ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияПриключения → Роман про Африку. Глава шестнадцатая

Роман про Африку. Глава шестнадцатая

24 июля 2014 - Денис Маркелов

Глава шестнадцатая.


Кондрат делал вид, что с аппетитом завтракает.

Ему было трудно первому начать разговор с матерью. Та не догадывалась, что он уже видел предателя Станислава.

Мать намазывала кусочки батона джемом. Она одним ухом слушала последние новости по радио, а другим следила за тем, как сын поглощает её стряпню.

- Мама, я хочу жениться, - вдруг произнёс Кондрат.

- Ты шутишь, сынок, - полувопрошающе осведомилась эта разочарованная в любви женщина.

- Мама, я уже не маленький, и должен подумать о своих чувствах.

- Ну, разумеется. А меня спрашивать необязательно. И что это значит, я должен жениться. Неужели ты был столь неосторожен, что допустил…

Она вдруг осеклась. Она не хотела видеть своего сына бессовестным блядуном, но и принимать в дом невестку не хотела.

«Разумеется, это пронырливая и хитрая особа. Наверняка она влила в  уши Кони целые мегалитры лести, вот он и растаял, как…

Сравнивать сына с мороженым не хотелось. Он и так был слишком приторен, словно пересахаренный компот.

«Срочное сообщение из  Франции» - диктор заговорил чуть бодрее.

«Самолёт… Средиземное море. Пропал!»

Кондрат вдруг побледнел и пулей вылетел из-за стола.

- Сынок, ты куда? А как же чай…

Кондрат ужасно досадовал на себя, что не до сих пор не имеет мобильника. Он был вынужден пользоваться родительским телефоном или стыдливо искать таксофон

- Надо позвонить. Нет, надо съездить в Рублёвск. Наверняка Ираида Михайловна ничего не знает.

Ему показалось страшной шуткой эта дурацкая новость. Пропавший самолёт из Франции теперь занимал все его мысли, отгоняя прочь даже мысли о скорой женитьбе. Особенно теперь, когда его избранница была столь далеко.

Женитьба на Нелли давала смысл его существованию.

 

В особняке Оболенских зазвонил телефон.

Ираида Михайловна подошла к аппарату, кутаясь в красивый заграничный халат. Она слушала строгий и чёткий голос и понимала только одно – Станислав отдал Богу душу.

Она вдруг подумала, что когда-то девчонкой она зарыдала бы, как сирена. Но сейчас, ей не хотелось плакать. Было глупо рыдать, Станиславу пора было держать ответ перед Всевышним.

- Вы звоните, вы звоните из-за похорон.

- Пациент был одиноким, и мы могли бы похоронить его в общей могиле. Но вы оставили свой номер телефона, и…

Она была обязана отправить его в последний путь с комфортом. Не в дурацком полиэтиленовом пакете, как жертву аварии, а со всеми возможными почестями, как первой любви…

 

Кондрат ничего не знал о смерти отца. Он ехал в автобусе по мосту, стоял на площадке для детских колясок и смотрел на реку.

Мысли были слишком далеко и от Волги, и от Рублёвска.

Он поминутно представлял Нелли, красивую и загадочную Нелли, которой он бы охотно подарил целый мир. Он представлял, как они станут кочевать из города в город; как он будет царить на эстрадах, подобно Ференцу Листу, а Нелли станет восхищаться им, называя любимым маэстро.

 

Они столкнулись с Ираидой Михайловной у ворот её дома.

- Кондрат, как вы кстати! Вам тоже позвонили из больницы…

- Из какой больницы? – опешил музыкальный юноша.

- Так вы ничего не знаете. Ваш отец умер. Он приходился мне четвероюродным братом – дальний родственник. Но я любила его.

- Вы любили моего отца? Вот почему вы согласились, чтобы мы с Нелли.

Кондрат покраснел. Он вдруг показался глупым наряженным для похода в театр мальчишкой. Словно бы он…

- А вы слушали сегодня радио?

- Радио? Нет, кажется…

- Во Франции пропал самолёт. Он летел на какой-то средиземноморский курорт. Пропала группа туристов.

 Ираида Михайловна хотела сказать: «Ну и что?» - однако, осеклась и глупо заморгала.

 

«Неужели они были в этом самолёте? Надо позвонить Круазье, он сейчас в Париже, приглядывает за Нелли!»

Она бросила краткий взгляд на своего спутника. Кондрат походил на работника похоронной конторы. Он  сидел так, как привык сидеть за инструментом.

- Надо договориться с похоронной службой, не забыть о некрологе, возможно, кого-то заинтересует смерть Станислава.

Она вспомнила, как хоронила мужа. Как боялась сделать что-то не так. Их мира фантазий её вернули в мир реальности, и теперь безжалостно изучали, словно бы милую и загадочную зверушку.

 

Кондрат не боялся, что мать узнает о смерти бывшего мужа.

У врачей не было под рукой её телефона. И это было очень хорошо. Он старался быть в стороне от её ненависти к этому человеку.

Матери просто было жаль растрачанной юности и обманутых девичьих надежд. Она вспоминала, как восхищалась красивым и стильным солистом, как назло согруппницам приударила за ним, а потом, только после марша Мендельсона словно очнулась и посмотрела на своего избранника другими глазами.

Кондрат рассорил их окончательно. Станислав не мог поверить, что сын от него. Он ревновал супругу даже к полупьяному дворнику, чем очень веселил соседей по подъезжу. Ему казалось, что именно она оборвала его удачный взлёт.

Он мечтвл пристроиться к какой-нибудь филармонии, но увы – туда не брали без консерваторского образования.

За плечами Станислава был лишь клубный кружок игры на гитаре.

С институтским дипломом также не заладилось. Его спихнули на полпути, словно пресловутую бабу с воза. Дядя Миша хитренько ухмыльнулся и произнёс: « А я тебе что говорил?».

Станислав не растерялся. Он решил играть для себя, аккомпанировать на свадьбах и  детских утренниках. Их часто приглашали в небольшие кафе, но этих денег вкупе с небольшой зарплатой рабочего его явно не хватало.

Семейная лодка натолкнулась на рифы быта. Сын остался в памяти маленьким карапузом, а жена недовольной и истеричной выдрой.

Они постарались разъехаться без скандалов.

Станиславу было уютно в небольшой однушке. Он был рад, что избавился от недовольного ворчания, что теперь без глупого присмотра со стороны женщин, он расцветёт, как кактус.

Однако не сложилось.

Жизнь проходила мимо. Он так и не встал вровень ни с Гребенщиковым, ни с Макаревичем. Даже не сумел подняться на волне перестройки. Попросту медленно плыл к смерти, как грязная щепка к канализационному люку.

Его грели успехи сына. Тому повезло больше – он сделал то. Что не смог он – стал музыкантом – настоящим, взаправдашним.

И теперь он видел, что его сын счастлив. Что выглядит точно так же, как он в далёкие года студенческой юности, что вероятно и у него есть на примете какая-нибудь воздыхательница.

Он не заметил, как умер. Ему показалось, что он просто заснул, и впервые не почувствовал боли и страха. Просто заснул – тихо и мирно, как в детстве.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Copyright: Денис Маркелов, 2014

Регистрационный номер №0228641

от 24 июля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0228641 выдан для произведения:

Глава шестнадцатая.

Кондрат делал вид, что с аппетитом завтракает.

Ему было трудно первому начать разговор с матерью. Та не догадывалась, что он уже видел предателя Станислава.

Мать намазывала кусочки батона джемом. Она одним ухом слушала последние новости по радио, а другим следила за тем, как сын поглощает её стряпню.

- Мама, я хочу жениться, - вдруг произнёс Кондрат.

- Ты шутишь, сынок, - полувопрошающе осведомилась эта разочарованная в любви женщина.

- Мама, я уже не маленький, и должен подумать о своих чувствах.

- Ну, разумеется. А меня спрашивать необязательно. И что это значит, я должен жениться. Неужели ты был столь неосторожен, что допустил…

Она вдруг осеклась. Она не хотела видеть своего сына бессовестным блядуном, но и принимать в дом невестку не хотела.

«Разумеется, это пронырливая и хитрая особа. Наверняка она влила в  уши Кони целые мегалитры лести, вот он и растаял, как…

Сравнивать сына с мороженым не хотелось. Он и так был слишком приторен, словно пересахаренный компот.

«Срочное сообщение из  Франции» - диктор заговорил чуть бодрее.

«Самолёт… Средиземное море. Пропал!»

Кондрат вдруг побледнел и пулей вылетел из-за стола.

- Сынок, ты куда? А как же чай…

Кондрат ужасно досадовал на себя, что не до сих пор не имеет мобильника. Он был вынужден пользоваться родительским телефоном или стыдливо искать таксофон

- Надо позвонить. Нет, надо съездить в Рублёвск. Наверняка Ираида Михайловна ничего не знает.

Ему показалось страшной шуткой эта дурацкая новость. Пропавший самолёт из Франции теперь занимал все его мысли, отгоняя прочь даже мысли о скорой женитьбе. Особенно теперь, когда его избранница была столь далеко.

Женитьба на Нелли давала смысл его существованию.

 

В особняке Оболенских зазвонил телефон.

Ираида Михайловна подошла к аппарату, кутаясь в красивый заграничный халат. Она слушала строгий и чёткий голос и понимала только одно – Станислав отдал Богу душу.

Она вдруг подумала, что когда-то девчонкой она зарыдала бы, как сирена. Но сейчас, ей не хотелось плакать. Было глупо рыдать, Станиславу пора было держать ответ перед Всевышним.

- Вы звоните, вы звоните из-за похорон.

- Пациент был одиноким, и мы могли бы похоронить его в общей могиле. Но вы оставили свой номер телефона, и…

Она была обязана отправить его в последний путь с комфортом. Не в дурацком полиэтиленовом пакете, как жертву аварии, а со всеми возможными почестями, как первой любви…

 

Кондрат ничего не знал о смерти отца. Он ехал в автобусе по мосту, стоял на площадке для детских колясок и смотрел на реку.

Мысли были слишком далеко и от Волги, и от Рублёвска.

Он поминутно представлял Нелли, красивую и загадочную Нелли, которой он бы охотно подарил целый мир. Он представлял, как они станут кочевать из города в город; как он будет царить на эстрадах, подобно Ференцу Листу, а Нелли станет восхищаться им, называя любимым маэстро.

 

Они столкнулись с Ираидой Михайловной у ворот её дома.

- Кондрат, как вы кстати! Вам тоже позвонили из больницы…

- Из какой больницы? – опешил музыкальный юноша.

- Так вы ничего не знаете. Ваш отец умер. Он приходился мне четвероюродным братом – дальний родственник. Но я любила его.

- Вы любили моего отца? Вот почему вы согласились, чтобы мы с Нелли.

Кондрат покраснел. Он вдруг показался глупым наряженным для похода в театр мальчишкой. Словно бы он…

- А вы слушали сегодня радио?

- Радио? Нет, кажется…

- Во Франции пропал самолёт. Он летел на какой-то средиземноморский курорт. Пропала группа туристов.

 Ираида Михайловна хотела сказать: «Ну и что?» - однако, осеклась и глупо заморгала.

 

«Неужели они были в этом самолёте? Надо позвонить Круазье, он сейчас в Париже, приглядывает за Нелли!»

Она бросила краткий взгляд на своего спутника. Кондрат походил на работника похоронной конторы. Он  сидел так, как привык сидеть за инструментом.

- Надо договориться с похоронной службой, не забыть о некрологе, возможно, кого-то заинтересует смерть Станислава.

Она вспомнила, как хоронила мужа. Как боялась сделать что-то не так. Их мира фантазий её вернули в мир реальности, и теперь безжалостно изучали, словно бы милую и загадочную зверушку.

 

Кондрат не боялся, что мать узнает о смерти бывшего мужа.

У врачей не было под рукой её телефона. И это было очень хорошо. Он старался быть в стороне от её ненависти к этому человеку.

Матери просто было жаль растрачанной юности и обманутых девичьих надежд. Она вспоминала, как восхищалась красивым и стильным солистом, как назло согруппницам приударила за ним, а потом, только после марша Мендельсона словно очнулась и посмотрела на своего избранника другими глазами.

Кондрат рассорил их окончательно. Станислав не мог поверить, что сын от него. Он ревновал супругу даже к полупьяному дворнику, чем очень веселили соседей по подъезжу. Ему казалось, что именно она оборвала его удачный взлёт.

Он мечтвл пристроиться к какой-нибудь филармонии, но увы – туда не брали без консерваторского образования.

За плечами Станислава был лишь клубный кружок игры на гитаре.

С институтским дипломом также не заладилось. Его спихнули на полпути, словно пресловутую бабу с воза. Дядя Миша хитренько ухмыльнулся и произнёс: « А я тебе что говорил?».

Станислав не растерялся. Он решил играть для себя, аккомпанировать на свадьбах детских утренниках. Их часто приглашали в небольшие кафе, но этих денег вкупе с небольшой зарплатой рабочего его явно не хватало.

Семейнавя лодка натолкнулась на рифы быта. Сын остался в памяти маленьким карапузом, а жена недовольной и истеричной выдрой.

Они постарались разъехаться без скандалов.

Станиславу было уютно в небольшой одннушке. Ре был рад, что избавился от недовольного ворчания, что теперь без глупого присмотра со стороны женщин, он расцветёт, как кактус.

Однако не сложилось.

Жизнь проходила мимо. Он так и не встал вровень ни с Гребенщиковым, ни с Макаревичем. Даже не сумел подняться на волге перестройки. Попросту медленно плыл к смерти, как грязная щепка к канализационному люку.

Его грели успехи сына. Тому повезло больше – он сделал то. Что не смог он – стал музыкантом – настоящим, взаправдашним.

И теперь он видел, что его сын счастлив. Что выглядит точно так же, как он в далёкие года студенческой юности, что вероятно и у него есть на примете какая-нибудь воздыхательница.

Он не заметил, как умер. Ему показалось, что он просто заснул, и впервые не почувствовал боли и страха. Просто заснул – тихо и мирно, как в детстве.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рейтинг: +1 243 просмотра
Комментарии (1)
Людмила Пименова # 11 августа 2014 в 03:34 +1
Сколько таких! Интересно, замечаю незаурядную наблюдательность и тонкую, чуть сквозную иронию.

 

Популярная проза за месяц
94
80
75
75
70
66
63
59
58
56
54
54
54
52
52
51
49
49
48
48
47
47
47
44
43
42
Лесное озеро 4 августа 2017 (Тая Кузмина)
40
36
35
30