ПИСЬМА ВОИНА

article212818.jpg

ПИСЬМА ВОИНА

«Никто из нас

для войны

 не рождался»

(Виктор Астафьев)

Родной дядя Игорёшки и Нонны,- звали его Саша, - ушёл на фронт добровольцем. Прибавил себе несколько лишних месяцев, - чтобы взяли…

До войны, - как рассказывали, - он был довольно «шебутным». Может быть, сказывались гены. Было подозрение, что его биологическим отцом был вовсе не отец Фёдор. А некто «Рыжий», - из-за  страсти к моей бабке, Сашиной матери, убивший свою жену с грудным ребёнком[i].

Но… война изменяет многое и многих. Кого-то ломает. Всех испытывает. А кого-то и переделывает, а то – и возвышает. И – наверняка делает людей другими…

И вот – после долгих месяцев, и даже лет, - когда родные уже не знали, что и думать, каким-то образом, через военкомат, - оставшиеся дома узнали адрес Саши. Написали ему, крепко обругали за то, что он так долго молчал…

И через некоторое время  стали приходить письма, которые многое прояснили.

Все письма помечены крохотными номерочками, проставленными карандашом…

Они ставились затем, чтобы, - даже, если бы с человеком, ушедшим в разведку, что-нибудь случилось, то всё равно какое-то время полковой почтальон отсылал бы его письма. Как будто бы ничего и не случилось. И родным спокойнее, и военная тайна сохранена…

А то, что Саша был именно разведчиком, он сам и подтвердил, - словно вскользь брошенной в его письме фразой: «Жалею… не взял с собой … белобрысого… весёлого хорошего мальчишку Толю Величко. Ходили бы с ним в разведку(!)»

Уходя в рейд по тылам врага, разведчики сдавали в штаб награды, документы и письма, написанные… впрок.

Само-собой разумеется, что все эти письма-треугольнички, как и открытые «почтовые карточки», помечены обязательным грифом: «Просмотрено военной цензурой»…

        На большей части дошедших писем стоит номер полевой почты «0 699 – М».

·       В первом же, дошедшем до нас письме, от 8/Х -43 г., Саша пишет: «До сих пор не решался писать, боясь за Вашу участь…

Мамуля, не одну сотню километров прошёл я в боевом пути…

Ни одного жилища… жители угнаны расстреляны.

Я был контужен и ранен разрывом мины. Летом я был в начале наступления, 860 км от (нашего) города, надеялся побывать дома, но… нас перевели на другой фронт.

§       Комментарий: Установлено, что Александр воевал в 262-м стрелковом полку 184-й стрелковой дивизии. Уже в сентябре 1941 года из-за больших потерь переформировали. Но к концу этого же года она вновь почти вся полегла в боях…

В третий раз за один год её воссоздали в июле-августе 1942-го. И вновь её бросали в самое «пекло» Западного фронта – подо Ржев.

Но через месяц её вновь отвели …на переформирование.

С 27 декабря 184 дивизия – на Сталинградском направлении[ii].

После освобождения Сталинграда, вновь воскресшие полк и дивизия воевали на острожско-россошинском направлении. И уже в начале 1943 г. – на Харьковском. Когда Харьков на несколько дней был освобождён… и вновь… оставлен…

Их взяли в кольцо 2 марта 1943 года под Кегичёвкой три отборных танковых дивизии СС. И всё же 184-я прорвала линию фронта. Сто пятьдесят бойцов сберегли боевые знамёна и оружие…

Но документы полка и дивизии погибли! С тех пор многие солдаты и офицеры 262-го полка числятся «без вести пропавшими»…

·       В том же письме Александр просит прислать фото сестры, родных и …Клавдии: «Я её всё же люблю. Я никого из девушек так не любил… и вряд ли смогу полюбить.

Я так соскучился за Вами.

Тут же он упоминает и о своём брате (отце автора): «Ваня – это брат… сын матери, которая должна гордиться, что он слепой не бросил производства, помогая стране бить врага…

И сейчас, если не плачу я, то только потому, что моё сердце очерствело, моими слезами плачут те, которые встречают меня, как воина освободительной Армии…

На месте встречающих нас женщин я представляю сестёр – Таню, Наденьку и маленькую Жаннусечку.

·       Из открытки № 3 от 26/х-43:

«при свете свечи пишу эту открытку…

5 дней как вышли из боя… Написал письмо и послал газетку[iii], в которой опубликовано, что я представлен к правительственной награде».

·      Комментарий.

В дальнейшем 262-й стрелковый полк в боях на южном фасе Курской дуги…

За героизм, проявленный бойцами 262-го полка, участвовавшего в Духовищенско-Демидовской операции, на подступах к Смоленску, 19 сентября 184-й дивизии присвоєно наименование Духовищенской, а Москва отсалютовала ей залпом ста двадцати четырёх орудий…

·      В письме от 28/Х1 43 г.: «…придётся нет ли нам встретиться. Сейчас мне представлено право защищать Вас, мстить за Вас, за свой родной сгоревший дом, который я так любил, к которому стремился.[iv]

·       В письме от 27/Х1 43 г. Саша не пре минул отметить «кумедную» фамилию сестры Надюши, вышедшей замуж и принявшей фамилию Семеняшина…

·       В письме от 7/Х11- 43 г. он пишет о возвращении  в родной город ставшей уже мамой сестры Надюши:

«Мне кажется, что … я тоже встречаю ту дорогую сестру, о которой думал, идя по Полтаве… когда наши… бомбили её, я видел звёзды на крыльях, и эти звёзды напоминали мне, что где-то далеко-далеко, между нами большая пропасть, разделяющая два мира, живёт под этими звёздами моя дорогая сестра и комок обиды подкрался к горлу… ведь такой долгой разлуки в нашей семье никто не помнит…

Надюша… когда к нам пришли ребята, я узнал, что они из Челябинска[v]. И, как земляков, встретил я их, расспрашивал чуть ли не о тебе. Мне казалось, что они обязательно должны были видеть тебя.

Целую всех крепко, крепче всех, конечно… Жасю…[vi]

…пришлите Жаськину фотографию.

§       Из письма карандашом от 4.1.44 г.:

«Работы у меня сейчас очень много»

§       Комментарий.

Уже в начале 1944-го года 262-й полк, пополненный партизанами Белоруссии, храбро сражался на Витебском направлении.

§       Продолжение письма от 4.1.44 г.:

  «Во время выполнения всякой боевой задачи я должен находиться в боевых порядках: комсорг должен воодушевлять… личным примером… увеличивать счёт мести за всё пережитое, за муки матери, за слёзы, за разор Родины, за сгоревший семейный очаг.

О себе:

·       Можете поздравить: я коммунист.

…………………………………………………………..

·       Если после этого будет какой-то перебой в письмах, то не волнуйтесь – со мной всё в порядке, если же что случится, то сообщить Вам не замедлят[vii].

·       Поздравляю с Новым годом. Этот год решит судьбы фашистской страны.

·       Комментарий.

Особо отличился 262-й полк в боях за Неман. Переправа под бомбёжкой, массированный артобстрел, броски в атаку, рукопашный бой – всё это солдаты полка выдержали с честью.

Взводом пешей разведки полка командовала (честная) смелая двадцатилетняя девушка – старшина Марина Парфёнова (Волкова-Музылёва). Несмотря на четыре ранения, оставалась в полковом строю до конца войны…

·       Из письма со штемпелями фронтовой почты – от 30.1.44 и почтамта города – 1.2.44 г.:

«Чем объяснить такую заболеваемость гриппом… Выздоравливайте. Из вас никто больше болеть не имеет права. Особенно смотрите за чумазенькой (племянницей – примеч. Авт.), чтобы снег не кушала и лапки не подмачивала.

Мама, не горюй, ничто не возьмёт меня, ну а если что и случится – я ведь один смертный, но будь покойна, что твой сын если нужно будет умереть, дешёво не умрёт, велика ненависть к врагу,  велика любовь к родным и… ну и сами к понимаете к кому ещё – не маленькие…

·       Из письма от 9/10.2 – 11.2.44. На конверте, видимо, чужой рукой написаны адреса получателя и отправителя. Внутри – текст карандашом: «Здравствуйте, дорогие! Учусь писать. Простите за почерк.

Жив, сказать здоров нельзя.

6.2, вечером в 20.00 был ранен. Вам уже, наверное, сообщили. Коротенько о ранении. Их 8 – 9 в руку, и в поясницу на старом месте. Только покрупней. Рука в 2-х местах перебита. Не волнуйтесь, в случае чего я постараюсь не быть Вам помехой (далее – несколько слов трудно разобрать…)

Мне пока не пишите. Не сегодня завтра в путь…

Саша» (на фамилии рука поползла вниз – видимо, писал левой…)

·       А вот и письмо, которое по расчётам Саши, должно бы прийти раньше, но…

Оно подписано 7-2- 44 г., полевая почта – 11.2.44, штемпель города – 18.2.44. оно от Половинко Ильи Григорьевича:

«Здравствуйте, родные, родители Саши П. …!

Вчера Саша просил меня, чтобы я Вам сообщил, что писем на его старый адрес не пишите, … у него новый адрес.

5.2.44 года в бою… Саша был ранен в правую руку осколком… Направлен в госпиталь. Он  просил Вас, чтобы не волновались. С ним всё в порядке.

Саша – мой воспитанник…

·       Из открытки (со штемпелем полевой почты 5/9. 4.44 и городской почты – 13/14.4.44; обратный адрес: «Моск. обл., г.Ногин, 742658 школа № 14, 7 отд. Весь текст  - карандашом):

«Здравствуйте, дорогие!

Никак не удается получить ни от кого весточки – вот опять эвакуировали. У меня всё в порядке. Лечиться ещё срок солидный. По дороге утащили деньги и твою фотографию (сестры – примеч. Авт.). Ничего так не жалко, как её. Пишите, голова трещит от мыслей.

·       Треугольничек письма, подписанный чужой рукой, с типичной ошибкой в фамилии… Штемпель: »Ногинск, Моск. обл.; 30.4.44, Штемпель получения - 1.05.44». Письма написаны карандашом, но почерк уже увереннее:

«Здравствуйте, дорогие… У меня, как у мальчишки, глаза научились бывать на «мокром месте». Стыдно в мои годы говорить за нервы, но это факт…

Завтра снимут швы… На груди рана закрылась, ребра срослись, да там и была только трещина. Ну а рука… говорят будет хорошей…

Жаннуся, я теперь горжусь тобой, ведь ты скоро ученица. Будем учиться вместе, я тоже писать не умею…

Целую тебя больше всех.

Слушай маму, не обижай бабушку.

·       Что ещё?

Конверт (только) письма от капитана Половинко И.Г. со штемпелями от 3.6.44 и 8.6.44;

 и - самый последний Конверт (и только) со штемпелями полевой почты от 1.7.44 и городской почты – 7.7.44.

·       Плюс ещё два обрывка из газеты «Красноармейская правда» от среды, 20 октября 1943 года, № 123 с сообщением о награждении Алек сандра…

·       Знакомые говорили, что видели Сашу и после войны – в родном городе. Но… возможно, он так и не захотел, как он писал из госпиталя, «быть обузой». Видимо, правая рука так и не стала «хорошей», как, успокаивая его, обещали врачи…

·       Пост-комментарий.

Именно 262-й полк первым, с боями, вышел на границу Восточной Пруссии – в 7.30 17 августа 1944 года. Почти в том же месте, откуда он и начинал свой боевой путь  в 1941-м…

Затем полк в тяжелейших боях сражался с врагом на подступах к Кенигсбергу.

В феврале 1945 для пополнения ему придали 10-й отдельный штраф. бат со 169 «штыками», что существенно превышало остававшийся численный состав обескровленного полка!.. но они ценой невероятных усилий всё же пробились через Берлинское шоссе и в ночь на 2 марта выбили фашистов из стратегически важного пункта в 25 км от Кенигсберга – фольварка Конрадштрассе.

А уже 24 апреля 184-я дивизию с 262-м полком вместо броска на Пилау погрузили в эшелоны и отправили вглубь Сибири… К 9 мая они были уже в Красноярске. А через три месяца они уже наступали на 1-м Дальневосточном фронте.

Для них война завершилась после капитуляции Японии 3 сентября 1945 года.

Звания гвардейцев они так и не получили. Вот строки из послевоенной переписки ветеранов: «Наша 184-я дивизия всегда была забытой и, видимо, такой и останется».

 



[i]Подробнее об этом – в книге 1: «Преданья старины …»

[ii]Виктор Некрасов рассказал об этих событиях в романе «В окопах Сталинграда».

[iii]«Красноармейская правда» от 20.10.1943: «ефрейтор А.Ф.Пр…(й)….(к) награждён медалью «За отвагу».

[iv]Дом – внутри двора на Тарасовской улице при бомбёжке сгорел. Семья перебралась на Тарасовский переулок.

[v]В Челябинске служил муж Надежды

[vi]Недавно родившуюся племянницу.

[vii]Часто в члены КПСС принимали перед серьёзными боями…

© Copyright: Александр Приймак, 2014

Регистрационный номер №0212818

от 3 мая 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0212818 выдан для произведения:

ПИСЬМА ВОИНА

«Никто из нас

для войны

 не рождался»

(Виктор Астафьев)

Родной дядя Игорёшки и Нонны,- звали его Саша, - ушёл на фронт добровольцем. Прибавил себе несколько лишних месяцев, - чтобы взяли…

До войны, - как рассказывали, - он был довольно «шебутным». Может быть, сказывались гены. Было подозрение, что его биологическим отцом был вовсе не отец Фёдор. А некто «Рыжий», - из-за  страсти к моей бабке, Сашиной матери, убивший свою жену с грудным ребёнком[i].

Но… война изменяет многое и многих. Кого-то ломает. Всех испытывает. А кого-то и переделывает, а то – и возвышает. И – наверняка делает людей другими…

И вот – после долгих месяцев, и даже лет, - когда родные уже не знали, что и думать, каким-то образом, через военкомат, - оставшиеся дома узнали адрес Саши. Написали ему, крепко обругали за то, что он так долго молчал…

И через некоторое время  стали приходить письма, которые многое прояснили.

Все письма помечены крохотными номерочками, проставленными карандашом…

Они ставились затем, чтобы, - даже, если бы с человеком, ушедшим в разведку, что-нибудь случилось, то всё равно какое-то время полковой почтальон отсылал бы его письма. Как будто бы ничего и не случилось. И родным спокойнее, и военная тайна сохранена…

А то, что Саша был именно разведчиком, он сам и подтвердил, - словно вскользь брошенной в его письме фразой: «Жалею… не взял с собой … белобрысого… весёлого хорошего мальчишку Толю Величко. Ходили бы с ним в разведку(!)»

Уходя в рейд по тылам врага, разведчики сдавали в штаб награды, документы и письма, написанные… впрок.

Само-собой разумеется, что все эти письма-треугольнички, как и открытые «почтовые карточки», помечены обязательным грифом: «Просмотрено военной цензурой»…

        На большей части дошедших писем стоит номер полевой почты «0 699 – М».

·       В первом же, дошедшем до нас письме, от 8/Х -43 г., Саша пишет: «До сих пор не решался писать, боясь за Вашу участь…

Мамуля, не одну сотню километров прошёл я в боевом пути…

Ни одного жилища… жители угнаны расстреляны.

Я был контужен и ранен разрывом мины. Летом я был в начале наступления, 860 км от (нашего) города, надеялся побывать дома, но… нас перевели на другой фронт.

§       Комментарий: Установлено, что Александр воевал в 262-м стрелковом полку 184-й стрелковой дивизии. Уже в сентябре 1941 года из-за больших потерь переформировали. Но к концу этого же года она вновь почти вся полегла в боях…

В третий раз за один год её воссоздали в июле-августе 1942-го. И вновь её бросали в самое «пекло» Западного фронта – подо Ржев.

Но через месяц её вновь отвели …на переформирование.

С 27 декабря 184 дивизия – на Сталинградском направлении[ii].

После освобождения Сталинграда, вновь воскресшие полк и дивизия воевали на острожско-россошинском направлении. И уже в начале 1943 г. – на Харьковском. Когда Харьков на несколько дней был освобождён… и вновь… оставлен…

Их взяли в кольцо 2 марта 1943 года под Кегичёвкой три отборных танковых дивизии СС. И всё же 184-я прорвала линию фронта. Сто пятьдесят бойцов сберегли боевые знамёна и оружие…

Но документы полка и дивизии погибли! С тех пор многие солдаты и офицеры 262-го полка числятся «без вести пропавшими»…

·       В том же письме Александр просит прислать фото сестры, родных и …Клавдии: «Я её всё же люблю. Я никого из девушек так не любил… и вряд ли смогу полюбить.

Я так соскучился за Вами.

Тут же он упоминает и о своём брате (отце автора): «Ваня – это брат… сын матери, которая должна гордиться, что он слепой не бросил производства, помогая стране бить врага…

И сейчас, если не плачу я, то только потому, что моё сердце очерствело, моими слезами плачут те, которые встречают меня, как воина освободительной Армии…

На месте встречающих нас женщин я представляю сестёр – Таню, Наденьку и маленькую Жаннусечку.

·       Из открытки № 3 от 26/х-43:

«при свете свечи пишу эту открытку…

5 дней как вышли из боя… Написал письмо и послал газетку[iii], в которой опубликовано, что я представлен к правительственной награде».

·      Комментарий.

В дальнейшем 262-й стрелковый полк в боях на южном фасе Курской дуги…

За героизм, проявленный бойцами 262-го полка, участвовавшего в Духовищенско-Демидовской операции, на подступах к Смоленску, 19 сентября 184-й дивизии присвоєно наименование Духовищенской, а Москва отсалютовала ей залпом ста двадцати четырёх орудий…

·      В письме от 28/Х1 43 г.: «…придётся нет ли нам встретиться. Сейчас мне представлено право защищать Вас, мстить за Вас, за свой родной сгоревший дом, который я так любил, к которому стремился.[iv]

·       В письме от 27/Х1 43 г. Саша не пре минул отметить «кумедную» фамилию сестры Надюши, вышедшей замуж и принявшей фамилию Семеняшина…

·       В письме от 7/Х11- 43 г. он пишет о возвращении  в родной город ставшей уже мамой сестры Надюши:

«Мне кажется, что … я тоже встречаю ту дорогую сестру, о которой думал, идя по Полтаве… когда наши… бомбили её, я видел звёзды на крыльях, и эти звёзды напоминали мне, что где-то далеко-далеко, между нами большая пропасть, разделяющая два мира, живёт под этими звёздами моя дорогая сестра и комок обиды подкрался к горлу… ведь такой долгой разлуки в нашей семье никто не помнит…

Надюша… когда к нам пришли ребята, я узнал, что они из Челябинска[v]. И, как земляков, встретил я их, расспрашивал чуть ли не о тебе. Мне казалось, что они обязательно должны были видеть тебя.

Целую всех крепко, крепче всех, конечно… Жасю…[vi]

…пришлите Жаськину фотографию.

§       Из письма карандашом от 4.1.44 г.:

«Работы у меня сейчас очень много»

§       Комментарий.

Уже в начале 1944-го года 262-й полк, пополненный партизанами Белоруссии, храбро сражался на Витебском направлении.

§       Продолжение письма от 4.1.44 г.:

  «Во время выполнения всякой боевой задачи я должен находиться в боевых порядках: комсорг должен воодушевлять… личным примером… увеличивать счёт мести за всё пережитое, за муки матери, за слёзы, за разор Родины, за сгоревший семейный очаг.

О себе:

·       Можете поздравить: я коммунист.

…………………………………………………………..

·       Если после этого будет какой-то перебой в письмах, то не волнуйтесь – со мной всё в порядке, если же что случится, то сообщить Вам не замедлят[vii].

·       Поздравляю с Новым годом. Этот год решит судьбы фашистской страны.

·       Комментарий.

Особо отличился 262-й полк в боях за Неман. Переправа под бомбёжкой, массированный артобстрел, броски в атаку, рукопашный бой – всё это солдаты полка выдержали с честью.

Взводом пешей разведки полка командовала (честная) смелая двадцатилетняя девушка – старшина Марина Парфёнова (Волкова-Музылёва). Несмотря на четыре ранения, оставалась в полковом строю до конца войны…

·       Из письма со штемпелями фронтовой почты – от 30.1.44 и почтамта города – 1.2.44 г.:

«Чем объяснить такую заболеваемость гриппом… Выздоравливайте. Из вас никто больше болеть не имеет права. Особенно смотрите за чумазенькой (племянницей – примеч. Авт.), чтобы снег не кушала и лапки не подмачивала.

Мама, не горюй, ничто не возьмёт меня, ну а если что и случится – я ведь один смертный, но будь покойна, что твой сын если нужно будет умереть, дешёво не умрёт, велика ненависть к врагу,  велика любовь к родным и… ну и сами к понимаете к кому ещё – не маленькие…

·       Из письма от 9/10.2 – 11.2.44. На конверте, видимо, чужой рукой написаны адреса получателя и отправителя. Внутри – текст карандашом: «Здравствуйте, дорогие! Учусь писать. Простите за почерк.

Жив, сказать здоров нельзя.

6.2, вечером в 20.00 был ранен. Вам уже, наверное, сообщили. Коротенько о ранении. Их 8 – 9 в руку, и в поясницу на старом месте. Только покрупней. Рука в 2-х местах перебита. Не волнуйтесь, в случае чего я постараюсь не быть Вам помехой (далее – несколько слов трудно разобрать…)

Мне пока не пишите. Не сегодня завтра в путь…

Саша» (на фамилии рука поползла вниз – видимо, писал левой…)

·       А вот и письмо, которое по расчётам Саши, должно бы прийти раньше, но…

Оно подписано 7-2- 44 г., полевая почта – 11.2.44, штемпель города – 18.2.44. оно от Половинко Ильи Григорьевича:

«Здравствуйте, родные, родители Саши П. …!

Вчера Саша просил меня, чтобы я Вам сообщил, что писем на его старый адрес не пишите, … у него новый адрес.

5.2.44 года в бою… Саша был ранен в правую руку осколком… Направлен в госпиталь. Он  просил Вас, чтобы не волновались. С ним всё в порядке.

Саша – мой воспитанник…

·       Из открытки (со штемпелем полевой почты 5/9. 4.44 и городской почты – 13/14.4.44; обратный адрес: «Моск. обл., г.Ногин, 742658 школа № 14, 7 отд. Весь текст  - карандашом):

«Здравствуйте, дорогие!

Никак не удается получить ни от кого весточки – вот опять эвакуировали. У меня всё в порядке. Лечиться ещё срок солидный. По дороге утащили деньги и твою фотографию (сестры – примеч. Авт.). Ничего так не жалко, как её. Пишите, голова трещит от мыслей.

·       Треугольничек письма, подписанный чужой рукой, с типичной ошибкой в фамилии… Штемпель: »Ногинск, Моск. обл.; 30.4.44, Штемпель получения - 1.05.44». Письма написаны карандашом, но почерк уже увереннее:

«Здравствуйте, дорогие… У меня, как у мальчишки, глаза научились бывать на «мокром месте». Стыдно в мои годы говорить за нервы, но это факт…

Завтра снимут швы… На груди рана закрылась, ребра срослись, да там и была только трещина. Ну а рука… говорят будет хорошей…

Жаннуся, я теперь горжусь тобой, ведь ты скоро ученица. Будем учиться вместе, я тоже писать не умею…

Целую тебя больше всех.

Слушай маму, не обижай бабушку.

·       Что ещё?

Конверт (только) письма от капитана Половинко И.Г. со штемпелями от 3.6.44 и 8.6.44;

 и - самый последний Конверт (и только) со штемпелями полевой почты от 1.7.44 и городской почты – 7.7.44.

·       Плюс ещё два обрывка из газеты «Красноармейская правда» от среды, 20 октября 1943 года, № 123 с сообщением о награждении Алек сандра…

·       Знакомые говорили, что видели Сашу и после войны – в родном городе. Но… возможно, он так и не захотел, как он писал из госпиталя, «быть обузой». Видимо, правая рука так и не стала «хорошей», как, успокаивая его, обещали врачи…

·       Пост-комментарий.

Именно 262-й полк первым, с боями, вышел на границу Восточной Пруссии – в 7.30 17 августа 1944 года. Почти в том же месте, откуда он и начинал свой боевой путь  в 1941-м…

Затем полк в тяжелейших боях сражался с врагом на подступах к Кенигсбергу.

В феврале 1945 для пополнения ему придали 10-й отдельный штраф. бат со 169 «штыками», что существенно превышало остававшийся численный состав обескровленного полка!.. но они ценой невероятных усилий всё же пробились через Берлинское шоссе и в ночь на 2 марта выбили фашистов из стратегически важного пункта в 25 км от Кенигсберга – фольварка Конрадштрассе.

А уже 24 апреля 184-я дивизию с 262-м полком вместо броска на Пилау погрузили в эшелоны и отправили вглубь Сибири… К 9 мая они были уже в Красноярске. А через три месяца они уже наступали на 1-м Дальневосточном фронте.

Для них война завершилась после капитуляции Японии 3 сентября 1945 года.

Звания гвардейцев они так и не получили. Вот строки из послевоенной переписки ветеранов: «Наша 184-я дивизия всегда была забытой и, видимо, такой и останется».

 



[i]Подробнее об этом – в книге 1: «Преданья старины …»

[ii]Виктор Некрасов рассказал об этих событиях в романе «В окопах Сталинграда».

[iii]«Красноармейская правда» от 20.10.1943: «ефрейтор А.Ф.Пр…(й)….(к) награждён медалью «За отвагу».

[iv]Дом – внутри двора на Тарасовской улице при бомбёжке сгорел. Семья перебралась на Тарасовский переулок.

[v]В Челябинске служил муж Надежды

[vi]Недавно родившуюся племянницу.

[vii]Часто в члены КПСС принимали перед серьёзными боями…

Рейтинг: +2 874 просмотра
Комментарии (2)
Серов Владимир # 4 мая 2014 в 16:49 +2
Интереснейшая информация!
Но хотелось бы чего-то литературно-художественного, а не публицистики!
Удачи автору!
Людмила Комашко-Батурина # 14 мая 2014 в 10:58 +1
Интересно, но изложение больше походит на хронику семейного архива, который должен быть в каждом доме Подкорректировать и вышел бы отличный рассказ.