ГлавнаяПрозаМалые формыМиниатюры → Грешный дух

Грешный дух

27 апреля 2014 - Вячеслав Грант
article211427.jpg
 

  Дух выкарабкивался из тела, как змея из отмирающей кожи.

  Это было не первое тело и не первая потеря его.

  Устала изношенная плоть. Утомился дух, поддерживая и удерживая ее на этом свете. Дух знал, что, выйдя из оболочки, ему станет значительно легче. Бремя житейских забот, невзгод и болезней уйдет. Наступит период блаженного созерцания. Останутся, конечно, гнетущие память укоры за все те прегрешения, что допустило тело в своих поступках. Они – укоры – будут продолжаться пока память не очистится от веса, нажитого в миру. Затем, свободный от всего, чистый, как лист бумаги, дух войдет в новое безгрешное тело, оживит и одухотворит его в высокой надежде на светлую жизнь и праведность поступков новой плоти.

  Тягостное умирание длилось несколько часов. Не хватало сил сердцу, недоставало воздуха легким, кровь едва проходила по сосудам. Пульсации кровотока ослабевали, кожа бледнела и охладевала. Запахи и звуки убывали. Мозг еще ловил изображения, но то были образы.

  Наконец, земные звуки и видения иссякли полностью, и пришли новые – внеземные. Они принесли душевное спокойствие и благостные ощущения.

  Не было сил и желания возвращаться в мир, где живые постоянно обременены заботой о благе и здравии тела, где эта забота превращается в навязчивое каждодневное устремление, в обязательный долг и затмевает все иное. Тело-изгой поглощает душу, подчиняет сознание и, погрязая в алчности и иных попутных грехах, теряет возможность радоваться нематериальным благам. Жажда жизни, которой наделен новорожденный, превращается в жажду наживы. Поцелуй мамы, прелесть распустившегося цветка замещается похотной страстью, блеском золота и бриллиантов. В этом мире проще накопить, завладеть или отнять, чем удовлетвориться красотой мира, в который пришел, и испытать счастье без порока.

  Через ускользающий дух сознание в лучезарной белой дымке слабо созерцало путь в мир иной и чувствовало приближение Творца.

  Спустя несколько мучительных часов, дух, наконец, вырвался из безжизненной оболочки.

  Плоти больше не было. Были остывшие останки, которые превратились в неприглядную тушку. Та начинала загнивать. Впоследствии ей предстояло безвозвратно истлеть.

  Духу предстояло с ношей памяти и ее сознания 9 дней идти через обитель рая. Там он мог заслуженно отдохнуть. Затем следовал неприятный путь через тернии ада, где сознанию предстояло нести ответ за всю его несдержанность и порочность, которые вовлекли тело в грехи. И чем более тягостны они были, тем тяжелее следовала мука ответственности.

 

  Через несколько дней бледно-желтое тело обмыли, приодели, уложили в короб и сокрыли в земной пучине.

  Закончив неприятные хлопоты, люди собрались за столом, подняли памятные тосты, закусили и, помня о делах насущных, разошлись.

  Кто-то еще оплакивал утрату. Кто-то вздохнул с облегчением. Быть может, кто-то испытал удовлетворение и даже радость. И такое бывает. К сожалению? Чьему? Человека, которого больше нет? Его памяти? Ей еще предстоит маяться и маяться, невзирая на мысли и чувства, оставшихся на земле.

 

  «Везет же, - с завистью заключил дух. - Покуражился на празднике жизни, сколь мог, и упокоился с миром. А тут…»

  Завершив райский путь, дух обреченно шагнул в ад.

© Copyright: Вячеслав Грант, 2014

Регистрационный номер №0211427

от 27 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0211427 выдан для произведения:
 

  Дух выкарабкивался из тела, как змея из отмирающей кожи.

  Это было не первое тело и не первая потеря его.

  Устала изношенная плоть. Утомился дух, поддерживая и удерживая ее на этом свете. Дух знал, что, выйдя из оболочки, ему станет значительно легче. Бремя житейских забот, невзгод и болезней уйдет. Наступит период блаженного созерцания. Останутся, конечно, гнетущие память укоры за все те прегрешения, что допустило тело в своих поступках. Они – укоры – будут продолжаться пока память не очистится от веса, нажитого в миру. Затем, свободный от всего, чистый, как лист бумаги, дух войдет в новое безгрешное тело, оживит и одухотворит его в высокой надежде на светлую жизнь и праведность поступков новой плоти.

  Тягостное умирание длилось несколько часов. Не хватало сил сердцу, недоставало воздуха легким, кровь едва проходила по сосудам. Пульсации кровотока ослабевали, кожа бледнела и охладевала. Запахи и звуки убывали. Мозг еще ловил изображения, но то были образы.

  Наконец, земные звуки и видения иссякли полностью, и пришли новые – внеземные. Они принесли душевное спокойствие и благостные ощущения.

  Не было сил и желания возвращаться в мир, где живые постоянно обременены заботой о благе и здравии тела, где эта забота превращается в навязчивое каждодневное устремление, в обязательный долг и затмевает все иное. Тело-изгой поглощает душу, подчиняет сознание и, погрязая в алчности и иных попутных грехах, теряет возможность радоваться нематериальным благам. Жажда жизни, которой наделен новорожденный, превращается в жажду наживы. Поцелуй мамы, прелесть распустившегося цветка замещается похотной страстью, блеском золота и бриллиантов. В этом мире проще накопить, завладеть или отнять, чем удовлетвориться красотой мира, в который пришел, и испытать счастье без порока.

  Через ускользающий дух сознание в лучезарной белой дымке слабо созерцало путь в мир иной и чувствовало приближение Творца.

  Спустя несколько мучительных часов, дух, наконец, вырвался из безжизненной оболочки.

  Плоти больше не было. Были остывшие останки, которые превратились в неприглядную тушку. Та начинала загнивать. Впоследствии ей предстояло безвозвратно истлеть.

  Духу предстояло с ношей памяти и ее сознания 9 дней идти через обитель рая. Там он мог заслуженно отдохнуть. Затем следовал неприятный путь через тернии ада, где сознанию предстояло нести ответ за всю его несдержанность и порочность, которые вовлекли тело в грехи. И чем более тягостны они были, тем тяжелее следовала мука ответственности.

 

  Через несколько дней бледно-желтое тело обмыли, приодели, уложили в короб и сокрыли в земной пучине.

  Закончив неприятные хлопоты, люди собрались за столом, подняли памятные тосты, закусили и, помня о делах насущных, разошлись.

  Кто-то еще оплакивал утрату. Кто-то вздохнул с облегчением. Быть может, кто-то испытал удовлетворение и даже радость. И такое бывает. К сожалению? Чьему? Человека, которого больше нет? Его памяти? Ей еще предстоит маяться и маяться, невзирая на мысли и чувства, оставшихся на земле.

 

  «Везет же, - с завистью заключил дух. - Покуражился на празднике жизни, сколь мог, и упокоился с миром. А тут…»

  Завершив райский путь, дух обреченно шагнул в ад.

Рейтинг: +2 205 просмотров
Комментарии (4)
Серов Владимир # 22 мая 2014 в 19:46 0
Замечательная миниатюра! super
Вячеслав Грант # 24 мая 2014 в 11:49 0
sad
ЛАСТОЧКА # 6 декабря 2014 в 08:33 0
Вячеслав Грант # 6 декабря 2014 в 09:53 +1
 

 

Популярная проза за месяц
156
125
120
106
98
95
93
93
Повар Света 22 октября 2017 (Тая Кузмина)
92
91
89
Подруги 11 ноября 2017 (Татьяна Петухова)
88
86
84
81
79
76
75
74
74
70
70
69
69
69
Тёщин сон 3 ноября 2017 (Тая Кузмина)
66
62
60
60
56