ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияПриключения → 47 - Встреча с Потёмкиным - Хулиганское сказание в картинках (не для ханжей)

47 - Встреча с Потёмкиным - Хулиганское сказание в картинках (не для ханжей)

11 сентября 2020 - Виктор Тарасов
article479881.jpg
ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ С ХУЛИГАНО-ЭРОТИЧЕСКИМ УКЛОНОМ.


Пусть никого не пугает словосочетание: Хулигано-эротический уклон. Просто, обыкновенная жизнь обитателей выдуманного городка, сдобренная юмором, эротикой и, малость, фантастикой. Просьба не обращать внимания на несоблюдение хронологии, а также, на появление тех или иных изобретений. Текст написан на жёстком разговорном языке.



Незакрытый вход в машину по перемещению во времени, начал сказывать своё действие. Пролёт Алексея над мостом, не то чтобы всколыхнул, а создал просто сильнейшие колебания во временном пространстве. И это пространство стало нарушаться в разных веках и в самых немыслимых географических точках. Но, заметьте, нарушение происходило в странах и городах, важных по своему историческому значению, и действовало, исключительно в сторону прошлого.

Те, кому предназначалась машина времени, уже давно канули в вечность. А те, кто мог ею управлять, находились в объятиях тяжёлого недуга. Но об этом, всё ещё впереди.

***

2002 – 17?? г.

Проводив Алёшку и его спутницу, Джо направил свои стопы к заветной двери в подвал, понюхать, как он выражался, пыль веков. У Пастора под полом имелся прекрасный выбор вин и Джо чувствовал себя там, словно рыба в воде. Попробовав из бочек пару стаканов красного вина, он решил, что водка, всё-таки, будет лучше. Индеец нацедил в свою флягу самый прекрасный, по его разумению, напиток, а именно, спирт, настоянный на кедровых орехах. Чуть-чуть постояв, он с неохотой направился к выходу. Внезапно, его внимание привлекла узкая полоска света, сочившаяся из-за стеллажа с бутылками. Джо сначала показалось, что у него в глазах пошла рябь, но приглядевшись получше, он понял – зрение его не подвело.

- Странно… - пробормотал индеец, - Там же глухая стена.
Он зашёл за стеллаж и от неожиданности, чуть на жопу не сел. Там, где должна была находиться каменная кладка, стояла настоящая деревянная дверь.

- Так, так, так, - пустился в размышления Джо, - Когда же это Вова успел здесь дверку смастетерить? Главное, я об этом ни сном, ни духом не ведаю. Ну, блин, Ганимед!
Данным словом он выражал наивысшую степень восхищения. Очевидно, здесь подразумевался полководец Ганнибал, так как Ганимед – один из девяти спутников планеты Юпитер. Ну, а приведённое сравнение, ни в какие ворота не лезет.

Итак, Джо стоял перед дверью. А если есть дверь, то за неё надо обязательно заглянуть, уж так полагается. Он растворил дверь и обомлел… Перед ним простирался ещё больший подвал, с ещё большим количеством бутылок и бочек. Под потолком подвала располагались небольшие оконца, через которые и пробивался свет. Джо почесал затылок, пожевал губами, пристально посмотрел в потолок, как будто там было что написано. Но ничего путного ему в голову так и не пришло, кроме одного. Он точно знал, в фундаменте коттеджа этих окошек нет и быть не должно!
- Ладно, пойдём на разведку.

Джо поднялся по ступенькам к выходу из нового подвала, толкнул массивную дверь. На удивление, та легко поддалась и растворилась с лёгким скрипом. Перед индейцем расстилался небольшой луг, с отдельно стоящими купами деревьев и кустарников, рядом поблёскивала река. Джо оглянулся назад:

- Ну, всё правильно, - успокоено подумал он, - Вот и крутой берег, а на нём как раз и стоит коттедж, только из-за бугра не видно. Это, что же получается? Выходит, Пастор вырыл подвал, а выход сделал прямо из стены берега? Бляха-муха! А где ж я-то был всё это время? - он машинально сделал глоток из фляги, - А может мне рыбу половить? Давно, ведь, не пробовал. Алёшка мне, уж года два назад, как удочку подарил. Хорошая, телескопическая…

Он, снова нырнул в подвал и через некоторое время вышел оттуда уже полностью готовым к рыбалке. Его одежда, как нельзя более, соответствовала раннему утру. На белобрысой голове красовалась, натянутая по самые уши, фетровая шляпа с широкими полями. С края шляпы свисал плюмаж из боа, выпрошенного у Ларисы. Армейский полушерстяной китель от полевой формы ладно сидел на Жеке. Зелёные незаметные пуговицы были им спороты, а вместо них пришиты блестящие, с огромными двуглавыми орлами. Широкий кожаный ремень, украшенный сапфирами и рубинами из Симеонова сундука, поддерживал потёртые джинсы, которые были заправлены в высокие резиновые сапоги с подвёрнутыми краями. В одной руке индеец держал сапёрную лопатку, в другой – оцинкованное ведро. Весь облик Джо напоминал мушкетёра, вот только не хватало роскошного плаща, да рожа выглядела слишком рязанской.

Индеец обогнул густой кустарник акации и остолбенел. Русло реки делало поворот совсем не в ту сторону, в какую он привык видеть с самого детства. Да ещё, к тому же, и течение шло в обратном направлении.

- Ни фига, себе! - Джо, снова глотнул кедрового спирта, - Это дело надо обсосать, - он достал трубку, прикурил, и пустился в размышления, медленно шагая вдоль берега, - Про то, что наши учёные собирались поворачивать реки вспять, я слышал, - индеец облизнул пересохшие от волнения губы, - Но, чтобы так быстро осусу… Осусиществелить… Тьфу, ты! Слово-то, какое мудрёное придумали, хрен выговоришь. Нет бы по-простому, по-русски, то есть – сделать, а то осусу… Тьфу!

Положив ведро и лопатку на землю, рыбачок с наслаждением потянулся.
- Чего ты там мечешься, быдто рыба в сети?
Джо чутко прислушался:
- Показалось, или нет? Вроде, голос был, - он отёр со лба пот.
- Я, говорю, чего высматриваешь? Немчура!

Теперь, индеец ясно распознал – голос настоящий. Он пристально вгляделся в ту сторону, откуда издавался звук. Среди высокой травы мелькала мужская голова. Джо подошёл поближе. На разостланном плаще загорал мужчина, совершенно голый. Из-за его крупных габаритов очень трудно было определить, сколько ему лет. Индеец гадал, гадал, и решил, мужчине, где-то, от двадцати до тридцати лет. Отсутствие одного глаза, нисколько не портило его открытое мужественное лицо, располагавшее к доверию. Джо снял шляпу, снова, вытерев пот.

- Гутентаг! - сказал незнакомец и жестом пригласил присесть.
- Спасибо, коль не шутишь, - буркнул индеец, присаживаясь на край плаща.
- О! - воскликнул мужчина, - Так ты по-русски разумеешь? - обрадовался он, наливая из пузатого графина в тонкостенный бокал, какую-то желтоватую жидкость, - Вчера на аудиенции набрался, а сегодня, вот, болею, - протянул бокал, - Испробуешь?

- Нет, - отказался Джо, - Я лимонад не потребляю.
- Это вино, - незнакомец понюхал жидкость и передёрнулся от отвращения, - Вот им, я вчерась и опился, - Хоть бы рассол у них тут какой был, - он досадливо поморщился, - Так нет, куды им. Одно слово – Европа!

Джо, молча кивал, со всем соглашаясь, и по-прежнему истекал потом. Он никак не мог взять в толк, почему в раннее утро стоит такая жарища? Он снял шляпу, положил рядом с собой.

- Хороший у тебя плюмаж! - похвалил мужчина, трогая боа из страусиных перьев, - А вот шляпа – никудышная. Моя треуголка, куда как лучше.
- А-а, - отмахнулся Джо, - Я, особо, и не хвалюсь. Сойдёт, для сельской местности.

Незнакомец, внимательно рассматривая Жеку одним глазом, спросил:
- Так ты, стало быть, не немец?
- Я так сильно похож на немца? - ответил вопросом на вопрос индеец.

- Твоя правда, - кивнул мужчина, - С чего это мне пригрезилось? Если, только, твоё одеяние… Да, у нас так не одеваются. Мундир, чудной какой-то… - тоскливо размышлял вслух незнакомец, поминутно морщась и хватаясь за голову, - А пуговицы на мундире, с орлами, значит, наша форма. Но разговор твой, с каким-то непонятным выговором. Вроде, говоришь по-русски, и в то же время есть какое-то отличие.

- Так ты тоже не очень-то чисто говоришь.
- Да-а? - удивился мужчина, и задумался, - А! Так я же не опохмелённый. Язык во рту взбух, словно мочало, вот и говорю плохо, - ловко выкрутился он.
- А, я – выпивши, - не остался в долгу индеец, - Поэтому, тоже разговариваю не ахти как.

Жеку от жары совсем разморило, и он решительно стянул с себя китель. Единственному глазу незнакомца предстала татуировка на Джоновом плече, а именно – пропеллер и два крыла.

- Что же означает, сей рисунок? - спросил он.
- Со службы, на память осталась, эмблема авиации.
- Азиации, - пробормотал мужчина, - Азия?
- Ага! Там я и служил, в городе Чимкенте.
- Ну, и как там?
- Как, как… Жарко!

- Да, да, - согласился мужик, - И азиаты… Они такие дикие! - он, вдруг, спохватился и торопливо спросил, - А, как тебя величать? А то вона, сколько сидим, а как назвать друг дружку, не знаем.

- Шумалый я, Евгений.
- Шувалов… - совсем тихо повторил незнакомец, - Граф, что ли? Я при дворе ещё не обвыкся, извиняй, коли, что не так.

- А, что… - неторопливо мыслил Джо, - Живу я, как сыр в масле катаюсь! Пью, ем, и на дворе целый день. Как не крути, а жизнь не хуже, чем у графа, - и он, не сомневаясь в правдивости своих слов, ляпнул, - Считай, что я – граф!

- А я, полковник Григорий Потёмкин, может статься, уже и князь. На днях обещали патент на княжеское звание дать
- Да, сейчас столько графьёв развелось, - развивал тему индеец, - Отстегнул, сунул, кому надо, и готово! Уже, граф… Главное в этом деле – бабло.

- Бабьё? Верно, ты говоришь! Через бабьё, всё и происходит, и добро и зло. Я, вон, штаны расстегнул, сунул, как ты говоришь, кому надо… - улыбнулся Григорий, - А на утро, уже полковником стал. А теперь, глядишь, и князь. С Катенькой проваландался цельну ночку, вот она меня милостями и осыпает. Сюда послала, рекогносцировку делать.

- Чего? - переспросил Джо.
- Разведку, так сказать… А заодно, и сестриц её проведать.
Индеец, по-прежнему истекая потом, медленно ворочал мозгами:

- Этот, Гришка, чудной какой-то! Метёт, хрен знает, что. И кто, эта, Катенька, раз она такую большую силу имеет? Может, супруга нашего президента? Эх, знать бы ещё, как её зовут… Наверное, она, больше некому. А ты, что же, нашу президентшу охаживаешь?

Григорий крепко задумался:
- Про какую президентшу он спрашивает? Может, про Катю Дашкову говорит? Она же у нас, президент академии наук. Хороша бабёнка! - он приподнялся на локте, его лицо осветилось лукавой улыбкой, - Нет, до президентши я не добрался. Уж больно неприступная она. Да и, Катя, если, что узнает, сразу яйца оторвёт и собакам выбросит. Нет, ни к чему мне это. Послушай, мил человек, хоть ты и граф, а вот, разрази меня гром, не припомню я тебя! Шуваловы, род известный. Откуда же ты будешь?

- Знамо, откуда… Советский, я, - по старой привычке ответил Джо.
- Ишь ты, советник! - подумал Григорий, - А, что же я его здесь ни разу не видел? И, кому он советует?
Индеец вытащил флягу, потряс её над ухом.

- Советуешь, значит? - спросил Гриша.
- Ты, чего-то сказал? - не расслышал Джо.
- Я, говорю, советуешь? - повторил Потёмкин, чуть повысив голос.
- Ага, очень советую, - кивнул Джо, откручивая крышку фляги, - Сейчас будешь, как заново родившийся!

- А, что это? - заметно оживился одноглазый.
- Водка, настоянная на кедровых орехах, - соврал Джо, (ведь, это же был спирт).
- Где ты её сыскал? Здесь же кроме этих помоев, - Гришка кивнул на бокал, - Больше ничего нет.

- О-о, дружище, - индеец вальяжно развалился на траве, подложив согнутую в локте руку, под голову, - У меня этого добра, - он провёл ладонью над головой, - Хоть по маковку залейся. Да ты пей!

Григорий сделал несколько больших глотков. У него сразу же перехватило дыхалку, и здоровый глаз до краёв наполнился слезами. Он надсадно закашлял, хватаясь руками то за горло, то за губы. Казалось, воздух сифонил из его тела во все щели.

- Кхе, кхе! Что за мерзость ты мне подсунул? - еле выговорил Григорий.
- Какая же это мерзость, - индеец спокойно глотнул из фляги, вытер губы, - Это, брат, не мерзость, а моё изобретение, мгновенный опохмелятор. Видишь, как щёки-то у тебя порозовели? А то сидел, словно сама смерть.

Гришка отвернул край плаща и вытянул из под него здоровенный блестящий поднос. Посмотревшись в его днище, провёл пятернёй по всклоченным волосам:
- Ого! Рожа моя опять, как огурчик стала, и душа отлегла. Замечательная вещь, твой опохмелятор! И скинь ты, наконец, свою одежду… Обрядился, будто осень на пороге стоит.

- Как же я должен одеваться в пять часов утра? - сказал индеец, сбрасывая с себя сапоги и стягивая джинсы.
- Это ты через край хватил, про утро-то. Сейчас, в аккурат полдень, - Григорий ткнул пальцем в небо, - Видишь, где светило?

Джо посмотрел вверх и окончательно понял, отчего ему так жарко:
- Блин, накрылись мои часы медным тазом, вот я и потерялся во времени, - он стал обшаривать свою одежду в поисках часов.

- Зачем же ты часы накрыл тазом, а сверху ещё и блин положил? - усмехнулся Гриша, - Где это видано, чтобы такую дорогую механизму накрывать всякой срамотой?

Индеец прекратил поиски часов и с интересом воззрился на тупого собеседника:
- Я понимаю, ты – князь, и тебе на всё наплевать! Но я же не в прямом смысле, а в обратном… Тьфу! Запутался. Ну, ты понял… Или ты неграмотный?

- Ну, Евгений, - слегка обиделся Гришка, - Ты уж совсем меня за неразумную скотину принимаешь, - Читать, писать, умеем не хуже других. А то послала бы меня сюда матушка на переговоры.

- Что ж ты тогда околесицу несёшь?
- Вот, хоть убей, не пойму я про таз.
- Ладно, - снисходительно улыбнулся Джо, - Проехали.

В небе послышался нарастающий гул.
- Видать, дождь польёт, - буркнул Гришка.
- Обещали?
- Кто ж там может обещать? - усмехнулся он, - Просто, небеса гремят.

Индеец задрал голову вверх и увидел маленькую движущуюся точку:
- Нет, это самолёт…
Григорий посмотрел в небо, но ничего не увидел, кроме белоснежной полосы:
- Что, говоришь, это было?
- Самолёт… Вон, след остался.

Гришка проницательно вперился одним глазом в собеседника и сочувственно спросил:
- Ты, может, на солнце перегрелся?
- Наверное… Что-то, жарковато сегодня, и воздух такой чистый, аж лёгкие ломит, - сказал индеец, ощупывая на своём теле ремень, не понимая, почему из всей одежды он единственный остался на нём.

- Ты бы отстегнул свою шпажонку, - посоветовал Гриша, - Мешает она тебе.
- Ты, что? Какая шпага? Это самая настоящая телескопическая удочка, пятиколенка.
- Чего? - переспросил Григорий, - На юродивого ты, вроде, не похож, а суждение твоё такое, будто лепет малого дитяти.
- Ты о чём?

- А про телескоп твой пятиколенный. Ужо про это я знаю. Мне Михайло через него звёзды показывал. Так в том телескопе стекляшки увеличительные вставлены, и два колена всего. А ты мне какую-то уточку показываешь.
- Не уточка, а удочка, - поправил Жека, - Ты из какой пещеры вылез, дядя?

- Да из той же, откуда и ты. У баб она одна. Или ты по-другому родился?
- Не об этом речь. Я хочу сказать, может, ты в тайге у Агафьи Лыковой жил?

- А ты разишь ведун, чтобы моё прошлое угадывать? - хохотнул Гришка, - Нет, граф, ошибаешься. Никакая Лыкова мне не родня. А родился я, в семье отставного майора Потёмкина, на Смоленщине. Так что, с какой стороны не глянь, а по продолжению рода – я потомственный дворянин.

- Оно и видно, - Жека глянул на его крупное мужское достоинство, лежавшее на волосатой ляжке, - С таким продолжением рода за потомство можно не беспокоиться.

Потёмкин перехватил его взгляд и громко захохотал:
- Вот через это я и получил полковника, в одну ночь. А теперь, и княжеское звание посулили. Так к чему, говоришь, твоя удочка?
- Рыбу ловить.

Гришка, сначала, некоторое время молчал, а потом, зашёлся долгим смехом:
- И ты хочешь на этот прутик рыбу словить?
Джо ничего не ответил, а только завёл глаза под лоб, удивляясь, до чего туп его собеседник. Григорий встал, поднял с травы плащ, отряхнул его, оглядев со всех сторон, и накинул на себя:

- Я тебе так скажу… Об эту пору у меня аудиенция должна состояться. За мной приедет экипаж с моим слугой, и вот тогда я тебе покажу, как надобно рыбу ловить. Да и не графское это дело.



 

© Copyright: Виктор Тарасов, 2020

Регистрационный номер №0479881

от 11 сентября 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0479881 выдан для произведения: ФАНТАСТИЧЕСКИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ С ХУЛИГАНО-ЭРОТИЧЕСКИМ УКЛОНОМ.


Пусть никого не пугает словосочетание: Хулигано-эротический уклон. Просто, обыкновенная жизнь обитателей выдуманного городка, сдобренная юмором, эротикой и, малость, фантастикой. Просьба не обращать внимания на несоблюдение хронологии, а также, на появление тех или иных изобретений. Текст написан на жёстком разговорном языке.



Незакрытый вход в машину по перемещению во времени, начал сказывать своё действие. Пролёт Алексея над мостом, не то чтобы всколыхнул, а создал просто сильнейшие колебания во временном пространстве. И это пространство стало нарушаться в разных веках и в самых немыслимых географических точках. Но, заметьте, нарушение происходило в странах и городах, важных по своему историческому значению, и действовало, исключительно в сторону прошлого.

Те, кому предназначалась машина времени, уже давно канули в вечность. А те, кто мог ею управлять, находились в объятиях тяжёлого недуга. Но об этом, всё ещё впереди.

***

2002 – 17?? г.

Проводив Алёшку и его спутницу, Джо направил свои стопы к заветной двери в подвал, понюхать, как он выражался, пыль веков. У Пастора под полом имелся прекрасный выбор вин и Джо чувствовал себя там, словно рыба в воде. Попробовав из бочек пару стаканов красного вина, он решил, что водка, всё-таки, будет лучше. Индеец нацедил в свою флягу самый прекрасный, по его разумению, напиток, а именно, спирт, настоянный на кедровых орехах. Чуть-чуть постояв, он с неохотой направился к выходу. Внезапно, его внимание привлекла узкая полоска света, сочившаяся из-за стеллажа с бутылками. Джо сначала показалось, что у него в глазах пошла рябь, но приглядевшись получше, он понял – зрение его не подвело.

- Странно… - пробормотал индеец, - Там же глухая стена.
Он зашёл за стеллаж и от неожиданности, чуть на жопу не сел. Там, где должна была находиться каменная кладка, стояла настоящая деревянная дверь.

- Так, так, так, - пустился в размышления Джо, - Когда же это Вова успел здесь дверку смастетерить? Главное, я об этом ни сном, ни духом не ведаю. Ну, блин, Ганимед!
Данным словом он выражал наивысшую степень восхищения. Очевидно, здесь подразумевался полководец Ганнибал, так как Ганимед – один из девяти спутников планеты Юпитер. Ну, а приведённое сравнение, ни в какие ворота не лезет.

Итак, Джо стоял перед дверью. А если есть дверь, то за неё надо обязательно заглянуть, уж так полагается. Он растворил дверь и обомлел… Перед ним простирался ещё больший подвал, с ещё большим количеством бутылок и бочек. Под потолком подвала располагались небольшие оконца, через которые и пробивался свет. Джо почесал затылок, пожевал губами, пристально посмотрел в потолок, как будто там было что написано. Но ничего путного ему в голову так и не пришло, кроме одного. Он точно знал, в фундаменте коттеджа этих окошек нет и быть не должно!
- Ладно, пойдём на разведку.

Джо поднялся по ступенькам к выходу из нового подвала, толкнул массивную дверь. На удивление, та легко поддалась и растворилась с лёгким скрипом. Перед индейцем расстилался небольшой луг, с отдельно стоящими купами деревьев и кустарников, рядом поблёскивала река. Джо оглянулся назад:

- Ну, всё правильно, - успокоено подумал он, - Вот и крутой берег, а на нём как раз и стоит коттедж, только из-за бугра не видно. Это, что же получается? Выходит, Пастор вырыл подвал, а выход сделал прямо из стены берега? Бляха-муха! А где ж я-то был всё это время? - он машинально сделал глоток из фляги, - А может мне рыбу половить? Давно, ведь, не пробовал. Алёшка мне, уж года два назад, как удочку подарил. Хорошая, телескопическая…

Он, снова нырнул в подвал и через некоторое время вышел оттуда уже полностью готовым к рыбалке. Его одежда, как нельзя более, соответствовала раннему утру. На белобрысой голове красовалась, натянутая по самые уши, фетровая шляпа с широкими полями. С края шляпы свисал плюмаж из боа, выпрошенного у Ларисы. Армейский полушерстяной китель от полевой формы ладно сидел на Жеке. Зелёные незаметные пуговицы были им спороты, а вместо них пришиты блестящие, с огромными двуглавыми орлами. Широкий кожаный ремень, украшенный сапфирами и рубинами из Симеонова сундука, поддерживал потёртые джинсы, которые были заправлены в высокие резиновые сапоги с подвёрнутыми краями. В одной руке индеец держал сапёрную лопатку, в другой – оцинкованное ведро. Весь облик Джо напоминал мушкетёра, вот только не хватало роскошного плаща, да рожа выглядела слишком рязанской.

Индеец обогнул густой кустарник акации и остолбенел. Русло реки делало поворот совсем не в ту сторону, в какую он привык видеть с самого детства. Да ещё, к тому же, и течение шло в обратном направлении.

- Ни фига, себе! - Джо, снова глотнул кедрового спирта, - Это дело надо обсосать, - он достал трубку, прикурил, и пустился в размышления, медленно шагая вдоль берега, - Про то, что наши учёные собирались поворачивать реки вспять, я слышал, - индеец облизнул пересохшие от волнения губы, - Но, чтобы так быстро осусу… Осусиществелить… Тьфу, ты! Слово-то, какое мудрёное придумали, хрен выговоришь. Нет бы по-простому, по-русски, то есть – сделать, а то осусу… Тьфу!

Положив ведро и лопатку на землю, рыбачок с наслаждением потянулся.
- Чего ты там мечешься, быдто рыба в сети?
Джо чутко прислушался:
- Показалось, или нет? Вроде, голос был, - он отёр со лба пот.
- Я, говорю, чего высматриваешь? Немчура!

Теперь, индеец ясно распознал – голос настоящий. Он пристально вгляделся в ту сторону, откуда издавался звук. Среди высокой травы мелькала мужская голова. Джо подошёл поближе. На разостланном плаще загорал мужчина, совершенно голый. Из-за его крупных габаритов очень трудно было определить, сколько ему лет. Индеец гадал, гадал, и решил, мужчине, где-то, от двадцати до тридцати лет. Отсутствие одного глаза, нисколько не портило его открытое мужественное лицо, располагавшее к доверию. Джо снял шляпу, снова, вытерев пот.

- Гутентаг! - сказал незнакомец и жестом пригласил присесть.
- Спасибо, коль не шутишь, - буркнул индеец, присаживаясь на край плаща.
- О! - воскликнул мужчина, - Так ты по-русски разумеешь? - обрадовался он, наливая из пузатого графина в тонкостенный бокал, какую-то желтоватую жидкость, - Вчера на аудиенции набрался, а сегодня, вот, болею, - протянул бокал, - Испробуешь?

- Нет, - отказался Джо, - Я лимонад не потребляю.
- Это вино, - незнакомец понюхал жидкость и передёрнулся от отвращения, - Вот им, я вчерась и опился, - Хоть бы рассол у них тут какой был, - он досадливо поморщился, - Так нет, куды им. Одно слово – Европа!

Джо, молча кивал, со всем соглашаясь, и по-прежнему истекал потом. Он никак не мог взять в толк, почему в раннее утро стоит такая жарища? Он снял шляпу, положил рядом с собой.

- Хороший у тебя плюмаж! - похвалил мужчина, трогая боа из страусиных перьев, - А вот шляпа – никудышная. Моя треуголка, куда как лучше.
- А-а, - отмахнулся Джо, - Я, особо, и не хвалюсь. Сойдёт, для сельской местности.

Незнакомец, внимательно рассматривая Жеку одним глазом, спросил:
- Так ты, стало быть, не немец?
- Я так сильно похож на немца? - ответил вопросом на вопрос индеец.

- Твоя правда, - кивнул мужчина, - С чего это мне пригрезилось? Если, только, твоё одеяние… Да, у нас так не одеваются. Мундир, чудной какой-то… - тоскливо размышлял вслух незнакомец, поминутно морщась и хватаясь за голову, - А пуговицы на мундире, с орлами, значит, наша форма. Но разговор твой, с каким-то непонятным выговором. Вроде, говоришь по-русски, и в то же время есть какое-то отличие.

- Так ты тоже не очень-то чисто говоришь.
- Да-а? - удивился мужчина, и задумался, - А! Так я же не опохмелённый. Язык во рту взбух, словно мочало, вот и говорю плохо, - ловко выкрутился он.
- А, я – выпивши, - не остался в долгу индеец, - Поэтому, тоже разговариваю не ахти как.

Жеку от жары совсем разморило, и он решительно стянул с себя китель. Единственному глазу незнакомца предстала татуировка на Джоновом плече, а именно – пропеллер и два крыла.

- Что же означает, сей рисунок? - спросил он.
- Со службы, на память осталась, эмблема авиации.
- Азиации, - пробормотал мужчина, - Азия?
- Ага! Там я и служил, в городе Чимкенте.
- Ну, и как там?
- Как, как… Жарко!

- Да, да, - согласился мужик, - И азиаты… Они такие дикие! - он, вдруг, спохватился и торопливо спросил, - А, как тебя величать? А то вона, сколько сидим, а как назвать друг дружку, не знаем.

- Шумалый я, Евгений.
- Шувалов… - совсем тихо повторил незнакомец, - Граф, что ли? Я при дворе ещё не обвыкся, извиняй, коли, что не так.

- А, что… - неторопливо мыслил Джо, - Живу я, как сыр в масле катаюсь! Пью, ем, и на дворе целый день. Как не крути, а жизнь не хуже, чем у графа, - и он, не сомневаясь в правдивости своих слов, ляпнул, - Считай, что я – граф!

- А я, полковник Григорий Потёмкин, может статься, уже и князь. На днях обещали патент на княжеское звание дать
- Да, сейчас столько графьёв развелось, - развивал тему индеец, - Отстегнул, сунул, кому надо, и готово! Уже, граф… Главное в этом деле – бабло.

- Бабьё? Верно, ты говоришь! Через бабьё, всё и происходит, и добро и зло. Я, вон, штаны расстегнул, сунул, как ты говоришь, кому надо… - улыбнулся Григорий, - А на утро, уже полковником стал. А теперь, глядишь, и князь. С Катенькой проваландался цельну ночку, вот она меня милостями и осыпает. Сюда послала, рекогносцировку делать.

- Чего? - переспросил Джо.
- Разведку, так сказать… А заодно, и сестриц её проведать.
Индеец, по-прежнему истекая потом, медленно ворочал мозгами:

- Этот, Гришка, чудной какой-то! Метёт, хрен знает, что. И кто, эта, Катенька, раз она такую большую силу имеет? Может, супруга нашего президента? Эх, знать бы ещё, как её зовут… Наверное, она, больше некому. А ты, что же, нашу президентшу охаживаешь?

Григорий крепко задумался:
- Про какую президентшу он спрашивает? Может, про Катю Дашкову говорит? Она же у нас, президент академии наук. Хороша бабёнка! - он приподнялся на локте, его лицо осветилось лукавой улыбкой, - Нет, до президентши я не добрался. Уж больно неприступная она. Да и, Катя, если, что узнает, сразу яйца оторвёт и собакам выбросит. Нет, ни к чему мне это. Послушай, мил человек, хоть ты и граф, а вот, разрази меня гром, не припомню я тебя! Шуваловы, род известный. Откуда же ты будешь?

- Знамо, откуда… Советский, я, - по старой привычке ответил Джо.
- Ишь ты, советник! - подумал Григорий, - А, что же я его здесь ни разу не видел? И, кому он советует?
Индеец вытащил флягу, потряс её над ухом.

- Советуешь, значит? - спросил Гриша.
- Ты, чего-то сказал? - не расслышал Джо.
- Я, говорю, советуешь? - повторил Потёмкин, чуть повысив голос.
- Ага, очень советую, - кивнул Джо, откручивая крышку фляги, - Сейчас будешь, как заново родившийся!

- А, что это? - заметно оживился одноглазый.
- Водка, настоянная на кедровых орехах, - соврал Джо, (ведь, это же был спирт).
- Где ты её сыскал? Здесь же кроме этих помоев, - Гришка кивнул на бокал, - Больше ничего нет.

- О-о, дружище, - индеец вальяжно развалился на траве, подложив согнутую в локте руку, под голову, - У меня этого добра, - он провёл ладонью над головой, - Хоть по маковку залейся. Да ты пей!

Григорий сделал несколько больших глотков. У него сразу же перехватило дыхалку, и здоровый глаз до краёв наполнился слезами. Он надсадно закашлял, хватаясь руками то за горло, то за губы. Казалось, воздух сифонил из его тела во все щели.

- Кхе, кхе! Что за мерзость ты мне подсунул? - еле выговорил Григорий.
- Какая же это мерзость, - индеец спокойно глотнул из фляги, вытер губы, - Это, брат, не мерзость, а моё изобретение, мгновенный опохмелятор. Видишь, как щёки-то у тебя порозовели? А то сидел, словно сама смерть.

Гришка отвернул край плаща и вытянул из под него здоровенный блестящий поднос. Посмотревшись в его днище, провёл пятернёй по всклоченным волосам:
- Ого! Рожа моя опять, как огурчик стала, и душа отлегла. Замечательная вещь, твой опохмелятор! И скинь ты, наконец, свою одежду… Обрядился, будто осень на пороге стоит.

- Как же я должен одеваться в пять часов утра? - сказал индеец, сбрасывая с себя сапоги и стягивая джинсы.
- Это ты через край хватил, про утро-то. Сейчас, в аккурат полдень, - Григорий ткнул пальцем в небо, - Видишь, где светило?

Джо посмотрел вверх и окончательно понял, отчего ему так жарко:
- Блин, накрылись мои часы медным тазом, вот я и потерялся во времени, - он стал обшаривать свою одежду в поисках часов.

- Зачем же ты часы накрыл тазом, а сверху ещё и блин положил? - усмехнулся Гриша, - Где это видано, чтобы такую дорогую механизму накрывать всякой срамотой?

Индеец прекратил поиски часов и с интересом воззрился на тупого собеседника:
- Я понимаю, ты – князь, и тебе на всё наплевать! Но я же не в прямом смысле, а в обратном… Тьфу! Запутался. Ну, ты понял… Или ты неграмотный?

- Ну, Евгений, - слегка обиделся Гришка, - Ты уж совсем меня за неразумную скотину принимаешь, - Читать, писать, умеем не хуже других. А то послала бы меня сюда матушка на переговоры.

- Что ж ты тогда околесицу несёшь?
- Вот, хоть убей, не пойму я про таз.
- Ладно, - снисходительно улыбнулся Джо, - Проехали.

В небе послышался нарастающий гул.
- Видать, дождь польёт, - буркнул Гришка.
- Обещали?
- Кто ж там может обещать? - усмехнулся он, - Просто, небеса гремят.

Индеец задрал голову вверх и увидел маленькую движущуюся точку:
- Нет, это самолёт…
Григорий посмотрел в небо, но ничего не увидел, кроме белоснежной полосы:
- Что, говоришь, это было?
- Самолёт… Вон, след остался.

Гришка проницательно вперился одним глазом в собеседника и сочувственно спросил:
- Ты, может, на солнце перегрелся?
- Наверное… Что-то, жарковато сегодня, и воздух такой чистый, аж лёгкие ломит, - сказал индеец, ощупывая на своём теле ремень, не понимая, почему из всей одежды он единственный остался на нём.

- Ты бы отстегнул свою шпажонку, - посоветовал Гриша, - Мешает она тебе.
- Ты, что? Какая шпага? Это самая настоящая телескопическая удочка, пятиколенка.
- Чего? - переспросил Григорий, - На юродивого ты, вроде, не похож, а суждение твоё такое, будто лепет малого дитяти.
- Ты о чём?

- А про телескоп твой пятиколенный. Ужо про это я знаю. Мне Михайло через него звёзды показывал. Так в том телескопе стекляшки увеличительные вставлены, и два колена всего. А ты мне какую-то уточку показываешь.
- Не уточка, а удочка, - поправил Жека, - Ты из какой пещеры вылез, дядя?

- Да из той же, откуда и ты. У баб она одна. Или ты по-другому родился?
- Не об этом речь. Я хочу сказать, может, ты в тайге у Агафьи Лыковой жил?

- А ты разишь ведун, чтобы моё прошлое угадывать? - хохотнул Гришка, - Нет, граф, ошибаешься. Никакая Лыкова мне не родня. А родился я, в семье отставного майора Потёмкина, на Смоленщине. Так что, с какой стороны не глянь, а по продолжению рода – я потомственный дворянин.

- Оно и видно, - Жека глянул на его крупное мужское достоинство, лежавшее на волосатой ляжке, - С таким продолжением рода за потомство можно не беспокоиться.

Потёмкин перехватил его взгляд и громко захохотал:
- Вот через это я и получил полковника, в одну ночь. А теперь, и княжеское звание посулили. Так к чему, говоришь, твоя удочка?
- Рыбу ловить.

Гришка, сначала, некоторое время молчал, а потом, зашёлся долгим смехом:
- И ты хочешь на этот прутик рыбу словить?
Джо ничего не ответил, а только завёл глаза под лоб, удивляясь, до чего туп его собеседник. Григорий встал, поднял с травы плащ, отряхнул его, оглядев со всех сторон, и накинул на себя:

- Я тебе так скажу… Об эту пору у меня аудиенция должна состояться. За мной приедет экипаж с моим слугой, и вот тогда я тебе покажу, как надобно рыбу ловить. Да и не графское это дело.



 
 
Рейтинг: 0 68 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!