Праздник

2 февраля 2013 - Елена Сироткина

Мы бежали, мы долго бежали. Нас гнала какая-то жестокая неведомая сила. Мы становились все тревожней, мы боялись оглядываться, боялись невзначай прикоснуться друг к другу… Потом мы привыкли и к бегу, и к страху. Они стали необходимостью, они влились в нас, почти заменили нас. Так появился новый страх – страх стать бесстрашными. Мы забыли, когда это началось, откуда мы бежали и зачем, это было уже неважно. И вообще, что нам теперь было важно? Ах да, это – не стать бесстрашными. Правда, иногда в некоторых из нас шевелилось что-то странное, похожее на память; оно вынуждало бежать медленнее. Но это продолжалось совсем недолго, можно сказать, какие-то мгновения. Те, с кем случались такие заминки, либо сходили с ума и бежали в другом направлении, либо старались бежать быстрее всех, чтобы никто ни в чем их не заподозрил. Подозрительность… Да, объявилась и она. Она научила нас нелюбви. Большая бегущая толпа, в которой никто никого не любил, потому что каждый боялся взглядов и прикосновений – это были мы.

 

Но нам было не только страшно – нам было скучно. К счастью, мы ненавидели скуку больше, чем себя. Поэтому придумали игру. Мы играли в то, чего не было у нас: в дружбу, в веру, в понимание. Так наша природа сопротивлялась беспамятству. С некоторыми опять-таки происходило странное: у них сжимался, а то и утрачивался страх, а игра занимала его место. Такие люди иногда даже пытались остановиться совсем, но это было непросто – толпа несла с собой, нервно и фальшиво смеясь, не доверяя игре.

 

И вдруг что-то произошло. Совершенно необъяснимое. Толпа распалась, рассеялась; мы двигались в свободных потоках воздуха, не мешая друг другу. Смотреть по сторонам стало не страшно – интересно. Я увидела, впрочем, что многие стараются опять бежать быстро и вплотную к соседям. Так образовывались то здесь, то там темные пятна-шары. Они шумели, раскачивались; кто-то приклеивался к ним, зараженный энергией бега; кто-то, наоборот, отдирал себя от этой маленькой толпы, так похожей на прошлую, большую. Но число двигавшихся отдельно, самостоятельно, все увеличивалось…

 

Я поняла, что игра спасла нас. Она возвратила память о жизни. Не нужно бежать, нужно двигаться, как хочется; не нужно бояться и подозревать, нужно любить. Как просто! Но они все еще задыхаются от бега, мои соседи, они тоскуют по толпе, они думают, что игра убивает!.. Я жалею их, нет, не той презрительной и брезгливой жалостью, что порождается гордыней. Я жалею их, желая радости и бесстрашия прикосновений. Я сама прикасаюсь к ним: взглядом, улыбкой, песней… Дети, мы все только дети. Даже самые седые из нас плачут, обделенные любовью, не нашедшие терпения в друзьях. Нам нужно играть и парить в пространстве судьбы легко и вдохновенно и ничего не бояться.

 

Мы вошли в большую волну воздуха, и она отдала нам свои тепло и свет. Мы уже никуда не бежали, а только тихо, беспечально плыли, подчиняясь движению нашей волны, а может быть, и чего-то большего, чем волна… Потом мы поняли – наступил Праздник.

 

Июль 1994 года

© Copyright: Елена Сироткина, 2013

Регистрационный номер №0114285

от 2 февраля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0114285 выдан для произведения:

Мы бежали, мы долго бежали. Нас гнала какая-то жестокая неведомая сила. Мы становились все тревожней, мы боялись оглядываться, боялись невзначай прикоснуться друг к другу… Потом мы привыкли и к бегу, и к страху. Они стали необходимостью, они влились в нас, почти заменили нас. Так появился новый страх – страх стать бесстрашными. Мы забыли, когда это началось, откуда мы бежали и зачем, это было уже неважно. И вообще, что нам теперь было важно? Ах да, это – не стать бесстрашными. Правда, иногда в некоторых из нас шевелилось что-то странное, похожее на память; оно вынуждало бежать медленнее. Но это продолжалось совсем недолго, можно сказать, какие-то мгновения. Те, с кем случались такие заминки, либо сходили с ума и бежали в другом направлении, либо старались бежать быстрее всех, чтобы никто ни в чем их не заподозрил. Подозрительность… Да, объявилась и она. Она научила нас нелюбви. Большая бегущая толпа, в которой никто никого не любил, потому что каждый боялся взглядов и прикосновений – это были мы.

 

Но нам было не только страшно – нам было скучно. К счастью, мы ненавидели скуку больше, чем себя. Поэтому придумали игру. Мы играли в то, чего не было у нас: в дружбу, в веру, в понимание. Так наша природа сопротивлялась беспамятству. С некоторыми опять-таки происходило странное: у них сжимался, а то и утрачивался страх, а игра занимала его место. Такие люди иногда даже пытались остановиться совсем, но это было непросто – толпа несла с собой, нервно и фальшиво смеясь, не доверяя игре.

 

И вдруг что-то произошло. Совершенно необъяснимое. Толпа распалась, рассеялась; мы двигались в свободных потоках воздуха, не мешая друг другу. Смотреть по сторонам стало не страшно – интересно. Я увидела, впрочем, что многие стараются опять бежать быстро и вплотную к соседям. Так образовывались то здесь, то там темные пятна-шары. Они шумели, раскачивались; кто-то приклеивался к ним, зараженный энергией бега; кто-то, наоборот, отдирал себя от этой маленькой толпы, так похожей на прошлую, большую. Но число двигавшихся отдельно, самостоятельно, все увеличивалось…

 

Я поняла, что игра спасла нас. Она возвратила память о жизни. Не нужно бежать, нужно двигаться, как хочется; не нужно бояться и подозревать, нужно любить. Как просто! Но они все еще задыхаются от бега, мои соседи, они тоскуют по толпе, они думают, что игра убивает!.. Я жалею их, нет, не той презрительной и брезгливой жалостью, что порождается гордыней. Я жалею их, желая радости и бесстрашия прикосновений. Я сама прикасаюсь к ним: взглядом, улыбкой, песней… Дети, мы все только дети. Даже самые седые из нас плачут, обделенные любовью, не нашедшие терпения в друзьях. Нам нужно играть и парить в пространстве судьбы легко и вдохновенно и ничего не бояться.

 

Мы вошли в большую волну воздуха, и она отдала нам свои тепло и свет. Мы уже никуда не бежали, а только тихо, беспечально плыли, подчиняясь движению нашей волны, а может быть, и чего-то большего, чем волна… Потом мы поняли – наступил Праздник.

 

Июль 1994 года

Рейтинг: +1 207 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярные стихи за месяц
117
113
100
96
92
91
90
88
82
79
78
78
72
72
70
69
66
65
64
63
61
60
58
58
57
56
55
54
52
45