Вантах гу

19 февраля 2014 - Юрий Полупарнев
     
      По Земле двигался предпоследний год от Внезапного Возвращения, но ни у кого не хватало времени подумать об этом. Никто не получался с рождения. Все только были здесь. 
      Мой, наполовину тревожный город, задыхался в голубой иллюзии. Старые улицы нисколько не изменились за прошедшую ночь. Я слушал музыку и смотрел на фиолетовое пространство за рекой, где поднимался всегда новый, блестящий диск Солнца.
   Еще два года назад, ковель признали вне закона. Он был запрещен. Тигов тоже было мало.
      Когда погасла Венера, я снова взглянул в темное медное зеркало. Свеча, стоявшая когда-то рядом, давно погасла, и теперь в зеркале я видел только то, что казалось моим лицом. Нечисть, прорвавшаяся сегодня ночью сквозь это зеркало в мою комнату, судорожно пряталась в темные углы, но я даже не стал гонять их. Мне было все равно, я знал, что мой день истек, и сегодня я застряну в этом углу вместе с ними. Я перевел взгляд с портрета на стену, и мне захотелось плакать. Но я не стал этого делать, а просто набрал номер и долго слушал бесполезные гудки, похожие на кухонный кран.
     Многие в нашем возрасте начинали баловаться ковелем. Нарушать запреты было почетно. Еще мы пытались рисовать ковельным штрихом. А попробуй достать его! Только через Тигов.
 «Вантах гу» - сказал я, удивляясь звуку своего голоса. Зачем я это сказал? Очевидно, больше мне нечего было здесь делать. Я оделся и ушел.
     Примерно с полчаса, проведенных на улице, убедили меня в том, что видеть людей я не мог. Я шел. Глядя в небо. Глядя в землю. Возле дома стояла голубая турбина. Когда я подошел, там поднялся шум - в очередной и последний раз им не понравился мой внешний вид.
     Уже рядом с дверью чувствовалось сильное низкочастотное поле. Как всегда, я был прав, но уже не испытывал гордости. Я пнул двух зверей или прошел сквозь них – уже не помню. Остановился.
     Как это было в первый раз? Да, как?! – Знаю, что хотелось еще и еще. Тогда порции были совсем маленькие. Но дни становились минутами, зато по Великому статусу! Знаю, что везли Тигов с восточной стороны. Тайно, угрюмо. Теперь ковель повсюду – его не запрещают. Людей стало слишком много, а еще животные, растения и у многих Нечисть!
     Она была недалеко - Она была еще жива, и я мог бы вернуть ее, но никакого сигнала на возвращение в себе не услышал. Я долго смотрел на прозрачный силуэт. Затем, в последний раз, окинул взглядом картины. Мы писали их вместе, но это – долгая проза. Случалось, эта проза мне нравилась – мы были вместе! А сегодня Она, как всегда, ждала, и над столом висели две порции – пустая и полная. Передо мной поплыла моя последняя большая порция.
     Я успел включить музыку и посмотреть на фиолетовое пространство за рекой. В последний раз, на высоте ковеля, я разглядел свое тело, двадцать лет служившее мне и ставшее теперь запасным. Я не слышал к нему жалости. Никакого сигнала на возвращение. Это прозвучало бы, как шаг назад и в сторону.
 
 

© Copyright: Юрий Полупарнев, 2014

Регистрационный номер №0193172

от 19 февраля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0193172 выдан для произведения:       По Земле двигался предпоследний год от Внезапного Возвращения, но ни у кого не хватало времени подумать об этом. Никто не получался с рождения. Все только были здесь. 
      Мой, наполовину тревожный город, задыхался в голубой иллюзии. Старые улицы нисколько не изменились за прошедшую ночь. Я слушал музыку и смотрел на фиолетовое пространство за рекой, где поднимался всегда новый, блестящий диск Солнца.
   Еще два года назад, ковель признали вне закона. Он был запрещен. Тигов тоже было мало.
      Когда погасла Венера, я снова взглянул в темное медное зеркало. Свеча, стоявшая когда-то рядом, давно погасла, и теперь в зеркале я видел только то, что казалось моим лицом. Нечисть, прорвавшаяся сегодня ночью сквозь это зеркало в мою комнату, судорожно пряталась в темные углы, но я даже не стал гонять их. Мне было все равно, я знал, что мой день истек, и сегодня я застряну в этом углу вместе с ними. Я перевел взгляд с портрета на стену, и мне захотелось плакать. Но я не стал этого делать, а просто набрал номер и долго слушал бесполезные гудки, похожие на кухонный кран.
     Многие в нашем возрасте начинали баловаться ковелем. Нарушать запреты было почетно. Еще мы пытались рисовать ковельным штрихом. А попробуй достать его! Только через Тигов.
 «Вантах гу» - сказал я, удивляясь звуку своего голоса. Зачем я это сказал? Очевидно, больше мне нечего было здесь делать. Я оделся и ушел.
     Примерно с полчаса, проведенных на улице, убедили меня в том, что видеть людей я не мог. Я шел. Глядя в небо. Глядя в землю. Возле дома стояла голубая турбина. Когда я подошел, там поднялся шум - в очередной и последний раз им не понравился мой внешний вид.
     Уже рядом с дверью чувствовалось сильное низкочастотное поле. Как всегда, я был прав, но уже не испытывал гордости. Я пнул двух зверей или прошел сквозь них – уже не помню. Остановился.
     Как это было в первый раз? Да, как?! – Знаю, что хотелось еще и еще. Тогда порции были совсем маленькие. Но дни становились минутами, зато по Великому статусу! Знаю, что везли Тигов с восточной стороны. Тайно, угрюмо. Теперь ковель повсюду – его не запрещают. Людей стало слишком много, а еще животные, растения и у многих Нечисть!
     Она была недалеко - Она была еще жива, и я мог бы вернуть ее, но никакого сигнала на возвращение в себе не услышал. Я долго смотрел на прозрачный силуэт. Затем, в последний раз, окинул взглядом картины. Мы писали их вместе, но это – долгая проза. Случалось, эта проза мне нравилась – мы были вместе! А сегодня Она, как всегда, ждала, и над столом висели две порции – пустая и полная. Передо мной поплыла моя последняя большая порция.
     Я успел включить музыку и посмотреть на фиолетовое пространство за рекой. В последний раз, на высоте ковеля, я разглядел свое тело, двадцать лет служившее мне и ставшее теперь запасным. Я не слышал к нему жалости. Никакого сигнала на возвращение. Это прозвучало бы, как шаг назад и в сторону.
Рейтинг: 0 189 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!