Экипаж. (12)

25 ноября 2012 - Makarenkoff-&-Smirnova Co.

Женщины тоже умеют выведывать тайны.

======================================================================
-Игорь, ложись в кроватку, тебе хватит уже. – Лада нежно обняла партнера за плечи и помогла ему подняться, насколько позволяло ей здоровье. – Отец, куда его положить можно?
-Та, сюды, куды ж ишшо, - махнул рукой дед, указывая на кровать.
-А сам-то где спать будешь?
-Знамо дело, на печке, больно кости ломить, поди не мальчик ужо. Енто вам молодым, что спать, что миловаться, разницы никакой где.
-Э нет, диду, - Лада с трудом уложила напарника на кровать, и он тут же выключился, - вот что-что, а я миловаться с ним не буду, даром что ли вы меня пол-утра мучили?
-Ох, девка, не зарекайся, бык здоровый, ему любовь нужна.
-Знаю, отец, да только не могу я любить, слишком больно от любви бывает. Не хочу я боле в ее сети лезть.
-Что, шибко муж бывший обидел?
-Смотрю, диду, самограй у тебя языкоразвязывающий. И много мой напарник тебе понарассказывал?
-Достаточно, абы понять, что нелегко пришлось тебе.
-Обидел, сильно обидел. Сначала прикидывался, что любит, а потом, когда надоела, начал издеваться, и выкинул, как шавку подзаборную. Сына отобрал, видеться даже с ним запретил. А потом и вовсе убить попытался. Так что, отец, не для любви я… Да и как можно такое, как я, любить вообще. На моих руках крови больше, чем на мяснике заправском.
-Все мы не без греха, дочка. Ты вот что, у напарника твово спина дюже болит. Я тебе траву дам, завтра в баньке его попарь хорошенько, да отвар из травы ентой повтирай ему. Авось выдюжит.

Наутро, когда Игорь мучился жутким похмельем после вчерашнего, предприимчивый дед заставил его рубить дрова для бани. Несчастный Старший. После подобного другой слег бы суток на трое, но не он. Мучаясь головной болью, он исправно махал топором, раскалывая здоровые чурки на поленья. Свежий воздух потихоньку выветривал остаточные явления алкоголя. Да и спина, которую продуло в казахской беседке после бурной ночи любви, постепенно начала разогреваться. Так что дров он, сам того не заметив, заготовил чуть ли не на всю зиму.

 

 Лада, меж тем, терзаемая не дающими ей покоя нехорошими мыслями, растапливала каменку в бане. Обдумывая что-то свое, сидела она возле полуприкрытой дверцы топки. В глазах ее плясали отблески языков пламени. Она иногда поглядывала на работающего во дворе напарника. От этого лицо ее серело, а в глазах читалась некая тревога.

Игорь видел, что напарница чем-то озабочена, но не связывал ее настроение со своими вчерашними откровениями с дедом. Он вообще не очень хорошо помнил, что происходило после реанимационных процедур. Как только обессиленная ранением Рыжая заснула, из Старшего как будто стержень вынули. Только что держался, чувствуя ответственность за подругу, и вдруг расслабился. И тревогу в голове мигом заместил алкоголь. Вроде выпил немного, раньше попадал и не на такие напитки, и в гораздо больших количествах. А тут пара стаканов просто стерла память. Обрывки воспоминаний ограничивались лишь расплывчатым дедовым анфасом, висевшим перед глазами, как призрак. Кажется, о чем-то говорили. Или говорил один Игорь? Он не был уверен, произнес ли Илья хоть какой-нибудь внятный текст. И много ли выболтал Старший? И не привиделась ли ему Лада, появившаяся в конце вечера? Она же без сознания лежала в доме. Выяснить это можно было только у нее лично.

 

Баня пылала жаром. Дубовые поленья трещали в печи, а на камнях шипела испаряющаяся вода. Голый Старший лежал на полке, на животе, а Рыжая, с важным видом мануального терапевта, втирала в его плечи густой отвар данной дедом травы, смешанный с перетопленным жиром.

 Напарнику уже полегчало, а она делала невинное выражение лица, стерев с него маску озадаченности, надетую утром. Игорь кряхтел блаженно с каждым нажимом ее сильных рук.  Дед явно был целителем – все его лекарства творили чудеса.

Лада улыбнулась, когда он повернул набок голову и провел пальцами по ее коленке.

-Как спина, не болит? - улыбнулась женщина и легонько толкнула его, заставляя перевернуться на спину.
-Уже нет, - улыбнулся Игорь, поблескивая глазами в ее сторону.

И тут Штурман приступила к основному действу. Ее пальцы нежно начали водить по его животу, аккуратно спускаясь чуть ниже.

-Скажи мне, что стало после того дня, когда мой благоверный проиграл меня тебе в карты? - немного наигранно и наивно спросила она. - Почему он потом так быстро дал мне развод?
-Зачем тебе это знать? - мужчина напрягся.
-Я ломала голову над этим несколько лет, а вчера услышала обрывок твоего разговора. Рассказывай!
-Пусть это останется моей тайной.
-Игорь Сергеевич Краснов, не вынуждайте пожалуйста меня прибегать к крайним методам и пыткам.
-Лад, отстань, это мое личное дело!
-Уже нет, и теперь ты точно мне все скажешь.

С этими словами Рыжая как-то странно улыбнулась и, нагнувшись, нежно поцеловала своего напарника. Ее руки проворно заскользили по его телу, доставляя удовольствие, но Старший даже представить не мог, что в этом и состоит Ладкина знаменитая, крайне изощренная пытка.

Ее методичные действия и нежные слова, подпитывали страстный запал, а заданные в этом запале ненавязчивые вопросы начали делать свое дело, развязывая разнеженному ласками напарнику язык. В конечном итоге, Лада добилась-таки своей цели. Старший выдал всю интересующую ее информацию. Понимая, что нарушает данное самому же себе слово молчать, он в отчаянии оттолкнул от себя приставучую пассию и попытался встать, но ноги словно онемели и перестали слушаться. Игорь остался лежать на полатях, с горечью понимая, что Рыжая провела его словно подростка.

Ее нежные ладошки прикоснулись к его лицу, но обиженный Игорь отвернулся.

-Отстань от меня, Рыжее чудовище, - буркнул он, не подумав, и тут же спохватился, испугавшись собственных слов.

Губы Лады сжались, глаза потемнели от злости, но она промолчала, отодвигаясь от напарника. Игорь хотел бы сказать что-нибудь, но слова застряли в горле, при виде того холода, которым его обдало от ее взгляда. Растянутые в нитку губы изображали некое подобие улыбки, но рыжая явно была не в том настрое, чтобы улыбаться. И подобное напоминало скорее гримасу отвращения. Женщина поднялась, намереваясь выйти прочь из бани.

-Лад, погоди, я не хотел тебя обижать, - попытался оправдаться напарник, но она не слушала. – Штурман, стоять!

Командный голос Старшего заставил ее замереть в дверях. Лада уважала силу Игоря, его доминантность. Он знал об этом, но не любил включать перед ней нормального пацана. Но сейчас был именно этот момент.

-Подойди! – приказал он.
-Что тебе нужно? – глаза ее засветились злобой с новой силой.
-Ты выслушаешь меня всего две минуты, а потом, что хочешь, то и делай. Мы с тобой договаривались, давали слово, не обижать друг друга, только что мы оба нарушили свои обещания. Я виноват, прошу у тебя прощения за это, но и ты, подумай, приятно ли мне было от того, что я рассказал тебе про не самую лучшую сторону своей биографии? Ты использовала свои женские чары на мне, хотя я когда-то просил не делать подобных вещей со мной. Не повторяй ошибок моей жены. Я люблю тебя и ценю, как друга и напарника, но сейчас мне было больно, Еще раз прости, что я сделал больно тебе.

Рыжая села на край полка. По глазам было видно, что она напряженно думает. Пару раз она попыталась сказать что-то, но умолкала с открытым ртом.

Игорь смотрел на нее, не требуя моментального ответа. Давал ей возможность сформировать мысль. Знал по себе, как трудно иногда подобрать слова, от которых потом многое будет зависеть. Даже при условии, что напарники уже понимали друг друга по жестам и мимике, по настроению.


Неожиданным ответом стало то, что Штурман вдруг нагнулась и поцеловала его, не так, как раньше, порывисто и страстно, вкладывая в поцелуй весь свой темперамент. Нет, в этом поцелуе было столько нежности и тепла, что напарник просто задохнулся, от нахлынувших на него чувств. Сладкая истома вновь наполнила его тело, заставляя продлевать приятный момент. Да женщина и не отстранялась от него. Игорь обвил ее спину руками, стараясь не задеть рану, и притянул к себе.

-Ты моя глупая маленькая девочка, - улыбнулся он.
-А ты мой извечный Старший. Я скажу тебе кое-что, но ты понимай, как знаешь, - она, пылая от стыда, нагнулась к его уху. – Я люблю тебя, Краснов, но я тебе этого не говорила.

 

Процедуру примирения сторон прервало натужное рычание дизеля. Они выглянули на улицу. И не поверили своим глазам. К дому, заставляя вибрировать ветхие бревна, причаливал огромный тягач, таща за собой длинную шаланду трейлера. Грузовик смотрелся на фоне дедова хутора настолько нереально, что его появление ворохнуло тревожные мысли внутри. Напарники переглянулись.

 

-Нас таки нашли? – спросил Игорь. Но ответа не получил. Рыжая, прищурившись, закусила губу. Кулаки ее сжимались и разжимались.

 

Дизель плюнул в небо черным дымом, и заткнулся. Наступила оглушительная тишина. Из кабины вылез крепко сбитый парень в потертых джинсах и такой же бывалой куртке. Типичный дальнобойщик. Парень пошел было к дому, но, увидев под навесом «победу», остановился, впившись в нее цепким взглядом.

 

-О, внучок, приихав! – из пятистенки вышел старый Илья. – Ну, как дорога?

-Нормально, дед. И дорога добрая была. У нас гости?

-Да, есть тако дело. Хорошие ребятки. Парень да девка.

-Наивный ты, дед Илья. Всем веришь. С чего ты взял, что они хорошие?

-Серенька, мне ужо столько лет, научился видеть.

-Ну ладно, поглядим, что за пассажиры. Похавать есть чего? По домашнему соскучился.

-А как же! И похавать, и выпить есть. Тебе не завтра за руль?

-Нет, пару дней перекантуюсь.

-Ну и добре. Баня занята пока, ты у кухне помойся, лады?

-Не вопрос! А ты пока стопарик наплескай мне, приму «с приехалом».

 

А Игорь с помощью напарницы одевался, готовясь к знакомству с неожиданным внуком. Тревога не отпускала почему-то.

© Copyright: Makarenkoff-&-Smirnova Co., 2012

Регистрационный номер №0096324

от 25 ноября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0096324 выдан для произведения:

Женщины тоже умеют выведывать тайны.

======================================================================
-Игорь, ложись в кроватку, тебе хватит уже. – Лада нежно обняла партнера за плечи и помогла ему подняться, насколько позволяло ей здоровье. – Отец, куда его положить можно?
-Та, сюды, куды ж ишшо, - махнул рукой дед, указывая на кровать.
-А сам-то где спать будешь?
-Знамо дело, на печке, больно кости ломить, поди не мальчик ужо. Енто вам молодым, что спать, что миловаться, разницы никакой где.
-Э нет, диду, - Лада с трудом уложила напарника на кровать, и он тут же выключился, - вот что-что, а я миловаться с ним не буду, даром что ли вы меня пол-утра мучили?
-Ох, девка, не зарекайся, бык здоровый, ему любовь нужна.
-Знаю, отец, да только не могу я любить, слишком больно от любви бывает. Не хочу я боле в ее сети лезть.
-Что, шибко муж бывший обидел?
-Смотрю, диду, самограй у тебя языкоразвязывающий. И много мой напарник тебе понарассказывал?
-Достаточно, абы понять, что нелегко пришлось тебе.
-Обидел, сильно обидел. Сначала прикидывался, что любит, а потом, когда надоела, начал издеваться, и выкинул, как шавку подзаборную. Сына отобрал, видеться даже с ним запретил. А потом и вовсе убить попытался. Так что, отец, не для любви я… Да и как можно такое, как я, любить вообще. На моих руках крови больше, чем на мяснике заправском.
-Все мы не без греха, дочка. Ты вот что, у напарника твово спина дюже болит. Я тебе траву дам, завтра в баньке его попарь хорошенько, да отвар из травы ентой повтирай ему. Авось выдюжит.

Наутро, когда Игорь мучился жутким похмельем после вчерашнего, предприимчивый дед заставил его рубить дрова для бани. Несчастный Старший. После подобного другой слег бы суток на трое, но не он. Мучаясь головной болью, он исправно махал топором, раскалывая здоровые чурки на поленья. Свежий воздух потихоньку выветривал остаточные явления алкоголя. Да и спина, которую продуло в казахской беседке после бурной ночи любви, постепенно начала разогреваться. Так что дров он, сам того не заметив, заготовил чуть ли не на всю зиму.

 

 Лада, меж тем, терзаемая не дающими ей покоя нехорошими мыслями, растапливала каменку в бане. Обдумывая что-то свое, сидела она возле полуприкрытой дверцы топки. В глазах ее плясали отблески языков пламени. Она иногда поглядывала на работающего во дворе напарника. От этого лицо ее серело, а в глазах читалась некая тревога.

Игорь видел, что напарница чем-то озабочена, но не связывал ее настроение со своими вчерашними откровениями с дедом. Он вообще не очень хорошо помнил, что происходило после реанимационных процедур. Как только обессиленная ранением Рыжая заснула, из Старшего как будто стержень вынули. Только что держался, чувствуя ответственность за подругу, и вдруг расслабился. И тревогу в голове мигом заместил алкоголь. Вроде выпил немного, раньше попадал и не на такие напитки, и в гораздо больших количествах. А тут пара стаканов просто стерла память. Обрывки воспоминаний ограничивались лишь расплывчатым дедовым анфасом, висевшим перед глазами, как призрак. Кажется, о чем-то говорили. Или говорил один Игорь? Он не был уверен, произнес ли Илья хоть какой-нибудь внятный текст. И много ли выболтал Старший? И не привиделась ли ему Лада, появившаяся в конце вечера? Она же без сознания лежала в доме. Выяснить это можно было только у нее лично.

 

Баня пылала жаром. Дубовые поленья трещали в печи, а на камнях шипела испаряющаяся вода. Голый Старший лежал на полке, на животе, а Рыжая, с важным видом мануального терапевта, втирала в его плечи густой отвар данной дедом травы, смешанный с перетопленным жиром.

 Напарнику уже полегчало, а она делала невинное выражение лица, стерев с него маску озадаченности, надетую утром. Игорь кряхтел блаженно с каждым нажимом ее сильных рук.  Дед явно был целителем – все его лекарства творили чудеса.

Лада улыбнулась, когда он повернул набок голову и провел пальцами по ее коленке.

-Как спина, не болит? - улыбнулась женщина и легонько толкнула его, заставляя перевернуться на спину.
-Уже нет, - улыбнулся Игорь, поблескивая глазами в ее сторону.

И тут Штурман приступила к основному действу. Ее пальцы нежно начали водить по его животу, аккуратно спускаясь чуть ниже.

-Скажи мне, что стало после того дня, когда мой благоверный проиграл меня тебе в карты? - немного наигранно и наивно спросила она. - Почему он потом так быстро дал мне развод?
-Зачем тебе это знать? - мужчина напрягся.
-Я ломала голову над этим несколько лет, а вчера услышала обрывок твоего разговора. Рассказывай!
-Пусть это останется моей тайной.
-Игорь Сергеевич Краснов, не вынуждайте пожалуйста меня прибегать к крайним методам и пыткам.
-Лад, отстань, это мое личное дело!
-Уже нет, и теперь ты точно мне все скажешь.

С этими словами Рыжая как-то странно улыбнулась и, нагнувшись, нежно поцеловала своего напарника. Ее руки проворно заскользили по его телу, доставляя удовольствие, но Старший даже представить не мог, что в этом и состоит Ладкина знаменитая, крайне изощренная пытка.

Ее методичные действия и нежные слова, подпитывали страстный запал, а заданные в этом запале ненавязчивые вопросы начали делать свое дело, развязывая разнеженному ласками напарнику язык. В конечном итоге, Лада добилась-таки своей цели. Старший выдал всю интересующую ее информацию. Понимая, что нарушает данное самому же себе слово молчать, он в отчаянии оттолкнул от себя приставучую пассию и попытался встать, но ноги словно онемели и перестали слушаться. Игорь остался лежать на полатях, с горечью понимая, что Рыжая провела его словно подростка.

Ее нежные ладошки прикоснулись к его лицу, но обиженный Игорь отвернулся.

-Отстань от меня, Рыжее чудовище, - буркнул он, не подумав, и тут же спохватился, испугавшись собственных слов.

Губы Лады сжались, глаза потемнели от злости, но она промолчала, отодвигаясь от напарника. Игорь хотел бы сказать что-нибудь, но слова застряли в горле, при виде того холода, которым его обдало от ее взгляда. Растянутые в нитку губы изображали некое подобие улыбки, но рыжая явно была не в том настрое, чтобы улыбаться. И подобное напоминало скорее гримасу отвращения. Женщина поднялась, намереваясь выйти прочь из бани.

-Лад, погоди, я не хотел тебя обижать, - попытался оправдаться напарник, но она не слушала. – Штурман, стоять!

Командный голос Старшего заставил ее замереть в дверях. Лада уважала силу Игоря, его доминантность. Он знал об этом, но не любил включать перед ней нормального пацана. Но сейчас был именно этот момент.

-Подойди! – приказал он.
-Что тебе нужно? – глаза ее засветились злобой с новой силой.
-Ты выслушаешь меня всего две минуты, а потом, что хочешь, то и делай. Мы с тобой договаривались, давали слово, не обижать друг друга, только что мы оба нарушили свои обещания. Я виноват, прошу у тебя прощения за это, но и ты, подумай, приятно ли мне было от того, что я рассказал тебе про не самую лучшую сторону своей биографии? Ты использовала свои женские чары на мне, хотя я когда-то просил не делать подобных вещей со мной. Не повторяй ошибок моей жены. Я люблю тебя и ценю, как друга и напарника, но сейчас мне было больно, Еще раз прости, что я сделал больно тебе.

Рыжая села на край полка. По глазам было видно, что она напряженно думает. Пару раз она попыталась сказать что-то, но умолкала с открытым ртом.

Игорь смотрел на нее, не требуя моментального ответа. Давал ей возможность сформировать мысль. Знал по себе, как трудно иногда подобрать слова, от которых потом многое будет зависеть. Даже при условии, что напарники уже понимали друг друга по жестам и мимике, по настроению.


Неожиданным ответом стало то, что Штурман вдруг нагнулась и поцеловала его, не так, как раньше, порывисто и страстно, вкладывая в поцелуй весь свой темперамент. Нет, в этом поцелуе было столько нежности и тепла, что напарник просто задохнулся, от нахлынувших на него чувств. Сладкая истома вновь наполнила его тело, заставляя продлевать приятный момент. Да женщина и не отстранялась от него. Игорь обвил ее спину руками, стараясь не задеть рану, и притянул к себе.

-Ты моя глупая маленькая девочка, - улыбнулся он.
-А ты мой извечный Старший. Я скажу тебе кое-что, но ты понимай, как знаешь, - она, пылая от стыда, нагнулась к его уху. – Я люблю тебя, Краснов, но я тебе этого не говорила.

 

Процедуру примирения сторон прервало натужное рычание дизеля. Они выглянули на улицу. И не поверили своим глазам. К дому, заставляя вибрировать ветхие бревна, причаливал огромный тягач, таща за собой длинную шаланду трейлера. Грузовик смотрелся на фоне дедова хутора настолько нереально, что его появление ворохнуло тревожные мысли внутри. Напарники переглянулись.

 

-Нас таки нашли? – спросил Игорь. Но ответа не получил. Рыжая, прищурившись, закусила губу. Кулаки ее сжимались и разжимались.

 

Дизель плюнул в небо черным дымом, и заткнулся. Наступила оглушительная тишина. Из кабины вылез крепко сбитый парень в потертых джинсах и такой же бывалой куртке. Типичный дальнобойщик. Парень пошел было к дому, но, увидев под навесом «победу», остановился, впившись в нее цепким взглядом.

 

-О, внучок, приихав! – из пятистенки вышел старый Илья. – Ну, как дорога?

-Нормально, дед. И дорога добрая была. У нас гости?

-Да, есть тако дело. Хорошие ребятки. Парень да девка.

-Наивный ты, дед Илья. Всем веришь. С чего ты взял, что они хорошие?

-Серенька, мне ужо столько лет, научился видеть.

-Ну ладно, поглядим, что за пассажиры. Похавать есть чего? По домашнему соскучился.

-А как же! И похавать, и выпить есть. Тебе не завтра за руль?

-Нет, пару дней перекантуюсь.

-Ну и добре. Баня занята пока, ты у кухне помойся, лады?

-Не вопрос! А ты пока стопарик наплескай мне, приму «с приехалом».

 

А Игорь с помощью напарницы одевался, готовясь к знакомству с неожиданным внуком. Тревога не отпускала почему-то.

Рейтинг: +1 189 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!