Роль, изменившая жизнь

24 сентября 2020 - Сергей Шевцов
article480570.jpg

     
      Покинув Большой драматический, Крымов почти полгода маялся без работы. Актёру не удалось устроится в другие театры – информация о его некрасивом уходе из БДТ быстро расползлась по Ленинграду. Товстоногов решил ставить пьесу по роману Достоевского «Идиот». Хрущёвская «оттепель» открывала перед режиссёром-новатором неограниченные возможности. Критики-партократы сейчас не так хищно щёлкали зубами, и даже пытались приоткрыть форточку советской культуры, чтобы в неё просочился ветерок, до этого незнакомого западного искусства. Для постановки «Идиота» из Таллина был специально приглашён Вениамин Ланге, известный своими философски-самобытными работами с прибалтийской изюминкой. На роль князя Мышкина утвердили Пантелеймона Крымова.
      Актёра распирало от гордости. Товстоногов высоко оценил его игру в пьесе Михаила Себастиана «Безымянная звезда», и теперь доверил самую ответственную роль в новом авангардном спектакле. Но тут Крымова понесло. Пресса уже начала петь дифирамбы готовящемуся спектаклю, а что будет после премьеры, даже трудно было представить. Дуэт Товстоногова и Ланге обещал придирчивым театралам сенсационное зрелище. На роль Рогожина назначили Евгения Лебедева, старинного приятеля и давнего партнёра Крымова по другим постановкам. Эта актёрская пара также не могла не заинтересовать зрителя.
      Ну, разве можно не отметить такое событие? Крымов умел и любил покутить со всем размахом широкой русской души. Кончилось тем, что актёр загулял, и не явился на первую же репетицию. Режиссёры были в шоке, они побагровели от гнева. Более того, возмущённый Ланге, хлопнув дверью, улетел к себе домой в Эстонию. Разразился громкий скандал. Товстоногов не захотел выслушивать оправдания провинившегося артиста, и с треском выгнал его из театра. Правда, найти достойную замену на эту роль среди труппы БДТ не получилось, и постановка была отменена.
      Но бацилла переосмысленного «Идиота» продолжала будоражить ум Товстоногова и, спустя шесть месяцев, он опять надумал ставить революционный спектакль, однако уже без участия прибалтийского коллеги. Узнав об этом, Крымов попытался вернуться в театр, ведь, насколько он знал, найти ему замену вспыльчивому творцу культовых постановок так и не удалось.
      Товстоногов согласился принять у себя в кабинете, ходившего когда-то у него в любимчиках актёра. Но сейчас режиссёр смотрел на бывшего ведущего солиста с горькой иронией:
      – Неужели блудный сын надумал вернуться? Папа должен раскинуть руки и принять в свои объятия одумавшуюся загулявшую звезду?
      – Зачем вы так, Георгий Александрович? – лицо Крымова изображало крайнее огорчение. – Я знаю, что виноват, и глубоко раскаиваюсь в содеянном.
      – Правда? Виноват? Раскаиваешься? И что ты хочешь?
      – Вы же с Ланге готовили «Идиота» конкретно под меня, и уважаемый мэтр Вениамин Яковлевич лично настаивал на этом. Да, я свалял дурака и всех подвёл. Но я готов искупить свою ошибку титаническим трудом. Поверьте, такое больше не повториться и более дисциплинированного и ответственного актёра вы не найдёте.
      – Уже нашёл.
      – Что? – от неожиданности у Крымова округлились глаза. – И кто это? – шокированный артист лихорадочно перебирал в уме списочный состав театра.
      – Не напрягайся. Он из внештатных с оплатой за выход, я использовал его в массовках, как характерный персонаж.
      – Новенький из задрипанного сталинградского театра, даже не имеющий специального актёрского образования?
      – А что? Нужно было подобрать какую-нибудь бездарь из столицы с дипломом Высшего театрального училища имени Щепкина?
      – Но вы же сами говорили, что он совсем нетипичен, можно сказать, нестандарт. Что его ментальность нельзя втиснуть ни в одну драматургию. Кого он может играть? Высоченная сутулая дылда, худющая, как скелет. Патлатый взъерошенный блондин с голубыми выцветшими глазами и неестественными вставными зубами вместо выпавших от цинги. Его же не приняли ни в один ленинградский театр, потому что артист с такими данными безнадёжен для пьес, определяющих репертуар.
      – Да, говорил. Добавь ещё сюда его завораживающий, будто неуправляемый сознанием странный голос. А также испуганно-осторожную пластику тюремного сидельца.
      – Вот именно! И он будет исполнять роль Мышкина? Кто вас надоумил на столь нелогичное решение?
      – Не поверишь, твой друг Лебедев, который тоже задействован в «Идиоте».
      – Женька? Не может быть!
      – Может. Эти два актёра вместе снимались в небольших ролях у Михаила Дубсона в его фильме «Шторм», и Лебедев обратил моё внимание на морячка, сыгранного нетипичным актёром. Я присмотрелся к нему, его манере исполнения, и понял, это именно то, что мне нужно.
      – Невероятно! Я просто отказываюсь в это верить. Разглядеть артиста по двум пятиминутным эпизодам? И, что в нём есть такое, чего нет у меня?
      – Ты, Пантелеймон Александрович, хорошо умеешь вжиться в образ, в этом плане у нас с тобой никогда не было проблем. Но ты играешь, как и положено классному актёру, а он – живёт на сцене. Понимаешь? Живёт, а не играет. Он не отрабатывает роль героя из театральной программки, он показывает живого человека.
                                                          ***
      Премьера пьесы «Идиот» состоялась тридцать первого декабря тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года. В этом был какой-то сакраментальный смысл. Товстоногов будто хотел показать, что в новый год нужно входить не со старыми, пусть даже хорошо зарекомендовавшими себя наработками, а с совершенно новаторскими взглядами и идеями.
      В культурной жизни страны это было, наверное, самое громкое, с нетерпением ожидаемое и непредсказуемое событие. Когда спектакль только задумывался, критики бурно обсуждали готовящуюся необычную постановку. Приверженцы традиционной школы были недовольны отходом Товстоногова от классических решений, а поклонники новизны, наоборот, хотели ярких и запоминающихся перемен. Однако за тот период, что прошёл от задумки до её воплощения, многое изменилось.
      Экстравагантный прибалтиец Вениамин Ланге, стоявший у истоков идеи, не принимал участие в постановке, и его, не раз продемонстрированные миру вольные трактовки первоисточников, могли быть и не использованы самодостаточным ленинградским режиссёром. С другой стороны, и Товстоногов тоже был непредсказуем. А вот Пантелеймон Крымов, который планировался на роль князя Мышкина ни у кого не вызывал сомнений. Даже критики, стоявшие на разных творческих позициях, в этом плане не расходились во мнении. Но теперь вместо него выставлялся никому не известный актёр, игравший ранее в провинциальных второсортных театрах, чуть ли не на уровне самодеятельности. Такую замену никто не мог понять и объяснить.
      Премьера спектакля вызвала настоящий ажиотаж. Заядлые театралы и критики приезжали со всех концов Советского Союза посмотреть на экзотически-интригующее действо. Пессимистически настроенные рецензенты предрекали провал спектакля, ругая «зарвавшегося полусумасшедшего режиссёра» за излишнюю самоуверенность и наглость. Но большинство аналитиков ожидало от Товстоногова настоящей феерии, веря в его неоспоримый талант.
      Когда в зале погас свет, наступила абсолютная тишина, которой могла позавидовать любая театральная труппа. Люди замерли в предвкушении чуда. Все прекрасно знали сюжет, но сейчас это было не важно. Настоящего гурмана интересует не само блюдо, а то, как оно приготовлено.
      И чудо свершилось! Спектакль превзошёл все ожидания. Такого Мышкина ещё никто не видел. Образ князя выбивался из традиционного формата, в котором он обычно представал на других сценах. Неизвестный актёр, будто извлекал из подсознания обывателя книжный образ литературного героя и доказывал, что Мышкин Достоевского именно такой и другим быть не может.
      Потом театральные аналитики досконально проштудируют эту фантастическую актёрскую работу. В своих воспоминаниях искусствовед Алёна Варламова отмечала, что после знаменитых статей Белинского о Павле Мочалове, потрясающе исполнившего роль принца Гамлета трудно было вспомнить другой случай, когда бы критика зафиксировала и проанализировала едва ли не каждый момент существования актёра на сцене.
      Историки театра Инна Соловьёва и Вера Шитова описали простой проход князя из одной кулисы в другую перед закрытым занавесом, также ставший вершиной роли: «Высокий и слабый, сутулый и непередаваемо изящный, с какими-то слишком лёгкими руками, с походкой, щемяще робкой и одновременно щемяще решительной, князь Мышкин шёл в иноземном своём платье, в толстых башмаках, с узелком, завязанным в клетчатый платок. Беззащитный, детски приветливый, строгий, вступал он в эту петербургскую жизнь, корыстную и горячечную, нёс сюда ясный и беспомощный свет своей души».
      Этот Мышкин был для советского театра совершенно новым героем, востребованным «оттепелью». Впоследствии и театральные критики, и режиссёры, и коллеги-актёры называли спектакль Товстоногова самым ярким театральным потрясением в своей жизни. «Это был прорыв, взрыв, переход в новое качество не только ленинградского театра, но и всей нашей сцены», – писал об «Идиоте» десятилетия спустя доктор искусствоведения Анатолий Смелянский.
      Когда спектакль закончился, в зале некоторое время стояла тишина, будто зрителям нужно было отойти от шока. Но после разразился такой шквал аплодисментов, который по своей мощи был сродни орудийному салюту.
      На следующее утро, игравший Мышкина, ранее никому не известный Иннокентий Смоктуновский проснулся знаменитым. Георгий Товстоногов сделал актёру сногсшибательный новогодний подарок. Теперь лучшие режиссёры Советского Союза начнут рваться поработать с новым гением сцены, а все театры страны будут мечтать о таком солисте. К этому триумфу артист шёл долгих тридцать два года – очень непростых и, порой, казавшихся кромешным адом.
      С семи лет маленькому Кеше приходилось воровать на рынке, чтобы не умереть от голода, как его брат Владимир. А ещё в биографии парня имелся прискорбный факт – его отец и деды были раскулачены, проходили по пятьдесят восьмой статье, а потом расстреляны. Из-за этого даже пришлось сменить родительскую фамилию Смоктунович на Смоктуновский.
      И взаимоотношения с театром поначалу складывались не лучшим образом. В сцену четырнадцатилетний мальчишка влюбился сразу, как только однажды тайком без билета прокрался на спектакль Красноярского драматического театра имени Пушкина. «Сейчас уже я понимаю, что это было просто дурно по вкусу, но тогда вышел потрясённый, – вспоминал потом актёр. – Должно быть, я был очень добрым зрителем или во мне уже тогда заговорило нутро: попал домой».
      В шестом классе Кеша начал заниматься в школьном драмкружке, которым руководил актёр Синицын. Однако после первого же публичного показа «Предложения» по Чехову, в котором он играл роль Ломова, парень был изгнан из кружка. Казалось бы, юноше чётко и совершенно однозначно указали на его театральную профнепригодность, но это не отбило тягу Иннокентия к сцене, просто он понял, что нужно ещё очень много работать над собой.
      Когда началась Великая Отечественная война, Смоктуновский пошёл на фронт. В сорок третьем году боец попал в немецкий плен, но ему удалось бежать и присоединиться к партизанскому отряду Каменец-Подольска. Он участвовал в боях на Курской дуге, форсировании Днепра, освобождению Киева и закончил войну в Гревесмюлене.
      Демобилизовавшись из армии, Смоктуновский вернулся в Красноярск. Факт пребывания в плену навесил на отставника ярлык «неблагонадёжный» с причислением его к категории «минус 39», то есть, запрету на проживание в тридцати девяти крупнейших городах страны. Не имея ни ясной цели, ни поддержки, поначалу он намеревался поступить в Лесотехнический институт, но старый приятель по школьному драмкружку сообщил, что местный театр организовал студию. Там давали общежитие и бесплатно кормили. После недолгой учёбы, не глотнув даже азбучных истин актёрской профессии, недоучка отправился набираться опыта в те края, дальше которых не ссылали.
      Помыкавшись по провинциальным театрам Заполярья и Сибири, Смоктуновский отважился на приезд в Москву. Но он оказался не нужным столице, его нигде не принимали. Невостребованному артисту приходилось голодать и ночевать на вокзалах. Смирившись с неудачей, Иннокентий перебрался в Сталинград, где ещё можно было как-то устроится. Через тридцать лет, в зените славы, актёр скажет: «Было в моей жизни много всякого: и плохого, и прекрасного. Одного только не было и, наверное, никогда не будет – лёгкости и беззаботности».
      Сейчас в любом вузе мира, готовящем будущих актёров, каждый студент ответит на вопрос, кто такой Иннокентий Смоктуновский. Но даже трудно себе представить, как могла-бы сложиться жизнь артиста, если бы судьба не свела его с Георгием Товстоноговым. Всего одна роль, каприз фортуны, дело случая, а театральная планета могла не открыть для себя нового гения сцены по имени Иннокентий Смоктуновский.  
 


 

© Copyright: Сергей Шевцов, 2020

Регистрационный номер №0480570

от 24 сентября 2020

[Скрыть] Регистрационный номер 0480570 выдан для произведения:
      Покинув Большой драматический, Крымов почти полгода маялся без работы. Актёру не удалось устроится в другие театры – информация о его некрасивом уходе из БДТ быстро расползлась по Ленинграду. Товстоногов решил ставить пьесу по роману Достоевского «Идиот». Хрущёвская «оттепель» открывала перед режиссёром-новатором неограниченные возможности. Критики-партократы сейчас не так хищно щёлкали зубами, и даже пытались приоткрыть форточку советской культуры, чтобы в неё просочился ветерок, до этого незнакомого западного искусства. Для постановки «Идиота» из Таллина был специально приглашён Вениамин Ланге, известный своими философски-самобытными работами с прибалтийской изюминкой. На роль князя Мышкина утвердили Пантелеймона Крымова.
      Актёра распирало от гордости. Товстоногов высоко оценил его игру в пьесе Михаила Себастиана «Безымянная звезда», и теперь доверил самую ответственную роль в новом авангардном спектакле. Но тут Крымова понесло. Пресса уже начала петь дифирамбы готовящемуся спектаклю, а что будет после премьеры, даже трудно было представить. Дуэт Товстоногова и Ланге обещал придирчивым театралам сенсационное зрелище. На роль Рогожина назначили Евгения Лебедева, старинного приятеля и давнего партнёра Крымова по другим постановкам. Эта актёрская пара также не могла не заинтересовать зрителя.
      Ну, разве можно не отметить такое событие? Крымов умел и любил покутить со всем размахом широкой русской души. Кончилось тем, что актёр загулял, и не явился на первую же репетицию. Режиссёры были в шоке, они побагровели от гнева. Более того, возмущённый Ланге, хлопнув дверью, улетел к себе домой в Эстонию. Разразился громкий скандал. Товстоногов не захотел выслушивать оправдания провинившегося артиста, и с треском выгнал его из театра. Правда, найти достойную замену на эту роль среди труппы БДТ не получилось, и постановка была отменена.
      Но бацилла переосмысленного «Идиота» продолжала будоражить ум Товстоногова и, спустя шесть месяцев, он опять надумал ставить революционный спектакль, однако уже без участия прибалтийского коллеги. Узнав об этом, Крымов попытался вернуться в театр, ведь, насколько он знал, найти ему замену вспыльчивому творцу культовых постановок так и не удалось.
      Товстоногов согласился принять у себя в кабинете, ходившего когда-то у него в любимчиках актёра. Но сейчас режиссёр смотрел на бывшего ведущего солиста с горькой иронией:
      – Неужели блудный сын надумал вернуться? Папа должен раскинуть руки и принять в свои объятия одумавшуюся загулявшую звезду?
      – Зачем вы так, Георгий Александрович? – лицо Крымова изображало крайнее огорчение. – Я знаю, что виноват, и глубоко раскаиваюсь в содеянном.
      – Правда? Виноват? Раскаиваешься? И что ты хочешь?
      – Вы же с Ланге готовили «Идиота» конкретно под меня, и уважаемый мэтр Вениамин Яковлевич лично настаивал на этом. Да, я свалял дурака и всех подвёл. Но я готов искупить свою ошибку титаническим трудом. Поверьте, такое больше не повториться и более дисциплинированного и ответственного актёра вы не найдёте.
      – Уже нашёл.
      – Что? – от неожиданности у Крымова округлились глаза. – И кто это? –шокированный артист лихорадочно перебирал в уме списочный состав театра.
      – Не напрягайся. Он из внештатных с оплатой за выход, я использовал его в массовках, как характерный персонаж.
      – Новенький из задрипанного сталинградского театра, даже не имеющий специального актёрского образования?
      – А что? Нужно было подобрать какую-нибудь бездарь из столицы с дипломом Высшего театрального училища имени Щепкина?
      – Но вы же сами говорили, что он совсем нетипичен, можно сказать, нестандарт. Что его ментальность нельзя втиснуть ни в одну драматургию. Кого он может играть? Высоченная сутулая дылда, худющая, как скелет. Патлатый взъерошенный блондин с голубыми выцветшими глазами и неестественными вставными зубами вместо выпавших от цинги. Его же не приняли ни в один ленинградский театр, потому что артист с такими данными безнадёжен для пьес, определяющих репертуар.
      – Да, говорил. Добавь ещё сюда его завораживающий, будто неуправляемый сознанием странный голос. А также испуганно-осторожную пластику тюремного сидельца.
      – Вот именно! И он будет исполнять роль Мышкина? Кто вас надоумил на столь нелогичное решение?
      – Не поверишь, твой друг Лебедев, который тоже задействован в «Идиоте».
      – Женька? Не может быть!
      – Может. Эти два актёра вместе снимались в небольших ролях у Михаила Дубсона в его фильме «Шторм», и Лебедев обратил моё внимание на морячка, сыгранного нетипичным актёром. Я присмотрелся к нему, его манере исполнения, и понял, это именно то, что мне нужно.
      – Невероятно! Я просто отказываюсь в это верить. Разглядеть артиста по двум пятиминутным эпизодам? И, что в нём есть такое, чего нет у меня?
      – Ты, Пантелеймон Александрович, хорошо умеешь вжиться в образ, в этом плане у нас с тобой никогда не было проблем. Но ты играешь, как и положено классному актёру, а он – живёт на сцене. Понимаешь? Живёт, а не играет. Он не отрабатывает роль героя из театральной программки, он показывает живого человека.
                                                    ***
      Премьера пьесы «Идиот» состоялась тридцать первого декабря тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года. В этом был какой-то сакраментальный смысл. Товстоногов будто хотел показать, что в новый год нужно входить не со старыми, пусть даже хорошо зарекомендовавшими себя наработками, а с совершенно новаторскими взглядами и идеями.
      В культурной жизни страны это было, наверное, самое громкое, с нетерпением ожидаемое и непредсказуемое событие. Когда спектакль только задумывался, критики бурно обсуждали готовящуюся необычную постановку. Приверженцы традиционной школы были недовольны отходом Товстоногова от классических решений, а поклонники новизны, наоборот, хотели ярких и запоминающихся перемен. Однако за тот период, что прошёл от задумки до её воплощения, многое изменилось.
      Экстравагантный прибалтиец Вениамин Ланге, стоявший у истоков идеи, не принимал участие в постановке, и его, не раз продемонстрированные миру вольные трактовки первоисточников, могли быть и не использованы самодостаточным ленинградским режиссёром. С другой стороны, и Товстоногов тоже был непредсказуем. А вот Пантелеймон Крымов, который планировался на роль князя Мышкина ни у кого не вызывал сомнений. Даже критики, стоявшие на разных творческих позициях, в этом плане не расходились во мнении. Но теперь вместо него выставлялся никому не известный актёр, игравший ранее в провинциальных второсортных театрах, чуть ли не на уровне самодеятельности. Такую замену никто не мог понять и объяснить.
      Премьера спектакля вызвала настоящий ажиотаж. Заядлые театралы и критики приезжали со всех концов Советского Союза посмотреть на экзотически-интригующее действо. Пессимистически настроенные рецензенты предрекали провал спектакля, ругая «зарвавшегося полусумасшедшего режиссёра» за излишнюю самоуверенность и наглость. Но большинство аналитиков ожидало от Товстоногова настоящей феерии, веря в его неоспоримый талант.
      Когда в зале погас свет, наступила абсолютная тишина, которой могла позавидовать любая театральная труппа. Люди замерли в предвкушении чуда. Все прекрасно знали сюжет, но сейчас это было не важно. Настоящего гурмана интересует не само блюдо, а то, как оно приготовлено.
      И чудо свершилось! Спектакль превзошёл все ожидания. Такого Мышкина ещё никто не видел. Образ князя выбивался из традиционного формата, в котором он обычно представал на других сценах. Неизвестный актёр, будто извлекал из подсознания обывателя книжный образ литературного героя и доказывал, что Мышкин Достоевского именно такой и другим быть не может.
      Потом театральные аналитики досконально проштудируют эту фантастическую актёрскую работу. В своих воспоминаниях искусствовед Алёна Варламова отмечала, что после знаменитых статей Белинского о Павле Мочалове, потрясающе исполнившего роль принца Гамлета трудно было вспомнить другой случай, когда бы критика зафиксировала и проанализировала едва ли не каждый момент существования актёра на сцене.
      Историки театра Инна Соловьёва и Вера Шитова описали простой проход князя из одной кулисы в другую перед закрытым занавесом, также ставший вершиной роли: «Высокий и слабый, сутулый и непередаваемо изящный, с какими-то слишком лёгкими руками, с походкой, щемяще робкой и одновременно щемяще решительной, князь Мышкин шёл в иноземном своём платье, в толстых башмаках, с узелком, завязанным в клетчатый платок. Беззащитный, детски приветливый, строгий, вступал он в эту петербургскую жизнь, корыстную и горячечную, нёс сюда ясный и беспомощный свет своей души».
      Этот Мышкин был для советского театра совершенно новым героем, востребованным «оттепелью». Впоследствии и театральные критики, и режиссёры, и коллеги-актёры называли спектакль Товстоногова самым ярким театральным потрясением в своей жизни. «Это был прорыв, взрыв, переход в новое качество не только ленинградского театра, но и всей нашей сцены», – писал об «Идиоте» десятилетия спустя доктор искусствоведения Анатолий Смелянский.
      Когда спектакль закончился, в зале некоторое время стояла тишина, будто зрителям нужно было отойти от шока. Но после разразился такой шквал аплодисментов, который по своей мощи был сродни орудийному салюту.
      На следующее утро, игравший Мышкина, ранее никому не известный Иннокентий Смоктуновский проснулся знаменитым. Георгий Товстоногов сделал актёру сногсшибательный новогодний подарок. Теперь лучшие режиссёры Советского Союза начнут рваться поработать с новым гением сцены, а все театры страны будут мечтать о таком солисте. К этому триумфу артист шёл долгих тридцать два года – очень непростых и, порой, казавшихся кромешным адом.
      С семи лет маленькому Кеше приходилось воровать на рынке, чтобы не умереть от голода, как его брат Владимир. А ещё в биографии парня имелся прискорбный факт – его отец и деды были раскулачены, проходили по пятьдесят восьмой статье, а потом расстреляны. Из-за этого даже пришлось сменить родительскую фамилию Смоктунович на Смоктуновский.
      И взаимоотношения с театром поначалу складывались не лучшим образом. В сцену четырнадцатилетний мальчишка влюбился сразу, как только однажды тайком без билета прокрался на спектакль Красноярского драматического театра имени Пушкина. «Сейчас уже я понимаю, что это было просто дурно по вкусу, но тогда вышел потрясённый, – вспоминал потом актёр. – Должно быть, я был очень добрым зрителем или во мне уже тогда заговорило нутро: попал домой».
      В шестом классе Кеша начал заниматься в школьном драмкружке, которым руководил актёр Синицын. Однако после первого же публичного показа «Предложения» по Чехову, в котором он играл роль Ломова, парень был изгнан из кружка. Казалось бы, юноше чётко и совершенно однозначно указали на его театральную профнепригодность, но это не отбило тягу Иннокентия к сцене, просто он понял, что нужно ещё очень много работать над собой.
      Когда началась Великая Отечественная война, Смоктуновский пошёл на фронт. В сорок третьем году боец попал в немецкий плен, но ему удалось бежать и присоединиться к партизанскому отряду Каменец-Подольска. Он участвовал в боях на Курской дуге, форсировании Днепра, освобождению Киева и закончил войну в Гревесмюлене.
      Демобилизовавшись из армии, Смоктуновский вернулся в Красноярск. Факт пребывания в плену навесил на отставника ярлык «неблагонадёжный» с причислением его к категории «минус 39», то есть, запрету на проживание в тридцати девяти крупнейших городах страны. Не имея ни ясной цели, ни поддержки, поначалу он намеревался поступить в Лесотехнический институт, но старый приятель по школьному драмкружку сообщил, что местный театр организовал студию. Там давали общежитие и бесплатно кормили. После недолгой учёбы, не глотнув даже азбучных истин актёрской профессии, недоучка отправился набираться опыта в те края, дальше которых не ссылали.
      Помыкавшись по провинциальным театрам Заполярья и Сибири, Смоктуновский отважился на приезд в Москву. Но он оказался не нужным столице, его нигде не принимали. Невостребованному артисту приходилось голодать и ночевать на вокзалах. Смирившись с неудачей, Иннокентий перебрался в Сталинград, где ещё можно было как-то устроится. Через тридцать лет, в зените славы, актёр скажет: «Было в моей жизни много всякого: и плохого, и прекрасного. Одного только не было и, наверное, никогда не будет – лёгкости и беззаботности».
      Сейчас в любом вузе мира, готовящем будущих актёров, каждый студент ответит на вопрос, кто такой Иннокентий Смоктуновский. Но даже трудно себе представить, как могла-бы сложиться жизнь артиста, если бы судьба не свела его с Георгием Товстоноговым. Всего она роль, каприз фортуны, дело случая, а театральная планета могла не открыть для себя нового гения сцены по имени Иннокентий Смоктуновский.  
 


 
 
Рейтинг: +19 354 просмотра
Комментарии (36)
Василий Мищенко # 24 сентября 2020 в 21:19 +7
Жаль, что автор не уложился в срок.
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:41 +3
Извините, были уважительные обстоятельства.
Нина Колганова # 24 сентября 2020 в 21:57 +10
Когда-то любила театр, сейчас к нему особенное отношение. Наверное, потому, что таких актёров, как Смоктуновский, в них нет.
Написано профессионально. Интересно читать. Всколыхнулась память о Великом актёре, о трудной судьбе, о енлёгком пути становления.Он достоин памяти. Спасибо автору.И удачи!
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:42 +3
Да, Нина, такие люди не забываются.
Татьяна Белая # 25 сентября 2020 в 07:48 +8
пожалуй, первый рассказ из этого тура, который я прочитала не отрываясь. Прекрасный слог и замечательное изложение событий. Удивительная судьба у Смоктуновского. Из повествования узнала некоторые неизвестные мне события жизни актера. Видно, что автор хорошо подготовился. А то, что со сроками затянул, думаю, автор получил на это разрешение главного судьи, коли опус все-таки опубликован. Искренне желаю удачи в конкурсе. Очень достойный рассказ в весьма не ординарной теме чемпионата. read-9 super-5
Чемпионат Парнаса по прозе # 25 сентября 2020 в 12:00 +7
Таня, Вы совершенно правы! Автор предупредил заранее о том, что выставит произведение позже. Теперь работа в конкурсе по полному праву.
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:43 +3
Спасибо, Таня, за добрый отзыв, и особая благодарность Главному судье, что разрешила немного задержаться с публикацией работы.
Татьяна Петухова # 25 сентября 2020 в 11:37 +7
Достойный рассказ-украшение чемпионата прозы.Смоктуновский- великий актёр,сыгравший Гамлета,останется непревзойдённым по своему таланту.Автору повествования желаю от всего сердца успеха!
spasibo-10
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:44 +3
Спасибо, Татьяна, Вам также удачи и вдохновения!
Александр Джад # 25 сентября 2020 в 12:08 +4
Для тех. кто не знает подробности биографии артиста. конечно, интересно. Автор, несомненно, постарался найти все ключевые моменты его жизни и становления.
Но, мне показалось, как-то сухо и скучновато написано, сплошное перечисление событий, нет живой жилки.
При всём моём уважении к автору, это скорее публицистика, нежели художественное произведение. Безусловно, на этой мысли не настаиваю.
Но, как это частенько бывало, мои не очень хвалебные комменты позволят занять рассказу достойное место на конкурсе.
Удачи автору!
Татьяна Белая # 25 сентября 2020 в 17:05 +5
Знаешь, Александр, а такое перечисление обусловлено самой заданной темой. Я далеко не всегда рассказы выставляю на тур чемпионата. Но обычно представляю, какой сюжет могла бы написать. Во всяком случае, о чем. А здесь совершенно впала в ступор. Суть темы не смогла усвоить. Если писать об известном человеке, так автор и не мог быть с ним знаком, чтобы передать это в обыкновенном рассказе. А написано очень умело и совсем даже не скучно. И призовое место опусы авторов занимают уж вовсе не из-за твоих нелицеприятных комментариев. Судьбу рассказа решают судьи.
Александр Джад # 25 сентября 2020 в 20:56 +4
Привет, Татьяна!
Да, тема не простая. То, что на этом этапе будет примерно так, представлял, но очень этого не хотел.
Выписка не вызывает сомнения, всё на хорошем уровне. Надеялся, что данный автор сможет найти выход и придумает что-то оригинальное. Ведь по условиям этапа совсем не обязательно было писать об известной личности. Вокруг нас сплошь и рядом "тихих" героев. Но он не стал заморачиваться. Безусловно, это его право.
Как-то так.
Удачи!
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:45 +3
Александр, открою вам секрет: Крымов не ходил проситься назад в БДТ, Товстоногов никогда не принимал обратно актёров, ранее покинувших его театр. Этот эпизод я нагло сочинил для поддержки фабулы. Какой? Вы нигде не найдёте в критической литературе акцент на то, что самодостаточный всемирно известный Смоктуновский стал гением лишь потому, что один взбалмошный режиссёр однажды вдруг, встав утром не с той ноги, решил произвести революцию в драматургии, и вместо сильного духом князя Мышкина показать слабого тщедушного доходягу, которого блестяще сыграл «сталинградский неудачник». Хотя, по вашему мнению, лучше было бы написать про какого-нибудь абстрактного современника. Флобер говорил: «не прикасайтесь к идолам, их позолота останется у вас на пальцах». Вы, похоже, как и Википедия придерживаетесь того же правила. А я решился испачкать пальцы. Или не стоило? Кстати, кроме встречи Крымова и Товстоногова, всё остальное – чистая правда, которую критики тактично не произносят вслух. А дерзкий Шевцов в своей неуставной «публицистике» рассказал об этом нюансе становления гения. Но может вы нечто подобное уже читали? Тогда ткните носом зарвавшегося писаку.
Александр Джад # 1 октября 2020 в 10:02 +1
Привет, Сергей!
Дело в том, что я предрекал такое развитие этапа, где будет пересказана биография известной личности с... скажем так, некоторыми вольностями изложения.
Вы выбрали беспроигрышный образ любимого актёра и мастерски дополнили подключив фантазию.
Именно этого я, как бы это сказать... не хотел что ли. Считал, что лучше раскрыть малоизвестную биографию, пусть даже и придуманную.
Вы поступили так, как поступили, сделали тактически правильный выбор и заслужено заняли первое место. И это, как уже писал чуть выше - ваше право. Уважаю любое мнение, даже если оно расходится с моим.
С удовольствием, по мере возможности слежу за вашим творчеством.
Удачи!
Сергей Шевцов # 1 октября 2020 в 11:51 +1
Я бы с удовольствием написал приключенческий вестерн про нового графа Монте-Кристо, это мой любимый жанр. Но тур был чётко озаглавлен: "Исторический рассказ". Тут хочешь не хочешь, а нужно брать какую-нибудь историческую личность. И не просто какую-нибудь, а такую, которая выпрыгнула из простых шашек и сразу в дамки. Я когда-то читал, как подруга Смоктуновского актриса Римма Маркова описывала мытарства "нетипичного" актёра по московским театрам, в которые его не хотели брать. Меня озарило, а ведь про жизнь Смоктуновского мало кто знает, разве что его фильмографию. Судя по комментариям читателей и судей, так оно и оказалось. Вы сами заметили, что я "сделал тактически правильный выбор". Опять же, я люблю этого неординарного артиста, и покопаться в его архивах мне было очень интересно.
Александр Джад # 1 октября 2020 в 11:59 +1
И опять же, Сергей, - не могу не согласиться. Правильный выбор, интересный сюжет, филигранная выписка.
Но от вас ждал, нет, очень надеялся на не тривиальность. Ведь историческая личность может быть не общеизвестной и всеми любимой.
И вновь, не боюсь повториться - для данного этапа конкурса вы сделали правильный выбор.
Удачи!
Сергей Шевцов # 1 октября 2020 в 12:14 +1
И вам удачи, Александр!
Тая Кузмина # 25 сентября 2020 в 20:37 +9
Довольно спокойно отношусь к таланту актёра Смоктуновского,
но рассказ очень понравился. Очень! Автор молодец!!!

live1
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:53 +3
Рад, что понравилось, Тая! Думаю, Ваше представление о Смоктуновском несколько изменится, если Вы посмотрите крохотный фрагмент его игры в том самом «Идиоте» 1957 года:



Татьяна Устинова # 26 сентября 2020 в 14:11 +7
Здравствуйте, Сергей! Замечательного дня!
Ваши незаурядные творческие шедевры я всегда
читаю с большим удовольствием: они написаны
на высоком уровне и весьма интересно. СПАСИБО.

В рассказе с биографическим уклоном блестяще и
профессионально точно показаны моменты становления
великого Актёра, входящего в артистическую когорту
советского времени...

Игра Фортуны! Никогда не знаешь, что преподнесёт
она тебе, какой сюрприз?! Вот и у Смоктуновского
одна встреча и одна РОЛЬ "изменила всю Его жизнь.
Это был неожиданный зигзаг Судьбы, который принёс
Ему успех и славу!

Пусть госпожа Удача всегда и везде сопутствует Вам!
Счастливой благодатной осени и вдохновения!

regisseracter spasibo-6 osenpar2
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:57 +1
Здравствуйте, Татьяна! Спасибо за добрый отзыв! Вам также чудесной осени, удачи и вдохновения!
Алексей Ананьев # 26 сентября 2020 в 23:50 +4
Герой рассказа, (Смоктуновский) шёл к этой роли не случайно. Дошёл, прославился, получил лавры. Одним словом - велик!
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 20:58 +2
Вы правы, Алексей, Смоктуновский долго шёл к успеху. Но эта роль открыла в нём настоящего гения.
Ирина Полесьева # 27 сентября 2020 в 16:54 +4
Окунулась в биографию актёра, по ходу вспомнила фильмы с его участием.

regisseracter
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 21:00 +1
Рад, Ирина, что мой рассказ вызвал у Вас добрые воспоминания.
Людмила Комашко-Батурина # 28 сентября 2020 в 19:27 +3
Я считаю этот рассказ одним из лучших. Надеюсь, он займёт призовое место. Хорошая выписка. интересный сюжет, соответствие теме тура. Автору новых творческих успехов!
Сергей Шевцов # 29 сентября 2020 в 21:03 +2
Спасибо, Людмила, за добрый отзыв и пожелания! Вам также удачи, успехов и вдохновения!
Чемпионат Парнаса по прозе # 30 сентября 2020 в 07:59 +2
Сергей, Вы не рано начали отвечать?
Сергей Шевцов # 30 сентября 2020 в 09:01 +1
Судьи уже выставили свои оценки и они официально объявлены, так что смысл анонимности утратил свою актуальность.
Чемпионат Парнаса по прозе # 30 сентября 2020 в 14:43 +1
Теперь конечно. Но желательно после снятия анонимности. Это я, Сергей, не столько Вам пишу, сколько молодым и начинающим. flo
Сергей Шевцов # 30 сентября 2020 в 18:30 +2
Понял. Учту на будущее. zst
Остап Ибрагимыч # 1 октября 2020 в 08:37 +2
Уж не знаю, насколько верной можно считать фразу "Талантам надо помогать, бездарности пробьются сами" и к месту ли она, но в случае, захватывающе рассказанном Вами, Сергей, получается, что - да! Но и талант Смоктуновского не сидел сиднем, а стремился... ну не то, что бы показать себя, а выразить, и выразить так, как этому способности дозволяли. Развивая способности, достигают другого статуса - таланта. У одних он годами формируется, у других - ускоренно. Тут главное, чтобы "звёзды сошлись", чтобы оказаться в нужном месте и в нужное время. Так и вышло и я лично этому рад, потому что по сей день наслаждаюсь, именно, наслаждаюсь игрой Великого Актёра, Смоктуновского, Иннокентия Михайловича.
Сергей Шевцов # 1 октября 2020 в 09:11 +3
Всё верно, Валера. Талант у Смоктуновского был изначально. Но он был особенный, не типовой, не стандартный, поэтому его и не брали в престижные театры с традиционным репертуаром. Но когда Товстоногов этот талант подверг огранке и преподнёс, как бриллиант, все просто обалдели. Оказалось, что так играть никто больше не может. Поэтому до сих пор во всём мире восторгаются работами Смоктуновского, а фильмы и видео с его участием искусствоведы раскладывают перед студентами актёрских вузов буквально по отдельным жестам, еле уловимым нюансам мимики и каждой интонации голоса.
Остап Ибрагимыч # 1 октября 2020 в 09:39 +2
Во-во-во, совершенно правильно Вы написали - по отдельным жестам, еле уловимым нюансам мимики и каждой интонации голоса! Я прям благодарен Вам за эти слова, потому как могу пересматривать десятки раз советские фильмы и блаженствовать, получать несказанное удовольствие от игры Актёров ТОГО ВРЕМЕНИ (Вы меня понимаете), я могу смаковать такие моменты и тут же огорчаться, что сейчас таковых или единицы, или вообще редкостная торжественность. Декламировать слова из роли, словно напыщенно заполняешь воздух налоговыми бумагами, и я смогу, даже с моим косноязычием. Вот и не смотрю современные фильмы однотипные, не хочу своё время тратить попусту.
Дмитрий Сергеевич Гавриленко # 17 октября 2020 в 20:24 +1
super-5
Весомая статья со множеством подробностей. Она сделала интересными не только театральные подмостки, но и зорко посмотрела за кулисы.

spasibo-8
Сергей Шевцов # 17 октября 2020 в 20:57 0
Я так и хотел, Дмитрий Сергеевич. Рад, что Вам понравилось. Спасибо за добрый отзыв! c0411