Счастливчик

15 апреля 2012 - Денис Маркелов
article42245.jpg
 
Поминали бухгалтера. Он умер совсем внезапно, просто перестал вертеть ручку арифмометра и ударился головой о заляпанный кляксами стол. Смерть признали мгновенной и бесповоротной.
            Поминки проходили на квартире вдовы – точнее в её небольшой комнате, где она ютилась со своим сыном, который был не по годам серьёзен и готовился пойти за аттестатом в свою школу.
            «Ну, Пётр. Не повезло твоему бате. Помер. Я и не думал, что он такой хлипкий. Бывалоча, зайдём с ним в пивную…
            Антон молчал. Он предпочитал молчать и просто смотреть на эту скромную трапезу. Отец покоился в свежей могиле, а он проклинал тот день, когда появился на свет.
            Становиться сиротой не входило в его планы. Теперь об институте можно было забыть, предстояло идти на завод и вкалывать.
            - Ничего, Тоша, всё образуется. Вот аттестат получишь. С годок поработаешь, а там армия. Ты Тоша не сумневайся, мы тебе, чем можем поможем. В беде не оставим. Батя твой человеком был. А не охвостьем псовым.
Оратор захмелел и потому говорил, как заезженная пластинка.
            Антон поднялся.
- Я пойду. Аттестат получу и назад.
- Да перенервничал, - сказала вдова, не зная кого, имеет в виду, – покойного мужа или такого, независимого на первый взгляд, сына. - Перенервничал. А мы ведь с ними в Петергоф собирались на фонтаны глядеть. Вот «Правду» в прошлое воскресение читал, вот и перенервничал.
- Не чего было нервничать. С немцами у нас пакт. Пакт – это документ. За его нарушение знаешь, как в Лиге наций взгреют!
- Да больно уж они её боятся. Плевали они на неё. Вот я и боюсь, тихо слишком, как перед грозой. Миля мой, всё бывало, говаривал: «Тишина к большой беде бывает!»
- Да, распустила язык. Распустила. А ещё ленинградка. Эх, темнота российская. Ты до семнадцатого кем была-то?
- В горничных состояла. А потом, как Эмилия-то встретила, так и замуж за него пошла. Без попа, правда – он не нашей веры был, иноземной. Иудей, что ли…
Не зная, что ещё сказать утешительного гости начали расходиться.
«Эх, не повезло Эмилию. Неудачник он. В такое лето и дуба дать. А мы ведь могли с ним и на рыбалку съездить и на курорт. Он же всему тресту известен был. Такой человек. Нет, не повезло.
Он шёл сокрушался и ещё не понимал, какой же счастливчик его друг.

© Copyright: Денис Маркелов, 2012

Регистрационный номер №0042245

от 15 апреля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0042245 выдан для произведения:
 
Поминали бухгалтера. Он умер совсем внезапно, просто перестал вертеть ручку арифмометра и ударился головой о заляпанный кляксами стол. Смерть признали мгновенной и бесповоротной.
            Поминки проходили на квартире вдовы – точнее в её небольшой комнате, где она ютилась со своим сыном, который был не по годам серьёзен и готовился пойти за аттестатом в свою школу.
            «Ну, Пётр. Не повезло твоему бате. Помер. Я и не думал, что он такой хлипкий. Бывалоча, зайдём с ним в пивную…
            Антон молчал. Он предпочитал молчать и просто смотреть на эту скромную трапезу. Отец покоился в свежей могиле, а он проклинал тот день, когда появился на свет.
            Становиться сиротой не входило в его планы. Теперь об институте можно было забыть, предстояло идти на завод и вкалывать.
            - Ничего, Тоша, всё образуется. Вот аттестат получишь. С годок поработаешь, а там армия. Ты Тоша не сумневайся, мы тебе, чем можем поможем. В беде не оставим. Батя твой человеком был. А не охвостьем псовым.
Оратор захмелел и потому говорил, как заезженная пластинка.
            Антон поднялся.
- Я пойду. Аттестат получу и назад.
- Да перенервничал, - сказала вдова, не зная кого, имеет в виду, – покойного мужа или такого, независимого на первый взгляд, сына. - Перенервничал. А мы ведь с ними в Петергоф собирались на фонтаны глядеть. Вот «Правду» в прошлое воскресение читал, вот и перенервничал.
- Не чего было нервничать. С немцами у нас пакт. Пакт – это документ. За его нарушение знаешь, как в Лиге наций взгреют!
- Да больно уж они её боятся. Плевали они на неё. Вот я и боюсь, тихо слишком, как перед грозой. Миля мой, всё бывало, говаривал: «Тишина к большой беде бывает!»
- Да, распустила язык. Распустила. А ещё ленинградка. Эх, темнота российская. Ты до семнадцатого кем была-то?
- В горничных состояла. А потом, как Эмилия-то встретила, так и замуж за него пошла. Без попа, правда – он не нашей веры был, иноземной. Иудей, что ли…
Не зная, что ещё сказать утешительного гости начали расходиться.
«Эх, не повезло Эмилию. Неудачник он. В такое лето и дуба дать. А мы ведь могли с ним и на рыбалку съездить и на курорт. Он же всему тресту известен был. Такой человек. Нет, не повезло.
Он шёл сокрушался и ещё не понимал, какой же счастливчик его друг.
Рейтинг: +7 266 просмотров
Комментарии (7)
Владлена Денисова # 15 апреля 2012 в 07:55 +2
Да, умер накануне войны...

buket3
Игорь Кичапов # 15 апреля 2012 в 09:01 +2
Сомнительное конечно счастье.Но рассказ хорош.
Удачи Денис.
Денис Маркелов # 15 апреля 2012 в 11:06 +1
Кому как. По крайней мере, он избежал ужасов блокады
Татьяна Белая # 15 апреля 2012 в 09:41 +2
korzina
Денис Маркелов # 15 апреля 2012 в 10:10 +1
5min
Ольга Баранова # 10 июня 2012 в 16:27 0
Замечательная миниатюра,не придраться! Очень понравилась! v
Цви Абрамов # 6 августа 2012 в 14:45 0
"И ПОЗАВИДУЮТ ЖИВЫЕ МЁРТВЫМ" (Исайя)

В слове "ничего" - опечатка.