Мастер

А может взглянуть на судьбу безрассудней

И встретить забвение на эшафоте?

В чём смысл этой жизни средь мелочных будней:

В тисках бытовых и в банальной работе?

 

                             Задумчивы в Ершалаиме оливы,

Волшебно цветенье сирени у входа…

Порой и в подвале стать можно счастливым,

Когда есть родной человек и свобода.

 

Когда есть и замысел, и сверхзадача,

И главный герой, что сроднился с тобою,

Есть в печке дрова и везенье в придачу,

И кто-то там сверху, кто правит судьбою.

 

Порою он дарит, порой отбирает,

И в этом вселенских весов равновесие,

Есть тропка до ада, есть тропка до рая,

И нет этих тропок на свете чудесней.

 

Порою под пулями слов по-пластунски

Приходится двигаться в поле разбитом;

На каждого мастера есть свой Латунский,

Но и на Латунского есть Маргарита.

 

И сам Сатана, в общем, даже не страшен,

Когда в двух кварталах его же наместник

Сидит, отгороженный пиками башен –

Грядущей беды ненасытный предвестник.

 

Пылают страницы, пылают поленья,

Обуглилась ночь, скоро утро займётся.

Не выжечь из памяти счастья мгновения;

Сгорают романы, любовь остаётся.

 

  

© Copyright: Николай Гончаров, 2013

Регистрационный номер №0140608

от 6 июня 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0140608 выдан для произведения:

А может взглянуть на судьбу безрассудней

И встретить забвение на эшафоте?

В чём смысл этой жизни средь мелочных будней:

В тисках бытовых и в банальной работе?

 

                             Задумчивы в Ершалаиме оливы,

Волшебно цветенье сирени у входа…

Порой и в подвале стать можно счастливым,

Когда есть родной человек и свобода.

 

Когда есть и замысел, и сверхзадача,

И главный герой, что сроднился с тобою,

Есть в печке дрова и везенье в придачу,

И кто-то там сверху, кто правит судьбою.

 

Порою он дарит, порой отбирает,

И в этом вселенских весов равновесие,

Есть тропка до ада, есть тропка до рая,

И нет этих тропок на свете чудесней.

 

Порою под пулями слов по-пластунски

Приходится двигаться в поле разбитом;

На каждого мастера есть свой Латунский,

Но и на Латунского есть Маргарита.

 

И сам Сатана, в общем, даже не страшен,

Когда в двух кварталах его же наместник

Сидит, отгороженный пиками башен –

Грядущей беды ненасытный предвестник.

 

Пылают страницы, пылают поленья,

Кончается ночь, скоро утро займётся.

Не выжечь из памяти счастья мгновения;

Сгорают романы, любовь остаётся.

 

  

Рейтинг: +1 104 просмотра
Комментарии (2)
Евгений Казмировский # 11 июня 2013 в 13:26 0
Очень хороший образ
Порой и в подвале стать можно счастливым,
Когда есть родной человек и свобода.
Николай Гончаров # 13 июня 2013 в 16:24 0
Большое спасибо за отзывы!
Удачи и вдохновения!
С уважением, Николай.