ГлавнаяПоэзияЛирикаГражданская лирика → Пушкинские эпиграфы

Пушкинские эпиграфы

 

Пушкинские эпиграфы

 

                         1

 

                               По звонким скважинам пустого тростника…

                                                                        «Муза»

 

 

Смастери свистульку мне на память,

вырежи из ветки молодой,

тальниковой, пахнущей грибами,

дягилем, осокой и водой.

 

Чтобы звуки плавали степные

по безбрежной зелени земли,

строчки б зарождались зазывные,

укреплялись духом и росли.

 

Пусть особо выльются наружу

из моей обветренной души

кольца дыма сладкого из ружей,

отгремевших в струях камышин.

 

И чтоб ветер по-над Обью плакал,

зверь лечился доброй тишиной,

я хочу, чтоб степь звенела злаком,

шмель гудел натянутой струной…

 

Смастери свистульку мне на память,

из талины вырежи весной,

выйду я из колка, как из бани,

с дудкой изумрудною, резной.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                              

                                                       

                                                

 

                                                

 

 

                                              

 

 

                                                2

 

                                    Отдайте мне метель и вьюгу

                                    И зимний долгий мрак ночей.

                                             «Весна, весна, пора любви…»

 

 

Пора в бега! Рога оленьи

поднять готовы серый день!

Снегами вспороты колени,

мечта – увидеть свою тень.

                               

                                 Пурга, открытая страница,

чистовиком летит в глаза…

В ней белой бабочкою мнится

резвушка рифма-егоза.

 

Под свист закрученного ветра

ездок уверенно ведёт

сквозь падеру и километры

хорея сдержанный полёт.

 

Как вдохновенное начало,

Звезда Полярная – горит,

хотя ни разу не встречала

на льду танцующих харит.

 

Лишь только севера кочевник

торит упорно путь в снегах

да Гончих Псов скрипит ошейник

в тех удивительных бегах.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                        

          

 

 

 

 

 

 

 

           3

                                           

                                   Приди, как дальняя звезда…

                                                                                     «Заклинание»

 

 

Свети в пути,

морозная звезда,

оставь,

не упрекай меня

в бесснежье.

Ты всемогуща,

знаешь что отдать

на этом, белом,

или том прибрежье.

 

Ты не любима.

Новое тая,

вдруг высветишься

необычной гранью:

вот поворот ножа,

а вот тала –

поникла к долу,

выстелилась ланью.

 

Тепла нет от тебя.

Его не жду.

Но благодарен

свету глаз ионных,

не променяю я свою звезду

на тысячу других

в эфире звонном.

 

Не потому,

что ярче есть, теплей,

а то, что лёгкою

мечтой-снежинкой

летишь ко мне,

в объятие полей

и осыпаешь

серебром вершинки.

 

 

 

                                              

                                              

 

 

                                               4

                                  

                          К подножию ль стены далёкого Китая…

                                                      «Поедем, я готов…»

 

Растворись навсегда –

среди песен осенних,

подошедших с дождями

весёлых ветров,

среди шёпота листьев

и гула селений,

среди доброго баса

глухих вечеров.

 

То вон дятел ударит

многоточьем в берёзу,

чей-то хрустнет

под тяжестью дня позвонок,

то в околке,

почуяв  лисицы угрозу,

испугается дó смерти зайчик-пенёк.

 

Может быть, в этом плаче,

надрывном, последнем,

нужен голос и мой,

еле слышный в бору,

чтобы всласть насвистеться

дудой однолетней

и прибиться листочком

к чужому двору?

 

Чтобы также влететь

в этот хор незаметно,

как жулану в декабрь! –

захотелось и всё,

чтобы жить

бесконечно, беззлобно, безбедно,

как живёт на руках моих

строчка Басё…

 

 

 

 

 

                                                         

                                              

 

 

 

 

 

                                               5

                                           

                                             Надо мной в лазури ясной

                                             Светит звёздочка одна…

                                                                «Незавершенное…»

 

Полюблю

осеннюю остуду,

хруст стекла под пяткою своей.

Разобью

на озере посуду –

тысячи тарелок серых дней.

 

Это ли не счастье:

пить истому –

уходящей осени вино,

поклониться

берегу родному

и подумать о судьбе иной.

 

Может статься –

не видать Парижа,

Рио-де-Жанейро – не по мне,

вот Чаны да гривы как-то ближе,

еле видный колочек – во тьме,

 

тёплая дорога в чёрной ночи,

мерный бег усталых лошадей

да в заре далёкой –

рыси очи,

звёздочка весёлая

в бадье.

2006-2007

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                              

 

 

 

 

 

 

6

 

Чего тебе надобно, старче?

«Сказка о рыбаке и рыбке»

 

Брёл старик в лохмотьях серых,

чуть живёхонький, косой,

с удивительною верой

в свет отеческий, большой.

 

Не устал в пути качаться

на промокших камышах

и лениво возвращаться

к полустиранным вещам.

 

Вот дрова, ещё сырые,

надо их потормошить,

вымыть ноженьки Марии,

а Ивану – пим подшить.

 

У деревни – сбрызнуть крыши,

трубы вычистить, чувал,

пошуметь, чтоб внук услышал

и спокойно ночевал...

 

Брёл старик

в лохмотьях серых,

чуть живёхонький,

косой,

с удивительною верой

в свет отеческий,

большой…

1994

 

© Copyright: Анатолий Побаченко, 2014

Регистрационный номер №0222133

от 20 июня 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0222133 выдан для произведения:

Пушкинские эпиграфы

 

                         1

 

                               По звонким скважинам пустого тростника…

                                                                        «Муза»

 

 

Смастери свистульку мне на память,

вырежи из ветки молодой,

тальниковой, пахнущей грибами,

дягилем, осокой и водой.

 

Чтобы звуки плавали степные

по безбрежной зелени земли,

строчки б зарождались зазывные,

укреплялись духом и росли.

 

Пусть особо выльются наружу

из моей обветренной души

кольца дыма сладкого из ружей,

отгремевших в струях камышин.

 

И чтоб ветер по-над Обью плакал,

зверь лечился доброй тишиной,

я хочу, чтоб степь звенела злаком,

шмель гудел натянутой струной…

 

Смастери свистульку мне на память,

из талины вырежи весной,

выйду я из колка, как из бани,

с дудкой изумрудною, резной.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                              

                                                       

                                                

 

                                                

 

 

                                              

 

 

                                                2

 

                                    Отдайте мне метель и вьюгу

                                    И зимний долгий мрак ночей.

                                             «Весна, весна, пора любви…»

 

 

Пора в бега! Рога оленьи

поднять готовы серый день!

Снегами вспороты колени,

мечта – увидеть свою тень.

                               

                                 Пурга, открытая страница,

чистовиком летит в глаза…

В ней белой бабочкою мнится

резвушка рифма-егоза.

 

Под свист закрученного ветра

ездок уверенно ведёт

сквозь падеру и километры

хорея сдержанный полёт.

 

Как вдохновенное начало,

Звезда Полярная – горит,

хотя ни разу не встречала

на льду танцующих харит.

 

Лишь только севера кочевник

торит упорно путь в снегах

да Гончих Псов скрипит ошейник

в тех удивительных бегах.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                        

          

 

 

 

 

 

 

 

           3

                                           

                                   Приди, как дальняя звезда…

                                                                                     «Заклинание»

 

 

Свети в пути,

морозная звезда,

оставь,

не упрекай меня

в бесснежье.

Ты всемогуща,

знаешь что отдать

на этом, белом,

или том прибрежье.

 

Ты не любима.

Новое тая,

вдруг высветишься

необычной гранью:

вот поворот ножа,

а вот тала –

поникла к долу,

выстелилась ланью.

 

Тепла нет от тебя.

Его не жду.

Но благодарен

свету глаз ионных,

не променяю я свою звезду

на тысячу других

в эфире звонном.

 

Не потому,

что ярче есть, теплей,

а то, что лёгкою

мечтой-снежинкой

летишь ко мне,

в объятие полей

и осыпаешь

серебром вершинки.

 

 

 

                                              

                                              

 

 

                                               4

                                  

                          К подножию ль стены далёкого Китая…

                                                      «Поедем, я готов…»

 

Растворись навсегда –

среди песен осенних,

подошедших с дождями

весёлых ветров,

среди шёпота листьев

и гула селений,

среди доброго баса

глухих вечеров.

 

То вон дятел ударит

многоточьем в берёзу,

чей-то хрустнет

под тяжестью дня позвонок,

то в околке,

почуяв  лисицы угрозу,

испугается дó смерти зайчик-пенёк.

 

Может быть, в этом плаче,

надрывном, последнем,

нужен голос и мой,

еле слышный в бору,

чтобы всласть насвистеться

дудой однолетней

и прибиться листочком

к чужому двору?

 

Чтобы также влететь

в этот хор незаметно,

как жулану в декабрь! –

захотелось и всё,

чтобы жить

бесконечно, беззлобно, безбедно,

как живёт на руках моих

строчка Басё…

 

 

 

 

 

                                                         

                                              

 

 

 

 

 

                                               5

                                           

                                             Надо мной в лазури ясной

                                             Светит звёздочка одна…

                                                                «Незавершенное…»

 

Полюблю

осеннюю остуду,

хруст стекла под пяткою своей.

Разобью

на озере посуду –

тысячи тарелок серых дней.

 

Это ли не счастье:

пить истому –

уходящей осени вино,

поклониться

берегу родному

и подумать о судьбе иной.

 

Может статься –

не видать Парижа,

Рио-де-Жанейро – не по мне,

вот Чаны да гривы как-то ближе,

еле видный колочек – во тьме,

 

тёплая дорога в чёрной ночи,

мерный бег усталых лошадей

да в заре далёкой –

рыси очи,

звёздочка весёлая

в бадье.

2006-2007

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                              

 

 

 

 

 

 

6

 

Чего тебе надобно, старче?

«Сказка о рыбаке и рыбке»

 

Брёл старик в лохмотьях серых,

чуть живёхонький, косой,

с удивительною верой

в свет отеческий, большой.

 

Не устал в пути качаться

на промокших камышах

и лениво возвращаться

к полустиранным вещам.

 

Вот дрова, ещё сырые,

надо их потормошить,

вымыть ноженьки Марии,

а Ивану – пим подшить.

 

У деревни – сбрызнуть крыши,

трубы вычистить, чувал,

пошуметь, чтоб внук услышал

и спокойно ночевал...

 

Брёл старик

в лохмотьях серых,

чуть живёхонький,

косой,

с удивительною верой

в свет отеческий,

большой…

1994

 

Рейтинг: +1 130 просмотров
Комментарии (1)
Денис Маркелов # 20 июня 2014 в 20:21 0
Прекрасный цикл