ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФантастика → Израильский БОМЖ (без определенного места жительства).

Израильский БОМЖ (без определенного места жительства).

     Израильский БОМЖ (без определенного места жительства)
     Живой человек не может считаться «отходом производства».
     Стреляет Солнце – чрезмерной радиацией, убойными лучами. Затерялась кепочка – лучи по его темечку ударяют с проникающей ущербностью. Он зарос щетиной, в помятой, давно стираной безрукавке, истерзанных джинсах… «Моден». Поспевающие рано местные горе-модники в новой одежде протирают дыры – красуются неряшливой простотой поведения. Ефим Котвик заметно отличается: в нем естественное сочетание знойной нищеты, неряшливости… Все его имущество помещается в торговой коляске.
 
     На ППЖ в Израиль Ефим уехал с семьей. Ничего не знал о стране, нравах. Уверяли бытующие в России представления: «Евреи – по научным партийно-марксистским заключениям - вовсе не народ. Приспособленцы паразитического свойства. Все они - неумехи, лодыри, комбинаторы, прочего рода хитрецы-хапуги, народ паразитического образа. Дурят православных – этим живут. В Израиле православных нет – остается всем одно занятие: дурить друг друга». Это там! Здесь узнал от местных о суевериях
другого свойства: по подобной схеме рассуждают адвокаты. «Общество поделено на неравные части. Это – адвокаты и… остальные. Избранной публике государство дарит привилегии, обеспечивает всем безопасность. Эти «остальные» специально созданы: обязаны содержать в удобстве-сытости адвокатов. Приумножают последние за особую плату – права, состояние и демократию богатых». Во всем мире деньги правят бал!
 
     Не сразу Котвик потерял семью. Молодые поехали в киббуц, в качестве дешевой рабочей силы. Обосновали: быстрое изучение иврита поможет приобретению ходкой обслуживающей специальности. Вскоре жена проделала кульбит с деньгами. Гиюр ее не привлек – в городе у арабов есть храм божий неведомого христианского толка: удовлетворит религиозные потребности. И для прочих возросших запросов – другие возможности и варианты. Гордый Ефим не стал искать помощи. Претит воевать за справедливость с собственницей. Ушел от крашенки – превратилась в экзотическую блондинку: таких домогаются зажимистые местные сабры. На сенсацию клюнули журналюги: убедили легковерных в доступности русских женщин. «Колбасная олия»!  
 
     Ефим остался без крыши над головой. Изначально думал: в этом южном раю – одни малохольные платят за жилье. Можно почти круглый год жить на природе: палатку ставь... При полном изобилии продуктов питания – без труда кормись. Приткнись к рынку-шуку, супермаркету: на тележках вывозят, выбрасывают потерявший свежесть перебор. Не гнилье. Расточительно относятся ко всему – и к продуктам питания. Из
выброшенных носильных вещей – собери гардероб. Валяются инструменты мастера.
     Котвик обходится без горячей пищи. Настреляет шекели-мелочь: садится за столик, на свежем воздухе выпьет чашечку экспрессо, черного кофе… Для просветления сознания даже с особой горечью, ароматное по-турецки густо сваренное. Втянулся...
 
     - Коллективного сознания не хватает… И с равенством – не полная демократия. Все разрозненно живут – в плане эгоизма полного разворота. За помощью ни к кому не сунься. – Не жалуется: информирует. - Все из бывших владельцев собственности – разбогатели в одночасье, возгордились. А остальные, называемые интеллектуалы – приехали сволочью советского разлива - поменяли идеологические пристрастия, цвет словоблудия. Характерами ужесточились. Сволочь бы их всех – всю эту сволочь и... Сказать даже нельзя, во что превратить их – эту интеллектуальную силу. Развалили на свою голову – Союз. Здесь продолжают поджигательствовать. Свою животную суть превращают на пользу собственного блага. Наплевать им, а то и похуже – испустить мочевыделения - на просвещенное человечество.
 
     Сдаю, например отпойную посуду, дежурю на стреме по частному договору... иль еще на совещании пропойцев... да чего там: повсюду нас, бывших интеллигентов идеологической сферы базиса-надстойки - относят не по той графе отчетности. Считают отбросами общества, дефективным явлением цивилизации. Вишь, от меня, как и от неприкасаемого индуса – плохо пахнет. Точнее, по марксисткой теории отрицания отрицания – жутко воняет. А для этого не видят базисные причины падения нашего славного класса. Важный фактор – не поспеваю за бездомными собаками и кошками. В мусорные бочки они залазят первыми, смешивают съестные остатки со своими мочевыми выделениями, слюной и бациллоносными какашками.
 
     Современное человеческое сообщество возвратилось к домарксовым отношениям. Игнорирует монопольную систему эксплуатации, полного перераздела собственности.
 
     На меня косятся всякие чистюли из счастливчиков. Называют сердитым и пердитым. Для объяснения этого исторического факта не принимают мои тезисы-объяснения. Ну, скитаюсь – по гаражам, сараям, заброшенным домам, котельным.... Нет там душа и джентльменского набора: койки, стола и унитаза. Я давно не чищу зубы – по причине массового свойства проблем. Гнилые мои зубы давно требуют протезного состояния. Но не в этом даже суть проблемы. Из желудка выхлопные газы выходят сразу и одновременно по двум выхлопным путям. Сопровождаются заднепроходным звуком-пуком и обычным паровыбросом из ротового клапана.
 
     В моей судьбе вижу много прогресса! Приехал алкашом! Приучил себя к умеренности употребления – для пользы организма. А как увидел: здесь дохнут рыгалики – решил твердо и одним махом: завязал! Полезнее мне – заняться мелким бизнесом. Пусть не разбогатею – примут тогда... хоть в синагогу. Отец молился – и мне дорога в светлое будущее через религию, молитву, смирение желаний-потребностей.
 
     Не у всех сразу и с первого раза получается – поднимусь! Бьюсь об заклад!
 
     … Разложился удобнее. Из коляски вынул котомку. Выкладывает разную снедь на скамью. Меня угостил. Но я – побрезговал. Он понимающе усмехнулся:
     - И я бы... есть не стал... Сухо – без пива! – Заверил: - Восстанавливаюсь в Клалит. К женщине пристану: много одиноких. Готов платить за уют и ласку. Я еще поднимусь!
 
     ... Больше не встречались. Хотел узнать: у кого спросить? У другого побирушки? Нет времени узнавать и его историю. Алкаши быстро кончают «геройство». А наркоманы… Он не пристрастился: попробовал. В насыщенной реальности: болезненные иллюзии..

© Copyright: Моисей Бельферман, 2012

Регистрационный номер №0057348

от 21 июня 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0057348 выдан для произведения:
     Израильский БОМЖ (без определенного места жительства)
     Живой человек не может считаться «отходом производства».
     Стреляет Солнце – чрезмерной радиацией, убойными лучами. Затерялась кепочка – лучи по его темечку ударяют с проникающей ущербностью. Он зарос щетиной, в помятой, давно стираной безрукавке, истерзанных джинсах… «Моден». Поспевающие рано местные горе-модники в новой одежде протирают дыры – красуются неряшливой простотой поведения. Ефим Котвик заметно отличается: в нем естественное сочетание знойной нищеты, неряшливости… Все его имущество помещается в торговой коляске.
 
     На ППЖ в Израиль Ефим уехал с семьей. Ничего не знал о стране, нравах. Уверяли бытующие в России представления: «Евреи – по научным партийно-марксистским заключениям - вовсе не народ. Приспособленцы паразитического свойства. Все они - неумехи, лодыри, комбинаторы, прочего рода хитрецы-хапуги, народ паразитического образа. Дурят православных – этим живут. В Израиле православных нет – остается всем одно занятие: дурить друг друга». Это там! Здесь узнал от местных о суевериях
другого свойства: по подобной схеме рассуждают адвокаты. «Общество поделено на неравные части. Это – адвокаты и… остальные. Избранной публике государство дарит привилегии, обеспечивает всем безопасность. Эти «остальные» специально созданы: обязаны содержать в удобстве-сытости адвокатов. Приумножают последние за особую плату – права, состояние и демократию богатых». Во всем мире деньги правят бал!
 
     Не сразу Котвик потерял семью. Молодые поехали в киббуц, в качестве дешевой рабочей силы. Обосновали: быстрое изучение иврита поможет приобретению ходкой обслуживающей специальности. Вскоре жена проделала кульбит с деньгами. Гиюр ее не привлек – в городе у арабов есть храм божий неведомого христианского толка: удовлетворит религиозные потребности. И для прочих возросших запросов – другие возможности и варианты. Гордый Ефим не стал искать помощи. Претит воевать за справедливость с собственницей. Ушел от крашенки – превратилась в экзотическую блондинку: таких домогаются зажимистые местные сабры. На сенсацию клюнули журналюги: убедили легковерных в доступности русских женщин. «Колбасная олия»!  
 
     Ефим остался без крыши над головой. Изначально думал: в этом южном раю – одни малохольные платят за жилье. Можно почти круглый год жить на природе: палатку ставь... При полном изобилии продуктов питания – без труда кормись. Приткнись к рынку-шуку, супермаркету: на тележках вывозят, выбрасывают потерявший свежесть перебор. Не гнилье. Расточительно относятся ко всему – и к продуктам питания. Из
выброшенных носильных вещей – собери гардероб. Валяются инструменты мастера.
     Котвик обходится без горячей пищи. Настреляет шекели-мелочь: садится за столик, на свежем воздухе выпьет чашечку экспрессо, черного кофе… Для просветления сознания даже с особой горечью, ароматное по-турецки густо сваренное. Втянулся...
 
     - Коллективного сознания не хватает… И с равенством – не полная демократия. Все разрозненно живут – в плане эгоизма полного разворота. За помощью ни к кому не сунься. – Не жалуется: информирует. - Все из бывших владельцев собственности – разбогатели в одночасье, возгордились. А остальные, называемые интеллектуалы – приехали сволочью советского разлива - поменяли идеологические пристрастия, цвет словоблудия. Характерами ужесточились. Сволочь бы их всех – всю эту сволочь и... Сказать даже нельзя, во что превратить их – эту интеллектуальную силу. Развалили на свою голову – Союз. Здесь продолжают поджигательствовать. Свою животную суть превращают на пользу собственного блага. Наплевать им, а то и похуже – испустить мочевыделения - на просвещенное человечество.
 
     Сдаю, например отпойную посуду, дежурю на стреме по частному договору... иль еще на совещании пропойцев... да чего там: повсюду нас, бывших интеллигентов идеологической сферы базиса-надстойки - относят не по той графе отчетности. Считают отбросами общества, дефективным явлением цивилизации. Вишь, от меня, как и от неприкасаемого индуса – плохо пахнет. Точнее, по марксисткой теории отрицания отрицания – жутко воняет. А для этого не видят базисные причины падения нашего славного класса. Важный фактор – не поспеваю за бездомными собаками и кошками. В мусорные бочки они залазят первыми, смешивают съестные остатки со своими мочевыми выделениями, слюной и бациллоносными какашками.
 
     Современное человеческое сообщество возвратилось к домарксовым отношениям. Игнорирует монопольную систему эксплуатации, полного перераздела собственности.
 
     На меня косятся всякие чистюли из счастливчиков. Называют сердитым и пердитым. Для объяснения этого исторического факта не принимают мои тезисы-объяснения. Ну, скитаюсь – по гаражам, сараям, заброшенным домам, котельным.... Нет там душа и джентльменского набора: койки, стола и унитаза. Я давно не чищу зубы – по причине массового свойства проблем. Гнилые мои зубы давно требуют протезного состояния. Но не в этом даже суть проблемы. Из желудка выхлопные газы выходят сразу и одновременно по двум выхлопным путям. Сопровождаются заднепроходным звуком-пуком и обычным паровыбросом из ротового клапана.
 
     В моей судьбе вижу много прогресса! Приехал алкашом! Приучил себя к умеренности употребления – для пользы организма. А как увидел: здесь дохнут рыгалики – решил твердо и одним махом: завязал! Полезнее мне – заняться мелким бизнесом. Пусть не разбогатею – примут тогда... хоть в синагогу. Отец молился – и мне дорога в светлое будущее через религию, молитву, смирение желаний-потребностей.
 
     Не у всех сразу и с первого раза получается – поднимусь! Бьюсь об заклад!
 
     … Разложился удобнее. Из коляски вынул котомку. Выкладывает разную снедь на скамью. Меня угостил. Но я – побрезговал. Он понимающе усмехнулся:
     - И я бы... есть не стал... Сухо – без пива! – Заверил: - Восстанавливаюсь в Клалит. К женщине пристану: много одиноких. Готов платить за уют и ласку. Я еще поднимусь!
 
     ... Больше не встречались. Хотел узнать: у кого спросить? У другого побирушки? Нет времени узнавать и его историю. Алкаши быстро кончают «геройство». А наркоманы… Он не пристрастился: попробовал. В насыщенной реальности: болезненные иллюзии..
Рейтинг: 0 912 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

Популярная проза за месяц
175
140
127
118
117
Кто она, Осень? 28 сентября 2017 (Тая Кузмина)
112
​ТАЙНА ОСЕНИ 29 сентября 2017 (Эльвира Ищенко)
105
101
101
98
97
97
95
94
93
91
90
89
86
85
84
83
81
80
77
75
72
61
52
50