НЕЖДАННО – НЕГАДАННО

article215508.jpg
Марина была единственной дочкой в семье Мартынюков. Её семья была довольно состоятельной, так как отец и мать являлись владельцами частной фирмы занимающейся ремонтом автомобилей. Марина была, на редкость, красивой девушкой. Её лицо и идеальная, женская фигура сводили с ума множество мужчин. В свои 25 лет она была образованной девушкой, но сделать выбор в отношении личной жизни она не спешила. Она жила по принципу: улыбку многим, дружбу некоторым, а любовь одному. Но, этого, одного, она до сих пор не встретила, хотя от кандидатов на её руку отбоя не было. Она была весёлой и компанейской. Очень часто на берегу реки либо на дискотеках, в кругу молодёжи, можно было увидеть её идеальную фигуру и услышать её звонкий, заливистый смех.
Но, однажды утром Марина не проснулась. Мать, зашедшая разбудить её, вскоре закричала от горя и ужаса. Марина была мертва. Мать упала на холодное, безжизненное тело дочери и, завопив что было силы, потеряла сознание .Забежавший в комнату отец, увидев страшную картину, тут же вызвал «скорую помощь», которая, приведя в чувство мать, констатировала смерть Марины от остановки сердца. На предложение врачей, отвезти тело Марины в морг и произвести вскрытие, родители наотрез отказались. Через 3 дня Марина была похоронена со всеми почестями единственной дочери бизнесмена. На похоронах присутствовало более двух тысяч человек. Марина лежала в гробу, как живая. Провожая в последний путь любимую дочь, родители нарядили её в самые дорогие одежды, и надели на неё весь золотой запас дочерних украшений. После прощания, под истерические крики матери, рыдание отца и друзей, гроб был закрыт и опущен в могилу. Каждый из присутствующих бросил по горсти земли в могилу, после чего она была засыпана. В семье Мартынюков наступил долгий траур.
- Стёпка, слыхал? Деваха перевернулась. На ней марафета более тонны! – черноволосый парень, с небольшим шрамом через щеку, опрокинул рюмку с виски в рот, подцепил дольку лимона и, кинув его в рот, зачмокал губами. – Надо было бы поспешить, а то братва Черепа быстро эту деваху оприходует…
- Не метушись, Славко! – светловолосый, крепко сложенный, парень впил тоже рюмку виски и запил содовой. – Сегодня деваху и возьмём. А если парни Черепа рыпнутся, уложим их рядом с девахой. Благо, ещё одну братскую могилу не надо будет рыть. – он засмеялся и прикурил сигарету. – Всё надо делать спокойно и обдуманно. Кто метушится, всегда проигрывает. Давай, заканчивай трапезничать. Надо к ночи подготовиться, да и отдохнуть немного не помешает. Работа-то у нас физическая.
Он опять рассмеялся и подозвал официанта, чтобы рассчитаться.
Городское кладбище было залито лунным светом. В его освещении блестели кресты и надгробия, по всему кладбищу витал запах цветов и горящих свечей. Две фигуры в чёрном бесшумно пробирались среди могил, неся на спинах высокие, туристические рюкзаки.
- Ну, как настроение, Славко? – шёпотом спросил, впереди идущий, Степан.
- Что-то у меня на душе не спокойно. Такое ощущение, что что-то должно произойти непредвиденное. – также шёпотом ответил Славко.
Через несколько минут Степан, предупреждающе, поднял руку и остановился.
- Что? – Славко рванулся вперёд.
- Стой! – жёсткий шёпот осадил его. – Парни Черепа здесь. Шустро работают, в открытую. И охраны не опасаются. Что ж, пусть работают, нам меньше работы достанется.
В лунном свете были видны три мужские фигуры, раскапывающие могилу. Работали они слаженно и быстро.
- Когда они углубятся, и их не будет видно, будем действовать по нашей инструкции. Понял? – Степан прошептал эти слова прямо в ухо Славке.
Тот утвердительно кивнул. Спустя пятнадцать минут, все три фигуры были, уже, внутри вскрытой могилы. Степан вытащил пистолет «ТТ» и накрутил на него глушитель.
- Я беру двоих, а ты третьего. Жалко патрон на засранца. «Маслят» не мешает поберечь.
- Лады. Пошли.
Степан двинулся вперёд, бесшумно ступая. За ним двинулся Славка. В руке у него слабо щёлкнул и блеснул выкидной нож. Подойдя к вскрытой могиле, Степан, не раздумывая, всадил по пуле в две головы, хорошо видные в лунном свете, а Славка, бросившись на третьего, одним взмахом перерезал ему горло. Осветив дно ямы, они увидели, что крышка гроба уже очищена от земли.
- Славно! – довольно прошептал Степан. – Быстро берём весь марафет, закидываем яму и линяем. Чем быстрее, тем лучше. Не люблю кладбищенскую обстановку. Такое впечатление, что за тобой следят тысячи глаз.
Они открыли рюкзаки и, достав инструменты и фонари, спустились, по приставленной парнями Черепа складной лестнице, в могилу. Крышка гроба поддалась довольно легко. Откинув её, они увидели лежащую в гробу красавицу с головы до ног увешанную драгоценными украшениями.
- Фью-ю! – присвистнул Славка. – Вот это улов! Отродясь нам столько не попадалось.
Он ухватился рукой за золотую цепь с кулоном, находящуюся на шее покойной, и потянул. В тот же момент покойная открыла глаза и, ухватившись своей холодной рукой за руку Славки, села в гробу.
- Кто вы?! Что вам нужно? Где я? – голос её был хриплым и испуганным.
Славка побелел, как мел, это было видно даже при свете луны, задрожал всем телом и, издав душераздирающий вопль, рухнул замертво на сидящую покойницу. Она, громко вскрикнув, оттолкнула упавшего на неё Славку и, ухватившись за рукав Степана, повторила дрожащим голосом.
- Кто вы? Где я? 
Степан, сидящий на корточках и парализованный увиденным, вытаращил глаза и, завопив диким голосом, выскочил из могилы одним прыжком. Оказавшись наверху он, странно повизгивая, помчался к выходу из кладбища не разбирая дороги, натыкаясь и падая на могилы. Выскочив за кладбищенскую ограду, он помчался, вдоль по трассе, завывая и подпрыгивая от дикого ужаса.
В 7-ом отделении милиции ночное дежурство проходило спокойно. Старший сержант и старшина сидели за шахматной доской, а младший сержант, сидя за компьютером, безжалостно убивал кровожадных монстров из «Подземелья Кремля». Удары страшной силы, вдруг, обрушились на входную дверь. Как по команде, вскочив на ноги и взявшись за оружие, все трое бросились к дверям. Только, лишь, они её успели отпереть, как к ним ворвался, дико вращая глазами, взлохмаченный, наполовину седой парень в перепачканной землёй одежде.
- Спасите! Спасите! Спасите! – запричитал он скороговоркой. – Я пришёл с раскаянием, я всё расскажу. Мне ничего не нужно, посадите меня за решётку, только спасите, спасите, спасите!!!
Милиционеры переглянулись. Психа им сейчас только не доставало.
- Успокойся, парень! – старшина положил ему руку на плечо, - Здесь тебе ничего не угрожает. Садись, успокойся. Игорёк, сделай парню чашку кофе и плесни ему, для успокоения, пол стакана водки. – обратился он к сослуживцу.
- Садись. – обратился он снова к Степану, - Куришь? Кури. – он протянул ему пачку сигарет.
Сержант принёс кофе и водку. Залпом выпив водку, Степан закурил, часто и сильно затягиваясь. Руки его тряслись, а взгляд был затравленный, будто за ним гнался легион монстров.
- Ну, полегчало? – спросил старшина, когда он, почти, перестал дрожать. – Рассказывай, парень, всё, как на духу.
Семейная чета Мартынюк легла спать поздно. Сначала были друзья и родственники. Пили, поминали Марину. Потом все ушли, так как мать с отцом захотели остаться наедине со своим горем. Долго плакала мать, лёжа в постели, уткнувшись в плечо мужа. Отца, также, заливали слёзы, катившиеся по его щекам на подушку. Так, в слезах и с мыслями о невосполнимой потере, они и забылись тяжёлым сном. Мать проснулась от громкого стука в дверь и крика: «Мама, папа, откройте, же!» Она узнала этот голос. Чувствуя, что сейчас расстанется с рассудком, она разбудила мужа.  «Господи, да что же вы мне не открываете?! Мамочка, папочка!» Крик продолжался, сопровождаемый ударами в дверь. Оба бледные, как полотно, супруги вскочили с постели.
- Что это, Ваня?! – заикаясь, произнесла мать - Кто это? Ведь это голос Мариночки… Так ведь… Но, она же… - она запнулась, - похоронена. Как же это может быть? А, Ванечка?
Губы и руки бедной женщины дрожали, а взгляд выражал такую несказанную боль и беспомощность, что на неё невозможно было смотреть без слёз. Отец был тоже не в лучшем виде.
- Я пойду, посмотрю. – наконец решительно сказал он.
Он открыл стенной сейф и достал оттуда «Беретту» со вставленной обоймой.
- Ванюша, я прошу тебя… - умоляюще смотрела на него жена, держась за его руку.
- Я это… на всякий случай… - он не знал, что говорит, - мало ли что… Я буду осторожен… Я не буду просто так стрелять… - он понял, что её так сильно взволновало.     
Отец осторожно приоткрыл входную дверь и выглянул наружу. На крыльце, в белом, погребальном платье сидела его дочь Марина и горько плакала. Лунный свет серебрил её распущенные волосы.
- Доченька… Мариночка… - непослушными губами вымолвил отец. – Это ты?
- Папка! Папочка! – Марина вскочила на ноги и бросилась отцу на шею. – Папочка, родненький, зачем вы меня похоронили?! Я, же, живая! Я, же, не умерла!
Отец чувствовал, что лишается рассудка.  «Беретта», с глухим стуком, упала на крыльцо.
- Как, же, это так, доченька?! – бормотал отец, обнимая живую и невредимую дочь. -  Ты, же, умерла, врачи сказали… А ты жива… Как, же, это? Ты была похоронена, была в гробу… Как, же, ты выбралась оттуда? Это, же, невозможно…
- Доченька!! Мариночка моя!! – мать, птицей, вылетела на крыльцо и, повиснув на шее дочери, потеряла сознание.
До самого утра Марина рассказывала, обезумевшим от счастья, родителям свои похождения с момента своего пробуждения от летаргического сна.
Днём к дому Мартынюков подъехала милицейская машина. В сопровождении старшины, семья Мартынюк была доставлена в КПЗ, для опознания преступника подозреваемого в мародёрстве и осквернении могил. Когда они зашли в комнату, где сидело несколько человек в ряд, Марина, с криком радости, кинулась на шею, наполовину седому, затравленно смотрящему парню.
- Родненький мой! – она обвила его шею руками и крепко поцеловала в губы, - Спасибо тебе за всё, что т сделал для меня. Только благодаря тебе я сейчас живая. Ты мой спаситель, и я обязана тебе своей жизнью. Ты стал для меня самым дорогим человеком после моих родителей.
Отстранив дочку, к Степану подошёл отец Марины и крепко, по-отечески, обнял и расцеловал.
- Спасибо тебе, мой сын, огромное отцовское спасибо за спасение нашей единственной, любимой дочери!
- Сын? Дочери? – на лице Степана было такое удивление, будто он услышал слова идущие от Бога.
- Да, с момента спасения тобой, на кладбище, нашей дочери, ты стал для нас нашим любимым сыном, хотя у тебя есть, вероятно, твои родители.
- Нет… - Степан запнулся, - У меня нет родителей. Они погибли в автокатастрофе, когда я был совсем маленький. Меня воспитывал детдом.
-Значит, в нашем лице ты нашёл свою, любящую тебя, семью. – констатировал отец.
- Спасибо тебе, сыночек мой! – мать подошла к Степану и прижалась к нему, обхватив его руками. – Бог не дал нам сына, так ты, наш дорогой, занял его место по праву. Будь нам сыном. А за спасение нашей Мариночки, прими от меня низкий, материнский поклон.
И она, склонившись перед ним, коснулась рукой пола.
Степан, не веря своим глазам и ушам, растерянно переводил взгляд с одного на другого. И, вдруг, он понял всё. Ведь, покойница в гробу, напугавшая его до полусмерти, и живая красавица, обнимавшая и целовавшая его, были одним и тем же лицом. Значит, выходит, что они, с бедным Славкой, умершим от разрыва сердца, не ведая того, спасли от неминуемой смерти живого человека, заживо похороненного. На глазах его показались слёзы, и он склонился в ответном поклоне.
- Спасибо, люди добрые, за тёплые слова и за ласку родительскую, которую я никогда не знал, сколько себя помню. Спасибо вам, что вы дали мне почувствовать себя членом вашей семьи. Но, я не достоин этого. Я, преступник, и домом моим будет тюрьма. А может… - он запнулся, - и более суровое наказание.
- Не переживай, сынок. – отец Марины снова его обнял, - Я сделаю всё, что в моих силах, чтоб приговор тебе был менее суров. Весь период твоего заключения, ты не будешь обделён нашей любовью и заботой. А после освобождения, милости просим в нашу семью, в твою семью.
Сотрудники милиции и все присутствующие в комнате смотрели на всё происходящее широко раскрыв глаза и приоткрывши  рты. Когда Степана уводили, старшина, положив ему руку на плечо, сказал.
- Да, парень, повезло тебе. Воистину говорят, нет худа без добра. И можешь мне поверить, насколько я ненавижу мародёров и осквернителей могил, но к тебе я ненависти не питаю. Его величество Случай помог тебе сойти с преступного пути. Учитывая твоё чистосердечное признание и раскаяние, учитывая спасение человека от неминуемой смерти, если не от удушья в могиле, то от рук банды Черепа, учитывая ликвидацию трёх опасных рецидивистов находящихся в розыске, а также учитывая влиятельность Ивана Максимовича Мартынюка с его признательностью тебе, ты можешь быть уверен, что суд тебе много не даст.
Слова старшины оказались пророческими. Учитывая все положительные факты в деле Степана, а также благодаря великолепной работе адвоката, нанятого отцом Марины, суд приговорил Степана к двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима, находящейся в том же городе. Через пол года он был отпущен на свободу под залог, внесённый отцом Марины. Все эти пол года заключения, Степан чувствовал любовь и заботу своей новой семьи. Марина, каждый день приходила к нему на свидание, которое устраивалось с лёгкой руки её отца. После выхода из тюрьмы, Степан и Марина сыграли великолепную свадьбу.  

© Copyright: Владимир Гликов, 2014

Регистрационный номер №0215508

от 18 мая 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0215508 выдан для произведения:
Марина была единственной дочкой в семье Мартынюков. Её семья была довольно состоятельной, так как отец и мать являлись владельцами частной фирмы занимающейся ремонтом автомобилей. Марина была, на редкость, красивой девушкой. Её лицо и идеальная, женская фигура сводили с ума множество мужчин. В свои 25 лет она была образованной девушкой, но сделать выбор в отношении личной жизни она не спешила. Она жила по принципу: улыбку многим, дружбу некоторым, а любовь одному. Но, этого, одного, она до сих пор не встретила, хотя от кандидатов на её руку отбоя не было. Она была весёлой и компанейской. Очень часто на берегу реки либо на дискотеках, в кругу молодёжи, можно было увидеть её идеальную фигуру и услышать её звонкий, заливистый смех.
Но, однажды утром Марина не проснулась. Мать, зашедшая разбудить её, вскоре закричала от горя и ужаса. Марина была мертва. Мать упала на холодное, безжизненное тело дочери и, завопив что было силы, потеряла сознание .Забежавший в комнату отец, увидев страшную картину, тут же вызвал «скорую помощь», которая, приведя в чувство мать, констатировала смерть Марины от остановки сердца. На предложение врачей, отвезти тело Марины в морг и произвести вскрытие, родители наотрез отказались. Через 3 дня Марина была похоронена со всеми почестями единственной дочери бизнесмена. На похоронах присутствовало более двух тысяч человек. Марина лежала в гробу, как живая. Провожая в последний путь любимую дочь, родители нарядили её в самые дорогие одежды, и надели на неё весь золотой запас дочерних украшений. После прощания, под истерические крики матери, рыдание отца и друзей, гроб был закрыт и опущен в могилу. Каждый из присутствующих бросил по горсти земли в могилу, после чего она была засыпана. В семье Мартынюков наступил долгий траур.
- Стёпка, слыхал? Деваха перевернулась. На ней марафета более тонны! – черноволосый парень, с небольшим шрамом через щеку, опрокинул рюмку с виски в рот, подцепил дольку лимона и, кинув его в рот, зачмокал губами. – Надо было бы поспешить, а то братва Черепа быстро эту деваху оприходует…
- Не метушись, Славко! – светловолосый, крепко сложенный, парень впил тоже рюмку виски и запил содовой. – Сегодня деваху и возьмём. А если парни Черепа рыпнутся, уложим их рядом с девахой. Благо, ещё одну братскую могилу не надо будет рыть. – он засмеялся и прикурил сигарету. – Всё надо делать спокойно и обдуманно. Кто метушится, всегда проигрывает. Давай, заканчивай трапезничать. Надо к ночи подготовиться, да и отдохнуть немного не помешает. Работа-то у нас физическая.
Он опять рассмеялся и подозвал официанта, чтобы рассчитаться.
Городское кладбище было залито лунным светом. В его освещении блестели кресты и надгробия, по всему кладбищу витал запах цветов и горящих свечей. Две фигуры в чёрном бесшумно пробирались среди могил, неся на спинах высокие, туристические рюкзаки.
- Ну, как настроение, Славко? – шёпотом спросил, впереди идущий, Степан.
- Что-то у меня на душе не спокойно. Такое ощущение, что что-то должно произойти непредвиденное. – также шёпотом ответил Славко.
Через несколько минут Степан, предупреждающе, поднял руку и остановился.
- Что? – Славко рванулся вперёд.
- Стой! – жёсткий шёпот осадил его. – Парни Черепа здесь. Шустро работают, в открытую. И охраны не опасаются. Что ж, пусть работают, нам меньше работы достанется.
В лунном свете были видны три мужские фигуры, раскапывающие могилу. Работали они слаженно и быстро.
- Когда они углубятся, и их не будет видно, будем действовать по нашей инструкции. Понял? – Степан прошептал эти слова прямо в ухо Славке.
Тот утвердительно кивнул. Спустя пятнадцать минут, все три фигуры были, уже, внутри вскрытой могилы. Степан вытащил пистолет «ТТ» и накрутил на него глушитель.
- Я беру двоих, а ты третьего. Жалко патрон на засранца. «Маслят» не мешает поберечь.
- Лады. Пошли.
Степан двинулся вперёд, бесшумно ступая. За ним двинулся Славка. В руке у него слабо щёлкнул и блеснул выкидной нож. Подойдя к вскрытой могиле, Степан, не раздумывая, всадил по пуле в две головы, хорошо видные в лунном свете, а Славка, бросившись на третьего, одним взмахом перерезал ему горло. Осветив дно ямы, они увидели, что крышка гроба уже очищена от земли.
- Славно! – довольно прошептал Степан. – Быстро берём весь марафет, закидываем яму и линяем. Чем быстрее, тем лучше. Не люблю кладбищенскую обстановку. Такое впечатление, что за тобой следят тысячи глаз.
Они открыли рюкзаки и, достав инструменты и фонари, спустились, по приставленной парнями Черепа складной лестнице, в могилу. Крышка гроба поддалась довольно легко. Откинув её, они увидели лежащую в гробу красавицу с головы до ног увешанную драгоценными украшениями.
- Фью-ю! – присвистнул Славка. – Вот это улов! Отродясь нам столько не попадалось.
Он ухватился рукой за золотую цепь с кулоном, находящуюся на шее покойной, и потянул. В тот же момент покойная открыла глаза и, ухватившись своей холодной рукой за руку Славки, села в гробу.
- Кто вы?! Что вам нужно? Где я? – голос её был хриплым и испуганным.
Славка побелел, как мел, это было видно даже при свете луны, задрожал всем телом и, издав душераздирающий вопль, рухнул замертво на сидящую покойницу. Она, громко вскрикнув, оттолкнула упавшего на неё Славку и, ухватившись за рукав Степана, повторила дрожащим голосом.
- Кто вы? Где я? 
Степан, сидящий на корточках и парализованный увиденным, вытаращил глаза и, завопив диким голосом, выскочил из могилы одним прыжком. Оказавшись наверху он, странно повизгивая, помчался к выходу из кладбища не разбирая дороги, натыкаясь и падая на могилы. Выскочив за кладбищенскую ограду, он помчался, вдоль по трассе, завывая и подпрыгивая от дикого ужаса.
В 7-ом отделении милиции ночное дежурство проходило спокойно. Старший сержант и старшина сидели за шахматной доской, а младший сержант, сидя за компьютером, безжалостно убивал кровожадных монстров из «Подземелья Кремля». Удары страшной силы, вдруг, обрушились на входную дверь. Как по команде, вскочив на ноги и взявшись за оружие, все трое бросились к дверям. Только, лишь, они её успели отпереть, как к ним ворвался, дико вращая глазами, взлохмаченный, наполовину седой парень в перепачканной землёй одежде.
- Спасите! Спасите! Спасите! – запричитал он скороговоркой. – Я пришёл с раскаянием, я всё расскажу. Мне ничего не нужно, посадите меня за решётку, только спасите, спасите, спасите!!!
Милиционеры переглянулись. Психа им сейчас только не доставало.
- Успокойся, парень! – старшина положил ему руку на плечо, - Здесь тебе ничего не угрожает. Садись, успокойся. Игорёк, сделай парню чашку кофе и плесни ему, для успокоения, пол стакана водки. – обратился он к сослуживцу.
- Садись. – обратился он снова к Степану, - Куришь? Кури. – он протянул ему пачку сигарет.
Сержант принёс кофе и водку. Залпом выпив водку, Степан закурил, часто и сильно затягиваясь. Руки его тряслись, а взгляд был затравленный, будто за ним гнался легион монстров.
- Ну, полегчало? – спросил старшина, когда он, почти, перестал дрожать. – Рассказывай, парень, всё, как на духу.
Семейная чета Мартынюк легла спать поздно. Сначала были друзья и родственники. Пили, поминали Марину. Потом все ушли, так как мать с отцом захотели остаться наедине со своим горем. Долго плакала мать, лёжа в постели, уткнувшись в плечо мужа. Отца, также, заливали слёзы, катившиеся по его щекам на подушку. Так, в слезах и с мыслями о невосполнимой потере, они и забылись тяжёлым сном. Мать проснулась от громкого стука в дверь и крика: «Мама, папа, откройте, же!» Она узнала этот голос. Чувствуя, что сейчас расстанется с рассудком, она разбудила мужа.  «Господи, да что же вы мне не открываете?! Мамочка, папочка!» Крик продолжался, сопровождаемый ударами в дверь. Оба бледные, как полотно, супруги вскочили с постели.
- Что это, Ваня?! – заикаясь, произнесла мать - Кто это? Ведь это голос Мариночки… Так ведь… Но, она же… - она запнулась, - похоронена. Как же это может быть? А, Ванечка?
Губы и руки бедной женщины дрожали, а взгляд выражал такую несказанную боль и беспомощность, что на неё невозможно было смотреть без слёз. Отец был тоже не в лучшем виде.
- Я пойду, посмотрю. – наконец решительно сказал он.
Он открыл стенной сейф и достал оттуда «Беретту» со вставленной обоймой.
- Ванюша, я прошу тебя… - умоляюще смотрела на него жена, держась за его руку.
- Я это… на всякий случай… - он не знал, что говорит, - мало ли что… Я буду осторожен… Я не буду просто так стрелять… - он понял, что её так сильно взволновало.     
Отец осторожно приоткрыл входную дверь и выглянул наружу. На крыльце, в белом, погребальном платье сидела его дочь Марина и горько плакала. Лунный свет серебрил её распущенные волосы.
- Доченька… Мариночка… - непослушными губами вымолвил отец. – Это ты?
- Папка! Папочка! – Марина вскочила на ноги и бросилась отцу на шею. – Папочка, родненький, зачем вы меня похоронили?! Я, же, живая! Я, же, не умерла!
Отец чувствовал, что лишается рассудка.  «Беретта», с глухим стуком, упала на крыльцо.
- Как, же, это так, доченька?! – бормотал отец, обнимая живую и невредимую дочь. -  Ты, же, умерла, врачи сказали… А ты жива… Как, же, это? Ты была похоронена, была в гробу… Как, же, ты выбралась оттуда? Это, же, невозможно…
- Доченька!! Мариночка моя!! – мать, птицей, вылетела на крыльцо и, повиснув на шее дочери, потеряла сознание.
До самого утра Марина рассказывала, обезумевшим от счастья, родителям свои похождения с момента своего пробуждения от летаргического сна.
Днём к дому Мартынюков подъехала милицейская машина. В сопровождении старшины, семья Мартынюк была доставлена в КПЗ, для опознания преступника подозреваемого в мародёрстве и осквернении могил. Когда они зашли в комнату, где сидело несколько человек в ряд, Марина, с криком радости, кинулась на шею, наполовину седому, затравленно смотрящему парню.
- Родненький мой! – она обвила его шею руками и крепко поцеловала в губы, - Спасибо тебе за всё, что т сделал для меня. Только благодаря тебе я сейчас живая. Ты мой спаситель, и я обязана тебе своей жизнью. Ты стал для меня самым дорогим человеком после моих родителей.
Отстранив дочку, к Степану подошёл отец Марины и крепко, по-отечески, обнял и расцеловал.
- Спасибо тебе, мой сын, огромное отцовское спасибо за спасение нашей единственной, любимой дочери!
- Сын? Дочери? – на лице Степана было такое удивление, будто он услышал слова идущие от Бога.
- Да, с момента спасения тобой, на кладбище, нашей дочери, ты стал для нас нашим любимым сыном, хотя у тебя есть, вероятно, твои родители.
- Нет… - Степан запнулся, - У меня нет родителей. Они погибли в автокатастрофе, когда я был совсем маленький. Меня воспитывал детдом.
-Значит, в нашем лице ты нашёл свою, любящую тебя, семью. – констатировал отец.
- Спасибо тебе, сыночек мой! – мать подошла к Степану и прижалась к нему, обхватив его руками. – Бог не дал нам сына, так ты, наш дорогой, занял его место по праву. Будь нам сыном. А за спасение нашей Мариночки, прими от меня низкий, материнский поклон.
И она, склонившись перед ним, коснулась рукой пола.
Степан, не веря своим глазам и ушам, растерянно переводил взгляд с одного на другого. И, вдруг, он понял всё. Ведь, покойница в гробу, напугавшая его до полусмерти, и живая красавица, обнимавшая и целовавшая его, были одним и тем же лицом. Значит, выходит, что они, с бедным Славкой, умершим от разрыва сердца, не ведая того, спасли от неминуемой смерти живого человека, заживо похороненного. На глазах его показались слёзы, и он склонился в ответном поклоне.
- Спасибо, люди добрые, за тёплые слова и за ласку родительскую, которую я никогда не знал, сколько себя помню. Спасибо вам, что вы дали мне почувствовать себя членом вашей семьи. Но, я не достоин этого. Я, преступник, и домом моим будет тюрьма. А может… - он запнулся, - и более суровое наказание.
- Не переживай, сынок. – отец Марины снова его обнял, - Я сделаю всё, что в моих силах, чтоб приговор тебе был менее суров. Весь период твоего заключения, ты не будешь обделён нашей любовью и заботой. А после освобождения, милости просим в нашу семью, в твою семью.
Сотрудники милиции и все присутствующие в комнате смотрели на всё происходящее широко раскрыв глаза и приоткрывши  рты. Когда Степана уводили, старшина, положив ему руку на плечо, сказал.
- Да, парень, повезло тебе. Воистину говорят, нет худа без добра. И можешь мне поверить, насколько я ненавижу мародёров и осквернителей могил, но к тебе я ненависти не питаю. Его величество Случай помог тебе сойти с преступного пути. Учитывая твоё чистосердечное признание и раскаяние, учитывая спасение человека от неминуемой смерти, если не от удушья в могиле, то от рук банды Черепа, учитывая ликвидацию трёх опасных рецидивистов находящихся в розыске, а также учитывая влиятельность Ивана Максимовича Мартынюка с его признательностью тебе, ты можешь быть уверен, что суд тебе много не даст.
Слова старшины оказались пророческими. Учитывая все положительные факты в деле Степана, а также благодаря великолепной работе адвоката, нанятого отцом Марины, суд приговорил Степана к двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима, находящейся в том же городе. Через пол года он был отпущен на свободу под залог, внесённый отцом Марины. Все эти пол года заключения, Степан чувствовал любовь и заботу своей новой семьи. Марина, каждый день приходила к нему на свидание, которое устраивалось с лёгкой руки её отца. После выхода из тюрьмы, Степан и Марина сыграли великолепную свадьбу.  
Рейтинг: 0 152 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!