Возвращение в город детства

16 июня 2014 - Алиса Светлова

Да здравствует Двадцать пятое мая! Учебный год завершился, а вместе с ним  закончилось мое  извечное « мне некогда, я к урокам готовлюсь», и хоть впереди еще пора экзаменов, генеральная уборка кабинета  и сдача кучи  никому не нужных отчетов , но сладкое слово «свобода» уже у всех на устах и в сердцах. Ура! Ура! Ура! Да здравствует последний звонок! Да здравствуют каникулы!!!

           В этот день по старой доброй традиции мы отправляемся на шашлыки. Наша компания, наверное, не очень серьезно смотрится  со стороны – дюжина среднего возраста теток с увлечением занимается приготовлением того, что, как говорят, «не терпит женских рук». Но наши шашлыки стерпят все – а мы стерпим их, тем более что помимо шашлыков у нас на трапезе будет куча всяких вкусностей, которые каждая из нас прихватила из дома «на всякий случай». 

 И главное для нас вовсе не шашлыки, а общение, не в привычных  школьных стенах, а здесь, на просторе этой земляничной поляны,  прямо за которой начинается лес, такой величественный, такой спокойный, что нам тоже становится спокойно  и радостно на душе, как будто какой-то  добряк-великан вдруг  согласился охранять нас от бед и напастей, от холода и зноя, от зависти и злобы. Короче говоря, нам так хорошо здесь, так легко! Как будто мы  покинули место своего длительного заточения – и вот она, Свобода, ласкает нас и нежит, голосами леса услаждая  слух. Невольно  то у одной из нас, то у другой вырывается возглас :
« Хорошо-то как, девочки!»  А и правда, хорошо-то как!! Сегодня никто не торопится – некуда торопиться, мы отдыхаем...

                «Девочки, ешьте персики, сладкие, вкусные – угощает всех сердобольная Мария Петровна, разрезая  на дольки  твердые, как незрелые зимние яблоки, пугающе мохнатые  с красноватыми разводами   фрукты, - хорошие персики, полезно для пищеварения». Она протягивает и  мне дольку «персика». 
               « Спасибо, Марьпетровна, я не хочу», - вежливо отказываюсь я. Но наша Мария Петровна не из тех, кто  легко отступается  от начатого дела. На правах старшей по возрасту она продолжает настаивать: «Съешь, разве можно такой фрукт не любить?»

« В том-то и дело, что я люблю персики. Но настоящие персики растут только в городе моего детства. Разве это персик?» Для пущей убедительности я беру в руки твердокаменный фрукт. « Вы посмотрите на него! Он, бедолага, не виноват, конечно, в том, что не познал истинной своей зрелости. Его, полузеленого, безжалостно сорвали, чтобы довезти до наших мест. Какая уж тут спелость, какой вкус – не до сладости ему!  Настоящий же персик  покидает свою родную  ветку  рано утром, сорванный заботливой рукой и ею же бережно  уложенный  в плоскую чашу вместе со своими собратьями, прикрывается нежными листьями, чтобы не утратить  своего аромата и свежести. В таком виде он доставляется на рынок. Нет, не на рынок, не так говорят в городе моего детства – на базар, на настоящий восточный базар,  где   продавцов не  меньше покупателей, где овощи и фрукты  царствуют в своем великолепии. Где все люди - и продавцы и покупатели – друг другу братья, сестры, отцы и матери, в зависимости от возраста – именно так принято обращаться на базаре.
  « Сестра, купи  дыню, смотри, какая дыня. Красавица, на тебя смотрит, сестра, купи, не пожалеешь!». Ну как отказать!?  Горы дынь и арбузов, тазы  с горкой наполненные виноградом, яблоки, красиво расставленные  пирамидами – нежно-зеленоватые, желтые, темно-красные с глянцевыми бочками. 

         А вот и наши персики. Розовые, как румянец юной красотки, с нежной бархатной кожицей, которую можно сравнить разве что с пушком на голове новорожденного младенца! Что за прелесть этот фрукт!!!  Разденем его – ах, как  легко отделяется у спелого персика его нежная кожица, и под ней оказывается нежнейшая сочная мякоть. Приложи к устам, почувствуй всю его сладость...Вот это вкус! А  сочный-то какой – капельки сладкой влаги текут тонкими струйками по твоей руке и, скатываясь с локтя, падают на землю.  Вот что такое персик! А вы говорите...», - заканчиваю я свою  речь. 

           Мои коллеги не ожидали от меня, обычно молчаливой, такого красноречия, поэтому после минутного молчания раздаются  сначала их аплодисменты в мой адрес, а потом и дружное « Мы тоже хотим таких персиков!!!!». Вот она,  великая сила слова!
 Э нет, мои дорогие, такие персики растут  только  у меня на родине, в моем милом маленьком городке с названием, отнюдь не отражающим его сути – «Желтое дерево». Мое   самое зеленое желтое дерево...


 Свою пламенную речь на тему «Что такое персик?» я вспоминаю, полулежа на своем  законном нижнем месте в вагоне поезда.  Я еду на родину! 10 лет разлуки, воспоминаний, ожидания этой поездки – и вот я в пути.  Уже проехали границу, уже прошлись пограничники с собаками и таможенники, задали свои традиционные вопросы:     «Запрещенные предметы не провозите, оружие, наркотические вещества при себе не имеете, незадекларированный товар?».  Все пассажиры, конечно дружно отвечают : «нет, не имеем, не провозим». А пограничники и таможенники  все равно проверяют, досматривают вещи, даже в продуктовые сумки заглядывают. Интересно наблюдать за их работой – почему-то мимо одних пассажиров проходят, кажется,  даже не глядя  на них, около других  не просто останавливаются, а пристально рассматривают, будто стараются по выражению лица понять – правда, что ли « не имеют, не провозят». Особый интерес у меня вызвала пара сотрудников – овчарка с рыжеватой всклокоченной шерстью и пограничник с такими же, как у собаки, рыжеватыми волосами. Говорят, что собаки обычно похожи на своих хозяев, но у этой парочки сразу и не поймешь – кто на кого похож.  Пограничник обратился с призывной  речью к прекрасной половине нашего вагона :            « Граждане пассажиры женского пола! Будьте сознательны. Головой, руками, ногами и другими частями тела не махайте, собаку колбасой  не кормите, сохраняйте спокойствие – собака будет работать». И собака начала обследовать наш вагон. Пару раз раздавался легкий  писк, видимо, кто-то из «граждан пассажиров женского пола»  все же умудрился испугаться этого милого  и абсолютно мирного четвероногого  пограничника.  Я собак не боюсь, поэтому когда песик вошел в наше купе, я попробовала с ним заговорить (разговаривать-то с собакой никто не запрещал). « Привет, собака, как служба идет?». Удивительно, но этот рыжешерстный понял, что обращаются к нему, остановился и искоса смотрит на меня  карамельно-желтым  глазом. Интересно,  какие мысли проносятся в этот момент в  голове этого  умного животного? А вот и его напарник – такой же желтоглазый – остановился возле меня. Ну и что вы на меня смотрите, товарищи пограничники? Я ничего запрещенного  не провожу. « Что это у Вас в руке?» - вдруг неожиданно спрашивает он у меня. Настолько неожиданно, что я пугаюсь. Что у меня в руке, где?  А-а-а, это же бумажный носовой платок.      « У меня аллергия, это  просто платочек», - оправдываюсь я, протягивая пограничнику свой скомканный разовый платок, предназначенный для моего непредсказуемого носа. Еще полсекунды и они переходят  в следующее купе. Досмотр закончился, сейчас  вернут собранные  паспорта – и мы отправляемся  дальше.

                 Вот уже закончились пейзажи с русскими березками – начинается степь. Ох, как долго еще придется ехать по голой степи. Она кажется безжизненной – иссушенная зноем трава давно уже пожелтела и умерла до следующей весны. А вот верблюжья колючка ничего себе так, зелененькая.. Если бы не ее зелень,  степь вообще казалась бы выжженной. Невольно приходит мысль – как много ничейной земли! Никто на ней не живет, никто ее не обустраивает,  не обрабатывает и не орошает – просто некому!  А впрочем, может это и хорошо, что есть еще на Земле уголки, где человек ничего не предпринял, а значит –  не навредил. Стоит себе степь в той своей красе, которую даровала ей природа, живет  своей особой жизнью и радуется.  А мы говорим – безжизненная степь. Неправда это. Безлюдная – да, но не безжизненная. Хорошо помню наши поездки в степь ранней весной. Вот где Красотища…..Степь весной просто переполнена жизнью – она звенит  миллионами голосов разного рода насекомых,  она благоухает миллионами запахов трав и цветов, она сама утопает и блаженствует в собственной своей красоте. Я обожаю весеннюю степь.  Эти тюльпаны в степи – разве сравнятся с ними их голландские сородичи!? У степного цветка лепесток размером в ладонь, да вообще-то размеры его – не самое главное. Главное – он настоящий, живой, он  как факел пламенеет на фоне степных зеленых просторов, красотой своей освещая нас изнутри. Любуясь этим степным принцем, понимаешь как всесильна Природа, сумевшая создать  такое  совершенство!
                             Как давно я не виделась с тобой, моя степь! Помню, с каким трудом приходилось привыкать после переезда  к новым пейзажам вокруг себя - горы, горы,  покрытые густым лесом.  Возможно, это очень красиво, но я ее не видела, красоты этой, я задыхалась, мне не хватало твоих бескрайних просторов, степь моя! Горы сдавливали меня, они меня лишали ощущения свободы. Время и привычка избавили, конечно,  от этих ощущений, я научилась видеть красоты новой природы, я полюбила лес.  Но воспоминания о весенней  степи навсегда останутся со мной. Я люблю тебя, степь! Люблю твоих сусликов,  перебегающих дорогу перед  автомобилем. Люблю черепашек, копошащихся возле своих норок – таких спокойных, таких невозмутимых, кажется, им все нипочем –  копошатся себе потихонечку, а жизнь идет, идет, медленно и размеренно. Люблю твоих  голубей, неожиданно вспархивающих, кажется, прямо из-под колес. Их сизое оперение переливается серебром в лучах солнышка – не бойтесь нас, голубочки, мы вас не тронем!  Мы никого не тронем и ничего – только полюбуемся, можно?
                               Да, полюбоваться есть на что. Удивительно, но посреди моей  степи есть озерцо – маленькое, сплошь заросшее кустарником  пурпурного цвета. Оно всегда казалось мне сказочным, это озерцо. Как будто ты заблудился в пространстве – откуда оно здесь такое? Здесь настоящий птичий рай. Чайки с громким криком  кружат  над его поверхностью, временами стремительно снижаясь и хватая рыбешку. Кулички большущими стаями  суетливо снуют по берегу – весь песчаный бережок усеян их  махонькими  следами. Пеликаны, серьезные, хмурые ( отчего? – вокруг такая красота!), важно плавают, изредка переговариваясь своими резкими недовольными  голосами. Дикие гуси и уточки деловито ныряют в воду – забавно это выглядит, словно поплавки с   желтыми  перепончатыми лапками торчат из воды! Цапли, цапли -  ну просто как на картинке - стоят на одной тоненькой ножке, только время от времени поворачивают голову то влево, то вправо, как будто осматриваются – все ли видят их безупречную стойку?! Но самое великолепное и неожиданное зрелище – это фламинго. Да-да, настоящие розовые фламинго. Откуда здесь эти королевишны? Может это все мне кажется, может голову напекло? Нет, они реальны, как и все вокруг. Божественно красивые горделивые птицы неторопливо прохаживаются по щиколотку в воде вдоль бережка. Движения их медленны и оттого величественны. Как вы  прекрасны, милые птицы! Просто невозможно сдержать слез, глядя на эту птичью идиллию. Птицы никого не боятся, потому что люди не подходят близко – издали любуются этим удивительным сообществом свободных и уверенных птиц, обосновавшихся на крошечном озере посреди степи.  Сейчас мне и не поверит никто, что можно вот так отъехать  каких-нибудь километров тридцать от города и  очутиться  в райском  уголке...  Такие чудеса могут происходить  только там, на моей родине,  в городе моего детства….

…Городок моего детства находился на самой границе двух союзных республик в Средней Азии. Двадцать минут езды на автомобиле отделяло нас от столицы соседней республики – большого и необычайно красивого города. Ни в одном городе мира нет такого солнца, таких  фонтанов и цветов.

            В самые жаркие летние дни  воздух в городе прогрет солнцем и городским транспортом  до такой степени, что его – воздух – слышно и видно: он звенит и колышется, и вместе с ним колышутся городские пейзажи и портреты горожан. Все выглядит как на фотографии, прошедшей компьютерную обработку спецэффектами. И ты сам словно растворяешься в этой невыносимой, казалось бы,  жаре. Асфальт раскалился, он просто  расплавился и теперь    легко запечатлевает   автографы прошедших по нему людей.. Асфальт пешеходного перехода испещрен множеством дырочек от каблучков, полосочек и  зигзагов от подошв…Сколько, интересно, пешеходов прошло здесь за день? Все бегут, торопятся к спасительной прохладе – кто в помещение с  кондиционером  или на худой конец с вентилятором, кто в городской парк побарахтаться отнюдь не в прохладной, а наоборот в  противно теплой, согретой тысячами разгоряченных тел,  воде. А  кто-то, как я - к фонтану.

 

                Вот где жары не чувствуется  вовсе, особенно если подойти поближе  и ощутить на себе мельчайшие водяные брызги и смотреть- смотреть на удивительную игру воды и света, на причудливые перламутровые пятна, образующиеся от преломления в капельках воды ярких лучей беспощадного, но такого родного  нашего  южного солнышка. В эти минуты мне казалось, что я стою на палубе корабля, плывущего по бескрайнему морю, вглядываюсь в даль и мечтаю о чем-то очень-очень хорошем: о любви,  которая обязательно придет, о дальних странах, в которых побываю, о дружбе без предательства, о  преданности без корысти, о красоте, созданной Творцом и сотворенной Человеком. О том, о чем  только  может мечтать чистая, но уже пораненная бессердечным равнодушием окружающих или их же сердобольным любопытством юная душа. Здесь, у фонтана, мне  дышится легко не от прохлады воды, а от осознания бесконечности, непрерывности бытия. Время течет, как вода…

 

         Как тесно судьба связала два главных в моей жизни места на Земле: крошечный полугородок-полудеревню с десятком тысяч населения, с обычными домиками, но необыкновенными садами и двухмиллионный столичный город, с современным обликом, с удивительной, неповторимой архитектурой зданий, соединившей в себе новизну  и национальный колорит. Связала прочными узами любви, родства и сотрудничества. Большая часть моих земляков работала и училась здесь, у всех здесь жили родственники и друзья. И все регулярно приезжали сюда:  сходить в кино, побродить по какой-нибудь выставке, насладиться игрой актеров в по-домашнему уютном небольшом зале театра или наоборот в огромном многотысячном концертном зале ; посидеть  в многочисленных милых кафешках, поесть мороженого, кстати вкусного, к тому же только из натуральных ингредиентов. Ну и, наконец, самое главное в эпоху повального дефицита, походить в поисках удачи по магазинам – вдруг что-нибудь интересненькое "выбросят".

 

В Ташкент  можно было ездить хоть каждый день. Для этого даже не надо было утруждать себя поездкой до автовокзала – маршрут автобуса, отправлявшегося каждые восемь минут, проходил по центральной улице нашего городка и сесть в него можно было на любой, ближайшей от тебя, городской остановке. Всего сорок минут (причем ровно половину времени в пути занимали многочисленные остановки) -  и ты на месте. Проезжая через мост реки, отделявшей территорию одной республики от другой, никто никогда не задумывался о том, что мы пересекаем границу. Это потом уже безрассудные и жестокие девяностые годы расставили все по своим местам – и границу с полосатым шлагбаумом, и таможню, и  пограничников с автоматами. Государственная независимость, о которой с безграничной радостью и  неизмеримым восторгом вещали от имени народа все СМИ, беспощадно, безжалостно разрезала по живому судьбы многих- многих  сотен тысяч людей. И сегодня, спустя годы, раны эти все еще кровоточат…  В Ташкент я, увы, не  попаду, не пропустят на границе -   не успела оформить загранпаспорт. Ну ничего, зато скоро, совсем скоро я увижу тебя, мой милый родной  городок, маленький зеленый островок посреди степи,   мое самое зеленое «желтое дерево»….

                 Поезд опаздывал на пять часов, простояв на границе, он выбился из  своего графика.  Жара в вагоне без кондиционера  становилась невыносимой. За долгие годы я, оказывается,  успела отвыкнуть от южного зноя.  В те минуты, подъезжая к станции назначения, я еще не понимала, даже предположить не могла,  что кроме физического  испытания   жарой, меня ожидает тяжелое  душевное разочарование.  

Городок моего детства, ухоженный зеленый городок, с множеством садов, палисадников, парков, аллей -  сколько раз в снах  и  мыслях являлся ты мне! Ожиданием встречи с тобой жила все эти долгие десять лет! Как мечтала я пройтись по утопающим в зелени улочкам, насладиться красотой и дивным ароматом южных роз – огромных кустарников, сплошь усыпанных крупными, невиданной красоты, цветами… Побродить между прилавками  шумного и яркого восточного базара, отведать настоящих, напоенных солнечным теплом и светом,  южных фруктов. Встретить кого-нибудь из знакомых жителей городка, посетить родные могилы…

           Все мои мечты и планы рухнули в одночасье. Вместо зеленого городка меня встретила выжженная пустыня : деревья в парках и садах вырубили, когда в  неожиданно  пришедшую на южные земли холодную зиму  нечем было согревать жилища, розы вымерзли, а новые никто не посадил. Некому было сажать. Прежние жители разъехались кто куда – по всему миру. А новым, как видно,  ни деревья, ни цветы  уже не нужны…  Мне вдруг привиделось, что я совершила путешествие во времени – будто и не было вовсе двадцатого века в этих местах, не было достижений цивилизации, словно кадры исторического фильма прокручивались передо мной.  Мужчины в белых длинных одеждах с неопрятными бороденками, следом за ними  гуськом семенят женщины в черных одеждах до пят с закрытыми платком лицами – жены …

Что это? Страшный сон? Да нет, все реальное, и все – чужое.   Чужие лица, чужая речь, чужие обычаи…

                Мой милый, родной городок! Ты навсегда останешься в моем сердце таким, каким ты был тогда, в моем детстве. Мое самое зеленое «желтое дерево», я навсегда останусь твоим листочком, листочком, который оторвался и улетел далеко-далеко, но сохранил в себе  твою частичку.

© Copyright: Алиса Светлова, 2014

Регистрационный номер №0221293

от 16 июня 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0221293 выдан для произведения:

Да здравствует Двадцать пятое мая! Учебный год завершился, а вместе с ним  закончилось мое  извечное « мне некогда, я к урокам готовлюсь», и хоть впереди еще пора экзаменов, генеральная уборка кабинета  и сдача кучи  никому не нужных отчетов , но сладкое слово «свобода» уже у всех на устах и в сердцах. Ура! Ура! Ура! Да здравствует последний звонок! Да здравствуют каникулы!!!

           В этот день по старой доброй традиции мы отправляемся на шашлыки. Наша компания, наверное, не очень серьезно смотрится  со стороны – дюжина среднего возраста теток с увлечением занимается приготовлением того, что, как говорят, «не терпит женских рук». Но наши шашлыки стерпят все – а мы стерпим их, тем более что помимо шашлыков у нас на трапезе будет куча всяких вкусностей, которые каждая из нас прихватила из дома «на всякий случай». 

 И главное для нас вовсе не шашлыки, а общение, не в привычных  школьных стенах, а здесь, на просторе этой земляничной поляны,  прямо за которой начинается лес, такой величественный, такой спокойный, что нам тоже становится спокойно  и радостно на душе, как будто какой-то  добряк-великан вдруг  согласился охранять нас от бед и напастей, от холода и зноя, от зависти и злобы. Короче говоря, нам так хорошо здесь, так легко! Как будто мы  покинули место своего длительного заточения – и вот она, Свобода, ласкает нас и нежит, голосами леса услаждая  слух. Невольно  то у одной из нас, то у другой вырывается возглас :
« Хорошо-то как, девочки!»  А и правда, хорошо-то как!! Сегодня никто не торопится – некуда торопиться, мы отдыхаем...

                «Девочки, ешьте персики, сладкие, вкусные – угощает всех сердобольная Мария Петровна, разрезая  на дольки  твердые, как незрелые зимние яблоки, пугающе мохнатые  с красноватыми разводами   фрукты, - хорошие персики, полезно для пищеварения». Она протягивает и  мне дольку «персика». 
               « Спасибо, Марьпетровна, я не хочу», - вежливо отказываюсь я. Но наша Мария Петровна не из тех, кто  легко отступается  от начатого дела. На правах старшей по возрасту она продолжает настаивать: «Съешь, разве можно такой фрукт не любить?»

« В том-то и дело, что я люблю персики. Но настоящие персики растут только в городе моего детства. Разве это персик?» Для пущей убедительности я беру в руки твердокаменный фрукт. « Вы посмотрите на него! Он, бедолага, не виноват, конечно, в том, что не познал истинной своей зрелости. Его, полузеленого, безжалостно сорвали, чтобы довезти до наших мест. Какая уж тут спелость, какой вкус – не до сладости ему!  Настоящий же персик  покидает свою родную  ветку  рано утром, сорванный заботливой рукой и ею же бережно  уложенный  в плоскую чашу вместе со своими собратьями, прикрывается нежными листьями, чтобы не утратить  своего аромата и свежести. В таком виде он доставляется на рынок. Нет, не на рынок, не так говорят в городе моего детства – на базар, на настоящий восточный базар,  где   продавцов не  меньше покупателей, где овощи и фрукты  царствуют в своем великолепии. Где все люди - и продавцы и покупатели – друг другу братья, сестры, отцы и матери, в зависимости от возраста – именно так принято обращаться на базаре.
  « Сестра, купи  дыню, смотри, какая дыня. Красавица, на тебя смотрит, сестра, купи, не пожалеешь!». Ну как отказать!?  Горы дынь и арбузов, тазы  с горкой наполненные виноградом, яблоки, красиво расставленные  пирамидами – нежно-зеленоватые, желтые, темно-красные с глянцевыми бочками. 

         А вот и наши персики. Розовые, как румянец юной красотки, с нежной бархатной кожицей, которую можно сравнить разве что с пушком на голове новорожденного младенца! Что за прелесть этот фрукт!!!  Разденем его – ах, как  легко отделяется у спелого персика его нежная кожица, и под ней оказывается нежнейшая сочная мякоть. Приложи к устам, почувствуй всю его сладость...Вот это вкус! А  сочный-то какой – капельки сладкой влаги текут тонкими струйками по твоей руке и, скатываясь с локтя, падают на землю.  Вот что такое персик! А вы говорите...», - заканчиваю я свою  речь. 

           Мои коллеги не ожидали от меня, обычно молчаливой, такого красноречия, поэтому после минутного молчания раздаются  сначала их аплодисменты в мой адрес, а потом и дружное « Мы тоже хотим таких персиков!!!!». Вот она,  великая сила слова!
 Э нет, мои дорогие, такие персики растут  только  у меня на родине, в моем милом маленьком городке с названием, отнюдь не отражающим его сути – «Желтое дерево». Мое   самое зеленое желтое дерево...


 Свою пламенную речь на тему «Что такое персик?» я вспоминаю, полулежа на своем  законном нижнем месте в вагоне поезда.  Я еду на родину! 10 лет разлуки, воспоминаний, ожидания этой поездки – и вот я в пути.  Уже проехали границу, уже прошлись пограничники с собаками и таможенники, задали свои традиционные вопросы:     «Запрещенные предметы не провозите, оружие, наркотические вещества при себе не имеете, незадекларированный товар?».  Все пассажиры, конечно дружно отвечают : «нет, не имеем, не провозим». А пограничники и таможенники  все равно проверяют, досматривают вещи, даже в продуктовые сумки заглядывают. Интересно наблюдать за их работой – почему-то мимо одних пассажиров проходят, кажется,  даже не глядя  на них, около других  не просто останавливаются, а пристально рассматривают, будто стараются по выражению лица понять – правда, что ли « не имеют, не провозят». Особый интерес у меня вызвала пара сотрудников – овчарка с рыжеватой всклокоченной шерстью и пограничник с такими же, как у собаки, рыжеватыми волосами. Говорят, что собаки обычно похожи на своих хозяев, но у этой парочки сразу и не поймешь – кто на кого похож.  Пограничник обратился с призывной  речью к прекрасной половине нашего вагона :            « Граждане пассажиры женского пола! Будьте сознательны. Головой, руками, ногами и другими частями тела не махайте, собаку колбасой  не кормите, сохраняйте спокойствие – собака будет работать». И собака начала обследовать наш вагон. Пару раз раздавался легкий  писк, видимо, кто-то из «граждан пассажиров женского пола»  все же умудрился испугаться этого милого  и абсолютно мирного четвероногого  пограничника.  Я собак не боюсь, поэтому когда песик вошел в наше купе, я попробовала с ним заговорить (разговаривать-то с собакой никто не запрещал). « Привет, собака, как служба идет?». Удивительно, но этот рыжешерстный понял, что обращаются к нему, остановился и искоса смотрит на меня  карамельно-желтым  глазом. Интересно,  какие мысли проносятся в этот момент в  голове этого  умного животного? А вот и его напарник – такой же желтоглазый – остановился возле меня. Ну и что вы на меня смотрите, товарищи пограничники? Я ничего запрещенного  не провожу. « Что это у Вас в руке?» - вдруг неожиданно спрашивает он у меня. Настолько неожиданно, что я пугаюсь. Что у меня в руке, где?  А-а-а, это же бумажный носовой платок.      « У меня аллергия, это  просто платочек», - оправдываюсь я, протягивая пограничнику свой скомканный разовый платок, предназначенный для моего непредсказуемого носа. Еще полсекунды и они переходят  в следующее купе. Досмотр закончился, сейчас  вернут собранные  паспорта – и мы отправляемся  дальше.

                 Вот уже закончились пейзажи с русскими березками – начинается степь. Ох, как долго еще придется ехать по голой степи. Она кажется безжизненной – иссушенная зноем трава давно уже пожелтела и умерла до следующей весны. А вот верблюжья колючка ничего себе так, зелененькая.. Если бы не ее зелень,  степь вообще казалась бы выжженной. Невольно приходит мысль – как много ничейной земли! Никто на ней не живет, никто ее не обустраивает,  не обрабатывает и не орошает – просто некому!  А впрочем, может это и хорошо, что есть еще на Земле уголки, где человек ничего не предпринял, а значит –  не навредил. Стоит себе степь в той своей красе, которую даровала ей природа, живет  своей особой жизнью и радуется.  А мы говорим – безжизненная степь. Неправда это. Безлюдная – да, но не безжизненная. Хорошо помню наши поездки в степь ранней весной. Вот где Красотища…..Степь весной просто переполнена жизнью – она звенит  миллионами голосов разного рода насекомых,  она благоухает миллионами запахов трав и цветов, она сама утопает и блаженствует в собственной своей красоте. Я обожаю весеннюю степь.  Эти тюльпаны в степи – разве сравнятся с ними их голландские сородичи!? У степного цветка лепесток размером в ладонь, да вообще-то размеры его – не самое главное. Главное – он настоящий, живой, он  как факел пламенеет на фоне степных зеленых просторов, красотой своей освещая нас изнутри. Любуясь этим степным принцем, понимаешь как всесильна Природа, сумевшая создать  такое  совершенство!
                             Как давно я не виделась с тобой, моя степь! Помню, с каким трудом приходилось привыкать после переезда  к новым пейзажам вокруг себя - горы, горы,  покрытые густым лесом.  Возможно, это очень красиво, но я ее не видела, красоты этой, я задыхалась, мне не хватало твоих бескрайних просторов, степь моя! Горы сдавливали меня, они меня лишали ощущения свободы. Время и привычка избавили, конечно,  от этих ощущений, я научилась видеть красоты новой природы, я полюбила лес.  Но воспоминания о весенней  степи навсегда останутся со мной. Я люблю тебя, степь! Люблю твоих сусликов,  перебегающих дорогу перед  автомобилем. Люблю черепашек, копошащихся возле своих норок – таких спокойных, таких невозмутимых, кажется, им все нипочем –  копошатся себе потихонечку, а жизнь идет, идет, медленно и размеренно. Люблю твоих  голубей, неожиданно вспархивающих, кажется, прямо из-под колес. Их сизое оперение переливается серебром в лучах солнышка – не бойтесь нас, голубочки, мы вас не тронем!  Мы никого не тронем и ничего – только полюбуемся, можно?
                               Да, полюбоваться есть на что. Удивительно, но посреди моей  степи есть озерцо – маленькое, сплошь заросшее кустарником  пурпурного цвета. Оно всегда казалось мне сказочным, это озерцо. Как будто ты заблудился в пространстве – откуда оно здесь такое? Здесь настоящий птичий рай. Чайки с громким криком  кружат  над его поверхностью, временами стремительно снижаясь и хватая рыбешку. Кулички большущими стаями  суетливо снуют по берегу – весь песчаный бережок усеян их  махонькими  следами. Пеликаны, серьезные, хмурые ( отчего? – вокруг такая красота!), важно плавают, изредка переговариваясь своими резкими недовольными  голосами. Дикие гуси и уточки деловито ныряют в воду – забавно это выглядит, словно поплавки с   желтыми  перепончатыми лапками торчат из воды! Цапли, цапли -  ну просто как на картинке - стоят на одной тоненькой ножке, только время от времени поворачивают голову то влево, то вправо, как будто осматриваются – все ли видят их безупречную стойку?! Но самое великолепное и неожиданное зрелище – это фламинго. Да-да, настоящие розовые фламинго. Откуда здесь эти королевишны? Может это все мне кажется, может голову напекло? Нет, они реальны, как и все вокруг. Божественно красивые горделивые птицы неторопливо прохаживаются по щиколотку в воде вдоль бережка. Движения их медленны и оттого величественны. Как вы  прекрасны, милые птицы! Просто невозможно сдержать слез, глядя на эту птичью идиллию. Птицы никого не боятся, потому что люди не подходят близко – издали любуются этим удивительным сообществом свободных и уверенных птиц, обосновавшихся на крошечном озере посреди степи.  Сейчас мне и не поверит никто, что можно вот так отъехать  каких-нибудь километров тридцать от города и  очутиться  в райском  уголке...  Такие чудеса могут происходить  только там, на моей родине,  в городе моего детства….

…Городок моего детства находился на самой границе двух союзных республик в Средней Азии. Двадцать минут езды на автомобиле отделяло нас от столицы соседней республики – большого и необычайно красивого города. Ни в одном городе мира нет такого солнца, таких  фонтанов и цветов.

            В самые жаркие летние дни  воздух в городе прогрет солнцем и городским транспортом  до такой степени, что его – воздух – слышно и видно: он звенит и колышется, и вместе с ним колышутся городские пейзажи и портреты горожан. Все выглядит как на фотографии, прошедшей компьютерную обработку спецэффектами. И ты сам словно растворяешься в этой невыносимой, казалось бы,  жаре. Асфальт раскалился, он просто  расплавился и теперь    легко запечатлевает   автографы прошедших по нему людей.. Асфальт пешеходного перехода испещрен множеством дырочек от каблучков, полосочек и  зигзагов от подошв…Сколько, интересно, пешеходов прошло здесь за день? Все бегут, торопятся к спасительной прохладе – кто в помещение с  кондиционером  или на худой конец с вентилятором, кто в городской парк побарахтаться отнюдь не в прохладной, а наоборот в  противно теплой, согретой тысячами разгоряченных тел,  воде. А  кто-то, как я - к фонтану.

 

                Вот где жары не чувствуется  вовсе, особенно если подойти поближе  и ощутить на себе мельчайшие водяные брызги и смотреть- смотреть на удивительную игру воды и света, на причудливые перламутровые пятна, образующиеся от преломления в капельках воды ярких лучей беспощадного, но такого родного  нашего  южного солнышка. В эти минуты мне казалось, что я стою на палубе корабля, плывущего по бескрайнему морю, вглядываюсь в даль и мечтаю о чем-то очень-очень хорошем: о любви,  которая обязательно придет, о дальних странах, в которых побываю, о дружбе без предательства, о  преданности без корысти, о красоте, созданной Творцом и сотворенной Человеком. О том, о чем  только  может мечтать чистая, но уже пораненная бессердечным равнодушием окружающих или их же сердобольным любопытством юная душа. Здесь, у фонтана, мне  дышится легко не от прохлады воды, а от осознания бесконечности, непрерывности бытия. Время течет, как вода…

 

         Как тесно судьба связала два главных в моей жизни места на Земле: крошечный полугородок-полудеревню с десятком тысяч населения, с обычными домиками, но необыкновенными садами и двухмиллионный столичный город, с современным обликом, с удивительной, неповторимой архитектурой зданий, соединившей в себе новизну  и национальный колорит. Связала прочными узами любви, родства и сотрудничества. Большая часть моих земляков работала и училась здесь, у всех здесь жили родственники и друзья. И все регулярно приезжали сюда:  сходить в кино, побродить по какой-нибудь выставке, насладиться игрой актеров в по-домашнему уютном небольшом зале театра или наоборот в огромном многотысячном концертном зале ; посидеть  в многочисленных милых кафешках, поесть мороженого, кстати вкусного, к тому же только из натуральных ингредиентов. Ну и, наконец, самое главное в эпоху повального дефицита, походить в поисках удачи по магазинам – вдруг что-нибудь интересненькое "выбросят".

 

В Ташкент  можно было ездить хоть каждый день. Для этого даже не надо было утруждать себя поездкой до автовокзала – маршрут автобуса, отправлявшегося каждые восемь минут, проходил по центральной улице нашего городка и сесть в него можно было на любой, ближайшей от тебя, городской остановке. Всего сорок минут (причем ровно половину времени в пути занимали многочисленные остановки) -  и ты на месте. Проезжая через мост реки, отделявшей территорию одной республики от другой, никто никогда не задумывался о том, что мы пересекаем границу. Это потом уже безрассудные и жестокие девяностые годы расставили все по своим местам – и границу с полосатым шлагбаумом, и таможню, и  пограничников с автоматами. Государственная независимость, о которой с безграничной радостью и  неизмеримым восторгом вещали от имени народа все СМИ, беспощадно, безжалостно разрезала по живому судьбы многих- многих  сотен тысяч людей. И сегодня, спустя годы, раны эти все еще кровоточат…  В Ташкент я, увы, не  попаду, не пропустят на границе -   не успела оформить загранпаспорт. Ну ничего, зато скоро, совсем скоро я увижу тебя, мой милый родной  городок, маленький зеленый островок посреди степи,   мое самое зеленое «желтое дерево»….

                 Поезд опаздывал на пять часов, простояв на границе, он выбился из  своего графика.  Жара в вагоне без кондиционера  становилась невыносимой. За долгие годы я, оказывается,  успела отвыкнуть от южного зноя.  В те минуты, подъезжая к станции назначения, я еще не понимала, даже предположить не могла,  что кроме физического  испытания   жарой, меня ожидает тяжелое  душевное разочарование.  

Городок моего детства, ухоженный зеленый городок, с множеством садов, палисадников, парков, аллей -  сколько раз в снах  и  мыслях являлся ты мне! Ожиданием встречи с тобой жила все эти долгие десять лет! Как мечтала я пройтись по утопающим в зелени улочкам, насладиться красотой и дивным ароматом южных роз – огромных кустарников, сплошь усыпанных крупными, невиданной красоты, цветами… Побродить между прилавками  шумного и яркого восточного базара, отведать настоящих, напоенных солнечным теплом и светом,  южных фруктов. Встретить кого-нибудь из знакомых жителей городка, посетить родные могилы…

           Все мои мечты и планы рухнули в одночасье. Вместо зеленого городка меня встретила выжженная пустыня : деревья в парках и садах вырубили, когда в  неожиданно  пришедшую на южные земли холодную зиму  нечем было согревать жилища, розы вымерзли, а новые никто не посадил. Некому было сажать. Прежние жители разъехались кто куда – по всему миру. А новым, как видно,  ни деревья, ни цветы  уже не нужны…  Мне вдруг привиделось, что я совершила путешествие во времени – будто и не было вовсе двадцатого века в этих местах, не было достижений цивилизации, словно кадры исторического фильма прокручивались передо мной.  Мужчины в белых длинных одеждах с неопрятными бороденками, следом за ними  гуськом семенят женщины в черных одеждах до пят с закрытыми платком лицами – жены …

Что это? Страшный сон? Да нет, все реальное, и все – чужое.   Чужие лица, чужая речь, чужие обычаи…

                Мой милый, родной городок! Ты навсегда останешься в моем сердце таким, каким ты был тогда, в моем детстве. Мое самое зеленое «желтое дерево», я навсегда останусь твоим листочком, листочком, который оторвался и улетел далеко-далеко, но сохранил в себе  твою частичку.

Рейтинг: +12 346 просмотров
Комментарии (10)
Серов Владимир # 16 июня 2014 в 09:58 +2
Намешано много, но рассказ хороший!
Елена Теплова # 16 июня 2014 в 17:56 +4
Очень печально...
Алиса Евселевская # 16 июня 2014 в 22:34 +4
Рассказ произвел сильное впечатление. Владимир, для меня ничего не намешано. Наверное это женская логика. Все понятно. Конец учебного года, долгожданный отпуск, родной город... Грустно... Трудно представить, что жизнь в современных городах движется не вперед, а назад... Грустно, очень грустно... Удачи автору!
Ирина Перепелица # 18 июня 2014 в 12:25 +4
Как хорош язык рассказа, такой сочный, живой и выразительный))
Очень понравилось!
Ольга Постникова # 18 июня 2014 в 15:35 +2
Ваш рассказ, Автор, моё дежавю. Я даже знаю, о каком городе Вы рассказали. Сарыагаш, или Сары Агач, если по русски. И даже путешествие по этой же дороге,но в Алма-Ату, с разрывом в десять лет, я совершила в прошлом году... с теми же самыми мыслями о бескрайней степи. Спасибо! Удачи Вам!
Людмила Комашко-Батурина # 29 июня 2014 в 18:59 +1
Чудесный, хотя и грустный рассказ. Тоже самое сейчас творится и в моём Городе Детства. Очень жаль, что варваров хватает везде: ломать- не строить... И всё-таки, будем помнить только хорошее! Автору удачи в конкурсе!
Светлая Ночка # 17 июля 2014 в 16:33 +1
грустно...
но осталась память о прошлом, пусть она греет...

удачи!
Алиса Светлова # 17 июля 2014 в 18:00 0
Очень грустно, да... Спасибо)))
Денис Маркелов # 19 июля 2014 в 10:18 0
Хороший искренний рассказ. Кратко о многом
Вадим Спет # 19 августа 2014 в 16:34 0