ДОБРОВОЛЬНАЯ ГОЛГОФА

13 августа 2014 - Дмитрий Билибин
article232344.jpg

 

10 самых комфортабельных тюрем мира (© Spletnik.ru)

 

 

ДОБРОВОЛЬНАЯ  ГОЛГОФА

 

 

Алевтине Васильевне было уже за 60, когда она приняла самое необычное в своей жизни решение – сесть в тюрьму!

 

Разумеется, не в какую попало, где всячески унижают человеческое достоинство и держат впроголодь заключённых, а в цивилизованную, комфортабельную по всем параметрам.

 

Таковые имелись лишь в отдельных странах Европы, лучшими из которых виделись искательнице последнего пристанища: в Финляндии, Швеции, Дании, Норвегии, Австрии,  Германии и Голландии. Именно эта золотая семёрка государств обладала бесспорным лидерством в плане достойного содержания своих узников.

 

Оставалось лишь окончательно определиться в выборе, а потом, навсегда распростившись  с иллюзорной и отныне ненужной свободой, буквально с головой нырнуть в самый уютный омут. До самого дна и безвозвратно!

 

 

 

1. ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ

 

 

Судьба изначально у Алевтины, мягко говоря, была не из самых удачных.

Родилась чуть ли не на краю света – во Владивостоке. Мама умерла при родах, и крошку определили в дом малютки, откуда её со временем забрал отчим.

Лет до 11-12 жизнь девочки протекала как-то серенько, без всяких ярких красок, хотя её единственный родитель вроде бы проявлял к ней любовь и заботу, правда, довольно своеобразно…

 

Главным образом, этот интерес к падчерице носил откровенно сексуальную окраску, но подрастающая девочка, в силу своего юного возраста, не усматривала в поведении отчима ничего запредельного. Подумаешь, какие-то невинные ласки со стороны того, кого надлежит свято чтить, что тут такого необычного? Ведь не бьёт, не наказывает по малейшему пустяку, как это бывает в других семьях. Впрочем, и не за что, поскольку Аля всегда отличалась на редкость спокойным, послушным характером, к тому же прекрасно училась в школе.

 

Обладая весёлым покладистым нравом, она, вместе с тем, не имела склонности к каким-либо откровениям за пределами дома, в чём, вероятно, была немалая заслуга отчима.

 

– Понимаешь, моя доченька, – авторитетно поучал он, – мне очень хочется, чтобы ты выросла достойной девушкой: умной, свободомыслящей, ласковой, но предельно осторожной в своих действиях. Жизнь – штука бесконечно коварная, преподносящая порой такие поганые сюрпризы – только держись! А посему ни в коем случае нельзя быть чрезмерно доверчивой, ибо основное зло исходит именно от себе подобных, в особенности, от противоположенного пола… Например, мужчины страдают от обмана женщин и наоборот. Такова уж незыблемая диалектика наших взаимоотношений.

Ну, а чтобы уметь сохранять абсолютное взаимодоверие с самым близким и дорогим тебе человеком, надобно научиться железному правилу – не выносить сор из избы, т.е. никогда ни с кем не делиться подробностями своей личной жизни.

 

Понятно, что подобные уроки, словно качественные зёрна, падающие на благодатную почву, без труда давали соответствующие всходы.

Юная Аля относилась к категории хороших учениц, наставник – к хорошим гуру. Итогом такой школы на дому и послужил их порочный альянс, начавшийся с 15-тилетнего возраста и продолжавшийся почти целую пятилетку.

 

Всё, казалось бы, шло по хорошо накатанному пути. Никто даже и заподозрить не мог о преступной связи папы и дочки, тем более что Алевтину вполне устраивало такое положение вещей. Ещё бы, ведь с того момента в их доме больше не появлялись разные посторонние тётки-однодневки!.. Ибо все насущные проблемы успешно решались в тесном семейном кругу без всякого вмешательства извне.

 

Однако всё когда-то, так или иначе, кончается…

 

Это случилось на третьем курсе института, где Алевтина впервые познала, что такое настоящая Любовь! Её избранником стал студент Олег Чайка, заканчивающий к тому времени ВУЗ. Сам он был родом из Украины, там же, на окраине Киева, в собственном доме жили его родители.

История умалчивает, каким образом парень оказался так далеко от домашнего очага, известно лишь, что по завершении учёбы во Владивостоке он собирался вернуться назад. И Олег, несомненно, претворил бы свои давнишние замыслы в реальность, не встреться ему эта чертовски хорошенькая девушка.

 

«Обоюдоострая» любовь вспыхнула неожиданно и так ярко, что не оставляла обоим никакого выбора. Точнее, выбор-то был – уехать паре в далёкую Украину.

 

Безусловно, Алевтине не хотелось вот так внезапно покидать единственную родственную душу в лице отчима, давшего ей вовсе неплохую путёвку в жизнь. Но мощный зов Природы, издревле диктующий естественное стремление к созданию прочных брачных уз, явно брал верх, и тут уж, увы, ничего не поделаешь…

 

Старт можно было с большой долей оптимизма назвать заздравным. Не нашлось под рукой того оракула, который бы с уверенностью мог предсказать финал заупокойным.

 

              

 

2. ПЕРЕЕЗД В УКРАИНУ

 

Алевтина исчезла из Владика по-аглицки – будто попросту стёрлась с лица земли. С собой она взяла только сумку с самым необходимым, включая сюда лучшее фото отчима, который ровным счётом ни о чём не ведал.

 

В Киеве счастливый Олег по всем правилам представил предкам свою невесту, пришедшуюся очень даже ко двору.

 

Вскоре состоялась свадьба, принёсшая девушке не просто радость считаться законной женой, но и благозвучную фамилию – Чайка.

Ей никогда не нравилась её прежняя фамилия, звучавшая более чем заурядно – КороткИх. Именно из-за неё Алевтину в школе прозвали Коротышкой, хотя ни по росту, ни по общему развитию она никому из сверстниц не уступала. А вот теперь, благодаря Олегу, ей удалось, наконец, избавиться от этой пакости. Так ведь и вправду, какое прекрасное сочетание – Алевтина Чайка, прямо-таки готовый сценический псевдоним под стать любой эстрадной звезде!

 

Начало новой эры в жизни Али показалось ей абсолютно безоблачным. Однако на смену радужным впечатлениям постепенно стала приходить бытовая реальность…

 

В Украине все поголовно знают русский язык, но вот говорить на нём почти никто не хочет – таков менталитет местных аборигенов. В связи с этим то тут, то там стали образовываться непредсказуемые конфликтные ситуации, в частности, полное незнание украинской речи практически напрочь закрывало все двери, из-за чего Алевтине никак не удавалось найти себе работу.

 

Проблему решили не чаявшие в ней души родители мужа, устроив невестку в одну из русскоговорящих организаций. Вакансия оказалась далеко не из престижных, зато не требующая работы с документацией на незнакомом ей языке. Ещё при приёме на работу Алевтине настоятельно порекомендовали изучать украинскую мову, чем ей поневоле и пришлось интенсивно заняться. А через каких-то пару лет она уже довольно бегло размолвляла по-украински.

 

Все попытки завести ребёнка почему-то терпели сокрушительное фиаско…

И когда окончательно отчаявшаяся Алевтина однажды забеременела, радости в доме не было никаких пределов! Трудно сказать, кто ликовал больше всех: она сама, Олег или его предки, истово мечтавшие стать бабушкой и дедушкой.

 

Но, увы, напрасно все радовались раньше времени, ибо, как гром среди ясного неба, неожиданно выяснилось: беременность внематочная со всеми вытекающими отсюда прискорбными последствиями… В итоге произошла тяжёлая операция, из-за которой несостоявшейся роженице вырезали всё, на что только была способна человеческая фантазия.

 

Жуткая экзекуция длилась на протяжении 8-ми часов, в течение которых у сложной пациентки дважды наступала клиническая смерть…

 

Хоть Алевтине и удалось вернуться из больницы живой, но в доме с тех пор чёрным спудом поселился настоящий траур. Всеобщее безысходное горе носило такой характер, что на этой почве у свекра образовался обширный инфаркт, и он  скоропостижно покинул мир земной. Затем наступила очередь свекрови, а бедный Олег, не выдержав столько потерь за короткое время, ушёл в запой… Одна лишь виновница целой вереницы трагических событий каким-то невероятным образом осталась на плаву.

 

Вряд ли стоит удивляться тому обстоятельству, что между обоими супругами наступило глухое отчуждение, плавно перерастающее во вражду.

В рекордно короткие сроки Олег умудрился фундаментально спиться, стал водить в дом каких-то сомнительных друзей, не считаясь с присутствием молодой жены, в которой он перестал видеть женщину ещё недавно им беззаветно любимую.

 

Постепенно их совместное жилище, казавшееся раньше Алевтине уютным гнёздышком, превратилось в какой-то омерзительный притон, где стали также появляться и пьяные, грязные женщины, неизвестно на какой помойке обитавшие. Чуть ли не круглосуточно отовсюду слышался 24-ёхэтажный мат, табачный дым висел коромыслом, то и дело между низменно пирующими вспыхивали потасовки, грозящие каждую минуту перерасти в смертоубийство…

 

Тщетными были попытки Алевтины повлиять на сознание своего ссуженного, катастрофически теряющего человеческий облик и никогда толком не просыхающего…

К счастью, в доме на втором этаже имелась небольшая комната, где она кое-как спасалась от лицезрения всех творящихся внизу бесчинств.

Но и здесь далеко не всегда ей удавалось относительно спокойно поспать перед работой, поскольку вконец распоясавшуюся публику с «нижней палубы» каким-то образом заносило и наверх.

 

Такая в высшей степени неблагоприятная обстановка длилась на протяжении нескольких кошмарных лет. Олег давно уже нигде не работал, пропил сначала всю отцовскую библиотеку, состоящую из раритетных книг, его боевые ордена и медали, потом взялся за всё остальное, что имело хоть какую-то ценность.

 

В итоге дело дошло до того, что однажды несчастная женщина решила покинуть этот гнусный вертеп, перебравшись жить в приусадебную постройку, представляющую из себя добротную русскую баньку. При этом она с величайшей благодарностью вспомнила своего покойного свекра, создавшего некогда собственными руками сей спасительный оазис.

 

Олег давно забыл сюда дорогу, что дало возможность беглянке создать в бане сносные для проживания условия. А, уходя на работу, Алевтина запирала своё жильё едва ли не пудовым замком, дабы предотвратить «несанкционированное вторжение соратников» мужа на её скромную территорию.

И хотя с той поры  она больше ни по какому поводу не заглядывала в дом, Олег сам несколько раз наведывался к жене исключительно с целью выудить у неё немного денег на опохмелку. Но несколько жёстких, категорических отказов сделали своё дело и бесплодные визиты прекратились.

 

Как-то раз на рынке к ней подошла цыганка. Внимательно поглядев на Алевтину и грустно покачав головой, она сказала:

 

– Ох, милая, как я вижу, плохая карма тебе досталась… Хочешь, расскажу тебе твою дальнейшую жизнь? Нет-нет, не надо мне твоих денег, потому что хорошего всё равно не услышишь… – Добавила она, заметив протестующий жест, – Покажи мне, болезная, свои руки.

 

Поглядев на протянутые ладони, цыганка продолжила:

 

– Мужа скоро потеряешь, сгорит он, а ты спасёшься… Останешься без своего угла, детей у тебя нет и никогда не будет… Одиночество – твой удел, так и проживёшь остаток жизни… В старости дальняя дорога, казённый дом в чужой земле, в нём проведёшь отпущенные тебе Богом дни…

Всё сказала. Не серчай на меня за правду, никто не может изменить свою судьбу…

 

 

 

К тому времени внешне неувядающая Алевтина Васильевна неуклонно приближалась к своему 40-тилетию. Её этот фактор нисколько не пугал, настораживали лишь перспективы, отнюдь не казавшиеся ей радужными…

 

Может, плюнуть на всё, да и вернуться в родной Владик? Мысль, на первый взгляд, стоящая. Но с какими глазами она явится туда, откуда, очертя голову от непредвиденной любви, так некрасиво удрала? Что она скажет своему по-настоящему близкому человеку? Прости, мол, дурочкой была, не удержалась от искушения…

 

Ладно, а какого лешего сгинула в небытие, не удосужившись хоть по-человечески объясниться, в конце концов, просто проститься?! Ведь сколько раз говорилось: не будь легкомысленной тупицей, взвешивай каждый свой шаг во избежание роковых недоразумений! Ну, хлебнула-таки сполна лиха? И кому ты теперь такая нужна, потерявшая свою женскую суть из-за какого-то проходимца?

Хорошо, предположим, что на тот момент твой возлюбленный и в самом деле заслуживал внимания, пусть будет так. И что же в итоге получилось, куда делся весь его былой лоск, а? Да ломанный, ржавый грош тому мужику, который ставит крест на своей любимой из-за того, что она, бедолага, волею Судьбы утратила свою женскую сущность!.. А ведь совсем неизвестно, по чьей конкретно причине всё это произошло…

 

И Алевтина Васильевна Чайка, бывшая в девичестве Алькой-Коротышкой, с искренним теплом вспоминая человека, вырастившего её буквально на руках, не смогла решиться на возвращение под крышу исконно родительского очага.

Да, но, а что же дальше делать, как быть?

 

А потом произошло то, что бедняга не предвидела, но, тем не менее, логически могло произойти.

 

…Однажды ночью, проснувшись от тревожного чувства, она увидала через крошечное оконце своего убежища яркое пламя, стремительно разгоравшиеся во дворе. Горел дом, из бушующего огня которого неслись истошные крики о спасении «утопающих».

 

– Туда вам и дорога, идиоты! – Стоя у окна, вслух благословила Алевтина заживо сгорающих алкашей, – И пусть вам всем, выродкам человеческим, поклонникам зелёного змия, земля не станет пухом, а жёстким щебнем!!! Прощай, глупый Олежек, моя первая и последняя любовь… Каким бы ты ни стал, но я навсегда сохраню о тебе самые светлые воспоминания, пронесу их через годы в память о том, что ты мне когда-то подарил.

 

Пожарные наряды, как это часто водилось, прибыли к шапочному разбору, когда никто уже и не нуждался в их запоздалом появлении. Естественно, образовалась и вездесущая милиция, вдогонку за ними сразу три скорых помощи. Только тут  уже не они требовались, а труповозки, ибо спасать было некого.

 

У «доблестной» советской милиции вытанцовывался очередной «висяк» или «глухарь», как она квалифицировала подобные случаи. Тут срочно требовалось найти крайнего, дабы на кого-то списать такое крупное происшествие.

 

А поскольку единственной выжившей на данной территории оказалась Алевтина, у ментов возникло искушение сделать из неё козла отпущения, точнее, козу. Ведь какая идеальная возможность инкриминировать ей умышленный поджёг! И всё, дело можно будет со спокойной совестью закрывать.

С тем её и увезли незамедлительно в каталажку, бесцеремонно водворив в «обезьянник», якобы для выяснения всех сопутствующих обстоятельств.

 

Пожар произошёл поздним вечером в пятницу, когда все дознаватели давно уже находились дома, а появиться на работе им надлежало лишь в понедельник. По этой причине всем задержанным за разные нарушения поневоле приходилось торчать за решёткой до их судного дня, т.е. до того момента, когда какая-либо персона, рангом повыше обычного дежурного опера, не соизволит заняться рассмотрением текущих вопросов.

 

Честно говоря, никто из бывалых поимщиков не слишком уповал на эту календарную дату, памятуя старую истину, что на Руси понедельник – день тяжёлый и серьёзные дела в этот дурацкий день не делаются. Ну, а если всё-таки находятся такие законченные психи, то ничего хорошего от них не жди – обязательно посадят. Пусть хоть не на срок, но на 15 суток железно, и к бабке не ходи! Ведь за очередную «галочку» отчего не отправить какого-нибудь случайного человека в клоповник? И кому это там наверху интересно вникать, что какой-то Вася Крючкин загремел за решето по недоразумению?! Вот сидел бы себе дома, не высовывался – глядишь, и уцелел бы. А то ишь, болтался по вечерним улицам без определённой цели, да ещё и под хмельком.

 

«Обезьянник», не блистающий сколько-нибудь обширным размером, вмещал в себя гораздо больше персон, нежели был предусмотрен для этих целей. На узких лавочках, расположенных вдоль грязных стен, не виделось ни одного свободного места, поэтому всем вновь прибывающим приходилось либо стоять, либо садиться прямо на ещё более грязный, заплёванный до невозможности пол.

 

Публика здесь выглядела примерно такой же, как и бесчисленные собутыльники покойного Олега. Из всей разномастной компании лишь две персоны резко контрастировали с общим фоном – Алевтина и ещё некий интеллигентного вида мужчина.

 

Они разговорились, поведав друг другу свои истории. Выяснилось, что собеседник, преподававший какую-то дисциплину в одном из техникумов, мирно возвращался домой из гостей. Да, без традиционного застолья никак не обошлось, однако люди подобрались нормальные, и каждый из них, безусловно, знал меру.

И вот случилось так, что по пути к дому его изрядно качнуло, а мимо как раз проезжала милицейская патрульная машина. У наряда уже заканчивалась смена, но ни одного задержанного у них не было. А тут такая находка!..

 

Несколько часов прошло в неспешной беседе, которая могла бы затянуться на ближайшие двое суток.

 

Неожиданно где-то в конце коридора послышались чьи-то оживлённые голоса, сопровождающиеся громкими шагами. Спустя немного времени, к решётке «обезьянника» подошёл майор (должно быть, проверяющий по району) в сопровождении ещё двух милиционеров.

Бегло оглядев привычный для этих мест контингент, офицер остановил свой пытливый взгляд на Алевтине и её случайном знакомце.

 

– А эти двое за что тут? – Повернувшись к дежурному участка, несколько раздражённо спросил он и, выслушав сбивчивый ответ, хмуро продолжил:

 

– Значит так, старлей. Покажешь мне сейчас протоколы задержания, и если там окажется какая-то лажа, то немедленно выпустишь этих людей. Тоже мне, деятели, взяли моду – хватать всех подряд без разбора!.. Давай-ка, пошли в дежурку разбираться.

 

Не прошло и получаса, как обе жертвы милицейского произвола оказались на свободе. Правда, Алевтину Васильевну майор вежливо предупредил, что её в любом случае обязательно вызовут повесткой к следователю в качестве свидетельницы происшествия.

 

 

 

 

3. ПОСЛЕДСТВИЯ  ПОЖАРА

 

 

Известно, что человеческая жизнь сплошь состоит из разноцветных полос, преимущественно имеющих порой самые тёмные тона. Именно они и преобладали у Чайки уже на протяжении многих лет.

А теперь после прискорбного случая с пожаром, в котором одновременно сгорели 11 человек, её жизнь и вовсе стала беспросветно чёрной.

 

Мало того, что Алевтина Васильевна, оставшись вдовой, потеряла жильё, так её ещё начали без конца таскать по разным кабинетам.

Коллективная гибель такого количества персон вызвала большой резонанс в правоохранительных органах, и следствию очень нравилась версия об умышленном поджоге дома с корыстными целями.

 

Опрос жильцов соседних домов со всей очевидностью выявил абсолютно ясную картину – супруги последние годы жили в постоянных стычках, из чего вырисовывался мотив преступления – месть.

К счастью для Чайки имущество не было застраховано. Пожалуй, это немаловажное обстоятельство, почти полностью исключающее какие-либо корыстные мотивы, и спасло её от неминуемого наказания в виде солидного срока.

Впрочем, заключение криминалистической экспертизы также сыграло в этом вопросе существенную роль, выявив источник возгорания не снаружи, а изнутри.

 

Громкое дело, в конце концов, кое-как закрыли, а у пострадавшей от пожара Алевтины возникли новые проблемы – добиваться выделения другого жилья взамен утраченного.

Вновь начались хождения по различным инстанциям, которые вовсе не спешили решать, казалось бы, такой простой вопрос. Невразумительные отказы под разными предлогами сыпались отовсюду, словно из рога изобилия.

 

Но кто ничего не делает – тот ничего и не добивается!

 

Добилась-таки положительных результатов и настойчивая погорелеца, которой в итоге с чудовищном скрипом выделили однокомнатную квартиру в девятиэтажке, находящейся почти в центре Киева.

Здание было довольно старым, хотя внешне выглядело далеко не самым худшим. А вот что касается квартиры, то она с первого взгляда создавала впечатление, будто в ней лет сто подряд жили какие-то нЕлюди, целью которых являлось сделать всё возможное, чтобы превратить свою обитель в некий хлев!

 

Жить в таком помещении совершенно не представлялось возможным. Срочно требовался капитальный ремонт, начиная от ветхой (едва ли не вдребезги разбитой)  двери, заканчивая приведённым в полную негодность санузлом. Излишне, наверно, говорить о невероятной захламлённости жилища разномастным мусором, где, главным образом, доминировала винная и водочная тара. Ну, а кое-какая оставшаяся от предыдущих жильцов мебель скорее напоминала пародию на таковую.  

Наряду с прочими «прелестями» повсюду в огромном количестве шныряли бесстрашные тараканы, очевидно, давно отвыкшие от человеческого присутствия и неизвестно чем доныне промышляющие.

 

Другими словами, картина выглядела настолько удручающей, что при созерцании её попросту опускались руки.

 

 

 

4. НОВЫЕ УСЛОВИЯ

 

 

 

Пока Алевтина Васильевна размышляла о том, как бы навести хоть какой-то приемлемый порядок в предоставленном ей помещении, продолжая при этом жить в более обустроенной баньке, как ей внезапно поступило письмо из Владивостока.

Это был ответ на её давнее робкое послание отчиму, только обратный адрес совсем не соответствовал его проживанию.

 

Оказалось, что её родитель умер три с небольшим года назад, оставив Алевтине по завещанию всё свое имущество – приватизированную квартиру со всем содержимым, автомобиль с гаражом и некоторый счёт в Сбербанке.

В казённом письме говорилось, что Алевтина Васильевна Коротких является единственной наследницей всего перечисленного и в любое время может вступить в его законное владение при предоставлении необходимых для этого доказательств.

 

Завещание образовалось очень кстати, и Чайка, не взирая на горечь утраты, тем не менее, порадовалась, что в своё время сумела сохранить все документы, которые могли бы сгореть при пожаре.

 

Благодаря этому, во Владивостоке не возникло никаких проблем с оформлением нужных бумаг, и наследница быстро, успешно распродав причитающееся ей имущество, вернулась в Киев весьма состоятельным человеком.

 

С этого момента, казалось бы, в жизни Алевтины Васильевны наступила светлая полоса.

Конечно же, полный ремонт квартиры нанёс сокрушительную брешь в её бюджете, зато новая обитель приняла вполне достойный вид.

А вот с соседями ей прямо-таки катастрофически не повезло… И не только живущими на одной площадке, а полностью со всеми обитателями подъезда, будто специально подобранными сюда неким злым гением по каким-то загадочным критериям!

 

Вновь Чайке пришлось окунуться в атмосферу повального, совершенно беспросветного пьянства. Отовсюду – справа, слева, сверху и снизу едва ли не круглосуточно на неё низвергались потоки разнообразных шумов в виде чрезмерно громкой музыки, перемежающейся пьяными, разнополыми голосами…

 

Но – люди на то и люди, что обладают завидной способностью адаптироваться к любым условиям своего бытия. Пришлось смириться и многострадальной Алевтине с реалиями своего невзрачного существования, ибо она не видела выхода из этой новой создавшейся ситуации…

 

Так постепенно проходили годы, в стране произошла перестройка, а Украина, как и все прочие республики бывшего СССР, стала независимым государством.

Ничего хорошего это не принесло, наоборот, ситуация во всех сферах только ухудшилась, и народ выживал кто как мог…

 

Понятно, что новые веяния затронули также и весь жизненный уклад Чайки. Очередная чёрная полоса, которой не виделось конца, длилась бесконечно долго. Лишь где-то в начале двухтысячных годах вновь наступило относительное просветление, когда Алевтине Васильевне удалось устроиться на хорошую работу в частную фирму.

В ней она проработала дизайнером без малого 10 лет, после чего вышла на заслуженную пенсию.

 

Хоть Чайка и вела крайне замкнутый образ жизни, ни с кем из соседей не общаясь, тем не менее, весть об этом событии каким-то образом стала всеобщим достоянием, в особенности, всезнающих старушенций, ежедневно сидящих на прикрылечных лавочках. Им давно уже не терпелось хоть что-то вынюхать, касающееся нелюдимой соседки, но до сих пор ничего из этого не получалось. А теперь они дружно воспряли духом, свято надеясь, что отныне их ряды пополнятся свежей персоной, которая уже никак не сможет отвертеться от дальнейшего утаивания своего загадочного быта.

 

Увы, тщетны были ожидания страждущих, ибо вновь испечённая пенсионерка даже и не собиралась уподобляться прожжённым «коллегам», что их бесконечно возмутило, ещё больше раззадорив давний интерес.

Вот чем, скажите на милость, занимается эта неприступная дамочка, целыми днями сидя в своей берлоге и никогда никого туда не приглашающая? Не пьёт, как все нормальные люди, не курит, даже (подумать только!) мужиков не водит, да что же это за птица такая не от мира сего?! Нет, надо эту мутную тихоню вывести на чистую воду!

 

Изобретательные бабки, неоднократно предпринимавшие разные ухищрения, дабы хоть одним глазком глянуть на запретную для них территорию, всякий раз терпели сокрушительную неудачу. Несколько раз то одна, то другая из них пыталась эдак запросто, «по-соседски», со своими домашними угощениями нанести визит, но всегда встречала вежливо-холодный отпор.

 

Дворовое сообщество любознательных бабуль, кроме примитивной изобретательности, обладало ещё и мстительностью, что однажды побудило их натравить на Чайку участкового милиционера.

 

Доподлинно неизвестно, что они там ему наплели про свою соседку, но как-то раз участковый всё-таки явился к ней. Какой характер носил их диалог, также никому неведомо, однако сей полуофициальный визит оставил у жилицы неприятный осадок.

Ей удалось, наконец-то, выяснить, кем же были в квартире её предшественники. Оказалось, что много лет назад в ней жил некий горький пропойца, находящийся нынче в заключении за двойное убийство…

 

 

 

5. ЗАЧЕМ ТАКАЯ СВОБОДА?

 

Это понятие, которым дорожат абсолютно все живые существа на свете, с какого-то момента стало казаться Алевтине Васильевне штукой достаточно иллюзорной.

 

Собственно, а что, в сущности, есть громкое слово Свобода? Какой от неё толк, если она ровным счётом не приносит ни малейшей пользы, а лишь доставляет одни головные боли?!

 

Ведь живя на пресловутой свободе, надобно постоянно добывать какие-то материальные средства для пропитания, обладания жилищем, для приобретения разных бытовых вещей, вечно планировать свой бюджет, который зачастую вовсе не соответствует потребностям…

 

Да, безусловно, свобода даёт людям много преимуществ перед неволей, например, кое-какое право выбора. Скажем, есть реальная возможность куда-то ездить, свободно ходить по магазинам, заводить различные знакомства, влюбляться, строить планы на будущее и т.д. Всё это – одна сторона медали, а ведь у неё есть и обратная, гораздо менее привлекательная.

 

В стране наступил период, когда цены начали неуклонно расти на всё: на продукты, товары, на проезд в общественном транспорте, ещё и медицина почти повсеместно стала платной.

 

Наряду с прочими «прелестями» постперестроечной эры изменились также и нравы. Откуда-то у мужиков возникла повальная мода стричься наголо, демонстрируя окружающим свои далёкие от идеальной формы лысые черепа. Повсюду появилось некое косноязычие, а лексикон всех возрастов приукрасился неведомым раньше сленгом, щедро приправленным  блатным жаргоном вперемежку с нецензурными выражениями…

 

Словом, куда не глянь – буквально всё пошло прахом!

 

И как не старалась Алевтина Васильевна обосабливаться в своём индивидуальном мирке, никого туда не допуская, как не пыталась ото всех замкнуться в собственной «ракушке», но ей всё-таки поневоле приходилось жить среди стремительно деградирующего общества.

 

Вот тогда-то на этом фоне у неё и стало постепенно назревать навязчивое желание коренным образом изменить вокруг себя вконец опостылевшие декорации!

 

Казалось бы, чего проще найти наиболее безболезненный способ, дабы навсегда покинуть столь несовершенный мир?

В некоторые моменты жизни Чайке и в самом деле приходили на ум такие мысли. Но такой поступок казался ей противоестественным, ведь Господь Бог зачем-то наделил её этим даром, а посему, каким бы крест не казался тяжким, его надобно стойко нести… Ибо так угодно Ему.

 

Однако идея, однажды прочно поселившаяся в сознании, властно требовала продолжения своего развития, кропотливого поиска другого варианта.

И поскольку фактическая (физическая) свобода давно уже утратила для Алевтины Васильевны первоначальную привлекательность, на смену ей пришло твёрдое убеждение, что ту «ракушку», которую она так тщетно стремилась окончательно захлопнуть, сделать вполне возможно!

 

Какая проблема? Оформил нужные документы, купил въездную визу в надлежащую страну, а там с барским комфортом устроился в казённые стены!!!

 

Теоретически план выглядел беспроигрышным, в высшей степени перспективным – одиночная келья со всеми бытовыми удобствами, которую тюремной камерой язык не поворачивается назвать. Полный пансион: качественное питание три раза в сутки, возможность соблюдения личной гигиены, приличная одежда, внутренний магазин, ежемесячное денежное пособие, выбор профиля работы, занятия спортом, тщательный медицинский уход и множество иных благ, причём, совершенно бесплатных, даже регулярные прогулки за пределами заведения. Да это же куда круче нынешней убогой свободы!

Спрашивается, а что, собственно, ещё нужно уставшей выживать на ней пенсионерке?

 

 Впрочем, для Чайки понятие истинной Свободы имело не тот смысл, который в него принято вкладывать. По её мнению, подлинная Свобода – это отнюдь не физический фактор, а внутренний, на который едва ли можно повлиять извне. И если человек способен ощущать её в душе, то вот только в этом случае он может считать себя по-настоящему свободной личностью. Именно такой характер мировоззрения был у взбунтовавшийся Алевтины Васильевны.

 

Трудно сказать, как долго длился бы сложный процесс этих раздумий, если бы в её кое-как устоявшейся жизни не произошло ещё одно внезапное событие – появление предыдущего хозяина квартиры.

Отсидев положенный ему законом срок, он однажды свалился как снег на голову!

 

Некий Никола Дабрадюк, обладающий на редкость ублюдочными манерами, начал требовать у новой хозяйки немедленного возврата принадлежавшего ему когда-то жилья, что повлекло за собой совершенно немыслимую нервотрёпку.

 

Сначала он настаивал на мирном урегулировании вопроса, но поскольку Чайка никак не желала сдавать своих позиций, то этот персонаж резко изменил свою тактику.

 

Опять же неизвестно, как и какие действия он предпринимал, но в итоге вышло так, что несчастной Чайке было официально предписано освободить занимаемое жилище без предоставления другого.

 

Капризная Фортуна и на сей раз оказалась не на её стороне…

 

Пришлось в который уже раз смирившись со своей незавидной судьбой, стойко принять очередной её удар.

К счастью, она успела в оговоренные сроки подыскать себе съёмное жильё, хотя и без всяких удобств. Разумеется, у Алевтины Васильевны была возможность опротестовать данное решение жилищной конторы через суд, но она не стала впрягаться в ненужные судебные тяжбы, ибо имела иное конкретное решение.

 

 

 

6. ДЕТАЛЬНАЯ РАЗРАБОТКА

 

 

Столь неожиданная потеря благоустроенной квартиры, доставшейся в идеальном виде какому-то каторжанину, честно говоря, не слишком её опечалило.

Да пусть себе на здоровье это пронырливый негодяй опять планомерно превращает заботливо ухоженную обитель в свинарник, пусть там снова культивирует разных насекомых – колун ему, уроду, навстречу! Ещё, пожалуй, и вдогонку парочку…

 

Сейчас Чайку больше занимало её будущее, с каждым днём принимающее всё более конкретные очертания.

 

Итак, сам по себе генеральный замысел сформулирован: никаких компромиссов, никаких «золотых» серединок – путь в одну сторону, хоть и не самую почётную с точки зрения среднестатистического обывателя.

Действительно, пусть кто-нибудь попробует найти такого артиста, который возжаждет добровольно, взвешенно и осознанно отправиться в заточение! Думается, любой из них, преисполненный самого безысходного отчаяния, скорее возденет пеньковую петлю на шею, но не предпочтёт ей кандалы, пусть даже золотые с бриллиантовыми инкрустациями.

 

Конечно же, Алевтине Васильевне вовсе не импонировал услаждающий слух звон таких весьма сомнительных украшений, ибо ничего подобного просто не могло быть ни в одном из цивилизованных государств. Единственное, что её туда бесконечно манило – это фантастическая возможность увязнуть до конца дней своих в застенках одной из самых уютных тюрем.

 

В течение последних трёх лет Чайка досконально изучала через всемирную сеть всю интересующую её информацию, касающуюся, понятное дело, условий содержания правонарушителей в разных странах.

Как вскоре выяснилось, там царило слишком справедливое правосудие, основной целью которого было даже самых отпетых преступников карать гуманно!

 

В большинстве европейских государств высшей мерой наказания являлось пожизненное заключение, для получения которого надо было ох как ещё постараться. Обычно такая суровая мера применялась, главным образом, к серийным убийцам, совершавшим злодеяния умышленно и с особой жестокостью или к террористам. А все прочие «мелочи», как кражи со взломом, грабежи, разбой, изнасилования и нечто в таком же духе воспринимались судопроизводством чрезмерно легкомысленно.

 

Скрупулёзно изучая уголовные кодексы европейских стран, Алевтина Васильевна с изумлением обнаруживала, что никак не может найти в них такой статьи, чтобы она не выглядела слишком позорной, но при этом «весила» хотя бы, как минимум, с десяток лет.

 

По своей сути она вовсе не была криминальной личностью, а как же тогда умудриться с почётом сесть в тюрьму?! Причём так, чтобы причина её заключения ни в коем случае не могла вызвать чувство презрения со стороны надзирателей. Ведь очень хотелось совершить такое, что, наоборот, вызвало бы у всех поголовно глубокое сочувствие.

 

И вот, в результате долгих, мучительных размышлений Чайку посетило прямо-таки гениальное решение – похитить ребёнка!!!

 

А что, почему бы и нет? Какое прекрасное оправдание: сам Господь, по какой-то одному Ему известной причине, обделил её радостью материнства, а она, будучи жестоко ущемлённой в своих искренних стремлениях, решила исправить эту вопиющую ошибку. «Да, вину свою осознаю, от души раскаиваюсь, но я не видела иного выхода… А вы, успешно состоявшиеся матери, неужели не в состоянии понять мой отчаянный порыв?!»

 

По идее план должен был сработать на славу со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ибо, согласно международным нормам, такое противоправное действие чревато было солидным сроком заключения, что, собственно говоря, и требовалось.

 

Тут важным моментом являлось, прежде всего, найти какого-либо младенца, оставленного в коляске некой безалаберной мамочкой около входной двери любого супермаркета. Следующий шаг – успешно умыкнуть его, а затем молниеносно уехать в любую соседнюю страну, благо в шенгенском пространстве на границах паспортного контроля нет. Ну, а в третьем, заключительном «раунде» столь же благополучно засветиться в одном из отелей. И всё – цель с блеском достигнута!

 

В какие сроки полиция обнаружит похитительницу, Чайка не ведала. Но чем скорее, тем лучше, поскольку она вовсе не желала доставлять слишком длительного горя утраты своего дитяти родной матери. Это было исключительно вынужденной мерой во имя достижения своей грандиознейшей цели…

 

Да, на какое-то время молодая мама испытает изрядный стресс, а что делать? Безусловно, на суде нужно будет обязательно прилюдно принести свои покаянные извинения за совершение такого чудовищного поступка, что само собой разумеется. Однако вину это никоим образом не снимет, и за похищение младенца непременно последует весомое наказание.

 

Как только план был окончательно доработан во всех деталях, Алевтина Васильевна с облегчением вздохнула, впервые за последние два-три года, наконец-то, безмятежно уснув…

 

 

 

7. ПРЕДОТЪЕЗДНАЯ СУЕТА

 

 

Прекрасно выспавшись, она прямо с утра бодро отправилась по туристическим агентствам. Адреса их Чайка выудила всё из того же Интернета, откуда почерпнула также нужную информацию об исправительных учреждениях интересующих её стран.

И поскольку её больше всех остальных заинтересовал «курорт» в немецком городе Гельзенкирхен, то именно туда она и вознамерилась отправиться.

Вот одна из выдержек, касающихся этого пенитенциарного заведения.


«Gelsenkirchen, Германия

Количество заключенных: 558


Тип: закрытая тюрьма, мужские и женские блоки.


Построенная в 1998 году тюрьма города Гельзенкирхен раскинулась на площади в 100 000 квадратных метров и является одной из наиболее современных тюрем Европы, которому предшествовал конкурс среди архитекторов. Территория ее поделена на мужскую и женскую части, здания выстроены полукругами, обрамляя большое спортивное поле.

В каждой части есть своя церковь, библиотека, школа и курсы немецкого языка, женщинам, в отличие от мужчин, позволяют гулять под присмотром за пределами тюрьмы.

Сильный пол работает в мастерских по обработке металла и в прачечных, а слабый занимается садоводством и системами офисных коммуникаций. Кроме этого постояльцам предоставляется возможность заниматься мануфактурными работами по поступающим с воли заказам.

Исправлению заключенных способствует довольно обширный штат психологов, учителей, менеджеров, капелланов и социальных работников.»

 

Требовалось отыскать достаточно опытного туроператора, который смог бы со знанием предмета взяться за дело. Это, прежде всего, оформление загранпаспорта, затем подача документов в консульский отдел Германии для получения «зелёной улицы».

Вся эта процедура в общей сложности предполагала довольно длительный период времени, который Алевтина Васильевна решила заполнить изучением немецкого языка, дабы не быть совершенно беспомощной по приезде в конечный пункт назначения.

Вскоре нужный агент нашёлся, и процесс бодро пошёл!

Менее чем через 5 месяцев всё было готово: Чайка, наконец, стала счастливой обладательницей заграничного паспорта, увенчанного шенгенской визой сроком действия на 21 день.

Впрочем, это обстоятельство её не слишком волновало 21, 30, 60, 90 или того больше. Важным было то, что теперь появилась блестящая возможность совершенно спокойно навсегда покинуть ту сумрачную атмосферу, которая давно уже вызывала у неё чувство глубокого отвращения. Тем более, сейчас, когда вся Украина стояла на ушах, и к власти рвались махровые бандеровцы.

 К моменту отъезда Алевтина Васильевна очень даже успешно освоила главные азы разговорной речи нужного языка, кроме того, обзавелась несколькими разговорниками, содержащими наиболее ходовые фразы.

  Интернет – великая вещь! Ибо с появлением его каждый житель планеты получил практически неограниченный доступ к разного рода информации. Вот и Чайка, хорошо владевшая компьютером, без особого труда раздобыла оттуда абсолютно все интересующие её сведения.

Детально и многократно проанализировав их, она наверняка знала, что именно её ждёт впереди – истинный рай! Тот восхитительный уровень жизни в тюрьме, буквально преподносимый ей на «блюдечке с голубой каёмочкой», виделся Чайке гораздо ярче, нежели невзрачное существование на сомнительной свободе.

Жить на всём готовом, окруженной вниманием и заботой, иметь полный доступ к квалифицированным медицинским услугам, свободно посещать тренажёрные залы, досыта читать книги, газеты, журналы, пользоваться персональным телевизором, транслирующим через спутник бесчисленное количество программ – это ли не благо?!

И это далеко не всё! Оказывается, даже в таком, казалось бы, малопривлекательном учреждении «несчастные» узники имели весьма обширное право выбора. Например, изъявить желание находиться в одиночной камере или выбрать себе подходящего партнёра. Администрацией также учитывались гастрономические вкусы подопечных, выбор подходящей работы, стремление участвовать в различных профильных секциях. Наряду с прочим, каждый из узников имел доступ к освоению музыкальных инструментов, мог беспрепятственно посещать внутреннюю церковь и т.д.

Закон большинства европейских стран отнюдь не ставил перед собой задачу жёстко карать тех, кто его преступил, не был сориентирован на то, чтобы максимально ущемлять человеческое достоинство, а всего лишь подвергал изоляции правонарушителей исключительно в воспитательных целях. Именно от такого здравого подхода власть имущих и проистекали столь поистине комфортные условия содержания злодеев под замком.

 

8. РАЗВЕДКА НА МЕСТНОСТИ

Вообще-то у Чайки имелся некоторый шанс попытаться подать в Германии прошение на рассмотрение её вопроса в качестве беженки. Возможно, что в связи с реальной угрозой гражданской войны в Украине ей на какое-то время предоставили бы убежище. Но, рассмотрев проблему в сжатые сроки, не сочли бы это нужным, вследствие чего попросту отправили бы назад. Да Алевтине Васильевне и самой не слишком хотелось продолжать оставаться на свободе, живя хоть в пряничном домике с молочными реками и кисельными берегами.

Она была свободной духовно, а душу невозможно заточить в клетку!

Собственно, а какие причины имелись у Чайки, чтобы руками, ногами и зубами цепляться за ту свободу, которая давно уже не приносила ей ни малейшей радости? Любовь умерла, мужа потеряла, осталась на старости лет без крыши над головой, никаких наркотических или алкогольных пристрастий не имеется, сексуальных влечений также. Так ведь ещё и пенсия такая, что не слишком-то на неё пошикуешь…

Ко всему прочему имелся ещё крайне важный аргумент, возможно, даже более весомый, нежели все остальные вместе взятые – возраст. Жить в абсолютном одиночестве после шестидесяти – штука весьма рискованная, чреватая опасными последствиями. Например, внезапно случился обширный инфаркт или инсульт, а рядом никого нет, кто мог бы вовремя вызвать необходимую помощь. И что же дальше? Дальше медленная, мучительная агония в сознании полной беспомощности, неизвестно на сколько растянувшаяся…

Ну, и к чему такая неприглядная свобода, когда есть прекрасная ей альтернатива?!

 

…Вылет в благословенные края состоялся 13 апреля 2014 года прямым рейсом Киев - Дортмунд.  В этом городе, находящимся неподалёку от предполагаемого конца маршрута, для Чайки и был забронирован номер в одном из недорогих отелей.

Улетала она из беснующейся Украины налегке, взяв с собой лишь самый минимум вещей, в том числе и всю наличность, обращённую ещё до начала переворота в валюту.

Раньше ей никогда не доводилось бывать где-либо за границей, однако Алевтину Васильевну не слишком интересовали всяческие достопримечательности, ибо сюда она прибыла не в качестве заурядной туристки, а с конкретной миссией.

Бегло ознакомившись с одноместным апартаментом, Чайка, не теряя попусту времени, отправилась на поиски русскоязычной диаспоры, среди которой она надеялась завести полезные знакомства с целью «рекогносцировки на местности». А поскольку ей удалось заблаговременно выяснить через всемирную сеть адреса нескольких российских фирм в Дортмунде, то начала именно с них, в чём она, кстати, очень даже преуспела.

Фирма, в которую Алевтина Васильевна направила свои стопы, бурлила по поводу корпоративной вечеринки в честь какой-то презентации, поэтому сначала некой пожилой даме никто не уделил должного внимания. Но как только стало известно, что эта мадам прилетела из самого Киева, о котором взахлёб вещали все мировые СМИ, то она тут же стала центром всеобщего интереса. Ведь одно дело получать разноречивые сведения из журналистских источников, другое – от живого очевидца разворачивающихся в сердце Украины событий.

 

Таким образом, Чайка в этот вечер стала центральной фигурой пышного застолья. Вопросы едва ли не беспрерывно сыпались со всех сторон, и на все их надлежало отвечать, но, соблюдая при этом изрядную долю дипломатичности, дабы не выказывать широкой аудитории свою истинную гражданскую позицию. Ведь откуда ей было известно, кто из всей этой разношёрстной публики есть кто…

 

Итогом поздно завершившегося сабантуя явилось то полезное обстоятельство, благодаря которому у Чайки образовалось сразу множество  тёплых знакомств на чужбине.

В отель она вернулась на чьём-то авто, унося в сумочке с пол дюжины визитных карточек новых друзей, обещавших оказать ей посильную поддержку.

 

Врождённая скрытность Алевтины Васильевны вовсе не означала её глухой замкнутости или полной отчуждённости от всех людей поголовно. При определённых условиях и в нормальной среде она могла быть вполне общительной особой, умеющей вызывать к себе уважение.

 

Прошедший вечер весьма наглядно показал ей, кто из присутствовавших проникся к ней подлинной симпатией, а кто с некоторой прохладцей.

Ещё у неё появилась очень важная информация обо всех «тусовках» местного русскоязычного племени. Скорее всего, именно среди той пёстрой братии и можно найти хоть одного персонажа, побывавшего в какой-либо немецкой тюрьме. Ну, а свой глубокий интерес к этой теме несложно объяснить просто статусом независимого журналиста, собирающегося писать материал по этому поводу.

 

Пожалуй, нелишне ещё раз сделать акцент на дате – 13, том «проклятом» числе, которое так удачно ознаменовалось целой чередой триумфальных успехов!

 

На следующий день Чайка совершила экскурсию в Гельзенкирхен, находящийся всего в каких-то тридцати километрах от Дортмунда. Ей было любопытно со стороны посмотреть на свою будущую обитель, обойти её по всему периметру и запечатлеть в памяти каждую деталь. Ведь вскоре, если всё пойдёт по плану, ей придётся созерцать это заведение изнутри.

 

Воочию тюрьма оказалась намного симпатичней, нежели выглядела на фотографии из Интернета, и она, сполна удовлетворённая визуальными впечатлениями, ближе к вечеру отправилась на одно из сборищ соплеменников.

 

…Многолюдная тусовка представляла из себя обычное кафе с дансингом. Единственным отличием от аналогичных заведений было то, что в нём собирался сугубо специфический контингент – выходцы из стран СНГ. Здесь повсюду звучала не только русская речь, но и музыка тоже.

Никакого фейс-контроля на входе не наблюдалось, поэтому свободно пройти внутрь не составило ни малейшего труда.

Возраст посетителей варьировался от самых молодых до самых пожилых, что вполне устраивало Чайку.

 

Расположившись на свободном месте у барной стойки, она с большим интересом стала присматриваться к развлекающейся публике, главным образом, к более зрелым людям, среди которых легко угадывались бывалые в разных переделках.

 

Очень быстро выявилось, что все завсегдатаи кафе знают друг друга, и каждый новичок в этом вертепе сразу же заметен. Молодёжь не слишком заморачивалась по этому поводу, а вот взрослые персоны то и дело с некоторым любопытством поглядывали в сторону неведомо откуда взявшейся незнакомки.

 

Ещё накануне кто-то в офисе поведал Алевтине Васильевне об этом заведении, охарактеризовав его, как самое злачное местечко местных люмпенов и рекомендовав ей воздержаться от посещения сей клоаки. Но такая нелестная реклама русской тусовки как раз и подвигла Чайку на то, чтобы побывать на ней.

 

В отличие от остальных, она не заказывала никаких горячительных напитков, ограничиваясь лишь сугубо молочными коктейлями, что и было замечено сидящей на полукруглом диване компанией из пяти человек. Перед ними стоял длинный низкий столик, уставленный графинами и блюдами, но они не столько предавались застолью, сколько о чём-то разговаривали, внимательно наблюдая при этом за окружающей обстановкой. Поэтому ничего удивительного, что чужачка с самого начала попала в их поле зрения.

 

С этого-то всё и началось…

 

К ней вальяжно подошёл некий седовласый мужчина.

 

– Здравствуйте, мадам! Простите, не имею чести быть с Вами знакомым. – С вежливой улыбкой обратился он к Чайке, но, не дожидаясь ответа, продолжил:

 

 – Судя по первому впечатлению, Вы здесь неспроста и, как мне показалось, нуждаетесь в какой-то помощи. Я прав?

 

– Да, Вы правы. – Охотно откликнулась Алевтина Васильевна, внимательно глядя в  ничего не выражающие глаза собеседника, – Я только что прилетела из Украины в Германию с определённой целью, мне и в самом деле нужна некоторая помощь, которую я рассчитываю здесь получить.

 

– Любопытно… Если ваш интерес касается какой-либо уникальной информации, то это всецело зависит от Ваших возможностей… – Загадочно произнёс седовласый, изучающее оглядывая мадам, – Однако, если какие-то вопросы находятся в моей компетентности, то я весь к Вашим услугам. Скажите, а в чём конкретно Вы нуждаетесь, будучи не похожей на обычную беженку?

 

– Видите ли, мистер Икс, – тщательно взвешивая слова, ответила Чайка, – я всего лишь независимая журналистка, пытающаяся вникнуть в сферу наиболее закрытых тем западного уклада жизни. В частности, меня очень интересует, так сказать, оборотная сторона медали, например, подлинные условия содержания преступников в этом государстве.

Думаю, ни для кого не является секретом, что происходит с ними в странах СНГ, где несчастных правонарушителей подвергают самым бесчеловечным унижениям… А в Европе, насколько мне известно, ситуация в этом плане совсем иная. Так вот, передо мной стоит задача – досконально изучить этот вопрос, причём, непременно из первоисточника, как говорится, из первых уст, понимаете? Надеюсь, подобная информация отнюдь не из разряда, как Вы выразились, уникальной. Ну и?!

 

– Вот так номер! – Раскатисто расхохотался «мистер Икс», делая вид, что вытирает выступившие на глаза слёзы, – Нет, мадам, я ожидал от Вас чего угодно, но только не такой сногсшибательной хохмы! Надо же встретить в этом вертепе журналистку, столь забавно интересующуюся нашими тюремными условиями! Ведь тут чуть ли не каждый второй побывал за немецкой решёткой по тому или иному поводу. Уж в этом, можете быть уверенной, я Вам, безусловно, помогу. Правда, не  гарантирую, что кто-то из сиделых захочет озвучить своё настоящее имя…

Кстати, прошу Вас к нашему столу, будьте добры.

 

Компания за столиком встретила гостью подчёркнуто дружелюбно, хотя в этом виделась немалая доля фальши. Но в данной ситуации выбирать было не из чего, поэтому Чайка предпочла сделать хорошую мину при плохой игре.

 

 Вначале тема вилась о последних событиях в Украине, потом плавно перетекла в иное русло.

Вернулась в отель Алевтина Васильевна довольно поздно, но полученная ею информация стоила затраченного времени.

Назавтра ей предстояло вновь встретиться с «мистером Иксом», представившимся ей Викентием Андреевичем. Не важно, было ли это имя его настоящим, гораздо важней, что из его уст прозвучало обещание рассказать Чайке во всех подробностях о режиме жизни узников в неволе.

 

  Как она и предполагала, судьба не обошла стороной и самого Викентия Андреевича, предоставив ему в своё время возможность отсидеть даже трижды за какие-то дела, о которых он скромно умолчал. Собственно, «журналистку» эти нюансы вовсе не волновали, поскольку её интерес был всецело сконцентрирован на более конкретной теме.

 

Их неспешная беседа протекала в отдельной кабинке какого-то небольшого кафе, куда её пригласил галантный «мистер Икс» на «дачу показаний», как он изволил шутливо выразиться.

Впрочем, так оно и было: Алевтина Васильевна задавала корректные вопросы, а Викентий Андреевич «чистосердечно» отвечал на них.

 

Таким образом, в этот день она получила практически абсолютное представление о том, что на самом деле являют из себя тюрьмы трёх разных стран – Германии, Швеции и Голландии. Но поскольку сведения такого рода распространялись только на мужскую часть заключённых, то ей, конечно же, хотелось узнать и о той участи, которая ждала саму Чайку. А такую информацию она могла раздобыть лишь у какой-либо сиделецы.

 

Следующие пять дней неугомонная «журналистка» пребывала в кропотливых поисках нужного объекта, поэтапно исследуя одно за другим места русскоязычных тусовок. И однажды удача вновь улыбнулась ей.

  

По-видимому, эта дама от кого-то слышала, что некая журналистка из Киева интересуется столь специфической темой, ну, а поскольку бывшая узница имела немалый опыт в данном плане, то она и решила им поделиться.

Дама сама подошла к Чайке, назвалась Светланой, и между ними завязалась увлекательная беседа. Сначала, как водится, поговорили о том, о сём, обсудили события в Украине, потом постепенно перешли к главному.

 

Покидала бар Алевтина Васильевна сполна удовлетворённой!

Ведь ей удалось-таки, наконец, получить исчерпывающую информацию о своём грядущем пребывании на немецком «курорте». Как и предполагалось, женский режим существенно отличался от мужского по всем пунктам, что вызывало большой оптимизм, граничащий с чуть ли не запредельной эйфорией!

 

 

 

9. ВЕК  СВОБОДЫ НЕ  ВИДАТЬ!

(пропади она пропадом!!!)

 

Очевидно, сверх меры догадливая Светлана прекрасно поняла по характеру задаваемых вопросов, что её собеседница собирает не столько материал для своей статьи, сколько зондирует почву для собственной «посадки». Поэтому она не просто рассказывала о тюремных условиях, но, наряду с этим, ненавязчиво давала множество самых разных рекомендаций для наилучшего осуществления предполагаемого замысла. То есть, бывшая узница в тактичной форме и весьма плодотворно сориентировала будущую узницу на свершение «подвига».

 

Отныне Алевтина Васильевна уже чётко знала, по какому пути ей нужно следовать, дабы не в галошу сесть, а именно туда куда надо, причём, надолго и с твёрдой гарантией. А преступление, которое ей надлежало сотворить – это… поджёг!

 

Вопрос теперь заключался в том, что конкретно подвергнуть всепожирающему пламени, да так, чтобы ни в коем случае никто телесно не пострадал, словом, без каких-либо жертв.

 

Очень заманчивым казалось устроить грандиозный пожар пустого на тот момент коттеджа или целой виллы, благо вся недвижимость в Германии хорошо застрахована. Однако такая идея никуда не годилась по той простой причине, а вдруг в обречённом здании обитают какие-то живые и абсолютно беззащитные существа?

Да, владельцы, безусловно, получат приличную компенсацию за нанесённый ущерб, но ведь несчастных любимцев им никто уже не вернёт…

 

А вот превратить в хлам несколько дорогостоящих автомобилей – это намного безобидней и проще. К тому же машины горят куда быстрей любых строений, и страховку за них так же исправно выплачивают.

С тщательной подготовкой сжечь за ночь с десяток авто – разве что грудной младенец не справится.

 

До конца действующей визы и пребывания Чайки в заранее оплаченном отеле оставалось ещё достаточно времени, чтобы наметить нужные объекты, а затем их хладнокровно аннулировать.

 

На первый взгляд казалось, чего проще? Взял напрокат какой-нибудь скутер с багажной корзинкой для транспортировки горючей смеси, которую требовалось возжечь непосредственно в салоне через разбитое окно. Разумеется, тут же сработает сигнализация, но, а злоумышленника-то и след уже простыл – ищи ветра в поле!

Понятно, что злодея довольно быстро настигнут, так ведь с изрядным запозданием, когда иллюминация от горящих факелов уже заметно побледнеет.

 

Но даже эта великолепная акция имела свои подводные камни…

 

Например, какой давать ответ на элементарный вопрос: а что Вас, фрау Чайка, побудило пойти на такой откровенный и совершенно бессмысленный вандализм? И как тут быть?! Говорить о своих истинных мотивах нельзя, ибо совсем неизвестно, что предпримут власти в этом случае. Кто их знает, какие санкции они вознамерятся ей вменить? Вдруг всё сделают назло, мол, не посадим, а просто закупорим в психушке. Или, того хуже, немедленно выдворим из страны обратно в бурлящую на все лады Украину.

 

Такой поворот событий, конечно же, никак не устраивал Алевтину Васильевну, истово мечтавшую до конца дней своих загреметь на вожделенные немецкие «нары».

После некоторых размышлений она всё-таки сумела найти вроде бы убедительную мотивировку – месть всем автомобилистам на свете!

 

Ибо, до каких пор, спрашивается, придётся ещё терпеть потрясающее хамство подвыпивших водил, грубо игнорирующих законные права пешеходов? Сами, что ли, не были таковыми?! Сколько раз уже сбивали с ног, правда, без увечий, но, тем не менее…

Вот и на днях какой-то лихач на огромном внедорожнике (кстати, с российскими номерами) едва не отправил на тот свет… Всё, это было уже последней каплей! Пусть же хоть кто-то из «лошадной» братии прочувствует на себе праведный гнев ущемлённых «безлошадных»!! И никакого раскаяния в содеянном не ждите!!!

 

Выстроенная концепция пусть и не выглядела абсолютно идеальной, зато давала вполне сносный шанс предъявить возмущённой злоумышленнице весьма солидный иск за изрядный ущерб. Ну, а поскольку она была не в состоянии возместить его материально, то немецкому правосудию не оставалось ничего иного, как покарать преступницу физически. Другими словами, надёжно изолировать её от дальнейших посягательств на те автомобили, которые она ещё не успела предать справедливому огню.

А категорическое нежелание искренне покаяться в содеянном и осознать свою чудовищную вину, запросто можно было квалифицировать даже как терроризм…

 

Хорошо бы!

Ведь наказание за такие деяния как раз предусматривает высшую меру наказания – пожизненное заключение. Однако Алевтина Васильевна, уже недурно подкованная в тонкостях местной юриспруденции, наверняка знала, что это – настоящая фикция. Ибо мало кому из узников удавалось дожить до гробовой доски в тюремных стенах. Чаще всего по прошествии 15-20 лет отсидки их чуть ли не под торжественные звуки фанфар выпроваживали на волю.

 

В общем, решение мятежной Чайки созрело окончательно, теперь следовало вплотную браться за труды праведные.

 

Кустарное приготовление добротной и недорогой горючей смеси, вроде напалма, услужливо порекомендовал всезнающий Интернет.

Так называемый коктейль Молотова в данном случае не годился, тут требовались несколько иные, более простые варианты. Таким образом, эта проблема решалась легко. Следующий шаг заключался в том, что надлежало подыскать для задуманной акции наиболее дорогие объекты, исходя из предпосылки – чем больший урон – тем гарантированней будет и суровость грядущей кары.

 

 

 

10. ПОДГОТОВКА К ЗЛОДЕЯНИЮ

 

 

…Примерно неделя ушла у Алевтины Васильевны на поиски «дислокации» самых навороченных автомобилей.

 

Затея, надо сказать, оказалась далеко не из простых, поскольку ей везде и всюду попадались скопления слишком уж заурядных моделей, за сожжение которых в такой богатой стране, каковой являлась Германия, как-то и сажать даже стыдно человека.

 

Что это за ущерб государству в несколько сотен тысяч евро? Прямо-таки позор для Рейха! Жечь надо тачки от миллиона долларов и выше, скажем, такие как Lamborghini, Bugatti, Koenigsegg, Ferrari и им подобные – вот где подлинный триумф офигенного торжества!

 

Да, но какой псих оставляет такие дорогие модели где-то на улице? Разве что в каких-либо тщательно охраняемых паркингах. Так ведь попробуй туда ещё попасть, тем более, с необходимым для акции оснащением…

 

Впрочем, на нескольких подземных парковках крупных супермаркетов Чайка уже побывала, заезжая туда на скутере, временно предоставленном ей одной знакомой из русского офиса.

 

В часы пик там образовывалось довольно плотное скопление разномастных авто, в том числе, и достаточно солидных. Казалось бы, идеальное место для создания большого пожара, который обязательно будет чреват взрывами бензобаков. Но гуманная «террористка» сразу же отвергла такую идею, поскольку она могла повлечь за собой случайные человеческие жертвы.

 

Собственно говоря, ей вообще претило нечто такое, от чего могло бы погибнуть любое живое существо. Не ты дал ему жизнь – не ты имеешь право её прервать. Именно этой здравой установкой она и руководствовалась в своих благих начинаниях.

 

Наличие скутера сразу же дало возможность Алевтине Васильевне значительно расширить радиус поисков. И уже через каких-то пару дней она сумела определить для себя 7 надёжных целей, находящихся неподалёку друг от друга.

 

В её тайнике, устроенном в ближайшем лесопарке, уже находилось всё необходимое для осуществления коварного замысла: 10 литровых контейнеров из пластика с горючей смесью, большой коробок всепогодных спичек и тяжёлый молоток.

 

  

 

11. ПРЕСТУПЛЕНИЕ & НАКАКАЗАНИЕ…

 

До решающего дня предварительная разведка происходила в вечернее время, но генеральное проведение операции планировалось поздней ночью, когда местные бюргеры имеют обыкновение мирно спать. Меньше глаз – больше шансов на успех.

Ну, а возможные видеокамеры, в поле зрения которых Чайка могла попасть, её совсем не волновали. Для неё гораздо важней было выйти ночью из отеля никем незамеченной, не через центральный вход, как обычно, а совсем другим путём.

 

К счастью, её номер находился на первом этаже, причём, довольно низком, окно выходило в живописный палисадник, имеющий в ограде калитку на какой-то малолюдный переулок. В общем, незаметно покинуть отель и так же успешно вернуться в него не составляло ни малейшего труда.

Это было немаловажным обстоятельством на тот случай, если первый раунд пройдёт без сучка и задоринки, тогда можно будет сыграть и во втором.

 

Накануне акции Алевтина Васильевна спала добрых полдня, дабы ночью иметь абсолютно свежую голову. Свой миниатюрный транспорт она заблаговременно оставила в том маленьком переулке, откуда вскоре и собиралась стартовать.

 

…К трём часам Чайка была полностью готова к ратным подвигам.

 

Полностью выключив свет в номере, она бесшумно выскользнула из окна и, внимательно оглядевшись по сторонам, решительно направилась к калитке.

Через три-четыре минуты из переулка выезжала на скутере некая ничем не примечательная фигура в тёмных одеяниях…

А спустя ещё примерно около получаса, доблестная Алевтина Васильевна уже с нужным грузом направлялась к арене своих боевых действий.

 

 По-видимому, обычно капризная Фортуна, на сей раз явно благоволила ей в столь необычных начинаниях! Ибо как можно объяснить тот факт, что Чайке удалось не только в рекордно короткий срок поджечь все машины, но при этом и благополучно унести ноги со всех торжественно пылающих точек?

 

Просочилась она в номер с той же виртуозностью, с какой и покинула его.

 

На следующий день вся местная пресса взахлёб смаковала происшедший минувшей ночью акт беспрецедентного вандализма, теряясь в разных догадках и строя фантастические версии одна нелепей другой.

 

Понятно, что Алевтина Васильевна, не обладавшая на должном уровне немецким языком, газет не читала, однако об их содержании узнала от той самой русской дамы, которая с такой щедростью предоставила в её распоряжение скутер.

 

В криминальных сводках по телевизору также бурно обсуждалось это ничем необъяснимое варварство. Полиция весьма неохотно признавалась в отсутствии у них каких-либо зацепок – ни единого свидетеля! Зато предварительный ущерб исчислялся  в четыре с хвостиком миллиона евро.

 

Для Чайки это хоть и было бальзамом на душу, но она сознавала, что рано или поздно на неё всё равно каким-нибудь образом смогут выйти. А пока такое ещё не случилось, можно смело продолжить так блистательно начатое дело. Очень уж хотелось, если не утроить общую сумму, так хотя бы удвоить её. Как говорится, семь бед – один ответ. Ну, а за ответом мы не постоим!

 

Вечером Алевтина Васильевна решила вновь наведаться в тот русский вертеп, с которого начинала. Какое-то смутное чувство вроде интуиции подсказывало ей, что этот поход не станет напрасным. Так оно и случилось.

 

Стоило Чайке сесть за стойку бара, как к ней тут же подошёл неведомо откуда взявшийся «старый» знакомый – Викентий Андреевич.

Неизвестно почему, но он сразу же начал разговор о нашумевшем событии с сожженными дотла автомобилями. Естественно, «журналистка» проявила к животрепещущей теме повышенный интерес, а её собеседник, видя это, целых полчаса на все лады выражал своё восхищение анонимным злодеем.

 

– Каким же надо быть безрассудным смельчаком, чтобы в такой стране вершить такие запредельные подвиги! – Одобрительно вещал седовласый джентльмен, – Интересно бы узнать, а что именно подвигло его на такие действия?

 

– Быть может, элементарная месть?.. – Полувопросительно отреагировала Алевтина Васильевна.

 

– Месть? Не думаю… Ведь он сжёг не одну машину, принадлежавшую какому-либо конкретному лицу, а многим другим, вряд ли как-то связанных друг с другом. По крайней мере, полиции не удалось установить тут никакой вразумительной связи. Что Вы на это скажите?

 

– Одни лишь домыслы… Например, наш абстрактный мститель некогда по чужой вине попал в автокатастрофу. Сумел выжить, испытав чудовищные страдания, после чего навсегда возненавидел решительно всех на свете автомобилистов. Вот Вам и прекрасный мотив для мести, мол, пропади пропадом вся ваша техника, несущая пешеходам увечья и смерть…

 

– Однако! Ведь и в самом деле Ваши рассуждения не лишены здравой логики, браво, мадам! Откровенно говоря, Ваша версия мне нравится гораздо больше всех тех, которые я до сих пор слышал. И если данная концепция верна, то лично я оказал бы нашему, как Вы выразились, мстителю всяческую поддержку вплоть до самых крайностей!

 

– И что же Вы, уважаемый Викентий Андреевич, под этим подразумеваете? – С оттенком иронии спросила журналистка, – Уж не готовы ли Вы обеспечить героя какими-то эффективными средствами для его дальнейшей плодотворной работы? Скажем, хорошей взрывчаткой с соответствующим механизмом, дабы уменьшить риск поимки прямо на месте преступления…

 

– Да, интересный у нас диалог образовался! – Пристально вглядываясь в глаза Чайки, воскликнул Викентий Андреевич, – Действительно, намного безопасней подкладывать под днища автомобилей взрывчатку с таймером, нежели совершать шумные поджоги. И тут Вы правы… Значит, в самом деле требуется профессиональная помощь, да?

 

– Кому?! – Слегка побледнев от неожиданности, спросила Чайка.

 

– Ну, разумеется, нашему герою! – От души рассмеялся слишком проницательный собеседник, – Знаете, мадам, у меня почему-то сложилось впечатление, что в этом деле Вы отнюдь не случайная персона.

 

– ?!?

 

– Да Вы не волнуйтесь так, я ведь ни на чём не настаиваю. Просто подумалось, если что, то пусть таинственный мститель позвонит по этому телефону, после чего он немедленно получит всё необходимое для своих весьма пикантных развлечений. – С этими словами дружелюбно улыбающийся благодетель аккуратно вывел на салфетке ряд цифр и мягко пододвинул её «журналистке».

 

– Но это совсем не по адресу… – Начала было возражать растерявшаяся Чайка, однако собеседник решительно прервал её:

 

– Возможно, мадам, я и ошибаюсь. Тем не менее, оставьте номер у себя, а вдруг он всё-таки пригодится? На сим позвольте мне откланяться. Дела, знаете ли…

 

Вежливо кивнув на прощание, элегантный Викентий Андреевич ушёл, оставив свою собеседницу в полном смятении.

Алевтина Васильевна тоже не стала задерживаться в заведении и, уходя из него, не забыла захватить с собой салфетку с номером телефона.

 

Она уже не сомневалась в том, что этот благообразный господин её так лихо, играючи раскусил. Уж не ясновидящий ли он? А ведь никто ровным счётом не обладает ни малейшей информацией о поджигателе, словно на месте преступления действовал некий невидимка – полный тупик.

 

Взрывчатка… Какой прекрасный вариант! Без всякого шума подложил под машину  – и спокойненько себе поехал к следующей. А через 5 минут происходит двойной взрыв – сначала мощной «петарды», затем сдетонировавшего бензобака. И, как следствие этого, шансы заработать больший срок невероятно увеличиваются, просто блеск!

 

  Непонятно, кто такой этот странный Викентий Андреевич, предложивший практически прямым текстом обеспечить мстителя такими роскошными игрушками? Но почему бы не попробовать воспользоваться его щедротами?

 

Допустим, здесь присутствует элемент самой обыкновенной провокации, такое, безусловно, исключать никак нельзя. Впрочем, риск попасть в хорошо расставленную ловушку вовсе не страшен, а вот категорически отвергать весомую помощь вряд ли есть смысл.

 

Обнаруживать свой голос по телефону вовсе не обязательно, достаточно отправить бесполое сообщение, скажем, такого содержания: «Предложение принимается. Срочно требуется несколько комплектов фейерверка без личного контакта».

 

И если нежданный благожелатель человек серьёзный, то и ответ наверняка придёт с чётким указанием места доставки обещанного груза. Например, следуя классическому жанру детектива, в автоматической ячейке вокзала или какого-либо магазина.

 

Можно также предположить, что там будет негласный наблюдатель, желающий проконтролировать благополучное получение товара, даже попытка увязавшегося хвоста. Но с тем и другим справиться – сущий пустяк! Не зря же Чайка прочла уйму самых изощрённых детективов и просмотрела сотни сериалов подобного плана, впитав в себя все их тонкости.

 

Мало кому из почитателей подобного жанра приходит в голову, что он, в сущности, не так уж безобиден, каковым кажется на первый взгляд, являясь на самом деле  прекрасным пособием для потенциальных преступников.

 

Как только сообщение было отправлено, реакция на него поступила незамедлительно!

 

В ответе говорилось, что заявка принята, и всё востребованное будет находится завтра с утра в надлежащем месте. Известно где, именно там, как изначально и предполагалось – в багажной ячейке крупного супермаркета с указанием её кода. Оставалось лишь без излишних проблем извлечь оттуда содержимое и – снова в бой!

 

Приятное известие пришло днём, а вечером Чайка снова отправилась в одно из злачных русскоязычных заведений с целью найти там за небольшую плату какого-либо безалаберного курьера, простым заданием которого будет всего-навсего забрать приготовленный в камере пакет и доставить его на подземную стоянку.

 

…В шумном кафе с типично российской дискотекой оголтело отплясывали едва созревшие юнцы, многие из которых уже давно успели вкусить сомнительную прелесть запретных «колёс» и «травки».

Здесь-то и нашла Чайка одного довольно придурковатого парня, охотно согласившегося за 50 евро взяться за такое пустяковое дело.

 

Персонаж оказался отнюдь ненадёжным, опоздав чуть ли не на час к месту встречи.

Детально проинструктировав его и пообещав заплатить деньги при непосредственном получении содержимого ячейки, заказчица принялась издали наблюдать за своим ни о чём не подозревающим подопечном. Она успела заранее выверить нужный маршрут всех их передвижений во избежание каких-либо малопривлекательных обстоятельств. Любая конспирация ещё никогда никому не вредила.

 

И как только парень, забрав сумку из хранилища, беззаботно направился в паркинг не на лифте, как было сказано, а по ступенькам запасного выхода, она его тут же перехватила. Забрать груз и отдать за оказанную услугу деньги заняло всего несколько секунд, после чего курьеру надлежало минут через 5-6 вернуться обратно.

Этого времени Чайке вполне хватило, чтобы добраться до своей железной лошадки и  быстро покинуть территорию супермаркета, дальнейшее её уже как-то мало волновало.

 

Причудливо поколесив некоторое время по городу, дабы полностью убедиться, что за ней нет никакого хвоста, Алевтина Васильевна направилась к своему прежнему тайнику. Лишь только там, в безлюдном лесопарке, она решилась детально исследовать свой подарок, от которого пришла в полнейший восторг.

 

В добротной спортивной сумке мирно покоились восемь компактных брикетов, оснащённых маленькими приборами с кнопками под крошечными дисплеями. К ним прилагалась подробная инструкция на русском языке, доходчиво поясняющая, что и как надлежит делать, чтобы в нужный момент активировать зарядное устройство. Кроме этого в боковом кармашке сумки неожиданно обнаружилась пачка ассигнаций в 200 евро – 20 000! Прямо-таки волшебная сказка наяву!!!

И ещё там же зачем-то находился солидного размера револьвер с полным барабаном патронов…

 

Вся эта неправдоподобная история поневоле наводила на мысль, что некие тёмные силы, в лице Викентия Андреевича, решили использовать украинскую журналистку в своих низменных целях. Ну и пусть!

 

Хотя… А вдруг она, не оправдав сполна ожиданий какой-то террористической организации, станет им ненужной со всеми вытекающими отсюда последствиями? Ведь тогда даже и в тюрьме её настигнут… Как же теперь быть? Свернуть с этой тропы едва ли уже удастся…

 

Впрочем, чего тут горевать попусту, сама же виновата во всём. Захотелось экзотики – вкушай по полной программе! Ибо что не делается – всё к лучшему, от собственной Судьбы ещё никто никогда не уходил. А посему, пусть будет что будет!

 

…На рассвете в Дортмунде прогремело подряд пять взрывов. Все они произошли под днищами стоящих на улицах автомобилей. И вновь полиция города терялась в догадках по поводу происшедшего… Нанесённый ущерб страховым агентствам, разумеется, значительно возрос.

 

А на телефон Чайки молниеносно пришло сообщение: «Отличная работа! Рады, что наша помощь пригодилась, готовы оказывать содействие и дальше. Любые заявки принимаются беспрекословно».

 

В драгоценном арсенале Алевтины Васильевны ещё имелись в наличии кое-какие запасы, поэтому она не стала делать новый заказ, предпочитая сначала использовать оставшиеся брикеты с максимальной для начатого дела пользой. Ну, а потом видно будет.

Вот грохнуть бы, что называется, под занавес, наиболее дорогую тачку, тогда можно будет, образно говоря, и сушить сухари!

 

Известная истина – кто ничего не ищет, тот ничего не находит – сработала на «ура»!

 

Вожделенная «тачка», стоимостью в полтора миллиона нашлась преступно быстро. Правда, стояла эта дорогостоящая модель не где-то на обочине улицы, а в глубине приусадебного участка какой-то роскошной виллы и прямо-таки напрашивалась на акцию.

 

Как же тут воздержаться от искушения превратить эту неописуемую красоту в прах? Конечно, сильный взрыв может запросто повыбивать все стёкла в доме, но ведь его обитатели вряд ли спят прямо на подоконниках. Поэтому вовсе не факт, что кто-то из них обязательно пострадает…

 

Всесторонне взвесив все «за» и «против», новоиспечённая террористка пришла к следующему логическому выводу:

Во-первых, владелец такой модели – человек достаточно состоятельный, наверняка какой-то чиновник.

Во-вторых, ни один из средних чиновников не может позволить себе роскошь иметь столь дорогое авто.

В-третьих, раз уж он относится к самому высшему сословию, следовательно, за урон, нанесённый ему, и кара полагается суровей.

В-четвёртых, сам объект находится в непосредственной близости от отеля, т.е. и ехать никуда не надо, можно даже и пешком прогуляться.

В-пятых, а не хватит ли уже заниматься такой ерундой, поскольку стабильных лет 15-20 (если не больше) уже и так светят? Не пора ли с королевским достоинством уйти на постоянный покой?

 

Затея, несомненно, классная, единственное, что смущало в ней Чайку – это опасность кому-либо из обитателей виллы доставить телесные повреждения.

Однако до сих пор всё вроде бы складывалось чудесно, может, и на сей раз пронесёт… Господи, пожалуйста, сохрани их в целости!

 

Очевидно, Господь с большим пониманием относился к нестандартным изыскам одной из своих подопечных, ибо никак не наказывал её за уничтожение материальных ценностей, но, надо полагать, с повышенным интересом следил за избранным ею путём. И поскольку выбившаяся из стада овца свято чтила чужую жизнь, то Он не усматривал каких-либо причин препятствовать ей в столь забавных начинаниях.

 

Окончательно утвердившись в необходимости назначенной акции, Чайка перевезла из тайника сумку со всем содержимым к себе в номер. Потом она с большой благодарностью вернула скутер законной хозяйке, сказав, что он ей больше не понадобится.

 

В три часа пополуночи, в соответствии со сложившейся уже традицией, Алевтина Васильевна в очередной раз покинула своё пристанище через окно.

 

С лёгкостью преодолев невысокую декоративную изгородь, опоясывающую по периметру территорию заветной вилы, она несколько минут постояла в кустах, ориентируясь на местности. Везде всё казалось спокойным: ни в одном окне не виделось признаков света, а поодаль совершенно беспризорно и даже вызывающе стоял тот шикарный автомобиль, которому надлежало чуть спустя превратиться в груду обуглившегося металлолома.

 

Печально вздохнув, Чайка выставила на дисплее таймера 10-тиминутную готовность, затем, решительно подошла к авто, включила пуск и, аккуратно водворив взрывчатку под днище, стремительно ретировалась в сторону отеля.

 

Узкая улочка по-прежнему была безлюдной, всё декорации вокруг, казалось, напоминают не столько сонное царство, сколько какое-то заброшенное кладбище…   

  

Алевтина Васильевна успела попасть к себе в номер до того, как до её слуха донёсся звук внушительного взрыва, следом за ним второй. Усевшись в кресло, она задумчиво покрутила в руках тяжёлый револьвер, по-прежнему не понимая, зачем ей его прислали. Неужели же благодетели на самом деле думали, что скромный поджигатель, ставший подрывником, захочет пустить эту грозную штуковину в ход? Насмешливо фыркнув, Чайка улеглась спать, а бесполезное оружие небрежно засунула в выдвижной ящик  стоящей у кровати тумбочки.

 

До конца её официального пребывания в Германии оставалось всего два дня, поэтому следовало форсировать события, чтобы успеть красиво попасться в лапы властям.

 

 

 

…Арест произошёл вечером следующего дня, когда Алевтина Васильевна после очередной разведки спокойно возвращалась в отель, где её уже ожидали люди в штатском.

 

Полицию вызвала администрация заведения, которой перепуганная работница номеров сообщила, что при уборке случайно увидела в полуоткрытом ящичке явно подозрительный предмет.

 

Дальнейшая ситуация развивалась опять же по сугубо классическому сценарию: обыск, засада, арест, доставка подозреваемой в полицейский участок.

 

Допрос проводился на хорошем русском языке, а после составления протокола Чайку под усиленным конвоем, но исключительно вежливо перевезли в следственную тюрьму Дортмунда.

 

Итак, первый весомый шаг к вожделенному счастью свершился! А Фортуна по-видимому, не прекратила ещё ей благоприятствовать!..

 

Одиночная камера, куда водворили террористку, не слишком уступала по удобствам номеру отеля, правда, размерами была поменьше, да и ванна отсутствовала. В остальном же всё чудненько, жить вполне можно: персональная туалетная кабинка, оснащённая всеми необходимыми предметами личной гигиены, добротная мебель, идеально чистая постель, плазменный телевизор и множество других весьма приятных мелочей.

 

Заснуть в эту ночь Алевтине Васильевне так и не удалось, ибо фонтанирующее ликование, переполнявшее её душу, требовало бурного выхода, хотелось даже петь!

 

Однако проявлять внешне свои эмоции не стоило, иначе вся её искренняя радость немедленно станет достоянием следствия. А в том, что все уголки помещения находятся под постоянным прицелом где-то установленной видеокамеры, узница нисколько не сомневалась…

 

Восторженное настроение несколько омрачало то обстоятельство, что теперь, так удачно попав в вожделенные стены, нужно будет каким-то образом общаться с охраной. Со временем, Чайка, безусловно, его язык, а как же быть на первых порах, когда ей будут говорить что-то непонятное, требовать выполнения разных команд?

Да, тяжёлый случай…

 

 Интересно, а что сулит завтрашний день? Ну, завтрак – это понятно, дальше что? Возможно, второй более детальный допрос, где нужно будет тщательно взвешивать каждое своё слово, дабы ни единым намёком не выдать своих истинных намерений. Впрочем, это не столь сложно, поскольку линия поведения уже чётко выверена.

 

А револьвер-то, казавшийся вначале совершенно ненужным атрибутом, теперь превратился в знатную улику вкупе с оставшейся нереализованной взрывчаткой. И ежели он окажется настоящим, не каким-то пугачом, то шансы на максимальное наказание заметно повышаются. С таким набором запрещённых штучек власти наверняка будут инкриминировать злоумышленнице терроризм, что потянет на весьма солидный срок.

 

Кстати, любопытно бы заранее узнать, каким он будет? На «потолок» вряд ли стоит надеяться, но лет этак на двадцать – точно. Собственно, и этого вполне достаточно, главное – отбыть кару до победного конца и не загреметь на досрочное освобождение!

 

 

 

В 8 утра дверь в камеру неожиданно открылась, явив взору узницы приветливо улыбающуюся даму в симпатичной униформе.

 

– Guten Morgen, Frau Alevtina! – В высшей степени дружелюбно произнесла надзирательница.

 

– Guten Morgen! – С ответной улыбкой отозвалась Чайка, хорошо понявшая фразу.

 

Дама ещё что-то сказала, показывая жестами, мол, сейчас принесут завтрак, после чего бесшумно удалилась, не закрыв при этом распахнутую настежь дверь, что можно было расценить, как приглашение выйти из заточения наружу.

 

Благодаря Интернету, фрау Алевтина давно уже знала кое-что из правил поведения в немецком остроге, в частности, и этот момент, когда всем узникам с утра до вечера позволялось беспрепятственно передвигаться по этажу, заходить в другие камеры и т.д. Поэтому она немедленно воспользовалась возможностью выглянуть из своей «кельи» наружу, но ничего особо выдающегося там не узрела.

 

По длинному коридору разгуливали некие женские фигуры, некоторые о чём-то разговаривали, а с обеих сторон две работницы персонала катили большие тележки с подносами пищи.

 

Завтрак оказался вкусным и сытным, что ещё больше добавило оптимизма счастливой лауреатке на соискание почётного звания узницы райских кущ в фешенебельных немецких застенках.

 

И действительно, во все времена и у всех народов «тяжеловесы» всегда пользовались в тюрьмах особым статусом, не то, что всякая мелкая шпана. Авторитет их среди прочих каторжан испокон веков определялся тяжестью свершённого преступления, автоматически вызывающего всяческое уважение. Ведь каждый из них, идя ва-банк, предполагал наличие сильного духа, ибо был кандидатом в смертники. Как же тут можно не преклоняться перед такой могучей личностью?!

 

Всё это предстояло вкусить отважной Чайке несколько позже, а сейчас ею владело непреодолимое стремление хоть немного вздремнуть после бессонной ночи, наполненной радужной эйфорией.

 

И только она, захлопнув дверь своей «кельи», устроилась на  уютном лежбище, как её покой был тут же нарушен.

Вновь дверь отворила давешняя улыбчивая фрау в сопровождении другой женщины, которая прекрасно говорила на русском языке.

Надзирательница, сделав своё дело, моментально исчезла по причине полной бесполезности, предоставив русским Frauen пообщаться между собой.

 

– Здравствуйте. – Сказала пришедшая, – Вы ведь здесь новенькая, правда?

 

– Да, а что?

 

– Ничего особенного. Просто меня попросили ввести Вас в курс, что, как и почём. Ну, например, какими льготами тут можно пользоваться, пока Вы находитесь под следствием, что можно, а что нельзя. Кстати, меня зовут Вероникой, а попалась я на сбыте наркотиков. Нет-нет, ничего ужасного, всего лишь везла друзьям обычную травку из Голландии, которая там разрешена, а здесь меня повязали на контрабанде…

 

– Прискорбная история, искренне сочувствую. А меня зовут Алевтиной Васильевной, приехала сюда из Киева, попалась на террористической деятельности, и вот теперь пребываю в ожидании суровой казни…

 

– Да Вы что? – Изумлённо воскликнула Вероника, округлив глаза до размера кухонного подноса, – Неужели та самая легендарная Алевтина Чайка, о которой без конца трубит вся европейская пресса?!  Ну и сюрприз!!!

 

Вот таким образом слава о столь серьёзной заключённой мгновенно разнеслась по всем этажам следственного заведения и почти с такой же скоростью достигла даже самых отдалённых тюрем Германии, каждая из которых сочла бы за великую честь иметь в своих рядах такую выдающеюся персону!

 

А для самой «выдающейся персоны» столь громкая огласка была отнюдь не в радость… Ибо она изначально стремилась к чему? Да ведь не к какой-то звёздной славе, а к тишине, покою и полному уединению до конца века, пусть не текущего, а хотя бы своего.

 

Ну, а что вышло? Буквально всё шиворот на выворот! От поклонниц этажа совершенно не стало отбоя, все норовили зачем-то собственными очами узреть живой лик  скромной террористки-одиночки, разве что не требовали памятных автографов. И это как раз было не самой лучшей оборотной стороной медали…

 

Нет, где-то в глубине души фрау Алевтине, конечно же, льстило такое повышенное внимание коллег по несчастью, тем более, попавших сюда не по своей доброй воле, как она. Интересно, а каковой была бы их реакция, узнай они об истинных намерениях той, которую эти наивные дамочки с такой лёгкостью возвели в ранг «звезды»?

 

Изрядно утомившаяся от бремени нежданно свалившейся на неё популярности, новоиспечённая «звезда» на следующий день попросила надзирательниц через Веронику, прилично владевшую немецким языком, не отворять больше дверь камеры для назойливых гостей. Иначе она за своё поведение не ручается!..

 

Простую просьбу администрация тюрьмы восприняла как законное требование подследственной в своих исконных правах. Презумпция невиновности работала в Германии безукоризненно: пока правосудие не вынесло подозреваемому официальный вердикт, он не может быть ущемлён ни в чём, за исключением назначенной ему меры пресечения.

 

Следующие два дня – суббота и воскресенье – прошли в полном спокойствии, а в понедельник фрау Алевтину повели на допрос к следователю. Кроме него присутствовали ещё три персоны – переводчик, психолог и секретарь-стенографистка. После формального церемониала обоюдного знакомства он приступил к сути дела.

 

– Скажите, пожалуйста, фрау Чайка, Вы подтверждаете свои первичные показания, данные Вами в полицейском департаменте? Или у Вас есть какие-либо дополнения к ним? – С большим интересом разглядывая арестованную, спросил молодой следователь.

 

– Да, подтверждаю. Все эпизоды, в которых меня обвиняют, полностью соответствуют действительности. Что касается каких-то неясностей в этом деле, то, думаю, смогу прояснить их в процессе допроса.

 

– Очень хорошо! – Улыбнулся довольный дознаватель, – Похоже, мы с Вами сможем придти к полному взаимопониманию, что, безусловно, сделает наше общение более плодотворным.

Итак, мне бы хотелось выяснить, где Вы пробрели огнестрельное оружие и взрывное оборудование, найденное у Вас в номере отеля? Кто всем этим Вас обеспечил?

 

– Я не считаю нужным отвечать на этот вопрос, задавайте следующий.

 

– Это Ваше право. – Невольно поморщился следователь, – Тогда хоть ответьте мне, пожалуйста, фрау Чайка, для какой цели Вы незаконно приобрели крупнокалиберный револьвер, являющийся орудием убийства? Я не спроста это спрашиваю, поскольку всё, что Вы до сих пор делали, почему-то не влекло за собой человеческих жертв… Что Вы на это скажите?

 

– Да, верно. Я, как истинная христианка, по мере возможности стараюсь не приносить никому из живых существ лишнего зла, по-моему, моя позиция и так очевидна. А револьвер я раздобыла на всякий случай…

 

– То есть, Вы хотите сказать, что при определённых обстоятельствах могли им воспользоваться, да? – Слегка приподнял брови дознаватель, – Я правильно Вас понял?

 

– Понимайте, как хотите, большего по данному вопросу я ничего не скажу. И вообще, знаете ли, в свете других событий мне кажется довольно странным Ваш неоправданный интерес к какому-то дурацкому револьверу…

 

– Ошибаетесь, поскольку на этом «дурацком» револьвере давно висят три трупа. В этом Вашей вины, конечно же, нет, ведь Вы приехали в Германию гораздо позже. Однако для нас очень важно проследить историю данного оружия, чтобы выйти на нужный след. Вообще-то, я не должен был говорить о таких подробностях, просто подумал, что Вы могли бы оказать помощь следствию и тем самым в какой-то степени облегчить свою участь.

 

– Приберегите сей аргумент для глупых малолеток! Ибо я давно уже вышла из того возраста, когда могла бы поверить в пользу сотрудничества с полицией. Я готова сполна ответить лишь за то, что совершила собственными руками, а брать на себя чужие грехи вовсе не собираюсь.

 

– Ладно, оставим пока в покое вопрос о револьвере. – Обречённо вздохнул следователь, – Давайте тогда перейдём к главной теме…

 

Допрос длился свыше трёх часов, но не принёс дознавателю ожидаемого удовлетворения, поскольку ему так и не удалось установить источник приобретения оружия и взрывчатки.

 

Алевтина Васильевна не захотела впутывать сюда никого из тех, кто с необъяснимой любезностью предоставил ей существенную помощь. И на всём протяжении длинного диалога она говорила только то, что казалось ей выгодным лишь для себя, не больше того.

 

Органы дознания ещё не раз пытались обыграть понравившуюся им версию о принадлежности обвиняемой к некой террористической группировке. Чайке их позиция очень даже нравилась, но она её никак не подтверждала, равно, как и не опровергала, предпочитая балансировать где-то посередине.

 

В конечном результате такая линия поведения увенчалась нужным эффектом: подсудимой квалифицировали её действия по нескольким параграфам и в совокупности вынесли приговор – 22 года закрытой тюрьмы строгого режима!

 

Это было поистине безграничным триумфом всех и вся – для правосудия, для прессы, ну и, разумеется, для самой звёздной фрау Чайки, сумевшей так блистательно добиться новой безоблачной жизни!

 

Судебный процесс затянулся более чем на неделю. И все эти дни зал суда сверх меры переполнялся народом, преимущественно, русскоязычным. Но самой выдающейся для Чайки фигурой там был небезызвестный Викентий Андреевич, с откровенным одобрением внимательно наблюдавший за ходом ежедневной процедуры.

 

Ещё на начальном этапе категорически отказавшись от адвоката, подсудимая вела себя перед бесстрастными вершителями человеческих судеб исключительно корректно и так красиво формулировала все свои фразы, что вызывала тем самым симпатии зрителей. А после того, как она красочно поведала свою скорбную биографию, то добрая половина зала едва сдерживала слёзы…

  

Таким образом, к концу процесса большинство сочувствующих лиц плавно трансформировалась в категорию поклонников, готовых оказывать несчастной фрау Чайке бескорыстную помощь в её длительном заточении.

 

Публичное оглашение приговора, как и следовало ожидать при таких массовых симпатиях, вызвало в зале целый взрыв искреннего возмущения!!!

Воспользовавшись возникшим замешательством, к Алевтине Васильевне подошёл Викентий Андреевич, успевший мимоходом шепнуть:

 

– Очень благодарен, что Вы ни словом не обмолвились о нашем знакомстве. Это Вам непременно зачтётся, обещаю!

 

И действительно, вскоре на счёт фрау Алевтины поступила весьма солидная сумма.

 

…Так называемый «строгий режим» на поверку оказался гораздо более мягким в сравнении с той невзрачной жизнью на свободе, которая выпала на горькую долю Чайки.

 

Буквально весь персонал тюрьмы для осужденных встретил новую постоялицу настолько приветливо, будто каждый из них всю жизнь только и мечтал о такой счастливой встрече!

Впрочем, ничего удивительного в этом не было, поскольку она, с подачи прессы, давно уже превратилась в героиню не только печатных изданий, но и телеэкрана.

 

А поскольку известной почти всей Европе узнице на ближайшие пару десятилетий предстояло безвыходно провести время в этих стенах, то её, по специальному распоряжению «главкома» данного пенитенциарного заведения, с большой заботой определили в самую уютную камеру-люкс.

 

Ещё при нахождении в предварительном изоляторе Алевтина Васильевна отчётливо осознала правильность своего выбора, и  никаких претензий к новому образу жизни не имела.

 

Вторая тюрьма оказалась во много раз лучше первой по всем статьям. Здесь имелась большая библиотека с книгами, в том числе и на русском языке. Свой тюремный магазин с большим ассортиментом продуктов и товаров, спортивно-тренажёрные залы, всевозможные курсы, отличное медицинское обслуживание, возможность выписывать газеты и журналы практически для всех национальностей, при желании можно было принимать участие в художественной самодеятельности и в разных иных мероприятиях.

 

С непередаваемым восторгом вкусив всё это, она никак не могла разделить горестные переживания других постоялиц, безбедно обитающих в столь гостеприимном казённом доме. Да радоваться ведь надо за совершенно бесплатные блага, гуманно предоставляемые властями всем провинившимся перед законом!

 

Возможно, для кого-то насильственное лишение свободы – колоссальная трагедия, спорить не приходится. Но ведь не греши – не придётся раскаиваться! А коль скоро сознательно пошёл по кривой тропе – то и будь любезен стойко пожинать плоды рук своих…

 

По складу характера Чайка была интровертом, поэтому в одиночной келье могла бы чувствовать себя весьма презентабельно, нисколько не нуждаясь в общении с кем-либо. Однако полный покой, к которому она так стремилась, не очень-то получался…

 

Во-первых, к ней постоянно наведывались разные психологи, социологи и ещё какие-то специалисты.

Во-вторых, к ней образовалось целое паломничество из числа осужденных её этажа, каждая из которых норовила засвидетельствовать знаменитой узнице своё глубочайшее почтение.

 

Все эти ненужные визиты изрядно напрягали Алевтину Васильевну, и она просто не знала, как ей бороться с таким наваждением, ставшим в скором времени настоящим кошмаром …

 

Ведь она даже и в мыслях не держала тайной мечты когда-либо завоевать громкую популярность, а тут на её несчастную голову (ни с того, ни с сего) свалилось такое тяжкое бремя в виде яркого ореола сомнительной славы! Увы, ничего не поделаешь, придётся теперь нести сей непосильный крест…

 

Однако решительно во всём, кроме гнусных минусов, есть ещё и неоспоримые плюсы. В данном случае они выражались в неплохой перспективе изучения разговорной речи местного языка, которым, кстати, Чайка уже вплотную занималась. Но одно дело осваивать его по учебникам, совсем другое – в процессе живого разговора. Пожалуй, это обстоятельство и могло послужить некоторым утешением.

 

Ну, а желанное одиночество никуда не денется, ибо впереди целая вечность!

© Copyright: Дмитрий Билибин, 2014

Регистрационный номер №0232344

от 13 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0232344 выдан для произведения:

 

10 самых комфортабельных тюрем мира (© Spletnik.ru)

 

 

ДОБРОВОЛЬНАЯ  ГОЛГОФА

 

 

Алевтине Васильевне было уже за 60, когда она приняла самое необычное в своей жизни решение – сесть в тюрьму!

 

Разумеется, не в какую попало, где всячески унижают человеческое достоинство и держат впроголодь заключённых, а в цивилизованную, комфортабельную по всем параметрам.

 

Таковые имелись лишь в отдельных странах Европы, лучшими из которых виделись искательнице последнего пристанища: в Финляндии, Швеции, Дании, Норвегии, Австрии,  Германии и Голландии. Именно эта золотая семёрка государств обладала бесспорным лидерством в плане достойного содержания своих узников.

 

Оставалось лишь окончательно определиться в выборе, а потом, навсегда распростившись  с иллюзорной и отныне ненужной свободой, буквально с головой нырнуть в самый уютный омут. До самого дна и безвозвратно!

 

 

 

1. ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ

 

 

Судьба изначально у Алевтины, мягко говоря, была не из самых удачных.

Родилась чуть ли не на краю света – во Владивостоке. Мама умерла при родах, и крошку определили в дом малютки, откуда её со временем забрал отчим.

Лет до 11-12 жизнь девочки протекала как-то серенько, без всяких ярких красок, хотя её единственный родитель вроде бы проявлял к ней любовь и заботу, правда, довольно своеобразно…

 

Главным образом, этот интерес к падчерице носил откровенно сексуальную окраску, но подрастающая девочка, в силу своего юного возраста, не усматривала в поведении отчима ничего запредельного. Подумаешь, какие-то невинные ласки со стороны того, кого надлежит свято чтить, что тут такого необычного? Ведь не бьёт, не наказывает по малейшему пустяку, как это бывает в других семьях. Впрочем, и не за что, поскольку Аля всегда отличалась на редкость спокойным, послушным характером, к тому же прекрасно училась в школе.

 

Обладая весёлым покладистым нравом, она, вместе с тем, не имела склонности к каким-либо откровениям за пределами дома, в чём, вероятно, была немалая заслуга отчима.

 

– Понимаешь, моя доченька, – авторитетно поучал он, – мне очень хочется, чтобы ты выросла достойной девушкой: умной, свободомыслящей, ласковой, но предельно осторожной в своих действиях. Жизнь – штука бесконечно коварная, преподносящая порой такие поганые сюрпризы – только держись! А посему ни в коем случае нельзя быть чрезмерно доверчивой, ибо основное зло исходит именно от себе подобных, в особенности, от противоположенного пола… Например, мужчины страдают от обмана женщин и наоборот. Такова уж незыблемая диалектика наших взаимоотношений.

Ну, а чтобы уметь сохранять абсолютное взаимодоверие с самым близким и дорогим тебе человеком, надобно научиться железному правилу – не выносить сор из избы, т.е. никогда ни с кем не делиться подробностями своей личной жизни.

 

Понятно, что подобные уроки, словно качественные зёрна, падающие на благодатную почву, без труда давали соответствующие всходы.

Юная Аля относилась к категории хороших учениц, наставник – к хорошим гуру. Итогом такой школы на дому и послужил их порочный альянс, начавшийся с 15-тилетнего возраста и продолжавшийся почти целую пятилетку.

 

Всё, казалось бы, шло по хорошо накатанному пути. Никто даже и заподозрить не мог о преступной связи папы и дочки, тем более что Алевтину вполне устраивало такое положение вещей. Ещё бы, ведь с того момента в их доме больше не появлялись разные посторонние тётки-однодневки!.. Ибо все насущные проблемы успешно решались в тесном семейном кругу без всякого вмешательства извне.

 

Однако всё когда-то, так или иначе, кончается…

 

Это случилось на третьем курсе института, где Алевтина впервые познала, что такое настоящая Любовь! Её избранником стал студент Олег Чайка, заканчивающий к тому времени ВУЗ. Сам он был родом из Украины, там же, на окраине Киева, в собственном доме жили его родители.

История умалчивает, каким образом парень оказался так далеко от домашнего очага, известно лишь, что по завершении учёбы во Владивостоке он собирался вернуться назад. И Олег, несомненно, претворил бы свои давнишние замыслы в реальность, не встреться ему эта чертовски хорошенькая девушка.

 

«Обоюдоострая» любовь вспыхнула неожиданно и так ярко, что не оставляла обоим никакого выбора. Точнее, выбор-то был – уехать паре в далёкую Украину.

 

Безусловно, Алевтине не хотелось вот так внезапно покидать единственную родственную душу в лице отчима, давшего ей вовсе неплохую путёвку в жизнь. Но мощный зов Природы, издревле диктующий естественное стремление к созданию прочных брачных уз, явно брал верх, и тут уж, увы, ничего не поделаешь…

 

Старт можно было с большой долей оптимизма назвать заздравным. Не нашлось под рукой того оракула, который бы с уверенностью мог предсказать финал заупокойным.

 

              

 

2. ПЕРЕЕЗД В УКРАИНУ

 

Алевтина исчезла из Владика по-аглицки – будто попросту стёрлась с лица земли. С собой она взяла только сумку с самым необходимым, включая сюда лучшее фото отчима, который ровным счётом ни о чём не ведал.

 

В Киеве счастливый Олег по всем правилам представил предкам свою невесту, пришедшуюся очень даже ко двору.

 

Вскоре состоялась свадьба, принёсшая девушке не просто радость считаться законной женой, но и благозвучную фамилию – Чайка.

Ей никогда не нравилась её прежняя фамилия, звучавшая более чем заурядно – КороткИх. Именно из-за неё Алевтину в школе прозвали Коротышкой, хотя ни по росту, ни по общему развитию она никому из сверстниц не уступала. А вот теперь, благодаря Олегу, ей удалось, наконец, избавиться от этой пакости. Так ведь и вправду, какое прекрасное сочетание – Алевтина Чайка, прямо-таки готовый сценический псевдоним под стать любой эстрадной звезде!

 

Начало новой эры в жизни Али показалось ей абсолютно безоблачным. Однако на смену радужным впечатлениям постепенно стала приходить бытовая реальность…

 

В Украине все поголовно знают русский язык, но вот говорить на нём почти никто не хочет – таков менталитет местных аборигенов. В связи с этим то тут, то там стали образовываться непредсказуемые конфликтные ситуации, в частности, полное незнание украинской речи практически напрочь закрывало все двери, из-за чего Алевтине никак не удавалось найти себе работу.

 

Проблему решили не чаявшие в ней души родители мужа, устроив невестку в одну из русскоговорящих организаций. Вакансия оказалась далеко не из престижных, зато не требующая работы с документацией на незнакомом ей языке. Ещё при приёме на работу Алевтине настоятельно порекомендовали изучать украинскую мову, чем ей поневоле и пришлось интенсивно заняться. А через каких-то пару лет она уже довольно бегло размолвляла по-украински.

 

Все попытки завести ребёнка почему-то терпели сокрушительное фиаско…

И когда окончательно отчаявшаяся Алевтина однажды забеременела, радости в доме не было никаких пределов! Трудно сказать, кто ликовал больше всех: она сама, Олег или его предки, истово мечтавшие стать бабушкой и дедушкой.

 

Но, увы, напрасно все радовались раньше времени, ибо, как гром среди ясного неба, неожиданно выяснилось: беременность внематочная со всеми вытекающими отсюда прискорбными последствиями… В итоге произошла тяжёлая операция, из-за которой несостоявшейся роженице вырезали всё, на что только была способна человеческая фантазия.

 

Жуткая экзекуция длилась на протяжении 8-ми часов, в течение которых у сложной пациентки дважды наступала клиническая смерть…

 

Хоть Алевтине и удалось вернуться из больницы живой, но в доме с тех пор чёрным спудом поселился настоящий траур. Всеобщее безысходное горе носило такой характер, что на этой почве у свекра образовался обширный инфаркт, и он  скоропостижно покинул мир земной. Затем наступила очередь свекрови, а бедный Олег, не выдержав столько потерь за короткое время, ушёл в запой… Одна лишь виновница целой вереницы трагических событий каким-то невероятным образом осталась на плаву.

 

Вряд ли стоит удивляться тому обстоятельству, что между обоими супругами наступило глухое отчуждение, плавно перерастающее во вражду.

В рекордно короткие сроки Олег умудрился фундаментально спиться, стал водить в дом каких-то сомнительных друзей, не считаясь с присутствием молодой жены, в которой он перестал видеть женщину ещё недавно им беззаветно любимую.

 

Постепенно их совместное жилище, казавшееся раньше Алевтине уютным гнёздышком, превратилось в какой-то омерзительный притон, где стали также появляться и пьяные, грязные женщины, неизвестно на какой помойке обитавшие. Чуть ли не круглосуточно отовсюду слышался 24-ёхэтажный мат, табачный дым висел коромыслом, то и дело между низменно пирующими вспыхивали потасовки, грозящие каждую минуту перерасти в смертоубийство…

 

Тщетными были попытки Алевтины повлиять на сознание своего ссуженного, катастрофически теряющего человеческий облик и никогда толком не просыхающего…

К счастью, в доме на втором этаже имелась небольшая комната, где она кое-как спасалась от лицезрения всех творящихся внизу бесчинств.

Но и здесь далеко не всегда ей удавалось относительно спокойно поспать перед работой, поскольку вконец распоясавшуюся публику с «нижней палубы» каким-то образом заносило и наверх.

 

Такая в высшей степени неблагоприятная обстановка длилась на протяжении нескольких кошмарных лет. Олег давно уже нигде не работал, пропил сначала всю отцовскую библиотеку, состоящую из раритетных книг, его боевые ордена и медали, потом взялся за всё остальное, что имело хоть какую-то ценность.

 

В итоге дело дошло до того, что однажды несчастная женщина решила покинуть этот гнусный вертеп, перебравшись жить в приусадебную постройку, представляющую из себя добротную русскую баньку. При этом она с величайшей благодарностью вспомнила своего покойного свекра, создавшего некогда собственными руками сей спасительный оазис.

 

Олег давно забыл сюда дорогу, что дало возможность беглянке создать в бане сносные для проживания условия. А, уходя на работу, Алевтина запирала своё жильё едва ли не пудовым замком, дабы предотвратить «несанкционированное вторжение соратников» мужа на её скромную территорию.

И хотя с той поры  она больше ни по какому поводу не заглядывала в дом, Олег сам несколько раз наведывался к жене исключительно с целью выудить у неё немного денег на опохмелку. Но несколько жёстких, категорических отказов сделали своё дело и бесплодные визиты прекратились.

 

Как-то раз на рынке к ней подошла цыганка. Внимательно поглядев на Алевтину и грустно покачав головой, она сказала:

 

– Ох, милая, как я вижу, плохая карма тебе досталась… Хочешь, расскажу тебе твою дальнейшую жизнь? Нет-нет, не надо мне твоих денег, потому что хорошего всё равно не услышишь… – Добавила она, заметив протестующий жест, – Покажи мне, болезная, свои руки.

 

Поглядев на протянутые ладони, цыганка продолжила:

 

– Мужа скоро потеряешь, сгорит он, а ты спасёшься… Останешься без своего угла, детей у тебя нет и никогда не будет… Одиночество – твой удел, так и проживёшь остаток жизни… В старости дальняя дорога, казённый дом в чужой земле, в нём проведёшь отпущенные тебе Богом дни…

Всё сказала. Не серчай на меня за правду, никто не может изменить свою судьбу…

 

 

 

К тому времени внешне неувядающая Алевтина Васильевна неуклонно приближалась к своему 40-тилетию. Её этот фактор нисколько не пугал, настораживали лишь перспективы, отнюдь не казавшиеся ей радужными…

 

Может, плюнуть на всё, да и вернуться в родной Владик? Мысль, на первый взгляд, стоящая. Но с какими глазами она явится туда, откуда, очертя голову от непредвиденной любви, так некрасиво удрала? Что она скажет своему по-настоящему близкому человеку? Прости, мол, дурочкой была, не удержалась от искушения…

 

Ладно, а какого лешего сгинула в небытие, не удосужившись хоть по-человечески объясниться, в конце концов, просто проститься?! Ведь сколько раз говорилось: не будь легкомысленной тупицей, взвешивай каждый свой шаг во избежание роковых недоразумений! Ну, хлебнула-таки сполна лиха? И кому ты теперь такая нужна, потерявшая свою женскую суть из-за какого-то проходимца?

Хорошо, предположим, что на тот момент твой возлюбленный и в самом деле заслуживал внимания, пусть будет так. И что же в итоге получилось, куда делся весь его былой лоск, а? Да ломанный, ржавый грош тому мужику, который ставит крест на своей любимой из-за того, что она, бедолага, волею Судьбы утратила свою женскую сущность!.. А ведь совсем неизвестно, по чьей конкретно причине всё это произошло…

 

И Алевтина Васильевна Чайка, бывшая в девичестве Алькой-Коротышкой, с искренним теплом вспоминая человека, вырастившего её буквально на руках, не смогла решиться на возвращение под крышу исконно родительского очага.

Да, но, а что же дальше делать, как быть?

 

А потом произошло то, что бедняга не предвидела, но, тем не менее, логически могло произойти.

 

…Однажды ночью, проснувшись от тревожного чувства, она увидала через крошечное оконце своего убежища яркое пламя, стремительно разгоравшиеся во дворе. Горел дом, из бушующего огня которого неслись истошные крики о спасении «утопающих».

 

– Туда вам и дорога, идиоты! – Стоя у окна, вслух благословила Алевтина заживо сгорающих алкашей, – И пусть вам всем, выродкам человеческим, поклонникам зелёного змия, земля не станет пухом, а жёстким щебнем!!! Прощай, глупый Олежек, моя первая и последняя любовь… Каким бы ты ни стал, но я навсегда сохраню о тебе самые светлые воспоминания, пронесу их через годы в память о том, что ты мне когда-то подарил.

 

Пожарные наряды, как это часто водилось, прибыли к шапочному разбору, когда никто уже и не нуждался в их запоздалом появлении. Естественно, образовалась и вездесущая милиция, вдогонку за ними сразу три скорых помощи. Только тут  уже не они требовались, а труповозки, ибо спасать было некого.

 

У «доблестной» советской милиции вытанцовывался очередной «висяк» или «глухарь», как она квалифицировала подобные случаи. Тут срочно требовалось найти крайнего, дабы на кого-то списать такое крупное происшествие.

 

А поскольку единственной выжившей на данной территории оказалась Алевтина, у ментов возникло искушение сделать из неё козла отпущения, точнее, козу. Ведь какая идеальная возможность инкриминировать ей умышленный поджёг! И всё, дело можно будет со спокойной совестью закрывать.

С тем её и увезли незамедлительно в каталажку, бесцеремонно водворив в «обезьянник», якобы для выяснения всех сопутствующих обстоятельств.

 

Пожар произошёл поздним вечером в пятницу, когда все дознаватели давно уже находились дома, а появиться на работе им надлежало лишь в понедельник. По этой причине всем задержанным за разные нарушения поневоле приходилось торчать за решёткой до их судного дня, т.е. до того момента, когда какая-либо персона, рангом повыше обычного дежурного опера, не соизволит заняться рассмотрением текущих вопросов.

 

Честно говоря, никто из бывалых поимщиков не слишком уповал на эту календарную дату, памятуя старую истину, что на Руси понедельник – день тяжёлый и серьёзные дела в этот дурацкий день не делаются. Ну, а если всё-таки находятся такие законченные психи, то ничего хорошего от них не жди – обязательно посадят. Пусть хоть не на срок, но на 15 суток железно, и к бабке не ходи! Ведь за очередную «галочку» отчего не отправить какого-нибудь случайного человека в клоповник? И кому это там наверху интересно вникать, что какой-то Вася Крючкин загремел за решето по недоразумению?! Вот сидел бы себе дома, не высовывался – глядишь, и уцелел бы. А то ишь, болтался по вечерним улицам без определённой цели, да ещё и под хмельком.

 

«Обезьянник», не блистающий сколько-нибудь обширным размером, вмещал в себя гораздо больше персон, нежели был предусмотрен для этих целей. На узких лавочках, расположенных вдоль грязных стен, не виделось ни одного свободного места, поэтому всем вновь прибывающим приходилось либо стоять, либо садиться прямо на ещё более грязный, заплёванный до невозможности пол.

 

Публика здесь выглядела примерно такой же, как и бесчисленные собутыльники покойного Олега. Из всей разномастной компании лишь две персоны резко контрастировали с общим фоном – Алевтина и ещё некий интеллигентного вида мужчина.

 

Они разговорились, поведав друг другу свои истории. Выяснилось, что собеседник, преподававший какую-то дисциплину в одном из техникумов, мирно возвращался домой из гостей. Да, без традиционного застолья никак не обошлось, однако люди подобрались нормальные, и каждый из них, безусловно, знал меру.

И вот случилось так, что по пути к дому его изрядно качнуло, а мимо как раз проезжала милицейская патрульная машина. У наряда уже заканчивалась смена, но ни одного задержанного у них не было. А тут такая находка!..

 

Несколько часов прошло в неспешной беседе, которая могла бы затянуться на ближайшие двое суток.

 

Неожиданно где-то в конце коридора послышались чьи-то оживлённые голоса, сопровождающиеся громкими шагами. Спустя немного времени, к решётке «обезьянника» подошёл майор (должно быть, проверяющий по району) в сопровождении ещё двух милиционеров.

Бегло оглядев привычный для этих мест контингент, офицер остановил свой пытливый взгляд на Алевтине и её случайном знакомце.

 

– А эти двое за что тут? – Повернувшись к дежурному участка, несколько раздражённо спросил он и, выслушав сбивчивый ответ, хмуро продолжил:

 

– Значит так, старлей. Покажешь мне сейчас протоколы задержания, и если там окажется какая-то лажа, то немедленно выпустишь этих людей. Тоже мне, деятели, взяли моду – хватать всех подряд без разбора!.. Давай-ка, пошли в дежурку разбираться.

 

Не прошло и получаса, как обе жертвы милицейского произвола оказались на свободе. Правда, Алевтину Васильевну майор вежливо предупредил, что её в любом случае обязательно вызовут повесткой к следователю в качестве свидетельницы происшествия.

 

 

 

 

3. ПОСЛЕДСТВИЯ  ПОЖАРА

 

 

Известно, что человеческая жизнь сплошь состоит из разноцветных полос, преимущественно имеющих порой самые тёмные тона. Именно они и преобладали у Чайки уже на протяжении многих лет.

А теперь после прискорбного случая с пожаром, в котором одновременно сгорели 11 человек, её жизнь и вовсе стала беспросветно чёрной.

 

Мало того, что Алевтина Васильевна, оставшись вдовой, потеряла жильё, так её ещё начали без конца таскать по разным кабинетам.

Коллективная гибель такого количества персон вызвала большой резонанс в правоохранительных органах, и следствию очень нравилась версия об умышленном поджоге дома с корыстными целями.

 

Опрос жильцов соседних домов со всей очевидностью выявил абсолютно ясную картину – супруги последние годы жили в постоянных стычках, из чего вырисовывался мотив преступления – месть.

К счастью для Чайки имущество не было застраховано. Пожалуй, это немаловажное обстоятельство, почти полностью исключающее какие-либо корыстные мотивы, и спасло её от неминуемого наказания в виде солидного срока.

Впрочем, заключение криминалистической экспертизы также сыграло в этом вопросе существенную роль, выявив источник возгорания не снаружи, а изнутри.

 

Громкое дело, в конце концов, кое-как закрыли, а у пострадавшей от пожара Алевтины возникли новые проблемы – добиваться выделения другого жилья взамен утраченного.

Вновь начались хождения по различным инстанциям, которые вовсе не спешили решать, казалось бы, такой простой вопрос. Невразумительные отказы под разными предлогами сыпались отовсюду, словно из рога изобилия.

 

Но кто ничего не делает – тот ничего и не добивается!

 

Добилась-таки положительных результатов и настойчивая погорелеца, которой в итоге с чудовищном скрипом выделили однокомнатную квартиру в девятиэтажке, находящейся почти в центре Киева.

Здание было довольно старым, хотя внешне выглядело далеко не самым худшим. А вот что касается квартиры, то она с первого взгляда создавала впечатление, будто в ней лет сто подряд жили какие-то нЕлюди, целью которых являлось сделать всё возможное, чтобы превратить свою обитель в некий хлев!

 

Жить в таком помещении совершенно не представлялось возможным. Срочно требовался капитальный ремонт, начиная от ветхой (едва ли не вдребезги разбитой)  двери, заканчивая приведённым в полную негодность санузлом. Излишне, наверно, говорить о невероятной захламлённости жилища разномастным мусором, где, главным образом, доминировала винная и водочная тара. Ну, а кое-какая оставшаяся от предыдущих жильцов мебель скорее напоминала пародию на таковую.  

Наряду с прочими «прелестями» повсюду в огромном количестве шныряли бесстрашные тараканы, очевидно, давно отвыкшие от человеческого присутствия и неизвестно чем доныне промышляющие.

 

Другими словами, картина выглядела настолько удручающей, что при созерцании её попросту опускались руки.

 

 

 

4. НОВЫЕ УСЛОВИЯ

 

 

 

Пока Алевтина Васильевна размышляла о том, как бы навести хоть какой-то приемлемый порядок в предоставленном ей помещении, продолжая при этом жить в более обустроенной баньке, как ей внезапно поступило письмо из Владивостока.

Это был ответ на её давнее робкое послание отчиму, только обратный адрес совсем не соответствовал его проживанию.

 

Оказалось, что её родитель умер три с небольшим года назад, оставив Алевтине по завещанию всё свое имущество – приватизированную квартиру со всем содержимым, автомобиль с гаражом и некоторый счёт в Сбербанке.

В казённом письме говорилось, что Алевтина Васильевна Коротких является единственной наследницей всего перечисленного и в любое время может вступить в его законное владение при предоставлении необходимых для этого доказательств.

 

Завещание образовалось очень кстати, и Чайка, не взирая на горечь утраты, тем не менее, порадовалась, что в своё время сумела сохранить все документы, которые могли бы сгореть при пожаре.

 

Благодаря этому, во Владивостоке не возникло никаких проблем с оформлением нужных бумаг, и наследница быстро, успешно распродав причитающееся ей имущество, вернулась в Киев весьма состоятельным человеком.

 

С этого момента, казалось бы, в жизни Алевтины Васильевны наступила светлая полоса.

Конечно же, полный ремонт квартиры нанёс сокрушительную брешь в её бюджете, зато новая обитель приняла вполне достойный вид.

А вот с соседями ей прямо-таки катастрофически не повезло… И не только живущими на одной площадке, а полностью со всеми обитателями подъезда, будто специально подобранными сюда неким злым гением по каким-то загадочным критериям!

 

Вновь Чайке пришлось окунуться в атмосферу повального, совершенно беспросветного пьянства. Отовсюду – справа, слева, сверху и снизу едва ли не круглосуточно на неё низвергались потоки разнообразных шумов в виде чрезмерно громкой музыки, перемежающейся пьяными, разнополыми голосами…

 

Но – люди на то и люди, что обладают завидной способностью адаптироваться к любым условиям своего бытия. Пришлось смириться и многострадальной Алевтине с реалиями своего невзрачного существования, ибо она не видела выхода из этой новой создавшейся ситуации…

 

Так постепенно проходили годы, в стране произошла перестройка, а Украина, как и все прочие республики бывшего СССР, стала независимым государством.

Ничего хорошего это не принесло, наоборот, ситуация во всех сферах только ухудшилась, и народ выживал кто как мог…

 

Понятно, что новые веяния затронули также и весь жизненный уклад Чайки. Очередная чёрная полоса, которой не виделось конца, длилась бесконечно долго. Лишь где-то в начале двухтысячных годах вновь наступило относительное просветление, когда Алевтине Васильевне удалось устроиться на хорошую работу в частную фирму.

В ней она проработала дизайнером без малого 10 лет, после чего вышла на заслуженную пенсию.

 

Хоть Чайка и вела крайне замкнутый образ жизни, ни с кем из соседей не общаясь, тем не менее, весть об этом событии каким-то образом стала всеобщим достоянием, в особенности, всезнающих старушенций, ежедневно сидящих на прикрылечных лавочках. Им давно уже не терпелось хоть что-то вынюхать, касающееся нелюдимой соседки, но до сих пор ничего из этого не получалось. А теперь они дружно воспряли духом, свято надеясь, что отныне их ряды пополнятся свежей персоной, которая уже никак не сможет отвертеться от дальнейшего утаивания своего загадочного быта.

 

Увы, тщетны были ожидания страждущих, ибо вновь испечённая пенсионерка даже и не собиралась уподобляться прожжённым «коллегам», что их бесконечно возмутило, ещё больше раззадорив давний интерес.

Вот чем, скажите на милость, занимается эта неприступная дамочка, целыми днями сидя в своей берлоге и никогда никого туда не приглашающая? Не пьёт, как все нормальные люди, не курит, даже (подумать только!) мужиков не водит, да что же это за птица такая не от мира сего?! Нет, надо эту мутную тихоню вывести на чистую воду!

 

Изобретательные бабки, неоднократно предпринимавшие разные ухищрения, дабы хоть одним глазком глянуть на запретную для них территорию, всякий раз терпели сокрушительную неудачу. Несколько раз то одна, то другая из них пыталась эдак запросто, «по-соседски», со своими домашними угощениями нанести визит, но всегда встречала вежливо-холодный отпор.

 

Дворовое сообщество любознательных бабуль, кроме примитивной изобретательности, обладало ещё и мстительностью, что однажды побудило их натравить на Чайку участкового милиционера.

 

Доподлинно неизвестно, что они там ему наплели про свою соседку, но как-то раз участковый всё-таки явился к ней. Какой характер носил их диалог, также никому неведомо, однако сей полуофициальный визит оставил у жилицы неприятный осадок.

Ей удалось, наконец-то, выяснить, кем же были в квартире её предшественники. Оказалось, что много лет назад в ней жил некий горький пропойца, находящийся нынче в заключении за двойное убийство…

 

 

 

5. ЗАЧЕМ ТАКАЯ СВОБОДА?

 

Это понятие, которым дорожат абсолютно все живые существа на свете, с какого-то момента стало казаться Алевтине Васильевне штукой достаточно иллюзорной.

 

Собственно, а что, в сущности, есть громкое слово Свобода? Какой от неё толк, если она ровным счётом не приносит ни малейшей пользы, а лишь доставляет одни головные боли?!

 

Ведь живя на пресловутой свободе, надобно постоянно добывать какие-то материальные средства для пропитания, обладания жилищем, для приобретения разных бытовых вещей, вечно планировать свой бюджет, который зачастую вовсе не соответствует потребностям…

 

Да, безусловно, свобода даёт людям много преимуществ перед неволей, например, кое-какое право выбора. Скажем, есть реальная возможность куда-то ездить, свободно ходить по магазинам, заводить различные знакомства, влюбляться, строить планы на будущее и т.д. Всё это – одна сторона медали, а ведь у неё есть и обратная, гораздо менее привлекательная.

 

В стране наступил период, когда цены начали неуклонно расти на всё: на продукты, товары, на проезд в общественном транспорте, ещё и медицина почти повсеместно стала платной.

 

Наряду с прочими «прелестями» постперестроечной эры изменились также и нравы. Откуда-то у мужиков возникла повальная мода стричься наголо, демонстрируя окружающим свои далёкие от идеальной формы лысые черепа. Повсюду появилось некое косноязычие, а лексикон всех возрастов приукрасился неведомым раньше сленгом, щедро приправленным  блатным жаргоном вперемежку с нецензурными выражениями…

 

Словом, куда не глянь – буквально всё пошло прахом!

 

И как не старалась Алевтина Васильевна обосабливаться в своём индивидуальном мирке, никого туда не допуская, как не пыталась ото всех замкнуться в собственной «ракушке», но ей всё-таки поневоле приходилось жить среди стремительно деградирующего общества.

 

Вот тогда-то на этом фоне у неё и стало постепенно назревать навязчивое желание коренным образом изменить вокруг себя вконец опостылевшие декорации!

 

Казалось бы, чего проще найти наиболее безболезненный способ, дабы навсегда покинуть столь несовершенный мир?

В некоторые моменты жизни Чайке и в самом деле приходили на ум такие мысли. Но такой поступок казался ей противоестественным, ведь Господь Бог зачем-то наделил её этим даром, а посему, каким бы крест не казался тяжким, его надобно стойко нести… Ибо так угодно Ему.

 

Однако идея, однажды прочно поселившаяся в сознании, властно требовала продолжения своего развития, кропотливого поиска другого варианта.

И поскольку фактическая (физическая) свобода давно уже утратила для Алевтины Васильевны первоначальную привлекательность, на смену ей пришло твёрдое убеждение, что ту «ракушку», которую она так тщетно стремилась окончательно захлопнуть, сделать вполне возможно!

 

Какая проблема? Оформил нужные документы, купил въездную визу в надлежащую страну, а там с барским комфортом устроился в казённые стены!!!

 

Теоретически план выглядел беспроигрышным, в высшей степени перспективным – одиночная келья со всеми бытовыми удобствами, которую тюремной камерой язык не поворачивается назвать. Полный пансион: качественное питание три раза в сутки, возможность соблюдения личной гигиены, приличная одежда, внутренний магазин, ежемесячное денежное пособие, выбор профиля работы, занятия спортом, тщательный медицинский уход и множество иных благ, причём, совершенно бесплатных, даже регулярные прогулки за пределами заведения. Да это же куда круче нынешней убогой свободы!

Спрашивается, а что, собственно, ещё нужно уставшей выживать на ней пенсионерке?

 

 Впрочем, для Чайки понятие истинной Свободы имело не тот смысл, который в него принято вкладывать. По её мнению, подлинная Свобода – это отнюдь не физический фактор, а внутренний, на который едва ли можно повлиять извне. И если человек способен ощущать её в душе, то вот только в этом случае он может считать себя по-настоящему свободной личностью. Именно такой характер мировоззрения был у взбунтовавшийся Алевтины Васильевны.

 

Трудно сказать, как долго длился бы сложный процесс этих раздумий, если бы в её кое-как устоявшейся жизни не произошло ещё одно внезапное событие – появление предыдущего хозяина квартиры.

Отсидев положенный ему законом срок, он однажды свалился как снег на голову!

 

Некий Никола Дабрадюк, обладающий на редкость ублюдочными манерами, начал требовать у новой хозяйки немедленного возврата принадлежавшего ему когда-то жилья, что повлекло за собой совершенно немыслимую нервотрёпку.

 

Сначала он настаивал на мирном урегулировании вопроса, но поскольку Чайка никак не желала сдавать своих позиций, то этот персонаж резко изменил свою тактику.

 

Опять же неизвестно, как и какие действия он предпринимал, но в итоге вышло так, что несчастной Чайке было официально предписано освободить занимаемое жилище без предоставления другого.

 

Капризная Фортуна и на сей раз оказалась не на её стороне…

 

Пришлось в который уже раз смирившись со своей незавидной судьбой, стойко принять очередной её удар.

К счастью, она успела в оговоренные сроки подыскать себе съёмное жильё, хотя и без всяких удобств. Разумеется, у Алевтины Васильевны была возможность опротестовать данное решение жилищной конторы через суд, но она не стала впрягаться в ненужные судебные тяжбы, ибо имела иное конкретное решение.

 

 

 

6. ДЕТАЛЬНАЯ РАЗРАБОТКА

 

 

Столь неожиданная потеря благоустроенной квартиры, доставшейся в идеальном виде какому-то каторжанину, честно говоря, не слишком её опечалило.

Да пусть себе на здоровье это пронырливый негодяй опять планомерно превращает заботливо ухоженную обитель в свинарник, пусть там снова культивирует разных насекомых – колун ему, уроду, навстречу! Ещё, пожалуй, и вдогонку парочку…

 

Сейчас Чайку больше занимало её будущее, с каждым днём принимающее всё более конкретные очертания.

 

Итак, сам по себе генеральный замысел сформулирован: никаких компромиссов, никаких «золотых» серединок – путь в одну сторону, хоть и не самую почётную с точки зрения среднестатистического обывателя.

Действительно, пусть кто-нибудь попробует найти такого артиста, который возжаждет добровольно, взвешенно и осознанно отправиться в заточение! Думается, любой из них, преисполненный самого безысходного отчаяния, скорее возденет пеньковую петлю на шею, но не предпочтёт ей кандалы, пусть даже золотые с бриллиантовыми инкрустациями.

 

Конечно же, Алевтине Васильевне вовсе не импонировал услаждающий слух звон таких весьма сомнительных украшений, ибо ничего подобного просто не могло быть ни в одном из цивилизованных государств. Единственное, что её туда бесконечно манило – это фантастическая возможность увязнуть до конца дней своих в застенках одной из самых уютных тюрем.

 

В течение последних трёх лет Чайка досконально изучала через всемирную сеть всю интересующую её информацию, касающуюся, понятное дело, условий содержания правонарушителей в разных странах.

Как вскоре выяснилось, там царило слишком справедливое правосудие, основной целью которого было даже самых отпетых преступников карать гуманно!

 

В большинстве европейских государств высшей мерой наказания являлось пожизненное заключение, для получения которого надо было ох как ещё постараться. Обычно такая суровая мера применялась, главным образом, к серийным убийцам, совершавшим злодеяния умышленно и с особой жестокостью или к террористам. А все прочие «мелочи», как кражи со взломом, грабежи, разбой, изнасилования и нечто в таком же духе воспринимались судопроизводством чрезмерно легкомысленно.

 

Скрупулёзно изучая уголовные кодексы европейских стран, Алевтина Васильевна с изумлением обнаруживала, что никак не может найти в них такой статьи, чтобы она не выглядела слишком позорной, но при этом «весила» хотя бы, как минимум, с десяток лет.

 

По своей сути она вовсе не была криминальной личностью, а как же тогда умудриться с почётом сесть в тюрьму?! Причём так, чтобы причина её заключения ни в коем случае не могла вызвать чувство презрения со стороны надзирателей. Ведь очень хотелось совершить такое, что, наоборот, вызвало бы у всех поголовно глубокое сочувствие.

 

И вот, в результате долгих, мучительных размышлений Чайку посетило прямо-таки гениальное решение – похитить ребёнка!!!

 

А что, почему бы и нет? Какое прекрасное оправдание: сам Господь, по какой-то одному Ему известной причине, обделил её радостью материнства, а она, будучи жестоко ущемлённой в своих искренних стремлениях, решила исправить эту вопиющую ошибку. «Да, вину свою осознаю, от души раскаиваюсь, но я не видела иного выхода… А вы, успешно состоявшиеся матери, неужели не в состоянии понять мой отчаянный порыв?!»

 

По идее план должен был сработать на славу со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ибо, согласно международным нормам, такое противоправное действие чревато было солидным сроком заключения, что, собственно говоря, и требовалось.

 

Тут важным моментом являлось, прежде всего, найти какого-либо младенца, оставленного в коляске некой безалаберной мамочкой около входной двери любого супермаркета. Следующий шаг – успешно умыкнуть его, а затем молниеносно уехать в любую соседнюю страну, благо в шенгенском пространстве на границах паспортного контроля нет. Ну, а в третьем, заключительном «раунде» столь же благополучно засветиться в одном из отелей. И всё – цель с блеском достигнута!

 

В какие сроки полиция обнаружит похитительницу, Чайка не ведала. Но чем скорее, тем лучше, поскольку она вовсе не желала доставлять слишком длительного горя утраты своего дитяти родной матери. Это было исключительно вынужденной мерой во имя достижения своей грандиознейшей цели…

 

Да, на какое-то время молодая мама испытает изрядный стресс, а что делать? Безусловно, на суде нужно будет обязательно прилюдно принести свои покаянные извинения за совершение такого чудовищного поступка, что само собой разумеется. Однако вину это никоим образом не снимет, и за похищение младенца непременно последует весомое наказание.

 

Как только план был окончательно доработан во всех деталях, Алевтина Васильевна с облегчением вздохнула, впервые за последние два-три года, наконец-то, безмятежно уснув…

 

 

 

7. ПРЕДОТЪЕЗДНАЯ СУЕТА

 

 

Прекрасно выспавшись, она прямо с утра бодро отправилась по туристическим агентствам. Адреса их Чайка выудила всё из того же Интернета, откуда почерпнула также нужную информацию об исправительных учреждениях интересующих её стран.

И поскольку её больше всех остальных заинтересовал «курорт» в немецком городе Гельзенкирхен, то именно туда она и вознамерилась отправиться.

Вот одна из выдержек, касающихся этого пенитенциарного заведения.


«Gelsenkirchen, Германия

Количество заключенных: 558


Тип: закрытая тюрьма, мужские и женские блоки.


Построенная в 1998 году тюрьма города Гельзенкирхен раскинулась на площади в 100 000 квадратных метров и является одной из наиболее современных тюрем Европы, которому предшествовал конкурс среди архитекторов. Территория ее поделена на мужскую и женскую части, здания выстроены полукругами, обрамляя большое спортивное поле.

В каждой части есть своя церковь, библиотека, школа и курсы немецкого языка, женщинам, в отличие от мужчин, позволяют гулять под присмотром за пределами тюрьмы.

Сильный пол работает в мастерских по обработке металла и в прачечных, а слабый занимается садоводством и системами офисных коммуникаций. Кроме этого постояльцам предоставляется возможность заниматься мануфактурными работами по поступающим с воли заказам.

Исправлению заключенных способствует довольно обширный штат психологов, учителей, менеджеров, капелланов и социальных работников.»

 

Требовалось отыскать достаточно опытного туроператора, который смог бы со знанием предмета взяться за дело. Это, прежде всего, оформление загранпаспорта, затем подача документов в консульский отдел Германии для получения «зелёной улицы».

Вся эта процедура в общей сложности предполагала довольно длительный период времени, который Алевтина Васильевна решила заполнить изучением немецкого языка, дабы не быть совершенно беспомощной по приезде в конечный пункт назначения.

Вскоре нужный агент нашёлся, и процесс бодро пошёл!

Менее чем через 5 месяцев всё было готово: Чайка, наконец, стала счастливой обладательницей заграничного паспорта, увенчанного шенгенской визой сроком действия на 21 день.

Впрочем, это обстоятельство её не слишком волновало 21, 30, 60, 90 или того больше. Важным было то, что теперь появилась блестящая возможность совершенно спокойно навсегда покинуть ту сумрачную атмосферу, которая давно уже вызывала у неё чувство глубокого отвращения. Тем более, сейчас, когда вся Украина стояла на ушах, и к власти рвались махровые бандеровцы.

 К моменту отъезда Алевтина Васильевна очень даже успешно освоила главные азы разговорной речи нужного языка, кроме того, обзавелась несколькими разговорниками, содержащими наиболее ходовые фразы.

  Интернет – великая вещь! Ибо с появлением его каждый житель планеты получил практически неограниченный доступ к разного рода информации. Вот и Чайка, хорошо владевшая компьютером, без особого труда раздобыла оттуда абсолютно все интересующие её сведения.

Детально и многократно проанализировав их, она наверняка знала, что именно её ждёт впереди – истинный рай! Тот восхитительный уровень жизни в тюрьме, буквально преподносимый ей на «блюдечке с голубой каёмочкой», виделся Чайке гораздо ярче, нежели невзрачное существование на сомнительной свободе.

Жить на всём готовом, окруженной вниманием и заботой, иметь полный доступ к квалифицированным медицинским услугам, свободно посещать тренажёрные залы, досыта читать книги, газеты, журналы, пользоваться персональным телевизором, транслирующим через спутник бесчисленное количество программ – это ли не благо?!

И это далеко не всё! Оказывается, даже в таком, казалось бы, малопривлекательном учреждении «несчастные» узники имели весьма обширное право выбора. Например, изъявить желание находиться в одиночной камере или выбрать себе подходящего партнёра. Администрацией также учитывались гастрономические вкусы подопечных, выбор подходящей работы, стремление участвовать в различных профильных секциях. Наряду с прочим, каждый из узников имел доступ к освоению музыкальных инструментов, мог беспрепятственно посещать внутреннюю церковь и т.д.

Закон большинства европейских стран отнюдь не ставил перед собой задачу жёстко карать тех, кто его преступил, не был сориентирован на то, чтобы максимально ущемлять человеческое достоинство, а всего лишь подвергал изоляции правонарушителей исключительно в воспитательных целях. Именно от такого здравого подхода власть имущих и проистекали столь поистине комфортные условия содержания злодеев под замком.

 

8. РАЗВЕДКА НА МЕСТНОСТИ

Вообще-то у Чайки имелся некоторый шанс попытаться подать в Германии прошение на рассмотрение её вопроса в качестве беженки. Возможно, что в связи с реальной угрозой гражданской войны в Украине ей на какое-то время предоставили бы убежище. Но, рассмотрев проблему в сжатые сроки, не сочли бы это нужным, вследствие чего попросту отправили бы назад. Да Алевтине Васильевне и самой не слишком хотелось продолжать оставаться на свободе, живя хоть в пряничном домике с молочными реками и кисельными берегами.

Она была свободной духовно, а душу невозможно заточить в клетку!

Собственно, а какие причины имелись у Чайки, чтобы руками, ногами и зубами цепляться за ту свободу, которая давно уже не приносила ей ни малейшей радости? Любовь умерла, мужа потеряла, осталась на старости лет без крыши над головой, никаких наркотических или алкогольных пристрастий не имеется, сексуальных влечений также. Так ведь ещё и пенсия такая, что не слишком-то на неё пошикуешь…

Ко всему прочему имелся ещё крайне важный аргумент, возможно, даже более весомый, нежели все остальные вместе взятые – возраст. Жить в абсолютном одиночестве после шестидесяти – штука весьма рискованная, чреватая опасными последствиями. Например, внезапно случился обширный инфаркт или инсульт, а рядом никого нет, кто мог бы вовремя вызвать необходимую помощь. И что же дальше? Дальше медленная, мучительная агония в сознании полной беспомощности, неизвестно на сколько растянувшаяся…

Ну, и к чему такая неприглядная свобода, когда есть прекрасная ей альтернатива?!

 

…Вылет в благословенные края состоялся 13 апреля 2014 года прямым рейсом Киев - Дортмунд.  В этом городе, находящимся неподалёку от предполагаемого конца маршрута, для Чайки и был забронирован номер в одном из недорогих отелей.

Улетала она из беснующейся Украины налегке, взяв с собой лишь самый минимум вещей, в том числе и всю наличность, обращённую ещё до начала переворота в валюту.

Раньше ей никогда не доводилось бывать где-либо за границей, однако Алевтину Васильевну не слишком интересовали всяческие достопримечательности, ибо сюда она прибыла не в качестве заурядной туристки, а с конкретной миссией.

Бегло ознакомившись с одноместным апартаментом, Чайка, не теряя попусту времени, отправилась на поиски русскоязычной диаспоры, среди которой она надеялась завести полезные знакомства с целью «рекогносцировки на местности». А поскольку ей удалось заблаговременно выяснить через всемирную сеть адреса нескольких российских фирм в Дортмунде, то начала именно с них, в чём она, кстати, очень даже преуспела.

Фирма, в которую Алевтина Васильевна направила свои стопы, бурлила по поводу корпоративной вечеринки в честь какой-то презентации, поэтому сначала некой пожилой даме никто не уделил должного внимания. Но как только стало известно, что эта мадам прилетела из самого Киева, о котором взахлёб вещали все мировые СМИ, то она тут же стала центром всеобщего интереса. Ведь одно дело получать разноречивые сведения из журналистских источников, другое – от живого очевидца разворачивающихся в сердце Украины событий.

 

Таким образом, Чайка в этот вечер стала центральной фигурой пышного застолья. Вопросы едва ли не беспрерывно сыпались со всех сторон, и на все их надлежало отвечать, но, соблюдая при этом изрядную долю дипломатичности, дабы не выказывать широкой аудитории свою истинную гражданскую позицию. Ведь откуда ей было известно, кто из всей этой разношёрстной публики есть кто…

 

Итогом поздно завершившегося сабантуя явилось то полезное обстоятельство, благодаря которому у Чайки образовалось сразу множество  тёплых знакомств на чужбине.

В отель она вернулась на чьём-то авто, унося в сумочке с пол дюжины визитных карточек новых друзей, обещавших оказать ей посильную поддержку.

 

Врождённая скрытность Алевтины Васильевны вовсе не означала её глухой замкнутости или полной отчуждённости от всех людей поголовно. При определённых условиях и в нормальной среде она могла быть вполне общительной особой, умеющей вызывать к себе уважение.

 

Прошедший вечер весьма наглядно показал ей, кто из присутствовавших проникся к ней подлинной симпатией, а кто с некоторой прохладцей.

Ещё у неё появилась очень важная информация обо всех «тусовках» местного русскоязычного племени. Скорее всего, именно среди той пёстрой братии и можно найти хоть одного персонажа, побывавшего в какой-либо немецкой тюрьме. Ну, а свой глубокий интерес к этой теме несложно объяснить просто статусом независимого журналиста, собирающегося писать материал по этому поводу.

 

Пожалуй, нелишне ещё раз сделать акцент на дате – 13, том «проклятом» числе, которое так удачно ознаменовалось целой чередой триумфальных успехов!

 

На следующий день Чайка совершила экскурсию в Гельзенкирхен, находящийся всего в каких-то тридцати километрах от Дортмунда. Ей было любопытно со стороны посмотреть на свою будущую обитель, обойти её по всему периметру и запечатлеть в памяти каждую деталь. Ведь вскоре, если всё пойдёт по плану, ей придётся созерцать это заведение изнутри.

 

Воочию тюрьма оказалась намного симпатичней, нежели выглядела на фотографии из Интернета, и она, сполна удовлетворённая визуальными впечатлениями, ближе к вечеру отправилась на одно из сборищ соплеменников.

 

…Многолюдная тусовка представляла из себя обычное кафе с дансингом. Единственным отличием от аналогичных заведений было то, что в нём собирался сугубо специфический контингент – выходцы из стран СНГ. Здесь повсюду звучала не только русская речь, но и музыка тоже.

Никакого фейс-контроля на входе не наблюдалось, поэтому свободно пройти внутрь не составило ни малейшего труда.

Возраст посетителей варьировался от самых молодых до самых пожилых, что вполне устраивало Чайку.

 

Расположившись на свободном месте у барной стойки, она с большим интересом стала присматриваться к развлекающейся публике, главным образом, к более зрелым людям, среди которых легко угадывались бывалые в разных переделках.

 

Очень быстро выявилось, что все завсегдатаи кафе знают друг друга, и каждый новичок в этом вертепе сразу же заметен. Молодёжь не слишком заморачивалась по этому поводу, а вот взрослые персоны то и дело с некоторым любопытством поглядывали в сторону неведомо откуда взявшейся незнакомки.

 

Ещё накануне кто-то в офисе поведал Алевтине Васильевне об этом заведении, охарактеризовав его, как самое злачное местечко местных люмпенов и рекомендовав ей воздержаться от посещения сей клоаки. Но такая нелестная реклама русской тусовки как раз и подвигла Чайку на то, чтобы побывать на ней.

 

В отличие от остальных, она не заказывала никаких горячительных напитков, ограничиваясь лишь сугубо молочными коктейлями, что и было замечено сидящей на полукруглом диване компанией из пяти человек. Перед ними стоял длинный низкий столик, уставленный графинами и блюдами, но они не столько предавались застолью, сколько о чём-то разговаривали, внимательно наблюдая при этом за окружающей обстановкой. Поэтому ничего удивительного, что чужачка с самого начала попала в их поле зрения.

 

С этого-то всё и началось…

 

К ней вальяжно подошёл некий седовласый мужчина.

 

– Здравствуйте, мадам! Простите, не имею чести быть с Вами знакомым. – С вежливой улыбкой обратился он к Чайке, но, не дожидаясь ответа, продолжил:

 

 – Судя по первому впечатлению, Вы здесь неспроста и, как мне показалось, нуждаетесь в какой-то помощи. Я прав?

 

– Да, Вы правы. – Охотно откликнулась Алевтина Васильевна, внимательно глядя в  ничего не выражающие глаза собеседника, – Я только что прилетела из Украины в Германию с определённой целью, мне и в самом деле нужна некоторая помощь, которую я рассчитываю здесь получить.

 

– Любопытно… Если ваш интерес касается какой-либо уникальной информации, то это всецело зависит от Ваших возможностей… – Загадочно произнёс седовласый, изучающее оглядывая мадам, – Однако, если какие-то вопросы находятся в моей компетентности, то я весь к Вашим услугам. Скажите, а в чём конкретно Вы нуждаетесь, будучи не похожей на обычную беженку?

 

– Видите ли, мистер Икс, – тщательно взвешивая слова, ответила Чайка, – я всего лишь независимая журналистка, пытающаяся вникнуть в сферу наиболее закрытых тем западного уклада жизни. В частности, меня очень интересует, так сказать, оборотная сторона медали, например, подлинные условия содержания преступников в этом государстве.

Думаю, ни для кого не является секретом, что происходит с ними в странах СНГ, где несчастных правонарушителей подвергают самым бесчеловечным унижениям… А в Европе, насколько мне известно, ситуация в этом плане совсем иная. Так вот, передо мной стоит задача – досконально изучить этот вопрос, причём, непременно из первоисточника, как говорится, из первых уст, понимаете? Надеюсь, подобная информация отнюдь не из разряда, как Вы выразились, уникальной. Ну и?!

 

– Вот так номер! – Раскатисто расхохотался «мистер Икс», делая вид, что вытирает выступившие на глаза слёзы, – Нет, мадам, я ожидал от Вас чего угодно, но только не такой сногсшибательной хохмы! Надо же встретить в этом вертепе журналистку, столь забавно интересующуюся нашими тюремными условиями! Ведь тут чуть ли не каждый второй побывал за немецкой решёткой по тому или иному поводу. Уж в этом, можете быть уверенной, я Вам, безусловно, помогу. Правда, не  гарантирую, что кто-то из сиделых захочет озвучить своё настоящее имя…

Кстати, прошу Вас к нашему столу, будьте добры.

 

Компания за столиком встретила гостью подчёркнуто дружелюбно, хотя в этом виделась немалая доля фальши. Но в данной ситуации выбирать было не из чего, поэтому Чайка предпочла сделать хорошую мину при плохой игре.

 

 Вначале тема вилась о последних событиях в Украине, потом плавно перетекла в иное русло.

Вернулась в отель Алевтина Васильевна довольно поздно, но полученная ею информация стоила затраченного времени.

Назавтра ей предстояло вновь встретиться с «мистером Иксом», представившимся ей Викентием Андреевичем. Не важно, было ли это имя его настоящим, гораздо важней, что из его уст прозвучало обещание рассказать Чайке во всех подробностях о режиме жизни узников в неволе.

 

  Как она и предполагала, судьба не обошла стороной и самого Викентия Андреевича, предоставив ему в своё время возможность отсидеть даже трижды за какие-то дела, о которых он скромно умолчал. Собственно, «журналистку» эти нюансы вовсе не волновали, поскольку её интерес был всецело сконцентрирован на более конкретной теме.

 

Их неспешная беседа протекала в отдельной кабинке какого-то небольшого кафе, куда её пригласил галантный «мистер Икс» на «дачу показаний», как он изволил шутливо выразиться.

Впрочем, так оно и было: Алевтина Васильевна задавала корректные вопросы, а Викентий Андреевич «чистосердечно» отвечал на них.

 

Таким образом, в этот день она получила практически абсолютное представление о том, что на самом деле являют из себя тюрьмы трёх разных стран – Германии, Швеции и Голландии. Но поскольку сведения такого рода распространялись только на мужскую часть заключённых, то ей, конечно же, хотелось узнать и о той участи, которая ждала саму Чайку. А такую информацию она могла раздобыть лишь у какой-либо сиделецы.

 

Следующие пять дней неугомонная «журналистка» пребывала в кропотливых поисках нужного объекта, поэтапно исследуя одно за другим места русскоязычных тусовок. И однажды удача вновь улыбнулась ей.

  

По-видимому, эта дама от кого-то слышала, что некая журналистка из Киева интересуется столь специфической темой, ну, а поскольку бывшая узница имела немалый опыт в данном плане, то она и решила им поделиться.

Дама сама подошла к Чайке, назвалась Светланой, и между ними завязалась увлекательная беседа. Сначала, как водится, поговорили о том, о сём, обсудили события в Украине, потом постепенно перешли к главному.

 

Покидала бар Алевтина Васильевна сполна удовлетворённой!

Ведь ей удалось-таки, наконец, получить исчерпывающую информацию о своём грядущем пребывании на немецком «курорте». Как и предполагалось, женский режим существенно отличался от мужского по всем пунктам, что вызывало большой оптимизм, граничащий с чуть ли не запредельной эйфорией!

 

 

 

9. ВЕК  СВОБОДЫ НЕ  ВИДАТЬ!

(пропади она пропадом!!!)

 

Очевидно, сверх меры догадливая Светлана прекрасно поняла по характеру задаваемых вопросов, что её собеседница собирает не столько материал для своей статьи, сколько зондирует почву для собственной «посадки». Поэтому она не просто рассказывала о тюремных условиях, но, наряду с этим, ненавязчиво давала множество самых разных рекомендаций для наилучшего осуществления предполагаемого замысла. То есть, бывшая узница в тактичной форме и весьма плодотворно сориентировала будущую узницу на свершение «подвига».

 

Отныне Алевтина Васильевна уже чётко знала, по какому пути ей нужно следовать, дабы не в галошу сесть, а именно туда куда надо, причём, надолго и с твёрдой гарантией. А преступление, которое ей надлежало сотворить – это… поджёг!

 

Вопрос теперь заключался в том, что конкретно подвергнуть всепожирающему пламени, да так, чтобы ни в коем случае никто телесно не пострадал, словом, без каких-либо жертв.

 

Очень заманчивым казалось устроить грандиозный пожар пустого на тот момент коттеджа или целой виллы, благо вся недвижимость в Германии хорошо застрахована. Однако такая идея никуда не годилась по той простой причине, а вдруг в обречённом здании обитают какие-то живые и абсолютно беззащитные существа?

Да, владельцы, безусловно, получат приличную компенсацию за нанесённый ущерб, но ведь несчастных любимцев им никто уже не вернёт…

 

А вот превратить в хлам несколько дорогостоящих автомобилей – это намного безобидней и проще. К тому же машины горят куда быстрей любых строений, и страховку за них так же исправно выплачивают.

С тщательной подготовкой сжечь за ночь с десяток авто – разве что грудной младенец не справится.

 

До конца действующей визы и пребывания Чайки в заранее оплаченном отеле оставалось ещё достаточно времени, чтобы наметить нужные объекты, а затем их хладнокровно аннулировать.

 

На первый взгляд казалось, чего проще? Взял напрокат какой-нибудь скутер с багажной корзинкой для транспортировки горючей смеси, которую требовалось возжечь непосредственно в салоне через разбитое окно. Разумеется, тут же сработает сигнализация, но, а злоумышленника-то и след уже простыл – ищи ветра в поле!

Понятно, что злодея довольно быстро настигнут, так ведь с изрядным запозданием, когда иллюминация от горящих факелов уже заметно побледнеет.

 

Но даже эта великолепная акция имела свои подводные камни…

 

Например, какой давать ответ на элементарный вопрос: а что Вас, фрау Чайка, побудило пойти на такой откровенный и совершенно бессмысленный вандализм? И как тут быть?! Говорить о своих истинных мотивах нельзя, ибо совсем неизвестно, что предпримут власти в этом случае. Кто их знает, какие санкции они вознамерятся ей вменить? Вдруг всё сделают назло, мол, не посадим, а просто закупорим в психушке. Или, того хуже, немедленно выдворим из страны обратно в бурлящую на все лады Украину.

 

Такой поворот событий, конечно же, никак не устраивал Алевтину Васильевну, истово мечтавшую до конца дней своих загреметь на вожделенные немецкие «нары».

После некоторых размышлений она всё-таки сумела найти вроде бы убедительную мотивировку – месть всем автомобилистам на свете!

 

Ибо, до каких пор, спрашивается, придётся ещё терпеть потрясающее хамство подвыпивших водил, грубо игнорирующих законные права пешеходов? Сами, что ли, не были таковыми?! Сколько раз уже сбивали с ног, правда, без увечий, но, тем не менее…

Вот и на днях какой-то лихач на огромном внедорожнике (кстати, с российскими номерами) едва не отправил на тот свет… Всё, это было уже последней каплей! Пусть же хоть кто-то из «лошадной» братии прочувствует на себе праведный гнев ущемлённых «безлошадных»!! И никакого раскаяния в содеянном не ждите!!!

 

Выстроенная концепция пусть и не выглядела абсолютно идеальной, зато давала вполне сносный шанс предъявить возмущённой злоумышленнице весьма солидный иск за изрядный ущерб. Ну, а поскольку она была не в состоянии возместить его материально, то немецкому правосудию не оставалось ничего иного, как покарать преступницу физически. Другими словами, надёжно изолировать её от дальнейших посягательств на те автомобили, которые она ещё не успела предать справедливому огню.

А категорическое нежелание искренне покаяться в содеянном и осознать свою чудовищную вину, запросто можно было квалифицировать даже как терроризм…

 

Хорошо бы!

Ведь наказание за такие деяния как раз предусматривает высшую меру наказания – пожизненное заключение. Однако Алевтина Васильевна, уже недурно подкованная в тонкостях местной юриспруденции, наверняка знала, что это – настоящая фикция. Ибо мало кому из узников удавалось дожить до гробовой доски в тюремных стенах. Чаще всего по прошествии 15-20 лет отсидки их чуть ли не под торжественные звуки фанфар выпроваживали на волю.

 

В общем, решение мятежной Чайки созрело окончательно, теперь следовало вплотную браться за труды праведные.

 

Кустарное приготовление добротной и недорогой горючей смеси, вроде напалма, услужливо порекомендовал всезнающий Интернет.

Так называемый коктейль Молотова в данном случае не годился, тут требовались несколько иные, более простые варианты. Таким образом, эта проблема решалась легко. Следующий шаг заключался в том, что надлежало подыскать для задуманной акции наиболее дорогие объекты, исходя из предпосылки – чем больший урон – тем гарантированней будет и суровость грядущей кары.

 

 

 

10. ПОДГОТОВКА К ЗЛОДЕЯНИЮ

 

 

…Примерно неделя ушла у Алевтины Васильевны на поиски «дислокации» самых навороченных автомобилей.

 

Затея, надо сказать, оказалась далеко не из простых, поскольку ей везде и всюду попадались скопления слишком уж заурядных моделей, за сожжение которых в такой богатой стране, каковой являлась Германия, как-то и сажать даже стыдно человека.

 

Что это за ущерб государству в несколько сотен тысяч евро? Прямо-таки позор для Рейха! Жечь надо тачки от миллиона долларов и выше, скажем, такие как Lamborghini, Bugatti, Koenigsegg, Ferrari и им подобные – вот где подлинный триумф офигенного торжества!

 

Да, но какой псих оставляет такие дорогие модели где-то на улице? Разве что в каких-либо тщательно охраняемых паркингах. Так ведь попробуй туда ещё попасть, тем более, с необходимым для акции оснащением…

 

Впрочем, на нескольких подземных парковках крупных супермаркетов Чайка уже побывала, заезжая туда на скутере, временно предоставленном ей одной знакомой из русского офиса.

 

В часы пик там образовывалось довольно плотное скопление разномастных авто, в том числе, и достаточно солидных. Казалось бы, идеальное место для создания большого пожара, который обязательно будет чреват взрывами бензобаков. Но гуманная «террористка» сразу же отвергла такую идею, поскольку она могла повлечь за собой случайные человеческие жертвы.

 

Собственно говоря, ей вообще претило нечто такое, от чего могло бы погибнуть любое живое существо. Не ты дал ему жизнь – не ты имеешь право её прервать. Именно этой здравой установкой она и руководствовалась в своих благих начинаниях.

 

Наличие скутера сразу же дало возможность Алевтине Васильевне значительно расширить радиус поисков. И уже через каких-то пару дней она сумела определить для себя 7 надёжных целей, находящихся неподалёку друг от друга.

 

В её тайнике, устроенном в ближайшем лесопарке, уже находилось всё необходимое для осуществления коварного замысла: 10 литровых контейнеров из пластика с горючей смесью, большой коробок всепогодных спичек и тяжёлый молоток.

 

  

 

11. ПРЕСТУПЛЕНИЕ & НАКАКАЗАНИЕ…

 

До решающего дня предварительная разведка происходила в вечернее время, но генеральное проведение операции планировалось поздней ночью, когда местные бюргеры имеют обыкновение мирно спать. Меньше глаз – больше шансов на успех.

Ну, а возможные видеокамеры, в поле зрения которых Чайка могла попасть, её совсем не волновали. Для неё гораздо важней было выйти ночью из отеля никем незамеченной, не через центральный вход, как обычно, а совсем другим путём.

 

К счастью, её номер находился на первом этаже, причём, довольно низком, окно выходило в живописный палисадник, имеющий в ограде калитку на какой-то малолюдный переулок. В общем, незаметно покинуть отель и так же успешно вернуться в него не составляло ни малейшего труда.

Это было немаловажным обстоятельством на тот случай, если первый раунд пройдёт без сучка и задоринки, тогда можно будет сыграть и во втором.

 

Накануне акции Алевтина Васильевна спала добрых полдня, дабы ночью иметь абсолютно свежую голову. Свой миниатюрный транспорт она заблаговременно оставила в том маленьком переулке, откуда вскоре и собиралась стартовать.

 

…К трём часам Чайка была полностью готова к ратным подвигам.

 

Полностью выключив свет в номере, она бесшумно выскользнула из окна и, внимательно оглядевшись по сторонам, решительно направилась к калитке.

Через три-четыре минуты из переулка выезжала на скутере некая ничем не примечательная фигура в тёмных одеяниях…

А спустя ещё примерно около получаса, доблестная Алевтина Васильевна уже с нужным грузом направлялась к арене своих боевых действий.

 

 По-видимому, обычно капризная Фортуна, на сей раз явно благоволила ей в столь необычных начинаниях! Ибо как можно объяснить тот факт, что Чайке удалось не только в рекордно короткий срок поджечь все машины, но при этом и благополучно унести ноги со всех торжественно пылающих точек?

 

Просочилась она в номер с той же виртуозностью, с какой и покинула его.

 

На следующий день вся местная пресса взахлёб смаковала происшедший минувшей ночью акт беспрецедентного вандализма, теряясь в разных догадках и строя фантастические версии одна нелепей другой.

 

Понятно, что Алевтина Васильевна, не обладавшая на должном уровне немецким языком, газет не читала, однако об их содержании узнала от той самой русской дамы, которая с такой щедростью предоставила в её распоряжение скутер.

 

В криминальных сводках по телевизору также бурно обсуждалось это ничем необъяснимое варварство. Полиция весьма неохотно признавалась в отсутствии у них каких-либо зацепок – ни единого свидетеля! Зато предварительный ущерб исчислялся  в четыре с хвостиком миллиона евро.

 

Для Чайки это хоть и было бальзамом на душу, но она сознавала, что рано или поздно на неё всё равно каким-нибудь образом смогут выйти. А пока такое ещё не случилось, можно смело продолжить так блистательно начатое дело. Очень уж хотелось, если не утроить общую сумму, так хотя бы удвоить её. Как говорится, семь бед – один ответ. Ну, а за ответом мы не постоим!

 

Вечером Алевтина Васильевна решила вновь наведаться в тот русский вертеп, с которого начинала. Какое-то смутное чувство вроде интуиции подсказывало ей, что этот поход не станет напрасным. Так оно и случилось.

 

Стоило Чайке сесть за стойку бара, как к ней тут же подошёл неведомо откуда взявшийся «старый» знакомый – Викентий Андреевич.

Неизвестно почему, но он сразу же начал разговор о нашумевшем событии с сожженными дотла автомобилями. Естественно, «журналистка» проявила к животрепещущей теме повышенный интерес, а её собеседник, видя это, целых полчаса на все лады выражал своё восхищение анонимным злодеем.

 

– Каким же надо быть безрассудным смельчаком, чтобы в такой стране вершить такие запредельные подвиги! – Одобрительно вещал седовласый джентльмен, – Интересно бы узнать, а что именно подвигло его на такие действия?

 

– Быть может, элементарная месть?.. – Полувопросительно отреагировала Алевтина Васильевна.

 

– Месть? Не думаю… Ведь он сжёг не одну машину, принадлежавшую какому-либо конкретному лицу, а многим другим, вряд ли как-то связанных друг с другом. По крайней мере, полиции не удалось установить тут никакой вразумительной связи. Что Вы на это скажите?

 

– Одни лишь домыслы… Например, наш абстрактный мститель некогда по чужой вине попал в автокатастрофу. Сумел выжить, испытав чудовищные страдания, после чего навсегда возненавидел решительно всех на свете автомобилистов. Вот Вам и прекрасный мотив для мести, мол, пропади пропадом вся ваша техника, несущая пешеходам увечья и смерть…

 

– Однако! Ведь и в самом деле Ваши рассуждения не лишены здравой логики, браво, мадам! Откровенно говоря, Ваша версия мне нравится гораздо больше всех тех, которые я до сих пор слышал. И если данная концепция верна, то лично я оказал бы нашему, как Вы выразились, мстителю всяческую поддержку вплоть до самых крайностей!

 

– И что же Вы, уважаемый Викентий Андреевич, под этим подразумеваете? – С оттенком иронии спросила журналистка, – Уж не готовы ли Вы обеспечить героя какими-то эффективными средствами для его дальнейшей плодотворной работы? Скажем, хорошей взрывчаткой с соответствующим механизмом, дабы уменьшить риск поимки прямо на месте преступления…

 

– Да, интересный у нас диалог образовался! – Пристально вглядываясь в глаза Чайки, воскликнул Викентий Андреевич, – Действительно, намного безопасней подкладывать под днища автомобилей взрывчатку с таймером, нежели совершать шумные поджоги. И тут Вы правы… Значит, в самом деле требуется профессиональная помощь, да?

 

– Кому?! – Слегка побледнев от неожиданности, спросила Чайка.

 

– Ну, разумеется, нашему герою! – От души рассмеялся слишком проницательный собеседник, – Знаете, мадам, у меня почему-то сложилось впечатление, что в этом деле Вы отнюдь не случайная персона.

 

– ?!?

 

– Да Вы не волнуйтесь так, я ведь ни на чём не настаиваю. Просто подумалось, если что, то пусть таинственный мститель позвонит по этому телефону, после чего он немедленно получит всё необходимое для своих весьма пикантных развлечений. – С этими словами дружелюбно улыбающийся благодетель аккуратно вывел на салфетке ряд цифр и мягко пододвинул её «журналистке».

 

– Но это совсем не по адресу… – Начала было возражать растерявшаяся Чайка, однако собеседник решительно прервал её:

 

– Возможно, мадам, я и ошибаюсь. Тем не менее, оставьте номер у себя, а вдруг он всё-таки пригодится? На сим позвольте мне откланяться. Дела, знаете ли…

 

Вежливо кивнув на прощание, элегантный Викентий Андреевич ушёл, оставив свою собеседницу в полном смятении.

Алевтина Васильевна тоже не стала задерживаться в заведении и, уходя из него, не забыла захватить с собой салфетку с номером телефона.

 

Она уже не сомневалась в том, что этот благообразный господин её так лихо, играючи раскусил. Уж не ясновидящий ли он? А ведь никто ровным счётом не обладает ни малейшей информацией о поджигателе, словно на месте преступления действовал некий невидимка – полный тупик.

 

Взрывчатка… Какой прекрасный вариант! Без всякого шума подложил под машину  – и спокойненько себе поехал к следующей. А через 5 минут происходит двойной взрыв – сначала мощной «петарды», затем сдетонировавшего бензобака. И, как следствие этого, шансы заработать больший срок невероятно увеличиваются, просто блеск!

 

  Непонятно, кто такой этот странный Викентий Андреевич, предложивший практически прямым текстом обеспечить мстителя такими роскошными игрушками? Но почему бы не попробовать воспользоваться его щедротами?

 

Допустим, здесь присутствует элемент самой обыкновенной провокации, такое, безусловно, исключать никак нельзя. Впрочем, риск попасть в хорошо расставленную ловушку вовсе не страшен, а вот категорически отвергать весомую помощь вряд ли есть смысл.

 

Обнаруживать свой голос по телефону вовсе не обязательно, достаточно отправить бесполое сообщение, скажем, такого содержания: «Предложение принимается. Срочно требуется несколько комплектов фейерверка без личного контакта».

 

И если нежданный благожелатель человек серьёзный, то и ответ наверняка придёт с чётким указанием места доставки обещанного груза. Например, следуя классическому жанру детектива, в автоматической ячейке вокзала или какого-либо магазина.

 

Можно также предположить, что там будет негласный наблюдатель, желающий проконтролировать благополучное получение товара, даже попытка увязавшегося хвоста. Но с тем и другим справиться – сущий пустяк! Не зря же Чайка прочла уйму самых изощрённых детективов и просмотрела сотни сериалов подобного плана, впитав в себя все их тонкости.

 

Мало кому из почитателей подобного жанра приходит в голову, что он, в сущности, не так уж безобиден, каковым кажется на первый взгляд, являясь на самом деле  прекрасным пособием для потенциальных преступников.

 

Как только сообщение было отправлено, реакция на него поступила незамедлительно!

 

В ответе говорилось, что заявка принята, и всё востребованное будет находится завтра с утра в надлежащем месте. Известно где, именно там, как изначально и предполагалось – в багажной ячейке крупного супермаркета с указанием её кода. Оставалось лишь без излишних проблем извлечь оттуда содержимое и – снова в бой!

 

Приятное известие пришло днём, а вечером Чайка снова отправилась в одно из злачных русскоязычных заведений с целью найти там за небольшую плату какого-либо безалаберного курьера, простым заданием которого будет всего-навсего забрать приготовленный в камере пакет и доставить его на подземную стоянку.

 

…В шумном кафе с типично российской дискотекой оголтело отплясывали едва созревшие юнцы, многие из которых уже давно успели вкусить сомнительную прелесть запретных «колёс» и «травки».

Здесь-то и нашла Чайка одного довольно придурковатого парня, охотно согласившегося за 50 евро взяться за такое пустяковое дело.

 

Персонаж оказался отнюдь ненадёжным, опоздав чуть ли не на час к месту встречи.

Детально проинструктировав его и пообещав заплатить деньги при непосредственном получении содержимого ячейки, заказчица принялась издали наблюдать за своим ни о чём не подозревающим подопечном. Она успела заранее выверить нужный маршрут всех их передвижений во избежание каких-либо малопривлекательных обстоятельств. Любая конспирация ещё никогда никому не вредила.

 

И как только парень, забрав сумку из хранилища, беззаботно направился в паркинг не на лифте, как было сказано, а по ступенькам запасного выхода, она его тут же перехватила. Забрать груз и отдать за оказанную услугу деньги заняло всего несколько секунд, после чего курьеру надлежало минут через 5-6 вернуться обратно.

Этого времени Чайке вполне хватило, чтобы добраться до своей железной лошадки и  быстро покинуть территорию супермаркета, дальнейшее её уже как-то мало волновало.

 

Причудливо поколесив некоторое время по городу, дабы полностью убедиться, что за ней нет никакого хвоста, Алевтина Васильевна направилась к своему прежнему тайнику. Лишь только там, в безлюдном лесопарке, она решилась детально исследовать свой подарок, от которого пришла в полнейший восторг.

 

В добротной спортивной сумке мирно покоились восемь компактных брикетов, оснащённых маленькими приборами с кнопками под крошечными дисплеями. К ним прилагалась подробная инструкция на русском языке, доходчиво поясняющая, что и как надлежит делать, чтобы в нужный момент активировать зарядное устройство. Кроме этого в боковом кармашке сумки неожиданно обнаружилась пачка ассигнаций в 200 евро – 20 000! Прямо-таки волшебная сказка наяву!!!

И ещё там же зачем-то находился солидного размера револьвер с полным барабаном патронов…

 

Вся эта неправдоподобная история поневоле наводила на мысль, что некие тёмные силы, в лице Викентия Андреевича, решили использовать украинскую журналистку в своих низменных целях. Ну и пусть!

 

Хотя… А вдруг она, не оправдав сполна ожиданий какой-то террористической организации, станет им ненужной со всеми вытекающими отсюда последствиями? Ведь тогда даже и в тюрьме её настигнут… Как же теперь быть? Свернуть с этой тропы едва ли уже удастся…

 

Впрочем, чего тут горевать попусту, сама же виновата во всём. Захотелось экзотики – вкушай по полной программе! Ибо что не делается – всё к лучшему, от собственной Судьбы ещё никто никогда не уходил. А посему, пусть будет что будет!

 

…На рассвете в Дортмунде прогремело подряд пять взрывов. Все они произошли под днищами стоящих на улицах автомобилей. И вновь полиция города терялась в догадках по поводу происшедшего… Нанесённый ущерб страховым агентствам, разумеется, значительно возрос.

 

А на телефон Чайки молниеносно пришло сообщение: «Отличная работа! Рады, что наша помощь пригодилась, готовы оказывать содействие и дальше. Любые заявки принимаются беспрекословно».

 

В драгоценном арсенале Алевтины Васильевны ещё имелись в наличии кое-какие запасы, поэтому она не стала делать новый заказ, предпочитая сначала использовать оставшиеся брикеты с максимальной для начатого дела пользой. Ну, а потом видно будет.

Вот грохнуть бы, что называется, под занавес, наиболее дорогую тачку, тогда можно будет, образно говоря, и сушить сухари!

 

Известная истина – кто ничего не ищет, тот ничего не находит – сработала на «ура»!

 

Вожделенная «тачка», стоимостью в полтора миллиона нашлась преступно быстро. Правда, стояла эта дорогостоящая модель не где-то на обочине улицы, а в глубине приусадебного участка какой-то роскошной виллы и прямо-таки напрашивалась на акцию.

 

Как же тут воздержаться от искушения превратить эту неописуемую красоту в прах? Конечно, сильный взрыв может запросто повыбивать все стёкла в доме, но ведь его обитатели вряд ли спят прямо на подоконниках. Поэтому вовсе не факт, что кто-то из них обязательно пострадает…

 

Всесторонне взвесив все «за» и «против», новоиспечённая террористка пришла к следующему логическому выводу:

Во-первых, владелец такой модели – человек достаточно состоятельный, наверняка какой-то чиновник.

Во-вторых, ни один из средних чиновников не может позволить себе роскошь иметь столь дорогое авто.

В-третьих, раз уж он относится к самому высшему сословию, следовательно, за урон, нанесённый ему, и кара полагается суровей.

В-четвёртых, сам объект находится в непосредственной близости от отеля, т.е. и ехать никуда не надо, можно даже и пешком прогуляться.

В-пятых, а не хватит ли уже заниматься такой ерундой, поскольку стабильных лет 15-20 (если не больше) уже и так светят? Не пора ли с королевским достоинством уйти на постоянный покой?

 

Затея, несомненно, классная, единственное, что смущало в ней Чайку – это опасность кому-либо из обитателей виллы доставить телесные повреждения.

Однако до сих пор всё вроде бы складывалось чудесно, может, и на сей раз пронесёт… Господи, пожалуйста, сохрани их в целости!

 

Очевидно, Господь с большим пониманием относился к нестандартным изыскам одной из своих подопечных, ибо никак не наказывал её за уничтожение материальных ценностей, но, надо полагать, с повышенным интересом следил за избранным ею путём. И поскольку выбившаяся из стада овца свято чтила чужую жизнь, то Он не усматривал каких-либо причин препятствовать ей в столь забавных начинаниях.

 

Окончательно утвердившись в необходимости назначенной акции, Чайка перевезла из тайника сумку со всем содержимым к себе в номер. Потом она с большой благодарностью вернула скутер законной хозяйке, сказав, что он ей больше не понадобится.

 

В три часа пополуночи, в соответствии со сложившейся уже традицией, Алевтина Васильевна в очередной раз покинула своё пристанище через окно.

 

С лёгкостью преодолев невысокую декоративную изгородь, опоясывающую по периметру территорию заветной вилы, она несколько минут постояла в кустах, ориентируясь на местности. Везде всё казалось спокойным: ни в одном окне не виделось признаков света, а поодаль совершенно беспризорно и даже вызывающе стоял тот шикарный автомобиль, которому надлежало чуть спустя превратиться в груду обуглившегося металлолома.

 

Печально вздохнув, Чайка выставила на дисплее таймера 10-тиминутную готовность, затем, решительно подошла к авто, включила пуск и, аккуратно водворив взрывчатку под днище, стремительно ретировалась в сторону отеля.

 

Узкая улочка по-прежнему была безлюдной, всё декорации вокруг, казалось, напоминают не столько сонное царство, сколько какое-то заброшенное кладбище…   

  

Алевтина Васильевна успела попасть к себе в номер до того, как до её слуха донёсся звук внушительного взрыва, следом за ним второй. Усевшись в кресло, она задумчиво покрутила в руках тяжёлый револьвер, по-прежнему не понимая, зачем ей его прислали. Неужели же благодетели на самом деле думали, что скромный поджигатель, ставший подрывником, захочет пустить эту грозную штуковину в ход? Насмешливо фыркнув, Чайка улеглась спать, а бесполезное оружие небрежно засунула в выдвижной ящик  стоящей у кровати тумбочки.

 

До конца её официального пребывания в Германии оставалось всего два дня, поэтому следовало форсировать события, чтобы успеть красиво попасться в лапы властям.

 

 

 

…Арест произошёл вечером следующего дня, когда Алевтина Васильевна после очередной разведки спокойно возвращалась в отель, где её уже ожидали люди в штатском.

 

Полицию вызвала администрация заведения, которой перепуганная работница номеров сообщила, что при уборке случайно увидела в полуоткрытом ящичке явно подозрительный предмет.

 

Дальнейшая ситуация развивалась опять же по сугубо классическому сценарию: обыск, засада, арест, доставка подозреваемой в полицейский участок.

 

Допрос проводился на хорошем русском языке, а после составления протокола Чайку под усиленным конвоем, но исключительно вежливо перевезли в следственную тюрьму Дортмунда.

 

Итак, первый весомый шаг к вожделенному счастью свершился! А Фортуна по-видимому, не прекратила ещё ей благоприятствовать!..

 

Одиночная камера, куда водворили террористку, не слишком уступала по удобствам номеру отеля, правда, размерами была поменьше, да и ванна отсутствовала. В остальном же всё чудненько, жить вполне можно: персональная туалетная кабинка, оснащённая всеми необходимыми предметами личной гигиены, добротная мебель, идеально чистая постель, плазменный телевизор и множество других весьма приятных мелочей.

 

Заснуть в эту ночь Алевтине Васильевне так и не удалось, ибо фонтанирующее ликование, переполнявшее её душу, требовало бурного выхода, хотелось даже петь!

 

Однако проявлять внешне свои эмоции не стоило, иначе вся её искренняя радость немедленно станет достоянием следствия. А в том, что все уголки помещения находятся под постоянным прицелом где-то установленной видеокамеры, узница нисколько не сомневалась…

 

Восторженное настроение несколько омрачало то обстоятельство, что теперь, так удачно попав в вожделенные стены, нужно будет каким-то образом общаться с охраной. Со временем, Чайка, безусловно, его язык, а как же быть на первых порах, когда ей будут говорить что-то непонятное, требовать выполнения разных команд?

Да, тяжёлый случай…

 

 Интересно, а что сулит завтрашний день? Ну, завтрак – это понятно, дальше что? Возможно, второй более детальный допрос, где нужно будет тщательно взвешивать каждое своё слово, дабы ни единым намёком не выдать своих истинных намерений. Впрочем, это не столь сложно, поскольку линия поведения уже чётко выверена.

 

А револьвер-то, казавшийся вначале совершенно ненужным атрибутом, теперь превратился в знатную улику вкупе с оставшейся нереализованной взрывчаткой. И ежели он окажется настоящим, не каким-то пугачом, то шансы на максимальное наказание заметно повышаются. С таким набором запрещённых штучек власти наверняка будут инкриминировать злоумышленнице терроризм, что потянет на весьма солидный срок.

 

Кстати, любопытно бы заранее узнать, каким он будет? На «потолок» вряд ли стоит надеяться, но лет этак на двадцать – точно. Собственно, и этого вполне достаточно, главное – отбыть кару до победного конца и не загреметь на досрочное освобождение!

 

 

 

В 8 утра дверь в камеру неожиданно открылась, явив взору узницы приветливо улыбающуюся даму в симпатичной униформе.

 

– Guten Morgen, Frau Alevtina! – В высшей степени дружелюбно произнесла надзирательница.

 

– Guten Morgen! – С ответной улыбкой отозвалась Чайка, хорошо понявшая фразу.

 

Дама ещё что-то сказала, показывая жестами, мол, сейчас принесут завтрак, после чего бесшумно удалилась, не закрыв при этом распахнутую настежь дверь, что можно было расценить, как приглашение выйти из заточения наружу.

 

Благодаря Интернету, фрау Алевтина давно уже знала кое-что из правил поведения в немецком остроге, в частности, и этот момент, когда всем узникам с утра до вечера позволялось беспрепятственно передвигаться по этажу, заходить в другие камеры и т.д. Поэтому она немедленно воспользовалась возможностью выглянуть из своей «кельи» наружу, но ничего особо выдающегося там не узрела.

 

По длинному коридору разгуливали некие женские фигуры, некоторые о чём-то разговаривали, а с обеих сторон две работницы персонала катили большие тележки с подносами пищи.

 

Завтрак оказался вкусным и сытным, что ещё больше добавило оптимизма счастливой лауреатке на соискание почётного звания узницы райских кущ в фешенебельных немецких застенках.

 

И действительно, во все времена и у всех народов «тяжеловесы» всегда пользовались в тюрьмах особым статусом, не то, что всякая мелкая шпана. Авторитет их среди прочих каторжан испокон веков определялся тяжестью свершённого преступления, автоматически вызывающего всяческое уважение. Ведь каждый из них, идя ва-банк, предполагал наличие сильного духа, ибо был кандидатом в смертники. Как же тут можно не преклоняться перед такой могучей личностью?!

 

Всё это предстояло вкусить отважной Чайке несколько позже, а сейчас ею владело непреодолимое стремление хоть немного вздремнуть после бессонной ночи, наполненной радужной эйфорией.

 

И только она, захлопнув дверь своей «кельи», устроилась на  уютном лежбище, как её покой был тут же нарушен.

Вновь дверь отворила давешняя улыбчивая фрау в сопровождении другой женщины, которая прекрасно говорила на русском языке.

Надзирательница, сделав своё дело, моментально исчезла по причине полной бесполезности, предоставив русским Frauen пообщаться между собой.

 

– Здравствуйте. – Сказала пришедшая, – Вы ведь здесь новенькая, правда?

 

– Да, а что?

 

– Ничего особенного. Просто меня попросили ввести Вас в курс, что, как и почём. Ну, например, какими льготами тут можно пользоваться, пока Вы находитесь под следствием, что можно, а что нельзя. Кстати, меня зовут Вероникой, а попалась я на сбыте наркотиков. Нет-нет, ничего ужасного, всего лишь везла друзьям обычную травку из Голландии, которая там разрешена, а здесь меня повязали на контрабанде…

 

– Прискорбная история, искренне сочувствую. А меня зовут Алевтиной Васильевной, приехала сюда из Киева, попалась на террористической деятельности, и вот теперь пребываю в ожидании суровой казни…

 

– Да Вы что? – Изумлённо воскликнула Вероника, округлив глаза до размера кухонного подноса, – Неужели та самая легендарная Алевтина Чайка, о которой без конца трубит вся европейская пресса?!  Ну и сюрприз!!!

 

Вот таким образом слава о столь серьёзной заключённой мгновенно разнеслась по всем этажам следственного заведения и почти с такой же скоростью достигла даже самых отдалённых тюрем Германии, каждая из которых сочла бы за великую честь иметь в своих рядах такую выдающеюся персону!

 

А для самой «выдающейся персоны» столь громкая огласка была отнюдь не в радость… Ибо она изначально стремилась к чему? Да ведь не к какой-то звёздной славе, а к тишине, покою и полному уединению до конца века, пусть не текущего, а хотя бы своего.

 

Ну, а что вышло? Буквально всё шиворот на выворот! От поклонниц этажа совершенно не стало отбоя, все норовили зачем-то собственными очами узреть живой лик  скромной террористки-одиночки, разве что не требовали памятных автографов. И это как раз было не самой лучшей оборотной стороной медали…

 

Нет, где-то в глубине души фрау Алевтине, конечно же, льстило такое повышенное внимание коллег по несчастью, тем более, попавших сюда не по своей доброй воле, как она. Интересно, а каковой была бы их реакция, узнай они об истинных намерениях той, которую эти наивные дамочки с такой лёгкостью возвели в ранг «звезды»?

 

Изрядно утомившаяся от бремени нежданно свалившейся на неё популярности, новоиспечённая «звезда» на следующий день попросила надзирательниц через Веронику, прилично владевшую немецким языком, не отворять больше дверь камеры для назойливых гостей. Иначе она за своё поведение не ручается!..

 

Простую просьбу администрация тюрьмы восприняла как законное требование подследственной в своих исконных правах. Презумпция невиновности работала в Германии безукоризненно: пока правосудие не вынесло подозреваемому официальный вердикт, он не может быть ущемлён ни в чём, за исключением назначенной ему меры пресечения.

 

Следующие два дня – суббота и воскресенье – прошли в полном спокойствии, а в понедельник фрау Алевтину повели на допрос к следователю. Кроме него присутствовали ещё три персоны – переводчик, психолог и секретарь-стенографистка. После формального церемониала обоюдного знакомства он приступил к сути дела.

 

– Скажите, пожалуйста, фрау Чайка, Вы подтверждаете свои первичные показания, данные Вами в полицейском департаменте? Или у Вас есть какие-либо дополнения к ним? – С большим интересом разглядывая арестованную, спросил молодой следователь.

 

– Да, подтверждаю. Все эпизоды, в которых меня обвиняют, полностью соответствуют действительности. Что касается каких-то неясностей в этом деле, то, думаю, смогу прояснить их в процессе допроса.

 

– Очень хорошо! – Улыбнулся довольный дознаватель, – Похоже, мы с Вами сможем придти к полному взаимопониманию, что, безусловно, сделает наше общение более плодотворным.

Итак, мне бы хотелось выяснить, где Вы пробрели огнестрельное оружие и взрывное оборудование, найденное у Вас в номере отеля? Кто всем этим Вас обеспечил?

 

– Я не считаю нужным отвечать на этот вопрос, задавайте следующий.

 

– Это Ваше право. – Невольно поморщился следователь, – Тогда хоть ответьте мне, пожалуйста, фрау Чайка, для какой цели Вы незаконно приобрели крупнокалиберный револьвер, являющийся орудием убийства? Я не спроста это спрашиваю, поскольку всё, что Вы до сих пор делали, почему-то не влекло за собой человеческих жертв… Что Вы на это скажите?

 

– Да, верно. Я, как истинная христианка, по мере возможности стараюсь не приносить никому из живых существ лишнего зла, по-моему, моя позиция и так очевидна. А револьвер я раздобыла на всякий случай…

 

– То есть, Вы хотите сказать, что при определённых обстоятельствах могли им воспользоваться, да? – Слегка приподнял брови дознаватель, – Я правильно Вас понял?

 

– Понимайте, как хотите, большего по данному вопросу я ничего не скажу. И вообще, знаете ли, в свете других событий мне кажется довольно странным Ваш неоправданный интерес к какому-то дурацкому револьверу…

 

– Ошибаетесь, поскольку на этом «дурацком» револьвере давно висят три трупа. В этом Вашей вины, конечно же, нет, ведь Вы приехали в Германию гораздо позже. Однако для нас очень важно проследить историю данного оружия, чтобы выйти на нужный след. Вообще-то, я не должен был говорить о таких подробностях, просто подумал, что Вы могли бы оказать помощь следствию и тем самым в какой-то степени облегчить свою участь.

 

– Приберегите сей аргумент для глупых малолеток! Ибо я давно уже вышла из того возраста, когда могла бы поверить в пользу сотрудничества с полицией. Я готова сполна ответить лишь за то, что совершила собственными руками, а брать на себя чужие грехи вовсе не собираюсь.

 

– Ладно, оставим пока в покое вопрос о револьвере. – Обречённо вздохнул следователь, – Давайте тогда перейдём к главной теме…

 

Допрос длился свыше трёх часов, но не принёс дознавателю ожидаемого удовлетворения, поскольку ему так и не удалось установить источник приобретения оружия и взрывчатки.

 

Алевтина Васильевна не захотела впутывать сюда никого из тех, кто с необъяснимой любезностью предоставил ей существенную помощь. И на всём протяжении длинного диалога она говорила только то, что казалось ей выгодным лишь для себя, не больше того.

 

Органы дознания ещё не раз пытались обыграть понравившуюся им версию о принадлежности обвиняемой к некой террористической группировке. Чайке их позиция очень даже нравилась, но она её никак не подтверждала, равно, как и не опровергала, предпочитая балансировать где-то посередине.

 

В конечном результате такая линия поведения увенчалась нужным эффектом: подсудимой квалифицировали её действия по нескольким параграфам и в совокупности вынесли приговор – 22 года закрытой тюрьмы строгого режима!

 

Это было поистине безграничным триумфом всех и вся – для правосудия, для прессы, ну и, разумеется, для самой звёздной фрау Чайки, сумевшей так блистательно добиться новой безоблачной жизни!

 

Судебный процесс затянулся более чем на неделю. И все эти дни зал суда сверх меры переполнялся народом, преимущественно, русскоязычным. Но самой выдающейся для Чайки фигурой там был небезызвестный Викентий Андреевич, с откровенным одобрением внимательно наблюдавший за ходом ежедневной процедуры.

 

Ещё на начальном этапе категорически отказавшись от адвоката, подсудимая вела себя перед бесстрастными вершителями человеческих судеб исключительно корректно и так красиво формулировала все свои фразы, что вызывала тем самым симпатии зрителей. А после того, как она красочно поведала свою скорбную биографию, то добрая половина зала едва сдерживала слёзы…

  

Таким образом, к концу процесса большинство сочувствующих лиц плавно трансформировалась в категорию поклонников, готовых оказывать несчастной фрау Чайке бескорыстную помощь в её длительном заточении.

 

Публичное оглашение приговора, как и следовало ожидать при таких массовых симпатиях, вызвало в зале целый взрыв искреннего возмущения!!!

Воспользовавшись возникшим замешательством, к Алевтине Васильевне подошёл Викентий Андреевич, успевший мимоходом шепнуть:

 

– Очень благодарен, что Вы ни словом не обмолвились о нашем знакомстве. Это Вам непременно зачтётся, обещаю!

 

И действительно, вскоре на счёт фрау Алевтины поступила весьма солидная сумма.

 

…Так называемый «строгий режим» на поверку оказался гораздо более мягким в сравнении с той невзрачной жизнью на свободе, которая выпала на горькую долю Чайки.

 

Буквально весь персонал тюрьмы для осужденных встретил новую постоялицу настолько приветливо, будто каждый из них всю жизнь только и мечтал о такой счастливой встрече!

Впрочем, ничего удивительного в этом не было, поскольку она, с подачи прессы, давно уже превратилась в героиню не только печатных изданий, но и телеэкрана.

 

А поскольку известной почти всей Европе узнице на ближайшие пару десятилетий предстояло безвыходно провести время в этих стенах, то её, по специальному распоряжению «главкома» данного пенитенциарного заведения, с большой заботой определили в самую уютную камеру-люкс.

 

Ещё при нахождении в предварительном изоляторе Алевтина Васильевна отчётливо осознала правильность своего выбора, и  никаких претензий к новому образу жизни не имела.

 

Вторая тюрьма оказалась во много раз лучше первой по всем статьям. Здесь имелась большая библиотека с книгами, в том числе и на русском языке. Свой тюремный магазин с большим ассортиментом продуктов и товаров, спортивно-тренажёрные залы, всевозможные курсы, отличное медицинское обслуживание, возможность выписывать газеты и журналы практически для всех национальностей, при желании можно было принимать участие в художественной самодеятельности и в разных иных мероприятиях.

 

С непередаваемым восторгом вкусив всё это, она никак не могла разделить горестные переживания других постоялиц, безбедно обитающих в столь гостеприимном казённом доме. Да радоваться ведь надо за совершенно бесплатные блага, гуманно предоставляемые властями всем провинившимся перед законом!

 

Возможно, для кого-то насильственное лишение свободы – колоссальная трагедия, спорить не приходится. Но ведь не греши – не придётся раскаиваться! А коль скоро сознательно пошёл по кривой тропе – то и будь любезен стойко пожинать плоды рук своих…

 

По складу характера Чайка была интровертом, поэтому в одиночной келье могла бы чувствовать себя весьма презентабельно, нисколько не нуждаясь в общении с кем-либо. Однако полный покой, к которому она так стремилась, не очень-то получался…

 

Во-первых, к ней постоянно наведывались разные психологи, социологи и ещё какие-то специалисты.

Во-вторых, к ней образовалось целое паломничество из числа осужденных её этажа, каждая из которых норовила засвидетельствовать знаменитой узнице своё глубочайшее почтение.

 

Все эти ненужные визиты изрядно напрягали Алевтину Васильевну, и она просто не знала, как ей бороться с таким наваждением, ставшим в скором времени настоящим кошмаром …

 

Ведь она даже и в мыслях не держала тайной мечты когда-либо завоевать громкую популярность, а тут на её несчастную голову (ни с того, ни с сего) свалилось такое тяжкое бремя в виде яркого ореола сомнительной славы! Увы, ничего не поделаешь, придётся теперь нести сей непосильный крест…

 

Однако решительно во всём, кроме гнусных минусов, есть ещё и неоспоримые плюсы. В данном случае они выражались в неплохой перспективе изучения разговорной речи местного языка, которым, кстати, Чайка уже вплотную занималась. Но одно дело осваивать его по учебникам, совсем другое – в процессе живого разговора. Пожалуй, это обстоятельство и могло послужить некоторым утешением.

 

Ну, а желанное одиночество никуда не денется, ибо впереди целая вечность!

Рейтинг: +2 211 просмотров
Комментарии (1)
Серов Владимир # 13 августа 2014 в 09:41 0
Хорошая повесть! Но оооочень длинно!