ГлавнаяПрозаЭссе и статьиПублицистика → Форсайт - проект Детство - 2030

Форсайт - проект Детство - 2030

5 июня 2012 - Игорь Коркин
Заказчик: Благотворительный фонд «Мое Поколение»

 

Исполнитель: Международная Методологическая Ассоциация

 

при поддержке Общественной Палаты Российской Федерации


 

Руководитель проекта: Радченко Алина Федоровна

 

Методологическое руководство: Попов Сергей Валентинович




 

«”Детство 2030” – опыт проведения форсайт-проекта в России»


 

Часть 1. Ситуация проведения проекта

 

Переход к инновационной экономике

 

В настоящее время Россия вступает на путь инновационного развития. Участие в инновационных процессах и запуск «новой» экономики – обязательные условия конкурентоспособности страны на мировом поле. Сейчас инновационными лидерами считаются США и Япония, их интенсивно догоняют страны Западной Европы, Израиль. Индия и Китай, ведущие индустриальные державы, переходят на экономику «двух рельсов» - параллельно индустриальной схеме запускают инновационную. Вопрос будущей конкурентоспособности России - вопрос ее участия в этой гонке.

 

Смещение горизонтов стратегирования

 

Инновационная экономика позволяет постоянно задавать следующую планку в создании новых возможностей (технологических, социальных, научных), задавать все новые горизонты будущего развития и будущей конкуренции. Технология форсайта позволяет формировать стратегии развития на несколько десятилетий вперед, втягивать в процесс актуализации будущего большое количество участников. Будущее перестало быть предметом неопределенности, домыслов и страхов, оно стало предметом приложения усилий по его формированию. Временная рамка большинства форсайт-проектов колеблется от 15 до 100 лет. Горизонт стратегирования смещается все дальше в будущее, а зоны принятия решений все сильнее концентрируются в настоящем. Вопрос технологического прорыва в нано и биотехнологиях - это уже вопрос ближайших 5-10 лет, хотя еще совсем недавно технологи говорили о том, что горизонт прорыва находится на вековой периферии.

 

Для России будущее - проблема

 

В России горизонт будущих 30-50 лет – горизонт, в котором степень неопределенности очень высока. В каком будущем окажется страна через полвека, какое место она будет занимать в мировом пространстве, в какой стране будет жить следующее поколение – вопросы, на которые развитые страны за счет форсайта отвечают технологически – в России почти не обсуждаются. Отсутствуют качественные прогнозы на долгосрочный период, отсутствует среда, в которой происходила бы коммуникация и обсуждение возможных сценариев будущего. Главной сферой внимания и приложения усилий власти, бизнеса и общества остается актуальная действительность - разрешение текущих вопросов. Но действия, направленные на разрешение текущих проблем не содержат ответа о том, какие возможности они дадут в будущем. Мы оказываемся в ситуации, когда вынуждены реагировать, а не опережать.

 

В рамках форсайт-проекта была проведена специальная предварительная работа, был проведен анализ существующих стратегий развития России и выделена область, в которой за счет мобилизации общественных усилий становится возможным формирование конкурентных преимуществ в долгосрочной перспективе .

 

Мировой кризис и кризисы России

 

Развитие мирового кризиса, изменение мирового порядка – также было предметом дополнительного анализа, проведенного в рамках проекта. В ходе серии специально организованных мероприятий с привлечением разного рода экспертов были проанализированы социально-экономические варианты развития страны. Анализ и экспертные оценки показывают, что Россию ждет череда собственных кризисов . Главным вопросом становится готовность российского общества ответить на вызовы будущего, выделить зоны, в которых лежат будущие возможности и мобилизовать общественные усилия на их реализацию.

 

Тема «детство» – попытка ответа на вызовы будущего

 

Переход России на инновационный путь развития и ее включение в мировую конкуренцию за будущее с необходимостью ставит нас в ситуацию определения темы, развитие которой позволит России выйти к достойному будущему. Благотворительный фонд «Мое поколение» при поддержке Общественной Палаты Российской Федерации выступил с инициативой запуска проекта по теме «Детство» как проекта, выводящего на перечень вопросов и проблем, которые требуют выработки решений в ближайшее время для создания возможностей будущего развития страны. Тех проблем, которые не разрешаются отдельными усилиями власти или бизнеса, а требуют участия широких слоев общественности и усилий со стороны большого количества игроков.

 

Тема «Детство», безусловно, не единственная, которая требует общественного участия. Но, если проводить форсайт-проект, то именно эта тема может стать первой. Ведь вопрос о детстве – это и есть вопрос о будущем. Те, кому сегодня 10 – 15 лет к 2030-2040 году будут составлять костяк российского общества. Станет ли подрастающее поколение жить в стране с инновационной экономикой или будет населением «мировой помойки» - вопрос наших усилий и действий сегодня.

 

Часть 2. Технология формирования будущего.

 

Инновационная экономика и создание будущего

 

Тезис о том, что будущего нет, будущее создается и создается прямо сейчас – не просто один из броских манифестов интеллектуалов-авангардистов. Современный мир довел его до практики жизни, подкрепив его серией соответствующих институциональных инноваций. Переход развитых стран на принципиально новую схему экономики – инновационную – фиксирует эту ситуацию.

 

В инновационной экономике сверхприбыли создаются не за счет материального производства, не за счет продажи природных ресурсов и не за счет концентрации капитала. Новая экономика строится на генерировании избыточного потока инноваций и постоянном создании следующего уровня возможностей (технологических, социальных, интеллектуальных), задании новых горизонтов будущего развития и будущей конкуренции. За счет специальных технологий создания образов будущего, в которые начинают втягиваться массы людей, начиная от рядовых потребителей и частных предпринимателей и заканчивая СЕО крупных корпораций, глав исследовательских центров, государственных и политических деятелей, оно все больше перетягивается в зону принятия решений настоящего. Тем самым, со страниц футурологических отчетов и сценариев, будущее постепенно переходит в реальность жизни и начинает осуществляться.

 

Одной из первых стран это начали делать США, а сейчас обороты мирового инновационного сектора насчитывают десятки триллионов долларов. Некоторые аналитики даже считают по значимости в современном мире инновационную экономику более серьезным изобретением американцев, чем атомная бомба или Бреттон-Вудская система.

 

Схема действительно поражает своей простотой и нетривиальностью. Например, компания Intel объявляет, что к 2015 году будет изобретен новый продукт – компьютер на основе нанотехнологий. Компания формирует заказы на разработку технологической базы для нового продукта. Научные коллективы и исследовательские центры вынуждены бороться за получение финансирования на разработку. Наука процветает, рынок получает избыток инновационных идей. Акции Intel растут в цене, компания может продолжать финансирование работ. Параллельно формируется будущий потребительский рынок. Хотя самого продукта еще нет, а пользователи уже обсуждают, какого цвета будет их «нано-компьютер». Прилагается много усилий, но важно, что задействованы все игроки – от самой компании до конечного потребителя. А вместе они работают на формирование будущего, в котором появится «нано-компьютер». Вероятность такого будущего резко возрастает: на него работают сотни тысяч людей.

 

Одной из ключевых компонент инновационной экономики является технология форсайта. Она появилась как одна из первых рабочих технологий по мобилизации усилий множества людей на создание будущего.

 

Форсайт

 

Главная инновационная сила форсайта состоит в том, что это действие по созданию будущего. В форсайте важен не столько результат, сколько процесс вовлечения максимального числа заинтересованных лиц в формирование будущего. В западных странах число вовлеченных в форсайт-проекты экспертов исчисляется десятками и сотнями тысяч. Авторитетные специалисты по форсайт-исследованиям называют такую среду экспертной, помимо ученых, аналитиков и технологов в нее включают стейкхолдеров, то есть тех, от чьих действий зависит развитие ситуации, и «лиц, принимающих решения». Стейкхолдеры и лица, принимающие решения - это разные позиции: стейкхолдером зачастую может оказаться простая домохозяйка, не способная освоить новую модель высокотехнологичного пылесоса. Хотя не она принимает решение о его серийном выпуске, но именно ее мнение как потребителя может оказаться решающим для создания спроса.

 

Такой подход позволяет избежать профессиональной узости. Ученые склонны прогнозировать, исходя из внутренней логики развития науки и технологий, чиновники ограничены бюджетом, а инвесторы опасаются делать долгосрочные вложения в высокорисковые инновационные проекты. Вовлекаемое экспертное сообщество становится главным «двигателем» будущего – эксперты должны следить за мировыми трендами, быть включенными в коммуникацию по поводу будущего, писать множество статей и участвовать в различных семинарах и конференциях. К примеру, в рамках организованной правительством Великобритании программы «Форсайт 1» было проведено 600 (!) семинаров. Когда участвующие в форсайте эксперты встречаются, становится возможной выработка вероятных сценариев развития событий - появляются варианты решений конкретных участников, варианты последствий для остальных. Причем варианты могут быть самые разные – поскольку экспертная среда разнородна: одни могут не пойти на навязываемое решение, а другие не согласиться с предложенным вариантом.

 

Результаты форсайта всегда публичны, ими пользуется большое количество людей. Дорожные карты адаптируются и публикуются широкой общественности. Они выступают чем-то вроде «навигатора по будущему». Представьте себе, что вы попали на пересечение городских магистралей – большое количество народа едет из разных мест одновременно. Дорожная карта покажет вам возможные точки столкновения и варианты расхождения, основные места развилок.

 

Сложности проведения форсайта в России

 

Для России сегодня форсайт является скорее инновацией, чем практикой жизни. Проводятся первые исследования, начинают разрабатываться дорожные карты . Но их результаты пока не совсем соответствуют главной идее форсайта – формированию будущего.

 

В течение последних 2-х веков в общественных и научных институтах, в организации социальной жизни сформировалось и укрепилось определенное отношение к будущему, основывающееся на идеологии модерна. Оно состоит в том, что будущее может быть только одно и оно является прямым следствием прошлого. На этом предположении построен метод научного прогнозирования. Но технология форсайта – не прогнозирование и не планирование. Технология форсайта специально уходит от прогнозирования, поскольку прогнозирование безответственно – тот, кто составляет прогноз, не несет ответственности за то, что именно такое будущее случится, и не предпринимает специальных усилий по его свершению. Иногда в форсайте используют некоторые методы прогнозирования, но только как дополнительный инструментарий для решения главной задачи по формированию образа будущего. В России же сила прошлого предположения еще не преодолена – применение методов форсайта российскими учеными часто сводится к прогнозированию и исследовательской работе.

 

В нашей стране форсайт часто воспринимается как научное исследование и поручается научным институтам. Это порождает парадокс и позиционный конфликт: позиция аналитика и ученого запрещает быть участником событий – это скажется на беспристрастности, а метод форсайта этого требует. Ученые являются лишь одним из «стейкхолдеров» ситуации, но есть и остальные, не менее важные. Процесс по формированию будущего и работа по инициации сложной коммуникации требует проведения многочисленных семинаров, опросов, конференций с приглашением участников из различных сфер, а это пока зачастую остается за рамками исследования. Такую работу можно прочитать, сделать выводы, можно положить в архив и забыть: результат исследования не обязывает читателя к действию. Дорожные карты, напротив, являются своеобразной «картой военных действий»: позволяют участникам понимать и видеть, что могут делать другие участники и к каким последствиям это приведет. На их основе координируются усилия многих инновационных групп, предприниматели могут видеть, какие разработки на каком этапе перейдут в стадию коммерческого использования и так далее.

 

Серьезной помехой для форсайта в России также является отсутствие подходящей и многообразной экспертной среды: с домохозяйками, финансовыми аналитиками, учеными-разработчиками, футурологами и прочими. А поэтому у нас проведение форсайта обязательно должно сопровождаться созданием сложного, разнородного и квалифицированного экспертного сообщества, включенного в мировые тренды. Без такой среды коммуникации невозможно обсуждение многовариантного будущего, а, следовательно, реализация качественного форсайт-проекта.

 

Те, кто сталкивался с ним в реальности, понимают, насколько сильны препятствия стереотипов прошлого. Западные форсайтеры пишут, что одной из обязательных и наиболее трудных задач проекта является выход за рамки представлений о том, что будущее одно, а форсайт – это его прогноз или научное исследование. Многие привыкли к тому, что тема будущего – это вопрос фантастики и досужих домыслов.

 

На западе существует проект «Состояние будущего », в котором ежегодно оценивается степень готовности общества к будущему. Одними из основных показателей являются: количество проведенных форсайт-проектов, футурологических конференций и квалифицированных публикаций. В этом рейтинге Россия смотрится еще более бедно, чем по доходу на душу населения. Если вы зайдете практически в любой книжный магазин США или Европы, вы увидите специальные секции, отведенные под литературу о будущем . И ничего подобного у нас в стране. Как будто будущего нет. Натурально. Нигде.


 

Общественно-политический форсайт

 

Появившись около 30 лет назад, форсайт сейчас стал одним из основных инструментов инновационной экономики. Сначала его применяли для формирования образов будущего в сфере технологий, там он отработан особенно хорошо. Затем технология форсайта стала использоваться в бизнесе – дорожные карты и результаты форсайт-проектов стали основанием для разработки стратегий в бизнесе. При использовании форсайта для бизнес-компаний возник ряд проблем, разрешение которых впоследствии было заложено в технологию форсайта. Во-первых, объект, с которым начинают иметь дело разработчики, зачастую не определен и требует специальной проработки (например, такой объект как «экология» далеко не очевиден и объединяет в себя большое количество сфер). Во-вторых, участие в проекте, как правило, принимает большое количество разных позиций, экспертная среда оказывается очень разнородной (начиная от позиции инвестора, заканчивая вышеупомянутой домохозяйкой).

 

С 90-х годов прошлого века форсайт начал использоваться в общественно-политической сфере. Последние десять лет активно проводятся форсайт-проекты городов: Дублин, Барселона, Штутгарт; форсайт-проекты социального развития стран: Великобритания, Австрия, Финляндия, Франция, ЮАР. Дорожные карты формируются по темам: образование, качество жизни, культура и межнациональное общение, сотрудничество между поколениями.

 

Идея поддержания традиционного уклада социальной жизни уже в прошлом. Идея изменения социальной жизни в соответствии с интересами одного класса, как это было у нас – в прошлом. Форсайт становится инструментом для формирования социальной реальности. Страны, претендующие на лидерство в современном мире, уже не могут позволить себе жить так, как жилось раньше. Они начали работать на создание своего социального будущего и активно включают в этот процесс общество и соответствующим образом пытаются трансформировать устаревшие институты.

 

Форсайт в общественно-политической сфере радикально отличается от технологического. Когда мы ставим технологическую задачу, например, по снижению веса летательных аппаратов на 50%, мы понимаем, о чем мы говорим. В общественно-политической сфере такой определенности уже нет. Если мы хотим улучшить качество жизни населения, или увеличить уровень доверия в обществе – что мы действительно при этом имеем в виду? Оказывается, что это не очевидно. Обычный ход российских социологов – попытаться построить модель объекта и выбрать референтную группу, которая бы отвечала на вопросы о его состоянии.

 

Опыт форсайт-проектов западных стран показывает, что в первую очередь необходимо отказаться от того, что такие объекты, как например, качество жизни населения, уже есть. Необходимо отвечать на другие вопросы: чего же хотим мы (реальные участники проекта), чего мы хотим достигнуть в будущем, на что будем работать, к чему прилагать усилия. Это связано с тем, что такие понятия как качество жизни, уровень доверия, гражданское общество – являются социокультурными феноменами, они не существуют объективно, а формируются как эффект определенной социальной практики.

 

При проведении технологического форсайта разработка или продукт, то есть зона приложения усилий, чаще всего задается заказчиком. Здесь же он требует специальной проработки и организации сложной коммуникации. В общественно-политических форсайт-проектах этот этап выделяется в отдельный и называется выработкой «существенных условий» .

 

Следующим шагом прорисовывается экспертная среда и вырабатываются ответы на вопросы:

 

 Кто главные «стейкхолдеры»?

 

 Кого считать экспертом?

 

 Кого, на каком этапе и в каком качестве включать в проект?

 

 Кто составляет круг лиц, принимающих решения?

 

 Какие тенденции существуют и как оценить их влияние?

 

Все эти вопросы требуют выработки ответа. И только следующим этапом определяются методы, которые будут использоваться в проекте – определяется, какие прогнозы нужны и как к ним относиться, каким способом будет осуществлено исследование (метод Дельфи, экспертные панели или какой-то другой).

 

На западе за 30 лет работы в этом направлении сформирована обширная практика проведения форсайт-проектов, издано большое количество литературы, как правило, непереведенной на русский язык, но при желании, все это можно найти.

 

Методологические инновации форсайт-проекта «Детство»

 

Для России практика форсайта нова, а ее запуск осложняется целым рядом проблем (о них мы говорили в разделе «Сложности проведения форсайта в России»). Поэтому для форсайт-проекта «Детство» был специально разработан ряд методологических блоков, по которым была проведена работа. Эти блоки не содержатся в стандартных западных исследованиях, описывающих методы форсайта.

 

БЛОК 1. ПРОБЛЕМАТИЗАЦИЯ ПРЕДМЕТНЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ И ПОСТРОЕНИЕ ОБЪЕКТА ФОРСАЙТА. Детство как комплексный объект отсутствует: эксперты распределены по профессиональным сферам, в значительной степени ангажированы и не включены в коммуникацию по поводу детства. Они могут дать узкий ответ о детстве исходя из своей предметной области, но не могут ответить на вопрос, что такое детство в целом. Кроме того, тема «детство» оказывается закрытой рядом стереотипов и предположений, из-за чего обсуждение сводится к частным примерам. Поэтому оказалось необходимо проведение специально сконструированных проблемных и экспертных семинаров, которые не предусмотрены в стандартных технологиях форсайта. При организации этих семинаров проводилась специальная методологическая работа по комплексированию междисциплинарного и сложного объекта детства. Такой подход позволяет уйти от предметных, профессиональных и административных классификаций, которые закрывают важные компоненты объекта. Результаты работы см. в разделе «Ход реализации проекта».

 

БЛОК 2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ СИТУАЦИИ ПРОВЕДЕНИЯ ПРОЕКТА. Для проведения форсайт-проекта необходимо понимание общих рамок работы - понимание возможных перспектив и вариантов социально-экономического развития страны. Западные форсайтеры с такой проблемой не сталкиваются, поскольку там социально-экономические перспективы являются предметом широчайших дискуссий, вырабатываются усилиями многих крупнейших организаций (ООН, «Rand Corporation» и др.), которые формируют четкое и ясное видение перспектив. Для этого блока была сконструирована специальная методология работы, по которой был проведен ряд мероприятий с привлечением различных экспертов. Результаты работы описаны в Приложении 1.

 

БЛОК 3. ВЫРАБОТКА СУЩЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЙ. В проводящихся в России форсайт-исследованиях часто существенные условия называют «целями». Это не так. Целей у Заказчика форсайта может быть масса, вопрос состоит в превращении этих целей в качественные характеристики. Каким образом Россия к 2030-2040 году перейдет на путь инновационного развития, как достигать этого и оценивать шаги к достижению – вопросы, требующие специальной проработки. Результаты см. в разделе «Ход реализации проекта», пункт «существенные условия».

 

БЛОК 4. ОРГАНИЗАЦИЯ ЭКСПЕРТНОЙ КОММУНИКАЦИИ. Эксперты темы детства – представители самых разных областей, каждый из которых несет собственное содержание, решает собственные задачи и пользуется собственной терминологией. Для того чтобы эксперты могли разговаривать и понимать друг друга, чтобы их коммуникация строилась именно по поводу детства и по поводу будущего, была проведена специальная работа по организации экспертной коммуникации. О ходе реализации этапа и результатах подробнее см. раздел «Ход реализации проекта» пункт «Сканирование».

 

БЛОК 5. КРЕАТИВНЫЕ СЕМИНАРЫ ПО СЦЕНИРОВАНИЮ. Работа по формированию сценариев будущего требует особой техники и квалификации – техники социального воображения и способности к имитации. В рамках проекта организована серия мероприятий, на которых проводилась работа по формированию сценариев будущего.

 

Часть 3. Ход реализации форсайт-проекта «Детство»

 

Тема «детство» была заявлена Общественной Палатой Российской Федерации и фондом «Мое Поколение» и как тема, требующая формирования общественной позиции. Позиции, которая не ограничивается указанием на недостатки и проблемные зоны существующего уклада жизни, а формирует собственные ответы на вызовы времени и готова нести ответственность за полученный результат. Главной задачей проекта было выделение областей, общественные усилия в которых могут привести к переходу России на инновационные принципы развития, запуск дискуссий по данным областям и мобилизация усилий общества по их развитию и изменению.


 

Детство – отсутствующий объект

 

В российском обществе тема «детство» относится к категории тем, в которых объект не сформирован. Многочисленные интервью с экспертами, которые проводились во время проекта, свидетельствуют о том, что в большинстве случаев обсуждается не детство, а либо конкретные дети (свои дети, ученики, сироты и т.д.), либо те или иные технологии, которые к ним применяются (образовательные, медицинские и т.д.). С точки зрения обывателя – все понятно: мы все были детьми, у нас есть свои воспоминания относительно этого периода жизни, мы видим, как растут наши дети. Но этого недостаточно для проведения форсайта. В отсутствие объекта приходится обсуждать конкретные явления, которые происходят в границах знакомого и привычного нам типа детства – детские лагеря и совместный труд (поколение, выросшее в советское время) или детство, прошедшее в схеме семья-школа-двор (рожденные в 80-х и старше).

 

Обывательский подход к тематике детства несет за собой целый ряд представлений и стереотипов о детстве и об укладе общественной жизни. Так, например, наши опросы показали, что одним из распространенных стереотипов по отношению к детству является то, что «родители любят своих детей» и что «родительская любовь заложена природой на уровне инстинкта – это тайна природы, недоступная разуму». При этом опросы экспертов и статистика, проведенная рабочей группой Е.Б. Мизулиной показывает, что реальное положение дел состоит в том, что родители в большинстве своем равнодушны к своим детям и воспринимают воспитание своего ребенка скорее как обязанность . Любовь же проявляется в основном в критических или экстремальных ситуациях (болезнь, серьезные проблемы, поступление в ВУЗ и т.д.), не превращаясь в инструмент постоянного воспитания .

 

Однако, подобные вопросы, как например, о родительской любви, в обществе в значительной степени табуированы. Их нельзя обсуждать публично, не рискуя прослыть маргиналом или сумасшедшим. Такое положение дел, когда ряд вопросов табуируется, а другие бесконечно обсуждаются в одних и тех же терминах, и является одним из признаков отсутствия объекта.

 

Если бы тема не была настолько актуальной, можно было бы пойти по пути западных коллег: отложить проект до того времени, пока детство не начнет в обществе обсуждаться как особый социокультурный феномен, проявляющийся по-разному в разные исторические периоды. Но был выбран иной путь: одной из ключевых задач проекта стало формирование объекта и его включение в общественно-политический дискурс.

 

Детство как социокультурный феномен

 

Детство, в том виде, в котором оно знакомо нам, было не всегда. Работы француза Филиппа Арьеса и нашего соотечественника Даниила Эльконина показывают, что такой социокультурный феномен как детство возникает примерно в XV - XVI веках. Именно тогда детей стали массово помещать в учебные заведения, построенные по единым принципам - школы. В дальнейшем к ним добавились детские сады, училища, институты, через которые проходили все. Здесь надо оговориться, что, безусловно, дети были всегда, но не всегда общество специально ставило вопрос о том, как к детям относиться, что с ними делать и к чему готовить. В истории человечества всегда существовали (и сейчас существуют) цивилизации, в которых дети есть, а детство отсутствует: практически сразу после выхода из младенческого периода в таких цивилизациях у детей начинается взрослая жизнь. Их включают в работу, дают поручения, иногда только делая скидку на ограниченные физические возможности.

 

История возникновения детства интересна сама по себе, но более интересно то, что в разное время формировались разные, говоря современным языком, дискурсы детства. В так называемом «традиционалистском» дискурсе дети воспринимались как наследники и источник средств в старости: они должны были повторить жизнь своих родителей, унаследовать их имущество и содержать их, в тот период, когда они станут нетрудоспособны. В Советской России дети были «сменой», а потому обсуждался вопрос к чему их надо готовить. И длительное время ответ существовал, в виде идеи т.н. «ГТО»: надо было готовить к труду и обороне. В США в прошлом веке, благодаря работам Джона Дьюи, появилась идея о том, что ребенка надо готовить к самодеятельной жизни в демократическом обществе, что привело к изменению американской системы образования.

 

Западные дискурсы детства

 

Если мы теперь с этой точки зрения посмотрим, что сегодня происходит с дискурсом детства в развитых странах, то увидим, что он значительно изменился, и уже не является ни традиционалистским, ни социализационным. Наш анализ западной литературы и зарубежного опыта показывает, что в XX веке произошла радикальная смена отношения общества к детству. Для достижения конкурентоспособности страны в современном мире нужны уже не рабочие и солдаты, не источник доходов для престарелых родителей (с этим справляется пенсионная система), и даже не добропорядочные граждане. Современному развитому обществу необходим так называемый «креативный класс». На смену отношения к детям, как к тем, из кого «надо что-то определенное воспитать», разрабатываются и внедряются новые дискурсы:

 

«Компетентное детство»: дети должны как можно раньше становиться самостоятельными и компетентными в выборе и построении своей образовательной и жизненной траектории. С этим связан второй пункт предвыборной компании Б.Обамы: повсеместное внедрение в США системы «Раннего детского образования» (Early Childhood Education), а также активные дискуссии, программы и проекты образования в развитых странах.

 

«Прикольное детство»: детей иметь интересно, социально значимо и престижно. Для них разрабатываются новые товары, возникает индустрия развлечений для детей, детская мода и т.д. У этого дискурса появились даже свои иконы: Бред Питт и Анжелина Джоли со своими 6 детьми, заметки о которых постоянно присутствуют во всех таблоидах.

 

«Охранное детство»: для детей надо создавать безопасную и дружелюбную среду. Проявления этого дискурса можно увидеть в обсуждении вопросов экологии, правильной организации жилья, в товарах, которые изготавливаются: детские автомобильные кресла, накладки на острые углы мебели и т.д. В рамках этого дискурса появляются программы типа «Город, благоприятный для детей» .

 

Безусловно, предыдущие дискурсы традиционализма и социализации в той или иной мере тоже сохраняются. Вопрос состоит в том, какой дискурс (или дискурсы) становится ведущим, на основании которого формируется государственная политика, работает бизнес, разрабатываются принципы образования и т.д. Ведущий дискурс начинает задавать отношение к детству и детям, формировать способы обращения с этим феноменом.

 

Дискурс детства в России

 

В зависимости от того, какой дискурс существует и поддерживается в обществе, появляется тот или иной тип детства, а в перспективе тот или иной тип общества: через 20-30 лет, те, кому сейчас 10 лет станут определять политику и жизнь в стране. Что с этой точки зрения происходит у нас.

 

Исследования, проведенные в рамках форсайт-проекта «Детство 2030» (интервью с экспертами, экспертные панели, имитации) показали, что сегодня Россия находится в «зависшем» состоянии. С одной стороны дискурс, существовавший в СССР в значительной степени разрушен: дети больше практически не нужны государству, сеть детских воспитательных учреждений (пионерия, комсомол, кружки) практически исчезла. С другой стороны невозможно полное возвращение к «традиционалистскому» дискурсу: то есть тому, где дети должны воспроизводить своих родителей. Большинство современных родителей сами являются в той или иной степени продуктами советского воспитания (их воспитание в большей степени происходило не в семье, а в системе социальных институтов). Кроме того, большая часть нынешних родителей не имеют опыта семейного воспитания – их родители были заняты на работе, сами они воспитывались в лагерях, кружках и школах, сестер и братьев (если такие были) сами не нянчили. Латентное знание о том, как воспитывать детей, культивируемое в традиционных семьях, было утеряно. Родители не отвечают на вопрос о том, зачем им нужны дети. Распространенный стереотип, что «родители любят своих детей» закрывает возможность критического и конструктивного отношения, хотя абсолютно не соответствует действительности.

 

Во время исследований, опросов и экспертных интервью, был выделен ряд распространенных сегодня в России стереотипов относительно детей . Наличие данных стереотипов в общественном укладе жизни свидетельствуют о том, что в России в настоящее время одновременно ведущими являются два дискурса: остатки «традиционалистского» и «оградительный».

 

Остатки традиционализма. «Традиционалистский» дискурс предполагает, что дети должны повторить своих родителей. И что именно родители определяют, какими должны быть дети. Этот дискурс глубоко укоренен в общественном сознании. Один из экспертов, руководитель успешной частной школы рассказывал, что к нему иногда приходят родители и говорят, что их детей надо учить также, как учили их, а все «новомодные штучки» излишни. «Я занимался в детстве авиамоделизмом – вот пусть и он занимается». За этим стоит глубокая убежденность, что если родители выросли и стали успешными, то они и есть предел человеческого развития. При этом, как говорилось выше, сами родители являются продуктом другого, советского дискурса. Предположение, что система подготовки и воспитания, через которую прошли родители подходит для детей, живущих в другой стране (не СССР) и которым предстоит жить в другом мире – является достаточно спорным. Более того, у большинства родителей отсутствует практика и опыт воспитания детей в семьях. В итоге, образуется странная ситуация: государство заказ на детей не формирует (как это делалось в СССР), родители хотят, чтобы дети повторили их жизнь, но опыт воспитания детей и формирования ответа на вопрос о том, к чему их готовить, весьма скуден и не культивируется.


 

«Оградительное» детство. Эффекты оградительного детства заметны практически во всех сферах. Институт образования ограждает детей от взрослой жизни до 17 лет (а некоторых и до окончания института, то есть до 21 года). Одним из эффектов системы образования, который отмечали некоторые эксперты, является то, что сегодня образование не отвечает на вопрос о том, чем будут заниматься дети. Эксперты из системы среднего образования фиксировали, что для них сейчас более важным становится вопрос о том, как удержать детей, не позволять им разгуливать по улицам, работать раньше положенного времени и т.д. Правоохранительные органы следят за порядком и соблюдением дисциплины, пытаясь ужесточить меры по ограждению детей от взрослого мира – обсуждение введения комендантского часа напрямую свидетельствует об этом. Работа социальных служб и благотворительности также поддерживает оградительный дискурс – система поддержки маргинального слоя направлена на его поддержание и воспроизводство, а не на создание возможностей для неблагополучных детей и выделение одаренных и талантливых, которая позволила бы им вырваться из этого слоя. Главной идеей, присутствующей в системе образовательных и социальных институтов России, является идея ограждения детей от мира взрослых. В такой логике не важным становится, чем занимается ребенок, лишь бы он был в относительной безопасности (взрослые знали, где он и что с ним) и был как можно дольше избавлен от взрослого мира – не пробовал зарабатывать, не смотрел взрослые фильмы, не имел доступа к взрослым вещам и отношениям.


 

Структура существующего дискурса показывает, что единого понимания о том, зачем нужны дети и к чему их готовить, нет. Государству нужна армия, бизнесу – рабочая сила, производителям детских товаров – потребители. Родители вынуждены давать частные ответы или рожать просто по привычке: всем известно, что женщина, не родившая хотя бы одного ребенка – это не нормально.


 

Опираясь на эти два дискурса можно строить предположения, к появлению какого общества в будущем это приведет: будет воспроизведена та же система отношений в обществе, которая есть и сегодня со стремлением к авторитаризму (последствия «традиционалистского» дискурса) и патернализму (последствия «оградительного» дискурса). Тема детства как человеческого потенциала, как сферы вложения капитала, как зоны приложения усилий в существующем российском дискурсе оказывается закрыта.


 

Очевидно, что, если Россия стремится участвовать в инновационной экономике и вступать в конкурентную борьбу с развитыми странами, то подобное отношение к детству является преградой. Причем преградой, которую невозможно преодолеть усилиями одних государственных структур: спущенные сверху решения не изменят сознания родителей и учителей в средних школах, не вынудят бизнес включаться в создание инновационных детских товаров. Трансформация дискурса детства – общественная задача, задача включения в этот процесс всех заинтересованных сторон и объединения усилий.


 

Существенные условия для России

 

В настоящее время в мире вопрос о человеческом капитале обсуждается как одна из главных точек конкуренции. Тот, кто занимается развитием человеческого капитала, вкладывает в него средства и усилия, получает большие конкурентные преимущества как в ближайшем, так и в отдаленном будущем. Такая логика смещает взгляд с обсуждения конкретных детей на обсуждение действий, которые приводили бы к увеличению человеческого капитала, к развитию его качества.

 

Существующий в России дискурс детства пока не обсуждает этих вопросов. Его трансформация – одна из важнейших задач этого форсайт-проекта. Но для того, чтобы трансформация начала происходить, недостаточно просто сказать об этом. Необходимо выработать содержательный ответ о том, к каким качественным изменениям мы будем стремиться, в каких именно направлениях необходимо прилагать усилия.

 

Выработка существенных условий в рамках форсайт-проекта «Детство» проводилась на экспертных семинарах и специально организованных встречах. По итогам этой работы были выделены актуальные для России проблемные зоны, преодоление которых становится критически важным для трансформации отношения к детству и перехода России на инновационный путь развития.

 

1. Демография. В настоящее время демографы выделяют две тенденции, которые характерны только для российского общества: с одной стороны, сокращается средняя продолжительность жизни граждан, а с другой – увеличивается средний возраст населения. То есть люди живут меньше, но средний возраст населения все равно растет. Эксперты отмечают, что при сохранении этих тенденций, через 15-20 лет Россия может превратиться в «экономического карлика» – страну, не способную на равных конкурировать с крупнейшими экономиками мира, в силу отсутствия достаточного количества населения. Кроме того, экспертные исследования показывают, что «старение» населения приводит к консервации общества – общество становится неспособно воспринимать изменения и новации, реагировать на вызовы времени, оно становится статичным и закоснелым.

 

2. Распределение общественного богатства. До недавнего времени специалисты фиксировали, что в развитых странах (в основном в странах ЕС и США) за счет пенсионных систем общественное богатство смещено в пользу старости. Сегодня для развитых стран вопрос о том, куда должно оно должно быть смещено является одним из ключевых: старость становится все дороже. Приходится повышать налоги на работоспособное население, тем самым, сокращая их уровень доходов и возможностей. Для России вопрос о перераспределении общественного богатства является одним из важнейших – будет ли оно перераспределяться в пользу стариков, и тогда богатым можно стать только к старости, работая на это всю жизнь, будет ли оно концентрироваться в среднем поколении (30-50 лет), либо будет перераспределено в пользу детства.

 

3. Освоение передовых технологий. Одним из эффектов инновационной экономики является то, что на рынке все чаще появляются новые продукты и технологии. Квалифицированное использование их становится обязательным условием для каждого, кто стремиться жить в современном мире. Тот, кто не освоил компьютер и интернет, сегодня не может быть конкурентен и автоматически записывается в маргиналы и отстающие. Как сделать возможным включение общества в процесс освоения высокотехнологичного мира, где старые технологии все быстрее заменяются новыми – один из важнейших вопросов развития человеческого капитала.

 

Таким образом, для проекта были выбраны следующие существенные условия:

 

ОМОЛОЖЕНИЕ НАЦИИ. Демографическая ситуации России требует радикальных мер по сокращению среднего возраста населения. Это не означает, что надо сократить продолжительность жизни населения и убивать стариков (этот ход очень показательно продемонстрирован у Кристофера Бакли в его книге «День бумеранга»). Это означает, что необходима смена отношения к рождению детей в обществе. Дополнительным ресурсом для омоложения нации при правильном подходе могут быть и миграционные потоки.

 

ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО БОГАТСТВА В ПОЛЬЗУ ДЕТСТВА. Если мы хотим увеличить человеческий капитал и конкурентоспособность населения, то необходимо сместить общественное богатство в сторону детства. Максимальное вложение средств в создание современных, оснащенных в соответствии с передовыми технологиями воспитательных и образовательных сред, приведет к повышению уровня конкурентоспособности вырастающего поколения.

 

МАКСИМАЛЬНОЕ ОСНАЩЕНИЕ ДЕТСТВА. Стремление конкурировать на равных в инновационной экономике сегодня требует того, чтобы дети массово попадали в максимально современную технологически оснащенную среду (и это не только вопрос оснащения школ компьютерами и микроскопами), учились быстро осваивать самые передовые технологии. Конкурентные преимущества для детей должны быть сформированы с самого детства, догнать высокотехнологичный мир они уже не успеют. «Креативный класс» не вырастет среди игрушек прошлого столетия и 486 ПК.

 

«Сканирование» детства

 

Трансформация дискурса детства и достижение существенных условий становится возможным, в случае если проделана специальная работа по прорисовке сфер, которые имеют отношение к детству. Это не аналитический срез предметных областей, а восстановление всех контекстов, в окружении которых находится тема, формирование и прорисовка карты сфер, поиск и выделение стейкхолдеров и лиц, принимающих решения.

 

Такую работу в западных публикациях по форсайту называют «scanning» («сканирование»). Здесь применяются самые разнообразные методы – от анализа современных мировых тенденций и трендов до экспертного интервьюирования.

 

Проведенная в рамках этого этапа проекта показала, что детство в России появляется на пересечении разных сфер, каждая из которых самостоятельна и несет собственное содержание.

 

Для проекта в качестве ключевых по результатам проведения глубинных интервью с экспертами были выделены следующие сферы:

 

РОДИТЕЛЬСТВО . От желания родителей заводить или не заводить ребенка, от их подготовленности к факту родительства, от их готовности участвовать в жизни ребенка (в том числе от желания или нежелания отдавать воспитание своего ребенка на откуп учителям и директорам школ) зависит будущее детей.

 

ОБРАЗОВАНИЕ. Образовательные институты сейчас в России во многом формируют и задают среду становления ребенка. Большую часть времени дети проводят именно в них – школа становится главным местом времяпровождения ребенка. Причем главным стейкхолдером в образовании выступают преподаватели – именно на них держится весь учебный и воспитательный процесс, они являются его носителями и воспроизводят главную идею образования – идею передачи знаний и необходимости удержания ребенка от взрослой жизни.

 

БИЗНЕС ДЕТСКИХ ТОВАРОВ. Бизнес формирует как вещественную (мебель, игрушки, еда), так и средствиальную (компьютерные игры, обучающие программы, книги, мультики) среду, в которой вырастает ребенок. Анализ российского бизнеса детских товаров показал, что стейкхолдеров этой сферы в России очень мало – есть всего несколько крупных проектов в сфере бизнеса детских товаров (такие как «Смешарики» и «Мир Детства»), бизнес детских товаров России не превращен в индустрию, как в развитых странах.

 

СЕМЬЯ И СЕМЕЙНОЕ ПРАВО. От того, в каком типе совместной жизни вырастает и воспитывается ребенок (один родитель, оба, несколько разных родителей, родители нескольких поколений и т.д.) зависят его первоначальные возможности – как материальные, так и возможности строить свою дальнейшую жизненную траекторию. Семейное право, как регулятор совместной жизни людей, может как способствовать, так и ограничивать детей в их возможностях.

 

ДЕМОГРАФИЯ И МИГРАЦИЯ. Состояние общества и происходящие в нем процессы, социальная карта населения и качественные характеристики общественных явлений – оказывается важной составляющей темы «детство». Демографическая политика оказывает значительное влияние на состояние общества (можно оценить разницу между обществом, где государство платит людям за рождение детей и обществом, где люди, перед тем как завести ребенка, вынуждены обучиться и получить сертификат родителя).

 

СОЦИАЛЬНЫЕ СЛУЖБЫ. Схема работы социальных служб оказывает значительное влияние на общественный уклад. Если мы имеем дело с собесом – то это общество, в котором легализованы иждивенцы. Если мы имеем дело со сложной системой социальных лифтов – общество способных и талантливых.

 

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ. Благотворительность – очень важный указатель на направление общественных усилий. Что общество считает важным, что поддерживает и на что оно готово выделять свои материальные блага.

 

МЕДИЦИНА. Технологический уровень медицины, качество предоставляемых услуг и ориентация на то или иное состояние (здоровье или болезнь) не может быть проигнорировано. Ориентация на болезнь и больных приводит к росту числа больных и больниц, ориентация на здоровье приводит к культивации здорового образа жизни и разнообразию профилактических мер.

 

ЖИЛЬЕ. От того, как организовано детское пространство, есть ли специальные места для детей, зависит многое – от организации детского времяпрепровождения до развития у детей разнообразных способностей (воображение, вкус, развитие тела).

 

Анализ и выделение экспертов по каждой из сфер показало:

 

1. По ряду сфер лица, принимающие решения отсутствуют. К примеру, в сфере родительства или социальных служб таковых нет.

 

2. Есть ряд сфер, в которых эксперты ангажированы, то есть придерживаются одного взгляда и не выходят к обсуждению возможных альтернатив. Так, например, один из основных стейкхолдеров сферы жилья – архитектор или проектировщик (имеется в виду позиция архитектора, а не конкретные люди), не обсуждает альтернативных существующим прототипам и образцам вариантов проектирования жилья.

 

3. Существующие стейкхолдеры и лица, принимающие решения в значительной степени распределены по профессиональным областям. Их действия чаще всего не выходят за рамки профессиональной области и зачастую противоречат друг другу, пространства, где они могли бы вступать в коммуникацию по поводу детства и его развития, не сформировано. Так, педагоги не разговаривают с медиками о том, возможно ли культивировать практику здорового образа жизни и как это сделать. Родители не вступают в коммуникацию с государством по поводу того, какие формы совместной жизни актуальны и приемлемы для общества. Архитекторам оказывается неинтересны образы жизни людей, - где дети, кстати, занимают немалое место, - они проектируют городское пространство и жилье по известным образцам. Демографов и социологов, кричащих о демографическом кризисе и грядущем кризисе миграции, не слушает государство. И так далее.

 

В связи с перечисленными проблемами, потребовалось проведение специальной работы по организации коммуникации между экспертами. В рамках форсайт-проекта «Детство 2030» такая работа была проделана путем организации серии специально сконструированных экспертных семинаров по выделенным темам. На семинары приглашались эксперты, представители разных областей и сфер, являющиеся стейкхолдерами своей сферы, а также лица, принимающие решения в той или иной области. Специфика организации работы состояла в том, что было специально сформировано пространство коммуникации, в котором эксперты - представители разных профессий, пользующиеся разной терминологией и отстаивающие разные точки зрения – могли бы разговаривать и понимать друг друга.

 

По результатам работы по ряду сфер удалось сформировать экспертную среду, в которой возможно обсуждение современных тенденций и трендов в сфере детства, возможных сценариев будущего развития этой темы, выделение зон, которые требуют мобилизации усилий.

 

Итогом годовой работы стала дорожная карта, разработанная совместно с экспертами, отражающая актуальные зоны, в которых необходимо принимать решения и которые могут вывести на достижение существенных условий и трансформацию дискурса детства в России.




 

Дорожная карта «Детство 2030»

 

При построении дорожной карты были разделены явления, которые имеют собственную логику развития и не зависят от прилагаемых усилий, и зоны, по отношению к которым решения еще возможны и находятся в поле общественной компетенции.

 

Учитывались:

 

1. Технологические инновации будущего, уже сегодня заложенные в программы различных организаций.

 

2. Зоны возможных социальных трансформаций России, предпосылки которых эксперты уже сегодня обнаруживают в структуре общества.

 

3. Возможные точки изменения дискурса – какие понятия, организующие жизнь людей, будут изменяться и каким образом.


 

На экспертных семинарах был введен специальный режим имитации того, что будет происходить при тех или иных изменениях – введения инноваций, социальных трансформациях и изменениях дискурса – и были выделены зоны, в которых действия актуальны и могут привести к достижению существенных условий, были определены временные горизонты, в которых это еще возможно.


 

Карта технологических инноваций будущего

 

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ИННОВАЦИИ, ОЖИДАЕМЫЕ В БУДУЩЕМ - те инновации, которые уже сегодня заложены в программы развития разных компаний и организаций, и можно посчитать, когда и с какой вероятностью они будут введены. При составлении дорожной карты использовались технологическими картами, которые есть в широком доступе. Все карты – западные. На настоящий момент в России не опубликовано ни одной технологической дорожной карты . Это представляет серьезную проблему и с точки зрения темы форсайта: это свидетельство того, что именно западные компании будут выступать основными агентами развития в сфере технологий и новых продуктов. Исследования показали, что на настоящий момент в России нет своих стейкхолдеров в технологической сфере, сфере инновационных продуктов, и в сфере детских товаров для детей. Да, безусловно, есть успешные компании и разработчики, но не они формируют тенденции и определяют развитие в области технологий, в большинстве случаев они либо используют существующие технологии, либо подключаются как специалисты к ведущимся разработкам. Либо в ближайшее время такие стейкхолдеры появятся, либо мы и дальше будем потреблять продукты западных рынков.

 

Из всего широкого перечня объявленных технологических инноваций совместно с экспертами были выделены те, которые в наибольшей степени окажут влияние на состояние детства в России.

 

На карте можно увидеть эти технологические инновации и планируемое время их введения в массовое потребление. Здесь мы не будем подробно останавливаться на каждой из них – для желающих детально ознакомиться, их описание есть на сайте www.moe-pokolenie.ru.


 

Продемонстрируем пару примеров из карты.

 

2014 год. Voice-translator – портативное устройство, которое позволяет за счет синхронного голосового перевода непосредственно общаться людям, говорящими на разных языках. Первые разработки такого типа появились еще в начале 2000-х годов. Корпорация NEC уже разработала удачный вариант такого переводчика с английского языка на японский и обратно. Пока главной проблемой продажи является цена устройства – себестоимость оказывается слишком высока. Но японцы обещают, что к 2014 году они максимально снизят его себестоимость и сделают доступным каждому. Введение такого устройства в массовую продажу может привести к колоссальным последствиям: языковые барьеры стираются, население Земли становится еще более мобильным и миграционные потоки увеличиваются по всему миру. Дети живут в многонациональном обществе, где языковые границы – это больше не проблема. Другие культуры осваиваются ими в реальном режиме – при коммуникации с разными людьми. Для этого поколения культура и нация уже не будет предельной рамкой.

 

2023 год. Робот-ребенок – робот, который способен имитировать поведение настоящего ребенка. Подобные разработки ведутся с 90-х годов прошлого века. В 2007 году университете города Осака (Osaka University) японские разработчики представили опытный экземпляр андроида, который способен имитировать поведение 5-летнего ребенка. Японские исследователи обещают, что через 15-16 лет данные разработки будут массово интегрированы в общество - в программы по подготовке родителей, для продажи тем, кто не хочет или не может иметь настоящих детей и т.д. Внедрение роботов-детей в общество (когда есть возможность заказать и купить себе робота-ребенка) с одной стороны, может привести к развитию систем компетентного родительства – на роботе удобно тренироваться быть мамой и папой, с другой стороны – может привести к сокращению числа желающих рожать настоящих детей.

 

Введение новых технологий в массовый обиход создает новые возможности для общества. Так, благодаря появлению мобильных телефонов стало возможным разговаривать из любой точки мира, связывать друг с другом вне зависимости от места нахождения собеседника и т.д.

 

Вот варианты возможностей, которые откроют новые технологии миру – те, о которых можно говорить уже сегодня.

 

2015 год.

 

• более половины населения Земли в интернете;

 

• для большей части населения стерты языковые границы;

 

• образование можно получить через интернет в любой точке.


 

2020 год.

 

• любую профессию можно освоить в виртуальной реальности;

 

• дети могут работать и получать доход в интернете.


 

2025 год.

 

• дети могут участвовать в создании предметов;

 

• можно запрограммировать способности и характеристики детей;

 

• вместо детей можно заводить роботов или виртуального ребенка;

 

• воспитанием и уходом за детьми могут заниматься роботы;

 

• способности ребенка можно увеличивать за счет генной модификации и чипизации.





 

 

 

© Copyright: Игорь Коркин, 2012

Регистрационный номер №0053510

от 5 июня 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0053510 выдан для произведения:
Заказчик: Благотворительный фонд «Мое Поколение»

 

Исполнитель: Международная Методологическая Ассоциация

 

при поддержке Общественной Палаты Российской Федерации


 

Руководитель проекта: Радченко Алина Федоровна

 

Методологическое руководство: Попов Сергей Валентинович




 

«”Детство 2030” – опыт проведения форсайт-проекта в России»


 

Часть 1. Ситуация проведения проекта

 

Переход к инновационной экономике

 

В настоящее время Россия вступает на путь инновационного развития. Участие в инновационных процессах и запуск «новой» экономики – обязательные условия конкурентоспособности страны на мировом поле. Сейчас инновационными лидерами считаются США и Япония, их интенсивно догоняют страны Западной Европы, Израиль. Индия и Китай, ведущие индустриальные державы, переходят на экономику «двух рельсов» - параллельно индустриальной схеме запускают инновационную. Вопрос будущей конкурентоспособности России - вопрос ее участия в этой гонке.

 

Смещение горизонтов стратегирования

 

Инновационная экономика позволяет постоянно задавать следующую планку в создании новых возможностей (технологических, социальных, научных), задавать все новые горизонты будущего развития и будущей конкуренции. Технология форсайта позволяет формировать стратегии развития на несколько десятилетий вперед, втягивать в процесс актуализации будущего большое количество участников. Будущее перестало быть предметом неопределенности, домыслов и страхов, оно стало предметом приложения усилий по его формированию. Временная рамка большинства форсайт-проектов колеблется от 15 до 100 лет. Горизонт стратегирования смещается все дальше в будущее, а зоны принятия решений все сильнее концентрируются в настоящем. Вопрос технологического прорыва в нано и биотехнологиях - это уже вопрос ближайших 5-10 лет, хотя еще совсем недавно технологи говорили о том, что горизонт прорыва находится на вековой периферии.

 

Для России будущее - проблема

 

В России горизонт будущих 30-50 лет – горизонт, в котором степень неопределенности очень высока. В каком будущем окажется страна через полвека, какое место она будет занимать в мировом пространстве, в какой стране будет жить следующее поколение – вопросы, на которые развитые страны за счет форсайта отвечают технологически – в России почти не обсуждаются. Отсутствуют качественные прогнозы на долгосрочный период, отсутствует среда, в которой происходила бы коммуникация и обсуждение возможных сценариев будущего. Главной сферой внимания и приложения усилий власти, бизнеса и общества остается актуальная действительность - разрешение текущих вопросов. Но действия, направленные на разрешение текущих проблем не содержат ответа о том, какие возможности они дадут в будущем. Мы оказываемся в ситуации, когда вынуждены реагировать, а не опережать.

 

В рамках форсайт-проекта была проведена специальная предварительная работа, был проведен анализ существующих стратегий развития России и выделена область, в которой за счет мобилизации общественных усилий становится возможным формирование конкурентных преимуществ в долгосрочной перспективе .

 

Мировой кризис и кризисы России

 

Развитие мирового кризиса, изменение мирового порядка – также было предметом дополнительного анализа, проведенного в рамках проекта. В ходе серии специально организованных мероприятий с привлечением разного рода экспертов были проанализированы социально-экономические варианты развития страны. Анализ и экспертные оценки показывают, что Россию ждет череда собственных кризисов . Главным вопросом становится готовность российского общества ответить на вызовы будущего, выделить зоны, в которых лежат будущие возможности и мобилизовать общественные усилия на их реализацию.

 

Тема «детство» – попытка ответа на вызовы будущего

 

Переход России на инновационный путь развития и ее включение в мировую конкуренцию за будущее с необходимостью ставит нас в ситуацию определения темы, развитие которой позволит России выйти к достойному будущему. Благотворительный фонд «Мое поколение» при поддержке Общественной Палаты Российской Федерации выступил с инициативой запуска проекта по теме «Детство» как проекта, выводящего на перечень вопросов и проблем, которые требуют выработки решений в ближайшее время для создания возможностей будущего развития страны. Тех проблем, которые не разрешаются отдельными усилиями власти или бизнеса, а требуют участия широких слоев общественности и усилий со стороны большого количества игроков.

 

Тема «Детство», безусловно, не единственная, которая требует общественного участия. Но, если проводить форсайт-проект, то именно эта тема может стать первой. Ведь вопрос о детстве – это и есть вопрос о будущем. Те, кому сегодня 10 – 15 лет к 2030-2040 году будут составлять костяк российского общества. Станет ли подрастающее поколение жить в стране с инновационной экономикой или будет населением «мировой помойки» - вопрос наших усилий и действий сегодня.

 

Часть 2. Технология формирования будущего.

 

Инновационная экономика и создание будущего

 

Тезис о том, что будущего нет, будущее создается и создается прямо сейчас – не просто один из броских манифестов интеллектуалов-авангардистов. Современный мир довел его до практики жизни, подкрепив его серией соответствующих институциональных инноваций. Переход развитых стран на принципиально новую схему экономики – инновационную – фиксирует эту ситуацию.

 

В инновационной экономике сверхприбыли создаются не за счет материального производства, не за счет продажи природных ресурсов и не за счет концентрации капитала. Новая экономика строится на генерировании избыточного потока инноваций и постоянном создании следующего уровня возможностей (технологических, социальных, интеллектуальных), задании новых горизонтов будущего развития и будущей конкуренции. За счет специальных технологий создания образов будущего, в которые начинают втягиваться массы людей, начиная от рядовых потребителей и частных предпринимателей и заканчивая СЕО крупных корпораций, глав исследовательских центров, государственных и политических деятелей, оно все больше перетягивается в зону принятия решений настоящего. Тем самым, со страниц футурологических отчетов и сценариев, будущее постепенно переходит в реальность жизни и начинает осуществляться.

 

Одной из первых стран это начали делать США, а сейчас обороты мирового инновационного сектора насчитывают десятки триллионов долларов. Некоторые аналитики даже считают по значимости в современном мире инновационную экономику более серьезным изобретением американцев, чем атомная бомба или Бреттон-Вудская система.

 

Схема действительно поражает своей простотой и нетривиальностью. Например, компания Intel объявляет, что к 2015 году будет изобретен новый продукт – компьютер на основе нанотехнологий. Компания формирует заказы на разработку технологической базы для нового продукта. Научные коллективы и исследовательские центры вынуждены бороться за получение финансирования на разработку. Наука процветает, рынок получает избыток инновационных идей. Акции Intel растут в цене, компания может продолжать финансирование работ. Параллельно формируется будущий потребительский рынок. Хотя самого продукта еще нет, а пользователи уже обсуждают, какого цвета будет их «нано-компьютер». Прилагается много усилий, но важно, что задействованы все игроки – от самой компании до конечного потребителя. А вместе они работают на формирование будущего, в котором появится «нано-компьютер». Вероятность такого будущего резко возрастает: на него работают сотни тысяч людей.

 

Одной из ключевых компонент инновационной экономики является технология форсайта. Она появилась как одна из первых рабочих технологий по мобилизации усилий множества людей на создание будущего.

 

Форсайт

 

Главная инновационная сила форсайта состоит в том, что это действие по созданию будущего. В форсайте важен не столько результат, сколько процесс вовлечения максимального числа заинтересованных лиц в формирование будущего. В западных странах число вовлеченных в форсайт-проекты экспертов исчисляется десятками и сотнями тысяч. Авторитетные специалисты по форсайт-исследованиям называют такую среду экспертной, помимо ученых, аналитиков и технологов в нее включают стейкхолдеров, то есть тех, от чьих действий зависит развитие ситуации, и «лиц, принимающих решения». Стейкхолдеры и лица, принимающие решения - это разные позиции: стейкхолдером зачастую может оказаться простая домохозяйка, не способная освоить новую модель высокотехнологичного пылесоса. Хотя не она принимает решение о его серийном выпуске, но именно ее мнение как потребителя может оказаться решающим для создания спроса.

 

Такой подход позволяет избежать профессиональной узости. Ученые склонны прогнозировать, исходя из внутренней логики развития науки и технологий, чиновники ограничены бюджетом, а инвесторы опасаются делать долгосрочные вложения в высокорисковые инновационные проекты. Вовлекаемое экспертное сообщество становится главным «двигателем» будущего – эксперты должны следить за мировыми трендами, быть включенными в коммуникацию по поводу будущего, писать множество статей и участвовать в различных семинарах и конференциях. К примеру, в рамках организованной правительством Великобритании программы «Форсайт 1» было проведено 600 (!) семинаров. Когда участвующие в форсайте эксперты встречаются, становится возможной выработка вероятных сценариев развития событий - появляются варианты решений конкретных участников, варианты последствий для остальных. Причем варианты могут быть самые разные – поскольку экспертная среда разнородна: одни могут не пойти на навязываемое решение, а другие не согласиться с предложенным вариантом.

 

Результаты форсайта всегда публичны, ими пользуется большое количество людей. Дорожные карты адаптируются и публикуются широкой общественности. Они выступают чем-то вроде «навигатора по будущему». Представьте себе, что вы попали на пересечение городских магистралей – большое количество народа едет из разных мест одновременно. Дорожная карта покажет вам возможные точки столкновения и варианты расхождения, основные места развилок.

 

Сложности проведения форсайта в России

 

Для России сегодня форсайт является скорее инновацией, чем практикой жизни. Проводятся первые исследования, начинают разрабатываться дорожные карты . Но их результаты пока не совсем соответствуют главной идее форсайта – формированию будущего.

 

В течение последних 2-х веков в общественных и научных институтах, в организации социальной жизни сформировалось и укрепилось определенное отношение к будущему, основывающееся на идеологии модерна. Оно состоит в том, что будущее может быть только одно и оно является прямым следствием прошлого. На этом предположении построен метод научного прогнозирования. Но технология форсайта – не прогнозирование и не планирование. Технология форсайта специально уходит от прогнозирования, поскольку прогнозирование безответственно – тот, кто составляет прогноз, не несет ответственности за то, что именно такое будущее случится, и не предпринимает специальных усилий по его свершению. Иногда в форсайте используют некоторые методы прогнозирования, но только как дополнительный инструментарий для решения главной задачи по формированию образа будущего. В России же сила прошлого предположения еще не преодолена – применение методов форсайта российскими учеными часто сводится к прогнозированию и исследовательской работе.

 

В нашей стране форсайт часто воспринимается как научное исследование и поручается научным институтам. Это порождает парадокс и позиционный конфликт: позиция аналитика и ученого запрещает быть участником событий – это скажется на беспристрастности, а метод форсайта этого требует. Ученые являются лишь одним из «стейкхолдеров» ситуации, но есть и остальные, не менее важные. Процесс по формированию будущего и работа по инициации сложной коммуникации требует проведения многочисленных семинаров, опросов, конференций с приглашением участников из различных сфер, а это пока зачастую остается за рамками исследования. Такую работу можно прочитать, сделать выводы, можно положить в архив и забыть: результат исследования не обязывает читателя к действию. Дорожные карты, напротив, являются своеобразной «картой военных действий»: позволяют участникам понимать и видеть, что могут делать другие участники и к каким последствиям это приведет. На их основе координируются усилия многих инновационных групп, предприниматели могут видеть, какие разработки на каком этапе перейдут в стадию коммерческого использования и так далее.

 

Серьезной помехой для форсайта в России также является отсутствие подходящей и многообразной экспертной среды: с домохозяйками, финансовыми аналитиками, учеными-разработчиками, футурологами и прочими. А поэтому у нас проведение форсайта обязательно должно сопровождаться созданием сложного, разнородного и квалифицированного экспертного сообщества, включенного в мировые тренды. Без такой среды коммуникации невозможно обсуждение многовариантного будущего, а, следовательно, реализация качественного форсайт-проекта.

 

Те, кто сталкивался с ним в реальности, понимают, насколько сильны препятствия стереотипов прошлого. Западные форсайтеры пишут, что одной из обязательных и наиболее трудных задач проекта является выход за рамки представлений о том, что будущее одно, а форсайт – это его прогноз или научное исследование. Многие привыкли к тому, что тема будущего – это вопрос фантастики и досужих домыслов.

 

На западе существует проект «Состояние будущего », в котором ежегодно оценивается степень готовности общества к будущему. Одними из основных показателей являются: количество проведенных форсайт-проектов, футурологических конференций и квалифицированных публикаций. В этом рейтинге Россия смотрится еще более бедно, чем по доходу на душу населения. Если вы зайдете практически в любой книжный магазин США или Европы, вы увидите специальные секции, отведенные под литературу о будущем . И ничего подобного у нас в стране. Как будто будущего нет. Натурально. Нигде.


 

Общественно-политический форсайт

 

Появившись около 30 лет назад, форсайт сейчас стал одним из основных инструментов инновационной экономики. Сначала его применяли для формирования образов будущего в сфере технологий, там он отработан особенно хорошо. Затем технология форсайта стала использоваться в бизнесе – дорожные карты и результаты форсайт-проектов стали основанием для разработки стратегий в бизнесе. При использовании форсайта для бизнес-компаний возник ряд проблем, разрешение которых впоследствии было заложено в технологию форсайта. Во-первых, объект, с которым начинают иметь дело разработчики, зачастую не определен и требует специальной проработки (например, такой объект как «экология» далеко не очевиден и объединяет в себя большое количество сфер). Во-вторых, участие в проекте, как правило, принимает большое количество разных позиций, экспертная среда оказывается очень разнородной (начиная от позиции инвестора, заканчивая вышеупомянутой домохозяйкой).

 

С 90-х годов прошлого века форсайт начал использоваться в общественно-политической сфере. Последние десять лет активно проводятся форсайт-проекты городов: Дублин, Барселона, Штутгарт; форсайт-проекты социального развития стран: Великобритания, Австрия, Финляндия, Франция, ЮАР. Дорожные карты формируются по темам: образование, качество жизни, культура и межнациональное общение, сотрудничество между поколениями.

 

Идея поддержания традиционного уклада социальной жизни уже в прошлом. Идея изменения социальной жизни в соответствии с интересами одного класса, как это было у нас – в прошлом. Форсайт становится инструментом для формирования социальной реальности. Страны, претендующие на лидерство в современном мире, уже не могут позволить себе жить так, как жилось раньше. Они начали работать на создание своего социального будущего и активно включают в этот процесс общество и соответствующим образом пытаются трансформировать устаревшие институты.

 

Форсайт в общественно-политической сфере радикально отличается от технологического. Когда мы ставим технологическую задачу, например, по снижению веса летательных аппаратов на 50%, мы понимаем, о чем мы говорим. В общественно-политической сфере такой определенности уже нет. Если мы хотим улучшить качество жизни населения, или увеличить уровень доверия в обществе – что мы действительно при этом имеем в виду? Оказывается, что это не очевидно. Обычный ход российских социологов – попытаться построить модель объекта и выбрать референтную группу, которая бы отвечала на вопросы о его состоянии.

 

Опыт форсайт-проектов западных стран показывает, что в первую очередь необходимо отказаться от того, что такие объекты, как например, качество жизни населения, уже есть. Необходимо отвечать на другие вопросы: чего же хотим мы (реальные участники проекта), чего мы хотим достигнуть в будущем, на что будем работать, к чему прилагать усилия. Это связано с тем, что такие понятия как качество жизни, уровень доверия, гражданское общество – являются социокультурными феноменами, они не существуют объективно, а формируются как эффект определенной социальной практики.

 

При проведении технологического форсайта разработка или продукт, то есть зона приложения усилий, чаще всего задается заказчиком. Здесь же он требует специальной проработки и организации сложной коммуникации. В общественно-политических форсайт-проектах этот этап выделяется в отдельный и называется выработкой «существенных условий» .

 

Следующим шагом прорисовывается экспертная среда и вырабатываются ответы на вопросы:

 

 Кто главные «стейкхолдеры»?

 

 Кого считать экспертом?

 

 Кого, на каком этапе и в каком качестве включать в проект?

 

 Кто составляет круг лиц, принимающих решения?

 

 Какие тенденции существуют и как оценить их влияние?

 

Все эти вопросы требуют выработки ответа. И только следующим этапом определяются методы, которые будут использоваться в проекте – определяется, какие прогнозы нужны и как к ним относиться, каким способом будет осуществлено исследование (метод Дельфи, экспертные панели или какой-то другой).

 

На западе за 30 лет работы в этом направлении сформирована обширная практика проведения форсайт-проектов, издано большое количество литературы, как правило, непереведенной на русский язык, но при желании, все это можно найти.

 

Методологические инновации форсайт-проекта «Детство»

 

Для России практика форсайта нова, а ее запуск осложняется целым рядом проблем (о них мы говорили в разделе «Сложности проведения форсайта в России»). Поэтому для форсайт-проекта «Детство» был специально разработан ряд методологических блоков, по которым была проведена работа. Эти блоки не содержатся в стандартных западных исследованиях, описывающих методы форсайта.

 

БЛОК 1. ПРОБЛЕМАТИЗАЦИЯ ПРЕДМЕТНЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ И ПОСТРОЕНИЕ ОБЪЕКТА ФОРСАЙТА. Детство как комплексный объект отсутствует: эксперты распределены по профессиональным сферам, в значительной степени ангажированы и не включены в коммуникацию по поводу детства. Они могут дать узкий ответ о детстве исходя из своей предметной области, но не могут ответить на вопрос, что такое детство в целом. Кроме того, тема «детство» оказывается закрытой рядом стереотипов и предположений, из-за чего обсуждение сводится к частным примерам. Поэтому оказалось необходимо проведение специально сконструированных проблемных и экспертных семинаров, которые не предусмотрены в стандартных технологиях форсайта. При организации этих семинаров проводилась специальная методологическая работа по комплексированию междисциплинарного и сложного объекта детства. Такой подход позволяет уйти от предметных, профессиональных и административных классификаций, которые закрывают важные компоненты объекта. Результаты работы см. в разделе «Ход реализации проекта».

 

БЛОК 2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ СИТУАЦИИ ПРОВЕДЕНИЯ ПРОЕКТА. Для проведения форсайт-проекта необходимо понимание общих рамок работы - понимание возможных перспектив и вариантов социально-экономического развития страны. Западные форсайтеры с такой проблемой не сталкиваются, поскольку там социально-экономические перспективы являются предметом широчайших дискуссий, вырабатываются усилиями многих крупнейших организаций (ООН, «Rand Corporation» и др.), которые формируют четкое и ясное видение перспектив. Для этого блока была сконструирована специальная методология работы, по которой был проведен ряд мероприятий с привлечением различных экспертов. Результаты работы описаны в Приложении 1.

 

БЛОК 3. ВЫРАБОТКА СУЩЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЙ. В проводящихся в России форсайт-исследованиях часто существенные условия называют «целями». Это не так. Целей у Заказчика форсайта может быть масса, вопрос состоит в превращении этих целей в качественные характеристики. Каким образом Россия к 2030-2040 году перейдет на путь инновационного развития, как достигать этого и оценивать шаги к достижению – вопросы, требующие специальной проработки. Результаты см. в разделе «Ход реализации проекта», пункт «существенные условия».

 

БЛОК 4. ОРГАНИЗАЦИЯ ЭКСПЕРТНОЙ КОММУНИКАЦИИ. Эксперты темы детства – представители самых разных областей, каждый из которых несет собственное содержание, решает собственные задачи и пользуется собственной терминологией. Для того чтобы эксперты могли разговаривать и понимать друг друга, чтобы их коммуникация строилась именно по поводу детства и по поводу будущего, была проведена специальная работа по организации экспертной коммуникации. О ходе реализации этапа и результатах подробнее см. раздел «Ход реализации проекта» пункт «Сканирование».

 

БЛОК 5. КРЕАТИВНЫЕ СЕМИНАРЫ ПО СЦЕНИРОВАНИЮ. Работа по формированию сценариев будущего требует особой техники и квалификации – техники социального воображения и способности к имитации. В рамках проекта организована серия мероприятий, на которых проводилась работа по формированию сценариев будущего.

 

Часть 3. Ход реализации форсайт-проекта «Детство»

 

Тема «детство» была заявлена Общественной Палатой Российской Федерации и фондом «Мое Поколение» и как тема, требующая формирования общественной позиции. Позиции, которая не ограничивается указанием на недостатки и проблемные зоны существующего уклада жизни, а формирует собственные ответы на вызовы времени и готова нести ответственность за полученный результат. Главной задачей проекта было выделение областей, общественные усилия в которых могут привести к переходу России на инновационные принципы развития, запуск дискуссий по данным областям и мобилизация усилий общества по их развитию и изменению.


 

Детство – отсутствующий объект

 

В российском обществе тема «детство» относится к категории тем, в которых объект не сформирован. Многочисленные интервью с экспертами, которые проводились во время проекта, свидетельствуют о том, что в большинстве случаев обсуждается не детство, а либо конкретные дети (свои дети, ученики, сироты и т.д.), либо те или иные технологии, которые к ним применяются (образовательные, медицинские и т.д.). С точки зрения обывателя – все понятно: мы все были детьми, у нас есть свои воспоминания относительно этого периода жизни, мы видим, как растут наши дети. Но этого недостаточно для проведения форсайта. В отсутствие объекта приходится обсуждать конкретные явления, которые происходят в границах знакомого и привычного нам типа детства – детские лагеря и совместный труд (поколение, выросшее в советское время) или детство, прошедшее в схеме семья-школа-двор (рожденные в 80-х и старше).

 

Обывательский подход к тематике детства несет за собой целый ряд представлений и стереотипов о детстве и об укладе общественной жизни. Так, например, наши опросы показали, что одним из распространенных стереотипов по отношению к детству является то, что «родители любят своих детей» и что «родительская любовь заложена природой на уровне инстинкта – это тайна природы, недоступная разуму». При этом опросы экспертов и статистика, проведенная рабочей группой Е.Б. Мизулиной показывает, что реальное положение дел состоит в том, что родители в большинстве своем равнодушны к своим детям и воспринимают воспитание своего ребенка скорее как обязанность . Любовь же проявляется в основном в критических или экстремальных ситуациях (болезнь, серьезные проблемы, поступление в ВУЗ и т.д.), не превращаясь в инструмент постоянного воспитания .

 

Однако, подобные вопросы, как например, о родительской любви, в обществе в значительной степени табуированы. Их нельзя обсуждать публично, не рискуя прослыть маргиналом или сумасшедшим. Такое положение дел, когда ряд вопросов табуируется, а другие бесконечно обсуждаются в одних и тех же терминах, и является одним из признаков отсутствия объекта.

 

Если бы тема не была настолько актуальной, можно было бы пойти по пути западных коллег: отложить проект до того времени, пока детство не начнет в обществе обсуждаться как особый социокультурный феномен, проявляющийся по-разному в разные исторические периоды. Но был выбран иной путь: одной из ключевых задач проекта стало формирование объекта и его включение в общественно-политический дискурс.

 

Детство как социокультурный феномен

 

Детство, в том виде, в котором оно знакомо нам, было не всегда. Работы француза Филиппа Арьеса и нашего соотечественника Даниила Эльконина показывают, что такой социокультурный феномен как детство возникает примерно в XV - XVI веках. Именно тогда детей стали массово помещать в учебные заведения, построенные по единым принципам - школы. В дальнейшем к ним добавились детские сады, училища, институты, через которые проходили все. Здесь надо оговориться, что, безусловно, дети были всегда, но не всегда общество специально ставило вопрос о том, как к детям относиться, что с ними делать и к чему готовить. В истории человечества всегда существовали (и сейчас существуют) цивилизации, в которых дети есть, а детство отсутствует: практически сразу после выхода из младенческого периода в таких цивилизациях у детей начинается взрослая жизнь. Их включают в работу, дают поручения, иногда только делая скидку на ограниченные физические возможности.

 

История возникновения детства интересна сама по себе, но более интересно то, что в разное время формировались разные, говоря современным языком, дискурсы детства. В так называемом «традиционалистском» дискурсе дети воспринимались как наследники и источник средств в старости: они должны были повторить жизнь своих родителей, унаследовать их имущество и содержать их, в тот период, когда они станут нетрудоспособны. В Советской России дети были «сменой», а потому обсуждался вопрос к чему их надо готовить. И длительное время ответ существовал, в виде идеи т.н. «ГТО»: надо было готовить к труду и обороне. В США в прошлом веке, благодаря работам Джона Дьюи, появилась идея о том, что ребенка надо готовить к самодеятельной жизни в демократическом обществе, что привело к изменению американской системы образования.

 

Западные дискурсы детства

 

Если мы теперь с этой точки зрения посмотрим, что сегодня происходит с дискурсом детства в развитых странах, то увидим, что он значительно изменился, и уже не является ни традиционалистским, ни социализационным. Наш анализ западной литературы и зарубежного опыта показывает, что в XX веке произошла радикальная смена отношения общества к детству. Для достижения конкурентоспособности страны в современном мире нужны уже не рабочие и солдаты, не источник доходов для престарелых родителей (с этим справляется пенсионная система), и даже не добропорядочные граждане. Современному развитому обществу необходим так называемый «креативный класс». На смену отношения к детям, как к тем, из кого «надо что-то определенное воспитать», разрабатываются и внедряются новые дискурсы:

 

«Компетентное детство»: дети должны как можно раньше становиться самостоятельными и компетентными в выборе и построении своей образовательной и жизненной траектории. С этим связан второй пункт предвыборной компании Б.Обамы: повсеместное внедрение в США системы «Раннего детского образования» (Early Childhood Education), а также активные дискуссии, программы и проекты образования в развитых странах.

 

«Прикольное детство»: детей иметь интересно, социально значимо и престижно. Для них разрабатываются новые товары, возникает индустрия развлечений для детей, детская мода и т.д. У этого дискурса появились даже свои иконы: Бред Питт и Анжелина Джоли со своими 6 детьми, заметки о которых постоянно присутствуют во всех таблоидах.

 

«Охранное детство»: для детей надо создавать безопасную и дружелюбную среду. Проявления этого дискурса можно увидеть в обсуждении вопросов экологии, правильной организации жилья, в товарах, которые изготавливаются: детские автомобильные кресла, накладки на острые углы мебели и т.д. В рамках этого дискурса появляются программы типа «Город, благоприятный для детей» .

 

Безусловно, предыдущие дискурсы традиционализма и социализации в той или иной мере тоже сохраняются. Вопрос состоит в том, какой дискурс (или дискурсы) становится ведущим, на основании которого формируется государственная политика, работает бизнес, разрабатываются принципы образования и т.д. Ведущий дискурс начинает задавать отношение к детству и детям, формировать способы обращения с этим феноменом.

 

Дискурс детства в России

 

В зависимости от того, какой дискурс существует и поддерживается в обществе, появляется тот или иной тип детства, а в перспективе тот или иной тип общества: через 20-30 лет, те, кому сейчас 10 лет станут определять политику и жизнь в стране. Что с этой точки зрения происходит у нас.

 

Исследования, проведенные в рамках форсайт-проекта «Детство 2030» (интервью с экспертами, экспертные панели, имитации) показали, что сегодня Россия находится в «зависшем» состоянии. С одной стороны дискурс, существовавший в СССР в значительной степени разрушен: дети больше практически не нужны государству, сеть детских воспитательных учреждений (пионерия, комсомол, кружки) практически исчезла. С другой стороны невозможно полное возвращение к «традиционалистскому» дискурсу: то есть тому, где дети должны воспроизводить своих родителей. Большинство современных родителей сами являются в той или иной степени продуктами советского воспитания (их воспитание в большей степени происходило не в семье, а в системе социальных институтов). Кроме того, большая часть нынешних родителей не имеют опыта семейного воспитания – их родители были заняты на работе, сами они воспитывались в лагерях, кружках и школах, сестер и братьев (если такие были) сами не нянчили. Латентное знание о том, как воспитывать детей, культивируемое в традиционных семьях, было утеряно. Родители не отвечают на вопрос о том, зачем им нужны дети. Распространенный стереотип, что «родители любят своих детей» закрывает возможность критического и конструктивного отношения, хотя абсолютно не соответствует действительности.

 

Во время исследований, опросов и экспертных интервью, был выделен ряд распространенных сегодня в России стереотипов относительно детей . Наличие данных стереотипов в общественном укладе жизни свидетельствуют о том, что в России в настоящее время одновременно ведущими являются два дискурса: остатки «традиционалистского» и «оградительный».

 

Остатки традиционализма. «Традиционалистский» дискурс предполагает, что дети должны повторить своих родителей. И что именно родители определяют, какими должны быть дети. Этот дискурс глубоко укоренен в общественном сознании. Один из экспертов, руководитель успешной частной школы рассказывал, что к нему иногда приходят родители и говорят, что их детей надо учить также, как учили их, а все «новомодные штучки» излишни. «Я занимался в детстве авиамоделизмом – вот пусть и он занимается». За этим стоит глубокая убежденность, что если родители выросли и стали успешными, то они и есть предел человеческого развития. При этом, как говорилось выше, сами родители являются продуктом другого, советского дискурса. Предположение, что система подготовки и воспитания, через которую прошли родители подходит для детей, живущих в другой стране (не СССР) и которым предстоит жить в другом мире – является достаточно спорным. Более того, у большинства родителей отсутствует практика и опыт воспитания детей в семьях. В итоге, образуется странная ситуация: государство заказ на детей не формирует (как это делалось в СССР), родители хотят, чтобы дети повторили их жизнь, но опыт воспитания детей и формирования ответа на вопрос о том, к чему их готовить, весьма скуден и не культивируется.


 

«Оградительное» детство. Эффекты оградительного детства заметны практически во всех сферах. Институт образования ограждает детей от взрослой жизни до 17 лет (а некоторых и до окончания института, то есть до 21 года). Одним из эффектов системы образования, который отмечали некоторые эксперты, является то, что сегодня образование не отвечает на вопрос о том, чем будут заниматься дети. Эксперты из системы среднего образования фиксировали, что для них сейчас более важным становится вопрос о том, как удержать детей, не позволять им разгуливать по улицам, работать раньше положенного времени и т.д. Правоохранительные органы следят за порядком и соблюдением дисциплины, пытаясь ужесточить меры по ограждению детей от взрослого мира – обсуждение введения комендантского часа напрямую свидетельствует об этом. Работа социальных служб и благотворительности также поддерживает оградительный дискурс – система поддержки маргинального слоя направлена на его поддержание и воспроизводство, а не на создание возможностей для неблагополучных детей и выделение одаренных и талантливых, которая позволила бы им вырваться из этого слоя. Главной идеей, присутствующей в системе образовательных и социальных институтов России, является идея ограждения детей от мира взрослых. В такой логике не важным становится, чем занимается ребенок, лишь бы он был в относительной безопасности (взрослые знали, где он и что с ним) и был как можно дольше избавлен от взрослого мира – не пробовал зарабатывать, не смотрел взрослые фильмы, не имел доступа к взрослым вещам и отношениям.


 

Структура существующего дискурса показывает, что единого понимания о том, зачем нужны дети и к чему их готовить, нет. Государству нужна армия, бизнесу – рабочая сила, производителям детских товаров – потребители. Родители вынуждены давать частные ответы или рожать просто по привычке: всем известно, что женщина, не родившая хотя бы одного ребенка – это не нормально.


 

Опираясь на эти два дискурса можно строить предположения, к появлению какого общества в будущем это приведет: будет воспроизведена та же система отношений в обществе, которая есть и сегодня со стремлением к авторитаризму (последствия «традиционалистского» дискурса) и патернализму (последствия «оградительного» дискурса). Тема детства как человеческого потенциала, как сферы вложения капитала, как зоны приложения усилий в существующем российском дискурсе оказывается закрыта.


 

Очевидно, что, если Россия стремится участвовать в инновационной экономике и вступать в конкурентную борьбу с развитыми странами, то подобное отношение к детству является преградой. Причем преградой, которую невозможно преодолеть усилиями одних государственных структур: спущенные сверху решения не изменят сознания родителей и учителей в средних школах, не вынудят бизнес включаться в создание инновационных детских товаров. Трансформация дискурса детства – общественная задача, задача включения в этот процесс всех заинтересованных сторон и объединения усилий.


 

Существенные условия для России

 

В настоящее время в мире вопрос о человеческом капитале обсуждается как одна из главных точек конкуренции. Тот, кто занимается развитием человеческого капитала, вкладывает в него средства и усилия, получает большие конкурентные преимущества как в ближайшем, так и в отдаленном будущем. Такая логика смещает взгляд с обсуждения конкретных детей на обсуждение действий, которые приводили бы к увеличению человеческого капитала, к развитию его качества.

 

Существующий в России дискурс детства пока не обсуждает этих вопросов. Его трансформация – одна из важнейших задач этого форсайт-проекта. Но для того, чтобы трансформация начала происходить, недостаточно просто сказать об этом. Необходимо выработать содержательный ответ о том, к каким качественным изменениям мы будем стремиться, в каких именно направлениях необходимо прилагать усилия.

 

Выработка существенных условий в рамках форсайт-проекта «Детство» проводилась на экспертных семинарах и специально организованных встречах. По итогам этой работы были выделены актуальные для России проблемные зоны, преодоление которых становится критически важным для трансформации отношения к детству и перехода России на инновационный путь развития.

 

1. Демография. В настоящее время демографы выделяют две тенденции, которые характерны только для российского общества: с одной стороны, сокращается средняя продолжительность жизни граждан, а с другой – увеличивается средний возраст населения. То есть люди живут меньше, но средний возраст населения все равно растет. Эксперты отмечают, что при сохранении этих тенденций, через 15-20 лет Россия может превратиться в «экономического карлика» – страну, не способную на равных конкурировать с крупнейшими экономиками мира, в силу отсутствия достаточного количества населения. Кроме того, экспертные исследования показывают, что «старение» населения приводит к консервации общества – общество становится неспособно воспринимать изменения и новации, реагировать на вызовы времени, оно становится статичным и закоснелым.

 

2. Распределение общественного богатства. До недавнего времени специалисты фиксировали, что в развитых странах (в основном в странах ЕС и США) за счет пенсионных систем общественное богатство смещено в пользу старости. Сегодня для развитых стран вопрос о том, куда должно оно должно быть смещено является одним из ключевых: старость становится все дороже. Приходится повышать налоги на работоспособное население, тем самым, сокращая их уровень доходов и возможностей. Для России вопрос о перераспределении общественного богатства является одним из важнейших – будет ли оно перераспределяться в пользу стариков, и тогда богатым можно стать только к старости, работая на это всю жизнь, будет ли оно концентрироваться в среднем поколении (30-50 лет), либо будет перераспределено в пользу детства.

 

3. Освоение передовых технологий. Одним из эффектов инновационной экономики является то, что на рынке все чаще появляются новые продукты и технологии. Квалифицированное использование их становится обязательным условием для каждого, кто стремиться жить в современном мире. Тот, кто не освоил компьютер и интернет, сегодня не может быть конкурентен и автоматически записывается в маргиналы и отстающие. Как сделать возможным включение общества в процесс освоения высокотехнологичного мира, где старые технологии все быстрее заменяются новыми – один из важнейших вопросов развития человеческого капитала.

 

Таким образом, для проекта были выбраны следующие существенные условия:

 

ОМОЛОЖЕНИЕ НАЦИИ. Демографическая ситуации России требует радикальных мер по сокращению среднего возраста населения. Это не означает, что надо сократить продолжительность жизни населения и убивать стариков (этот ход очень показательно продемонстрирован у Кристофера Бакли в его книге «День бумеранга»). Это означает, что необходима смена отношения к рождению детей в обществе. Дополнительным ресурсом для омоложения нации при правильном подходе могут быть и миграционные потоки.

 

ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО БОГАТСТВА В ПОЛЬЗУ ДЕТСТВА. Если мы хотим увеличить человеческий капитал и конкурентоспособность населения, то необходимо сместить общественное богатство в сторону детства. Максимальное вложение средств в создание современных, оснащенных в соответствии с передовыми технологиями воспитательных и образовательных сред, приведет к повышению уровня конкурентоспособности вырастающего поколения.

 

МАКСИМАЛЬНОЕ ОСНАЩЕНИЕ ДЕТСТВА. Стремление конкурировать на равных в инновационной экономике сегодня требует того, чтобы дети массово попадали в максимально современную технологически оснащенную среду (и это не только вопрос оснащения школ компьютерами и микроскопами), учились быстро осваивать самые передовые технологии. Конкурентные преимущества для детей должны быть сформированы с самого детства, догнать высокотехнологичный мир они уже не успеют. «Креативный класс» не вырастет среди игрушек прошлого столетия и 486 ПК.

 

«Сканирование» детства

 

Трансформация дискурса детства и достижение существенных условий становится возможным, в случае если проделана специальная работа по прорисовке сфер, которые имеют отношение к детству. Это не аналитический срез предметных областей, а восстановление всех контекстов, в окружении которых находится тема, формирование и прорисовка карты сфер, поиск и выделение стейкхолдеров и лиц, принимающих решения.

 

Такую работу в западных публикациях по форсайту называют «scanning» («сканирование»). Здесь применяются самые разнообразные методы – от анализа современных мировых тенденций и трендов до экспертного интервьюирования.

 

Проведенная в рамках этого этапа проекта показала, что детство в России появляется на пересечении разных сфер, каждая из которых самостоятельна и несет собственное содержание.

 

Для проекта в качестве ключевых по результатам проведения глубинных интервью с экспертами были выделены следующие сферы:

 

РОДИТЕЛЬСТВО . От желания родителей заводить или не заводить ребенка, от их подготовленности к факту родительства, от их готовности участвовать в жизни ребенка (в том числе от желания или нежелания отдавать воспитание своего ребенка на откуп учителям и директорам школ) зависит будущее детей.

 

ОБРАЗОВАНИЕ. Образовательные институты сейчас в России во многом формируют и задают среду становления ребенка. Большую часть времени дети проводят именно в них – школа становится главным местом времяпровождения ребенка. Причем главным стейкхолдером в образовании выступают преподаватели – именно на них держится весь учебный и воспитательный процесс, они являются его носителями и воспроизводят главную идею образования – идею передачи знаний и необходимости удержания ребенка от взрослой жизни.

 

БИЗНЕС ДЕТСКИХ ТОВАРОВ. Бизнес формирует как вещественную (мебель, игрушки, еда), так и средствиальную (компьютерные игры, обучающие программы, книги, мультики) среду, в которой вырастает ребенок. Анализ российского бизнеса детских товаров показал, что стейкхолдеров этой сферы в России очень мало – есть всего несколько крупных проектов в сфере бизнеса детских товаров (такие как «Смешарики» и «Мир Детства»), бизнес детских товаров России не превращен в индустрию, как в развитых странах.

 

СЕМЬЯ И СЕМЕЙНОЕ ПРАВО. От того, в каком типе совместной жизни вырастает и воспитывается ребенок (один родитель, оба, несколько разных родителей, родители нескольких поколений и т.д.) зависят его первоначальные возможности – как материальные, так и возможности строить свою дальнейшую жизненную траекторию. Семейное право, как регулятор совместной жизни людей, может как способствовать, так и ограничивать детей в их возможностях.

 

ДЕМОГРАФИЯ И МИГРАЦИЯ. Состояние общества и происходящие в нем процессы, социальная карта населения и качественные характеристики общественных явлений – оказывается важной составляющей темы «детство». Демографическая политика оказывает значительное влияние на состояние общества (можно оценить разницу между обществом, где государство платит людям за рождение детей и обществом, где люди, перед тем как завести ребенка, вынуждены обучиться и получить сертификат родителя).

 

СОЦИАЛЬНЫЕ СЛУЖБЫ. Схема работы социальных служб оказывает значительное влияние на общественный уклад. Если мы имеем дело с собесом – то это общество, в котором легализованы иждивенцы. Если мы имеем дело со сложной системой социальных лифтов – общество способных и талантливых.

 

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ. Благотворительность – очень важный указатель на направление общественных усилий. Что общество считает важным, что поддерживает и на что оно готово выделять свои материальные блага.

 

МЕДИЦИНА. Технологический уровень медицины, качество предоставляемых услуг и ориентация на то или иное состояние (здоровье или болезнь) не может быть проигнорировано. Ориентация на болезнь и больных приводит к росту числа больных и больниц, ориентация на здоровье приводит к культивации здорового образа жизни и разнообразию профилактических мер.

 

ЖИЛЬЕ. От того, как организовано детское пространство, есть ли специальные места для детей, зависит многое – от организации детского времяпрепровождения до развития у детей разнообразных способностей (воображение, вкус, развитие тела).

 

Анализ и выделение экспертов по каждой из сфер показало:

 

1. По ряду сфер лица, принимающие решения отсутствуют. К примеру, в сфере родительства или социальных служб таковых нет.

 

2. Есть ряд сфер, в которых эксперты ангажированы, то есть придерживаются одного взгляда и не выходят к обсуждению возможных альтернатив. Так, например, один из основных стейкхолдеров сферы жилья – архитектор или проектировщик (имеется в виду позиция архитектора, а не конкретные люди), не обсуждает альтернативных существующим прототипам и образцам вариантов проектирования жилья.

 

3. Существующие стейкхолдеры и лица, принимающие решения в значительной степени распределены по профессиональным областям. Их действия чаще всего не выходят за рамки профессиональной области и зачастую противоречат друг другу, пространства, где они могли бы вступать в коммуникацию по поводу детства и его развития, не сформировано. Так, педагоги не разговаривают с медиками о том, возможно ли культивировать практику здорового образа жизни и как это сделать. Родители не вступают в коммуникацию с государством по поводу того, какие формы совместной жизни актуальны и приемлемы для общества. Архитекторам оказывается неинтересны образы жизни людей, - где дети, кстати, занимают немалое место, - они проектируют городское пространство и жилье по известным образцам. Демографов и социологов, кричащих о демографическом кризисе и грядущем кризисе миграции, не слушает государство. И так далее.

 

В связи с перечисленными проблемами, потребовалось проведение специальной работы по организации коммуникации между экспертами. В рамках форсайт-проекта «Детство 2030» такая работа была проделана путем организации серии специально сконструированных экспертных семинаров по выделенным темам. На семинары приглашались эксперты, представители разных областей и сфер, являющиеся стейкхолдерами своей сферы, а также лица, принимающие решения в той или иной области. Специфика организации работы состояла в том, что было специально сформировано пространство коммуникации, в котором эксперты - представители разных профессий, пользующиеся разной терминологией и отстаивающие разные точки зрения – могли бы разговаривать и понимать друг друга.

 

По результатам работы по ряду сфер удалось сформировать экспертную среду, в которой возможно обсуждение современных тенденций и трендов в сфере детства, возможных сценариев будущего развития этой темы, выделение зон, которые требуют мобилизации усилий.

 

Итогом годовой работы стала дорожная карта, разработанная совместно с экспертами, отражающая актуальные зоны, в которых необходимо принимать решения и которые могут вывести на достижение существенных условий и трансформацию дискурса детства в России.




 

Дорожная карта «Детство 2030»

 

При построении дорожной карты были разделены явления, которые имеют собственную логику развития и не зависят от прилагаемых усилий, и зоны, по отношению к которым решения еще возможны и находятся в поле общественной компетенции.

 

Учитывались:

 

1. Технологические инновации будущего, уже сегодня заложенные в программы различных организаций.

 

2. Зоны возможных социальных трансформаций России, предпосылки которых эксперты уже сегодня обнаруживают в структуре общества.

 

3. Возможные точки изменения дискурса – какие понятия, организующие жизнь людей, будут изменяться и каким образом.


 

На экспертных семинарах был введен специальный режим имитации того, что будет происходить при тех или иных изменениях – введения инноваций, социальных трансформациях и изменениях дискурса – и были выделены зоны, в которых действия актуальны и могут привести к достижению существенных условий, были определены временные горизонты, в которых это еще возможно.


 

Карта технологических инноваций будущего

 

ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ИННОВАЦИИ, ОЖИДАЕМЫЕ В БУДУЩЕМ - те инновации, которые уже сегодня заложены в программы развития разных компаний и организаций, и можно посчитать, когда и с какой вероятностью они будут введены. При составлении дорожной карты использовались технологическими картами, которые есть в широком доступе. Все карты – западные. На настоящий момент в России не опубликовано ни одной технологической дорожной карты . Это представляет серьезную проблему и с точки зрения темы форсайта: это свидетельство того, что именно западные компании будут выступать основными агентами развития в сфере технологий и новых продуктов. Исследования показали, что на настоящий момент в России нет своих стейкхолдеров в технологической сфере, сфере инновационных продуктов, и в сфере детских товаров для детей. Да, безусловно, есть успешные компании и разработчики, но не они формируют тенденции и определяют развитие в области технологий, в большинстве случаев они либо используют существующие технологии, либо подключаются как специалисты к ведущимся разработкам. Либо в ближайшее время такие стейкхолдеры появятся, либо мы и дальше будем потреблять продукты западных рынков.

 

Из всего широкого перечня объявленных технологических инноваций совместно с экспертами были выделены те, которые в наибольшей степени окажут влияние на состояние детства в России.

 

На карте можно увидеть эти технологические инновации и планируемое время их введения в массовое потребление. Здесь мы не будем подробно останавливаться на каждой из них – для желающих детально ознакомиться, их описание есть на сайте www.moe-pokolenie.ru.


 

Продемонстрируем пару примеров из карты.

 

2014 год. Voice-translator – портативное устройство, которое позволяет за счет синхронного голосового перевода непосредственно общаться людям, говорящими на разных языках. Первые разработки такого типа появились еще в начале 2000-х годов. Корпорация NEC уже разработала удачный вариант такого переводчика с английского языка на японский и обратно. Пока главной проблемой продажи является цена устройства – себестоимость оказывается слишком высока. Но японцы обещают, что к 2014 году они максимально снизят его себестоимость и сделают доступным каждому. Введение такого устройства в массовую продажу может привести к колоссальным последствиям: языковые барьеры стираются, население Земли становится еще более мобильным и миграционные потоки увеличиваются по всему миру. Дети живут в многонациональном обществе, где языковые границы – это больше не проблема. Другие культуры осваиваются ими в реальном режиме – при коммуникации с разными людьми. Для этого поколения культура и нация уже не будет предельной рамкой.

 

2023 год. Робот-ребенок – робот, который способен имитировать поведение настоящего ребенка. Подобные разработки ведутся с 90-х годов прошлого века. В 2007 году университете города Осака (Osaka University) японские разработчики представили опытный экземпляр андроида, который способен имитировать поведение 5-летнего ребенка. Японские исследователи обещают, что через 15-16 лет данные разработки будут массово интегрированы в общество - в программы по подготовке родителей, для продажи тем, кто не хочет или не может иметь настоящих детей и т.д. Внедрение роботов-детей в общество (когда есть возможность заказать и купить себе робота-ребенка) с одной стороны, может привести к развитию систем компетентного родительства – на роботе удобно тренироваться быть мамой и папой, с другой стороны – может привести к сокращению числа желающих рожать настоящих детей.

 

Введение новых технологий в массовый обиход создает новые возможности для общества. Так, благодаря появлению мобильных телефонов стало возможным разговаривать из любой точки мира, связывать друг с другом вне зависимости от места нахождения собеседника и т.д.

 

Вот варианты возможностей, которые откроют новые технологии миру – те, о которых можно говорить уже сегодня.

 

2015 год.

 

• более половины населения Земли в интернете;

 

• для большей части населения стерты языковые границы;

 

• образование можно получить через интернет в любой точке.


 

2020 год.

 

• любую профессию можно освоить в виртуальной реальности;

 

• дети могут работать и получать доход в интернете.


 

2025 год.

 

• дети могут участвовать в создании предметов;

 

• можно запрограммировать способности и характеристики детей;

 

• вместо детей можно заводить роботов или виртуального ребенка;

 

• воспитанием и уходом за детьми могут заниматься роботы;

 

• способности ребенка можно увеличивать за счет генной модификации и чипизации.





 

 

 

 
Рейтинг: 0 3876 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!