ГлавнаяСтихиКрупные формыЦиклы стихов → Евгений Онегин - 2. Опыт поэтической парафразы ( 1 ).

Евгений Онегин - 2. Опыт поэтической парафразы ( 1 ).

18 декабря 2011 - Александр Яминский
 
ГЛАВА ПЕРВАЯ
1
«Вот дядя — Чёртово отродье!
И, всё ж, разврат — его сгубил,
во пьянку вляпав благородие,
здоровья пыл — вконец добил!
Но сильно как, в нём, святотатство,
«срубить» чтоб, под шумок, богатство,
а на делёж — халявы рой,
головняком мне — в геморрой,
ведь стать сиделкой должен буду,
коль мнение родичей — Закон,
а я, как лох, ну..., дурагон,
но сей «косяк» - уж не забуду,
едва он «крякнет», в кутерьме,
оставлю всех козлов, в дерьме!»
2
Так зло металось в теле Беса,
кто мчался — словно бы летел,
всю стать ломая «Мерседеса»,
аж предвкушая «беспредел» -
родни своей ( К усладам Клана! ) -
украсть способной ( Без обмана! ).
Но кто он, да и в чём сюжет?
И вот — готов для всех ответ,
начав с него же, кто Евгений
Онегин..., подтверждая Стать,
чтоб знать его и уважать,
ведь он — богат..., хотя — не гений,
зато с Невы брегов, судьбой,
к тому же — парень холостой!
3
Отец его — слыл «бизнесменом»,
кредиты взяв — не отдавал...,
и всё кутил..., подчас коленом -
соперников с вершин свергал,
но испарилась, вдруг, удача -
то — дебет-кредита отдача,
а тут — Дефолт..., да смена жён
и...- обанкротился пижон!
Но Женя не был без призора
и хоровод учителей -
в спецшколе защищал детей -
от неученья, как позора,
а «бизнес» папы, как дельца,
служил опорой, для юнца.
4
Нежданно юность подступила,
нарушив лет течения лад,
и некая прозрела сила,
сменив на жизнь, мгновенно, взгляд,
где мысли, словно колом встали,
через гормоны, что «достали»,
но кое-что, всё ж, знать хотел,
and he knew English, very well!
А уж по моде — щёголь явный -
в манерах...- средь внимания дам
( Где оным — лишь бы лоск-бедлам! ),
а он же — словно козырь главный,
на фоне лет своих младых,
и кучи денег, столь благих!
5
Мы все умели школу мучить,
лишь посещением своим,
оценки нужные канючить,
хотя...- учителей почтим!
И, здесь, Евгений отличался,
ведь, с пылом юности, старался
слыть сведущим во всех вещах
и, столь нередко, он — в речах
мог, как бы уловить проблему,
пространно углубив вопрос,
кто до него, всё ж, не дорос,
успешно «разрулить» дилемму...,
где девичий, при этом, взор -
суть восхищения узор...
6
Но пылью обрастают знания,
и всем, Латынь, уж — не урок,
а посему — предел мечтания,
хоть что-то ведать, дабы впрок,
употребив ( От Ювенала! )
эпиграф ( то — уже не мало... ) -
блеснуть — в кругу друзей — с лихвой
( Как будто умной головой! ),
впав в рассуждения о Сократе
( с Сенекой путая, порой... ),
но упуская разнобой,
о нём вещать, как о собрате,
предвосхищая свой успех,
что нужен, всё же, меж потех!
7
И вот — по мере возмужания -
поверхностность, зайдя в тупик,
его повергла в тень отчаяния...,
где внешность, аж сменила лик...
и пусть средь лоска он и «в теме»,
но собеседовал лишь с теми,
с кем, подвязавшись в разговор,
выигрывал ненужный спор,
ведя его в неспешных фразах...-
о том..., о сём..., чрез монолог...,
но где незнания цвёл порог,
средь жжении души, в проказах,
ведь он — всё в облаках витал...,
а папа - «бабки зашибал»!
8
Сыта, по горло, зрелость Жени -
от праздности и суеты...,
и от полемик, что как тени,
спустившись словно с высоты,
на возраст надавили силой -
всевозбуждающе — не хилой,
преобразуясь, аж в напасть,
над телом — полная где власть -
их неги — страстная утроба -
воздействием, коль видит цель,
а ты, чрез чувства, как кобель,
в желаниях своих ( До гроба! ),
дорос умом, знать, до утех,
и ждёт тебя, у дам, успех!
10 ( 9 — пропуск, как у Пушкина )
К годам своим он научился
скрывать цинизм, прозревший столь,
а в лицемерие, аж вжился,
где, замечать чужую боль,
не норма, явно, поведения
( А здесь «цвели» — свои воззрения... ),
вот и Бомонд — по мере сил,
через небрежность, но давил...-
привычками своими, скотства,
где чувства, словно баловство,
а брак — семейное родство,
для разведения уродства -
разврату тела — в благодать...,
где бездуховность — ровно Стать!
11
Удачным слыть перед Бомондом -
да не сносить кому вериг! -
Ведь, Джеймсом надо быть, здесь, Бондом,
чтоб выживать, среди интриг!
А коли так, то — карты в руки -
младым сердцам удел науки -
друг друга страстью ублажать,
а расставаясь — встречу ждать...-
и взгляд ловить, и сердца звуку
довериться...- ревнуя вслед -
и безразличия обет -
скрывать за маской ( Спрятав муку! ),
и ждать — в надежде — при Луне -
интимной связи..., как во сне...
12
Но Лирику сменяет Проза -
обратной стороной интриг,
где так красива, всё же, роза,
но, ведь, шипами, колет вмиг!
И речи нет о сантиментам,
а вкупе с ними, комплиментах,
когда чужая ( Но — жена! ) -
тобой — давно совращена...,
хотя, в душе, суть — потаскуха
( Коль муж — рогат, её...- Олень! -
Пусть, Бог — в Науках.., в жизни ж — пень! ),
страдая — льнуть, в притворстве духа,
к судьбе мужской..., а в оной — сон:
Сосед — рогатый..., но — не он!
15 ( 13,14 — пропуски, как у Пушкина )
Рассвет едва..., но спозаранку -
гремит звонок! - Не отключил?
«Ерша» сглотнув, вчера, лишь банку,
сам «отключившись»...- всё забыл!
А с тем, и о визитах, речи
и быть не может ( К чёрту, встречи! ),
с утра коль, в голове — сквозняк
( А уж похмелье — не пустяк! )...,
да и очухаться — полдела,
ведь надо новый день начать,
когда утеряна вся Стать...
и не твоё, как будто, тело...,
и, через стон, прервав свой сон,
за завтраком, в раздумьях, он...
16
Уж вечереет..., шеф — у входа
машину подал..., дверь открыл...,
ведь ждёт, увы, толпа народа...
и мчится он до знатных вилл...,
заехав к Пьехам..., Пугачёвым...
и к Собчакам...- знакомым новым...
А с Галкиным..., да под шофе -
вкушать его — ни бэ, ни мэ...
И налегке, конечно, с Филей -
ругать Юдашкиных, опять...
И всё налоги понижать,
в пылу иллюзий...- ровно стилей...,
ну, а затем, чрез протокол,
«сервировать» собою стол!
17
Отужинав...- по меркам Сана -
во здравие — бокал поднять,
Бомонд почтив, средь балагана,
и продолжать, во всю, гулять!
И кавалькадой иномарок
( теряясь в изобилии марок )
гнать в Казино — представ гурьбой,
деньгами чтоб сорить, судьбой,
ловя удачу — наваждения...,
где лишь богатому — сюрприз,
а проигравшему — стриптиз -
за счёт, конечно, заведения...-
азарта не хватить с лихвой...-
не пав в наживе — с головой!
18
О, Мир запретов! - Плод мечтаний,
всех поколений — Казино!
Ведь кто не чтит — предел мечтаний?
( предпочитая, лишь Кино... )
А здесь — иллюзии — со страстью,
ведут желающих, как к счастью,
от прозы жизни кутерьмы -
в соблазны роскоши ( Не тьмы! ),
средь посетителей случайных,
которых, вечно, будто рой...,
всё ищущих мечту — игрой,
страдая... от потерь реальных...,
где деньги, словно на лету,
ввергают разум в маету!
19
Но где — разбитые надежды,
что вас к инфарктам привели,
а траура, цвета одежды,
бросали сверху горсть земли?
И уж едва ль — азарта дети,
вас вспомнят, жившими на Свете,
хотя и сами ( Чёрт возьми! )
халяву ждут, не став людьми...
Но лиц знакомых, что-то мало...
а в новых — и уныния нет,
и вот ( как просится ) ответ:
Ушедшим — жизнь короче стала...
Но оных, не жалею я,
ведь мне, они, всё ж, не друзья!
20
Проход открыт — через ворота -
ступают те, кто не звенит,
где «пачкой» круглой, бегемота,
секьюрити — за всем следит!
А там — вдали, за парапетом,
велюр пылает алым цветом,
и, в ряд, девиц глаза горят,
а ноги — от ушей торчат!
И в майках, с голыми пупками,
животики чьи, колобком
( Ну, как не вспомнить, здесь, Обком?! ),
а юбки... - догадайтесь сами...,
об этой моде, коей — путь -
любой добавить шарма жуть!
21
Евгений входит — в бликах света,
где столь интимный интерьер,
так ждущий игрока-Эстета,
через азарт, кой — как барьер,
определяя — зол ты..., весел...
Крупье тасует.... Среди кресел -
знакомых лиц ажиотаж -
мечту берёт на абордаж! -
А он, в позывах из зевоты,
всё ж, презирая сих людей,
кто игроки, аж до костей
( «Как утомили идиоты!» ) -
по жизни этой... уж от «дел» -
вздохнув...- «до дома» захотел...
22
Звучат аккорды — в ритме джаза...
и млеет публики типаж -
в парах усталости Экстаза,
чрез сплин, вершащий сей кураж,
вино — рекой где, да и водка,
а в них, как искупалась тётка,
да и хорош её партнёр,
кто — толь банкир, толь сутенёр!
Но с бдительностью трезвой, взгляда,
секьюрити в фойе стоит
и публику, в душе, бранит
( ведь праздник сей — его ль услада... ),
а уж Онегин, выйдя прочь,
в машине шефа мчится в ночь...
23
Смогу ли я ( О, Мой Читатель! )...-
изобразить жилища вид?
Но ты — гламурный обитатель,
да не скатись же, до обид!
Ведь изыски иных прельщений
и иностранных обобщений -
уже — в Рублёвки Теремах,
и как бы — на своих местах...,
Совку ль — в награду, как уделом,
коль «канул в Лету» старый быт,
а с ним — Союз и дефицит,
родив буржуев с «беспределом»,
где их Герой, как жизни цвет -
философ — в восемнадцать лет!
24
Бассейн..., джакузи — для экстаза,
хрусталь, фарфор, янтарь — в слезе...,
а из златого унитаза -
мелодия звучит Бизе...
И псарне — Дом! Не то, что слугам,
кому — хрущёбы - «по заслугам»...
А уж на крыше — вертолёт
( Чтоб без забот! )... Ковры — не в счёт,
среди зеркал — в оправах томных,
что чтут вечерний туалет,
а к марафету — мягкий свет,
для наслаждений, столь нескромных...
Но...- чтоб погибель не найти -
иного нет, у нас, пути!
25
Евгений — в прелестях вальяжных -
примером — многим мог служить,
ведь за день, без причин столь важных,
стремился пять одежд сменить!
А щепетильностью манеры
владел чудесно, но без меры,
с тем - «за глаза» имел клише,
как Фигаро от Бомарше...-
И — отправляясь на свидание -
пред зеркалом — по три часа -
он, как влюблённая краса,
кривлянье обратив в желание,
в белье — дефектов не найдя -
на встречу шёл..., чуть погодя...
26
Но модным быть, то — плыть по Моде...
и от других не отставать,
но к данности его ( К породе! ) -
кому угодно — фору дать!
И, здесь, стонали аж, кокетки,
на нём, все, видя этикетки,
на фоне Моды ( Как-никак! ),
где котелок... иль френч..., иль фрак...
являли стиля направление,
определяя путь судьбы,
в сетях которой, все — рабы,
ведь был бы спрос и предложение!
А три примера — лишь предлог,
для тех, кто жить как он, не мог...
27
Но темой будет — для разгрузки,
в субботнем расслаблении сил,
вновь Ресторан, Кабак — по-русски,
на этот раз, увы, «Ахилл»...,
что, средь огней рекламы, кличет,
а пальцем — в Заведение тычет
( Где, возле входа, ждёт Эстет -
Метрдотеля силуэт! ),
что будто бы — Мираж в пустыне,
Величием давит тишину,
а вы, войдя — уже в плену,
ведь свет и мрак здесь правят, ныне...
и контингент, нашедший кров,
расслабиться, вполне, готов!
28
Вот «Мерс» - у входа... и Евгений,
как завсегдатай Кабака,
минуя разом ряд ступеней,
ступает с видом знатока,
в кутёж привычный, в полумраке
( Где нет, пока, сюжета к драке! ),
а в атмосфере, столь крутой,
жизнь наслаждается собой...
и, в такт — не в такт, танцуют пары...,
но ревность, зачастую, мстит
( «За вид соседки, кто грустит...» ),
аж жутко портя строй гитары,
где женский визг: «... да ты — кобель!»,
чрез русский мат, находит цель!
29
В презрении — вполне возможно
( учтя свой, к жизни, личный счёт... ),
официант ( Кому — не сложно! ),
клиенту — в блюдо, но плюёт...,
и здесь ли тайна — что главнее,
ведь мысль, одна из двух, важнее,
и в истине — видна вина,
и в человеке — Сатана,
свою находит половину...
Да и мораль имеет лик,
ведь чуть «завис»... и глядь...- старик!
Знать, Дьявол создан, чтоб трясину -
альтернативой предлагать,
а развлекая...- разлагать!
30
Как часто — глупости большие -
мы совершаем невзначай...
Иль нас крушат идеи злые,
что дух — в разврата гонят Рай?
Иль, всё ж, Генетика предвзята,
где балагана связь, собрата,
родство находит с суетой,
в душе где праздник, маетой?
А в памяти, затем, всплывают
и смех, и ноги, и тела...
Но стоит ли, нам, жизнь, дотла
( её ведь мигом называют... ),
сжигать в распутстве, как в огне,
чтоб вспоминать в кошмарном сне?
31
Ослабнет память...- Что, в итоге? -
в тоске воскликнув: «Во, дела!»,
ведь жизнь, порой, была в тревоге,
но ведь не плохо протекла,
чрез круговерть, из стройных станов,
в скандальном вихре, всех романов,
что сгинули, посредством лет,
а лиц, уж многих, вовсе нет...
Но чувства ли унять, взаимно,
что, в старости, лишь баловство...,
да и какое — душ родство,
иль связь, в натуре..., ну..., интимно...
Но я столь счастлив, не тая,
что помните ещё, меня!
32
Любить одну..., но, вмиг, другая,
в упрёках зла, являет счёт:
«Ведь ты же — бабник!» Штука злая -
любовь, что в плюрализм ведёт...,
а от него — до разгильдяйства -
всего-то шаг, чрез спесь зазнайства,
что выливается во страсть,
где фазой крайней, чрез напасть,
уж фактор женский — бед адаптер,
средь отношений пошлых драм,
жизнь превращая, аж в бедлам...
Но стоит ли менять характер,
когда желание есть... и с кем...?
И, здесь, нелеп вопрос: «Зачем?»
33
Но ревность и меня пронзала,
чрез очерёдность, где — судьбой -
рога носить — пора настала,
по жизни этой — непростой,
в пылу её любви мгновений,
где страсть блистает, средь мучений,
и за проступки — больно мстит,
вгоняя в рабство — месть вершит,
в сей, отношений, круговерти,
где, словно призрачны, права,
чужие коли — трын-трава,
а уж супруги точно — черти,
а посему: и спроса нет
с их идиотства долгих лет!
34
Как, Власти, страсти остужают!!!
Но в день вчерашний — не попасть...
Ведь от «Реформ» - желания тают,
а это, как ЧП — напасть,
национального масштаба!
Где жизнь — не жизнь, а просто «жаба»!
И то — не ложная печаль,
что чувства гонит, как бы, вдаль...,
чрез серенады — под Луною
( «лапша на уши» где, игрой )...,
и плоти рвутся, словно в бой,
под лучезарною звездою...
А страсти, ныне, как дурман...
Иль мнение моё — обман?
35
Но мы забыли о Герое,
влачащем, мерно, жизнь свою,
кто в Кабаке, вкусив второе,
давно уж дома, как в Раю...,
и тут уж — день ли, ночь...- едино,
ведь он блаженствует ( «Скотина!» -
я словно слышу, между срок,
Читателя, к нему, упрёк... ),
кто ежедневные заботы,
с утра вершит ( Бишь — вечный труд! ),
и оному — Онегин — блуд,
коль их среда вся — обормоты,
буржуев отчих, тонкий слой,
где, как примером — сей «герой»!
36
Рассвет в ночи уж проступает,
но он проснётся, лишь ко дню,
и, распластавшись, «отдыхает»,
в кровати пышной...- в форме «ню»...
Да и затем: К чему, тут, спешка?
И всё равно — орёл ли, решка...,
ведь жизнь — достойная, судьбой,
во младости, но не «Отстой»!
А лучших лет своих, он, грешный,
не тратил, вовсе, на пустяк,
где труд тяжёлый, что «косяк»,
иль Ад, фактически, кромешный!
И кругом равных окрылён,
удачлив, счастлив и влюблён!
37
Но, постепенно, скуки семя,
всё зрея, предъявляло счёт,
через пресыщенность, как бремя,
где повседневность — не влечёт...
И жён чужих, любви признания,
несли лишь разочарования...,
а с ними — и галдёж мужей,
в рогах могучих, их ветвей!
И все приелись, вдруг, привычки,
где скачки Рима ( За масштаб! )
и дач шашлык — из бань да баб,
где — не мытьё, а...- Тут, кавычки...
Но быть Героем ты рождён!
И Ницше отвергает он...
38
Едва ли трудно, здесь, причину
найти ( да с пальцем, у виска... ),
в душе что вызвала, кручину,
а то — обычная тоска...,
как кровь родная безразличия,
что столь никчёмна, для приличия,
коль человек, без всех забот,
несчастен... Знать, он — Идиот!
Иль, проще, форменный ублюдок,
по жизни нашей..., бишь — урод,
кто бродит, словно сумасброд,
как Дон Кихот, презрев рассудок,
ища всё счастья на Земле,
с досадою души, во зле!
42 ( 39,40,41 — пропуски, как у Пушкина )
Причиной, мрачных настроений,
стал фактор женский, как бедлам,
в их лицемерстве поведений,
где ложь — чужим..., своим словам,
чрез подтасовки фраз, что вроде,
и те — раздумья, в склочном роде,
но по природе, как игра...,
ведь и мазут, для них, икра,
поскольку чёрный..., утверждая,
что шоколад он..., чрез упрёк,
где мужиков — вины порок,
по жизни..., в кой их роль, столь злая,
а ты — внимай, со всей душой,
сей бабий бред..., но глазки строй!
43
А что же Девы молодые,
в томлениях юных лет своих...,
блестят в ком очи, столь живые,
однако, нет мышления в них...,
и Девы, оттого, пустые...,
ведь речи их, как заводные,
и к полу став безмерно злым,
и весь Бомонд назвав тупым,
уж в одиночестве, Евгений,
от скуки — рифмы стал слагать...,
но, всё ж, не смог... и на кровать,
чтоб подремать, в тиши забвений...
И пусть нескромно, здесь, изречь,
но — Мастер я — стихом увлечь!
44
А коли творчество «не катит»,
а скука донимает плоть,
то и терпения, вроде, хватит,
пойти во двор — дрова колоть,
по факту: словно Челентано,
как дровосек, по меркам Сана,
махать чтоб топором, с лихвой,
но вот душе - «пролёт», судьбой,
ведь, здесь, Онегин, был не в теме,
не преуспев... и, вновь, читать,
опять упавший на кровать...,
чтоб негу не встречать в дилемме,
а, с ней, лелеять жизнь, в мечтах,
ловя сюжеты, лишь во снах...
45
Бомонд — вдали, не привлекая
Евгения — своей гульбой,
где шум, сознание наполняя
белибердой ( И столь пустой! ),
остался, как от песни спетой,
средь скукоты — по жизни этой,
когда, как кошки на душе
скребут..., а я же, пусть, клише,
здесь выдал и, по сути, ловко,
себя хваля, за просто так,
ведь в сей строфе, увы, мастак,
коль, в ней, цветёт моя сноровка,
вне плагиата и впопад,
верша сюжет на новый лад!
46
Несчастен тот, кто жизнь осмыслив,
без нянек вечных, сделав шаг,
а опыт — в дар себе зачислив
( минуя призрачность из благ... ),
её, вдруг, муку обнаружит,
едва язвительность закружит,
а истый лик, друзей иных,
узрит в поступках их, гнилых...
И в долгих думах, наш Евгений,
вкусивший суть химер-соплей
( ведь он блуждал, среди аллей... ),
дошёл до крайних заключений:
«Всё ж, легче тем, среди людей,
кто, в искренности злобы, злей!»
47
Как речь роскошна, оных, в прозе,
и красотой обрамлена...,
но изыски — в прекрасной позе -
барьер всего лишь, иль стена,
из слов, что будто паутина,
где целомудрия картина
располагает, не едва,
и распознать, здесь, чёрта с два,
природу истинных желаний,
в которых простота храбра,
но зло — условно для добра,
а значит: и очарований
не много столь, душе младой,
коль видит жизнь, такой пустой!
48
И в одиночестве гуляя...,
не тратя совершенно сил,
Онегин, через ветер Мая,
свои сомнения бередил...,
но града шум, в его тревоги,
не проникал... «Как дни убоги!
А в оных — проза, просто жуть,
что заполняет жизни суть!»,
и он — поступки и мотивы
людей, уж принимать не мог,
и не терпел их диалог,
чрез пылкие речитативы,
ведь мерил всё, на свой манер,
хотя и сам был, не пример.
49
Увы, ему — не до гармоний,
поскольку стал зажатым, весь,
и Гамлета ( Да без ироний! ):
«Быть, иль не быть?» - уместен, здесь,
вопрос... и задан им, по теме,
а с ним: «Что делать?», ведь в дилемме,
душа «зависла», чрез надрыв,
и пусть абстрактен негатив,
да и судьба пусть не жестока...
«Но как? Зачем? А стоит жить?
Ведь водку ль пить..., Прогресс вершить...-
для смерти, равнозначно, рока!»,
и мыслей этих, пелена,
пред ним вставала, как стена!
50
Но сила властная владела,
и в даль незримую влекла,
где сердце ныло, словно тлело,
знать, Родина домой звала,
и он — под кров её знакомый,
стремился, уж судьбой ведомый,
в объятия духа той Земли,
где народиться мы смогли,
среди Величия Стихии...
Но вновь встречают: брег..., печаль...,
колосс, как будто зрея вдаль...,
и темы, всех времён, России:
«Кто виноват?» ( То — тайна всем... ),
«Что делать?» ( Мнений нет, совсем! ).
51
Онегин — за границей, классно,
туристом — вечный кайф искал,
и с русской труппой ( Значит — гласно! ),
соря деньгами, всё играл...-
по Казино, но с чувством долга,
кутёж оставив ненадолго,
к отцу поехал не спеша,
ведь там, уж мёртвая душа,
ждала его, в кругах вуали...,
а к ней, родня — кусок схватить
( Коль, в жизни, всякий хочет жить! ),
да пожирней, как поджидали,
кончину папы лицезря,
хоть и банкрота...- знать, не зря!
52
Несчастья к нам приходят скопом
( и сами знаете, о том ),
а тут — от дяди факс: // ... ГАЛОПОМ!!! //
и, с отвратительным лицом,
забросив все свои заботы
( Где не до дум уж, да зевоты! ),
но чуя личный интерес,
он, напрямую, через лес,
помчался, Мерседес калеча,
родню треклятую браня,
его позвавшую, как пня -
сиделкой быть ( По рангу ль встреча? ),
но не успел Евгений в срок...,
ведь дядя в гроб «сыграл», чрез рок!
53
Помимо родичей...- уродов
( От коих — просто спасу нет! ),
посланцами халяв народов,
как будто стал весь Белый Свет!
И лишь в могилу опустили,
голодных, как с цепи спустили,
чтоб пить, за счёт чужой, да жрать,
и, чрез советы, рассуждать!
А сим наследникам ( Как рою! ),
враз обобрать — любой ценой!
Но, тут, им, парень непростой,
попался..., гаркнув: «Всех зарою!»,
Евгений — здесь остался жить,
чтоб жизнь — Хозяином вершить!
54
Провинция...- твой воздух чистый
повлёк Евгения, судьбой...,
в сей городишко неказистый,
где, недалече, лес густой,
что мысли продлевал, собою,
а для безделья, тьма — судьбою,
но душу согревал оплот,
его наследства, полный счёт...,
хотя, Евгений, жизни местной,
почти совсем не замечал,
и вновь скучал..., а с тем, ворчал...,
как будто жил он в клетке тесной,
но здешнего Бомонда, рок,
оплачивал, насколько мог...
55
Провинция, как даль земная,
а для несведущих — мечта...,
что так влечёт к себе, святая,
глушь заслоняя, что не та,
уж ныне...- по природе быта,
где боль забот, как колорита
романтики слепой, из грёз,
столь сумасбродных, но всерьёз,
в среде туристов-обормотов
восходит, словно эпатаж,
и свой возводит, аж кураж,
в блужданиях вечных идиотов,
которых город смог родить,
умишки дав им, лишь бродить...
56
И тут, Евгений ( столь «уставший» ),
уж начал гоголем ходить,
а может с печки русской спавший,
вмиг, вопросил: «Ну, как, здесь жить?»,
ведь глушь иному — кущи Рая,
а для него — тоска, без края...-
убожеством ( Читатель мой ) -
сей городишко небольшой,
с избытком сельских откровений
( и пусть они — во всей красе,
и пусть — к есенинской росе )...,
чрез их обзор, в грусть заключений,
где, вновь, расстройство..., бишь, хандра,
одолевает..., аж с утра!
57
Коль о росе упоминаю,
то оная — сквозит, меж строк,
у «стихотворцев», коих знаю,
и, здесь, С.А.- всем даст урок...
Но ныне ль, людям, о природе,
где горы тают, в небосводе,
а чары Дев, так манят нас,
когда Руси, Народа Глас,
звучит в разумности амбиций,
по поводу своих же прав,
которые он потеряв,
в душе страдает ( Всё ж — Патриций! )?
И тут уж— не до рос, строфой,
коль и без них, тоска, судьбой!
58
Кому, «ласкающие трели»,
стишков твоих, нужны сейчас?
Ведь ( Зри, Поэт! ), все чувств метели,
как жертвы юности, подчас,
трещат — без стороны интимной!
И сей союз, в любви взаимной,
скорей — к разводу приведёт...
А это — жизнь...- не анекдот!
Но я увлёкся, «кинув» тему,
и пусть Главу вершить пора
( В которой — рифмы — не игра,
а к завистям, иных, в проблему! ),
и лишь закончу сей раздел,
продолжу, махом, между дел!
59
Вновь, фразы нужной очертания,
застлала ночи пелена...
и Музы — мрачны нарекания,
но к Творчеству влечёт она...
И повинуясь бессловесно
( когда в душе — двоим уж тесно ),
я, вновь, слагать стихи готов,
средь верениц, из пришлых слов,
что стиль мой — в рифмы облекает,
где чуждых боле — вовсе нет...
и, Аурой ведомый, свет,
из строф — Главу уж завершает,
чрез Музы, столь капризный нрав,
который я ценю... и прав!
60
Итак: сей Опус стихотворный -
Главою первой обрамлён,
а тёзка мой — Поэт придворный,
за общий план, в нём, оценён,
средь плюрализма неких мнений,
а с ними — вплоть до обвинений
и оскорблений — мол — цинизм,
и дуализм, и катаклизм...
Но критикам — оставлю ...измы...-
вскрывать чтоб, некой тайны, гриф,
ведь совершенство — только миф,
чрез призрачность стеклянной призмы...,
а я — лишь с теми, кто, в пути,
готов со мною вдаль идти...
 

© Copyright: Александр Яминский, 2011

Регистрационный номер №0006291

от 18 декабря 2011

[Скрыть] Регистрационный номер 0006291 выдан для произведения:

ГЛАВА ПЕРВАЯ
1
«Вот дядя — Чёртово отродье!
И, всё ж, разврат — его сгубил,
во пьянку вляпав благородие,
здоровья пыл — вконец добил!
Но сильно как, в нём, святотатство,
«срубить» чтоб, под шумок, богатство,
а на делёж — халявы рой,
головняком мне — в геморрой,
ведь стать сиделкой должен буду,
коль мнение родичей — Закон,
а я, как лох, ну..., дурагон,
но сей «косяк» - уж не забуду,
едва он «крякнет», в кутерьме,
оставлю всех козлов, в дерьме!»
2
Так зло металось в теле Беса,
кто мчался — словно бы летел,
всю стать ломая «Мерседеса»,
аж предвкушая «беспредел» -
родни своей ( Согласно плана! ) -
украсть способной ( Без обмана! ).
Но кто он, да и в чём сюжет?
И вот — готов для всех ответ,
начав с него же, кто Евгений
Онегин..., подтверждая Стать,
чтоб знать его и уважать,
ведь он — богат..., хотя — не гений,
зато с Невы брегов, судьбой,
к тому же — парень холостой!
3
Отец его — слыл «бизнесменом»,
кредиты взяв — не отдавал...,
и всё кутил..., подчас коленом -
соперников с вершин свергал,
но испарилась, вдруг, удача -
то — дебет-кредита отдача,
а тут — Дефолт..., да смена жён
и...- обанкротился пижон!
Но Женя не был без призора
и хоровод учителей -
в спецшколе защищал детей -
от неученья, как позора,
а «бизнес» папы, как дельца,
служил опорой, для юнца.
4
Нежданно юность подступила,
нарушив лет течения лад,
и некая прозрела сила,
сменив на жизнь, мгновенно, взгляд,
где мысли, словно колом встали,
через гормоны, что «достали»,
но кое-что, всё ж, знать хотел,
and he knew English, very well!
А уж по моде — щёголь явный -
в манерах...- средь внимания дам
( Где оным — лишь бы лоск-бедлам! ),
а он же — словно козырь главный,
на фоне лет своих младых,
и кучи денег, столь благих!
5
Мы все умели школу мучить,
лишь посещением своим,
оценки нужные канючить,
хотя...- учителей почтим!
И, здесь, Евгений отличался,
ведь, с пылом юности, старался
слыть сведущим во всех вещах
и, столь нередко, он — в речах
мог, как бы уловить проблему,
пространно углубив вопрос,
кто до него, всё ж, не дорос,
успешно «разрулить» дилемму...,
где девичий, при этом, взор -
суть восхищения узор...
6
Но пылью обрастают знания,
и всем, Латынь, уж — не урок,
а посему — предел мечтания,
хоть что-то ведать, дабы впрок,
употребив ( От Ювенала! )
эпиграф ( то — уже не мало... ) -
блеснуть — в кругу друзей — с лихвой
( Как будто умной головой! ),
впав в рассуждения о Сократе
( с Сенекой путая, порой... ),
но упуская разнобой,
о нём вещать, как о собрате,
предвосхищая свой успех,
что нужен, всё же, меж потех!
7
И вот — по мере возмужания -
поверхностность, зайдя в тупик,
его повергла в тень отчаяния...,
где внешность, аж сменила лик...
и пусть средь лоска он и «в теме»,
но собеседовал лишь с теми,
с кем, подвязавшись в разговор,
выигрывал ненужный спор,
ведя его в неспешных фразах...-
о том..., о сём..., чрез монолог...,
но где незнания цвёл порог,
средь жжении души, в проказах,
ведь он — всё в облаках витал...,
а папа - «бабки зашибал»!
8
Сыта, по горло, зрелость Жени -
от праздности и суеты...,
и от полемик, что как тени,
спустившись словно с высоты,
на возраст надавили силой -
всевозбуждающе — не хилой,
преобразуясь, аж в напасть,
над телом — полная где власть -
их неги — страстная утроба -
воздействием, коль видит цель,
а ты, чрез чувства, как кобель,
в желаниях своих ( До гроба! ),
дорос умом, знать, до утех,
и ждёт тебя, у дам, успех!
10 ( 9 — пропуск, как у Пушкина )
К годам своим он научился
скрывать цинизм, прозревший столь,
а в лицемерие, аж вжился,
где, замечать чужую боль,
не норма, явно, поведения
( А здесь «цвели» — свои воззрения... ),
вот и Бомонд — по мере сил,
через небрежность, но давил...-
привычками своими, скотства,
где чувства, словно баловство,
а брак — семейное родство,
для разведения уродства -
разврату тела — в благодать...,
где бездуховность — ровно Стать!
11
Удачным слыть перед Бомондом -
да не сносить кому вериг! -
Ведь, Джеймсом надо быть, здесь, Бондом,
чтоб выживать, среди интриг!
А коли так, то — карты в руки -
младым сердцам удел науки -
друг друга страстью ублажать,
а расставаясь — встречу ждать...-
и взгляд ловить, и сердца звуку
довериться...- ревнуя вслед -
и безразличия обет -
скрывать за маской ( Спрятав муку! ),
и ждать — в надежде — при Луне -
интимной связи..., как во сне...
12
Но Лирику сменяет Проза -
обратной стороной интриг,
где так красива, всё же, роза,
но, ведь, шипами, колет вмиг!
И речи нет о сантиментам,
а вкупе с ними, комплиментах,
когда чужая ( Но — жена! ) -
тобой — давно совращена...,
хотя, в душе, суть — потаскуха
( Коль муж — рогат, её...- Олень! -
Пусть, Бог — в Науках.., в жизни ж — пень! ),
страдая — льнуть, в притворстве духа,
к судьбе мужской..., а в оной — сон:
Сосед — рогатый..., но — не он!
15 ( 13,14 — пропуски, как у Пушкина )
Рассвет едва..., но спозаранку -
гремит звонок! - Не отключил?
«Ерша» сглотнув, вчера, лишь банку,
сам «отключившись»...- всё забыл!
А с тем, и о визитах, речи
и быть не может ( К чёрту, встречи! ),
с утра коль, в голове — сквозняк
( А уж похмелье — не пустяк! )...,
да и очухаться — полдела,
ведь надо новый день начать,
когда утеряна вся Стать...
и не твоё, как будто, тело...,
и, через стон, прервав свой сон,
за завтраком, в раздумьях, он...
16
Уж вечереет..., шеф — у входа
машину подал..., дверь открыл...,
ведь ждёт, увы, толпа народа...
и мчится он до знатных вилл...,
заехав к Пьехам..., Пугачёвым...
и к Собчакам...- знакомым новым...
А с Галкиным..., да под шофе -
вкушать его — ни бэ, ни мэ...
И налегке, конечно, с Филей -
ругать Юдашкиных, опять...
И всё налоги понижать,
в пылу иллюзий...- ровно стилей...,
ну, а затем, чрез протокол,
«сервировать» собою стол!
17
Отужинав...- согласно Сана -
во здравие — бокал поднять,
Бомонд почтив, средь балагана,
и продолжать, во всю, гулять!
И кавалькадой иномарок
( теряясь в изобилии марок )
гнать в Казино — представ гурьбой,
деньгами чтоб сорить, судьбой,
ловя удачу — наваждения...,
где лишь богатому — сюрприз,
а проигравшему — стриптиз -
за счёт, конечно, заведения...-
азарта не хватить с лихвой...-
не пав в наживе — с головой!
18
О, Мир запретов! - Плод мечтаний,
всех поколений — Казино!
Ведь кто не чтит — предел мечтаний?
( предпочитая, лишь Кино... )
А здесь — иллюзии — со страстью,
ведут желающих, как к счастью,
от прозы жизни кутерьмы -
в соблазны роскоши ( Не тьмы! ),
средь посетителей случайных,
которых, вечно, будто рой...,
всё ищущих мечту — игрой,
страдая... от потерь реальных...,
где деньги, словно на лету,
ввергают разум в маету!
19
Но где — разбитые надежды,
что вас к инфарктам привели,
а траура, цвета одежды,
бросали сверху горсть земли?
И уж едва ль — азарта дети,
вас вспомнят, жившими на Свете,
хотя и сами ( Чёрт возьми! )
халяву ждут, не став людьми...
Но лиц знакомых, что-то мало...
а в новых — и уныния нет,
и вот ( как просится ) ответ:
Ушедшим — жизнь короче стала...
Но оных, не жалею я,
ведь мне, они, всё ж, не друзья!
20
Проход открыт — через ворота -
ступают те, кто не звенит,
где «пачкой» круглой, бегемота,
секьюрити — за всем следит!
А там — вдали, за парапетом,
велюр пылает алым цветом,
и, в ряд, девиц глаза горят,
а ноги — от ушей торчат!
И в майках, с голыми пупками,
животики чьи, колобком
( Ну, как не вспомнить, здесь, Обком?! ),
а юбки... - догадайтесь сами...,
об этой моде, коей — путь -
любой добавить шарма жуть!
21
Евгений входит — в бликах света,
где столь интимный интерьер,
так ждущий игрока-Эстета,
через азарт, кой — как барьер,
определяя — зол ты..., весел...
Крупье тасует.... Среди кресел -
знакомых лиц ажиотаж -
мечту берёт на абордаж! -
А он, в позывах из зевоты,
всё ж, презирая сих людей,
кто игроки, аж до костей
( «Как утомили идиоты!» ) -
по жизни этой... уж от «дел» -
вздохнув...- «до дома» захотел...
22
Звучат аккорды — в ритме джаза...
и млеет публики типаж -
в парах усталости Экстаза,
чрез сплин, вершащий сей кураж,
вино — рекой где, да и водка,
а в них, как искупалась тётка,
да и хорош её партнёр,
кто — толь банкир, толь сутенёр!
Но с бдительностью трезвой, взгляда,
секьюрити в фойе стоит
и публику, в душе, бранит
( ведь праздник сей — его ль услада... ),
а уж Онегин, выйдя прочь,
в машине шефа мчится в ночь...
23
Смогу ли я ( О, Мой Читатель! )...-
изобразить жилища вид?
Но ты — гламурный обитатель,
да не скатись же, до обид!
Ведь изыски иных прельщений
и иностранных обобщений -
уже — в Рублёвки Теремах,
и как бы — на своих местах...,
Совку ль — в награду, как уделом,
коль «канул в Лету» старый быт,
а с ним — Союз и дефицит,
родив буржуев с «беспределом»,
где их Герой, как жизни цвет -
философ — в восемнадцать лет!
24
Бассейн..., джакузи — для экстаза,
хрусталь, фарфор, янтарь — в слезе...,
а из златого унитаза -
мелодия звучит Бизе...
И псарне — Дом! Не то, что слугам,
кому — хрущёбы - «по заслугам»...
А уж на крыше — вертолёт
( Чтоб без забот! )... Ковры — не в счёт,
среди зеркал — в оправах томных,
что чтут вечерний туалет,
а к марафету — мягкий свет,
для наслаждений, столь нескромных...
Но...- чтоб погибель не найти -
иного нет, у нас, пути!
25
Евгений — в прелестях вальяжных -
примером — многим мог служить,
ведь за день, без причин столь важных,
стремился пять одежд сменить!
А щепетильностью манеры
владел чудесно, но без меры,
с тем - «за глаза» имел клише,
как Фигаро от Бомарше...-
И — отправляясь на свидание -
пред зеркалом — по три часа -
он, как влюблённая краса,
кривлянье обратив в желание,
в белье — дефектов не найдя -
на встречу шёл..., чуть погодя...
26
Но модным быть, то — плыть по Моде...
и от других не отставать,
но к данности его ( К породе! ) -
кому угодно — фору дать!
И, здесь, стонали аж, кокетки,
на нём, все, видя этикетки,
на фоне Моды ( Как-никак! ),
где котелок... иль френч..., иль фрак...
являли стиля направление,
определяя путь судьбы,
в сетях которой, все — рабы,
ведь был бы спрос и предложение!
А три примера — лишь предлог,
для тех, кто жить как он, не мог...
27
Но темой будет — для разгрузки,
в субботнем расслаблении сил,
вновь Ресторан, Кабак — по-русски,
на этот раз, увы, «Ахилл»...,
что, средь огней рекламы, кличет,
а пальцем — в Заведение тычет
( Где, возле входа, ждёт Эстет -
Метрдотеля силуэт! ),
что будто бы — Мираж в пустыне,
Величием давит тишину,
а вы, войдя — уже в плену,
ведь свет и мрак здесь правят, ныне...
и контингент, нашедший кров,
расслабиться, вполне, готов!
28
Вот «Мерс» - у входа... и Евгений,
как завсегдатай Кабака,
минуя разом ряд ступеней,
ступает с видом знатока,
в кутёж привычный, в полумраке
( Где нет, пока, сюжета к драке! ),
а в атмосфере, столь крутой,
жизнь наслаждается собой...
и, в такт — не в такт, танцуют пары...,
но ревность, зачастую, мстит
( «За вид соседки, кто грустит...» ),
аж жутко портя строй гитары,
где женский визг: «... да ты — кобель!»,
чрез русский мат, находит цель!
29
В презрении — вполне возможно
( учтя свой, к жизни, личный счёт... ),
официант ( Кому — не сложно! ),
клиенту — в блюдо, но плюёт...,
и здесь ли тайна — что главнее,
ведь мысль, одна из двух, важнее,
и в истине — видна вина,
и в человеке — Сатана,
свою находит половину...
Да и мораль имеет лик,
ведь чуть «завис»... и глядь...- старик!
Знать, Дьявол создан, чтоб трясину -
альтернативой предлагать,
а развлекая...- разлагать!
30
Как часто — глупости большие -
мы совершаем невзначай...
Иль нас крушат идеи злые,
что дух — в разврата гонят Рай?
Иль, всё ж, Генетика предвзята,
где балагана связь, собрата,
родство находит с суетой,
в душе где праздник, маетой?
А в памяти, затем, всплывают
и смех, и ноги, и тела...
Но стоит ли, нам, жизнь, дотла
( её ведь мигом называют... ),
сжигать в распутстве, как в огне,
чтоб вспоминать в кошмарном сне?
31
Ослабнет память...- Что, в итоге? -
в тоске воскликнув: «Во, дела!»,
ведь жизнь, порой, была в тревоге,
но ведь не плохо протекла,
чрез круговерть, из стройных станов,
в скандальном вихре, всех романов,
что сгинули, посредством лет,
а лиц, уж многих, вовсе нет...
Но чувства ли унять, взаимно,
что, в старости, лишь баловство...,
да и какое — душ родство,
иль связь, в натуре..., ну..., интимно...
Но я столь счастлив, не тая,
что помните ещё, меня!
32
Любить одну..., но, вмиг, другая,
в упрёках зла, являет счёт:
«Ведь ты же — бабник!» Штука злая -
любовь, что в плюрализм ведёт...,
а от него — до разгильдяйства -
всего-то шаг, чрез спесь зазнайства,
что выливается во страсть,
где фазой крайней, чрез напасть,
уж фактор женский — бед адаптер,
средь отношений пошлых драм,
жизнь превращая, аж в бедлам...
Но стоит ли менять характер,
когда желание есть... и с кем...?
И, здесь, нелеп вопрос: «Зачем?»
33
Но ревность и меня пронзала,
чрез очерёдность, где — судьбой -
рога носить — пора настала,
по жизни этой — непростой,
в пылу её любви мгновений,
где страсть блистает, средь мучений,
и за проступки — больно мстит,
вгоняя в рабство — месть вершит,
в сей, отношений, круговерти,
где, словно призрачны, права,
чужие коли — трын-трава,
а уж супруги точно — черти,
а посему: и спроса нет
с их идиотства долгих лет!
34
Как, Власти, страсти остужают!!!
Но в день вчерашний — не попасть...
Ведь от «Реформ» - желания тают,
а это, как ЧП — напасть,
национального масштаба!
Где жизнь — не жизнь, а просто «жаба»!
И то — не ложная печаль,
что чувства гонит, как бы, вдаль...,
чрез серенады — под Луною
( «лапша на уши» где, игрой )...,
и плоти рвутся, словно в бой,
под лучезарною звездою...
А страсти, ныне, как дурман...
Иль мнение моё — обман?
35
Но мы забыли о Герое,
влачащем, мерно, жизнь свою,
кто в Кабаке, вкусив второе,
давно уж дома, как в Раю...,
и тут уж — день ли, ночь...- едино,
ведь он блаженствует ( «Скотина!» -
я словно слышу, между срок,
Читателя, к нему, упрёк... ),
кто ежедневные заботы,
с утра вершит ( Бишь — вечный труд! ),
и оному — Онегин — блуд,
коль их среда вся — обормоты,
буржуев отчих, тонкий слой,
где, как примером — сей «герой»!
36
Рассвет в ночи уж проступает,
но он проснётся, лишь ко дню,
и, распластавшись, «отдыхает»,
в кровати пышной...- в форме «ню»...
Да и затем: К чему, тут, спешка?
И всё равно — орёл ли, решка...,
ведь жизнь — достойная, судьбой,
во младости, но не «Отстой»!
А лучших лет своих, он, грешный,
не тратил, вовсе, на пустяк,
где труд тяжёлый, что «косяк»,
иль Ад, фактически, кромешный!
И кругом равных окрылён,
удачлив, счастлив и влюблён!
37
Но, постепенно, скуки семя,
всё зрея, предъявляло счёт,
через пресыщенность, как бремя,
где повседневность — не влечёт...
И жён чужих, любви признания,
несли лишь разочарования...,
а с ними — и галдёж мужей,
в рогах могучих, их ветвей!
И все приелись, вдруг, привычки,
где скачки Рима ( За масштаб! )
и дач шашлык — из бань да баб,
где — не мытьё, а...- Тут, кавычки...
Но быть Героем ты рождён!
И Ницше отвергает он...
38
Едва ли трудно, здесь, причину
найти ( да с пальцем, у виска... ),
в душе что вызвала, кручину,
а то — обычная тоска...,
как кровь родная безразличия,
что столь никчёмна, для приличия,
коль человек, без всех забот,
несчастен... Знать, он — Идиот!
Иль, проще, форменный ублюдок,
по жизни нашей..., бишь — урод,
кто бродит, словно сумасброд,
как Дон Кихот, презрев рассудок,
ища всё счастья на Земле,
с досадою души, во зле!
42 ( 39,40,41 — пропуски, как у Пушкина )
Причиной, мрачных настроений,
стал фактор женский, как бедлам,
в их лицемерном поведении,
где ложь — чужим..., своим словам,
чрез подтасовки фраз, что вроде,
и те — раздумья, в неком роде,
но по природе, как игра...,
ведь и мазут, для них, икра,
поскольку чёрный..., утверждая,
что шоколад он..., чрез упрёк,
где мужиков — вины порок,
по жизни..., в кой их роль, столь злая,
а ты — внимай, со всей душой,
сей бабий бред..., но глазки строй!
43
А что же Девы молодые,
в томлениях юных лет своих...,
блестят в ком очи, столь живые,
однако, нет мышления в них...,
и Девы, оттого, пустые...,
ведь речи их, как заводные,
и к полу став безмерно злым,
и весь Бомонд назвав тупым,
уж в одиночестве, Евгений,
от скуки — рифмы стал слагать...,
но, всё ж, не смог... и на кровать,
чтоб подремать, в тиши забвений...
И пусть нескромно, здесь, изречь,
но — Мастер я — стихом увлечь!
44
А коли творчество «не катит»,
а скука донимает плоть,
то и терпения, вроде, хватит,
пойти во двор — дрова колоть,
по факту: словно Челентано,
как дровосек, согласно плана,
махать чтоб топором, с лихвой,
но вот душе - «пролёт», судьбой,
ведь, здесь, Онегин, был не в теме,
не преуспев... и, вновь, читать,
опять упавший на кровать...,
чтоб негу не встречать в дилемме,
а, с ней, лелеять жизнь, в мечтах,
ловя сюжеты, лишь во снах...
45
Бомонд — вдали, не привлекая
Евгения — своей гульбой,
где шум, сознание наполняя
белибердой ( И столь пустой! ),
остался, как от песни спетой,
средь скукоты — по жизни этой,
когда, как кошки на душе
скребут..., а я же, пусть, клише,
здесь выдал и, по сути, ловко,
себя хваля, за просто так,
ведь в сей строфе, увы, мастак,
коль, в ней, цветёт моя сноровка,
вне плагиата и впопад,
верша сюжет на новый лад!
46
Несчастен тот, кто жизнь осмыслив,
без нянек вечных, сделав шаг,
а опыт — в дар себе зачислив
( минуя призрачность из благ... ),
её, вдруг, муку обнаружит,
едва язвительность закружит,
а истый лик, друзей иных,
узрит в поступках их, гнилых...
И в долгих думах, наш Евгений,
вкусивший суть химер-соплей
( ведь он блуждал, среди аллей... ),
дошёл до крайних заключений:
«Всё ж, легче тем, среди людей,
кто, в искренности злобы, злей!»
47
Как речь роскошна, оных, в прозе,
и красотой обрамлена...,
но изыски — в прекрасной позе -
барьер всего лишь, иль стена,
из слов, что будто паутина,
где целомудрия картина
располагает, не едва,
и распознать, здесь, чёрта с два,
природу истинных желаний,
в которых простота храбра,
но зло — условно для добра,
а значит: и очарований
не много столь, душе младой,
коль видит жизнь, такой пустой!
48
И в одиночестве гуляя...,
не тратя совершенно сил,
Онегин, через ветер Мая,
свои сомнения бередил...,
но града шум, в его тревоги,
не проникал... «Как дни убоги!
А в оных — проза, просто жуть,
что заполняет жизни суть!»,
и он — поступки и мотивы
людей, уж принимать не мог,
и не терпел их диалог,
чрез пылкие речитативы,
ведь мерил всё, на свой манер,
хотя и сам был, не пример.
49
Увы, ему — не до гармоний,
поскольку стал зажатым, весь,
и Гамлета ( Да без ироний! ):
«Быть, иль не быть?» - уместен, здесь,
вопрос... и задан им, по теме,
а с ним: «Что делать?», ведь в дилемме,
душа «зависла», чрез надрыв,
и пусть абстрактен негатив,
да и судьба пусть не жестока...
«Но как? Зачем? А стоит жить?
Ведь водку ль пить..., Прогресс вершить...-
для смерти, равнозначно, рока!»,
и мыслей этих, пелена,
пред ним вставала, как стена!
50
Но сила властная владела,
и в даль незримую влекла,
где сердце ныло, словно тлело,
знать, Родина домой звала,
и он — под кров её знакомый,
стремился, уж судьбой ведомый,
в объятия духа той Земли,
где народиться мы смогли,
среди Величия Стихии...
Но вновь встречают: брег..., печаль...,
колосс, как будто зрея вдаль...,
и темы, всех времён, России:
«Кто виноват?» ( То — тайна всем... ),
«Что делать?» ( Мнений нет, совсем! ).
51
Онегин — за границей, классно,
туристом — вечный кайф искал,
и с русской труппой ( Значит — гласно! ),
соря деньгами, всё играл...-
по Казино, но с чувством долга,
кутёж оставив ненадолго,
к отцу поехал не спеша,
ведь там, уж мёртвая душа,
ждала его, в кругах вуали...,
а к ней, родня — кусок схватить
( Коль, в жизни, всякий хочет жить! ),
да пожирней, как поджидали,
кончину папы лицезря,
хоть и банкрота...- знать, не зря!
52
Несчастья к нам приходят скопом
( и сами знаете, о том ),
а тут — от дяди факс: // ... ГАЛОПОМ!!! //
и, с отвратительным лицом,
забросив все свои заботы
( Где не до дум уж, да зевоты! ),
но чуя личный интерес,
он, напрямую, через лес,
помчался, Мерседес калеча,
родню треклятую браня,
его позвавшую, как пня -
сиделкой быть ( По рангу ль встреча? ),
но не успел Евгений в срок...,
ведь дядя в гроб «сыграл», чрез рок!
53
Помимо родичей...- уродов
( От коих — просто спасу нет! ),
посланцами халяв народов,
как будто стал весь Белый Свет!
И лишь в могилу опустили,
голодных, как с цепи спустили,
чтоб пить, за счёт чужой, да жрать,
и, чрез советы, рассуждать!
А сим наследникам ( Как рою! ),
враз обобрать — любой ценой!
Но, тут, им, парень непростой,
попался..., гаркнув: «Всех зарою!»,
Евгений — здесь остался жить,
чтоб жизнь — Хозяином вершить!
54
Провинция...- твой воздух чистый
повлёк Евгения, судьбой...,
в сей городишко неказистый,
где, недалече, лес густой,
что мысли продлевал, собою,
а для безделья, тьма — судьбою,
но душу согревал оплот,
его наследства, полный счёт...,
хотя, Евгений, жизни местной,
почти совсем не замечал,
и вновь скучал..., а с тем, ворчал...,
как будто жил он в клетке тесной,
но здешнего Бомонда, рок,
оплачивал, насколько мог...
55
Провинция, как даль земная,
а для несведущих — мечта...,
что так влечёт к себе, святая,
глушь заслоняя, что не та,
уж ныне...- по природе быта,
где боль забот, как колорита
романтики слепой, из грёз,
столь сумасбродных, но всерьёз,
в среде туристов-обормотов
восходит, словно эпатаж,
и свой возводит, аж кураж,
в блужданиях вечных идиотов,
которых город смог родить,
умишки дав им, лишь бродить...
56
И тут, Евгений ( столь «уставший» ),
уж начал гоголем ходить,
а может с печки русской спавший,
вмиг, вопросил: «Ну, как, здесь жить?»,
ведь глушь иному — кущи Рая,
а для него — тоска, без края...-
убожеством ( Читатель мой ) -
сей городишко небольшой,
с избытком сельских откровений
( и пусть они — во всей красе,
и пусть — к есенинской росе )...,
чрез их обзор, в грусть заключений,
где, вновь, расстройство..., бишь, хандра,
одолевает..., аж с утра!
57
Коль о росе упоминаю,
то оная — сквозит, меж строк,
у «стихотворцев», коих знаю,
и, здесь, С.А.- всем даст урок...
Но ныне ль, людям, о природе,
где горы тают, в небосводе,
а чары Дев, так манят нас,
когда Руси, Народа Глас,
звучит в разумности амбиций,
по поводу своих же прав,
которые он потеряв,
в душе страдает ( Всё ж — Патриций! )?
И тут уж— не до рос, строфой,
коль и без них, тоска, судьбой!
58
Кому, «ласкающие трели»,
стишков твоих, нужны сейчас?
Ведь ( Зри, Поэт! ), все чувств метели,
как жертвы юности, подчас,
трещат — без стороны интимной!
И сей союз, в любви взаимной,
скорей — к разводу приведёт...
А это — жизнь...- не анекдот!
Но я увлёкся, «кинув» тему,
и пусть Главу вершить пора
( В которой — рифмы — не игра,
а к завистям, иных, в проблему! ),
и лишь закончу сей раздел,
продолжу, махом, между дел!
59
Вновь, фразы нужной очертания,
застлала ночи пелена...
и Музы — мрачны нарекания,
но к Творчеству влечёт она...
И повинуясь бессловесно
( когда в душе — двоим уж тесно ),
я, вновь, слагать стихи готов,
средь верениц, из пришлых слов,
что стиль мой — в рифмы облекает,
где чуждых боле — вовсе нет...
и, Аурой ведомый, свет,
из строф — Главу уж завершает,
чрез Музы, столь капризный нрав,
который я ценю... и прав!
60
Итак: сей Опус стихотворный -
Главою первой обрамлён,
а тёзка мой — Поэт придворный,
за общий план, в нём, оценён,
средь плюрализма неких мнений,
а с ними — вплоть до обвинений
и оскорблений — мол — цинизм,
и дуализм, и катаклизм...
Но критикам — оставлю ...измы...-
вскрывать чтоб, некой тайны, гриф,
ведь совершенство — только миф,
чрез призрачность стеклянной призмы...,
а я — лишь с теми, кто, в пути,
готов со мною вдаль идти...

Рейтинг: +1 485 просмотров
Комментарии (2)
0 # 18 декабря 2011 в 21:30 0
Уж сколько раз твердили миру
Что Пушкин в самом деле жив.
Просто, Яминский стырил Лиру,
И обуял его порыв
Взрастить Онегина портянки,
И, развезя в пол сотни глав,
Сюжет хотел склепать стремглав....
Наляпал что-то там по-пьянке.
Ну, а народ наш, много пьёт....
А как напьётся, так поймёт -
Что в мире лучшие творенья
Создал Писатель В.И.Ленин.
А с ним, Собчак и Пугачёва,
Но, всех главнее - Просто Вова.
Александр Яминский # 19 декабря 2011 в 11:02 0
Вова, это - не онегинская строфа... Да и рифма - не ахти какая!
Автор
 

 

Популярные стихи за месяц
129
98
95
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
94
93
92
90
72
70
61
59
Предзимье 31 октября 2017 (Виктор Лидин)
57
57
54
Осеннее 11 ноября 2017 (Нина Колганова)
54
Перчатка 19 ноября 2017 (Виктор Лидин)
51
51
50
49
46
Наши мысли... 10 ноября 2017 (Виктор Лидин)
46
45
45
43
41
41
39
В ДОРОГЕ 1 ноября 2017 (Рената Юрьева)
39
39
35