ГлавнаяКлассика → Стихи известных поэтов про осень

Стихи известных поэтов про осень

article397200.jpg
Чем холоднее и беспросветнее темнота снаружи,
тем уютнее кажется тёплый мягкий свет в квартире.
И если лето —
это время убегать из дома навстречу несбыточным мечтам,
то осень — время возвращаться.
© Аль Квотион

Осень задумчива и грустна, лирична и загадочна. Стихи об осени в творчестве известных поэтов-классиков тихо передают настроение уставшей природы. Это стихи опадающих листьев, нежных солнечных дней бабьего лета, стихи осеннего дождя в затягивающегося пасмурной дымкой неба поздней осени.
Осень самая утонченная, нежная и в тоже время, полная мудрости пора.
Грусть и тоска, радость и разочарование, одиночество и любовь, все переплетается в осеннем, полном меланхолии и очарования, настроении. Наивные и полные душой, трогательные и добрые слова, строки и рифмы в стихах об осени, подчеркивают всю красоту русской природы и чувственную глубину русской поэзии.
 Практически у каждого русского поэта есть стихотворение про осень, в котором они воспевали красоту золотой листвы, романтику дождливой погоды и бодрящую силу прохлады. Стихотворения про осень «кружат» словами-ветрами, «моросят» строфами-дождями, «пестрят» эпитетами-листьями… 
 
Администрация "Парнаса" собрала лучшие стихи известных поэтов-классиков про осень. 
 
Интересные стихи про осень русских поэтов- классиков

  
 Стихи Александра Сергеевича Пушкина про осень
Годы жизни поэта: 1799-1837
 
 
 
Унылая пора, очей очарованье
Отрывок из Осени Пушкина.

Унылая пора! очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса —
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса,
В их сенях ветра шум и свежее дыханье,
И мглой волнистою покрыты небеса,
И редкий солнца луч, и первые морозы,
И отдалённые седой зимы угрозы.

И с каждой осенью я расцветаю вновь;
Здоровью моему полезен русской холод;
К привычкам бытия вновь чувствую любовь:
Чредой слетает сон, чредой находит голод;
Легко и радостно играет в сердце кровь,
Желания кипят — я снова счастлив, молод,
Я снова жизни полн — таков мой организм
(Извольте мне простить ненужный прозаизм).
 ***

 
 
В тот год осенняя погода
 
В тот год осенняя погода
Стояла долго на дворе,
Зимы ждала, ждала природа.
Снег выпал только в январе
На третье в ночь. Проснувшись рано,
В окно увидела Татьяна
Поутру побелевший двор,
Куртины, кровли и забор,
На стеклах легкие узоры,
Деревья в зимнем серебре,
Сорок веселых на дворе
И мягко устланные горы
Зимы блистательным ковром.
Все ярко, все бело кругом.
__________
Отрывок из романа в стихах Евгений Онегин.
***

 
Уж небо осенью дышало
 
Уж небо осенью дышало,
Уж реже солнышко блистало,
Короче становился день,
Лесов таинственная сень
С печальным шумом обнажалась,
Ложился на поля туман,
Гусей крикливый караван
Тянулся к югу: приближалась
Довольно скучная пора;
Стоял ноябрь уж у двора.

Отрывок из поэмы Евгений Онегин.
***
 
 
Осеннее утро
 
Поднялся шум; свирелью полевой 
Оглашено мое уединенье, 
И с образом любовницы драгой 
Последнее слетело сновиденье. 
С небес уже скатилась ночи тень. 
Взошла заря, блистает бледный день — 
А вкруг меня глухое запустенье... 
Уж нет ее… я был у берегов, 
Где милая ходила в вечер ясный; 
На берегу, на зелени лугов 
Я не нашел чуть видимых следов, 
Оставленных ногой ее прекрасной. 
Задумчиво бродя в глуши лесов, 
Произносил я имя несравненной; 
Я звал ее — и глас уединенный 
Пустых долин позвал ее в дали. 
К ручью пришел, мечтами привлеченный; 
Его струи медлительно текли, 
Не трепетал в них образ незабвенный. 
Уж нет ее!.. До сладостной весны 
Простился я с блаженством и с душою. 
Уж осени холодною рукою 
Главы берез и лип обнажены, 
Она шумит в дубравах опустелых; 
Там день и ночь кружится желтый лист, 
Стоит туман на волнах охладелых, 
И слышится мгновенный ветра свист. 
Поля, холмы, знакомые дубравы! 
Хранители священной тишины! 
Свидетели моей тоски, забавы! 
Забыты вы… до сладостной весны! 
 
1816 
***

 
19 октября 1825
 
Роняет лес багряный свой убор, 
Сребрит мороз увянувшее поле, 
Проглянет день как будто поневоле 
И скроется за край окружных гор. 
Пылай, камин, в моей пустынной келье; 
А ты, вино, осенней стужи друг, 
Пролей мне в грудь отрадное похмелье, 
Минутное забвенье горьких мук. 

Печален я: со мною друга нет, 
С кем долгую запил бы я разлуку, 
Кому бы мог пожать от сердца руку 
И пожелать веселых много лет. 
Я пью один; вотще воображенье 
Вокруг меня товарищей зовет; 
Знакомое не слышно приближенье, 
И милого душа моя не ждет. 

Я пью один, и на брегах Невы 
Меня друзья сегодня именуют... 
Но многие ль и там из вас пируют? 
Еще кого не досчитались вы? 
Кто изменил пленительной привычке? 
Кого от вас увлек холодный свет? 
Чей глас умолк на братской перекличке? 
Кто не пришел? Кого меж вами нет? 

Он не пришел, кудрявый наш певец, 
С огнем в очах, с гитарой сладкогласной: 
Под миртами Италии прекрасной 
Он тихо спит, и дружеский резец 
Не начертал над русскою могилой 
Слов несколько на языке родном, 
Чтоб некогда нашел привет унылый 
Сын севера, бродя в краю чужом. 

Сидишь ли ты в кругу своих друзей, 
Чужих небес любовник беспокойный? 
Иль снова ты проходишь тропик знойный 
И вечный лед полунощных морей? 
Счастливый путь!.. С лицейского порога 
Ты на корабль перешагнул шутя, 
И с той поры в морях твоя дорога, 
О волн и бурь любимое дитя! 

Ты сохранил в блуждающей судьбе 
Прекрасных лет первоначальны нравы: 
Лицейский шум, лицейские забавы 
Средь бурных волн мечталися тебе; 
Ты простирал из-за моря нам руку, 
Ты нас одних в младой душе носил 
И повторял: «На долгую разлуку 
Нас тайный рок, быть может, осудил!» 

Друзья мои, прекрасен наш союз! 
Он, как душа, неразделим и вечен — 
Неколебим, свободен и беспечен, 
Срастался он под сенью дружных муз. 
Куда бы нас ни бросила судьбина 
И счастие куда б ни повело, 
Всё те же мы: нам целый мир чужбина; 
Отечество нам Царское Село. 

Из края в край преследуем грозой, 
Запутанный в сетях судьбы суровой, 
Я с трепетом на лоно дружбы новой, 
Устав, приник ласкающей главой... 
С мольбой моей печальной и мятежной, 
С доверчивой надеждой первых лет, 
Друзьям иным душой предался нежной; 
Но горек был небратский их привет. 

И ныне здесь, в забытой сей глуши, 
В обители пустынных вьюг и хлада, 
Мне сладкая готовилась отрада: 
Троих из вас, друзей моей души, 
Здесь обнял я. Поэта дом опальный, 
О Пущин мой, ты первый посетил; 
Ты усладил изгнанья день печальный, 
Ты в день его Лицея превратил. 

Ты, Горчаков, счастливец с первых дней, 
Хвала тебе — фортуны блеск холодный 
Не изменил души твоей свободной: 
Всё тот же ты для чести и друзей. 
Нам разный путь судьбой назначен строгой; 
Ступая в жизнь, мы быстро разошлись: 
Но невзначай проселочной дорогой 
Мы встретились и братски обнялись. 

Когда постиг меня судьбины гнев, 
Для всех чужой, как сирота бездомный, 
Под бурею главой поник я томной 
И ждал тебя, вещун пермесских дев, 
И ты пришел, сын лени вдохновенный, 
О Дельвиг мой: твой голос пробудил 
Сердечный жар, так долго усыпленный, 
И бодро я судьбу благословил. 

С младенчества дух песен в нас горел, 
И дивное волненье мы познали; 
С младенчества две музы к нам летали, 
И сладок был их лаской наш удел: 
Но я любил уже рукоплесканья, 
Ты, гордый, пел для муз и для души; 
Свой дар, как жизнь, я тратил без вниманья, 
Ты гений свой воспитывал в тиши. 

Служенье муз не терпит суеты; 
Прекрасное должно быть величаво: 
Но юность нам советует лукаво, 
И шумные нас радуют мечты... 
Опомнимся — но поздно! и уныло 
Глядим назад, следов не видя там. 
Скажи, Вильгельм, не то ль и с нами было, 
Мой брат родной по музе, по судьбам? 

Пора, пора! душевных наших мук 
Не стоит мир; оставим заблужденья! 
Сокроем жизнь под сень уединенья! 
Я жду тебя, мой запоздалый друг — 
Приди; огнем волшебного рассказа 
Сердечные преданья оживи; 
Поговорим о бурных днях Кавказа, 
О Шиллере, о славе, о любви. 

Пора и мне… пируйте, о друзья! 
Предчувствую отрадное свиданье; 
Запомните ж поэта предсказанье: 
Промчится год, и с вами снова я, 
Исполнится завет моих мечтаний; 
Промчится год, и я явлюся к вам! 
О, сколько слез и сколько восклицаний, 
И сколько чаш, подъятых к небесам! 

И первую полней, друзья, полней! 
И всю до дна в честь нашего союза! 
Благослови, ликующая муза, 
Благослови: да здравствует Лицей! 
Наставникам, хранившим юность нашу, 
Всем честию, и мертвым и живым, 
К устам подъяв признательную чашу, 
Не помня зла, за благо воздадим. 

Полней, полней! и, сердцем возгоря, 
Опять до дна, до капли выпивайте! 
Но за кого? о други, угадайте... 
Ура, наш царь! так! выпьем за царя. 
Он человек! им властвует мгновенье. 
Он раб молвы, сомнений и страстей; 
Простим ему неправое гоненье: 
Он взял Париж, он основал Лицей. 

Пируйте же, пока еще мы тут! 
Увы, наш круг час от часу редеет; 
Кто в гробе спит, кто дальный сиротеет; 
Судьба глядит, мы вянем; дни бегут; 
Невидимо склоняясь и хладея, 
Мы близимся к началу своему... 
Кому ж из нас под старость день Лицея 
Торжествовать придется одному? 

Несчастный друг! средь новых поколений 
Докучный гость и лишний, и чужой, 
Он вспомнит нас и дни соединений, 
Закрыв глаза дрожащею рукой... 
Пускай же он с отрадой хоть печальной 
Тогда сей день за чашей проведет, 
Как ныне я, затворник ваш опальный, 
Его провел без горя и забот. 
 
1825 
***

 
Осень 
 
Чего в мой дремлющий тогда не входит ум?
Державин.
I. 

Октябрь уж наступил — уж роща отряхает 
Последние листы с нагих своих ветвей; 
Дохнул осенний хлад — дорога промерзает. 
Журча еще бежит за мельницу ручей, 
Но пруд уже застыл; сосед мой поспешает 
В отъезжие поля с охотою своей, 
И страждут озими от бешеной забавы, 
И будит лай собак уснувшие дубравы. 

II. 

Теперь моя пора: я не люблю весны; 
Скучна мне оттепель; вонь, грязь — весной я болен; 
Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены. 
Суровою зимой я более доволен, 
Люблю ее снега; в присутствии луны 
Как легкий бег саней с подругой быстр и волен, 
Когда под соболем, согрета и свежа, 
Она вам руку жмет, пылая и дрожа! 

III. 

Как весело, обув железом острым ноги, 
Скользить по зеркалу стоячих, ровных рек! 
А зимних праздников блестящие тревоги?.. 
Но надо знать и честь; полгода снег да снег, 
Ведь это наконец и жителю берлоги, 
Медведю надоест. Нельзя же целый век 
Кататься нам в санях с Армидами младыми, 
Иль киснуть у печей за стеклами двойными. 

IV. 

Ох, лето красное! любил бы я тебя, 
Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи. 
Ты, все душевные способности губя, 
Нас мучишь; как поля, мы страждем от засухи; 
Лишь как бы напоить, да освежить себя —  
Иной в нас мысли нет, и жаль зимы старухи, 
И, проводив ее блинами и вином, 
Поминки ей творим мороженым и льдом. 

V. 

Дни поздней осени бранят обыкновенно, 
Но мне она мила, читатель дорогой, 
Красою тихою, блистающей смиренно. 
Так нелюбимое дитя в семье родной 
К себе меня влечет. Сказать вам откровенно, 
Из годовых времен я рад лишь ей одной, 
В ней много доброго; любовник не тщеславный, 
Я нечто в ней нашел мечтою своенравной. 

VI. 

Как это объяснить? Мне нравится она, 
Как, вероятно, вам чахоточная дева 
Порою нравится. На смерть осуждена, 
Бедняжка клонится без ропота, без гнева. 
Улыбка на устах увянувших видна; 
Могильной пропасти она не слышит зева; 
Играет на лице еще багровый цвет. 
Она жива еще сегодня, завтра нет. 

VII. 

Унылая пора! очей очарованье! 
Приятна мне твоя прощальная краса - 
Люблю я пышное природы увяданье, 
В багрец и в золото одетые леса, 
В их сенях ветра шум и свежее дыханье, 
И мглой волнистою покрыты небеса, 
И редкий солнца луч, и первые морозы, 
И отдаленные седой зимы угрозы. 

VIII. 

И с каждой осенью я расцветаю вновь; 
Здоровью моему полезен русской холод; 
К привычкам бытия вновь чувствую любовь: 
Чредой слетает сон, чредой находит голод; 
Легко и радостно играет в сердце кровь, 
Желания кипят — я снова счастлив, молод, 
Я снова жизни полн — таков мой организм 
(Извольте мне простить ненужный прозаизм). 

IX. 

Ведут ко мне коня; в раздолии открытом, 
Махая гривою, он всадника несет, 
И звонко под его блистающим копытом 
Звенит промерзлый дол, и трескается лед. 
Но гаснет краткий день, и в камельке забытом 
Огонь опять горит — то яркий свет лиет, 
То тлеет медленно — а я пред ним читаю, 
Иль думы долгие в душе моей питаю. 

X. 

И забываю мир — и в сладкой тишине 
Я сладко усыплен моим воображеньем, 
И пробуждается поэзия во мне: 
Душа стесняется лирическим волненьем, 
Трепещет и звучит, и ищет, как во сне, 
Излиться наконец свободным проявленьем —  
И тут ко мне идет незримый рой гостей, 
Знакомцы давние, плоды мечты моей. 

XI. 

И мысли в голове волнуются в отваге, 
И рифмы легкие навстречу им бегут, 
И пальцы просятся к перу, перо к бумаге, 
Минута — и стихи свободно потекут. 
Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге, 
Но чу! — матросы вдруг кидаются, ползут 
Вверх, вниз — и паруса надулись, ветра полны; 
Громада двинулась и рассекает волны. 

XII. 

Плывет. Куда ж нам плыть?... 
............................... 
............................... 
 
1833 

Автограф 
Между строфами X и XI: 
 
Стальные рыцари, угрюмые султаны, 
Монахи, карлики, арапские цари, 
Гречанки с чётками, корсары, богдыханы, 
Испанцы в епанчах, жиды, богатыри, 
Царевны пленные и злые великаны. 
И вы, любимицы златой моей зари, — 
Вы, барышни мои, с открытыми плечами, 
С висками гладкими и томными очами. 
 
Строфа XII: 
 
Ура!.. куда же плыть?. какие берега 
Теперь мы посетим: Кавказ ли колоссальный, 
Иль опалённые Молдавии луга, 
Иль скалы дикие Шотландии печальной, 
Или Нормандии блестящие снега, 
Или Швейцарии ландшафт пирамидальный? 
***
 
Я пережил свои желанья…
 
Я пережил свои желанья, 
Я разлюбил свои мечты; 
Остались мне одни страданья, 
Плоды сердечной пустоты. 
 
Под бурями судьбы жестокой 
Увял цветущий мой венец — 
Живу печальный, одинокой, 
И жду: придёт ли мой конец? 
 
Так, поздним хладом поражённый, 
Как бури слышен зимний свист, 
Один — на ветке обнаженной 
Трепещет запоздалый лист!..
***
 

 
Стихи Лермонтова Михаила Юрьевича про осень
Годы жизни поэта: 1814-1841
 
К сожалению, Михаил Юрьевич Лермонтов создал не так много произведений на тему осени...
Это короткие стихотворения, которые легко запомнить даже детям.
И длинные стихотворения для ценителей творчества
   
 
 
Осень

Листья в поле пожелтели,
И кружатся и летят;
Лишь в бору поникши ели
Зелень мрачную хранят.
Под нависшею скалою
Уж не любит, меж цветов,
Пахарь отдыхать порою
От полуденных трудов.
Зверь, отважный, поневоле
Скрыться где-нибудь спешит.
Ночью месяц тускл, и поле
Сквозь туман лишь серебрит.
***
 
Приходит осень, золотит…
(отрывок из «Последний сын вольности»)

Приходит осень, золотит
Венцы дубов. Трава полей
От продолжительных дождей
К земле прижалась; и бежит
Ловец напрасно по холмам:
Ему не встретить зверя там.
А если даже он найдет,
То ветер стрелы разнесет.
На льдинах ветер тот рожден,
Порывисто качает он
Сухой шиповник на брегах
Ильменя. В сизых облаках
Станицы белых журавлей
Летят на юг до лучших дней;
И чайки озера кричат
Им вслед, и вьются над водой,
И звезды ночью не блестят,
Одетые сырою мглой.
Приходит осень! Уж стада
Бегут в гостеприимну сень;
Краснея догорает день
В тумане. Пусть он никогда
Не озарит лучом своим
Густой новогородский дым,
Пусть не надуется вовек
Дыханьем теплым ветерка
Летучий парус рыбака
Над волнами славянских рек!
Увы! Пред властию чужой
Склонилась гордая страна,
И песня вольности святой
(Какая б ни была она)
Уже забвенью предана.
Свершилось! Дерзостный варяг
Богов славянских победил;
Один неосторожный шаг
Свободный край поработил!
Но есть поныне горсть людей,
В дичи лесов, в дичи степей;
Они, увидев падший гром,
Не перестали помышлять
В изгнанье дальном и глухом,
Как вольность пробудить опять;
Отчизны верные сыны
Еще надеждою полны:
Так, меж грядами темных туч,
Сквозь слезы бури, солнца луч
Увеселяет утром взор
И золотит туманы гор.
 
Год написания: 1830-1831
***
 
Когда с дубравы лист слетает пожелтелый,
То вихрь его несет за дальних гор поток —
И я душой увял, как лист осиротелый…
Умчи же и меня, осенний ветерок!..
***
 
Блистая пробегают облака…

Блистая пробегают облака
По голубому небу. Холм крутой
Осенним солнцем озарен. Река
Бежит внизу по камням с быстротой.
И на холме пришелец молодой,
Завернут в плащ, недвижимо сидит
Под старою березой. Он молчит,
Но грудь его подъемлется порой;
Но бледный лик меняет часто цвет;
Чего он ищет здесь? – спокойствия? – о нет!
Он смотрит вдаль: тут лес пестреет, там
Поля и степи, там встречает взгляд
Опять дубраву или по кустам
Рассеянные сосны. Мир, как сад,
Цветет, надев могильный свой наряд:
Поблекнувшие листья; жалок мир!
В нем каждый средь толпы забыт и сир;
И люди все к ничтожеству спешат, –
Но, хоть природа презирает их,
Любимцы есть у ней, как у царей других.
И тот, на ком лежит ее печать,
Пускай не ропщет на судьбу свою,
Чтобы никто, никто не смел сказать,
Что у груди своей она змею
Согрела. – «О! Когда б одно люблю
Из уст прекрасной мог подслушать я,
Тогда бы люди, даже жизнь моя
В однообразном северном краю,
Всё б в новый блеск оделось!» – так мечтал
Беспечный… Но просить он неба не желал!
 Год написания: 1831
***
 
Солнце осени

Люблю я солнце осени, когда,
Меж тучек и туманов пробираясь,
Оно кидает бледный, мертвый луч
На дерево, колеблемое ветром,
И на сырую степь. Люблю я солнце,
Есть что-то схожее в прощальном взгляде
Великого светила с тайной грустью
Обманутой любви; не холодней
Оно само собою, но природа
И всё, что может чувствовать и видеть,
Не могут быть согреты им; так точно
И сердце: в нем всё жив огонь, но люди
Его понять однажды не умели,
И он в глазах блеснуть не должен вновь
И до ланит он вечно не коснется.
Зачем вторично сердцу подвергать
Себя насмешкам и словам сомненья?
 
 Год написания: 1830-1831
***
 
 
Стихи Фета Афанасия Афанасьевича про осень
Годы жизни поэта: 1820-1892
 

 
Сентябрьская роза 
 
За вздохом утренним мороза,
Румянец уст приотворя,
Как странно улыбнулась роза
В день быстролетней сентября!

Перед порхающей синицей
В давно безлиственных кустах
Как дерзко выступать царицей
С приветом вешним на устах.

Расцвесть в надежде неуклонной —
С холодной разлучась грядой,
Прильнуть последней, опьяненной
К груди хозяйки молодой!
***

 
 
Осень
Как грустны сумрачные дни 
Беззвучной осени и хладной! 
Какой истомой безотрадной 
К нам в душу просятся они! 

Но есть и дни, когда в крови 
Золотолиственных уборов 
Горящих осень ищет взоров 
И знойных прихотей любви. 

Молчит стыдливая печаль, 
Лишь вызывающее слышно, 
И, замирающей так пышно, 
Ей ничего уже не жаль. 
 
8 октября 1883 
***
 
Тополь
 
Сады молчат. Унылыми глазами 
С унынием в душе гляжу вокруг; 
Последний лист разметан под ногами. 
Последний лучезарный день потух. 

Лишь ты один над мертвыми степями 
Таишь, мой тополь, смертный свой недуг 
И, трепеща по-прежнему листами, 
О вешних днях лепечешь мне как друг. 

Пускай мрачней, мрачнее дни за днями 
И осени тлетворный веет дух; 
С подъятыми ты к небесам ветвями 
Стоишь один и помнишь теплый юг. 
 
1859 
***
 
 Осенняя роза
 
Осыпал лес свои вершины, 
Сад обнажил свое чело, 
Дохнул сентябрь, и георгины 
Дыханьем ночи обожгло. 

Но в дуновении мороза 
Между погибшими одна, 
Лишь ты одна, царица-роза, 
Благоуханна и пышна. 

Назло жестоким испытаньям 
И злобе гаснущего дня 
Ты очертаньем и дыханьем 
Весною веешь на меня. 
  
18 сентября 1886 
***
   
 
Непогода — осень — куришь,  
Куришь — все как будто мало.  
Хоть читал бы — только чтенье  
Подвигается так вяло. 

Серый день ползет лениво,  
И болтают нестерпимо  
На стене часы стенные  
Языком неутомимо. 

Сердце стынет понемногу,  
И у жаркого камина  
Лезет в голову больную  
Все такая чертовщина! 

Над дымящимся стаканом  
Остывающего чаю,  
Слава богу, понемногу,  
Будто вечер, засыпаю... 

1847 

***

Осенью
 
Когда сквозная паутина
Разносит нити ясных дней
И под окном у селянина
Далекий благовест слышней,

Мы не грустим, пугаясь снова
Дыханья близкого зимы,
А голос лета прожитого
Яснее понимаем мы.
***
 
Задрожали листы, облетая,
Тучи неба закрыли красу,
С поля буря ворвавшися злая
Рвет и мечет и воет в лесу.

Только ты, моя милая птичка,
В теплом гнездышке еле видна,
Светлогруда, легка, невеличка,
Не запугана бурей одна.

И грохочет громов перекличка,
И шумящая мгла так черна…
Только ты, моя милая птичка,
В теплом гнездышке еле видна.
***
 
Ласточки пропали,
А вчера зарёй
Всё грачи летали
Да, как сеть, мелькали
Вон над той горой.

С вечера все спится,
На дворе темно.
Лист сухой валится,
Ночью ветер злится
Да стучит в окно.

Лучше б снег да вьюгу
Встретить грудью рад!
Словно как с испугу
Раскричавшись, к югу
Журавли летят.

Выйдешь — поневоле
Тяжело — хоть плачь!
Смотришь — через поле
Перекати-поле
Прыгает, как мяч.
***
 
Какая холодная осень!
Надень свою шаль и капот;
Смотри: из-за дремлющих сосен
Как будто пожар восстает.

Сияние северной ночи
Я помню всегда близ тебя,
И светят фосфорные очи,
Да только не греют меня.
***
 
 
Стихи Николая Алексеевича Некрасова про осень
Годы жизни поэта: 1821-1877
 
 
 
Перед дождем
 
Заунывный ветер гонит 
Стаю туч на край небес, 
Ель надломленная стонет, 
Глухо шепчет темный лес. 

На ручей, рябой и пестрый, 
За листком летит листок, 
И струей сухой и острой 
Набегает холодок. 

Полумрак на всё ложится; 
Налетев со всех сторон, 
С криком в воздухе кружится 
Стая галок и ворон. 

Над проезжей таратайкой 
Спущен верх, перед закрыт; 
И «пошел!» — привстав с нагайкой, 
Ямщику жандарм кричит... 

1846 
***
 
Что ни год — уменьшаются силы, 
Ум ленивее, кровь холодней... 
Мать-отчизна! дойду до могилы, 
Не дождавшись свободы твоей! 

Но желал бы я знать, умирая, 
Что стоишь ты на верном пути, 
Что твой пахарь, поля засевая, 
Видит ведреный день впереди; 

Чтобы ветер родного селенья 
Звук единый до слуха донес, 
Под которым не слышно кипенья 
Человеческой крови и слез. 

1861 
***
 
Славная осень
 
Славная осень! Здоровый, ядрёный
Воздух усталые силы бодрит;
Лёд неокрепший на речке студёной
Словно как тающий сахар лежит;

Около леса, как в мягкой постели,
Выспаться можно — покой и простор!
Листья поблекнуть ещё не успели,
Желты и свежи лежат, как ковёр.

Славная осень! Морозные ночи,
Ясные, тихие дни…
Нет безобразья в природе! И кочи,
И моховые болота, и пни —
Всё хорошо под сиянием лунным,
Всюду родимую Русь узнаю…
Быстро лечу я по рельсам чугунным,
Думаю думу свою
***
 
 
Русская песня
 
«Что не весел, Ваня? 
В хоровод не встанешь? 
Шапки не заломишь? 
Песни не затянешь? 
Аль не снес, не добыл 
Барину оброку? 
Подати казенной 
Не преставил к сроку? 
Аль набор рекрутский 
Молодца кручинит - 
Угодить боишься 
Под красную шапку? 
Аль душа-девица, 
Что прежде любила, 
С недругом спозналась? 
Ваньке изменила?» 
-«Оброк и с гостинцем 
Барину преставил; 
Подати казенной 
За мной ни алтына; 
Не боюсь рекрутства - 
Брат пошел охотой; 
А душа-девица 
Мне не изменяла - 
Да ее-то, братцы, 
Сроду не бывало!..» 

1846 
***

 
Несжатая полоса
 
Поздняя осень. Грачи улетели, 
Лес обнажился, поля опустели, 

Только не сжата полоска одна... 
Грустную думу наводит она. 

Кажется, шепчут колосья друг другу: 
«Скучно нам слушать осенную вьюгу, 

Скучно склоняться до самой земли, 
Тучные зерна купая в пыли! 

Нас, что ни ночь, разоряют станицы 
Всякой пролетной прожорливой птицы, 

Заяц нас топчет, и буря нас бьет... 
Где же наш пахарь? чего еще ждет? 

Или мы хуже других уродились? 
Или недружно цвели-колосились? 

Нет! мы не хуже других — и давно 
В нас налилось и созрело зерно. 

Не для того же пахал он и сеял 
Чтобы нас ветер осенний развеял?.» 

Ветер несет им печальный ответ: 
— Вашему пахарю моченьки нет. 

Знал, для чего и пахал он и сеял, 
Да не по силам работу затеял. 

Плохо бедняге — не ест и не пьет, 
Червь ему сердце больное сосет, 

Руки, что вывели борозды эти, 
Высохли в щепку, повисли, как плети. 

Очи потускли, и голос пропал, 
Что заунывную песню певал, 

Как на соху, налегая рукою, 
Пахарь задумчиво шел полосою. 

22-25 ноября 1854 
***

 
 Стихи Федора Ивановича Тютчева про осень
Годы жизни поэта: 1803-1873

 
 
Есть в осени первоначальной  
Короткая, но дивная пора-  
Весь день стоит как бы хрустальный,  
И лучезарны вечера…  

Где бодрый серп гулял и падал колос,  
Теперь уж пусто все — простор везде,-  
Лишь паутины тонкий волос  
Блестит на праздной борозде.  

Пустеет воздух, птиц не слышно боле,  
Но далеко еще до первых зимних бурь-  
И льется чистая и теплая лазурь  
На отдыхающее поле…  

22 августа 1857  
***
 
Когда в кругу убийственных забот  
Нам все мерзит — и жизнь, как камней груда,  
Лежит на нас,- вдруг знает бог откуда  
Нам на душу отрадное дохнет,  
Минувшим нас обвеет и обнимет  
И страшный груз минутно приподнимет.  

Так иногда осеннею порой,  
Когда поля. уж пусты, рощи голы,  
Бледнее небо, пасмурнее долы,  
Вдруг ветр подует, теплый и сырой,  
Опавший лист погонит пред собою  
И душу нам обдаст как бы весною…  

22 октября 1849
***
 
Небо бледно-голубое  
Дышит светом и теплом  
И приветствует Петрополь  
Небывалым сентябрем.  

Воздух, полный теплой влаги,  
Зелень свежую поит  
И торжественные флаги  
Тихим веяньем струит.  

Блеск горячий солнце сеет  
Вдоль по невской глубине-  
Югом блещет, югом веет,  
И живется как во сне.  

Все привольней, все приветней  
Умаляющнйся день,-  
И согрета негой летней  
Вечеров осенних тень.  

Ночью тихо пламенеют  
Разноцветные огни…  
Очарованные ночи,  
Очарованные дни.  

Словно строгий чин природы  
Уступил права свои  
Духу жизни и свободы,  
Вдохновениям любви.  

Словно, ввек ненарушимый,  
Был нарушен вечный строй  
И любившей и любимой  
Человеческой душой.  

В этом ласковом сиянье,  
В этом небе голубом  
Есть улыбка, есть сознанье,  
Есть сочувственный прием.  

И святое умиленье  
С благодатью чистых слез  
К нам сошло как откровенье  
И во всем отозвалось…  

Небывалое доселе  
Понял вещий наш народ,  
И Дагмарина неделя  
Перейдет из рода в род.  

17 сентября 1866  
***
 
Осенней позднею порою  
Люблю я царскосельский сад,  
Когда он тихой полумглою,  
Как бы дремотою, объят  
И белокрылые виденья  
На тусклом озера стекле  
В какой-то неге онеменья  
Коснеют в этой полумгле…  

И на порфирные ступени  
Екатерининских дворцов  
Ложатся сумрачные тени  
Октябрьских ранних вечеров-  
И сад темнеет, как дуброва,  
И при звездах из тьмы ночной,  
Как отблеск славного былого,  
Выходит купол золотой…  

22 октября 1858 
***
 
Осенний вечер
 
Есть в светлости осенних вечеров
Умильная, таинственная прелесть:
Зловещий блеск и пестрота дерев,
Багряных листьев томный, легкий шелест,
Туманная и тихая лазурь
Над грустно-сиротеющей землею,
И, как предчувствие сходящих бурь,
Порывистый, холодный ветр порою,
Ущерб, изнеможенье — и на всем
Та кроткая улыбка увяданья,
Что в существе разумном мы зовем
Божественной стыдливостью страданья.
***
 
Н.И. Кролю
 
Сентябрь холодный бушевал,  
С деревьев ржавый лист валился,  
День потухающий дымился,  
Сходила ночь, туман вставал.  

И все для сердца и для глаз  
Так было холодно-бесцветно,  
Так было грустно-безответно,-  
Но чья-то песнь вдруг раздалась…  

И вот, каким-то обаяньем,  
Туман, свернувшись, улетел,  
Небесный свод поголубел  
И вновь подернулся сияньем…  

И все опять зазеленело,  
Все обратилося к весне…  
И эта греза снилась мне,  
Пока мне птичка ваша пела.  

Первая половина 1860-х годов 
***
 

 
Стихи  Сурикова Ивана Захаровича про осень
Годы жизни поэта: 1841-1880
 
 
 
Четыре цвета года
Белый
Белые шапки на белых берёзах.
Белый зайчишка на белом снегу.
Белый узор на ветвях от мороза.
По белому лесу на лыжах бегу.

Синий
Синее небо, синие тени.
Синие реки сбросили лёд.
Синий подснежник – житель весенний,
На синей проталинке смело растёт.

Зелёный
В зелёном лесу на зелёной травинке,
Поводит усами зелёный жучок.
Зелёную бабочку на тропинке,
Накрыл мой сачок, нитяной колпачок.

Жёлтый
Жёлтое солнце греет слабее.
Жёлтые дыни на жёлтой земле.
Жёлтые листья шуршат по аллее.
Жёлтая капля смолы на стволе.
***
 
Осень… Дождик ведром  
С неба хмурого льет;  
На работу чуть свет  
Молодчина идет. 

На плечах у него  
Кафтанишка худой;  
Он шагает в грязи  
По колена, босой. 

Он идет да поет,  
Над погодой смеясь;  
Из-под ног у него  
Брызжет в стороны грязь. 

Холод, голод, нужду  
Сносит он до конца. -  
И не в силах беда  
Сокрушить молодца. 

Иль землею его,  
Иль бревном пришибет,  
Или старость его  
На одре пригнетет. 

Да и смерть-то придет -  
Не спугнет молодца;  
С ней он кончит расчет,  
Не поморщив лица. 

Эх, родимый мой брат!  
Много силы в тебе!  
Эту силу твою  
Сокрушить ли судьбе!.. 

1866 
***
 
Осенью
 
В телеге тряской и убогой
Тащусь я грязною дорогой…
Лениво пара тощих кляч
Плетётся, топчет грязь ногами…
Вот запоздалый крикнул грач
И полетел стрелой над нами, —
И снова тихо… Облака
На землю сеют дождь досадный…
Кругом всё пусто, безотрадно,
В душе тяжёлая тоска…
Как тенью, скукою покрыто
Всё в этой местности пустой;
И небо серое сердито
Висит над мокрою землёй,
Всё будто плачет и горюет;
Чернеют голые поля,
Над ними ветер сонный дует,
Травой поблёкшей шевеля.
Кусты и тощие берёзы
Стоят, как грустный ряд теней,
И капли крупные, как слёзы,
Роняют медленно с ветвей.

Порой в дали печальной где-то
Раздастся звук — и пропадёт,
И сердце грусть сильней сожмёт…
Без света жизнь! не ты ли это?.
***
 
Осень, осень.
В гости просим!
Осень, осень,
Погости недель восемь:
С обильными хлебами,
С высокими снопами,
С листопадом и дождем,
С перелетным журавлем.
***
Стихи Иннокентия Федоровича Анненского про осень
Годы жизни поэта: 1855-1909
 
 
Ты опять со мной, подруга осень, 
Но сквозь сеть нагих твоих ветвей 
Никогда бледней не стыла просинь, 
И снегов не помню я мертвей. 

Я твоих печальнее отребий 
И черней твоих не видел вод, 
На твоем линяло-ветхом небе 
Желтых туч томит меня развод. 

До конца все видеть, цепенея... 
О, как этот воздух странно нов... 
Знаешь что… я думал, что больнее 
Увидать пустыми тайны слов... 
***
 
Осень
 
Не било четырех… Но бледное светило
Едва лишь купола над нами золотило,

И, в выцветшей степи туманная река,
Так плавно двигались над нами облака,

И столько мягкости таило их движенье,
Забывших яд измен и муку расторженья,

Что сердцу музыки хотелось для него…
Но снег лежал в горах, и было так мертво,

И оборвали в ночь свистевшие буруны
Меж небом и землей протянутые струны…

А к утру кто-то нам, развеяв молча сны,
Напомнил шепотом, что мы осуждены.

Гряда не двигалась и точно застывала,
Ночь надвигалась ощущением провала…
***
 
О, не зови меня, не мучь!  
Скользя бесцельно, утомленно,  
Зачем у ночи вырвал луч,  
Засыпав блеском, ветку клена? 

Ее пьянит зеленый чад,  
И дум ей жаль разоблаченных,  
И слезы осени дрожат  В ее листах раззолоченных,- 

А свод так сладостно дремуч,  
Так миротворно слиты звенья...  
И сна, и мрака, и забвенья...  
О, не зови меня, не мучь! 
***

Ноябрь (Иннокентий Фёдорович Анненский)

    Сонет

Как тускло пурпурное пламя,
Как мертвы желтые утра!
Как сеть ветвей в оконной раме
Всё та ж сегодня, что вчера...

Одна утеха, что местами
Налет белил и серебра
Мягчит пушистыми чертами
Работу тонкую пера...

В тумане солнце, как в неволе...
Скорей бы сани, сумрак, поле,
Следить круженье облаков,-

Да, упиваясь медным свистом,
В безбрежной зыбкости снегов
Скользить по линиям волнистым.

* По автографу под загл. "Зимний
сонет". Вариация в ст. 9-10: "Как
тяжела зимы неволя. Скорей бы
сумерки да в поле."
***

 
Стихи Валерия Яковлевича Брюсова про осень
Годы жизни поэта: 1873-1924
 
 
 
Ранняя осень
 
Ранняя осень любви умирающей. 
Тайно люблю золотые цвета 
Осени ранней, любви умирающей. 
Ветви прозрачны, аллея пуста, 
В сини бледнеющей, веющей, тающей 
Странная тишь, красота, чистота. 

Листья со вздохом, под ветром, их нежащим, 
Тихо взлетают и катятся вдаль 
(Думы о прошлом в видении нежащем). 
Жить и не жить — хорошо и не жаль. 
Острым серпом, безболезненно режущим, 
Сжаты в душе и восторг и печаль. 

Ясное солнце — без прежней мятежности, 
Дождь — словно капли струящихся рос 
(Томные ласки без прежней мятежности), 
Запах в садах доцветающих роз. 
В сердце родник успокоенной нежности, 
Счастье — без ревности, страсть — без угроз. 

Здравствуйте, дни голубые, осенние, 
Золото лип и осин багрянец! 
Здравствуйте, дни пред разлукой, осенние! 
Бледный — над яркими днями — венец! 
Дни недосказанных слов и мгновения 
В кроткой покорности слитых сердец! 

21 августа 1905
***
 
Дачи осенью
 
Люблю в осенний день несмелый 
Листвы сквозящей слушать плач, 
Вступая в мир осиротелый 
Пустынных и закрытых дач. 

Забиты досками террасы, 
И взор оконных стекол слеп, 
В садах разломаны прикрасы, 
Лишь погреб приоткрыт, как склеп. 

Смотрю я в парки дач соседних, 
Вот листья ветром взметены, 
И трепеты стрекоз последних, 
Как смерть вещающие сны. 

Я верю: в дни, когда всецело 
Наш мир приветит свой конец, 
Так в сон столицы опустелой 
Войдет неведомый пришлец. 

8 сентября 1900 
***
 
Осенью
 
Небо ярко, небо сине
В чистом золоте ветвей,
Но струится тень в долине,
И звенит вокруг чуть слышно
Нежный зов — не знаю чей.
Это призрак или птица
Бело реет в вышине?
Это осень или жрица,
В ризе пламенной и пышной,
Наклоняет лик ко мне?
Слышу, слышу: ты пророчишь!
Тихий дуть не уклоня,
Я исполню все, что хочешь!
Эти яркие одежды —
Понял, понял — для меня!
Это ты — на смертном ложе
Ждешь покорного тебе!
Пусть же тень ложится строже!
Я иду, закрывши вежды,
Верен Тайне и Судьбе.
***
 
"В моей стране - покой осенний" (Валерий Яковлевич Брюсов)

В моей стране - покой осенний,
Дни отлетевших журавлей,
И, словно строгий счет мгновений,
Проходят облака над ней.

Безмолвно поле, лес безгласен,
Один ручей, как прежде, скор.
Но странно ясен и прекрасен
Омытый холодом простор.

Здесь, где весна, как дева, пела
Над свежей зеленью лугов,
Где после рожь цвела и зрела
В святом предчувствии серпов, -

Где ночью жгучие зарницы
Порой влюбленных стерегли,
Где в августе склоняли жницы
Свой стан усталый до земли, -

Теперь торжественность пустыни,
Да ветер, бьющий по кустам,
А неба свод, глубоко синий, -
Как купол, увенчавший храм!

Свершила ты свои обеты,
Моя страна! и замкнут круг!
Цветы опали, песни спеты,
И собран хлеб, и скошен луг.

Дыши же радостным покоем
Над миром дорогих могил,
Как прежде ты дышала зноем,
Избытком страсти, буйством сил!

Насыться миром и свободой,
Как раньше делом и борьбой, -
И зимний сон, как всей природой,
Пусть долго властвует тобой!

С лицом и ясным и суровым
Удары снежных вихрей встреть,
Чтоб иль воскреснуть с майским зовом,
Иль в неге сладкой умереть!
***
 
Осеннее чувство (Валерий Яковлевич Брюсов)

Гаснут розовые краски
В бледном отблеске луны;
Замерзают в льдинах сказки
О страданиях весны;

Светлых вымыслов развязки
В черный креп облечены,
И на празднествах все пляски
Ликом смерти смущены.

Под лучами юной грезы
Не цветут созвучий розы
На куртинах Красоты,

И сквозь окна снов бессвязных
Не встречают звезд алмазных
Утомленные мечты.

19 февраля 1893
***
 
 
Стихи Ивана Алексеевича Бунина про осень
Годы жизни поэта: 1870-1953

 
Ветер осенний в лесах подымается,
Шумно по чащам идёт,
Мёртвые листья срывает и весело
В бешеной пляске несёт.
 
Только замрёт, припадёт и послушает,
Снова взмахнёт, а за ним
Лес загудит, затрепещет — и сыплются
Листья дождём золотым.
 
Веет зимою, морозными вьюгами,
Тучи плывут в небесах...
Пусть же погибнет всё мёртвое, слабое
И возвратится во прах!
 
Зимние вьюги — предтечи весенние,
Зимние вьюги должны
Похоронить под снегами холодными
Мёртвых к приходу весны.
 
В тёмную осень земля укрывается
Жёлтой листвой, а под ней
Дремлет побегов и трав прозябание,
Сок животворных корней.
 
Жизнь зарождается в мраке таинственном.
Радость и гибель ея
Служат нетленному и неизменному —
Вечной красе Бытия!
 ***
 
Осень листья темной краской метит:  
не уйти им от своей судьбы!  
Но светло и нежно небо светит  
сквозь нагие черные дубы, 

что-то неземное обещает,  
к тишине уводит от забот -
 и опять, опять душа прощает  
промелькнувший, обманувший год! 

1905 
 ***
 
Октябрьский рассвет
 
Ночь побледнела, и месяц садится 
За реку красным серпом. 
Сонный туман на лугах серебрится, 
Черный камыш отсырел и дымится, 
Ветер шуршит камышом. 

Тишь на деревне. В часовне лампада 
Меркнет, устало горя. 
В трепетный сумрак озябшего сада 
Льется со степи волнами прохлада... 
Медленно рдеет заря. 

1887 
***
 
Листопад
 
Лес, точно терем расписной, 
Лиловый, золотой, багряный, 
Веселой, пестрою стеной 
Стоит над светлою поляной. 

Березы желтою резьбой 
Блестят в лазури голубой, 
Как вышки, елочки темнеют, 
А между кленами синеют 
То там, то здесь в листве сквозной 
Просветы в небо, что оконца. 
Лес пахнет дубом и сосной, 
За лето высох он от солнца, 
И Осень тихою вдовой 
Вступает в пестрый терем свой. 

Сегодня на пустой поляне, 
Среди широкого двора, 
Воздушной паутины ткани 
Блестят, как сеть из серебра. 
Сегодня целый день играет 
В дворе последний мотылек 
И, точно белый лепесток, 
На паутине замирает, 
Пригретый солнечным теплом; 
Сегодня так светло кругом, 
Такое мертвое молчанье 
В лесу и в синей вышине, 
Что можно в этой тишине 
Расслышать листика шуршанье. 
Лес, точно терем расписной, 
Лиловый, золотой, багряный, 
Стоит над солнечной поляной, 
Завороженный тишиной; 
Заквохчет дрозд, перелетая 
Среди подседа, где густая 
Листва янтарный отблеск льет; 
Играя, в небе промелькнет 
Скворцов рассыпанная стая - 
И снова все кругом замрет. 

Последние мгновенья счастья! 
Уж знает Осень, что такой 
Глубокий и немой покой - 
Предвестник долгого ненастья. 
Глубоко, странно лес молчал 
И на заре, когда с заката 
Пурпурный блеск огня и злата 
Пожаром терем освещал. 
Потом угрюмо в нем стемнело. 
Луна восходит, а в лесу 
Ложатся тени на росу... 
Вот стало холодно и бело 
Среди полян, среди сквозной 
Осенней чащи помертвелой, 
И жутко Осени одной 
В пустынной тишине ночной. 

Теперь уж тишина другая: 
Прислушайся — она растет, 
А с нею, бледностью пугая, 
И месяц медленно встает. 
Все тени сделал он короче, 
Прозрачный дым навел на лес 
И вот уж смотрит прямо в очи 
С туманной высоты небес. 
0, мертвый сон осенней ночи! 
0, жуткий час ночных чудес! 
В сребристом и сыром тумане 
Светло и пусто на поляне; 
Лес, белым светом залитой, 
Своей застывшей красотой 
Как будто смерть себе пророчит; 
Сова и та молчит: сидит 
Да тупо из ветвей глядит, 
Порою дико захохочет, 
Сорвется с шумом с высоты, 
Взмахнувши мягкими крылами, 
И снова сядет на кусты 
И смотрит круглыми глазами, 
Водя ушастой головой 
По сторонам, как в изумленье; 
А лес стоит в оцепененье, 
Наполнен бледной, легкой мглой 
И листьев сыростью гнилой... 

Не жди: наутро не проглянет 
На небе солнце. Дождь и мгла 
Холодным дымом лес туманят,- 
Недаром эта ночь прошла! 
Но Осень затаит глубоко 
Все, что она пережила 
В немую ночь, и одиноко 
Запрется в тереме своем: 
Пусть бор бушует под дождем, 
Пусть мрачны и ненастны ночи 
И на поляне волчьи очи 
Зеленым светятся огнем! 
Лес, точно терем без призора, 
Весь потемнел и полинял, 
Сентябрь, кружась по чащам бора, 
С него местами крышу снял 
И вход сырой листвой усыпал; 
А там зазимок ночью выпал 
И таять стал, все умертвив... 

Трубят рога в полях далеких, 
Звенит их медный перелив, 
Как грустный вопль, среди широких 
Ненастных и туманных нив. 
Сквозь шум деревьев, за долиной, 
Теряясь в глубине лесов, 
Угрюмо воет рог туриный, 
Скликая на добычу псов, 
И звучный гам их голосов 
Разносит бури шум пустынный. 
Льет дождь, холодный, точно лед, 
Кружатся листья по полянам, 
И гуси длинным караваном 
Над лесом держат перелет. 
Но дни идут. И вот уж дымы 
Встают столбами на заре, 
Леса багряны, недвижимы, 
Земля в морозном серебре, 
И в горностаевом шугае, 
Умывши бледное лицо, 
Последний день в лесу встречая, 
Выходит Осень на крыльцо. 
Двор пуст и холоден. В ворота, 
Среди двух высохших осин, 
Видна ей синева долин 
И ширь пустынного болота, 
Дорога на далекий юг: 
Туда от зимних бурь и вьюг, 
От зимней стужи и метели 
Давно уж птицы улетели; 
Туда и Осень поутру 
Свой одинокий путь направит 
И навсегда в пустом бору 
Раскрытый терем свой оставит. 

Прости же, лес! Прости, прощай, 
День будет ласковый, хороший, 
И скоро мягкою порошей 
Засеребрится мертвый край. 
Как будут странны в этот белый, 
Пустынный и холодный день 
И бор, и терем опустелый, 
И крыши тихих деревень, 
И небеса, и без границы 
В них уходящие поля! 
Как будут рады соболя, 
И горностаи, и куницы, 
Резвясь и греясь на бегу 
В сугробах мягких на лугу! 
А там, как буйный пляс шамана, 
Ворвутся в голую тайгу 
Ветры из тундры, с океана, 
Гудя в крутящемся снегу 
И завывая в поле зверем. 
Они разрушат старый терем, 
Оставят колья и потом 
На этом остове пустом 
Повесят инеи сквозные, 
И будут в небе голубом 
Сиять чертоги ледяные 
И хрусталем и серебром. 
А в ночь, меж белых их разводов, 
Взойдут огни небесных сводов, 
Заблещет звездный щит Стожар - 
В тот час, когда среди молчанья 
Морозный светится пожар, 
Расцвет полярного сиянья. 

1906 
***
 
Осыпаются астры в садах,  
Стройный клен под окошком желтеет,  
И холодный туман на полях  
Целый день неподвижно белеет.
 Ближний лес затихает, и в нем  
Показалися всюду просветы,  
И красив он в уборе своем,  
Золотистой листвою одетый.  
Но под этой сквозною листвой  
В этих чащах не слышно ни звука...  
Осень веет тоской,  
Осень веет разлукой! 

Поброди же в последние дни  
По аллее, давно молчаливой,  
И с любовью и с грустью взгляни  
На знакомые нивы.  
В тишине деревенских ночей  
И в молчанье осенней полночи  
Вспомни песни, что пел соловей,  
Вспомни летние ночи  
И подумай, что годы идут,  
Что с весной, как минует ненастье,  
Нам они не вернут  
Обманувшего счастья... 

1888 
***
 
Осень
 
Осень. Чащи леса.
Мох сухих болот.
Озеро белесо.
Бледен небосвод.
Отцвели кувшинки,
И шафран отцвел.
Выбиты тропинки,
Лес и пуст, и гол.
Только ты красива,
Хоть давно суха,
В кочках у залива
Старая ольха.
Женственно глядишься
В воду в полусне –
И засеребришься
Прежде всех к весне.
***
 
В полях сухие стебли кукурузы,
Следы колес и блеклая ботва.
В холодном море — бледные медузы
И красная подводная трава.

Поля и осень. Море и нагие
Обрывы скал. Вот ночь, и мы идем
На темный берег. В море — летаргия
Во всем великом таинстве своем.

«Ты видишь воду?» — «Вижу только ртутный
Туманный блеск…» Ни неба, ни земли.
Лишь звездный блеск висит под нами — в мутной
Бездонно-фосфорической пыли.
***
 
О счастье мы всегда лишь вспоминаем.
А счастье всюду. Может быть, оно —
Вот этот сад осенний за сараем
И чистый воздух, льющийся в окно.

В бездонном небе легким белым краем
Встает, сияет облако. Давно
Слежу за ним… Мы мало видим, знаем,
А счастье только знающим дано.

Окно открыто. Пискнула и села
На подоконник птичка. И от книг
Усталый взгляд я отвожу на миг.

День вечереет, небо опустело.
Гул молотилки слышен на гумне…
Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.

1909
 ***
 
Тропами потаёнными
Тропами потаёнными, глухими,
В лесные чащи сумерки идут.
Засыпанные листьями сухими,
Леса молчат  — осенней ночи ждут.

Вот крикнул сыч в пустынном буераке…
Вот тёмный лист свалился, чуть шурша…
Ночь близится: уж реет в полумраке
Её немая, скорбная душа.
***
 
Все лес и лес. А день темнеет;  
Низы синеют, и трава  
Седой росой в лугах белеет...  
Проснулась серая сова. 

На запад сосны вереницей  
Идут, как рать сторожевых,  
И солнце мутное Жар-Птицей  
Горит в их дебрях вековых. 

1899 
***
 

  Стихи  Блока Александра Александровича про осень
Годы жизни поэта: 1880-1921.

 
Над этой осенью — во всем
Ты прошумела и устала.
Но я вблизи — стою с мечом,
Спустив до времени забрало.
Души кипящий гнев смири,
Как я проклятую отвагу.
Остался красный зов зари
И верность голубому стягу.
На верном мы стоим пути,
Избегли плена не впервые.
Веди меня. Чтоб всё пройти,
Нам нужны силы неземные.

11 августа 1903. С. Шахматово
***
 
 
Осенний день
 
Идем по жнивью, не спеша, 
С тобою, друг мой скромный, 
И изливается душа, 
Как в сельской церкви темной. 

Осенний день высок и тих, 
Лишь слышно — ворон глухо 
Зовет товарищей своих, 
Да кашляет старуха. 

Овин расстелет низкий дым, 
И долго под овином 
Мы взором пристальным следим 
За лётом журавлиным... 

Летят, летят косым углом, 
Вожак звенит и плачет... 
О чем звенит, о чем, о чем? 
Чтоплач осенний значит? 

И низких нищих деревень 
Не счесть, не смерить оком, 
И светит в потемневший день 
Костер в лугу далеком... 

О, нищая моя страна, 
Чтоты для сердца значишь? 
О, бедная моя жена, 
О чем ты горько плачешь? 

1 января 1909 
***
 
Над гладью озёрных огней,
Рукою холодной разбитых,
Приветствую золото дней,
Осенним дыханьем овитых.
В молчаньи вечерних небес,
Над далью просторов усталых,
Чернеется никнущий лес
В убранстве из листьев увялых.
Повсюду виднеется смерть,
И трауром тихого тленья
Повита бесстрастная твердь…
А в сердце — прозрачность забвенья…

1898
***
 
 Золотистою долиной  
Ты уходишь, нем и дик.  
Тает в небе журавлиный  
Удаляющийся крик. 

Замер, кажется, в зените  
Грустный голос, долгий звук.  
Бесконечно тянет нити  
Торжествующий паук. 

Сквозь прозрачные волокна  
Солнце, света не тая,  
Праздно бьет в слепые окна  
Опустелого жилья. 

За нарядные одежды  
Осень солнцу отдала  
Улетевшие надежды  
Вдохновенного тепла. 

29 августа 1902 
***
 
В день холодный, в день осенний  
Я вернусь туда опять  
Вспомнить этот вздох весенний,  
Прошлый образ увидать. 

Я приду — и не заплачу,  
Вспоминая, не сгорю.  
Встречу песней наудачу  
Новой осени зарю, 

Злые времени законы  
Усыпили скорбный дух.  
Прошлый вой, былые стоны  
Не услышишь — я потух. 

Самый огнь — слепые очи  
Не сожжет мечтой былой.  
Самый день — темнее ночи  
Усыпленному душой. 

27 апреля 1901, Поле за Старой Деревней 
***
 
Зайчик
 
Маленькому зайчику
На сырой ложбинке
Прежде глазки тешили
Белые цветочки…

Осенью расплакались
Тонкие былинки,
Лапки наступают
На жёлтые листочки.

Хмурая, дождливая
Наступила осень,
Всю капустку сняли,
Нечего украсть.

Бедный зайчик прыгает
Возле мокрых сосен,
Страшно в лапы волку
Серому попасть…

Думает о лете,
Прижимает уши,
На небо косится –
Неба не видать…

Только б потеплее,
Только бы посуше…
Очень неприятно
По воде ступать!
***
 
Осень поздняя. Небо открытое,
И леса сквозят тишиной.
Прилегла на берег размытый
Голова русалки больной.

Низко ходят туманные полосы,
Пронизали тень камыша.
На зеленые длинные волосы
Упадают листы, шурша.

И опушками отдаленными
Месяц ходит с легким хрустом и глядит,
Но, запутана узлами зелеными,
Не дышит она и не спит.

Бездыханный покой очарован.
Несказанная боль улеглась.
И над миром, холодом скован,
Пролился звонко-синий час.
***
 
Осенний вечер так печален;
Смежает очи тающий закат…
Леса в безмолвии холодном спят
Над тусклым золотом прогалин.

Озер затихших меркнут дали
Среди теней задумчивых часов,
И стынет всё в бесстрастьи бледных снов,
В покровах сумрачной печали!
***
В октябре (Александр Александрович Блок)

Открыл окно. Какая хмурая
    Столица в октябре!
Забитая лошадка бурая
    Гуляет на дворе.

Снежинка легкою пушинкою
    Порхает на ветру,
И елка слабенькой вершинкою
    Мотает на юру.

Жилось легко, жилось и молодо -
    Прошла моя пора.
Вон - мальчик, посинев от холода,
    Дрожит среди двора.

Всё, всё по старому, бывалому,
    И будет как всегда:
Лошадке и мальчишке малому
    Не сладки холода.

Да и меня без всяких поводов
    Загнали на чердак.
Никто моих не слушал доводов,
    И вышел мой табак.

А всё хочу свободной волею
    Свободного житья,
Хоть нет звезды счастливой более
    С тех пор, как запил я!

Давно звезда в стакан мой канула, -
    Ужели навсегда?..
И вот душа опять воспрянула:
    Со мной моя звезда!

Вот, вот - в глазах плывет манящая,
    Качается в окне...
И жизнь начнется настоящая,
    И крылья будут мне!

И даже всё мое имущество
    С собою захвачу!
Познал, познал свое могущество!..
    Вот вскрикнул... и лечу!

Лечу, лечу к мальчишке малому,
    Средь вихря и огня...
Всё, всё по старому, бывалому,
    Да только - без меня!
***


 
Стихи Есенина Сергея Александровича про осень
Годы жизни поэта: 1895-1925.
 
 
 
Пускай ты выпита другим,  
Но мне осталось, мне осталось  
Твоих волос стеклянный дым  
И глаз осенняя усталость. 

О возраст осени!
Он мне  Дороже юности и лета.  
Ты стала нравиться вдвойне  
Воображению поэта. 

Я сердцем никогда не лгу,  
И потому на голос чванства  
Бестрепетно сказать могу,  
Что я прощаюсь с хулиганством. 

Пора расстаться с озорной  
И непокорною отвагой.  
Уж сердце напилось иной,  
Кровь отрезвляющею брагой. 

И мне в окошко постучал  
Сентябрь багряной веткой ивы,  
Чтоб я готов был и встречал  
Его приход неприхотливый. 

Теперь со многим я мирюсь  
Без принужденья, без утраты.  
Иною кажется мне Русь,  
Иными — кладбища и хаты. 

Прозрачно я смотрю вокруг  
И вижу, там ли, здесь ли, где-то ль,  
Что ты одна, сестра и друг,  
Могла быть спутницей поэта. 

Что я одной тебе бы мог,  
Воспитываясь в постоянстве,  
Пропеть о сумерках дорог  
И уходящем хулиганстве. 
***
 
Дорогая, сядем рядом,  
Поглядим в глаза друг другу.  
Я хочу под кротким взглядом  
Слушать чувственную вьюгу. 

Это золото осеннее,  
Эта прядь волос белесых -  
Все явилось, как спасенье  
Беспокойного повесы. 

Я давно мой край оставил,
 Где цветут луга и чащи.  
В городской и горькой славе  
Я хотел прожить пропащим. 

Я хотел, чтоб сердце глуше  
Вспоминало сад и лето,  
Где под музыку лягушек  
Я растил себя поэтом. 

Там теперь такая ж осень...  
Клен и липы в окна комнат,  
Ветки лапами забросив,  
Ищут тех, которых помнят. 

Их давно уж нет на свете.  
Месяц на простом погосте  
На крестах лучами метит,  
Что и мы придем к ним в гости, 

Что и мы, отжив тревоги,  
Перейдем под эти кущи.  
Все волнистые дороги  
Только радость льют живущим. 

Дорогая, сядь же рядом,  
Поглядим в глаза друг другу.
 Я хочу под кротким взглядом
 Слушать чувственную вьюгу. 

1923 
***
 
Закружилась листва золотая  
В розоватой воде на пруду,  
Словно бабочек легкая стая  
С замираньем летит на звезду. 

Я сегодня влюблен в этот вечер,  
Близок сердцу желтеющий дол.  
Отрок-ветер по самые плечи  
Заголил на березке подол. 

И в душе и в долине прохлада,  
Синий сумрак как стадо овец,  
За калиткою смолкшего сада  
Прозвенит и замрет бубенец. 

Я еще никогда бережливо  
Так не слушал разумную плоть,  
Хорошо бы, как ветками ива,  
Опрокинуться в розовость вод. 

Хорошо бы, на стог улыбаясь,  
Мордой месяца сено жевать...  
Где ты, где, моя тихая радость,  
Все любя, ничего не желать? 

1918 
***
 
По-осеннему кычет сова  
Над раздольем дорожной рани.  
Облетает моя голова,  
Куст волос золотистый вянет. 

Полевое, степное «ку-гу»,  
Здравствуй, мать голубая осина!  
Скоро месяц, купаясь в снегу,  
Сядет в редкие кудри сына. 

Скоро мне без листвы холодеть,  
Звоном звезд насыпая уши.  
Без меня будут юноши петь,  
Не меня будут старцы слушать. 

Новый с поля придет поэт,  
В новом лес огласится свисте.  
По-осеннему сыплет ветр,  
По-осеннему шепчут листья. 

1920 
***
 
 
Отговорила роща золотая  
Березовым, веселым языком,  
И журавли, печально пролетая,  
Уж не жалеют больше ни о ком. 

Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник -  
Пройдет, зайдет и вновь покинет дом.  
О всех ушедших грезит конопляник  
С широким месяцем над голубым прудом. 

Стою один среди равнины голой,  
А журавлей относит ветром в даль,  
Я полон дум о юности веселой,  
Но ничего в прошедшем мне не жаль. 

Не жаль мне лет, растраченных напрасно,  
Не жаль души сиреневую цветь.  
В саду горит костер рябины красной,  
Но никого не может он согреть. 

Не обгорят рябиновые кисти,  
От желтизны не пропадет трава,  
Как дерево роняет тихо листья,  
Так я роняю грустные слова. 

И если время, ветром разметая,  
Сгребет их все в один ненужный ком...  
Скажите так… что роща золотая  
Отговорила милым языком. 

1924
***
 
_Р.В.Иванову
 
Тихо в чаще можжевеля по обрыву. 
Осень, рыжая кобыла, чешет гривы. 

Над речным покровом берегов 
Слышен синий лязг ее подков. 

Схимник-ветер шагом осторожным 
Мнет листву по выступам дорожным 

И целует на рябиновом кусту 
Язвы красные незримому Христу. 

1914 
***
 
Нивы сжаты, рощи голы,  
От воды туман и сырость.  
Колесом за сини горы  
Солнце тихое скатилось. 

Дремлет взрытая дорога.  
Ей сегодня примечталось,  
Что совсем-совсем немного  
Ждать зимы седой осталось. 

Ах, и сам я в чаще звонкой  
Увидал вчера в тумане:  
Рыжий месяц жеребенком  
Запрягался в наши сани. 

1917-1918 
***
 
Песни, песни, о чем вы кричите?
Иль вам нечего больше дать?
Голубого покоя нити
Я учусь в мои кудри вплетать.

Я хочу быть тихим и строгим.
Я молчанью у звезды учусь.
Хорошо ивняком при дороге
Сторожить задремавшую Русь.

Хорошо в эту лунную осень
Бродить по траве одному
И сбирать на дороге колосья
В обнищалую душу-суму.

Но равнинная синь не лечит.
Песни, песни, иль вас не стряхнуть?.
Золотистой метелкой вечер
Расчищает мой ровный путь.

И так радостен мне над пущей
Замирающий в ветре крик:
«Будь же холоден ты, живущий,
Как осеннее золото лип».
***
 
Нощь и поле, и крик петухов…
С златной тучки глядит Саваоф.
Хлесткий ветер в равнинную синь
Катит яблоки с тощих осин.

Вот она, невеселая рябь
С журавлиной тоской сентября!
Смолкшим колоколом над прудом
Опрокинулся отчий дом.

Здесь все так же, как было тогда,
Те же реки и те же стада.
Только ивы над красным бугром
Обветшалым трясут подолом.

Кто-то сгиб, кто-то канул во тьму,
Уж кому-то не петь на холму.
Мирно грезит родимый очаг
О погибших во мраке плечах.

Тихо-тихо в божничном углу,
Месяц месит кутью на полу…
Но тревожит лишь помином тишь
Из запечья пугливая мышь.

1917 г.
***
 
Листья падают, листья падают.
Стонет ветер,
Протяжен и глух.
Кто же сердце порадует?
Кто его успокоит, мой друг?
С отягченными веками
Я смотрю и смотрю на луну.
Вот опять петухи кукарекнули
В обосененную тишину.
Предрассветное. Синее. Раннее.
И летающих звезд благодать.
Загадать бы какое желание,
Да не знаю, чего пожелать.
Что желать под житейскою ношею,
Проклиная удел свой и дом?
Я хотел бы теперь хорошую
Видеть девушку под окном.
Чтоб с глазами она васильковыми
Только мне —
Не кому-нибудь —
И словами и чувствами новыми
Успокоила сердце и грудь.
Чтоб под этою белою лунностью,
Принимая счастливый удел,
Я над песней не таял, не млел
И с чужою веселою юностью
О своей никогда не жалел.
***


 
Стихи про осень:
Константин Дмитриевич Бальмонт 
Годы жизни поэта: 1867-1942
 
 
Веселая осень
Щебетанье воробьев,
Тонкий свист синиц.
За громадой облаков
Больше нет зарниц.
Громы умерли на дне
Голубых небес.
Весь в пурпуровом огне
Золотистый лес.
Ветер быстрый пробежал,
Колыхнул парчу.
Цвет рябины алым стал,
Песнь поет лучу.
В грезе красочной я длю
Звонкую струну.
Осень, я тебя люблю,
Так же, как Весну.
***
 
Безвременье
Запад и Север объяты
Пламенем вечера сонного.
Краски печально — богаты
Дня безвозвратно — сожженного.
Ветер шумит, не смолкая,
Между листов опадающих.
С криком проносится стая
Птиц, далеко улетающих.
Счастлив, кто мудро наполнил
Хлебом амбары укромные.
Горе, кто труд не исполнил,
Горе вам, мыслями темные!
***
 
Вы умрете, стебли трав,
Вы вершинами встречались,
В легком ветре вы качались,
Но, блаженства не видав,
Вы умрете, стебли трав.

В роще шелест, шорох, свист
Тихий, ровный, заглушенный,
Отдаленно-приближенный.
Умирает каждый лист,
В роще шелест, шорох, свист.

Сонно падают листы,
Смутно шепчутся вершины,
И березы, и осины.
С измененной высоты
Сонно падают листы.
***
 
Осень. Мертвый простор. Углубленные грустные дали.  
Звершительный ропот шуршащих листвою ветров.  
Для чего не со мной ты, о друг мой, в ночах, в их печали?  
Столько звезд в них сияет в предчувствии зимних снегов. 

Я сижу у окна. Чуть дрожат беспокойные ставни.  
И в трубе без конца, без конца — звуки чьей-то мольбы.  
На лице у меня поцелуй — о, вчерашний, недавний.  
По лесам и полям протянулась дорога судьбы. 

Далеко, далеко по давнишней пробитой дороге,  
Заливаясь, поет колокольчик, и тройка бежит.  
Старый дом опустел. Кто-то бледный стоит на пороге.  
Этот плачущий — кто он? Ах, лист пожелтевший шуршит. 

Этот лист, этот лист… Он сорвался, летит, упадает...  
Бьются ветки в окно. Снова ночь. Снова день. Снова ночь.  
Не могу я терпеть. Кто же там так безумно рыдает?  
Замолчи. О, молю! Не могу, не могу я помочь. 

Это ты говоришь? Сам с собой — и себя отвергая?  
Колокольчик, вернись. С привиденьями страшно мне быть.
 О, глубокая ночь! О, холодная осень! Немая!  
Непостижность судьбы: расставаться, страдать и любить. 

1908 
***
 
Поспевает брусника,
Стали дни холоднее,
И от птичьего крика
В сердце стало грустнее.
Стаи птиц улетают
Прочь, за синее море.
Все деревья блистают
В разноцветном уборе.
Солнце реже смеется,
Нет в цветах благовонья.
Скоро Осень проснется
И заплачет спросонья.
***
Константин Дмитриевич Бальмонт
 
В синем храме
И снова осень с чарой листьев ржавых,
Румяных, алых, желтых, золотых,
Немая синь озер, их вод густых,
Проворный свист и взлет синиц в дубравах.

Верблюжьи груды облак величавых,
Увядшая лазурь небес литых,
Весь кругоем, размерность черт крутых,
Взнесенный свод, ночами в звездных славах.

Кто грезой изумрудно-голубой
Упился в летний час, тоскует ночью.
Все прошлое встает пред ним воочью.

В потоке Млечном тихий бьет прибой.
И стыну я, припавши к средоточью,
Чрез мглу разлук, любимая, с тобой.
1 октября 1920, Париж
***


Стихи Анны Ахматовой про осень
Годы жизни поэтессы: 1889-1966.

 
Вот она, плодоносная осень!  
Поздновато ее привели.  
А пятнадцать блаженнейших весен  
Я подняться не смела с земли.  
Я так близко ее разглядела,  
К ней припала, ее обняла,  
А она в обреченное тело  
Силу тайную тайно лила. 

1962. Комарово 
***
Заплаканная осень, как вдова 
В одеждах черных, все сердца туманит... 
Перебирая мужнины слова, 
Она рыдать не перестанет. 
И будет так, пока тишайший снег 
Не сжалится над скорбной и усталой... 
Забвенье боли и забвенье нег — 
За это жизнь отдать не мало. 

15 сентября 1921, Царское Село 
***
Вновь подарен мне дремотой  
Наш последний звездный рай —  
Город чистых водометов,
 Золотой Бахчисарай. 

Там за пестрою оградой,  
У задумчивой воды,  
Вспоминали мы с отрадой  
Царскосельские сады 

И орла Екатерины  
Вдруг узнали — это тот!  
Он слетел на дно долины  
С пышных бронзовых ворот. 

Чтобы песнь прощальной боли  
Дольше в памяти жила,  
Осень смуглая в подоле  
Красных листьев принесла 

И посыпала ступени,  
Где прощалась я с тобой  
И откуда в царство тени  
Ты ушел, утешный мой. 

Октябрь 1916, Севастополь 
***
 
Небывалая осень построила купол высокий,
 Был приказ облакам этот купол собой не темнить.  
И дивилися люди: проходят сентябрьские сроки,  
А куда провалились студеные, влажные дни?.  
Изумрудною стала вода замутненных каналов,  
И крапива запахла, как розы, но только сильней,  
Было душно от зорь, нестерпимых, бесовских и алых,  
Их запомнили все мы до конца наших дней.  
Было солнце таким, как вошедший в столицу мятежник,  
И весенняя осень так жадно ласкалась к нему,  
Что казалось — сейчас забелеет прозрачный  подснежник...  
Вот когда подошел ты, спокойный, к крыльцу моему. 

Сентябрь 1922 
***
 
И осень в подруги я выбрала
Пусть кто-то еще отдыхает на юге
И нежится в райском саду.
Здесь северно очень — и осень в подруги
Я выбрала в этом году.

Живу, как в чужом, мне приснившемся доме,
Где, может быть, я умерла,
И, кажется, будто глядится Суоми
В пустые свои зеркала.

Иду между черных приземистых елок,
Там вереск на ветер похож,
И светится месяца тусклый осколок,
Как старый зазубренный нож.

Сюда принесла я блаженную память
Последней не встречи с тобой —
Холодное, чистое, легкое пламя
Победы моей над судьбой.
***

 
Стихи Самуила Маршака про осень
Годы жизни поэта: 1887-1964.
 
 
На кровлях тихих дач и в поле на земле  
Чернеют птицы. В ясную погоду  
Мелькают стаями в осенней светлой мгле,  
Как легкий дым, плывут по небосводу. 

В такие дни на даче, в глубине,  
Поет рояль прощальное признанье:  
Увидимся к весне. Увидимся во сне.  
Лишь не забудь исполнить обещанье! 

И роща бедная, умильно дорожа  
Цветными листьями на тонких черных прутьях,  
Не ропщет, не шумит и слушает, дрожа,  
Разгул ветров на перепутьях.
***
 
Цветная осень — вечер года -  
Мне улыбается светло.  
Но между мною и природой  
Возникло тонкое стекло. 

Весь этот мир — как на ладони,  
Но мне обратно не идти.  
Еще я с вами, но в вагоне,  
Еще я дома, но в пути. 
***
 
Над городом осенний мрак навис.  
Ветвями шевелят дубы и буки,  
И слабые, коротенькие руки  
Показывает в бурю кипарис. 
***
 
Сентябрь
Ясным утром сентября 
Хлеб молотят села, 
Мчатся птицы за моря - 
И открылась школа. 
***
 

 
Стихи Игоря Северянина про осень
Годы жизни поэта: 1887-1941.
 
 
Будь спокойна, моя деликатная,
Робко любящая и любимая:
Ты ведь осень моя ароматная,
Нежно-грустная, необходимая…
Лишь в тебе нахожу исцеление
Для души моей обезвопросенной
И весною своею осеннею
Приникаю к твоей вешней осени…

1912. Июль. День Игоря.
Ст. Елизаветино, село Дылицы
 Год написания: 1912
***
 
Осенняя палитра
Вид поля печальный и голый.
Вид леса уныло-нагой.
На крыше одной — белый голубь,
И карий — на крыше другой.

И море, — и то как-то наго
У гор оголённых грустит.
И суша, и воздух, и влага -
Всё грусть и унынье таит.
***
 
Выйди в сад…
Как погода ясна!  
Как застенчиво август увял!  
Распустила коралл бузина,  
И янтарный боярышник — вял...  
Эта ягода — яблочко-гном...  
Как кудрявый кротекус красив.  
Скоро осень окутает сном  
Теплый садик, дождем оросив.  
А пока еще — зелень вокруг  
И вверху безмятежная синь;  
И у клена причудливых рук -  
Много сходного с лапой гусынь.  
Как оливковы листики груш!  
Как призывно плоды их висят!  
Выйди в сад и чуть-чуть поразрушь,-  
Это осень простит… Выйди в сад. 

Август 1909 
***
 
Поздней осенью
Посв. К. Ф. и И. Д. 

Болела роща от порубок, 
Душа — от раненой мечты. 
Мы шли по лесу: я да ты, 
И твой дубленый полушубок 
Трепали дружески кусты - 
От поздней осени седые, 
От вешних почек далеки, 
Весною — принцы молодые, 
Порой осенней — голяки. 
Уже зазвездились ночные 
Полей небесных светляки. 
Уже порядком было снега, 
Хрустели валенки в снегу, 
Мы шли, а нам хотелось ега 
Под бесшабашную дугу. 
Люблю дугою говорливой 
Пугать лесов сонливых глушь! 
На тройке шустрой и сварливой 
Ломать кору дорожных луж! 
Эхма… В душе моей гулливой 
Живет веселый бес — Разрушь. 
Эй, бес души, гуляй, найди-ка, 
Найди-ка выход для проказ! 
Давай посулы напоказ! 
Но бес рыдал в бессилье дико, 
И жалок был его приказ. 
А мы все шли, все дальше, дальше, 
Среди кустов и дряблых пней, 
Стремясь уйти от шумной фальши, 
Дыша свободней, но больней. 
… Присел ты, мрачный, на обрубок 
Червями съеденного пня... 
Стонала роща от порубок, 
Душа — от судного огня... 

20 ноября 1909 
***
 
Городская осень
Как элегантна осень в городе, 
Где в ратуше дух моды внедрен! 
Куда вы только ни посмотрите - 
Везде на клумбах рододендрон... 

Как лоско матовы и дымчаты 
Пласты смолового асфальта, 
И как корректно-переливчаты 
Слова констэблевого альта! 

Маркизы, древья улиц стриженных, 
Блестят кокетливо и ало; 
В лиловом инее — их, выжженных 
Улыбкой солнца, тишь спаяла. 

Надменен вылощенный памятник 
(И глуповат! — прибавлю в скобках...) 
Из пыли летней вынут громотник 
Рукой детей, от лени робких. 

А в лиловеющие сумерки,- 
Торцами вздорного проспекта,- 
Зевают в фаэтонах грумики, 
Окукленные для эффекта... 

Костюм кокоток так аляповат... 
Картавый смех под блесткий веер... 
И фантазер на пунце Запада 
Зовет в страну своих феерий!.. 

1911  
***

Октябрь (Игорь Северянин)

Люблю октябрь, угрюмый месяц,
Люблю обмершие леса,
Когда хромает ветхий месяц,
Как половина колеса.
Люблю мгновенность: лодка... хобот...
Серп... полумаска... леса шпиц...
Но кто надтреснул лунный обод?
Кто вор лучистых тонких спиц?
Морозом выпитые лужи
Хрустят и хрупки, как хрусталь;
Дороги грязно-неуклюжи,
И воздух сковывает сталь.
Как бред земли больной, туманы
Сердито ползают в полях,
И отстраданные обманы
Дымят при блеске лунных блях.

И сколько смерти безнадежья
В безлистном шелесте страниц!
Душе не знать любви безбрежья,
Не разрушать душе границ!

Есть что-то хитрое в усмешке
Седой улыбки октября,
В его сухой, ехидной спешке,
Когда он бродит, тьму храбря.
Октябрь и Смерть - в законе пара,
Слиянно-тесная чета...
В полях - туман, как саван пара,
В душе - обмершая мечта.

Скелетом черным перелесец
Пускай пугает: страх сожну.
Люблю октябрь, предснежный месяц,
И Смерть, развратную жену!..
***
 
 
Стихи Марины Цветаевой про осень
Годы жизни поэтессы: 1892-1941.
 
 
Красною кистью рябина зажглась
Красною кистью
Рябина зажглась.
Падали листья.
Я родилась.

Спорили сотни
Колоколов.
День был субботний:
Иоанн Богослов.

Мне и доныне
Хочется грызть
Жаркой рябины
Горькую кисть.
***
 
Старинное благоговенье
Двух нежных рук оттолкновенье - 
В ответ на ангельские плутни. 
У нежных ног отдохновенье, 
Перебирая струны лютни. 

Где звонкий говорок бассейна, 
В цветочной чаше откровенье, 
Где перед робостью весенней 
Старинное благоговенье? 

Окно, светящееся долго, 
И гаснущий фонарь дорожный... 
Вздох торжествующего долга 
Где непреложное: «не можно»... 

В последний раз — из мглы осенней - 
Любезной ручки мановенье... 
Где перед крепостью кисейной 
Старинное благоговенье? 

Он пишет кратко — и не часто... 
Она, Психеи бестелесней, 
Читает стих Экклезиаста 
И не читает Песни Песней. 

А песнь все та же, без сомненья, 
Но, — в Боге все мое именье - 
Где перед Библией семейной 
Старинное благоговенье? 

Между 19 марта и 2 апреля 1920 
***
 
Осень в Тарусе
Ясное утро не жарко,
Лугом бежишь налегке.
Медленно тянется барка
Вниз по Оке.

Несколько слов поневоле
Всe повторяешь подряд.
Где-то бубенчики в поле
Слабо звенят.

В поле звенят? На лугу ли?
Едут ли на молотьбу?
Глазки на миг заглянули
В чью-то судьбу.

Синяя даль между сосен,
Говор и гул на гумне…
И улыбается осень
Нашей весне.

Жизнь распахнулась, но всe же.
Ах, золотые деньки!
Как далеки они. Боже!
Господи, как далеки!
***
 
Когда гляжу на летящие листья,
Слетающие на булыжный торец,
Сметаемые — как художника кистью,
Картину кончающего наконец,

Я думаю (уж никому не по нраву
Ни стан мой, ни весь мой задумчивый вид),
Что явственно желтый, решительно ржавый
Один такой лист на вершине — забыт.
***

 
Стихи Николая Заболоцкого про осень
Годы жизни поэта: 1903-1958.
 
 
Осеннее утро
Обрываются речи влюбленных, 
Улетает последний скворец. 
Целый день осыпаются с кленов 
Силуэты багровых сердец. 

Что ты, осень, наделала с нами! 
В красном золоте стынет земля. 
Пламя скорби свистит под ногами, 
Ворохами листвы шевеля. 

1930 
***
 
Осень
Когда минует день и освещение 
Природа выбирает не сама, 
Осенних рощ большие помещения 
Стоят на воздухе, как чистые дома. 
В них ястребы живут, вороны в них ночуют, 
И облака вверху, как призраки, кочуют. 

Осенних листьев ссохлось вещество 
И землю всю устлало. В отдалении 
На четырех ногах большое существо 
Идет, мыча, в туманное селение. 
Бык, бык! Ужели больше ты не царь? 
Кленовый лист напоминает нам янтарь. 

Дух Осени, дай силу мне владеть пером! 
В строенье воздуха — присутствие алмаза. 
Бык скрылся за углом, 
И солнечная масса 
Туманным шаром над землей висит, 
И край земли, мерцая, кровенит. 

Вращая круглым глазом из-под век, 
Летит внизу большая птица. 
В ее движенье чувствуется человек. 
По крайней мере, он таится 
В своем зародыше меж двух широких крыл. 
Жук домик между листьев приоткрыл. 

Архитектура Осени. Расположенье в ней 
Воздушного пространства, рощи, речки, 
Расположение животных и людей, 
Когда летят по воздуху колечки 
И завитушки листьев, и особый свет,- 
Вот то, что выберем среди других примет. 

Жук домик между листьев приоткрыл 
И рожки выставив, выглядывает, 
Жук разных корешков себе нарыл 
И в кучку складывает, 
Потом трубит в свой маленький рожок 
И вновь скрывается, как маленький божок. 

Но вот приходит вечер. Все, что было чистым, 
Пространственным, светящимся, сухим,- 
Все стало серым, неприятным, мглистым, 
Неразличимым. Ветер гонит дым, 
Вращает воздух, листья валит ворохом 
И верх земли взрывает порохом. 

И вся природа начинает леденеть. 
Лист клена, словно медь, 
Звенит, ударившись о маленький сучок. 
И мы должны понять, что это есть значок, 
Который посылает нам природа, 
Вступившая в другое время года. 
***
 

Начало зимы
Зимы холодное и ясное начало 
Сегодня в дверь мою три раза простучало. 
Я вышел в поле. Острый, как металл, 
Мне зимний воздух сердце спеленал, 
Но я вздохнул и, разгибая спину, 
Легко сбежал с пригорка на равнину, 
Сбежал и вздрогнул: речки страшный лик 
Вдруг глянул на меня и в сердце мне проник. 

Заковывая холодом природу, 
Зима идет и руки тянет в воду. 
Река дрожит и, чуя смертный час, 
Уже открыть не может томных глаз, 
И всё ее беспомощное тело 
Вдруг страшно вытянулось и оцепенело 
И, еле двигая свинцовою волной, 
Теперь лежит и бьется головой. 

Я наблюдал, как речка умирала, 
Не день, не два, но только в этот миг, 
Когда она от боли застонала, 
В ее сознанье, кажется, проник. 
В печальный час, когда исчезла сила, 
Когда вокруг не стало никого, 
Природа в речке нам изобразила 
Скользящий мир сознанья своего. 

И уходящий трепет размышленья 
Я, кажется, прочел в глухом ее томленье. 
И в выраженье волн предсмертные черты 
Вдруг уловил. И если знаешь ты, 
Как смотрят люди в день своей кончины, 
Ты взгляд реки поймешь. Уже до середины 
Смертельно почерневшая вода 
Чешуйками подергивалась льда. 

И я стоял у каменной глазницы, 
Ловил на ней последний отблеск дня. 
Огромные внимательные птицы 
Смотрели с елки прямо на меня. 
И я ушел. И ночь уже спустилась. 
Крутился ветер, падая в трубу, 
И речка, вероятно, еле билась, 
Затвердевая в каменном гробу. 

1935 
***
 
Сентябрь
Сыплет дождик большие горошины, 
Рвется ветер, и даль нечиста. 
Закрывается тополь взъерошенный 
Серебристой изнанкой листа. 

Но взгляни: сквозь отверстие облака, 
Как сквозь арку из каменных плит, 
В это царство тумана и морока 
Первый луч, пробиваясь, летит. 

Значит, даль не навек занавешена 
Облаками, и, значит, не зря, 
Словно девушка, вспыхнув, орешина 
Засияла в конце сентября. 

Вот теперь, живописец, выхватывай 
Кисть за кистью, и на полотне 
Золотой, как огонь, и гранатовой 
Нарисуй эту девушку мне. 

Нарисуй, словно деревце, зыбкую 
Молодую царевну в венце 
С беспокойно скользящей улыбкою 
На заплаканном юном лице. 

1957 
***
 
 
Начало осени
Старухи, сидя у ворот,
Хлебали щи тумана, гари.
Тут, торопясь на завод,
Шел переулком пролетарий.
Не быв задетым центром О,
Он шел, скрепив периферию,
И ветр ломался вкруг него.
Приходит соболь из Сибири,
И представляет яблок Крым,
И девка, взяв рубля четыре,
Ест плод, любуясь молодым.
В его глазах — начатки знанья,
Они потом уходят в руки,
В его мозгу на состязанье
Сошлись концами все науки.
Как сон житейских геометрий,
В необычайно крепком ветре
Над ним домов бряцали оси,
И в центре О мерцала осень.
И к ней касаясь хордой, что ли,
Качался клен, крича от боли,
Качался клен, и выстрелом ума
Казалась нам вселенная сама.
***
 
Осенние пейзажи
1. Под дождём
Мой зонтик рвется, точно птица,
И вырывается, треща.
Шумит над миром и дымится
Сырая хижина дождя.
И я стою в переплетенье
Прохладных вытянутых тел,
Как будто дождик на мгновенье
Со мною слиться захотел.
2. Осеннее утро
Обрываются речи влюбленных,
Улетает последний скворец.
Целый день осыпаются с кленов
Силуэты багровых сердец.
Что ты, осень, наделала с нами!
В красном золоте стынет земля.
Пламя скорби свистит под ногами,
Ворохами листвы шевеля.
3. Последние канны
Все то, что сияло и пело,
В осенние скрылось леса,
И медленно дышат на тело
Последним теплом небеса.
Ползут по деревьям туманы,
Фонтаны умолкли в саду.

Одни неподвижные канны
Пылают у всех на виду.
Так, вытянув крылья, орлица
Стоит на уступе скалы,
И в клюве ее шевелится
Огонь, выступая из мглы.
***

Осенний клен (из С. Галкина)
 
Осенний мир осмысленно устроен
И населен.
Войди в него и будь душой спокоен,
Как этот клен.

И если пыль на миг тебя покроет,
Не помертвей.
Пусть на заре листы твои умоет
Роса полей.

Когда ж гроза над миром разразится
И ураган,
Они заставят до земли склониться
Твой тонкий стан.

Но даже впав в смертельную истому
От этих мук,
Подобно древу осени простому,
Смолчи, мой друг.

Не забывай, что выпрямится снова,
Не искривлен,
Но умудрен от разума земного,
Осенний клен.
(Н. Заболоцкий) 
***


 
Стихи Юлии Друниной про осень
Годы жизни поэтессы: 1924-1991.
 
 
Зима, зима нагрянет скоро,  
Все чаще плачут небеса.  
Пошли на приступ мухоморы -  
Горит разбойная краса. 

С ножом — как тать!- под дождик мелкий  
Бреду на поиски опят.  
Свернувшись, в дуплах дремлют белки,  
Лисицы в норах сладко спят. 

Стал молчаливым бор отныне,  
И грусть разлита в тишине.  
Бреду одна в лесной пустыне,  
Кипенья лета жалко мне... 

Но вот другое обаянье  
Меня в другой берет полон.  
То обаянье увяданья -  
Осенний сон, осенний сон... 
***
 
Осень
Уже погасли горные леса: 
Ни золота, ни пурпура — все буро, 
Но мне близка их скорбная краса, 
Мне радостно, хоть небо нынче хмуро. 

От высоты кружится голова, 
Дышу озонным воздухом свободы, 
И слушаю, как падает листва, 
И слушаю, как отлетают годы... 
***
 
Болдинская осень
Вздыхает ветер. Штрихует степи 
Осенний дождик — он льет три дня... 
Седой, нахохленный, мудрый стрепет 
Глядит на всадника и коня. 
А мокрый всадник, коня пришпоря, 
Летит наметом по целине. 
И вот усадьба, и вот подворье, 
И тень, метнувшаяся в окне. 
Коня — в конюшню, а сам — к бумаге. 
Письмо невесте, письмо в Москву: 
«Вы зря разгневались, милый ангел,- 
Я здесь как узник в тюрьме живу. 
Без вас мне тучи весь мир закрыли, 
И каждый день безнадежно сер. 
Целую кончики ваших крыльев 
(Как даме сердца писал Вольтер). 
А под окном, словно верный витязь, 
Стоит на страже крепыш дубок... 
Так одиноко! Вы не сердитесь: 
Когда бы мог — был у ваших ног! 
Но путь закрыт госпожой Холерой... 
Бешусь, тоскую, схожу с ума. 
А небо серо, на сердце серо, 
Бред карантина — тюрьма, тюрьма...» 
Перо гусиное он отбросил, 
Припал лицом к холодку стекла... 
О злая Болдинская осень! 
Какою доброю ты была - 
Так много Вечности подарила, 
Так много русской земле дала!.. 
Густеют сумерки, как чернила, 
Сгребает листья ветров метла. 
С благоговеньем смотрю на степи, 
Где он на мокром коне скакал. 
И снова дождик, и снова стрепет - 
Седой, все помнящий аксакал. 
***
 
Октябрь в Крыму...
Октябрь в Крыму - 
Как юности возврат. 
Прозрачен воздух, 
Небо густо-сине. 
Как будто в мае 
Дружный хор цикад, 
И только утром 
Их пугает иней. 

Я осень 
Перепутала с весной. 
Лишь мне понятно, 
Кто тому виной... 
***
 
Шторм
Скачут волны в гривах пены, 
Даль кипит белым-бела. 
Осень вырвалась из плена, 
Закусила удила. 

Казакуют вновь над Крымом, 
Тешат силушку шторма. 
А потом — неумолима — 
Закуражится зима. 

Мне и грустно, и счастливо 
Видеть времени намет. 
Скачут кони, вьются гривы, 
Женский голос душу рвет: 

«Жизнь текла обыкновенно, 
А когда и не ждала, 
Сердце вырвалось из плена, 
Закусило удила...» 
***
 

 
Стихи Валентина Берестова про осень
Годы жизни поэта: 1928-1998.
 
 
Октябрь
Вот на ветке лист кленовый.
Нынче он совсем как новый!
Весь румяный, золотой.
Ты куда, листок? Постой!
***
 
Десяток мимолётных вёсен
Десяток мимолётных вёсен
Нам поздняя приносит осень.
И снова зеленеет озимь.
Снег полежит и вновь сойдёт.
И вновь на комьях свежей вспашки
Цветут ромашки-замарашки,
Вчера ушедшие под лёд.
И снова птицы прилетели,
Но не грачи и не скворцы,
А снегири и свиристели,
Певцы мороза и метели,
Зимы гонцы.
***
 
 
Осы
И вот приближается осень,
Плоды золотые приносит,
Роняя и ставя на стол.
И – здравствуйте, милости просим! –
Пришло приглашение осам
Сменить примелькавшихся пчёл.
Ах, пчёлы, чудачки, бедняжки,
С какой-нибудь кашки-ромашки
В трудах добывавшие мёд.
Пират в жёлто-черной тельняшке
Из яблока, как из баклажки,
Из блюдца с вареньем, из чашки
Своё без усилья возьмёт.

Пирующей осени свита
Кружится в саду и жужжит.
Влетает в окно деловито,
И жало, как шпага, дрожит.
***
 

Лес давно раздет. Его наряды
Тихо догорают на земле.
Деревца как будто и не рады,
Что опять купаются в тепле.

Запоздалым праздником осенним
Все они застигнуты врасплох
И глядят сквозь сон с недоуменьем
На листву, лежащую у ног.
***


Стихи Иосифа Бродского про осень
Годы жизни поэта: 1940-1996.
 
 
Осенний вечер в скромном городке, 
Гордящемся присутствием на карте 
(топограф был, наверное, в азарте 
иль с дочкою судьи накоротке). 

Уставшее от собственных причуд, 
Пространство как бы скидывает бремя 
величья, ограничиваясь тут 
чертами Главной улицы; а Время 
взирает с неким холодом в кости 
на циферблат колониальной лавки, 
в чьих недрах все, что мог произвести 
наш мир: от телескопа до булавки. 

Здесь есть кино, салуны, за углом 
одно кафе с опущенною шторой, 
кирпичный банк с распластанным орлом 
и церковь, о наличии которой 
и ею расставляемых сетей, 
когда б не рядом с почтой, позабыли. 
И если б здесь не делали детей, 
то пастор бы крестил автомобили. 

Здесь буйствуют кузнечики в тиши. 
В шесть вечера, как вследствии атомной 
войны, уже не встретишь ни души. 
Луна вплывает, вписываясь в темный 
квадрат окна, что твой Экклезиаст. 
Лишь изредка несущийся куда-то 
шикарный бьюик фарами обдаст 
фигуру Неизвестного Солдата. 

Здесь снится вам не женщина в трико, 
а собственный ваш адрес на конверте. 
Здесь утром, видя скисшим молоко, 
молочник узнает о вашей смерти. 
Здесь можно жить, забыв про календарь, 
глотать свой бром, не выходить наружу 
и в зеркало глядеться, как фонарь 
глядится в высыхающую лужу.  

1972 
***
 
Заморозки на почве и облысенье леса,  
небо серое цвета кровельного железа.  
Выходя во двор нечётного октября,  
ежась, число округляешь до «ох ты бля».  
Ты не птица, чтоб улетать отсюда.  
Потому что как в поисках милой всю-то  
ты проехал вселенную, дальше вроде  
нет страницы податься в живой природе.  
Зазимуем же тут, с чёрной обложкой рядом,  
проницаемой стужей снаружи, отсюда — взглядом,  
за бугром в чистом поле на штабель слов  
пером кириллицы наколов. 

1975-1976 
***
 
Октябрьская песня
Чучело перепелки 
стоит на каминной полке. 
Старые часы, правильно стрекоча, 
радуют ввечеру смятые перепонки. 
Дерево за окном — пасмурная свеча. 

Море четвертый день глухо гудит у дамбы. 
Отложи свою книгу, возьми иглу; 
штопай мое белье, не зажигая лампы: 
от золота волос 
светло в углу. 

1971 
***
 
Осень — хорошее время, если вы не ботаник,  
если ботвинник паркета ищет ничью ботинок:  
у тротуара явно ее оттенок,  
а дальше — деревья как руки, оставшиеся от денег. 

В небе без птиц легко угадать победу  
собственных слов типа «прости», «не буду»,  
точно считавшееся чувством вины и модой  
на темно-серое стало в конце погодой. 

Все станет лучше, когда мелкий дождь зарядит,  
потому что больше уже ничего не будет,  
и еще позавидуют многие, сил избытком  пьяные,
воспоминаньям и бывшим душевным пыткам. 

Остановись, мгновенье, когда замирает рыба  
в озерах, когда достает природа из гардероба  
со вздохом мятую вещь и обводит оком
 место, побитое молью, со штопкой окон. 

1995 
***
 
Ноябрьским днём, когда защищены
от ветра только голые деревья,
а всё необнажённое дрожит,
я медленно бреду вдоль колоннады
дворца, чьи стекла чествуют закат
и голубей, слетевшихся гурьбою
к заполненным окурками весам
слепой богини. Старые часы
показывают правильное время.
Вода бурлит, и облака над парком
не знают толком что им предпринять,
и пропускают по ошибке солнце.
***
 
Осень
выгоняет меня из парка,
сучит жидкую озимь
и плетется за мной по пятам,
ударяется оземь
шелудивым листом
и, как Парка,
оплетает меня по рукам и портам
паутиной дождя;
в небе прячется прялка
кисеи этой жалкой,
и там
гром гремит,
как в руке пацана пробежавшего палка
по чугунным цветам.

Аполлон, отними
у меня свою лиру, оставь мне ограду
и внемли мне вельми
благосклонно: гармонию струн
заменяю — прими —
неспособностью прутьев к разладу,
превращая твое до-ре-ми
в громовую руладу,
как хороший Перун.

Полно петь о любви,
пой об осени, старое горло!
Лишь она своей шатер распростерла
над тобою, струя
ледяные свои
бороздящие суглинок сверла,
пой же их и криви
лысым теменем их острия;
налетай и трави
свою дичь, оголтелая свора!
Я добыча твоя.
***
 
Осенний крик ястреба
Северозападный ветер его поднимает над
сизой, лиловой, пунцовой, алой
долиной Коннектикута. Он уже
не видит лакомый променад
курицы по двору обветшалой
фермы, суслика на меже.

На воздушном потоке распластанный, одинок,
все, что он видит — гряду покатых
холмов и серебро реки,
вьющейся точно живой клинок,
сталь в зазубринах перекатов,
схожие с бисером городки

Новой Англии. Упавшие до нуля
термометры — словно лары в нише;
стынут, обуздывая пожар
листьев, шпили церквей. Но для
ястреба, это не церкви. Выше
лучших помыслов прихожан,

он парит в голубом океане, сомкнувши клюв,
с прижатою к животу плюсною
— когти в кулак, точно пальцы рук —
чуя каждым пером поддув
снизу, сверкая в ответ глазною
ягодою, держа на Юг,

к Рио-Гранде, в дельту, в распаренную толпу
буков, прячущих в мощной пене
травы, чьи лезвия остры,
гнездо, разбитую скорлупу
в алую крапинку, запах, тени
брата или сестры.

Сердце, обросшее плотью, пухом, пером, крылом,
бьющееся с частотою дрожи,
точно ножницами сечет,
собственным движимое теплом,
осеннюю синеву, ее же
увеличивая за счет

еле видного глазу коричневого пятна,
точки, скользящей поверх вершины
ели; за счет пустоты в лице
ребенка, замершего у окна,
пары, вышедшей из машины,
женщины на крыльце.

Но восходящий поток его поднимает вверх
выше и выше. В подбрюшных перьях
щиплет холодом. Глядя вниз,
он видит, что горизонт померк,
он видит как бы тринадцать первых
штатов, он видит: из

труб поднимается дым. Но как раз число
труб подсказывает одинокой
птице, как поднялась она.
Эк куда меня занесло!
Он чувствует смешанную с тревогой
гордость. Перевернувшись на

крыло, он падает вниз. Но упругий слой
воздуха его возвращает в небо,
в бесцветную ледяную гладь.
В желтом зрачке возникает злой
блеск. То есть, помесь гнева
с ужасом. Он опять

низвергается. Но как стенка — мяч,
как падение грешника — снова в веру,
его выталкивает назад.
Его, который еще горяч!
В черт-те что. Все выше. В ионосферу.
В астрономически объективный ад

птиц, где отсутствует кислород,
где вместо проса — крупа далеких
звезд. Что для двуногих высь,
то для пернатых наоборот.
Не мозжечком, но в мешочках легких
он догадывается: не спастись.

И тогда он кричит. Из согнутого, как крюк,
клюва, похожий на визг эриний,
вырывается и летит вовне
механический, нестерпимый звук,
звук стали, впившейся в алюминий;
механический, ибо не

предназначенный ни для чьих ушей:
людских, срывающейся с березы
белки, тявкающей лисы,
маленьких полевых мышей;
так отливаться не могут слезы
никому. Только псы

задирают морды. Пронзительный, резкий крик
страшней, кошмарнее ре-диеза
алмаза, режущего стекло,
пересекает небо. И мир на миг
как бы вздрагивает от пореза.
Ибо там, наверху, тепло

обжигает пространство, как здесь, внизу,
обжигает черной оградой руку
без перчатки. Мы, восклицая «вон,
там!» видим вверху слезу
ястреба, плюс паутину, звуку
присущую, мелких волн,

разбегающихся по небосводу, где
нет эха, где пахнет апофеозом
звука, особенно в октябре.
И в кружеве этом, сродни звезде,
сверкая, скованная морозом,
инеем, в серебре,

опушившем перья, птица плывет в зенит,
в ультрамарин. Мы видим в бинокль отсюда
перл, сверкающую деталь.
Мы слышим: что-то вверху звенит,
как разбивающаяся посуда,
как фамильный хрусталь,

чьи осколки, однако, не ранят, но
тают в ладони. И на мгновенье
вновь различаешь кружки, глазки,
веер, радужное пятно,
многоточия, скобки, звенья,
колоски, волоски —

бывший привольный узор пера,
карту, ставшую горстью юрких
хлопьев, летящих на склон холма.
И, ловя их пальцами, детвора
выбегает на улицу в пестрых куртках
и кричит по-английски «Зима, зима!»
***
 
Октябрь — месяц грусти и простуд,
а воробьи — пролетарьят пернатых —
захватывают в брошенных пенатах
скворечники, как Смольный институт.
И вороньё, конечно, тут как тут.

Хотя вообще для птичьего ума
понятья нет страшнее, чем зима,
куда сильней страшится перелёта
наш длинноносый северный Икар.
И потому пронзительное «карр!»
звучит для нас как песня патриота.
***


 
Стихи Беллы Ахмадулиной про осень
Годы жизни поэтессы: 1937-2010.
 
 
Осень
Не действуя и не дыша, 
все слаще обмирает улей. 
Все глубже осень, и душа 
все опытнее и округлей. 

Она вовлечена в отлив 
плода, из пустяка пустого 
отлитого. Как кропотлив 
труд осенью, как тяжко слово. 

Значительнее, что ни день, 
природа ум обременяет, 
похожая на мудрость лень 
уста молчаньем осеняет. 

Даже дитя, велосипед 
влекущее, 
вертя педалью, 
вдруг поглядит на белый свет 
с какой-то ясною печалью. 

1962 
***

Первый день осени
И вижу день и даже вижу взор,
которым я недвижно и в упор
гляжу на все, на что гляжу сейчас,
что ныне — явь, а будет — память глаз,
на все, что я хвалил и проклинал,
пока любил и слезы проливал.
Покуда августовская листва
горит в огне сентябрьского костра,
я отвергаю этот мед иль яд,
для всех неотвратимый, говорят,
и предвкушаю этот яд иль мед.
А жизнь моя еще идет, идет…
***

 
 
Сентябрь

Что за погода нынче на дворе? 
А впрочем, нет мне до погоды дела - 
и в январе живу, как в сентябре, 
настойчиво и оголтело. 
Сентябрь, не отводи твое крыло, 
твое крыло оранжевого цвета. 
Отсрочь твое последнее число 
и подари мне промедленье это. 

Повремени и не клонись ко сну. 
Охваченный желанием даренья, 
как и тогда, транжирь свою казну, 
побалуй все растущие деревья. 

Что делалось! Как напряглась трава, 
чтоб зеленеть с такою полнотою, 
и дерево, как медная труба, 
сияло и играло над землею. 

На палисадники, набитые битком, 
все тратилась и тратилась природа, 
и георгин показывал бутон, 
и замирал, и ожидал прироста. 

Испуганных художников толпа 
на цвет земли смотрела воровато, 
толпилась, вытирала пот со лба, 
кричала, что она не виновата: 

она не затевала кутерьму, 
и эти краски красные пролиты 
не ей — и в доказательство тому 
казала свои бедные палитры. 

Нет, вы не виноваты. Все равно 
обречены менять окраску ветви. 
Но все это, что желто и красно, 
что зелено, — пусть здравствует вовеки. 

Как пачкались, как били по глазам, 
как нарушались прежние расцветки. 
И в этом упоении базар 
все понижал на яблоки расценки. 

II 

И мы увиделись. Ты вышел из дверей. 
Все кончилось. Все начиналось снова. 
До этого не начислялось дней, 
как накануне рождества Христова. 

И мы увиделись. И в двери мы вошли. 
И дома не было за этими дверями. 
Мы встретились, как старые вожди, 
с закинутыми головами - 

от гордости, от знанья, что к чему, 
от недоверия и напряженья. 
По твоему челу, по моему челу 
мелькнуло это темное движенье. 

Мы встретились, как дети поутру, 
с закинутыми головами - 
от нежности, готовности к добру 
и робости перед словами. 

Сентябрь, сентябрь, во всем твоя вина, 
ты действовал так слепо и неверно. 
Свобода равнодушья, ты одна 
будь проклята и будь благословенна. 

Счастливы подзащитные твои - 
в пределах крепости, поставленной тобою, 
неуязвимые для боли и любви, 
как мстительно они следят за мною. 

И мы увиделись. Справлял свои пиры 
сентябрь, не проявляя недоверья. 
Но, оценив значительность игры, 
отпрянули все люди и деревья. 

III 

Прозрели мои руки. А глаза - 
как руки, стали действенны и жадны. 
Обильные возникли голоса 
в моей гортани, высохшей от жажды 

по новым звукам. Эту суть свою 
впервые я осознаю на воле. 
Вот так стоишь ты. Так и я стою - 
звучащая, открытая для боли. 

Сентябрь добавил нашим волосам 
оранжевый оттенок увяданья. 
Он жить учил нас, как живет он сам, - 
напрягшись для последнего свиданья... 

IV 

Темнеет наше отдаленье, 
нарушенное, позади. 
Как щедро это одаренье 
меня тобой! Но погоди - 

любимых так не привечают. 
О нежности перерасход! 
Он все пределы превышает. 
К чему он дальше приведет? 

Так жемчугами осыпают, 
и не спасает нас навес, 
так — музыкою осеняют, 
так — дождик падает с небес. 

Так ты протягиваешь руки 
навстречу моему лицу, 
и в этом — запахи и звуки, 
как будто вечером в лесу. 

Так — головой в траву ложатся, 
так — держат руки на груди 
и в небо смотрят. Так — лишаются 
любимого. Но погоди - 

сентябрь ответит за растрату 
и волею календаря 
еще изведает расплату 
за то, что крал у октября. 

И мы причастны к этой краже. 
Сентябрь, все кончено? Листы 
уж падают? Но мы-то — краше, 
но мы надежнее, чем ты. 

Да, мы немалый шанс имеем 
не проиграть. И говорю: 
— Любимый, будь высокомерен 
и холоден к календарю. 

Наш праздник им не обозначен. 
Вне расписания его 
мы вместе празднуем и плачем 
на гребне пира своего. 

Все им предписанные будни 
как воскресения летят, 
и музыка играет в бубны, 
и карты бубнами лежат. 

Зато как Новый год был жалок. 
Разлука, будни и беда 
плясали там. Был воздух жарок, 
а лед был груб. Но и тогда 

там елки не было. Там было 
иное дерево. Оно - 
сияло и звалось рябина, 
как в сентябре и быть должно. 


Сентябрь-чудак и выживать мастак. 
Быть может, он не разминется с нами, 
пока не будет так, не будет так, 
что мы его покинем сами. 

И станет он покинутый тобой, 
и осень обнажит свои прорехи, 
и мальчики и девочки гурьбой 
появятся, чтоб собирать орехи. 

Вот щелкают и потрошат кусты, 
репейники приклеивают к платью 
и говорят: — А что же плачешь ты? - 
Что плачу я? Что плачу? 

Наладится такая тишина, 
как под водой, как под морской водою. 
И надо жить. У жизни есть одна 
привычка — жить, что б ни было с тобою. 

Изображать счастливую чету, 
и отдышаться в этой жизни мирной, 
и преступить заветную черту - 
блаженной тупости. Но ты, мой милый, 

ты на себя не принимай труда 
печалиться. Среди зимы и лета, 
в другие месяцы — нам никогда 
не испытать оранжевого цвета. 
Отпразднуем последнюю беду. 
Рябиновые доломаем ветки. 
Клянусь тебе двенадцать раз в году: 
я в сентябре. И буду там вовеки. 

1956 
***
 
Бьют часы, возвестившие осень:  
тяжелее, чем в прошлом году,  
ударяется яблоко оземь -  
столько раз, сколько яблок в саду. 

Этой музыкой, внятной и важной,  
кто твердит, что часы не стоят?  
Совершает поступок отважный,  
но как будто бездействует сад. 

Всё заметней в природе печальной  
выраженье любви и родства,
 словно ты — не свидетель случайный,  
а виновник ее торжества. 

1973 
***
 

Опять сентябрь, как тьму времен назад,
и к вечеру мужает юный холод.
Я в таинствах подозреваю сад:
все кажется — там кто-то есть и ходит.

Мне не страшней, а только веселей,
что призраком населена округа.
Я в доброте моих осенних дней ничьи
шаги приму за поступь друга.

Мне некого спросить: а не пора ль
списать в тетрадь — с последнею росою
траву и воздух, в зримую спираль
закрученный неистовой осою.

И вот еще: вниманье чьих очей,
воспринятое некогда луною,
проделало обратный путь лучей и
на земле увиделось со мною?

Любой, чье зренье вобрала луна,
свободен с обожаньем иль
укором иных людей, иные времена
оглядывать своим посмертным взором.

Не потому ль в сиянье и красе так
мучат нас ее пустые камни?
О, знаю я, кто пристальней,
чем все, ее посеребрил двумя зрачками!

Так я сижу, подслушиваю сад,
для вечности в окне оставив щелку.
И Пушкина неотвратимый взгляд ночь
напролет мне припекает щеку.
***
 
 
Стихи Ларисы Алексеевны Рубальской про осень
 
 
Сегодня кто-то продавал на перекрестке счастье.
Оно лежало средь крючков и старых ярких платьев,
среди усталых пыльных книг, средь кисточек и мела.
Оно лежало и на всех неверяще смотрело.

Народ шел мимо, редко кто вдруг подходил к прилавку
Купить брошюрку, календарь, иголку, нить, булавку.
И равнодушный взгляд скользил по глупой мелочовке,
А счастье так просилось в дом, так робко и неловко.

Моляще поднимало взгляд, едва-едва пищало,
Но «кто-то» мимо проходил и счастье замирало.
Темнело, я брела домой. В карманах грея руки.
Торговец собирал товар, чуть напевал со скуки.

Я бы прошла, но вдруг задел молящий и печальный
Беспомощный несчастный взгляд, как будто вздох прощальный.
Я подошла, а за стеклом пластмассовой витрины
комочек маленький дрожал от горя и обиды.

Комок устал, хотел в тепло, замерз на этой стуже,
но к сожалению комок был никому не нужен.
— И сколько стоит? — голос мой дрожал от напряжения.
— Что? Это? — Это! — Да бери, оно — одни мученья!

Я бережно взяла комок, к груди его прижала,
Закутав в складочки пальто домой почти бежала.
Бежала греть. Скорей, скорей! В тепло с морозных улиц,
И даже блики фонарей как-будто улыбнулись…

И улыбался белый снег, и небо. Мир смеялся.
Нашелся все же человек, что счастьем не кидался.
Я принесла комочек в дом и стало вдруг понятно,
Что никому его не дам, и не верну обратно.
***
 
Сегодня осень в дверь мне позвонила,
Стояла на ступеньках и ждала.
Я обомлела, когда Ей открыла,
Такой она волшебною была!

Копна волос красивых, ярко-рыжих,
Точёный нос, румяность алых губ,
И взгляд такой шальной от глаз бесстыжих,
Сплошная ласка, кто здесь будет груб?

Я ошарашено в дверях посторонилась,
Она прошла и прямо вслед за ней,
Такая красота вдруг ветром взвилась,
Что не было её милей, родней…

Мы пили чай вприкуску с листопадом,
Всплакнули вместе проливным дождём.
О, Осень — ты души моей отрада!
Богат душой, кто осенью рождён…

Когда она ушла, я очень долго
Смотрела в дверь, не смея дверь закрыть!
А с неба падал снег… На память только,
Рябины грусть и образ, что нельзя забыть.
***
 
Моя душа настроена на осень,
Гостит печаль на сердце у меня.
Опять часы показывают восемь —
Короткий миг сгорающего дня.
В тот день в саду проснулись хризантемы
И были так беспомощно-нежны…
Когда вы вдруг коснулись вечной темы,
Я поняла, что вы мне не нужны.
Открыт мой белый веер
Сегодня не для вас.
Я укорять не смею
Прохладу ваших глаз.
Быть нежной вам в угоду
Я больше не могу.
Вы цените свободу?
Что ж, я вам помогу.
Я тороплю мгновенья к листопаду,
К холодным дням мгновенья тороплю.
Я вас прошу, тревожиться не надо.
Мне хорошо, но я вас не люблю.
Хрустальный дождь рассыпан по аллеям,
Вздохнете вы – погода так скверна!
А я, мой друг, нисколько не жалею,
Что прошлым летом вам была верна.
***
 
Кто сказал
Снова осень сгорела пожаром
На пороге холодной зимы.
Говорят, мы с тобою не пара
И не сможем быть счастливы мы.

Говорить, пожимая плечами,
Может каждый, кто хочет, любой,
Но как сладко нам вместе ночами,
Только мы понимаем с тобой.

Кто сказал, что в любви есть законы
И что правила есть у судьбы,
Тот не знал нашей ночи бессонной,
Тот, как мы, никогда не любил…

Холода наши души не тронут,
Нашей ночи не стать холодней.
Кто сказал, что в любви есть законы,
Ничего тот не знает о ней.

По любви мы крадемся, как воры.
Перед кем мы виновны, скажи?
Наша ночь гасит все разговоры
И звездой на подушке лежит.

Ты вздохнешь легким облачком пара
На замерзшее к ночи окно.
Мы и правда с тобою не пара,
Нас любовь превратила в одно.
***
 
В первый раз вдвоём
Зачеркнул небо серое дождь —
Значит, осень настала,
Ветер гнал золотую пургу.
Я боялась, что ты не придёшь,
И минуты считала.
Я теперь без тебя не смогу.

Просто в эту ночь у нас
Всё случилось в первый раз.

В первый раз вдвоём
На заброшенной той даче
Мы с тобой замерзли и согрелись
Может быть, потом
Я ещё не раз заплачу,
Вспоминая эту ночь вдвоём.

Плыл по комнате запах травы
Улетевшего лета.
Были все слова так важны.
Я узнала с тобой о любви,
И подружек советы
Больше мне не нужны, не нужны.

Просто в эту ночь у нас
Всё случилось в первый раз.
***
 
Невесёлая пора
Невесёлая пора – осень поздняя,
И в ушедшее тепло нам не верится.
В серых тучах так редки неба просини,
И они-то с каждым днем реже светятся.

Торопливые слова в строчки сложены,
Листьев вялых перелёт стайкой рыжею.
И проходим мы с тобой вдоль по осени,
И надеется любовь – может, выживет.

Не спеши произносить слово горькое,
Пусть горячая обида остудится.
Лужи стынут по утрам льдистой коркою,
И печальная пора позабудется.
***
 
Цвета побежалости
Ливни осени хлещут без жалости,
В Лету кануло лето бесследное.
И в деревьях цвета побежалости
Робко спрятали листья последние.

Привела нас дорога размытая
На окраину лета шумевшего.
И аукнулось что-то забытое,
И откликнулось неотболевшее.

Так порой на окраине памяти
Наши мысли случайно встречаются,
Там июльские лилии в заводи
Ни о чём не печалясь, качаются.

К опустевшему клёну прижалась ты,
Небо хмурое в ветках рассеяно.
В наших душах цвета побежалости,
И холодное небо осеннее.
***
 
Михаил Михайлович Пришвин (1873—1954)
 
 
 
Осеннее утро
Листик за листиком падают с липы на крышу, какой листик летит парашютиком, какой мотыльком, какой винтиком. А между тем мало-помалу день открывает глаза, и ветер с крыши поднимает все листья и летят они к реке куда-то вместе с перелетными птичками.
Тут стоишь себе на берегу, один, ладонь к сердцу приложишь и душой вместе с птичками и листьями куда-то летишь. И так-то бывает грустно, и так хорошо, и шепчешь тихонько:
- Летите, летите!
Так долго день пробуждается, что, когда солнце выйдет, у нас уже обед.
Мы радуемся хорошему теплому дню, но уже больше не ждем летящей паутинки бабьего лета: все разлетелись, и вот-вот журавли полетят, а там гуси, грачи – и все кончится.
 
***
 
Стихи об осени: Алексей Николаевич Плещеев
 
"Скучная картина"

Природа осенью в стихах А. Плещеева


 
Скучная картина!
Тучи без конца,
Дождик так и льется,
Лужи у крыльца...
Чахлая рябина
Мокнет под окном;
Смотрит деревушка
Сереньким пятном.
Что ты рано в гости,
Осень, к нам пришла?
Еще просит сердце
Света и тепла!

Все тебе не рады!
Твой унылый вид
Горе да невзгоды
Бедному сулит.
Слышит он заране
Крик и плач ребят;
Видит, как от стужи
Ночь они не спят;
Нет одежды теплой,
Нету в печке дров...
Ты на чей же, осень,
Поспешила зов?

Вон и худ и бледен
Сгорбился больной...
Как он рад был солнцу,
Как был бодр весной!
А теперь - наводит
Желтых листьев шум
На душу больную
Рой зловещих дум!
Рано, рано, осень,
В гости к нам пришла...
Многим не дождаться
Света и тепла!

(1860)
*** 
 
Алексей Плещеев
 
Осень

Я узнаю тебя, время унылое:
Эти короткие, бледные дни,
Долгие ночи, дождливые, темные,
И разрушенье — куда ни взгляни.
Сыплются с дерева листья поблекшие,
В поле, желтея, поникли кусты;
По небу тучи плывут бесконечные…
Осень докучная!.. Да, это ты!

Я узнаю тебя, время унылое,
Время тяжелых и горьких забот:
Сердце, когда-то так страстно любившее,
Давит мертвящий сомнения гнет;
Гаснут в нем тихо одна за другою
Юности гордой святые мечты,
И в волосах седина пробивается…
Старость докучная!.. Да, это ты!

 
Стихи об осени: Рубцов Николай Михайлович "Осенняя луна"

Природа осенью в стихах Н. М. Рубцова
 
 
Грустно, грустно последние листья,
Не играя уже, не горя,
Под гнетущей погаснувшей высью,
Над заслеженной грязью и слизью
Осыпались в конце октября.

И напрасно так шумно, так слепо,
Приподнявшись, неслись над землёй,
Словно, где-то не кончилось лето,
Может, там, за расхлябанным следом, -
За тележной цыганской семьёй.

Люди жили тревожней и тише,
И смотрели в окно иногда, -
Был на улице говор не слышен,
Было слышно как воют над крышей
Ветер, ливень, труба, провода...

Так зачем, проявляя участье,
Между туч проносилась луна
И светилась во мраке ненастья,
Словно отблеск весеннего счастья,
В красоте неизменной одна?

Под луной этой светлой и быстрой
Мне ещё становилось грустней
Видеть табор под бурею мглистой,
Видеть ливень и грязь, и со свистом
Ворох листьев, летящих над ней...
***

 
Стихи Бориса Леонидовича Пастернака про осень
Годы жизни поэта: 1890-1960.
 
 
 
Борис Пастернак «Бабье лето»

Лист смородины груб и матерчат.
В доме хохот и стекла звенят,
В нем шинкуют, и квасят, и перчат,
И гвоздики кладут в маринад.

Лес забрасывает, как насмешник,
Этот шум на обрывистый склон,
Где сгоревший на солнце орешник
Словно жаром костра опален.

Здесь дорога спускается в балку,
Здесь и высохших старых коряг,
И лоскутницы осени жалко,
Все сметающей в этот овраг.

И того, что вселенная проще,
Чем иной полагает хитрец,
Что как в воду опущена роща,
Что приходит всему свой конец.

Что глазами бессмысленно хлопать,
Когда все пред тобой сожжено
И осенняя белая копоть
Паутиною тянет в окно.

Ход из сада в заборе проломан
И теряется в березняке.
В доме смех и хозяйственный гомон,
Тот же гомон и смех вдалеке.
***
 

Борис Пастернак «Золотая осень»

Осень. Сказочный чертог,
Всем открытый для обзора.
Просеки лесных дорог,
Заглядевшихся в озера.

Как на выставке картин:
Залы, залы, залы, залы
Вязов, ясеней, осин
В позолоте небывалой.

Липы обруч золотой —
Как венец на новобрачной.
Лик березы — под фатой
Подвенечной и прозрачной.

Погребенная земля
Под листвой в канавах, ямах.
В желтых кленах флигеля,
Словно в золоченых рамах.

Где деревья в сентябре
На заре стоят попарно,
И закат на их коре
Оставляет след янтарный.

Где нельзя ступить в овраг,
Чтоб не стало всем известно:
Так бушует, что ни шаг,
Под ногами лист древесный.

Где звучит в конце аллей
Эхо у крутого спуска
И зари вишневый клей
Застывает в виде сгустка.

Осень. Древний уголок
Старых книг, одежд, оружья,
Где сокровищ каталог
Перелистывает стужа.
***
 
Борис Пастернак «Ненастье»

Дождь дороги заболотил.
Ветер режет их стекло.
Он платок срывает с ветел
И стрижет их наголо.

Листья шлепаются оземь.
Едут люди с похорон.
Потный трактор пашет озимь
B восемь дисковых борон.

Черной вспаханною зябью
Листья залетают в пруд
И по возмущенной ряби
Кораблями в ряд плывут.

Брызжет дождик через сито.
Крепнет холода напор.
Точно все стыдом покрыто,
Точно в осени позор.

Точно срам и поруганье
B стаях листьев и ворон,
И дожде и урагане,
Хлещущих со всех сторон.
 ***
 
Борис Пастернак «Осенний лес»

Осенний лес заволосател.
В нем тень, и сон, и тишина.
Ни белка, ни сова, ни дятел
Его не будят ото сна.

И солнце, по тропам осенним
В него входя на склоне дня,
Кругом косится с опасеньем,
Не скрыта ли в нем западня.

В нем топи, кочки и осины,
И мхи и заросли ольхи,
И где-то за лесной трясиной
Поют в селенье петухи.

Петух свой окрик прогорланит,
И вот он вновь надолго смолк,
Как будто он раздумьем занят,
Какой в запевке этой толк.

Но где-то в дальнем закоулке
Прокукарекает сосед.
Как часовой из караулки,
Петух откликнется в ответ.

Он отзовется словно эхо,
И вот, за петухом петух
Отметят глоткою, как вехой,
Bосток и запад, север, юг.

По петушиной перекличке
Расступится к опушке лес
И вновь увидит с непривычки
Поля и даль и синь небес.
*** 
 
Борис Пастернак  «Осень» 
(С тех дней стал над недрами парка сдвигаться)

С тех дней стал над недрами парка сдвигаться
Суровый, листву леденивший октябрь.
Зарями ковался конец навигации,
Спирало гортань и ломило в локтях.

Не стало туманов. Забыли про пасмурность.
Часами смеркалось. Сквозь все вечера
Открылся, в жару, в лихорадке и насморке,
Больной горизонт - и дворы озирал.

И стынула кровь. Но, казалось, не стынут
Пруды, и - казалось - с последних погод
Не движутся дни, и, казалося - вынут
Из мира прозрачный, как звук, небосвод.

И стало видать так далеко, так трудно
Дышать, и так больно глядеть, и такой
Покой разлился, и настолько безлюдный,
Настолько беспамятно звонкий покой!
 ***
 
Борис Пастернак
«Осень»
(Ты распугал моих товарок)

Ты распугал моих товарок,
Октябрь, ты страху задал им,
Не стало астр на тротуарах,
И страшно ставней мостовым.

Со снегом в кулачке, чахотка
Рукой хватается за грудь.
Ей надо, видишь ли, находку
В обрывок легких завернуть.

А ты глядишь? Беги, преследуй,
Держи ее - и не добром,
Так силой - отыми браслеты,
Завещанные сентябрем.
***
 
Борис Пастернак
«Осень. Отвыкли от молний»

Осень. Отвыкли от молний.
Идут слепые дожди.
Осень. Поезда переполнены
Дайте пройти! Bсе позади.
***

Борис Пастернак
 
«По грибы»

Плетемся по грибы.
Шоссе. Леса. Канавы.
Дорожные столбы
Налево и направо.

С широкого шоссе
Идем во тьму лесную.
По щиколку в росе
Плутаем врассыпную.

А солнце под кусты
На грузди и волнушки
Чрез дебри темноты
Бросает свет с опушки.

Гриб прячется за пень.
На пень садится птица.
Нам вехой наша тень,
Чтобы с пути не сбиться.

Но время в сентябре
Отмерено так куцо:
Едва ль до нас заре
Сквозь чащу дотянуться.

Набиты кузовки,
Наполнены корзины.
Одни боровики
У доброй половины.

Уходим. За спиной
Стеною лес недвижный,
Где день в красе земной
Сгорел скоропостижно.
***
Осень (Я дал разъехаться домашним...)
Борис Пастернак

Я дал разъехаться домашним,
Все близкие давно в разброде,
И одиночеством всегдашним
Полно всё в сердце и природе.

И вот я здесь с тобой в сторожке.
В лесу безлюдно и пустынно.
Как в песне, стежки и дорожки
Позаросли наполовину.

Теперь на нас одних с печалью
Глядят бревенчатые стены.
Мы брать преград не обещали,
Мы будем гибнуть откровенно.

Мы сядем в час и встанем в третьем,
Я с книгою, ты с вышиваньем,
И на рассвете не заметим,
Как целоваться перестанем.

Еще пышней и бесшабашней
Шумите, осыпайтесь, листья,
И чашу горечи вчерашней
Сегодняшней тоской превысьте.

Привязанность, влеченье, прелесть!
Рассеемся в сентябрьском шуме!
Заройся вся в осенний шелест!
Замри или ополоумей!

Ты так же сбрасываешь платье,
Как роща сбрасывает листья,
Когда ты падаешь в объятье
В халате с шелковою кистью.

Ты - благо гибельного шага,
Когда житье тошней недуга,
А корень красоты - отвага,
И это тянет нас друг к другу.
***


Ирина Левинзон
 
Осень - она не спросит,
Осень - она придет.
Осень - она вопросом
В синих глазах замрет.
Осень дождями ляжет,
Листьями заметет...
По опустевшим пляжам
Медленно побредет.
Может быть, ты заметишь
Рыжую грусть листвы,
Может быть, мне ответишь,
Что вспоминаешь ты?
Или вот это небо,
Синее, как вода?..
Что же ты раньше не был,
Не приходил сюда?

Пусть мне не снится лето,
Я тебе улыбнусь.
А под бровями где-то
Чуть притаится грусть.
Где-то за синью весен
Кто-нибудь загрустит...
Молча ложится осень
Листьями на пути...

1963
***
 

Алексей Толстой
 
Осень. Обсыпается весь наш бедный сад,
Листья пожелтелые по ветру летят;
Лишь вдали красуются, там на дне долин,
Кисти ярко-красные вянущих рябин.
 
Весело и горестно сердцу моему,
Молча твои рученьки грею я и жму,
В очи тебе глядючи, молча слезы лью,
Не умею высказать, как тебя люблю.
***
 
Николай Гумилёв
Осень
(Оранжево-красное небо...)
 
Оранжево-красное небо...
Порывистый ветер качает
Кровавую гроздь рябины.
Догоняю бежавшую лошадь
Мимо стекол оранжереи,
Решетки старого парка
И лебединого пруда.
Косматая, рыжая, рядом
Несется моя собака,
Которая мне милее
Даже родного брата,
Которую буду помнить,
Если она издохнет,
Стук копыт участился,
Пыль все выше.
Трудно преследовать лошадь
Чистой арабской крови.
Придется присесть, пожалуй,
Задохнувшись, на камень
Широкий и плоский,
И удивляться тупо
Оранжево-красному небу
И тупо слушать
Кричащий пронзительный ветер
***
 
Андрей Дементьев
 
Чужая осень
 
Во Франкфурте
Холодно розы цветут.
В Москве
Зацветают
Узоры
На стеклах.

Наш «бьюик» несется
В багряных потемках —
Сквозь сумерки
Строгих немецких минут.

Сквозь зарево кленов
И музыку сосен.
Сквозь тонкое кружево
Желтых берез.

Я в эти красоты
Ненадолго сослан,
Как спутник
В печальные залежи звезд.

Со мной переводчица —
Строгая женщина.
Мы с нею летим сквозь молчанье
И грусть.

И осень ее
Так прекрасна и женственна,
Что я своим словом
Нарушить боюсь.

Нас «бьюик»
Из старого леса выносит.
Дорога втекает
В оранжевый круг.

Как все здесь похоже
На русскую осень.
Как Русь не похожа на все,
Что вокруг.
***
 

Дмитрий Кедрин
 
Бабье лето
 
Наступило бабье лето —
Дни прощального тепла.
Поздним солнцем отогрета,
В щелке муха ожила.

Солнце! Что на свете краше
После зябкого денька?..
Паутинок легких пряжа
Обвилась вокруг сучка.

Завтра хлынет дождик быстрый,
Тучей солнце заслоня.
Паутинкам серебристым
Жить осталось два-три дня.

Сжалься, осень! Дай нам света!
Защити от зимней тьмы!
Пожалей нас, бабье лето:
Паутинки эти — мы.
***
 
Александр Кушнер

Сентябрь выметает широкой метлой
Жучков, паучков с паутиной сквозной,
Истерзанных бабочек, ссохшихся ос,
На сломанных крыльях разбитых стрекоз,
Их круглые линзы, бинокли, очки,
Чешуйки, распорки, густую пыльцу,
Их усики, лапки, зацепки, крючки,
Оборки, которые были к лицу.

Сентябрь выметает широкой метлой
Хитиновый мусор, наряд кружевной,
Как если б директор балетных теплиц
Очнулся и сдунул своих танцовщиц.
Сентябрь выметает метлой со двора,
За поле, за речку и дальше, во тьму,
Манжеты, застежки, плащи, веера,
Надежды на счастье, батист, бахрому.

Прощай, моя радость! До кладбища ос,
До свалки жуков, до погоста слепней,
До царства Плутона, до высохших слез,
До блеклых, в цветах, элизейских полей!
***

 
Алексей Кольцов
 
Осень
 
Настала осень; непогоды
Несутся в тучах от морей;
Угрюмеет лицо природы,
Не весел вид нагих полей;
Леса оделись синей тьмою,
Туман гуляет над землею
И омрачает свет очей.
Всё умирает, охладело;
Пространство дали почернело;
Нахмурил брови белый день;
Дожди бессменные полились;
К людям в соседки поселились
Тоска и сон, хандра и лень.
Так точно немочь старца скучна;
Так точно тоже для меня
Всегда водяна и докучна
Глупца пустая болтовня.
***

 

Николай Гумилев
 
По узкой тропинке
Я шел, упоенный мечтою своей,
И в каждой былинке
Горело сияние чьих-то очей.
Сплеталися травы,
И медленно пели и млели цветы,
Дыханьем отравы
Зеленой, осенней светло залиты.
И в счастье обмана
Последних холодных и властных лучей
Звенел хохот Пана
И слышался говор нездешних речей.
И девы-дриады
С кристаллами слез о лазурной весне
Вкусили отраду,
Забывшись в осеннем, божественном дне.
Я знаю измену,
Сегодня я Пана ликующий брат,
А завтра одену
Из снежных цветов прихотливый наряд.
И грусть ледяная
Расскажет утихшим волненьем в крови
О счастье без рая,
Глазах без улыбки и снах без любви.
***
 
 
Вильгельм Кюхельбеккер
 
Осень
 
Ветер протек по вершинам дерев; дерева зашатались -
Лист под ногою шумит; по синему озеру лебедь
Уединенный плывет; на холмах и в гулкой долине
Смолкнули птицы.
Солнце, чуть выглянув, скроется тотчас: луч его хладен.
Все запустело вокруг. Уже отголосок не вторит
Песней жнецов; по дороге звенит колокольчик унылый;
Дым в отдаленья.
Путник, закутанный в плащ, спешит к молчаливой деревне.
Я одинокий брожу. К тебе прибегаю, Природа!
Матерь, в объятья твои! согрей, о согрей мое сердце,
Нежная матерь.
Рано для юноши осень настала. - Слезу сожаленья,
Други! я умер душою: нет уже прежних восторгов,
Нет и сладостных прежних страданий - всюду безмолвье,
Холод могилы!
***
 
 
Роберт Рождественский

Письмо про дождь

Идут
обыденные дожди,
по собственным лужам
скользя.
Как будто они поклялись
идти,-
а клятву нарушить
нельзя...
Даже смешно -
ничего не ждешь.
Никакого чуда
не ждешь.
Засыпаешь -
дождь.
Просыпаешься -
дождь.
Выходишь на улицу -
дождь.
И видишь только
пустую мглу,
город видишь
пустой.
Газировщица
скрючилась на углу -
упорно
торгует водой.
А воды вокруг! -
Столько воды,
просто некуда разливать.
Это все равно,
что идти торговать
солнцем -
там, где сейчас
ты!..
Послушай,
а может быть, и у вас
такая же чехарда?
У подъезда в глине
"газик" увяз,
на балконе слоем -
вода...
Если так -
значит, в мире какая-то ложь!
Так не должно быть!
Нет!
Потому что нужно:
если мне -
дождь,
то тебе -
солнечный свет.
Как дочка, солнечный!
Как слюда!
Как трескучая пляска огня!
У тебя не должно быть дождей
никогда.
Пусть они идут
у меня...
А они идут -
слепые дожди.
Ни деревьев нет,
ни травы...

Пожалуйста,
это письмо
порви.
И меня за него
прости.
А впрочем,
дело совсем не в нем.
Просто, трудно терпеть.
Море гудит за моим окном,
как поезд,
идущий к тебе.

1964
***

Жуковский Василий Андреевич
 
Листок
От дружной ветки отлучённый
Летит листок уединённый ,
Куда летит?..."Не знает сам",
Гроза разбила дуб родимый;
С тех пор, по долам ,по полям
По воле случая носимый
Стремлюсь, куда велят ветра,
Туда, где листья все кружатся
И лёгкий розовый листок.
1818 г.
***

Стихи про осень:
Алигер Маргарита Иосифовна
 
Осень только взялась за работу...
 
Осень только взялась за работу,
только вынула кисть и резец,
положила кой-где позолоту,
кое-где уронила багрец,
и замешкалась, будто решая,
приниматься ей этак иль так?
То отчается, краски мешая,
и в смущенье отступит на шаг...
То зайдется от злости и в клочья
все порвет беспощадной рукой...
И внезапно, мучительной ночью,
обретет величавый покой.
И тогда уж, собрав воедино
все усилья, раздумья, пути,
нарисует такую картину,
что не сможем мы глаз отвести.
И притихнем, смущаясь невольно:
что тут сделать и что тут сказать?
...А она все собой недовольна:
мол, не то получилось опять.
И сама уничтожит все это,
ветром сдует, дождями зальет,
чтоб отмаяться зиму и лето
и сначала начать через год.
***

 
Твардовский Александр Трифонович

Начало осени
Плывут паутины
Над сонным жнивьем.
Краснеют рябины
Под каждым окном.
Хрипят по утрам
Петушки молодые.
Дожди налегке
Выпадают грибные.
Поют трактористы,
На зябь выезжая.
Готовятся села
Ко Дню урожая.
***
 
Начало осени  

Плывут паутины
Над сонным жнивьем.
Краснеют рябины
Под каждым окном.
Хрипят по утрам
Петушки молодые.
Дожди налегке
Выпадают грибные.
Поют трактористы,
На зябь выезжая.
Готовятся села
Ко Дню урожая.
(А. Твардовский)
 ***
 
Лес осенью  

Меж редеющих верхушек
Показалась синева.
Зашумела у опушек
Ярко- жёлтая листва.
Птиц не слышно. Треснет мелкий
Обломившийся сучок,
И, хвостом мелькая, белка
Лёгкий делает прыжок.
Стала ель в лесу заметней –
Бережёт густую тень.
Подосиновик последний 
Сдвинул шапку набекрень.
(А. Твардовский)
***
 
Булат Окуджава
 
Осень ранняя
 
Осень ранняя.
Падают листья.
Осторожно ступайте в траву.
Каждый лист — это мордочка лисья...
Вот земля, на которой живу.

Лисы ссорятся, лисы тоскуют,
лисы празднуют, плачут, поют,
а когда они трубки раскурят,
значит — дождички скоро польют.

По стволам пробегает горенье,
и стволы пропадают во рву.
Каждый ствол — это тело оленье...
Вот земля, на которой живу.

Красный дуб с голубыми рогами
ждет соперника из тишины...
Осторожней:
топор под ногами!
А дороги назад сожжены!

...Но в лесу, у соснового входа,
кто-то верит в него наяву...
Ничего не попишешь:
природа!
Вот земля, на которой живу
***
 
Стихи про осень: 
Набоков Владимир Владимирович
 
Осень  
И снова, как в милые годы
тоски, чистоты и чудес,
глядится в безвольные воды
румяный редеющий лес.

Простая, как Божье прощенье,
прозрачная ширится даль.
Ах, осень, мое упоенье,
моя золотая печаль!

Свежо, и блестят паутины...
Шурша, вдоль реки прохожу,
сквозь ветви и гроздья рябины
на тихое небо гляжу.

И свод голубеет широкий,
и стаи кочующих птиц –
что робкие детские строки
в пустыне старинных страниц...
***
 
 Стихи про осень: 
Аполлон Николаевич Майков

ОСЕНЬ 
Кроет уж лист золотой
Влажную землю в лесу…
Смело топчу я ногой
Вешнюю леса красу.

С холоду щеки горят;
Любо в лесу мне бежать,
Слышать, как сучья трещат,
Листья ногой загребать!

Нет мне здесь прежних утех!
Лес с себя тайну совлек:
Сорван последний орех,
Свянул последний цветок;

Мох не приподнят, не взрыт
Грудой кудрявых груздей;
Около пня не висит
Пурпур брусничных кистей;

Долго на листьях, лежит
Ночи мороз, и сквозь лес
Холодно как-то глядит
Ясность прозрачных небес…

Листья шумят под ногой;
Смерть стелет жатву свою…
Только я весел душой
И, как безумный, пою!

Знаю, недаром средь мхов
Ранний подснежник я рвал;
Вплоть до осенних цветов
Каждый цветок я встречал.

Что им сказала душа,
Что ей сказали они –
Вспомню я, счастьем дыша,
В зимние ночи и дни!

Листья шумят под ногой…
Смерть стелет жатву свою!
Только я весел душой –
И, как безумный, пою!
***

Стихи про осень:
Огарев Николай Платонович
 
Осеннее чувство 
Ты пришло уже, небо туманное,
Ты рассыпалось мелким дождем,
Ты повеяло холодом, сыростью
В опечаленном крае моем.
Улетели куда-то все пташечки;
Лишь ворона, на голом суку
Сидя, жалобно каркает, каркает -
И наводит на сердце тоску.
Как же сердцу-то грустно и холодно!
Как же сжалось, бедняжка, в груди!
А ему бы все вдаль, словно ласточке,
В теплый край бы хотелось идти...
Не бывать тебе, сердце печальное,
В этих светлых и теплых краях,
Тебя сгубят под серыми тучами
И схоронят в холодных снегах.
Август 1839
***
 
Стихи про осень:
Алексей Николаевич Апухтин
 
Осенние листья
Кончалось лето. Астры отцветали...
Под гнетом жгучей, тягостной печали
    Я сел на старую скамью,
А листья надо мной, склоняяся, шептали
        Мне повесть грустную свою.

"Давно ли мы цвели под знойным блеском лета,
        И вот уж осень нам грозит,
        Не много дней тепла и света
        Судьба гнетущая сулит.
    Но что ж, пускай холодными руками
        Зима охватит скоро нас,
Мы счастливы теперь, под этими лучами,
        Нам  жизнь милей в прощальный  час.
Смотри, как золотом облит наш парк печальный,
Как радостно цветы в последний раз блестят,
        Смотри, как пышно-погребально
        Горит над рощами закат!
Мы знаем, что, как сон, ненастье пронесется,
Что снегу не всегда поляны покрывать,
Что явится весна, что все кругом проснется,-
        Но  мы... проснемся ли опять?
        Вот  здесь, под кровом нашей тени,
Где груды хвороста теперь лежат в пыли,
    Когда-то цвел роскошный  куст сирени
        И розы пышные цвели.
    Пришла весна; во славу новым розам
        Запел, как прежде, соловей,
Но бедная сирень, охвачена морозом,
        Не подняла своих ветвей.
А если к жизни вновь вернутся липы наши,
        Не  мы увидим их возврат,
    И вместо нас, быть может, лучше, краше
        Другие листья заблестят.-
    Ну что ж, пускай холодными руками
        Зима охватит скоро нас,
Мы счастливы теперь, под бледными лучами,
        Нам жизнь милей в прощальный  час.
    Помедли, смерть! Еще б хоть день отрады...
А может быть, сейчас, клоня верхушки ив,
        Сорвет на землю без пощады
        Нас ветра буйного порыв...
Желтея, ляжем мы под липами родными...
И даже ты, об нас мечтающий с тоской,
Ты встанешь со скамьи, рассеянный, больной,
        И, полон мыслями своими,
    Раздавишь нас небрежною ногой".
1868
***

 Антон Антонович Дельвиг
 
Осенняя картина 
Когда земля отдаст плоды
Трудов зимы, весны и лета,
И, желтой мантией одета,
Везде печальные следы
Являет роскоши минувшей,
Подобно радости мелькнувшей
Быстрее молнии небес;
Когда вершиной черный лес,
Шумя, качает над туманом
И, запоздалый, с океаном
Усталый борется пловец,
Тебе, Нептун, дает обеты,
Чтоб не испить с струею Леты
Отрады горестных сердец.—
Я на коне скачу ретивом
И по горам и по полям,
И вихрем веселюсь игривым,
Который мчится по степям,
Из-под копыт с листом и прахом;
И селянин его, со страхом
Под вечер торопясь домой,
Бродящей тенью почитает,
Которую Харон седой
В Аидов дом не пропускает;
Ее протяжный слышен вой,
Он погребенья умоляет.
1818
***

Краснова Екатерина Андреевна
— русская поэтесса, писательница, переводчица
Годы жизни поэта: 1855 - 1892

Журавли (Екатерина Андреевна Краснова)

Вчера еще лес опустелый
Прощался печально со мной,
Роняя свой лист пожелтелый
До радостной встречи весной.

Мне листья весь путь усыпали
Беззвучным дождем золотым,
И тихо деревья шептали,
Чтоб я возвращалася к ним…

Расстаться нам было так трудно…
Вдруг с неба, иль с дальних полей,
Так звучно, так грустно, так чудно
Раздался призыв журавлей.

От этих лесов пожелтелых,
От этих поблекших небес
На крыльях могучих и смелых
В страну вечно юных чудес —

Они улетать собирались
И, скорби своей не тая,
С родными лесами прощались —
Прощались печально, как я.

Их крик прозвучал как рыданье,
И вдаль потянуло меня…
О, лес мой родной! До свиданья!..
До первого майского дня.

До песни прощай соловьиной…
Расстаться с тобою мне жаль;
Но слышишь?.. То крик журавлиный
Зовет меня в светлую даль!
***
 
Радищев Александр Николаевич 
— российский прозаик, поэт, философ, де-факто руководитель Петербургской таможни
Годы жизни поэта: 1749 - 1802

Журавли (Александр Николаевич Радищев)

     Басня

Осень листы ощипала с дерев,
Иней седой на траву упадал,
Стадо тогда журавлей собралося,
Чтоб прелететь в теплу, дальну страну,
За море жить. Один бедный журавль,
Нем и уныл, пригорюнясь сидел:
Ногу стрелой перешиб ему ловчий.
Радостный крик журавлей он не множит;
Бодрые братья смеялись над ним.
"Я не виновен, что я охромел,
Нашему царству, как вы, помогал.
Вам надо мной хохотать бы не должно,
Ни презирать, видя бедство мое.
Как мне лететь? Отымает возможность,
Мужество, силу претяжка болезнь.
Волны, несчастному, будут мне гробом.
Ах, для чего не пресек моей жизни
Ярый ловец!"- Между тем веет ветр,
Стадо взвилося и скорым полетом
За море вмиг прелететь поспешает.
Бедный больной назади остается;
Часто на листьях, пловущих в водах,
Он отдыхает, горюет и стонет;
Грусть и болезнь в нем все сердце снедают,
Мешкав он много, летя помаленьку,
Землю узрел, вожделенну душою,
Ясное небо и тихую пристань.
Тут всемогущий болезнь излечил,
Дал жить в блаженстве в награду трудов,-
Многи ж насмешники в воду упали.

О вы, стенящие под тяжкою рукою
   Злосчастия и бед!
   Исполнены тоскою,
   Клянете жизнь и свет;
Любители добра, ужель надежды нет?

Мужайтесь, бодрствуйте и смело протекайте
Сей краткой жизни путь. На он-пол поспешайте:
Там лучшая страна, там мир вовек живет,
Там юность вечная, блаженство там вас ждет.

Между 1797 и 1800

 



Стихи про осень глазами русских поэтов-классиков удивительно красивы. Они красочно описывают это грустное, но в то же время очаровательное время года.
«Любовь к родной природе – один из важнейших признаков любви к своей стране…» Это слова писателя К.Г.Паустовского, непревзойденного мастера описания русского пейзажа, писателя, сердце которого было переполнено нежностью и любовью к родной природе.

Чувство природы, ощущение единства с ней человека завещано нам гениальными русскими поэтами Пушкиным и Есениным. Благодаря Пушкину мы останавливаемся в волнении и замираем перед прекрасной картиной осеннего дня или перед сиянием зимней дороги. Проникнув в мир поэтических образов Есенина, мы начинаем ощущать себя братьями одинокой березы, старого клена, рябинового куста, разного «зверья». Эти чувства должны помочь нам сохранить человечность, а значит, и человечество.


 

Рейтинг: +55 Голосов: 55 1151 просмотр
Комментарии (4)
Катя Иль # 27 сентября 2017 в 19:18 +35
Браво осени, браво классикам!

osenpar1
Валентина Егоровна Серёдкина # 28 сентября 2017 в 04:08 +6

Благодарю за давнюю, былинную,
За осень вашу сказочную, дивную.
Всей красоты вместить не в состоянии
От простоты осенней в увядании.
Вам, классики, поклон мой до земли,
Что слово русское возвысить так смогли!

Татьяна Петухова # 28 сентября 2017 в 16:37 +8
Золотое наследие России!!!! Трижды поклон за дивную публикацию!!!!!!
Vasilissa # 5 октября 2017 в 20:22 +4
Замечательная подборка стихов!
buket4 От души спасибо!