ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Зимний сон. Часть 36.

 

Зимний сон. Часть 36.

3 января 2013 - Светлана Синева

 А Иван, он снится мне ночами. Один и тот же сон. Как будто, он идет ко мне, такой красивый, улыбается, и вдруг откуда-то появляется белокурая женщина. Она берет Ивана за руку и уводит в сторону. Ванечка не хочет идти, все смотрит на меня, оглядывается. А эта блондинка тащит его и уводит. А я кричу во сне: «Ваня, Ванечка», а кто-то мне говорит тихим бархатным голосом: «он не слышит тебя, он не помнит тебя, он тебе чужой». Я смотрю им вслед и вижу, как Иван, удаляясь, становится черно-белый, как на старой фотографии. И я просыпаюсь. И я почему-то знаю, что Иван в Америке, а не в Англии. Я не могу себе это объяснить, я стараюсь не думать об этом сне, но он мне снится с определенным постоянством. Днем я почти не думаю о Ванечке, но ночами иногда плачу. Я, наверно, всегда буду Ванечку любить, и только малышка отрывает меня от прострации, и возвращает в реальность. Я плохо сплю ночами, и из-за малышки, она, мое сокровище, растет. Я только уложусь удобно на кровати, становится неудобно ей. Малышка внутри меня ворочается, пинается, тоже мастится удобнее. В итоге мне становится уже не комфортно. И история повторяется. Нам уже становится тесно в одном теле. И эта изжога, она просто сводит меня с ума. Я шла и думала обо всем, об этом, а еще так долго до родов, и так близко.


5.

Прошло шесть лет. Лондон. В огромной комнате городской квартиры сидели двое. Молодой человек, возмужавший и ставший красавцем, сидел за письменным столом. Его взгляд был устремлен в окно на улицу. И пожилая женщина, державшаяся бодро. Высокая прическа из длинных, безупречно окрашенных волос, придавала даме еще большую солидность. Женщина сидела в кресле напротив письменного стола, нервно теребя в руках носовой платок.
-Бабушка, - начал молодой человек, - я и ты, мы несколько лет назад совершили с тобой ошибку. Ужасную ошибку. Я просил тебя прилететь, чтоб мы могли вместе подумать, как это исправить.
-Уильям!
-Не перебивай, мне трудно говорить, я итак многого не понял, но то, что я услышал недавно, выбило меня из колеи. Мой отец, ты помнишь, бредил этой девушкой, Софи, кажется. Потом, по приезду сюда, в связи с трагической гибелью моей бабушки, папа увидел Элизабет на похоронах. Что мне тогда показалось совсем странным, так это то, что отец решил жениться немедленно на Элизабет. Отец выбросил из головы Софи, которая, кажется, была беременна. С Элизабет они были знакомы с детства, но он никогда не отзывался о ней лестно. Напротив, его всегда смешило ее желание женить отца на себе. А тут он так резко изменил свое мнение. Причем, бизнесом он тоже не смог заниматься с прежним качеством, все потому, что он срывался с важных переговоров, едва позвонит Элизабет. Это мне было вообще не понятно. Я, почему тебе все подробно рассказываю, потому что, все эти годы ты не знала деталей. Потом Элизабет увезла отца в Америку. Все эти шесть лет они жили там. По телефону мне иногда казалось, что отец просто не адекватен в некоторых вопросах и ситуациях. Поэтому, я оставил их в покое, выделив ему пожизненную ренту в размере той, что получала моя бабушка. Это вполне солидная сумма. Но мне все равно казалось не понятной и подозрительной его болезнь или состояние.
-Что было с моим сыном?

© Copyright: Светлана Синева, 2013

Регистрационный номер №0106798

от 3 января 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0106798 выдан для произведения:

 А Иван, он снится мне ночами. Один и тот же сон. Как будто, он идет ко мне, такой красивый, улыбается, и вдруг откуда-то появляется белокурая женщина. Она берет Ивана за руку и уводит в сторону. Ванечка не хочет идти, все смотрит на меня, оглядывается. А эта блондинка тащит его и уводит. А я кричу во сне: «Ваня, Ванечка», а кто-то мне говорит тихим бархатным голосом: «он не слышит тебя, он не помнит тебя, он тебе чужой». Я смотрю им вслед и вижу, как Иван, удаляясь, становится черно-белый, как на старой фотографии. И я просыпаюсь. И я почему-то знаю, что Иван в Америке, а не в Англии. Я не могу себе это объяснить, я стараюсь не думать об этом сне, но он мне снится с определенным постоянством. Днем я почти не думаю о Ванечке, но ночами иногда плачу. Я, наверно, всегда буду Ванечку любить, и только малышка отрывает меня от прострации, и возвращает в реальность. Я плохо сплю ночами, и из-за малышки, она, мое сокровище, растет. Я только уложусь удобно на кровати, становится неудобно ей. Малышка внутри меня ворочается, пинается, тоже мастится удобнее. В итоге мне становится уже не комфортно. И история повторяется. Нам уже становится тесно в одном теле. И эта изжога, она просто сводит меня с ума. Я шла и думала обо всем, об этом, а еще так долго до родов, и так близко.


5.

Прошло шесть лет. Лондон. В огромной комнате городской квартиры сидели двое. Молодой человек, возмужавший и ставший красавцем, сидел за письменным столом. Его взгляд был устремлен в окно на улицу. И пожилая женщина, державшаяся бодро. Высокая прическа из длинных, безупречно окрашенных волос, придавала даме еще большую солидность. Женщина сидела в кресле напротив письменного стола, нервно теребя в руках носовой платок.
-Бабушка, - начал молодой человек, - я и ты, мы несколько лет назад совершили с тобой ошибку. Ужасную ошибку. Я просил тебя прилететь, чтоб мы могли вместе подумать, как это исправить.
-Уильям!
-Не перебивай, мне трудно говорить, я итак многого не понял, но то, что я услышал недавно, выбило меня из колеи. Мой отец, ты помнишь, бредил этой девушкой, Софи, кажется. Потом, по приезду сюда, в связи с трагической гибелью моей бабушки, папа увидел Элизабет на похоронах. Что мне тогда показалось совсем странным, так это то, что отец решил жениться немедленно на Элизабет. Отец выбросил из головы Софи, которая, кажется, была беременна. С Элизабет они были знакомы с детства, но он никогда не отзывался о ней лестно. Напротив, его всегда смешило ее желание женить отца на себе. А тут он так резко изменил свое мнение. Причем, бизнесом он тоже не смог заниматься с прежним качеством, все потому, что он срывался с важных переговоров, едва позвонит Элизабет. Это мне было вообще не понятно. Я, почему тебе все подробно рассказываю, потому что, все эти годы ты не знала деталей. Потом Элизабет увезла отца в Америку. Все эти шесть лет они жили там. По телефону мне иногда казалось, что отец просто не адекватен в некоторых вопросах и ситуациях. Поэтому, я оставил их в покое, выделив ему пожизненную ренту в размере той, что получала моя бабушка. Это вполне солидная сумма. Но мне все равно казалось не понятной и подозрительной его болезнь или состояние.
-Что было с моим сыном?

Рейтинг: +1 184 просмотра
Комментарии (1)
Анна Магасумова # 4 января 2013 в 14:58 0
Вот так так! flower