убить. – И, обращаясь к Василию, продолжил:

- А я смотрю – ты осмелел. Ты меч-то в руках держал хоть раз?

Говоря это, Чекан, косясь на Важдая и одновременно прикрываясь от него щитом, направил своего коня к Василию.

- Держал, Чекан, и не раз. – Василий поправил меч, чтобы ничего не мешало его быстро достать, и, повернувшись к Ноздре и Черепу, крикнул, - а вы не дергайтесь – целее будете. А ну, слазь с коней!

Но Череп направил своего коня на Важдая, а Ноздря медленно начал приближаться к Василию. Вдруг Чекан свистнул, и, выхватив меч, сломя голову набросился на Василия. Василий несколькими ударами меча отбил нападение и резким ударом полоснул Чекану по горлу – тот захрипел и скатился с седла.

Ноздря не был так безрассуден. Он начал кружиться вокруг Василия, защищаясь щитом и обмениваясь с ним ударами.

Важдай, после того как раздался свист Чекана, бросился к своему стаду, прикрываясь коровами и не подпуская к себе Черепа. Несколько раз он стрелял из лука, но Череп вовремя прикрывался щитом, и стрелы рикошетили и не доставляли никакого вреда Черепу. Тогда очередной раз увернувшись от преследовавшего его ромея, он выпустил стрелу в бившегося с Василием Ноздрю. Стрела пробила бок, Ноздря обмяк и упал на землю. Василий повернул свою лошадь и бросился на помощь Важдаю.

Череп не стал испытывать судьбу, повернул коня и поскакал прочь. Важдай поднял лук и, неторопливо прицелившись, послал вдогонку стрелу, которая попала точно между лопаток Черепа.

Василий оглядел поле битвы: коровы и овцы разбрелись и безмятежно выискивали и щипали кое-где уцелевшую от жары траву, а между ними лежали уже отошедшие в иной мир ромейские воины. Василий слез с лошади, сорвал пучок сухой травы, вытер свой меч и убрал его в ножны.

- Ты хороший стрелок, Важдай!

Важдай смущенно улыбнулся, если это можно было назвать улыбкой:

- Давно не стрелял.

Василий прилег на землю рядом с сидящим Важдаем. Он смотрел, как Важдай аккуратно осматривает лук, проверяет не повредилась ли тетива, и понимал, что без этого лука Важдаю и его семье прожить очень трудно. Решение пришло мгновенно:

- Я дарю тебе этот лук, Важдай.

Важдай от такого неожиданного подарка пришел в замешательство:

- Но это очень дорогой подарок. Мне нечем отблагодарить тебя, Басил.

Василий улыбнулся:

- Когда-нибудь ты сошьешь мне сапоги. А пока собери оружие этих татей — оно тебе пригодится. Да и коней забирай — теперь у тебя будет целый табун.

От такого Важдай вообще растерялся:

- Басил, это больше чем подарок. Ты спас от голодной и нищей жизни меня, мать и сестру. Я теперь имею коней, оружие. Ты сейчас сделал меня, простого пастуха, воином. И не просто воином. Я теперь могу взять еще двоих нукеров. А это означает, что теперь я могу жениться на Айбике.

- Воином? Возьмешь нукеров и будешь с ними, как они, - Василий кивнул головой в сторону ромеев, - по степи рыскать?

- Нет, Басил, не буду. Мне чужого не надо, но и своего теперь я не отдам.

- Ну, раз так, давай собирайся, пора ехать. Ты езжай домой, а мне туда. – Василий показал рукой в сторону.

- Нет, Басил. Я тебя не отпущу. Сейчас поедем ко мне домой, зарежем овцу, пожарим мясо и отпразднуем. Я встретил такого хорошего человека. Ты мне теперь как брат. Нет, не отпущу. – Повторил он.

Василию ничего не оставалось, как подчиниться.

Важдай ехал на своем коне, о чем-то думал и морщил лоб. Василий изредка на него поглядывал, но решил его пока не беспокоить вопросами. Наконец Важдай повернул голову:

- Слушай, Басил, а возьми ты мою сестру в жены. Ничего, что ее ромеи испортили. Она тебя любить будет, она ласковая. Она все умеет делать. Будет твоя рабочая жена. Она остальных твоих жен слушаться будет.

- Нет, Важдай. У нас так не принято. У нас всего одна жена может быть. Да и еще рано мне жениться. Мне обещание, данное моему отцу, выполнить надо. Скажи, Важдай, а не знаешь ли ты, что где-то здесь неподалеку лет двадцать назад жили северяне.

Важдай кивнул головой:

- Отец рассказывал, что в двух днях пути вон в той стороне, - Важдай показал направление, - есть река, так на той стороне реки они и жили. Сейчас там кочуют савиры и беленджиры – союзники хазар. Мы с ними воюем. Злые они, скот угоняют, людей угоняют. А северяне были добрые. Мы торговали с ними. Вот и нож отец у них сменял. Хороший нож – умелец делал. Вот посмотри. - И Важдай подъехал к Василию и передал ему нож.

Василий взял и вынул нож из ножен. Клинок был острый, без зазубрин.

- Хороший нож. – Повторил Важдай. – Кости можно рубить.

Василий перевернул клинок и заметил какую-то надпись мелкими буквами. Он поднес клинок поближе к глазам и прочитал: «Ковал Людота». Он прочитал еще раз. Сомнений не было,- этот нож ковал его отец. Василий поцеловал клинок и вернул его Важдаю:

- Этот нож ковал мой отец.

Важдай остановил своего коня:

- Так ты северянин?

- Отец был северянином, а мать ромейка.

- Бери нож, он теперь твой.

- Нет, Важдай, у меня есть нож, а этот храни — все-таки память об отце. Ты мне лучше сапоги сшей.

- Обязательно сошью. Слушай, я тебе расскажу одну сказку, которую мне рассказывала моя бабушка:

- Жил старик со своей старухой. И старик до того сварливый был, что все его не устраивало: и то не так, и это не так. Какую еду не сготовит старуха, - все не так. Надоело старухе ворчание старика и решила она его проучить: слепила из коровьего навоза колобок, помазала его сверху сметаной и положила его на солнышко сохнуть. А колобок возьми и покатился по дороге. Навстречу ему звери. Обступили колобка и давай спорить: кому он достанется. А колобок им:

- Не ешьте меня, - я невкусный.

А хитрая лисица говорит:

- Я ничего не слышу. Сядь мне на нос и повтори, что ты сказал.

Колобок сел лисе на нос, а лиса — гам, и съела колобка. Скривилась лиса от такого вкуса. А звери ей:

- Не хитри, лиса, а то колобки будешь есть.

Василий залился смехом от рассказа. А Важдай продолжал:

- Вот и эти ромеи как эта лиса. Не надо разевать пасть на чужое. Как кажется легко взять и отобрать созданное или выращенное другими, особенно у тех, кто не может защитить свое добро, у слабых и беззащитных. Хотя плохо и когда отбирают у тех, кто может защитить свое. В этом случае проливается кровь. Но Тенгри сверху всё видит и наказывает за несправедливость.

- А кто это Тенгри?

- Создатель всего, он везде, как это голубое небо. Каждый, кто верит в Тенгри, носит его частичку с собой. Вот смотри.

Важдай засунул руку за пазуху и вытащил крест, у которого все стороны были одинаковы.

- Вот этот крестик частица Тенгри?

- Это не крест, Басил. Это четыре луча, расходящиеся от солнца. Как от солнца исходит тепло, так и от Тенгри исходит божественная благодать. Он великодушный и справедливый, но для несправедливых он страшен. Он их наказывает. - Важдай чуть помолчал, а затем произнес. - Басил, я понял. Тебя послал ко мне сам Тенгри.

Василий вздохнул и печально произнес:

- Нет, Важдай, я простой человек. Я кузнец, которого научили убивать...

© Copyright: М.Лютый, 2014

Регистрационный номер №0209851

от 19 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0209851 выдан для произведения:

Василий ехал по степи, и степь ему казалась совершенно безжизненной. От жаркого летнего солнца трава уже была не ярко зеленая, а уныло повядшая. Над землей струились теплые струи воздуха, и от этого вся местность вдали принимала причудливо странные изображения, то искривляла очертания редких деревьев, кустов, то заволакивало туманной дымкой. И от этой жары, казалось, спряталась вся живность. Нестерпимо хотелось пить. Вода, которая была у него в бурдюке, давно кончилась. Лошадь, чуя усталость всадника, тоже неторопливо вышагивала, иногда пытаясь на ходу прихватить губами кое-где встречающиеся пучки зеленой травы.

Въехав на очередной холм, Василий увидел невдалеке две юрты. С надеждой напиться самому и напоить коня, он направился к ним. Чем ближе он подъезжал к юртам, тем больше у него росло недоумение, - вокруг не чувствовалось ни какой жизни: не былони людей, ни скота. Подъехав поближе, Василий все-таки увидел в тени юрты сидящего на траве человека, безучастно смотревшего вдаль.

Не доезжая до него, Василий слез с лошади и, ведя ее на поводу, подошел:

- Мир вашему дому.

Перед ним сидел парень лет восемнадцати в довольно старом, местами порванном халате. Голова его была побрита кроме одного пучка волос, который был заплетен в косу. Он никак не прореагировал на появившегося незнакомца. Его худое, усталое лицо все так же безучастно продолжало смотреть вдаль.

- Человек, не отвечающий на приветствие гостя, или глухой, или немой, или горе помутило ему разум, что ему нет дела до гостя. А как же тогда закон гостеприимства?

- Что тебе надо, ромей? - Не поворачивая головы, произнес житель степи. - Бери чего тебе надо и уезжай, хотя чего ты можешь взять? Ничего не осталось.

- Та-ак! - Протянул Василий. - Значит не немой и не глухой. Уже хорошо.

Василий подошел поближе и присел перед парнем. Левая сторона у парня была опухшей, глаз оплыл от рассеченной брови. Кровь на брови уже подсохла.

- Я Василий. А ты кто? Как тебя зовут? Что здесь произошло? Рассказывай.

- Зачем тебе знать, ромей?

- Кто знает? Может я смогу помочь тебе.

Парень ничего не сказал, и только горько усмехнулся.

- Рассказывай, - повторил Василий. - В мире не только плохие люди живут.

- Меня зовут Важдай. - Начал рассказ парень. - Я бедный пастух. Мы булгары небогатые люди. У меня был один конь, две коровы и четырнадцать овец — это все мое богатство. Я не могу даже жениться, - никто не отдаст в жены за такого бедняка, как я, свою дочь. И вот сегодня налетели трое, побили меня, мою мать, надругались над моей сестрой, забрали весь скот. Я не смог защитить свою семью. У меня не было никакого оружия, кроме ножа. Отцов нож, хороший, и тот забрали. Как дальше жить?

- Кто это был?

- Ромеи.

Василий крепко сжал зубы:

- Куда они поехали?

Важдай кивнул головой, показывая сторону, куда уехали грабители.

- Давно?

- Да вот перед твоим появлением.

- А соседи помочь не могли?

- Какие соседи? Почти все откочевали севернее. Там сейчас травы больше. А здесь остались только те, у кого скота мало. Для таких и этой травы хватит, и все они далеко друг от друга. До соседей нужно на лошади ехать, а где она, лошадь-то?

- Ну что сидишь? Вставай, поехали возвращать твое имущество. Только дай вначале воды напиться.

Важдай вскочил на ноги.

- Но их же трое.

- А нас двое. Не струсишь?

Важдай вместо ответа оскалился, изобразив улыбку, и побежал к колодцу набирать воду.

Напившись сам и напоив коня, Василий сел в седло и посадил сзади себя Важдая, тронул поводья и пустил лошадь рысью.

- Басил, - А что мне делать, когда догоним?

- Из лука можешь стрелять?

- Какой булгарин не может стрелять из лука?

- А где же твой лук?

- Был лук. Отец уходил на войну и не вернулся. Теперь больше года без лука.

- А как же без лука охотиться?

- А никак. Силки ставлю.

- И хватает на пропитание?

- Я еще шью полушубки из овчины и сапоги. Хорошие сапоги, высотой до колен. Могу с тупым носом, могу с острым – кому как нравится. Подошва из нескольких слоев кожи. Только кожи у меня нет. Кому нужны сапоги – сами и приносят.

- А жены еще нет?

Важдай опустил голову:

- Кому нужен простой пастух? Если б я был воином…

Так разговаривая, то пуская лошадь вскачь, то давая ей отдохнуть – ехали шагом, они поднимались на редкие холмы, спускались в покрытые жухлой травой балки и опять поднимались на холмы, пока вдали не увидели немного сбоку от себя троих всадников, которые неторопливо гнали перед собой овец, двух коров и вели на поводу одного коня. Всадники ехали спокойно и, судя по всему, не ожидали за собой погони.

Василий достал лук и стрелы, вручил их Важдаю:

- Стреляй, если мечи оголят и нападут. Не промахнись только.

Важдай опять только оскалился. Василий ударил шпорами в бока лошади и пустил ее в галоп наперерез. Грабители наконец увидели погоню, остановили стадо и съехались вместе.

Василий подскакал к всадникам и остановился. Важдай спрыгнул с лошади, отбежал немного в сторону и, достав стрелу, приготовился стрелять.

- Вы что, тати, делаете? А ну вертайте скот обратно.

Чекан посмотрел на Важдая, усмехнулся. – Жалко, что мы пожалели тебя, надо было убить. – И, обращаясь к Василию, продолжил:

- А я смотрю – ты осмелел. Ты меч-то в руках держал хоть раз?

Говоря это, Чекан, косясь на Важдая и одновременно прикрываясь от него щитом, направил своего коня к Василию.

- Держал, Чекан, и не раз. – Василий поправил меч, чтобы ничего не мешало его быстро достать, и, повернувшись к Ноздре и Черепу, крикнул, - а вы не дергайтесь – целее будете. А ну, слазь с коней!

Но Череп направил своего коня на Важдая, а Ноздря медленно начал приближаться к Василию. Вдруг Чекан свистнул, и, выхватив меч, сломя голову набросился на Василия. Василий несколькими ударами меча отбил нападение и резким ударом полоснул Чекану по горлу – тот захрипел и скатился с седла.

Ноздря не был так безрассуден. Он начал кружиться вокруг Василия, защищаясь щитом и обмениваясь с ним ударами.

Важдай, после того как раздался свист Чекана, бросился к своему стаду, прикрываясь коровами и не подпуская к себе Черепа. Несколько раз он стрелял из лука, но Череп вовремя прикрывался щитом, и стрелы рикошетили и не доставляли никакого вреда Черепу. Тогда очередной раз увернувшись от преследовавшего его ромея, он выпустил стрелу в бившегося с Василием Ноздрю. Стрела пробила бок, Ноздря обмяк и упал на землю. Василий повернул свою лошадь и бросился на помощь Важдаю.

Череп не стал испытывать судьбу, повернул коня и поскакал прочь. Важдай поднял лук и, неторопливо прицелившись, послал вдогонку стрелу, которая попала точно между лопаток Черепа.

Василий оглядел поле битвы: коровы и овцы разбрелись и безмятежно выискивали и щипали кое-где уцелевшую от жары траву, а между ними лежали уже отошедшие в иной мир ромейские воины. Василий слез с лошади, сорвал пучок сухой травы, вытер свой меч и убрал его в ножны.

- Ты хороший стрелок, Важдай!

Важдай смущенно улыбнулся, если это можно было назвать улыбкой:

- Давно не стрелял.

Василий прилег на землю рядом с сидящим Важдаем. Он смотрел, как Важдай аккуратно осматривает лук, проверяет не повредилась ли тетива, и понимал, что без этого лука Важдаю и его семье прожить очень трудно. Решение пришло мгновенно:

- Я дарю тебе этот лук, Важдай.

Важдай от такого неожиданного подарка пришел в замешательство:

- Но это очень дорогой подарок. Мне нечем отблагодарить тебя, Басил.

Василий улыбнулся:

- Когда-нибудь ты сошьешь мне сапоги. А пока собери оружие этих татей — оно тебе пригодится. Да и коней забирай — теперь у тебя будет целый табун.

От такого Важдай вообще растерялся:

- Басил, это больше чем подарок. Ты спас от голодной и нищей жизни меня, мать и сестру. Я теперь имею коней, оружие. Ты сейчас сделал меня, простого пастуха, воином. И не просто воином. Я теперь могу взять еще двоих нукеров. А это означает, что теперь я могу жениться на Айбике.

- Воином? Возьмешь нукеров и будешь с ними, как они, - Василий кивнул головой в сторону ромеев, - по степи рыскать?

- Нет, Басил, не буду. Мне чужого не надо, но и своего теперь я не отдам.

- Ну, раз так, давай собирайся, пора ехать. Ты езжай домой, а мне туда. – Василий показал рукой в сторону.

- Нет, Басил. Я тебя не отпущу. Сейчас поедем ко мне домой, зарежем овцу, пожарим мясо и отпразднуем. Я встретил такого хорошего человека. Ты мне теперь как брат. Нет, не отпущу. – Повторил он.

Василию ничего не оставалось, как подчиниться.

Важдай ехал на своем коне, о чем-то думал и морщил лоб. Василий изредка на него поглядывал, но решил его пока не беспокоить вопросами. Наконец Важдай повернул голову:

- Слушай, Басил, а возьми ты мою сестру в жены. Ничего, что ее ромеи испортили. Она тебя любить будет, она ласковая. Она все умеет делать. Будет твоя рабочая жена. Она остальных твоих жен слушаться будет.

- Нет, Важдай. У нас так не принято. У нас всего одна жена может быть. Да и еще рано мне жениться. Мне обещание, данное моему отцу, выполнить надо. Скажи, Важдай, а не знаешь ли ты, что где-то здесь неподалеку лет двадцать назад жили северяне.

Важдай кивнул головой:

- Отец рассказывал, что в двух днях пути вон в той стороне, - Важдай показал направление, - есть река, так на той стороне реки они и жили. Сейчас там кочуют савиры и беленджиры – союзники хазар. Мы с ними воюем. Злые они, скот угоняют, людей угоняют. А северяне были добрые. Мы торговали с ними. Вот и нож отец у них сменял. Хороший нож – умелец делал. Вот посмотри. - И Важдай подъехал к Василию и передал ему нож.

Василий взял и вынул нож из ножен. Клинок был острый, без зазубрин.

- Хороший нож. – Повторил Важдай. – Кости можно рубить.

Василий перевернул клинок и заметил какую-то надпись мелкими буквами. Он поднес клинок поближе к глазам и прочитал: «Ковал Людота». Он прочитал еще раз. Сомнений не было,- этот нож ковал его отец. Василий поцеловал клинок и вернул его Важдаю:

- Этот нож ковал мой отец.

Важдай остановил своего коня:

- Так ты северянин?

- Отец был северянином, а мать ромейка.

- Бери нож, он теперь твой.

- Нет, Важдай, у меня есть нож, а этот храни — все-таки память об отце. Ты мне лучше сапоги сшей.

- Обязательно сошью. Слушай, я тебе расскажу одну сказку, которую мне рассказывала моя бабушка:

- Жил старик со своей старухой. И старик до того сварливый был, что все его не устраивало: и то не так, и это не так. Какую еду не сготовит старуха, - все не так. Надоело старухе ворчание старика и решила она его проучить: слепила из коровьего навоза колобок, помазала его сверху сметаной и положила его на солнышко сохнуть. А колобок возьми и покатился по дороге. Навстречу ему звери. Обступили колобка и давай спорить: кому он достанется. А колобок им:

- Не ешьте меня, - я невкусный.

А хитрая лисица говорит:

- Я ничего не слышу. Сядь мне на нос и повтори, что ты сказал.

Колобок сел лисе на нос, а лиса — гам, и съела колобка. Скривилась лиса от такого вкуса. А звери ей:

- Не хитри, лиса, а то колобки будешь есть.

Василий залился смехом от рассказа. А Важдай продолжал:

- Вот и эти ромеи как эта лиса. Не надо разевать пасть на чужое. Как кажется легко взять и отобрать созданное или выращенное другими, особенно у тех, кто не может защитить свое добро, у слабых и беззащитных. Хотя плохо и когда отбирают у тех, кто может защитить свое. В этом случае проливается кровь. Но Тенгри сверху всё видит и наказывает за несправедливость.

- А кто это Тенгри?

- Создатель всего, он везде, как это голубое небо. Каждый, кто верит в Тенгри, носит его частичку с собой. Вот смотри.

Важдай засунул руку за пазуху и вытащил крест, у которого все стороны были одинаковы.

- Вот этот крестик частица Тенгри?

- Это не крест, Басил. Это четыре луча, расходящиеся от солнца. Как от солнца исходит тепло, так и от Тенгри исходит божественная благодать. Он великодушный и справедливый, но для несправедливых он страшен. Он их наказывает. - Важдай чуть помолчал, а затем произнес. - Басил, я понял. Тебя послал ко мне сам Тенгри.

Василий вздохнул и печально произнес:

- Нет, Важдай, я простой человек. Я кузнец, которого научили убивать...

Рейтинг: 0 127 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!