Наказание обидчика


Школьные годы имеют временные рамки и очертания, наполнением которых являются изучаемые предметы, события классного, школьного и внешкольного масштаба, лица одноклассников и учителей, их поступки и слова.
Миллионы секунд «живут» в этом времени. Ты их проживаешь, запоминаешь, мечтаешь. И, находясь в этом времени, думаешь о том, чтобы скорее стать взрослым.
И уже, став взрослым, приходит понимание этой части жизни, название, которому «школьные годы». Ты можешь спокойно проанализировать свои «годы», потому что с тобой осталась память и твои ощущения тех лет.
Школьные годы это отрезок жизни, когда ты учился жизни. Знания знаниями, но твой опыт первых побед, обид и разочарований, опыт взаимодействия и умения быть в коллективе проходил в эти годы. Ты, учась, познавал и взрослую несправедливость в выставлении оценок и видел лесть учителей для одних, и сдержанность для других. Ты учился себя защищать не только словом, но и действиями.
Это произошло тёплой осенью. Бабье лето уже прощалось с природой. Листопад завершал свой очередной гастрольный сезон. Листья шуршали под ногами, и каждый прохожий извлекал из этих шорохов, ведомые только ему ноты.
В воздухе пахло прелой листвой. Вечер потихоньку спускался на город, приводя за собой туман, который в подсвеченных фарах машин, казался взбитой периной, возлежащей на голых ветвях деревьев. И от этого они казались таинственными и волшебными.
И вот в один из таких прекрасных вечеров мы с сестрой возвращались с тренировки по теннису домой. Шли неспеша. И обсуждали несносное поведение обзывальщика Самсонова.
Игорь появился неожиданно на нашем пути, на тротуаре под фонарём, словно вырос из-под земли.
- Помяни дурака, он и явится, вздохнув, сказала сестра.
 С ехидной ухмылкой он приблизился к нам, поравнявшись,  процедил сквозь зубы: «Картавые домой возвращаются».  
Безмолвно переглянувшись, мы расступились, давая ему, возможность пройти между нами, а затем, пропустив его чуть-чуть позади себя, каждый из нас с разворота корпуса, точно отработал удар, как говорил тренер, слева и справа, наложив на мягкую пятую точку две теннисные ракетки головками, где звонко натянутые струны, приложились точно посередине  каждой ягодицы.
Игорь ойкнул, медленно обернулся. На лице читалось удивление. Он был ошеломлён нашей выходкой. При свете фонаря удалось рассмотреть побелевшее от боли и слегка вытянутое лицо. Зрачки в какой-то момент сузились до чёрной точки, а потом начали увеличиваться, расплываясь на весь глаз. Уголки губ подрагивали. Ударная волна, сообщённая через ж…. , докатилась до мозга, вспыхнув в нём красной кнопкой: «Не тронь нас больше». От боли  слёзы стали собираться в уголках его глаз. Вид его был жалок.
Мы стояли, держа наготове ракетки, для следующего удара. Но та волна боли, которую испытал Самсонов, не оставила ему сил для нападения.
Он очень медленно развернулся и как-то неуклюже, походкой уточки, пошёл домой.
Проводив его взглядом, мы вздохнули с облегчением…
На следующий день он не пришёл в школу. Его друг Гулидов Сергей сказал, что он не- удачно упал и побил спину, с интересом посмотрев в нашу сторону. Мы даже бровью не повели.
Его не было ровно три дня. Придя в школу, мы с сестрой заметили одну появившуюся у него особенность: он старался спиной к нам не стоять. О каких-то гадостях в наш адрес он больше и не помышлял.
Мы мирно прожили оставшиеся три года. После восьмого класса наши пути-дороги разошлись, а в памяти событие осталось…
 

© Copyright: Светлана Ермашкевич, 2014

Регистрационный номер №0251869

от 9 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0251869 выдан для произведения:

Школьные годы имеют временные рамки и очертания, наполнением которых являются изучаемые предметы, события классного, школьного и внешкольного масштаба, лица одноклассников и учителей, их поступки и слова.

Миллионы секунд «живут» в этом времени. Ты их проживаешь, запоминаешь, мечтаешь. И, находясь в этом времени, думаешь о том, чтобы скорее стать взрослым.

И уже, став взрослым, приходит понимание этой части жизни, название, которому «школьные годы». Ты можешь спокойно проанализировать свои «годы», потому что с тобой осталась память и твои ощущения тех лет.

Школьные годы это отрезок жизни, когда ты учился жизни. Знания знаниями, но твой опыт первых побед, обид и разочарований, опыт взаимодействия и умения быть в коллективе проходил в эти годы. Ты, учась, познавал и взрослую несправедливость в выставлении оценок и видел лесть учителей для одних, и сдержанность для других. Ты учился себя защищать не только словом, но и действиями.

Это произошло тёплой осенью. Бабье лето уже прощалось с природой. Листопад завершал свой очередной гастрольный сезон. Листья шуршали под ногами, и каждый прохожий извлекал из этих шорохов, ведомые только ему ноты.

В воздухе пахло прелой листвой. Вечер потихоньку спускался на город, приводя за собой туман, который в подсвеченных фарах машин, казался взбитой перелиной, возлежащей на голых ветвях деревьев. И от этого они казались таинственными и волшебными.

И вот в один из таких прекрасных вечеров мы с сестрой возвращались с тренировки по теннису домой. Шли неспеша. И обсуждали несносное поведение обзывальщика Самсонова.

Игорь появился неожиданно на нашем пути, на тротуаре под фонарём, словно вырос из-под земли.

- Помяни дурака, он и явится, вздохнув, сказала сестра.

 С ехидной ухмылкой он приблизился к нам, поравнявшись,  процедил сквозь зубы: «Картавые домой возвращаются».  

Безмолвно переглянувшись, мы расступились, давая ему, возможность пройти между нами, а затем, пропустив его чуть-чуть позади себя, каждый из нас с разворота корпуса, точно отработал удар, как говорил тренер, слева и справа, наложив на мягкую пятую точку две теннисные ракетки головками, где звонко натянутые струны, приложились точно посередине  каждой ягодицы.

Игорь ойкнул, медленно обернулся. На лице читалось удивление. Он был ошеломлён нашей выходкой. При свете фонаря удалось рассмотреть побелевшее от боли и слегка вытянутое лицо. Зрачки в какой-то момент сузились до чёрной точки, а потом начали увеличиваться, расплываясь на весь глаз. Уголки губ подрагивали. Ударная волна, сообщённая через ж…. , докатилась до мозга, вспыхнув в нём красной кнопкой: «Не тронь нас больше». От боли  слёзы стали собираться в уголках его глаз. Вид его был жалок.

Мы стояли, держа наготове ракетки, для следующего удара. Но та волна боли, которую испытал Самсонов, не оставила ему сил для нападения.

Он очень медленно развернулся и как-то неуклюже, походкой уточки, пошёл домой.

Проводив его взглядом, мы вздохнули с облегчением…

На следующий день он не пришёл в школу. Его друг Гулидов Сергей сказал, что он не- удачно упал и побил спину, с интересом посмотрев в нашу сторону. Мы даже бровью не повели.

Его не было ровно три дня. Придя в школу, мы с сестрой заметили одну появившуюся у него особенность: он старался спиной к нам не стоять. О каких-то гадостях в наш адрес он больше и не помышлял.

Мы мирно прожили оставшиеся три года. После восьмого класса наши пути-дороги разошлись, а в памяти событие осталось…

 

Рейтинг: +5 290 просмотров
Комментарии (4)
Влад Устимов # 10 ноября 2014 в 11:41 +1
Бабье лето уже прощалось с природой
Источник: http://parnasse.ru/konkurs/chempionat4kon/etap11chemp4/nakazanie-obidchika.html
Алёнка Золотникова # 14 ноября 2014 в 11:19 +1
спасибо за рассказ,читая который,вспомнились свои школьные годы,те истории,воспоминания о которых спрятались где-то далеко в мозге,а они были приятные и не очень,но они с тобой и это ступенька твоего опыта,твоей эволюции. вам повезло,что у вас с сестрой такое понимание между собой:без слов,на уровне ощущений,мыслей,переданных,если можно так сказать,телепатически. спасибо за ваше творчество,которое помогает задумываться,анализировать и улыбаться
Марина Попова # 24 апреля 2015 в 16:49 0
Изобретательные девочки! Так употребить теннисные ракетки!
smayliki-prazdniki-34
Светлана Ермашкевич # 24 апреля 2015 в 22:51 0
Жизнь подсказала выход...оригинальный выход. И ей спасибо за это. А Вам, Марина, за прочтение произведения.